Простудные заболевания

Хуже то, что отрицание может привести и к противоположному исходу. Жена, отрицающая, что избивающий ее муж опасен; алкоголик, настаивающий на том, что не имеет никаких проблем с алкоголем; пожилой человек, не помышляющий об отказе от вождения машины, несмотря на явное ослабление способностей к этому, – все это знакомые примеры отрицания в его худшем виде.

Проекция – приписывание человеком не признаваемых и не одобряемых собственных мыслей, чувств и мотивов другому человеку. В своих благоприятных и зрелых формах она служит основой эмпатии (греч. empatheia – сопереживание), то есть способности поставить себя на место другого человека, способности к сопереживанию. Поскольку никто не в состоянии проникнуть в чужую психику, для понимания субъективного мира другого человека мы должны опираться на способность проецировать собственный опыт. Интуиция, явления невербального синхронизма и интенсивные переживания мистического единства с другим человеком связаны с проекцией собственного «Я». При этом характерна мощная эмоциональная отдача для обеих сторон. Хорошо известно, что влюбленные воспринимают состояния друг друга способами, которые сами не могут логически объяснить.

Проекция в своих пагубных формах несет опасное непонимание и огромный ущерб межличностным отношениям. В тех случаях, когда спроецированные позиции серьезно искажают объект, когда спроецированное содержание состоит из отрицаемых и резко негативных частей собственного «Я», возникают всевозможные проблемы. Кто-то может возмущаться тем, что их неправильно воспринимают. Если этим людям при shy;писывают, например, предубежденность, зависть или преследование (эти качества чаще всего игнорируются у себя и приписываются другим), они платят тем же.

...

Замещение (смещение) – это защита, которая перенаправляет с первоначального (естественного) объекта на другой эмоции, поведение или озабоченность чем-либо, потому что его изначальная направленность по какой-то причине тревожно скрывается.

Классический пример: мужчина, которого обругал начальник, пришел домой и наорал на жену, отшлепавшую детей, которые, в свою очередь, побили собаку. Это своего рода учебное пособие по смещению.

...

Вытеснение (подавление, репрессия) было одной из первых защит, что привлекла внимание З. Фрейда. Сутью вытеснения является мотивированное забывание или игнорирование. Иными словами, нечто просто удаляется из сознания и удерживается на дистанции от него. Если внутренний расклад или внешние обстоятельства достаточно огорчительны или способны привести человека в замешательство, вполне возможно их намеренное отправление в область бессознательного. Этот процесс может применяться ко всему опыту, к аффекту (лат. affectus – душевное волнение, страсть), связанному с опытом, или к фантазиям и желаниям, ассоциированным с опытом.

Не все трудности, связанные с привлечением внимания или с воспоминаниями, вызывают подавление. Лишь в тех случаях, когда очевидно, что мысль, чувство или восприятие чего-либо неприемлемы для осознания, из-за своей способности причинить беспокойство, они становятся основой предполагаемого действия данной защиты. Другие недостатки внимания и памяти могут быть вызваны токсическими или органическими причинами или же просто обычным умственным выбором между важным и тривиальным.

Как и другие бессознательные защиты, вытеснение начинает создавать проблемы. Это происходит, во-первых, когда оно не справляется со своей функцией (например, надежно удерживать беспокоящие мысли в подсознании так, чтобы человек мог заниматься делом, приспосабливаясь к реальности). Во-вторых, стоит на пути определенных позитивных аспектов жизни. В-третьих, действует при исключении других, более удачных, способов преодоления трудностей.

Интеллектуализацией называется вариант более высокого уровня изоляции аффекта от интеллекта. Человек, использующий интеллектуализацию, разговаривает по поводу чувств, но таким образом, что у слушателя остается впечатление отсутствия эмоции. Например, комментарий «Ну да, естественно, я несколько сержусь по этому поводу», брошенный мимоходом, равнодушным тоном, предполагает, что сама мысль о чувстве гнева теоретически приемлема для человека, но его актуальное выражение все еще блокировано.

