Помоги проекту - поделись книгой:
Игорь Станович
Гоа. Для тех, кто устал... жить по инструкциям
Вступление с предисловием
Если у вас в руках эта книга, значит, вы уже задумались над вопросом классика: «Кому на Руси жить хорошо?» Похоже, у вас неспокойно на душе, и это не ваша вина. Вам не сидится на месте. Хочется в жизни перемен. Причин тому множество, у всех они разные, однако есть и общие. Вы устали от окружающей вас несправедливости, постоянной лжи, алчности и агрессивности. Вы переживаете за будущее своих детей, не выпускаете их без присмотра на улицу, боясь криминала и плохой компании. Возможность, что чадо почерпнет там «вечные ценности», пугает вас. От школьного образования вы тоже не в восторге. Климат, опять же. Только отчаянная и загадочная русская натура могла выбрать себе столь некомфортное место жительства в плане климатических условий. Как говорят лица южных национальностей: «Та зима, которая зеленая, еще терпима, а вот та, что белая...»
Мы стремительно нагнетаем темп, в суете работы, быта и желании соответствовать определенному статусу. Вы устали от безумной гонки по жизненному кругу с карьерными препятствиями. Хочется радикальных изменений, в поисках выхода из этой психотравмирующей действительности вы берете глобус или карту, смотрите на контуры стран и пытаетесь решить: что сделать, куда податься... В Интернете есть форумы эмигрантов и переселенцев. Но это междусобойчик тех, кто туда пишет, да и где уверенность в их искренности? На виртуальных просторах душу зачастую изливают неадекватные личности. Те, кто достойно устроился за границей, затихарились и не выдают секретов своего успеха, в лучшем случае скромно помалкивают или отделываются от собеседника традиционным вопросом: «А почему вы выбрали именно эту (нашу) страну? Посмотрите, сколько на планете замечательных мест!» В худшем – отговаривают приезжать или предлагают хорошенько подумать, прежде чем сделать ответственный шаг.
Да, рвать связи и сжигать мосты, кардинально меняя образ жизни и место жительства, – дело, требующее мужества и хотя бы зачатков авантюризма. Если, конечно, вы не олигарх, а ваша фамилия не Абрамович, Березовский или Чичваркин. С каждым прожитым годом решиться на подобный шаг все сложнее и сложнее. «Жировые запасы» среднестатистического россиянина имеют свойство иссякать, а средства для существования необходимо восполнять, даже если вы решились уехать в самую дешевую для проживания страну. Там, разумеется, все очень недорого, но ведь не даром, особенно если речь идет об Азии или Африке, а вы человек с белым цветом кожи. Один только этот расовый признак делает вас в глазах местного населения «кошельком на двух ножках» или, на худой конец, человеком «с достатком». Конечно, если у вас выбор между «калымить в Гондурасе или гондурасить на Колыме», то тут не до чтения литературы на тему иммиграции, успеть бы границу пересечь. Но если вы перед законом относительно чисты, а жировые запасы не напоминают подкожный слой кашалота, то лучше все-таки обратиться к опыту «идущих впереди вас», прикинуть и соотнести потребности с возможностями. Послушать советы «старших товарищей», имея в виду тот факт, что ваш опыт, естественно, будет другим. Но что-то умное и ценное можно взять на вооружение. Эта книжка предназначена именно такому, ищущему читателю. И если она поможет хотя бы некоторым из вас, буду очень тому рад и посчитаю свой труд полезным и нужным. Даже если итогом будет ваше органическое неприятие Индии, и Гоа в частности. Ведь любой результат, будь он положителен или наоборот, – уже результат. И я предостерег вас от рокового шага. Или надоумил сделать правильный :).
Я не претендую на звание эксперта (уже вышел из того возраста) :), однако общий стаж жизни в Индии и перемещений по Юго-Восточной Азии составляет более четверти моей жизни. Из которой вот уже восьмой год нахожусь в Гоа. Покидаю я этот ни на что не похожий уголок Индии на пару-тройку месяцев в году – посмотреть прочий мир и побывать в России. Дабы не забыть русские березки и сделать себе «прививку родным социумом» во избежание вредного состояния души, когда жизнь ну совсем уже «кажется медом». Надеюсь, что книга эта не будет вами восприниматься как руководство к действию и призыв, «бросить все и уехать в наш «Урюпинск». Во-первых, не всем хорошо в «урюпинсках», во-вторых, не всем плохо в Москве и других мегаполисах. Да и кто-то же должен жить в России, снимать квартиры, создавать имидж государства, ковать обороноспособность и политический авторитет великой державы. Потому хоть книга и является «инструкцией», но воспринимать ее таковой не советую, все-таки она для тех, кому уже обрыдло жить по всевозможным унифицирующим инструкциям.
Я просто хочу ознакомить вас с ситуацией, рассказать о нравах и обычаях. Указать «подводные камни», о которые спотыкался сам, а также наблюдал, как это делают другие. Предостеречь от шагов, на мой взгляд, неуместных или преждевременных. А уж решать вы будете сами и делать выводы тоже. Ибо, повторюсь, ваш опыт может очень сильно отличаться от моего. Как говорится, чужой рассказ создает образ, представление о предмете, а суть этого предмета вы можете понять, только прикоснувшись к нему собственными руками. Именно ощущение от своих прикосновений я и хочу передать вам с предельной честностью и объективностью. Я ставлю своей целью предоставление читателю как можно большего количества достоверной и проверенной собственным опытом информации о менталитете, обычаях местных жителей и взаимоотношениях с ними иностранцев, живущих в Гоа, о прижившихся тут русских и образе их жизни. Поведаю, чем занимаются они, чем зарабатывают на жизнь, чему радуются и чего опасаются.
Хочется, чтобы мой труд помог вам самим определить все плюсы и минусы специфической гоанской жизни. Поэтому, даже если мое повествование заинтригует и возбудит на авантюрно-романтические приключения, советую для начала приехать сюда на пару недель – посмотреть. Убедиться в том, что автор прав, что он действительно не совсем в здравом уме вот уже восьмой год шарашится по Индии в поисках своей «отъехавшей крыши». И по результатам решить, как говорят в Одессе, – а оно вам надо? Или достаточно приезжать сюда раз в пару лет, в гостиницу, полакомиться лобстерами и вкусить гоанской вольницы. А далее по распорядку: пять дней в неделю – офис, выходные в кругу семьи, на даче в Дорохове (Пырловке, Ильинском-Усове...), отпуск в Анталии (Малаге, Куршевеле...).
Вот почему книжка может быть полезна не только людям, задумавшимся об эмиграции, но и различным категориям туристов и санаторно-пляжным отдыхающим, вздумавшим посетить сей славный уголок полуострова Индостан. А вдруг тот путь, которым бреду я, подходит и вам? Я имею в виду не прямую и жесткую эмиграцию из страны, с которой все мы связаны мощными и глубокими корнями своих генеалогических древ. А эмиграцию в стиле «лайт», мягкую и сезонную. Читайте, думайте, прикидывайте что-нибудь к чему-нибудь, делайте снисхождение автору за, возможно, не всем привычный ехидно-юмористический, «байковый» (от слова БАЙКИ) стиль изложения. Уж такое мое отношение к жизни и окружающей реальности. Не могу описывать ее без стеба. Ведь мир вокруг настолько забавен :).
И дай вам бог... удачи и РАВНОВЕСИЯ :).
ЧАСТЬ 1 Лоскутное одеяло
Расскажу, не тая и не таясь
В качестве кого бы ни заносила вас Cудьба или Карма в Индию, обойти стороной штат Гоа практически никому не удается. Ежели вы не дипломатический работник или политический деятель, то, скорее всего, делать это будете первый раз через туристическое агентство. Ведь вы не официально зарегистрированный владелец фирмы и еще не получили статус резидента Республики Индия, как это делают опытные иностранцы, проживающие в Гоа. Причин тому несколько. Например, визовый режим, существующий в Индии. Для решения этих проблем в Москве имеется несколько «специально обученных» агентств. Они обеспечивают визу различной продолжительности и билеты на чартерный рейс, если сезон чартеров уже начался. Билет обычно берется в один конец, ибо, кто его знает, куда и в какие сроки возжелает направиться ваша персона по истечении визы. Индия страна не курортная, а скорее, путешественническая, туристическо-познавательская. Еще сюда приезжают за медицинскими услугами, не такими, что принято предоставлять в Европе, Америке или Израиле. А традиционными, натуральными – аюрведическими и прочими восточными (как я их называю – гуманистическими). Самое знаменитое место в Индии по предоставлению коммерческой разновидности этого вида лечения находится южнее нас, а именно в одном из любимейших мною штатов – Керале. О них я еще расскажу подробнее в следующих главах. Как таковых курортов здесь раз-два и обчелся, самый главный и популярный из них и есть Гоа. Поэтому туристические «пакеты» (виза – трансфер – проживание), «тревелкомпани» продают в основном сюда. Обычно к путевке прилагается рекламно-просветительский буклет в стиле: «Зацените, что за чудо мы вам предлагаем, Рай на земле еще существует». В листовочке отображены: примерный курс индийской рупии к ведущим валютам, температура воздуха, воды... рекомендации не пользоваться услугами кого-либо, кроме представителей туристической компании, не брать в аренду транспортные средства, ибо движение в Индии зеркально отраженное от привычного россиянину (причем во всех смыслах, а не только направлением), и куча дебиловатых советов типа после чистки зубов полоскать рот водой из бутылочки и надевать панаму, отходя от кондиционера.
