Сверхъестественная любовь (сборник)

И тотчас же на лице Лилин, сжимавшей алмаз, отразилось безмерное потрясение. Ее глаза заметались, будто она следила за ходом увлеченной игры в пинг-понг.

— Я могла бы вернуться, — прошептала Лилин. — Королева простила бы меня.

Арчеру показалось, что в его грудь воткнули острый нож. Лилин может покинуть его! Вернется назад, к королеве Моргане, и навсегда позабудет о его существовании.

А он никогда ее не забудет.

В этот краткий и беспощадно ясный миг Арчер осознал, насколько стала дорога ему Лилин.

Он не хочет ее потерять.

Арчер уже готов был сгрести ее в объятия и прижать к себе так крепко, чтобы она ни за что на свете его не покинула. Лилин вздрогнула, словно очнувшись от грез, и окинула Арчера долгим взглядом.

Слова застряли у него в горле, а дыхание прервалось, когда Лилин взяла носок, валявшийся на кровати, и решительно опустила туда алмаз.

Затем она протянула носок Арчеру и улыбнулась.

— Я предпочитаю остаться смертной женщиной, если это означает остаться с тобой. И, прикусив нижнюю губу, добавила: — Если ты хочешь, чтобы я осталась с тобой.

Арчер испытал такое облегчение, что на миг лишился дара речи.

— Если я хочу? — Арчер с силой швырнул носок за спину и услышал, как алмаз глухо стукнулся об пол. — Надо ли еще спрашивать?

Про себя он решил, что утром первым делом унесет чертов камень из дома и закопает на мусорной свалке.

Лилин просияла улыбкой и обвила руками его шею.

— Арчер, кажется, я тебя люблю.

— А я, Лилин, точно знаю, что люблю тебя, — ответил он, глядя на нее. В его голосе и улыбке была нежность, которую он не мог и не пытался скрыть. — Люблю и ни за что на свете не отпущу!

КЕЛЛИ АРМСТРОНГ

Романтика паранормальной любви

— Когда я сказала про рынок знакомств, это была метафора. И уж конечно, я не имела в виду мясной ряд. Мне вовсе не улыбается стать чьим-нибудь обедом!

Тиффани закатила глаза:

— Мэл, это бар для вампиров, но не такой…

— А какие еще бывают для вампиров? Что они пьют? Правильно, кровь! А мы для них — посуда, в которую ее разливают. Ergo…

Если бы она закатила глаза еще чуть больше, зрачки бы совсем исчезли. Потягивая пиво, я слышала, как два парня за стойкой говорят «о бабах», а боковым зрением видела, что один из них недвусмысленно указывает подбородком в нашу сторону. М-да, крутой пацан!

— Чур, моя — блондинка! — забил он. — А ты, так и быть, бери брюнетку.

— Нет, это мне блондинку!

Всегда приятно, когда о тебе говорят и даже спорят. Только брюнетка это как раз я. Как ни крути, но если ты наполовину демон, да еще с обостренным слухом, иногда испытываешь определенные неудобства.

— Так вот, в этом баре, — продолжала убеждать меня Тиффани, — просто знакомятся. Быть вампиром нелегко, знаешь ли. Думаешь, у тебя одной проблемы с личной жизнью? А ты представь, каково им, бессмертным!

— Они не совсем бессмертные. И вообще, с чего мне знакомиться и встречаться с вампиром?

— Уф! Хотя бы с того, что они такие горячие парни.

Да, вампир — это круто. Особенно если тебе нужен высокий и черноволосый паразит. Я допила пиво, и даже после этого никто из торчавших у стойки не показался мне симпатичнее. Единственному, кто на меня поглядывал, было никак не меньше шестидесяти, и, скорее всего, ему выпивка тоже не помогла.

Я сделала бармену знак повторить. Но даже он меня проигнорировал.

— Але! — Тиффани помахала рукой перед моим носом. — Земля вызывает Мелани! Соедините нас наконец, будьте так добры. Это из бара вампиров звонят. Горячие вампирские парни уже несколько столетий мечтают с вами познакомиться.

Я фыркнула.

— Ну послушай! — не унималась она. — Разве это не романтично? Вампир, порождение ночи, страдалец, измученный пустотой существования, ищет одну-единственную и очень особенную женщину. Знает, что, если не найдет ее, обречен провести вечность бездушным монстром.

— Это из какого-то романа.

Она нахмурилась:

— Да? Ты уверена?

— Ага.

— На здоровье! Но они действительно мечтают найти настоящую любовь, огонек, который согреет их в ночи…

— И это я уже читала в книжке. Причем не в одной.

— Ладно, к черту романтику! Им нужен секс. Это для вампиров как энергетический напиток «Ред Булл». Он придает им сил, возносит на недосягаемые высоты. Учти, вампирам нужно много секса, и самого разнообразного. В таких позах и такими способами, про которые ты и не слыхивала!

— Опять литература, — сказала я и добавила: — Надеюсь.

— Пусть так, но все-таки они исстрадавшиеся порождения ночи…

— Да они преспокойно разгуливают среди бела дня.

— Ни в коем случае!