Интеллектуализация сдерживает обычное переполнение эмоциями. Когда человек может действовать рационально в ситуации, насыщенной эмоциональным значением, это свидетельствует о значительной силе «Я», и в данном случае защита действует эффективно. Многие люди чувствуют себя более зрело, когда интеллектуализируют в стрессовой ситуации, а не дают импульсивный, «сопляческий» ответ.

Реактивное образование, как защита, является очень любопытным феноменом. Очевидно, что человеческий организм способен повернуть нечто совершенно в противоположную сторону и таким образом свести угрозу к минимуму. Традиционное определение реактивного формирования подразумевает преобразование негативного в позитивный аффект или наоборот. Например, трансформация ненависти в любовь, привязанности в презрение, враждебности в дружелюбие содержит в себе много общих трансакций.

Самый ранний возраст, когда у ребенка можно наблюдать этот процесс – 3–4 года. Если в семье появляется новорожденный и происходит оттеснение старшего ребенка, ему нужно иметь достаточную силу «Я», чтобы сдержать чувства ревности и гнева и обратить их в сознательное чувство любви к новорожденному. Типичным для реактивного образования является то обстоятельство, что какой-то неуправляемый аффект «прорывается» сквозь защиту, так что сторонний наблюдатель может почувствовать: в сознательном эмоциональном представлении что-то переиграно или фальшиво. Сестра дошкольного возраста, которую оттеснил младший брат, может проявлять особую привязанность и заботу, «любить ребенка до смерти»: обнимать слишком сильно, петь ему слишком громко, баюкать его слишком агрессивно и так далее.

Многие взрослые помнят истории, когда старшие дети щипали своих младших братьев и сестер за щечки, пока те не начинали плакать, предлагали им что-то очень вкусное, явно вредное и опасное для здоровья маленьких, совершали другие подобные действия, оправдывая себя тем, что они это делают из любви.

Более точным способом описания реактивного образования, помимо обращения эмоции в противоположную, может служить замечание, что его функция состоит в устранении двойственности. Мы можем ненавидеть человека, которого любим, обижаем того, к которому испытываем благодарность и признательность. Наша эмоциональная ситуация не сводится просто к одной или другой позиции.

У взрослых нередко наблюдается реактивное формирование, но обычно мы считаем, что взрослые люди должны лучше осознавать все аспекты своих эмоциональных реакций на какую-то ситуацию и применять подавление скорее в области поведения, чем чувств.

Реактивное образование является излюбленной защитой в тех случаях, когда враждебные чувства и агрессивные импульсы являются главным содержанием, и на опыте проверено, насколько опасно не уметь держать их в руках.

Компенсация. Этот механизм психологической защиты нередко объединяют с идентификацией (лат. iden shy;tificare – отождествлять). Компенсация проявляется в попытках найти подходящую замену реального или воображаемого недостатка, нестерпимого дефекта другим качеством, чаще всего с помощью фантазирования или присвоения себе свойств, достоинств, ценностей, поведенческих характеристик другой личности . Часто это происходит при необходимости избежать конфликта с конкретной личностью и для повышения чувства самодостаточности. При этом заимствованные ценности, установки или мысли принимаются без анализа и переосмысливания и поэтому не становятся частью самой личности.

Ряд авторов обоснованно считают, что компенсацию можно рассматривать как одну из форм защиты от комплекса неполноценности , например, у подростков с асоциальным поведением, агрессивными и преступными действиями, направленными против чьей-то личности.

Другим проявлением компенсаторных защитных механизмов может быть ситуация преодоления фрустрирующих (лат. frustratio – обман, расстройство, разрушение планов) обстоятельств или сверх удовлетворения в других сферах. Например, физически слабый или робкий человек, неспособный ответить на угрозу расправы, находит удовлетворение в унижении обидчика с помощью изощренного ума или хитрости. Люди, для которых компенсация является наиболее характерным типом психологической защиты, часто оказываются мечтателями, ищущими идеалы в различных сферах жизнедеятельности.