Начинается, как водится, подобная «здравица» оптимистически-безграмотным словосочетанием типа «Вы летите НА Гоа...». Если подобное словосочетание попадается на глаза или произносится вслух при «продвинутом» гоанце, я имею в виду тех, кто не первый раз отправляется в Индию, независимо от того, в ладах он с русским языком или нет, возмущению его нет предела. Формально он, конечно, прав, ибо Гоа – это не остров, соответственно по правилам русской словесности лететь можно исключительно «в Гоа»... хотя, вот в Японию же летают, и ничего... а она пока еще островное государство, но говорят, что уже движется со скоростью несколько сантиметров в год в сторону российского берега :). Такие «молодые» и всезнающие «гоаны» (именно так почему-то принято тут выражаться) в среде русской диаспоры называются – «заработавшие синдром подразобравшегося», но чем дольше стаж пребывания на благодатной земле, тем человек становится терпимее и перестает презрительно относиться к посягнувшим на чистоту родной речи. Я бы в подобных случаях посоветовал неопытным туристам выражаться: «НА Гоанщину» – и «волки» будут целы, и туристы останутся при своем мнении. Выражение «подразобравшиеся» ввел один из старейших членов русской тусовки, диджей XP-VOODOO, он же в миру Тимур Мамедов. Но речь пока не о ярких представителях нашего землячества, этой темы мы с вами коснемся немного позже.
Далее в рекламном проспекте пропечатаны статистические данные – длина, ширина, количество населения, процентное содержание приверженцев различных религий, парочка исторических дат, типа когда штат вошел в состав Индии, и дежурное упоминание о «благословлении» Гоа Джоном Ленноном в качестве Мекки хипповского и прочих неформальных движений. Естественно, вам раскроют тайну, что музыкальный стиль «гоатранс» зародился не на Чукотке, а именно тут. Обычно на этом официальная часть заканчивается, далее идут уже профессиональные туроператорские разводки, чтобы втюхать отдыхающему побольше своих услуг, начиная от массажа в салоне при гостинице и кончая набором экскурсий с ценником, в разы превышающим индийскую реальность. Как правило, историческая информация ограничивается упоминанием того, что до 1962 года, когда Индия объявила об аннексии Гоа и он вошел в состав республики, территория эта примерно пятьсот лет принадлежала Португалии, потому здесь превалирует христианство в своей католической версии. Все оно так и было, если не вдаваться в подробности. Но человеку пытливому должны быть интересны некоторые детали и предыстория, послужившая исторически сложившемуся имиджу этого уникального места на Земле. Итак, немного конкретики о климате, отличительных особенностях, менталитете и нравах населения и житейско-бытовых тонкостях Гоа.
География и всяко-разно
Начнем с небольшого географического описания и плавно перейдем в тезисный исторический экскурс. То, что здесь немного угнетает широкую русскую душу, – это осознание ограниченности пространства штата. Площадь его действительно настолько мала, что составляет по размерам примерно три с небольшим Подольских района в Подмосковье. Штат вытянут вдоль побережья Аравийского моря, которое является частью Индийского океана. Протяженность – сто пять, а ширина, в самом широком месте, шестьдесят пять километров. С запада – воды океана, с востока – предгорья хребта Западные Гаты. Население, даже смешно сказать по индийским масштабам, – всего один миллион четыреста тысяч человек, примерно, как в ЮЗАО Москвы. Поэтому сибирякам тут вряд ли будет уютно, ведь еще в советские времена у них существовала поговорка: «Сто рублей не деньги, сто километров не расстояние, сто лет не старуха». Причем некомфортно им будет по всем трем пунктам. Сто рублей, даже если брать современные российские деньги, уже не говоря о советских, это более трех долларов США, то есть сто пятьдесят – сто шестьдесят индийских рупий, в зависимости от текущего курса. Сумма, на которую можно купить килограмм говядины, например, или пять литров потрясающе вкусного молока. Сто километров – это огромное расстояние, которое ехать вам придется два-три часа, если вы сами будете за рулем, и немного больше, если вас повезет индийский водитель. Второй способ значительно надежнее первого, и вероятность того, что вы в комплектном состоянии доберетесь до конечной точки своего следования, значительно повышается, особенно в тех случаях, если вы не имеете достаточного опыта перемещения по Азии на любом из видов транспортного средства.
Движение тут не только левостороннее, но еще и не поддающееся логике зашоренного протокольностью европейца. Ширина проезжей части напоминает козью тропу к водопою. Ездят индийцы, а беря с них пример, и иностранцы, не по правилам, а по интуиции и только им объяснимым порывам души. Алкогольное и прочее опьянение не является злостным нарушением, и если местный гаишник останавливает вас в таком состоянии, то размер штрафа зависит только от тяжести его материального положения и вашей убедительности, когда вы ему объясняете, что приоритетом для вас на текущий момент является добраться до дома, чтобы отоспаться. Сейчас, правда, времена меняются и «гаишники» – под надзором, который мешает им разбойничать на дорогах, поэтому встретить их в наших краях считается «редкой удачей». Сами дороги расширяются, и асфальтовое покрытие не напоминает более рельеф обратной стороны Луны, как это было три-четыре года назад. Что же касается столетнего возраста, то я не встречал здесь долгожителей индийской национальности. Южные женщины взрослеют рано, в сорок лет это уже солидная тетя, если еще учесть, что в Индии понятие красоты женского тела напрямую связано с его массой – чем больше она, тем красивее тело, в разумных пределах, конечно. А предел этот у каждого индийца свой.
Территория Гоа условно поделена на две части (для сибиряков предлагаю терминологию – «деревни»), Южное Гоа и Северное. А посередине столица – город Панаджи (Панджим, допустимы оба произношения) и исторические места, такие как Старый Гоа, который когда-то был столицей. Именно в нем и располагаются главные христианские святыни не только штата, но и всей католической Индии, если не сказать всего востока. Юг, если верить турагентскому бумагомарательному творчеству, более респектабельный и богатый, здесь самая большая концентрация пяти-, четырех– и даже трехзвездных отелей на квадратный километр во всей Индии. «Крестьяне, работающие в поле, машут рукой, приветствуя проезжающие автобусы с туристами...» – написано в рекламном проспекте. Отдых здесь туристические компании называют солидным и близким по сервису к западным стандартам. Не верьте! Понятия «сервис», «комфорт», «удобство» в Индии вещь настолько эфемерная, что даже из окна делийского «Рэдиссона» видна помойка, по которой шляются коровы и люди. Цены на съемное жилье (не считая гостиниц) на юге ниже, чем на севере. А секрет этого явления прост – там до скуки нечего делать.
Да, насколько позволяет индийский менталитет, южная часть штата отуречена и уегиптина. Отношение к бледнолицым приезжим гораздо более потребительское, как, впрочем, и везде вблизи дорогих гостиниц. А там их действительно в разы больше, чем в северной части. И контингент приезжает реально – COOL и GLAMOOR. Но благодаря тому же менталитету и традициям унифицировать все, закатать в пластмассу, измерить килокалориями, человеко-днями и литрокилометрами в Индии невозможно. Короче, нормального, стандартного, сертифицированного по западному образцу курорта, каким его пытаются позиционировать турфирмы, из Гоа все равно никогда сделать не получится. И, слава богу, не в этом его прелесть. Благодаря КУЛОСТИ И ГЛАМУРНОСТИ возможности заработков на юге выше, из-за чего некоторые иностранцы стремятся в разгар туристического сезона поработать именно там, переезжая в межсезонье «в верхние широты». Таких культовых мест, как на севере, распиаренных народной молвой и легендами, на югах нет. Местное население по большей части – католики, что тоже накладывает свой отпечаток на энергетику и дух местности. Брендовые отели располагаются вдоль береговой линии, однако, соблюдая индийский закон, не ближе чем в пятистах метрах от пляжа. Пляжи по всей Индии принадлежат «народу», своих отели не имеют. Правда, иногда, нарушая закон, хозяева гостиниц ограничивают часть песка загородкой и не пускают внутрь нее местных торговцев и попрошаек. Однако это до поры до времени. Сегодня действует, а завтра может поменяться начальник полиции, которому заплатили за подобный «беспредел», или приедет какая-нибудь комиссия из центра, и «новая метла»... Как же все это близко жителю бывшего СССР и нынешней России!