— Точно! И насчет страданий тоже сомневаюсь. Конечно, они вынуждены пить кровь и раз в год просто обязаны кого-нибудь угробить, но к этому, наверно, привыкаешь. Живут они долго и счастливо, сохраняют вечную молодость, почти неуязвимы, женщины ходят за ними табунами, лезут к ним в постель, и каждая стремится доказать, что именно она — «его единственная настоящая любовь». Чем плохо-то?

Тиффани как-то обмякла, пригорюнилась, шумно вздохнула.

— Не переживай, — сжалилась я. — Может быть, нам удастся найти для тебя какого-нибудь э-э… изнуренного. Или — как ты сказала? Исстрадавшегося?

— Кстати, откуда ты столько знаешь про вампиров?

— Уоллис.

— Что? — не поняла она.

Уоллис — мой бывший любовник и причина обета воздержания, который я когда-то дала и который теперь жаждала нарушить. Высокий, темноволосый, изможденный — все сказано будто про Уоллиса. Правда, он не был вампиром, хотя и пытался им стать. Жрец вуду с комплексом неполноценности, он очень интересовался миром неумерших. Наша любовь кончилась в тот день, когда я увидела, как он вкалывает себе купленную на черном рынке вампирскую кровь.

Хотелось бы мне сказать, что Уоллис был лишь незначительным сбоем в моей здоровой личной жизни, но вынуждена признаться, что он замыкал цепочку других лузеров. В каком-то смысле встречаться с паранормальным удобно. Это избавляет от многих проблем. Зато создает другие.

— Ладно, забудь, — смирилась Тиффани. — Может, кто-нибудь найдется и здесь, — она грустно посмотрела на завсегдатаев, — ну или еще где-нибудь.

Ну и сучка же я все-таки! Это заведение явно низкопробное. Другого у меня на примете нет. А подруге до смерти хочется попытать счастья в баре для вампиров. Убудет от меня, что ли?

— Ладно, — сказала я. — Пошли, подыщем тебе вампира. А если окажется недостаточно измученный, я это быстро исправлю.

Бар для вампиров. Сейчас, когда мы туда шли, я бы, пожалуй, покривила душой, сказав, что мне совсем не интересно. Но Тиффани так хотелось в это заведение, что я могла соврать себе, что иду ради нее, и почти поверить в это.

Мы познакомились с Тиффани три года назад в психотерапевтической группе для полудемонов. Как правило, женщины не слишком охотно идут на сознательный контакт с демонами и вынашивают их детей. Наши мамы обычно понятия не имеют, что у нас что-то не так, как у других, пока вдруг не проявятся какие-нибудь необыкновенные способности — подарок от папочки. Я, например, получила от своего очень острый слух, Тиффани — замораживающий демон низшего уровня. С ходу заморозить кого-нибудь ей вряд ли по силам, но у нее есть один взгляд… В общем, если будет нужно, она справится. В основном она превращает воду в лед. Очень удобно на вечеринках, если в доме испортилась морозилка. А больше от ее дара никакого толку. Тем не менее на судьбу она не ропщет.

Далеко не все полудемоны так позитивно настроены. Отсюда и необходимость групп психологической поддержки. Я узнала о демонской крови, текущей в моих жилах, потому что меня нашли люди, занимавшиеся медицинским мониторингом. Тогда-то и стало ясно, почему я так хорошо слышу. Они рекомендовали мне походить в группу, и я подумала: «Круто! Познакомлюсь с другими такими же, как я, узнаю побольше о своих замечательных способностях и о том, как их усовершенствовать». Как бы не так! Очень скоро я поняла, что группа — это место, где полудемоны плачутся друг другу на то, какой безжалостный удар нанесла им судьба.

Удар? Эй, послушайте, а как же сверхъестественные способности? Да скажите спасибо, что выиграли в генетическую лотерею! Нет, они только и знают, что ныть: не вписываемся в окружающую среду, во всем виновата проклятая демонская кровь, мамаши-шлюхи не смогли удержаться, чтобы не потрахаться с силами зла. Что до меня, то я бы своей сказала: «Давай, мама, получи удовольствие!» Она была одинокая, а демон наверняка оказался горячим парнем — метафорически выражаясь, конечно.

Продержалась я в этой группе недолго, но успела познакомиться с Тиффани, которую, как и меня, удивляли царившие там настроения: «О, горе мне!» А еще я встретила там Джейсона — моего первого паранормального бойфренда. Он оказался даже не полудемоном, а друидом и просочился в группу, чтобы подцепить там кого-нибудь из девочек. Итак, я попала в волшебный мир паранормальной любви.

— Как это все-таки романтично! Должно быть, вампиры так одиноки, — размышляла Тиффани, пока мы шли по Сент-Джеймс-стрит. — Ты только представь: веками видеть, как те, кого ты любишь, стареют и умирают раньше тебя.

— Это романтично?

— А разве нет?

Как-то я над этим не задумывалась.

Мы миновали троицу призрачных готов, державшихся неосвещенной стороны улицы, будто опасаясь превратиться в пыль от света фонарей. Оглядев наш вечерний прикид, они презрительно хмыкнули. Я ответила тем же.