Регрессия является относительно простым защитным механизмом, знакомым каждому родителю, который наблюдал, как его ребенок соскальзывает к прежним привычкам (присущим более ранним стадиям развития), когда он устал или голоден. Социальное и эмоциональное развитие никогда не идет строго прямым путем; в процессе роста личности наблюдаются колебания, которые с возрастом становятся менее драматичными, но никогда полностью не проходят.

Практически каждый человек, находясь в состоянии сильной усталости, начинает хныкать.

Для классификации данного процесса, как защитного механизма, он должен быть бессознательным. Представим себе поведение женщины, которая, рассказывая о чем-то, допускает нечаянные ляпсусы и впадает в угодливый тон маленькой девочки сразу после демонстрации своих амбиций. Или реакцию мужчины, который удивленно хлопает глазами, глядя на свою жену после того, как только что была достигнута новая степень близости с ней. Оба случая демонстрируют регрессию, если только эти действия не выбираются и осуществляются сознательно.

Некоторые люди используют регрессию как защиту чаще, чем другие. Например, некоторые из нас реагируют на стресс, вызванный ростом и возрастными изменениями, тем, что заболевают. Многие, у кого не диагностируется та или иная болезнь, порой физически чувствуют себя очень плохо и укладываются в постель. Этот процесс никогда не осознается (а если осознается, то мы имеем дело с симуляцией) и может причинять страдание и больному, и связанным с ним другим людям. Этот вариант регрессии, известный как соматизация , обычно оказывается устойчивым.

Некоторые ипохондричные (гр. hypochondria – болезненная мнительность) люди, отвлекающие врачей монотонными неясными причитаниями и периодическими меняющимися жалобами, которые никогда не поддаются лечению, используют регрессию для того, чтобы находиться в роли слабого. И это самый ранний способ преодоления жизненных трудностей. К тому времени, когда они должны проконсультироваться у терапевта, пациенты уже выстроили дополнительную и фактически непроницаемую стену защит, берущую начало в обращении с ними как с избалованными детьми или своенравными людьми, ищущими постоянного внимания.

Известно, что соматизация и ипохондрия, как и другие виды регрессии, являющие собой беспомощность и детские модели поведения, могут служить краеугольным камнем в характере личности. Когда регрессия определяет стратегическую линию преодоления жизненных трудностей человека, его можно охарактеризовать как инфантильную личность.

...

Таким образом, соматизация – форма защиты, производная от регрессии. Иное название этого защитного механизма – образование телесных симптомов, или «бегство в болезнь».

Соматизация представляет собой трансформацию психологического напряжения в физический дискомфорт, недомогание или заболевание – то или иное изменение состояния тела. Проявляется защита в повышенном внимании к собственному самочувствию и здоровью, это самое главное для людей с развитой соматизацией, потому что определяет их настроение, работоспособность, общительность.

Они с упоением часами могут говорить о собственных «болячках», о здоровом образе жизни, о диете, о пользе или вреде тех или иных продуктов, об альтернативных способах лечения. Они имеют определенную точку зрения на все вопросы, связанные со здоровьем, и пристрастно ее отстаивают в спорах, если кто-то неосторожно позволяет себе дать им новую рекомендацию по этому поводу.

Проявления соматизации очень разнообразны. В зависимости от причин, приводящих к ее формированию и закреплению, как одной из ведущих форм защиты, можно выделить несколько ее разновидностей.

Есть вариант соматизации, основанной на врожденной повышенной восприимчивости к потоку ощущений от органов чувств или внутренних органов.