То нечто, изюминка и фишка, прочувствовать которые и к чему приобщиться приезжают в Гоа люди, находится на севере штата. Можно быть циником, реалистом, прагматиком, утверждать, что никакого ДУХА Гоа не существует и в помине, однако есть тут некая мистика и магия. И я очень сочувствую людям, не прочувствовавшим этого, не понявшим Гоа и не осознавшим энергетическую уникальность наших мест. Дух этот с некоторыми натяжками сродни духу Коктебеля прошлого века. Этакая относительно вольная республика, где разумно допускается то, что не приветствуется в прочих, стандартизированных цивилизацией местах на планете. Именно здесь, на севере, я бы поставил памятник Джону Леннону на манер того, который увековечил Юрия Долгорукого перед мэрией Москвы, с вытянутой рукой, осеняющей местность вокруг. Только без коня. И надписью: «Сим повелеваю основать здесь хипповское братство». По преданиям, так он и поступил, приехав однажды в Индию, и занесла же его нелегкая к нам! Хипповское движение под влиянием веяний времени с тех пор уже выродилось. На смену ему пришли новые неформальные тусовки, но престарелых хиппи, которые помнят визит патриарха, еще можно встретить. Я лично знаю нескольких, преклонного возраста. А одному из них уже перевалило за сто лет. И это единственный попавшийся мне долгожитель, но он канадского происхождения.
Грамматически-лирическое отступление
Хотелось бы еще оградить вас от неправильной терминологии – жители полуострова Индостан называются ИНДИЙЦЫ. Пишу об этом потому, что в среде русских чаще употребляется ИНДУСЫ. Это в корне неправильно. Индусами именуются только те индийцы, которые исповедуют религию ИНДУИЗМ, а таких в Гоа меньшинство. Называть же индусами всех жителей Индии подряд примерно столь же грамотно, как если бы про всех москвичей говорить, что они православные, смешно получится (я сразу представил себе какой-нибудь московский рынок).
Климат, сезонность, часовой пояс
Самый жесткий и не располагающий к праздному времяпрепровождению, это сезон дождей. По-научному он называется сезон муссонов, по-местному – МАНСУН ТАЙМ (время мансуна), а на деле это время, когда в Гоа остаются только истинные фанаты и те, кому деваться больше некуда. Начинается он в конце мая – начале июня и продолжается все летнее время, захватывая сентябрь и часть октября. В разгар мансуна на Гоа сваливаются циклоны, дождь может не выключаться по нескольку дней. Во время таких дождей вода с неба уже не капает, а течет струйками, образуя иной раз стены. Смерчи и порывы ветра во время гроз валят деревья и пальмы. Те, в свою очередь, рвут линии электропередачи. Температура воздуха вкупе с влажностью создает парниковый эффект, остаться без электричества означает: неработающие вентилятор, холодильник, кондиционер и так далее по степени важности... Но самое неприятное в отключениях электричества – это отсутствие возможности накачать в накопитель воды из колодца. Подлый насос отказывается работать без оного. В подобных случаях выручает русская смекалка – помывка и чистка зубов под дождем. Сам я проделывал это неоднократно, индийцев за подобным занятием не заставал. Если в многодневном ливне появится перерыв, не дай бог, выглянет солнце, тогда парниковый эффект начинает напоминать атмосферу Венеры, формулировка «100%-ная влажность» в данном случае не говорит ничего.
Начиная с середины второго осеннего месяца дожди идут на убыль, но веселенькие ливни могут продолжаться даже в ноябре. Сейчас с изменением климата Земли погода и в Индии сходит с ума, последние три года дожди могут застать вас врасплох и под Новый год. Но это уже какая-то аномалия, местные жители говорят, что вплоть до последнего времени подобного безобразия они на своем веку не наблюдали. В конце ноября влажность уменьшается, небо все чаще становится безоблачным и температура стабилизируется на комфортных двадцати семи – тридцати градусах, постепенно, к январю, опускаясь ночами до восемнадцати. Температура воды в море примерно одинаковая круглый год и составляет в среднем двадцать семь градусов. Как говорится, совсем не бодрит славянскую тушку.
Косяки и джоинты перелетных птиц устремляются из северных широт на юг, а с ними и первые чартеры прибывают в Гоа. Начинается сухой сезон, он же туристический, если посмотреть на это дело глазами бизнесменов от туриндустрии и жаждущих отдохнуть со всего мира. Сей праздник души и именины тела продолжается до конца марта – середины апреля, когда столбик термометра тупо и упорно прет вверх, преодолевая к середине мая планку в сорок пять, а однажды, на моей памяти, даже пятьдесят один градус. Вот именно это время я называю третьим сезоном, сезоном «духовки». С опытом, а также благодаря близости океана период этот переносится не столь угнетающе, как в первое время. Однако новичкам следует опасаться плохого самочувствия и различных проявлений на коже. Дело в том, что с повышением температуры и влажности ускоряется обмен веществ в организме и увеличивается выделение накопленных нашими телами токсичных веществ. Кои и высыпают на коже различными неприятностями. Тому способствуют и созревающие в этот период фрукты, такие, например, как манго, гуаява, джекфрут и хлебное дерево. Природой не просто так задумано их появление в это время. Употребляя их в пищу, вы помогаете организму очищаться. Но тут главное – не переборщить, ибо любое лекарство в больших количествах – яд, а проявления могут напоминать кожные заболевания.
Часовой пояс Индии называется незатейливо: «
Деньги, язык, пунктуальность
Российские рубли в Индии хождения не имеют . И это не шутка. Пишу так потому, что буквально на днях мне пришло из России письмо с вопросом, а правда ли, что в Гоа необязательно везти конвертируемую валюту, можно ехать с рублями и их тут обменять. Обменять можно что угодно на что угодно и где угодно, другой вопрос, какой курс вам предложат. Название индийской валюты ласкает слух русскому человеку. Оно очень созвучно нашим деньгам – РУПИИ. Поэтому россияне, не заморачиваясь, обзывают их в обиходе рублями, и никто не смотрит друг на друга удивленно. Иногда употребляется термин – РУПАСЫ. Есть еще ПАЙСЫ, их соответственно сто штук в рупии, но они нынче такой же раритет, как у нас монета достоинством одна копейка – себестоимость производства выше номинала. У меня вообще закралось подозрение, что индийцы когда-то сперли название денег у русичей, вот только данный им природой речевой аппарат не позволяет четко и членораздельно, как нам, произносить сочетание букв «бл», поэтому со временем они и заменили их на «пи». По нынешним котировкам,
Американские бумажки памяти почивших президентов с цифрой сто здесь привычнее веселеньких и нестандартных по размеру европейских фантиков. С индийской купюры любого достоинства на вас смотрит, ласково, по-ленински улыбаясь, дедушка Ганди. Оно и немудрено, Ганди общесогласованно носит звание – Махатма, а это даже значительнее, чем «святой». Тем более что для большинства индийцев он значит гораздо больше, чем Ленин для советского человека, и это искренне, а не по указанию сверху, как бывало у нас. В последние годы выпустили в обращение две экспериментальные купюры достоинством пять и пятьдесят рупий без портрета вождя. Но эксперимент свернули из-за «глубокого возмущения» общественности, а банкноты эти стали нумизматической редкостью. Индийцы консервативны в своих привязанностях и традициях.
Как и у любого народа, у индийцев сложилось сленговое обозначение достоинства купюр. Если в России десятка – червонец, то у индийцев – дар. Пятьдесят рупий – парнас. А сто – чамбар. Рекомендую запомнить, и вы будете выглядеть на рынке «своим пацаном», а это, глядишь, даст вам преимущества для торга.
В Индии существует два государственных языка , которые, по-хорошему, должны знать все граждане. Это английский и хинди. Третий по значимости – урду, на нем говорит исламская Индия, и до Гоа он почти не дошел, тут сейчас немного мусульман, по-местному – муслимов. Поэтому про такой язык многие гоанцы и не слышали. Вообще количество языков на Индостане исчисляется сотнями. У каждого штата, местности свой. И среднестатистический гражданин знает их несколько. Местный, хинди и английский, еще на всякий случай пару соседских. В Гоа локал (местный) язык называется конкани, а в соседней Махараштре – марати. И гоанские локалы (местные жители) обычно знают оба. Такое разнообразие языков и написания букв приводит к тому, что жители удаленных районов Индии, пытаясь объясниться между собой на хинди, помучившись немного в непонимании, переходят на простой и примитивный английский язык, и тогда взаимопонимание восстанавливается. Справедливости ради стоит сказать, что пятнадцать процентов индийцев, а по некоторым данным, гораздо больше, не знают английского языка, да и вообще никакого, кроме местного. В основном это утверждение относится к людям пожилым и старым. Молодежь, если она не из самой низшей касты и глухой деревни в джунглях, языком своих прежних главных колонизаторов владеет. Но все-таки рекомендую развивать в себе абстрактное мышление, фантазию и актерские навыки, если покупать овощи и фрукты вы собираетесь на рынке, а кроме рынка, сельхозпродукцию купить можно только на овощных развалах, где цены выше. Навыки пригодятся вам в традиционной восточной забаве – поторговаться. Учитывая, что продавец может не иметь высшего английского филологического образования, вам придется изъясняться с ним жестами и тыканьем пальца в кнопочки калькулятора. А также для пущей убедительности советую научиться делать страшные, круглые глаза, как у злодеев из индийского кино. Если вы в данный момент проживаете в Москве или Питере, вступайте в клуб любителей этого захватывающего вида искусства, в больших городах России они тоже наверняка имеются. Вам не понадобится много времени, чтобы перенять пару-тройку приемов, и вы будете хорошо подготовлены для общения с индийскими крестьянами.