Их присутствие означало, что мы уже близко. Отсюда, кстати, вопрос: такое ли секретное это место? В тех троих доходягах не было ровно ничего сверхъестественного — иначе наши туалеты не занимали бы их так сильно. Если об этом баре знают все, значит, шансы, что он оправдает свою репутацию, равны нулю. Только я понадеялась на веселый вечерок, как пришлось проглотить горькую пилюлю разочарования.

— Может, книги и врут, — не унималась Тиффани, — но в одном я не сомневаюсь ни секунды: каждому вампиру нужна подруга на всю жизнь. Чтобы было с кем коротать вечность. — Она мечтательно вздохнула. Ей явно казалось, что получить предложение стать кровососущим более романтично, чем прогуливаться по набережной Сены или слушать серенады, стоя на балконе. — Представляешь? Века вместе, объединенные любовью и…

— Гемофилией? Прошу тебя, не надо…

— Ой, вот он, смотри!

Она указала на неоновую вывеску на углу улицы, которая вспыхивала то словом «ВАМПИР», то надписью «ТРАКТИР». «Вампир-трактир», что ли? Полный отстой!

Итак, вывеска не предвещала ничего хорошего. Ладно, черт с ним, с отстойным названием. С таким же успехом можно было неоновыми буквами написать «СОРТИР». Фальшивка! В мире, где со времен инквизиции ничего не изменилось и где паранормальные существа по-прежнему скрывают свою истинную природу, бары для вампиров под неоновыми вывесками просто дичь какая-то. Не бар для вампиров, а дырка от бублика. Двойная порция бьющего по мозгам коктейля «Разочарование». Во всем графстве наберется не больше двадцати вампиров. И все они как соберутся, да как откроют бар именно в моем родном городе!

Когда в том, что это фальшивка, уже не оставалось никаких сомнений, я вдруг увидела парня, лежавшего на асфальте ничком. Вокруг него стояли люди, тихо и торжественно, будто сошлись вместе помолиться.

Я рванула туда, но Тиффани схватила меня за руку:

— Прошу тебя, Мэл, хоть раз не вмешивайся! Пусть этим займется кто-нибудь другой.

В том-то и дело! Все думают: пусть этим займется кто-нибудь другой, и в результате никто ничем не занимается.

Я задела плечом девушку-гота, такую бледную, что ее личико мертвенным светом озаряло весь переулок.

— Кто-нибудь позвонил девять-один-один? — спросила я.

Каждый посмотрел на соседа, словно говоря: «Ты ведь позвонил, правда?»

— Вроде какой-то дед пошел звонить, — ответил еле стоявший на ногах парнишка, обращаясь почему-то к девушке-готу, а не ко мне. — Может, он просто пошел искать место, где рухнугь? Здесь-то уже занято.

Сначала я решила, что он так шутит, но, взглянув на его лицо, поняла, что нет.

Я повернулась к Тиффани:

— Позвони девять-один-один.

Она явно колебалась, и тогда я сказала:

— Ладно, я позвоню, а ты займись им.

Она тут же полезла за мобильником. Я присела на корточки около пострадавшего.

— Тело нельзя двигать, — предупредил мужчина средних лет.

Конечно, и вы здесь, Капитан Очевидность!

Я попыталась нащупать пульс на запястье, но я — копирайтер, а не медсестра, так что не получилось. Чтобы добраться до его шеи, пришлось продираться сквозь длинные жирные волосы. Вот почему я начала все-таки с запястья. Но никогда не простила бы, если бы человек умер лишь потому, что мне противно трогать его волосы. Откинув прядь, я отшатнулась и вскрикнула.

— Твою мать! — сказал пьяненький парнишка. — Не иначе как это…

— Поцелуй вампира, — услужливо подсказала бледная девушка.

На шее у парня были два следа от клыков и тоненькая струйка крови, которая еще не засохла. Она блестела. Пожалуй, даже слишком. Я протянула руку. Девушка взвизгнула. Отлепив стикер, я продемонстрировала его собравшимся.

— Перфоманс! Впечатляет, не правда ли? Готовы пропустить по этому поводу стаканчик-другой в баре для вампиров? Закажите два — третий получите бесплатно!

Помахав «поцелуем вампира», я легонько пнула лежавшего мужчину в бок:

— Представление окончено. Вставай.

Он не пошевелился.

— Слушай, ты, задница! Моя подруга только что позвонила девять-один-один. Тебе придется дать некоторые объяснения. Так что поднимайся и можешь начать прямо сейчас.

Я еще раз пнула его в бок. Никакой реакции.

— Укус поддельный, но парень действительно без сознания, — сказал кто-то у меня за спиной. Сочный, огненный такой акцент, немедленно напомнивший мне о недавней поездке в Северную Мексику.

Я оглянулась и увидела приближающегося мужчину в строгом костюме. Еще один мужчина стоял на тротуаре, брезгливо оглядывая грязный переулок, словно надеясь, что лично ему можно будет остаться на месте и не ходить по этому заплеванному асфальту.

— Мигель Картер, — представился первый мужчина, — ФБР.