Когда человек сосредоточен преимущественно на своих телесных ощущениях, он способен улавливать малейшие нюансы в изменении собственного самочувствия. Мир ощущений имеет для него огромное значение. В том числе – ощущения в области внутренних органов, а также тактильные, зрительные и слуховые ощущения. Если обстоятельства вызывают тревогу, то у человека, сконцентрированного на собственном самочувствии, она принимает форму беспокойства по поводу неприятного ощущения в той или иной части тела.

Другая возможная причина закрепления соматизации – приобретенный в раннем детстве навык установления отношений с близкими людьми на основе болезни. Закрепление этого навыка во многом зависит от родителей. Когда ребенок заболевает, родители уделяют ему повышенное внимание, потакают его желаниям. Помимо внимания родителей, болезнь дает массу других преимуществ, особенно на фоне неблагополучий в детском саду или в школе.

Таковы основные виды психологических защит, которые мы используем в различных стрессовых ситуациях. Кроме того, в психотерапевтической литературе защита нередко рассматривается как понятие, близкое копинг-поведению (от англ. to cope – справиться, совладать). Теория совладания личности с трудными жизненными ситуациями (копинга) возникла в психологии во второй половине ХХ в. Термин введен американским психологом А. Маслоу. Под «копингом» подразумеваются постоянно изменяющиеся когнитивные (лат. сognitio – знание, познание) и поведенческие попытки справиться со специфическими внешними или/и внутренними требованиями, которые оцениваются как напряжение или превышают возможности человека справиться с ними.

Копинг-поведение – форма поведения, отражающая готовность человека решать жизненные проблемы. Оно направлено на приспособление к обстоятельствам и предполагает сформированное умение использовать определенные средства для преодоления эмоционального стресса. При выборе активных действий повышается вероятность устранения воздействия стрессоров на личность. По представлениям А. Маслоу, копинг-поведение противопоставлено экспрессивному поведению.

Выделяются следующие способы совладающего поведения:

• разрешение проблем;

• поиск социальной поддержки;

• избегание.

Совладающее поведение реализуется посредством применения различных копинг-стратегий на основе ресурсов личности и среды. В процессе действия стрессора на личность происходит первичная оценка, на основании которой определяют тип создавшейся ситуации – угрожающий или благоприятный. Именно с этого момента формируются механизмы личностной защиты. Эта защита (процессы совладания) рассматривается как способность личности осуществлять контроль над угрожающими, расстраивающими или доставляющими ей неудовольствие ситуациями. Процессы совладания являются частью эмоциональной реакции. От них зависит сохранение эмоционального равновесия. Они направлены на уменьшение, устранение или удаление действующего стрессора. На этом этапе осуществляется вторичная оценка, результатом которой становится один из трех возможных типов стратегии совладания:

• непосредственные активные поступки человека с целью уменьшения или устранения опасности (нападение или бегство, восторг или любовное наслаждение);

• косвенная или мыслительная форма без прямого воздействия, невозможного из-за внутреннего или внешнего торможения, например, вытеснение («это меня не касается»), переоценка («это не так уж и опасно»), подавление, переключение на другую форму активности, изменение направления эмоции с целью ее нейтрализации и т. д.;

• совладание без эмоций, когда угроза личности не оценивается как реальная (соприкосновение со средствами транспорта, бытовой техникой, повседневными опасностями, которых мы успешно избегаем).

Существует достаточно большое количество различных классификаций стратегий копинг-поведения. Можно выделить три основных критерия, по которым строятся эти классификации:

1. Эмоциональный/проблемный:

1. Эмоционально-фокусированный копинг – направлен на урегулирование эмоциональной реакции.

2. Проблемно-фокусированный – направлен на то, чтобы справиться с проблемой или изменить ситуацию, которая вызвала стресс.

2. Когнитивный/поведенческий:

1. «Скрытый» внутренний копинг – когнитивное решение проблемы, целью которой является изменение неприятной ситуации, вызывающей стресс.

2. «Открытый» поведенческий копинг – ориентирован на поведенческие действия, используются копинг-стратегии, наблюдаемые в поведении.