Уровень знания английского языка не на прямую зависит от местности проживания его носителя. Вы можете не понять произношение культурного чиновника в аэропорту и прекрасно пообщаться с брахманом из деревенского храма. В Индии в целом и в Гоа в частности еще по заветам дедушки Ганди стал воплощаться в жизнь величайший лозунг советской эпохи в истории России: «Деревню с городом сравняем...» Даже в больших городах вполне реально встретить бредущих по своим надобностям коров, мимоходом по пути зажевывающих брошенные картонные коробки. Или, приехав в деревню, состоящую из хижин с крышами, покрытыми пальмовыми листьями, обнаружить шалаш со спутниковой тарелкой на бамбуковом шесте и гордой надписью «Internet cafe».
Однажды в провинции Пернем, на самой окраине Гоа, в абсолютно не туристическом, глухом месте я остановился на перекрестке в недоумении, куда двигаться дальше. Рассчитывал только на себя и помощь своего неоконченного театрального образования, которое получил в период «моих университетов». По плану я решил членораздельно произносить название нужного мне населенного пункта и тыкать пальцами в разных направлениях, пока ответчик не кивнет утвердительно головой в тот момент, когда мой палец задержится на нужном. Не успел я выбрать жертву среди стоящих в ожидании автобуса людей, как один из них сам направился ко мне и на чистейшем английском языке с оксфордским произношением испросил о причине моей остановки и видимом на лице недоумении. Я не сразу нашелся с ответом. Мой английский родом из Индии, я жил в столице – Дели – с родителями в советские времена, то был конец шестидесятых – начало семидесятых. Поэтому я неплохо понимаю «ингриш», то есть «индийский английский», и теряюсь в общении с англичанами, особенно лондонцами, этих я могу немного разуметь на третий день общения. Про американцев можно и не говорить, их речь напоминает пережевывание гамбургера вперемешку с детским «агу». Товарищ с перекрестка ну никак не походил даже на дальнего потомка англосаксов, скорее на бухгалтера из индийской сельской конторы самоуправления. О принадлежности к интеллигенции свидетельствовали урожденно белая рубашка цвета сумерек с длинным рукавом и ботинки с носками :). Когда я изложил ему причину моего угнетенного состояния духа, он рекомендовал не печалиться, а воспользоваться той удачей в его лице, что послало мне проведение. И если я соблаговолю выслушать его объяснения, то без труда найду нужный мне путь к побережью, жаль, что ему не по пути со мной и он не сможет составить компанию. Компанию мне он составить все-таки сумел. В благодарность я решил сделать небольшой крюк и подвезти его. Но главной причиной дополнительного расхода бензина было пообщаться с деревенским интеллигентом по дороге. Я не сразу доверился своим ушам, он и впрямь учился в Оксфорде и двенадцать лет прожил в Манчестере. Но разочаровался в европейском образе мыслей и решил вернуться на родину, послужить во благо ее. Вот уж поистине верно гласила советская присказка: Индия – страна контрастов.
Про восточную обязательность и пунктуальность ходят легенды. Немного поясню, что в них вымысел, а что совсем неправда. Когда индиец говорит вам: «Вейт файф минет», то есть подождите пять минут, это не означает, что даже по прошествии получаса вы дождетесь их истечения. «Пять минут», по восточному времяисчислению, это не временной отрезок, это образ, некий символ того, что ваша просьба или заказ будут когда-либо исполнены, но ни в коем случае не подтверждение, что именно за тот промежуток времени. Время на Востоке – величина непостоянная и движется совершенно по другим физическим законам, к которым привык европеоид. Если у арабов «пять минут» могут длиться до получаса, то в Индии они иной раз растягиваются на сутки, а бывало, и дольше. Причин тому множество, от философских до религиозных и ментальных. Время здесь не имеет такого значения, как на Западе. У гоанцев даже есть поговорка: «Никогда не делай то, что можно отложить на завтра». К слову, в языке хинди понятия ВЧЕРА и ЗАВТРА звучат абсолютно одинаково – КАЛ. И в этом огромная жизненная сила их существования. Что вчера, что завтра – все едино – КАЛ. Поэтому, ведя в Гоа бизнес и планируя свои дела, факт сей не учитывать по меньшей мере опрометчиво, а в худшем случае убийственно для бизнеса и вредно для вашего психического здоровья. Так что, если вы соберетесь сюда на полу-ПМЖ или на целое, пометьте это красными буквами в своем ежедневнике. И то, что не успели сделать КАЛ, не спешите воплощать сегодня, на это у вас есть КАЛ, а еще лучше послеКАЛ, или после-послеКАЛ. Живите сегодня, ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС.
Бытовые мелочи
Вот и настало время слегка осветить бытовые аспекты гоанской жизни. Проживаешь тут даже в так называемом городе, а получается, все равно – на природе. Я не могу назвать себя знатоком жизни маленьких городов России. Как-то не заставляла меня судьба надолго задерживаться в них. Но уверен, что компании самостоятельных коров или погонщик, охраняемый слоном, – явление там не самое распространенное. Не в пример столице нашего штата городу Панаджи, не говоря уже о прочих городах :). Ну, с хоботатыми-то понятно: «...известно, что слоны в диковинку у нас...» Коровы тоже, видимо, станут в нее же, вот только окончательно повяжут Россию обязательствами по ВТО. Но пока они вроде, как бы... по крайней мере, в телевизоре показывали президента в белом халате, посещающего коровник, и доярки в штатском ему демонстрировали (правда, не на коровах) уникальные возможности нанотехнологического доильного аппарата (может, сгодится применительно к политике для большей лучшести в управлении страной).
Видимо, индийские дояры и доярки – конченые консерваторы, доят коров вручную. Однако на качестве, количестве, а главное – цене молока это не отражается или отражается, но в лучшую сторону. Кстати, англичане называли Индию страной меда и молока. Причем слово МЕД ставили на первое место. (Пожалуй, единственный вопрос, в котором можно доверять этим проходимцам, ибо они знают, «с какой стороны медом намазано».) Россиян, первый раз пробующих здешний дар пчелок, «терзают смутные сомнения» относительно его подлинности. Местный мед абсолютно не соответствует славянскому (северному) представлению о вкусе этого чуда природы. Русскому вкусу, помноженному на цивилизованную недоверчивость, он кажется странноватым сиропом. Да и пчелы тут «неправильные», не похожи на тех, что в рекламе БИЛАЙНА. Полосатых я вообще не наблюдал, хотя медом занимался, можно сказать, профессионально, то есть импортировал его из других областей Индии и Непала на продажу окружающим иностранцам. Так что о меде я кое-чего разузнал и могу ответственно утверждать: ОН в Индии есть, но и на подделку нарваться можно, хотя такая вероятность очевиднее в местах, более подверженных западному влиянию, то есть центровых.
Дело в том, что объектом сбора нектара в южных широтах являются не цветущие травы, как это бывает в средней полосе и севернее, а цветы деревьев, в том числе и манго, которое зацветает в конце декабря. А травы буйствуют во время сезона дождей, их корни не такие длинные, и влаги им в сухой сезон не хватает. Пчелам же в ливни летать на работу лениво и нет никакого кайфа. Поэтому у него такой необычный вкус и более жидкая консистенция. Он никогда не засахаривается, даже если засунуть его в морозилку. Это нектар с цветов деревьев, деревья экзотические, и вкус у меда непривычный, веселенький. Я попробовал такое разнообразие дикого меда, в том числе и уникального, из долины Парвати, конопляной житницы Индии, а по моему убеждению, и всей Юго-Восточной Азии. Пчелки собирают его с мужских растений КАНАБИСА (как утверждал мой проводник), потом копошатся в женских, опыляя их, отчего на лапках налипает смола. И эффект от употребления столовой ложки такого дара природы ощущался потом в течение нескольких часов.
В Гоа есть электричество. Его подают регулярно. Бывают даже дни, когда отключения случаются не более трех раз. Если Россия достроит наконец обещанную АЭС, то будем надеяться, что отключения сократятся в количестве и продолжительности. Но пока наши страны разбираются в вопросе, кто же украл больше денег на этой стройке века, мы закупаем свечки и примуса. Номинально напряжение считается 220 вольт. Брехня, на самом деле вольтметр редко когда показывает больше двухсот. Холодильник ухитряется работать через стабилизатор, а вот вентилятор крутится еле-еле, микроволновка гудит и даже исполняет свои функции, правда, в полтора раза дольше обещанного. Розетки внешне похожи на привычные нам, только европейские вилки из них вываливаются с раздражающей частотой, пока не приходит в голову мысль разогнуть их плоскогубцами.
Нагреватель воды (центрального горячего водоснабжения в Гоа нет категорически), тоже тугодум, но тут это явление не шокирующее, ибо куда спешить-то? Да и без него обходиться можно, не в Сыктывкаре, поди ж, живем. Водопровод с холодной и приправленной хлоркой водой у нас существует. Не везде, конечно, но в столице, прибрежных поселках и даже некоторых деревнях он есть. Подача воды также происходит регулярно – с одиннадцати вечера и часов до трех-четырех утра. Поэтому как на частных домиках, так и на многоэтажных на крыше стоят баки, обычно черного цвета, чтобы лучше вбирать солнечное тепло. Если вы любитель частых водных процедур, да еще у вас имеется стиральная машинка, то расход воды у вас нестандартный, и она заканчивается в самое неподходящее время. На этот случай можно посоветовать ставить на крышу бак большего размера (максимальный – пятнадцать тонн). Если боитесь, что она не выдержит, используйте водяную помпу, то есть насос, и наливайте воду в бак из колодца по мере ее расхода. Именно так все и поступают, колодцы есть повсеместно, что в городах, что в деревушках.
Грунтовых вод – изобилие, однако чем ближе к кромке моря, тем больший привкус соли в ней ощущается. Для очистки воды в колодцы подсаживают рыб и огромных лягушек. Обычно там сидят две-три лягоматки по полкило весом каждая и много-много маленьких лягушат. Численность их следует регулировать путем съедания самых больших, если их разводится очень много. На вкус они потрясающие и очень полезные особенно для тех, у кого проблемы с суставами, позвоночником и хрящами.
Если у вас в России есть любимая лампочка и вы боитесь испытать ностальгические чувства по ней, все равно не стоит брать лампочку в Индию. Ну разве что держать ее на столе, умиляться и утирать слезу, вспоминая свою родину и белые березы. Прикладного использования ей здесь найти не удастся. Даже для штопки носков. Во-первых, для этой цели подойдет и местная, во-вторых, носки тут носят только опять же местные, облеченные должностью люди, в чью форму одежды включены ботинки. У меня, к слову, есть одна пара на случай поездки в более прохладные широты. Цоколь местной индийской лампы не имеет резьбы, у него есть два штыречка, благодаря которым он и фиксируется в патроне, а не вкручивается. Так что если вдруг вы все-таки захватили с собой подобный сувенир из России, то попросите знакомых прислать вам к нему еще и сам торшер, куда ее можно будет вкрутить.
Еще одна непривычная деталь, вводящая в ступор европеоида, – это выключатель, имеющийся возле каждой электрической розетки. По первости вы втыкаете вилку своего прибора в розетку, а он и не думает работать. Обычно выключатели собраны в блок, и в каждом таком блоке находится розетка или две. Ближайший к ней выключатель надо нажать в положение «включено», то есть «утопить» нижнюю часть. Тогда она заработает, на радость вам. Я подозреваю, что придумано это очень предусмотрительными индийцами в борьбе с несанкционированным замыканием. В сезон дождей влажность воздуха достигает 100% (что у них за шкала такая, я не понимаю, ибо у воды она должна быть подобной, а в воздухе еще и кислород имеется), но другого объяснения не нахожу, да и в прочих странах с не меньшей влажностью подобного не встречал.
Если вы везете с собой какие-нибудь бытовые электрические приборы, не забудьте положить в чемодан крестовые отвертки, дабы суметь в случае необходимости открутить винты. К тому же крестовые отвертки (в Индии их называют «филипсовские») – лучший подарок технически грамотному человеку или профессиональному механику. До недавнего времени купить их здесь было невозможно, как и болты с шурупами под подобные отвертки. Отвертки такого типа были запрещены! И в технике местного производства они не применяются.
А объясняется все очень просто и исторически обосновано. В Индии огромное население, которому надо создать условия, при которых оно сможет прокормиться, найти себе хоть какой-нибудь заработок. Крестовые отвертки и шурупы подразумевают возможность использования шуруповертов, следовательно – механизации. Механизация в состоянии заменить нескольких работников с плоской отверткой в руках. Соответственно, они будут уволены и останутся без средств к существованию.
Какая разница – платить сто рупий за выполненную работу человеку с шуруповертом или по десять рупий десяти диким заворачивателям винтов с плоскими отвертками? Для западного человека со скрученными в сторону цивилизованности и технологий мозгами она заключается в прогрессивном подходе. Иметь дело с одним вменяемым человеком гораздо проще и с точки зрения учета и бухгалтерии. Из него можно сделать специалиста, добавить ему зарплаты и вчинить в обязанность еще больше трудиться на ниве закручивания шурупов. Получится ощутимая экономия. Так логично рассуждает человек с западным менталитетом.
Однако у Индии своя логика, основанная на заботе о том, что будут кушать оставшиеся без работы девять человек, имевших ранее хоть какие-то гроши на миску риса, и своя ментальность, сформированная условиями жизни. Поэтому найти в гоанских магазинах крестовую отвертку – задача практически невыполнимая. И первое, что просят привезти из-за границы индийские самоделкины, это именно набор подобного инструмента.
Бензин. Бензин в Индии
Раз речь зашла о том, что надо заливать в бак, то и о тех средствах передвижения , к которым приделан этот бак, упомянуть стоит. Предпочтение здесь отдается двухколесным машинам. Это по большей части
Официально права все-таки желательно носить при себе, но, как и в России, здесь имеется универсальная бумага, дающая вам право ездить без них. Только на родине она гораздо большего номинала, здесь при желании возможно обойтись ста рупиями, по крайней мере, я больше не отдавал ни разу.
Стоимость проката байков колеблется от шестидесяти долларов в месяц до ста пятидесяти, в зависимости от срока вашей взаимной приязни в отношениях с хозяином и умения торговаться. Если у вас стойкое отвращение к двухколесным аппаратам, можно взять в аренду автомобиль. Это уже встанет дороже, от двухсот замученных американских президентов, но зато тогда появится крыша над головой даже при выезде из дома, что немаловажно во время мансуна. Можно нанять такси хоть на целые сутки, это обойдется вам с учетом вышеозначенных факторов от двадцати долларов. Ну, и наконец, самый дешевый вид перемещения по штату, который подойдет не сказать чтобы экстремалам, но людям, ищущим приключения и имеющим московскую час-пиковую подготовку, – это муниципальный автобус. Зато прокатиться на нем можно с ветерком (не у всех стекла бывают в сохранности) и задешево. Стоимость билета аж десять индийских рупий, и катайся себе хоть весь день. Я не получил достаточного опыта езды на нем, мне и одного раза хватило. Во-первых, здесь не принято уступать место никому, поэтому я выглядел полным идиотом, когда поднялся, увидев беременную женщину. А сподвигло меня прокатиться уж больно заманчивое название, отображенное на боковых стенках этого чудо-транспорта. Оно гласило: «Devki trevel». Тревел (путешествие) оказалось так себе, с девками меня глумливо обманули.
Импортные автомобили здесь очень большая редкость. На них рассекают лишь по настоящему богатые люди, политики, бизнесмены высшей градации, звезды Болливуда и национального сумасшествия – крикета (командная игра, заимствованная индийцами у древних славян, сохранившаяся в России под названием лапта :)). Политика правительства такова, что любое заграничное тут облагается безумными пошлинами, чтобы защитить национальный рынок. И Индия с благодарностью клепает все свое. От брендовой бытовой техники, скупая право на производство устаревших моделей, до тех же машин и прочего. Любой продукт, произведенный за границей, стоит в три-пять раз дороже.
Спасибо надо сказать национальному сокровищу Индии (без подколок), совести нации и просто МАХАТМЕ (звание, определяющее высшую степень просветленности, святости) Ганди. Ибо пророненное им: «Каждая деревня должна иметь все свое: от доменной печи до небольшой электростанции, от кузницы до школы, чтобы можно было выжить самостоятельно...» Короче, производить надо все свое и не надеяться на глобализацию, ВТО, МВФ, доллар, китайцев и манну небесную. То есть по Жванецкому: «...автономно, как ледокол...» До чего же золотые слова! Как знал старик про 2012 год, будто лично был знаком с пророками Мая... июня и августа. Не слушают мудрого человека, то пытаются металлургический завод на Украине прикупить (!), то электростанцию атомную пристроить, то вплести свою экономику в мировую и завязаться с сырьевыми рынками. Ну посмотрим, чем дело кончится!
Если же вы все-таки сели за баранку индийского пепелаца, то неплохо бы иметь некоторое представление о принципах передвижения по индийским же дорогам. Правило номер один: сигналить везде и всегда , как только вам придет в голову мысль, будто что-то не по-вашему. Сигнал в Индии – самая необходимая вещь. Можно не иметь прав, тормозов, выкрутить лампочки из фар, но сигнал – это святое. Можно не иметь поворотников, на мотоцикле это вообще вещь второстепенная, даже если они работают, индийцы дублируют их указание рукой. Это старая азиатская традиция – показывать пальцем, в какую сторону ты решил повернуть. А вот с неработающим звуковым сигналом пройти ТО нет никакой возможности. Не зря на всех больших авто английским по белому написано: «Horn ok, please», то есть сигнальте, пожалуйста. А правительство Индии даже утвердило премию имени Джавахарлала Неру, которую вручат тому, кто ответственно назовет достойную причину, способную уберечь индийского водителя от нажатия на клаксон. И Нобелевский комитет держит ситуацию под контролем :). Благодаря этому, если оказаться в час пик в транспортном потоке, который неизбежен, когда посещаешь большой город или Гоа в период новогодних праздников, вы будто попадаете вовнутрь зазвонившего будильника. А если измерить шум в децибелах, показатель будет равен замеру на взлетном поле аэродрома. Включать ближний свет, когда слепишь встречных, тоже дело добровольное, по крайней мере, я стараюсь это делать, не рассчитывая на ответный ход. Видимо, надо подождать. Ограничение скорости также вещь формальная, я не видел ни разу, чтобы полиция обращала на это внимание, хотя и проводил эксперименты. А уж «гаишник» в кустах с радаром – наркотический бред молодого гоана. Разогнаться тут сложно, и дороги тому причина, и прочие участники движения.