3. Успешный/неуспешный:

1. Успешный копинг – используются конструктивные стратегии, приводящие в конечном итоге к преодолению трудной ситуации, вызвавшей стресс.

2. Неуспешный копинг – используются неконструктивные стратегии, препятствующие преодолению трудной ситуации.

Каждая используемая человеком стратегия копинга может быть оценена по всем вышеперечисленным критериям хотя бы потому, что человек, оказавшийся в трудной ситуации, может использовать как одну, так и несколько стратегий совладания. Таким образом, существует взаимосвязь между теми личностными особенностями, с помощью которых человек формирует свое отношение к жизненным трудностям, и тем, какую стратегию поведения при стрессе (совладания с ситуацией) он выбирает.

Как отмечают многие авторы, существуют значительные сложности в разграничении механизмов защиты и совладания (Либина, Либин, 1998). Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой психологическая защита характеризуется отказом человека от решения проблемы и связанных с этим конкретных действий ради сохранения комфортного состояния.

А вот способы совладания подразумевают необходимость проявить конструктивную активность, пройти через ситуацию, пережить событие, не уклоняясь от неприятностей.

Защитные процессы стремятся избавить человека от рассогласованности, побуждений и двойственности чувств, предохранить его от осознания нежелательных или болезненных эмоций, а главное – устранить тревогу и напряженность. Результативный максимум защиты одновременно является минимумом того, на что способно удачное совладание. Удачное совладающее поведение описывается как повышающее адаптивные возможности человека, реалистическое, гибкое, большей частью сознаваемое, активное, включающее в себя произвольный выбор.

...

Некоторые авторы вообще рассматривают копинг-стратегии и психологические защиты как дополняющие друг друга компоненты защитной системы организма. В этом случае они представляют собой наиболее высокий (поздно развивающийся) уровень системы психологической защиты.

В зависимости от выбранной точки отсчета, авторы по-разному определяют цели изучения защитного и совладающего поведения. Это и анализ проблем адаптации человека в окружающем социуме, и проблемы духовного самоопределения, позволяющего сделать выбор с учетом личностного потенциала. По мнению ведущего специалиста в области изучения coping styles («способов совладания») А. Лазаруса, несмотря на значительное индивидуальное разнообразие поведения в стрессе, существует два глобальных стиля реагирования.

Проблемно-ориентированный стиль , направленный на рациональный анализ проблемы, связан с созданием и выполнением плана разрешения трудной ситуации и проявляется в таких формах поведения, как самостоятельный анализ случившегося, обращение за помощью к другим, поиск дополнительной информации.

Субъектно-ориентированный стиль является следствием эмоционального реагирования на ситуацию, не сопровождающегося конкретными действиями, и проявляется в виде попыток не думать о проблеме вообще, вовлечения других в свои переживания, желании забыться во сне, растворить свои невзгоды в алкоголе или компенсировать отрицательные эмоции едой. Эти формы поведения характеризуются наивной, инфантильной оценкой происходящего.

Особый интерес представляет сопоставление системы психологических защит с иммунной системой организма. Во-первых, обе системы выполняют сходную функцию – защитную: иммунная система защищает целостность организма, служит гарантией физиологического здоровья, а система защит – психику от стрессов и конфликтов (отвечает за психическое здоровье). Во-вторых, нарушение работы одного уровня защит ведет к гиперкомпенсации другого, что проявляется в виде проблем со здоровьем. В-третьих, обе системы имеют общую физиологическую основу и через нее способны влиять друг на друга.

В ситуациях, угрожающих внутреннему равновесию, или гомеостазу, организма наблюдается взаимное влияние различных уровней регуляции его деятельности, в том числе ответственных за приспособление. Так, известно, что в условиях хронического истощающего стрессового напряжения отмечается снижение иммунных характеристик, и, наоборот, физическое истощение при длительном течении заболевания приводит к изменению всех характеристик психической деятельности: простых психических реакций, эмоциональной и мыслительной сфер.