Еще один совет, мало кем освещаемый новичкам, – если вы видите бредущую по середине дороги корову или группу коров, не стоит их давить, орать, ругаться матом или пытаться распихать бампером, они все равно этого не поймут, ни мата, ни вашего «пацанского наезда», а вы наживете неприятности. Корова в Индии – животина святая и имеющая полное право... к тому же она абсолютно полноправный участник движения. И объезжать ее надо ласково, со стороны хвоста, ибо прет эта дура только вперед и пятиться не умеет. Немного отступлю лирически, описав плакат, который я видел два года назад по дороге из аэропорта «Даболим» в родные моржимские пенаты. Это было в начале августа, во время сезона я его не видел или просто не обращал внимания, хотя второе – вряд ли, такое трудно не заметить и не оценить. Плакат вдоль дороги был огромных размеров и лаконично гласил: «Драйвер (водитель), знай: технические характеристики твоего ангела-хранителя могут не соответствовать подобным характеристикам автомобиля, которым ты управляешь, помни о скоростном режиме, не превышай его». На мой взгляд – гениально и должно прекрасно срабатывать, особенно в местности с преобладающим католическим населением. И что совершенно не удивляет при всей видимой на первый взгляд хаотичности, нелогичности движения, странности стиля вождения, смешанности в одном потоке всевозможных средств передвижения, от четырехколесных до парнокопытных, – аварии здесь большая редкость. А если они и происходят, то участниками в девяноста процентов случаев оказываются иностранцы, хотя бы с одной стороны.
Ну, наконец-то, мы добрались до самого простого, бесплатного и полезного метода передвижения по штату! Это метод «пешком», или «на своих двоих». Индийцам подобный вариант более присущ, чем европейцам. Россиян, бредущих вдоль дороги, встретить значительно сложнее. И пользуются им те из них, кто по возрасту уже боится садиться на двухколесное средство передвижения или только приехал и не успел обзавестись колесами. А также женщины, направляющиеся в соседний магазин. В Гоа НЕТ ТРОТУАРОВ. Индийцы не видят смысла делать отдельные дорожки людям и транспорту. Посему все движутся скопом и стараются поменьше друг другу мешать.
Идти по дороге тут принято спиной к движению и не бояться, что не заметишь опасности. Во-первых, дорога для всех, и, если вы даже по обочине будете двигаться навстречу, это помешает остальным участникам движения, придерживающимся обычного направления. Во-вторых, помните о Карме, не надумывайте, не моделируйте себе неприятности, и они вас минуют. Именно так рассуждают индийцы и смело поворачиваются спиной к несущимся мимо машинам. Водители их прекрасно понимают, ибо они и сами из Индии, а иностранцы быстро привыкают. Как и на Руси, здесь преимущество имеет тот, у кого железа больше. Лучше не спорить о приоритетном праве с грузовиком или автобусом, ибо они всегда правы. В Гоа водители грузовиков, конечно, делают скидку на то, что дороги полны непуганых туристов, но лучше не экспериментировать, вдруг это заезжий чел из другого штата, и он еще не свыкся с мыслью, что попал в самый «европеизированный» штат. Некоторые водилы привязывают на зеркала черные ленты (добавить красных – получится партийный катафалк с Красной площади :)). Ленты должны напоминать окружающим, что от машины можно ожидать неприятностей. Например, рассеянное внимание драйвера в связи с долгой и тяжелой работой или просто усталость с недосыпом. Первое время я не притормаживал на узкой дороге, когда навстречу ехал автобус. Мне казалось, что места разъехаться хватает обоим. Подобная беспечность вызывает панику у индийских водил. Автобусники сами начинали судорожно тормозить и уходить к обочине. Я до сих пор не могу понять природу этого явления. Видимо, глазомер у индийцев такой, что они не могут рассчитать расстояние.
Еще одна уникальная черта индийцев, редко освещаемая иностранцам. Они всегда по умолчанию делают так, как удобнее им . Если ваш таксист не предупрежден о вашем больном горле, то кондиционер в автомобиле будет включен на полную, ибо ему жарко. Если, наоборот, он приболел, то и охлаждение салона будет выключено. Не стесняйтесь, ведь вы тут хозяин положения и платите ему за работу. Скажите, что и как сделать, и команда ваша будет выполнена.
Мобильная связь. И этого добра в Индии хватает. Количество операторов, примерно как в России. Ретрансляторные вышки понапиханы где только можно, в том числе и на исторических объектах, охраняемых ЮНЕСКО. Последние года три появились радующие глаз яйца на красном фоне. В Гоа не так популярен МТС, а вот коммунистический штат Керала весь ими увешан, аж светится и скоро начнет кудахтать. Два основных атрибута Кералы последние несколько лет – это как раз известные яйца МТСберже и красные знамена с серпом и молотом. Вкупе со знаменитыми фьордами они создают настолько сюрреалистическую картину, что Сальвадор Дали с его цивилизованным творчеством кажется ребенком из кружка «Умелые руки». Заехав в этот штат, первое время никак не можешь сообразить, куда попал: то ли в районный советский городишко, украшенный пальмами в преддверии первомайских праздников, то ли время совместилось с пространством и закрутилось в спираль. Или все-таки добрался до Индийского океана господин Жириновский и таки ухитрился, старый проказник, ополоснуть тут свои сапоги и переделать декорации на свой лад?
Цена на связь приятно удивляет европейски адаптированных граждан. Минута общения в регионе стоит одну индийскую рупию, это шестьдесят российских копеек. Минута разговора с Москвой за последний год подорожала и вместо пяти рупий стала целых восемь. Наиболее популярные операторы – ВОДАФОН и АЙДИЯ. Что несколько удручает – это агрессивная рекламная атака эсэмэсками, они сыплются в трубку пачками. Есть еще более веселый прием – звонок робота, который восторженным женским голосом под музыку начинает вам рассказывать приятности на языке конкани. В первое время действительно забавляет, но вскоре начинает раздражать. По прошествии еще какого-то времени уже не обращаешь на то внимания. Деньги за разговоры кладешь на счет не абы сколько, а определенную сумму, тогда вся она идет на треп и не берется комиссия. Это называется «фул ток тайм», то есть все деньги чисто потрендеть, по полной.
Где добыть себе еду и прочие блага цивилизации? Как и во всем мире, в Индии существует несколько таких источников. Это прежде всего рынок и следующие по значимости магазины со знакомым нам и милым сердцу названием – супермаркеты. Именно в таком порядке, ибо купить мясо или рыбу с курицей в других местах невозможно. Большущий магазин «Оксфорд» в Вагаторе всегда славился наличием европейски адаптированных продуктов, вплоть до замороженных сосисок и куриных окорочков памяти президента Буша. Сейчас, правда, появились еще супермаркеты в прямом понимании этого слова типа нашего «Перекрестка». Как с воодушевлением рассказывала одна девушка: «Там даже тележки для продуктов есть и кондиционер работает!» Но такой сервис – не повод покупать в Индии мороженую расчлененку «трупов животных». Для этих целей существует рынок. И дело первейшей важности каждого уважающего себя гоана, собравшегося жить в северной части Гоа и питаться по-человечески, – это запомнить дорогу в районный центр – городок Мапса, или Мапуса, и то и другое название имеют право на существование. Здесь расположен глобальный, по нашим понятиям, продуктовый рынок. Купить можно практически все – от парного мяса до экзотических фруктов, например яблок. В Индии они растут только на самом севере, в предгорьях Гималаев. Говорят, что завезли их сюда англичане, большие любители «яблочного пая». (А живший поблизости Рерих поступил оригинальнее, он посадил русские липы.) Местные яблоки дешевле, но еще есть импортные, в основном китайские. Бананы, папайя, манго и прочая лабуда – это уже совсем не экзотика. Говядину, ясное дело, продают мусульмане, иногда католики, ибо индуисту в таких рядах даже появляться скабрезно. Свинину – только католики, ее, кроме них, другим не положено вкушать. А вот козлятиной и индусы промышляют. Козлятина – самое дорогое мясо, видимо, из-за универсальности его употребления в пищу всеми относящимися к различным верам. Кстати, она здесь обзывается – матон, что значит баранина, но это неверно, так как индийцы не делают между ними разницы.
Курей лучше закупать возле дома, повсюду разбросаны мини-фермы. Приходишь, указываешь перстом, какую именно цыпочку соизволишь сожрать. Ее вылавливают, взвешивают в живом виде, далее перерезают горло и дают потрепыхаться в большой бочке. После чего в течение минуты выдают ощипанную тушку. По желанию могут нарезать на необходимые вам куски. Из головы вырубается кубик, содержащий мозги, это вместе со съедобными потрохами подается в пластиковом пакете. Первые разы подобная процедура шокирует, но со временем привыкаешь. Куриное мясо здесь жесткое, не похожее на продукцию «Петелинки», но значительно вкуснее. В магазинах остается покупать лишь продукты ежедневного спроса вроде молока, которое, кстати, можно еще приобретать на пунктах розлива, куда его привозят с ферм, под названием «Дейри». Еще один вариант – у соседа, держащего корову, а тут это подобает каждой индуистской семье. Еще в магазин приходится наведываться за бытовыми мелочами и тем, что хранится в холодильнике. Индия – страна с государственным регулированием цен. Практически социализм с рыночным, но человеческим лицом. Цена пропечатана на каждом продукте, подлежащем регулированию, то есть на всем, что имеет этикетку. Называется это MRP – цена, выше которой товар продавать нельзя. Так что продавцу невозможно накрутить на нее больше.
Кроме рынков в больших поселках существует еще множество регулярных и не очень в различных деревнях, о них стоит спросить у местных жителей – и ехать ближе, да и цены там ниже. Стоит упомянуть еще об отдельных базарах, торгующих свежей рыбой. Они открываются в пять часов вечера (плюс-минус «пять минут», которые не длятся более получаса, в зависимости от подвоза товара). Самые известные – «У сиалимского моста» и в рыбном порту в Чапоре. Сюда за товаром съезжаются к назначенному часу и туристы, и локалы, и форенеры, и ресторанные снабженцы. Обстановка деловая, но веселая и по-восточному темпераментная. Торговаться можно, но большого удовольствия это вам не принесет, так как цену тут не принято сильно завышать и она сразу объявляется вменяемая. В зависимости от сезона, то есть спроса, стоимость может колебаться. Лобстеры и огромные креветки в новогодние дни резко дорожают, потом после нашего Старого Нового года спадают в цене. Далее в зависимости от улова.
Бытовую технику и прочую канитель лучше приобретать в столице – Панаджи. Но не факт, что вы на этом сэкономите, хоть цена там и ниже, но накладные расходы на транспорт могут аннулировать разницу. Еще одна небольшая зарисовка к портрету рынка, она же совет рачительному хозяину. В Гоа зажигалка – вещь не просто необходимая и унитарная. Зажигалка является символом гоана. Свежий воздух и здоровая жизнь не дают многим бросить курить, здесь почему-то это не мешает здоровью, как, например, в Москве, где я вообще не курю. Зажигалки местного производства не отличаются качеством, а китайские проделки говорят сами за себя своим происхождением. Хотя, что в мире сейчас не производится в Китае? Этот бытовой приборчик имеет множество предназначений, лучше покупать такие, в которые встроен еще и фонарик, они очень популярны в связи с частыми отключениями электричества. Но больше всего ценятся привезенные из России хорошие зажигалки типа «Крикет». Беда их в том, что они быстро кончаются, и, по нашим понятиям, их следует выбрасывать за одноразовостью. В Индии о таком подходе к вещам можно забыть. Если вы попадаете на рынок в Мапсе, то справа от центрального входа видите сидящих на табуретках мужичков с различными запчастями к зажигалкам и баллонами с газом. Собирайте все закончившиеся прикуривалки и смело несите им. Любую незаправляющуюся они вам заправят газом, поменяют кремень и настроят так, чтобы она вам послужила еще долгие годы. Стоит такое удовольствие пять рупий, примерно три с половиной российских рубля. Делается очень просто. В корпусе шилом прокалывается дырка, через нее закачивается из баллона газ, потом в дырку вставляется гвоздик и запрессовывается так, чтобы газ не выходил. На корпусе остается видимой лишь маленькая точка металлической пробочки. У меня есть зажигалка «Крикет», некогда сделанная из черной пластмассы, теперь это солидная, приятно лежащая в руке пупырчатая металлическая штука. Сколько в ней натыкано гвоздиков, подсчитать невозможно, а лет ей уже скоро восемь.
Экскурс в историю
Как уже утверждалось, Гоа – самый малюсенький штат Индии. Кроме того, он еще самый-самый по нескольким, более радостным для россиян показателям. Например, тут самый дешевый алкоголь во всей Индии. Штат самый европеизированный, что тоже немаловажно для русского самочувствия (мы ведь себя определяем как часть Европы :)). Самый христианский, хоть и не нашей ветви этого культа, не православием славится, но католицизмом. Здесь самые высокие цены на продукты, ну, в этом трудно разглядеть плюсы, и к тому мы сами же являемся причиной – спрос рождает предложение, иногда убивая здравый смысл. Туризм расхолаживает и располагает к легким и большим, по меркам Индии, деньгам. Бывшие рыбацкие деревеньки становятся курортными поселками. Рыбаки и крестьяне – домовладельцами и хозяевами постоялых дворов и бунгало, сдаваемых в аренду туристам, праздно отдыхающим сезонникам и пытающимся пустить корни. Но так было не всегда.
Итак, узнав из рекламного проспекта, что Индией Гоа стал лишь в 1962 году, а до этого являлся заморской территорией родины портвейна, вы, возможно, озадачитесь: а что этот парадайс представлял собой
На самом юге штата есть река под названием Кушавати, ее скалистые берега и являются началом предгорья Западных Гат, или Гхат (в разных языках произносится по-разному). Тут находятся пещеры, в которых недавно было обнаружено наскальное творчество товарищей, живших аж двенадцать тысяч лет назад. То есть во времена неолита. Я сам не так давно об этом узнал и побывал в них случайно, во время разведывательной поездки в соседний штат в поисках добытчиков меда диких пчел, обитающих в джунглях. Пещеры находятся в настолько укромном месте, что знали о них лишь местные жители, а историки и археологи их не беспокоили вопросами. В Индии так принято, что если вас не расспрашивают, то и нечего приставать к другим с рассказами. Благодаря этому стоянка первобытного человека не подвергалась нашествию ученых и туристов и сохранилась в первозданном виде, как будто сообщество недавно встало из-за камня, служившего столом, и отправилось на рыбалку, даже не убрав помытой посуду. Спустя некоторое время, этак с десяток тысяч лет, а именно за десять веков до появления ПРОЕКТА, послужившего основой начала нашей эры, мы можем найти первое упоминание о местности в истории. Было все примерно так: случилась на севере Индостана сильнейшая засуха, приведшая к голоду и прочим неприятностям. Как всегда бывает в «неспокойные времена», пришла людям в голову мысль об эмиграции. Кто куда. И вот часть семей брахманов-сарасватов, в количестве девяносто шести штук (насколько скрупулезны и точны были первые индийские летописцы! :)), добралась до наших краев. Впоследствии они тут прижились и включили свое место жительства в состав империи Мауров, или Маурьев. Было это примерно за триста-двести лет до так называемой нашей эры.
Далее империи сменялись, царства рушились и возрождались вновь. Индуистский Гоа процветал, хотя современного названия у местности еще не существовало. Строились города, на побережье – порты. Налаживались связи и торговля с восточным побережьем Африки, Аравийским полуостровом, островом Ланка. Так исторически сложилось, что главным Богом и покровителем являлся великий и бескомпромиссный Шива, соответственно в почете были члены его семьи и окружение, описанное в эпосах. С тех пор утекло много воды в богатом реками Гоа, однако божественные привязанности в наше время тоже возродились после многих веков главенства ислама, а затем и христианства. Все возвращается на круги своя.
Сначала под ярким солнцем полуострова Индостан начала отвоевывать себе место молодая религия, пришедшая с запада, с просторов Аравийского полуострова. Дели стала столицей султаната. Потом, на заре четырнадцатого века, мусульмане завоевали территории царства, в которые входил и Гоа. На эти годы приходится самый расцвет науки, искусства, градостроительства не только в наших пенатах, но и по всей территории Индии. Молодые муслимские правители считали себя прогрессивными деятелями и рьяно брались за дело. Они отстроили на реке Мандови город, назвали его Ила, ныне он более известен под именем Старый Гоа. Здесь бойко развился экспорт-импорт, начали культивировать специи и фрукты, появились невиданные доселе арабские скакуны. Кстати, за все те годы, что я нахожусь в Гоа, я не видел ни одной лошади, слонов хватает, есть один облезлый верблюд, но вот с лошадьми – напряженка, видимо, их забрали с собой сумевшие спастись от христиан мусульмане, а португальским католикам не привита любовь к этим милым копытным. Ислам в то время скорее всего был более терпимой и плюралистической религией, чем та, в какую ее пытаются трансформировать сейчас. Индуизм с ним вполне уживался и даже был в приятельских отношениях. И управление областью проводилось на паритетных началах, ну или что-то вроде того.