Одним из очевидных признаков сходства работы иммунной и психологической систем защиты является принцип различения «свой/чужой». Ф. Перлз разрабатывал идею родительских воздействий в метафоре голода, поедания и переваривания пищи. Родительские нормы и требования он сравнил с едой, которую ребенок заглатывает, зачастую не успев прожевать и распробовать. «Проглоченное» далеко не всегда усваивается детским организмом. Система психологической защиты также занимается фильтрацией «свой/чужой» в плане того, согласуется ли новая информация с уже имеющейся системой представлений, укладывается ли в нее. Если нет, то рождается внутриличностный конфликт.

Нарушение работы психологической защиты, приводящее к серьезному сбою в работе иммунной системы, было обнаружено даже в некоторых исследованиях генезиса раковых клеток. Исследователи обнаружили, что депрессия (возникшая в результате того, что психологическая защитная система не справилась со своей работой) порождает существенный химический сдвиг в организме, и, как следствие, некоторые клетки теряют способность проводить электричество и этим способствуют возникновению новообразования.

Давайте посмотрим, какими личностными особенностями обладают люди, часто болеющие острыми респираторными заболеваниями, какие способы преодоления стрессов они в основном используют и что происходит с их иммунной системой.

3.2. Человек часто и длительно болеющий: картина личности

В последние годы частые простудные заболевания (острые респираторные заболевания) начали относить к области психосоматики (Кулаков, 2003; Малкина-Пых, 2004). У некоторых людей, в условиях хронического стресса, они могут возникать до 7–8 и более раз в год, длиться более недели по листку нетрудоспособности. Данная категория пациентов даже выделяется психологами и медиками в отдельную группу – часто и длительно болеющие (ЧДБ) (Богданова, 2005).

Было обнаружено, что эти люди воспринимают себя как часто болеющих и слабых с детства, что отражает постоянство их установки на болезнь.

Часто и длительно болеющие говорят о том, что в их родительской семье отношение к состоянию здоровья было «особо внимательным», «покупалось много лекарств», «часто обращались к разным врачам при малейшем нарушении здоровья». Они продолжают реализовывать подобное отношение к болезни и в настоящее время в собственной семье. Можно сделать вывод о том, что уже в родительской семье у часто и длительно болеющих пациентов формируется особое неадаптивное отношение к болезни, которое впоследствии реализовывается уже в их собственных семьях. Чрезмерное «прислушивание» к малейшим изменениям в собственном организме, ориентированность на лечение, а не на профилактику, может являться свидетельством ипохондрического отношения к болезни.

Пациенты, часто и длительно болеющие, чаще выбирают ЛОР-органы (нос, уши, глотку или гортань), как ассоциирующиеся у них с болезнью, что отражает топический (греч. topos – местный, относящийся к определенному месту) аспект их внутренней картины болезни. Люди, редко болеющие простудными заболеваниями, не имеют такой фиксации на ЛОР-органах, при этом либо вообще не выбирают орган, который ассоциируется у них с болезнью, либо выбирают иные органы (зубы, голова).

Большинство часто и длительно болеющих людей имеют противоречивые отношения с родителями, которых характеризуют одновременно как враждебных, зависимых или безразличных. Ретроспективно эти люди оценивают, что родители воспитывали их в авторитарном или попустительском, реже в демократическом, стиле.

В их личностном профиле существует внутриличностный конфликт, выражающийся в стремлении желать и добиться многого. Они характеризуются как люди с высокой или завышенной самооценкой, амбициозные и честолюбивые, но в данный период не способные достичь желаемого высокого положения. Вследствие личностных особенностей этим пациентам трудно признавать свои поражения, неудачи, и поэтому свое состояние тревожности и фрустрированности они связывают с соматическим неблагополучием.

Вытеснение истинных причин, вызывающих тревогу, их преобразование в соматическую симптоматику, препятствует применению осознанных копинг-стратегий. Вследствие этого они оказываются недостаточно развитыми у часто и длительно болеющих людей. Особенно это касается копинга социальной поддержки.

Часто и длительно болеющие более фиксированы на негативных соматических ощущениях, нежели здоровые. Любые телесные переживания они склонны интерпретировать как симптомы заболевания или ухудшения состояния физического здоровья.

Эти люди склонны к внутренней напряженности, неуверенности, тревоге, пониженной самооценке, пессимизму. Также им свойственен, в ситуации фрустрации (при возникновении тревоги, выраженных отри shy;цательных эмоциях), уход во внутренний мир и соблюдение психологической дистанции между собой и окружением.

Часто и длительно болеющие люди не склонны прибегать к защитной стратегии «уход в работу». Не выдерживая интенсивной и продолжительной работы, они стремятся поскорее расслабиться, поскольку не в состоянии поддерживать себя в тонусе.

Они чрезмерно озабочены возможностью неблагоприятного впечатления, которое могут произвести на окружающих сведения об их болезни. У больных порой возникает потребность рассказывать о своих страданиях, так как подобная защитная стратегия позволяет снизить их тревожность, получив поддержку близких, но их удерживает страх быть осужденным, осмеянным. Существование двух противоположно направленных тенденций усиливает эмоциональное напряжение и чувство фрустрации.

У часто и длительно болеющих преобладают несколько типов психологических защит: регрессия, проекция, замещение, вытеснение, причем ведущим механизмом оказывается именно регрессия.

Регрессия развивается для того, чтобы сдерживать чувство неуверенности в себе и страх неудачи, связанный с проявлением инициативы. Поэтому часто и длительно болеющих можно описать как слабохарактерных, податливых влиянию окружающих. Им присуща легкая смена настроения, в стрессовых ситуациях у них развиваются сонливость, плаксивость, неумеренный аппетит. Такие реакции более характерны для детского возраста, но не для взрослых людей.

Наличие такой защиты, как проекция у часто и длительно болеющих, свидетельствует о сдерживании чувства неприятия и/или отвращения к себе и окружающим из-за того, что окружающие люди их отвергают.

Использование механизма замещения говорит о том, что эти люди склонны сдерживать свой гнев, в особенности на сильного и старшего человека, из-за страха ответной агрессии, хотя отличаются импульсивностью и раздражительностью.

Использование механизма подавления говорит о стремлении часто и длительно болеющих тщательно избегать ситуаций, которые могут быть проблемными и вызывать страх, они не способны отстоять свою позицию в споре, покорны, тревожатся и избегают новых знакомств, забывчивы.

Такая психологическая защита, как подавление (вытеснение), также отражает низкий уровень рефлексии (лат. reflexio – отражение, анализ собственного психического состояния) и несклонность к анализу фрустрирующих ситуаций и их последствий. В то время как именно рефлексия связана с развитием защитных стратегий высшего порядка, направленных на переструктуризацию ситуации, с возрастанием их осознаваемости.

Отсутствие такой рефлексивной основы у часто и длительно болеющих приводит к неадаптивному функционированию системы психологических защит. Поскольку они не склонны к анализу и рефлексии своих поступков, мотивов, желаний, у них мало развиты индивидуализм и самостоятельность.

Специфически строятся взаимодействие с другими людьми у часто и длительно болеющих в ситуации фрустрации, стресса. Для них характерна инфантильность отношений. Здесь присутствуют два полюса – либо спонтанные, плохо контролируемые, истероидные реакции (закатит истерику, обидится, уйдет, хлопнет дверью, выпустит пар), либо инфантильные реакции, когда пациенты идут по пути приниженности, признания своей слабости и бравирования ею (винит во всем себя, льстит и лебезит).

Защитные реакции часто и длительно болеющих чаще всего носят пассивно-оборонительный характер по типу замирания или неконструктивной агрессии (желание расслабиться, чувство страха, желание избить кого-нибудь), многие из них носят соматизированный характер (краснеет лицо, холодеют и слабеют руки и ноги).

...

Таким образом, часто и длительно болеющим свойственны следующие личностные особенности: инфантилизм (личностная незрелость), соматизированная тревожность, эмоциональная неустойчивость, чувство неопределенной угрозы («плавающая тревожность»), депрессивность (как пассивная жизненная позиция).

Кроме того, выявляются проблемы экзистенциальные (лат. existentia – существование): неопределенность смысла жизни, страх смерти, неспособность просить о помощи, зависимые отношения с родителями, проблемы свободы – одиночества; проблемы самопринятия – доверия (заниженная самооценка, условное принятие себя, проблема любви к себе, недоверие к себе и другим); трудности рефлексии, самосознания (плохо структурированная картина мира, аморфность, узость защитного репертуара, стереотипизация защитных стратегий, телесная симптоматика как сигнал психологического неблагополучия).

Преобладающие типы отношения к болезни у часто и длительно болеющих тревожный и ипохондрический. Это может свидетельствовать о том, что постоянные простудные заболевания сами являются своеобразными защитными реакциями на стресс. Вторичная выгода болезни в том, что больной может позволить себе «передышку» от проблем социально приемлемым способом.

Типичными стилями реагирования часто и длительно болеющих являются, во-первых, «соматизированная тревожность» перед источником опасности, субъективно воспринимаемым как угроза для жизни (объективно ситуации таковыми не являются). Во-вторых, «чувство безысходности», как капитуляция, декларируемая позиция «выхода нет». В-третьих, «агрессия», внешняя и внутренняя, инфантильные демонстративные незрелые поведенческие реакции.

В результате эмоционального чрезмерного реагирования почти любая стрессовая ситуация воспринима shy;ется как угроза жизни. На фазе подъема (психологического, иммунного) включается чрезмерная защита (иммунный барьер, психологическая агрессия, инфантильный уход). На фазе истощения происходит капитуляция на иммунном и психологическом уровнях перед вирусной инфекцией и чувством безысходности, соответственно. Таким образом, часто и длительно болеющие постоянно живут с неосознаваемым страхом смерти, «на пределе». Это обстоятельство вынуждает их системы защит функционировать в форсированном режиме. Метафорически это может быть определено как «форсаж». Периоды взлета – форсажа, чередуются с периодами падения – истощения.

Именно поэтому часто и длительно болеющие имеют гиперфункционирующую иммунную систему. Такой тип функционирования объясняется также через тип значимой угрозы. Это угроза внешняя, субъективно преувеличенная, страх смерти. Клинические наблюдения иммунологов за пациентами можно обобщить следующим образом: тот факт, что люди, которые часто простывают, легко «хватают» инфекцию, имеют низкий иммунитет – это заблуждение. В действительности их иммунная система работает в режиме «форсажа», то есть усиления, это приводит к ее быстрому истощению, как раз в период ее истощения человек оказывается недо shy;статочно защищенным перед внешней агрессией среды.

...

Подводя краткие итоги, отметим, что на данный момент были обнаружены значимые особенности в функционировании системы психологических защит у часто и длительно болеющих (метафора «форсаж») – гиперфункция иммунной системы и противоречивые неконструктивные защитные стратегии по типу «регрессия». У пациентов, часто и длительно болеющих простудными заболеваниями, наблюдается синдром вторичного иммунодефицита, который проявляется в учащении и утяжелении протекания таких заболеваний как ОРВИ, ангина и нарушении различных звеньев иммунной системы.

Таким образом, наблюдается феномен психосоматического круга, когда имеется сопряженное и взаимоподкрепляющее нарушение функционирования различных звеньев регуляции: психологического и иммунного. Нарушение иммунного звена проявляется в виде синдрома вторичного иммунодефицита, а психологического – в виде деформации системы психологических защит.

3.3. Причины возникновения острых респираторных заболеваний. Мнение психологии