Во второй половине пятнадцатого века государство Бахманидов, провинцией которого был Гоа, достигло наивысшего расцвета и могущества. И тут, как водится, не обошлось без нашего брата. Брата того звали Афоней, фамилию он носил вполне русскую – Никитин, а по профессии и бывшему роду занятий подвязывался купцом в Тверской губернии, или уезде, или области, не знаю, как тогда называли на Руси сии административные единицы. Это был наш первый соотечественник, положивший начало российскому дауншифтингу. Чем мы с вами можем сейчас по праву гордиться. История умалчивает, поэтому я не могу с уверенностью утверждать, добрался он до Гоа или нет. Скорее нет, ибо в противном случае он мог затеряться в эйфории и мы о нем ничего бы не услышали в дальнейшем. Но совсем недалеко от границы нашего штата, в Махараштре, ему поставили памятник как незаурядному гражданину иностранной державы, посетившему эти края. Как это принято у дауншифтеров, он написал книгу, в которой живописал все свои индийские похождения. Интернета тогда еще не существовало, посему после трех лет тусовки он решил отправиться на родину, чтобы лично передать в издательство рукопись, которая вышла в свет под названием «Хождение за три моря».
К концу пятнадцатого века царство Бахманидов стало загибаться, области решили взять «столько суверенитета, сколько смогли унести», и оно развалилось на несколько частей. Гоа приобрел своеобразную автономию. Правил тогда Юсуф Адиль Шах – личность в истории одиозная. Первым делом он отгрохал себе дворец на месте, где в будущем появился город Панаджи, который сейчас является столицей штата, а в дворце сейчас расположились государственные органы власти. Шах нашел новый путь пополнения своей казны, благо порт, расположенный в устье реки, на которой стоит дворец, стал перевалочным пунктом для паломников в Мекку, с которых он и стал собирать паломнические взносы.
Тут на восток обратили свое внимание европейцы. И первыми подсуетились португальцы. Сначала некий Диаш, кому мы обязаны происхождением названия самой южной точки Африки – мыс Доброй Надежды, ломанулся сюда. Вышло это, как обычно, по недоразумению. А в 1497 году Васко да Гама решил повторить его авантюру, прошел по тому же маршруту, но заблудился, и его отнесло к арабам. Там он разжился местным «сусаниным», но тот не смог отвертеться, как его коллега с поляками, и таки привел корабли Васьки в Индию. Высадилась его братва на территории нынешней Кералы (самый южный штат Индии). И поняли они, что тут есть чем разжиться и чем поживиться. В то время не было учреждено международного антимонопольного комитета, всю торговлю специями, шелком и прочей экзотикой из Юго-Восточной Азии захапали себе арабы, а португальцы никак не могли поделить мировые водные пространства с другой «владычицей морей» – Англией. Любители портвейна приободрились от такой удачи и сообразили, что наступил их звездный час. У них созрел план стать в этой области пищевой промышленности магнатами. Что на какой-то исторический период они и воплотили в жизнь. Сразу после успешного вояжа Васко свою экспедицию в Индию снарядил другой патриот крепленого напитка – Педро Альвариш Кобраль. Правда, он переборщил с количеством загруженного на корабли портвейна, иначе как можно объяснить, что эскадра его промахнулась мимо полуострова Индостан и команда пришла в себя лишь в Бразилии. С досады, выдув все оставшиеся бочки, они отправили одну каравеллу домой в качестве «гонца», чтобы та привезла, чем догнаться и опохмелиться. Забили с ней стрелку в Индии, куда отправилась основная часть компании. История умалчивает, но план скорее всего сработал, эскадра добралась до индийской земли, и португальцы обосновали первое поселение. Произошло это на территории все того же штата Керала, теперь там располагается крупный город Кочин. Чтобы окупить поездку, они сложили на корабли все, что плохо лежало у местного населения, и отчалили восвояси. Когда в Лиссабоне Альвариш «подбил бабки», то чуть не заработал цирроз печени от восторга, в котором находился, обмывая наживу. Такого навара он себе и представить не мог.
Вот так, с огоньком и «энтузизизмом» и началось освоение европейцами западного побережья Индии. Они принялись шнырять вдоль берега, и больше всего им глянулись наши места. Здесь и бухт хватало, и береговая линия была очень удобна для мореходства, и прибрать находилось чего. Одна проблема заключалась в том, что уже существовала вторая столица султаната Биджапура, город Ила, главным шахом которой был Юсуф Адиль. Португальцы решили, что для них и их богоугодного дела такая безделица вовсе не проблема, и они ее быстро устранили, захватив крепость. Однако недолго им пришлось отмечать победу, ибо шах возгневался и показал захватчикам истинную исламскую кузькину мать. Да так, что бравый кабальеро-конкистадор по фамилии Альбукерки еле ноги унес и сумел спастись от смерти лишь благодаря гуманности тогдашних незлопамятных мусульман. Затаивший же злобную обиду Альбукерки вернулся в Гоа через полгода и поступил так, как это было принято у средневековых европейцев, то есть подло. Он нашел предателя, который по совместительству в свободное от основной работы мелкого правителя время подрабатывал пиратом или просто разбойником (историки разошлись во мнении), и с его помощью захватил крепость. Описывать, что же происходило в следующую пару дней, нет смысла, книжка эта может попасться детям. Скажу лишь, что за первую ночь португальцы вырезали шесть тысяч мусульман, по большей части женщин и детей, так как гарнизон, состоявший из наемников, разбежался и мужчин в городе было немного.
Вот и началась новая история Гоа, а с ним и всей Индии. Арабские и индийские купцы не были вояками, это были люди торговые, и у них имелся свой, абсолютно мирный кодекс поведения. Торговля и сосуществование нескольких вероисповеданий регулировались этическими и моральными канонами и законами. Поэтому, столкнувшись с диким, не вписывающимся в восточную философию поведением, как бы сейчас сказали, «отморозков» из дремучей и вонючей средневековой Европы, индийцы на несколько десятилетий лишились жизненных ориентиров и воли. Что, в конце концов, и послужило причиной длительной колонизации их страны, и не только португальцами. Флот их был исключительно торговый, не предназначенный для нападений и грабежей. Завоеватели, наоборот, почувствовав свое могущество и безнаказанность, потеряли все остатки совести. В течение нескольких десятилетий они навели ужас на жителей огромной территории земного шара, от мыса Доброй Надежды до Японии. На море творился полный беспредел. Грабежи, пиратство, истребление мирных жителей и набеги на береговые поселения. Португальцы стали хозяйничать в Индийском и частично Тихом океане, а центром этой колониальной империи был Гоа. Он на пару с Лиссабоном приобрел репутацию крупнейшего мирового рынка работорговли. В Индии даже существовала поговорка: «Благо, что португальцев немного, как тигров в джунглях, иначе они бы истребили весь род человеческий».
Управление колониальными территориями, как это водится в огромных империях, велось непосредственно из центра, указы изданные метрополией, не согласовывались между колониями. Каждая мнила себя автономией и вела отдельную политику. Губернаторы назначались за взятки, по блату и «командно-территориальному признаку». С тех пор в мировой политике и методах управления мало что изменилось, лишь придумали слово «демократия», чтобы напустить побольше тумана и запудрить электорату мозги. А также для оправдания агрессий, ибо раньше они совершались во имя веры, а теперь во имя демократии. Вот почему любой враг португальцев в простодушном восприятии индийцев представлялся им союзником. Эта доверчивость, в конце концов, и привела к захвату Индостана англичанами. Она сыграла с индийцами такую печальную шутку, расхлебывать которую пришлось до середины двадцатого века, а последствия в развитии и ущерб национальному самосознанию чувствуются до сих пор.
Главная задача любой оккупации и колонизации – это власть, власть над людьми, которых надо заставить работать на тебя. Власть и деньги тождественны. Власть всегда пытается захапать себе как можно больше денег, деньги в лице их обладателей всегда стремятся во власть, поближе к власти, чтобы регулировать и влиять на нее. Ибо они, ДЕНЬГИ, и есть ВЛАСТЬ. В этом аспекте с властью в течение последнего тысячелетия изменений также не произошло. Поменялись лишь формы и терминология. И различные объединения, сменяя друг друга, правят этим миром до сих пор. Пока еще правят.
В то время, в самый разгар махрового Средневековья, Европу держала в страхе и фанатизме святая христианская инквизиция. Управление практически всеми государствами осуществляли королевские фамилии, в разной мере контролируемые так называемым духовенством. Наряду с Испанией Португалия была «законченной» христианско-инквизиторской державой. Поэтому первым пунктом в программе освоения и подчинения заморских территорий у «носителей истинной веры» значилось показать «дикарям и язычникам» «путь к спасению» в том виде, как они его себе представляли. То есть «развесить местному населению по ушам» свои представления о Боге, чтобы те поменьше задумывались о происходящем и, воспринимая тот бред как благость, работали на завоевателей. Приносили подношения и безропотно выполняли приказы. Кого-то можно было облохатить проповедями во славу суперрелигии. Совсем фанатам выдать индульгенции и пообещать отпущение грехов, Рай в загробный период существования. Тех, кто поумнее, но без совести, – банально купить. И все это «...во славу Господа нашего...», главное «не ропщите, ибо – во искупление...» и так далее. Сейчас происходит примерно та же фигня, лишь технологии и наука нашли более действенные средства массового облохачивания. В наше время эту задачу можно сформулировать следующим образом – необходимо ОТФОРМАТИРОВАТЬ дикарям мозги и ИНСТАЛЛИРОВАТЬ НОВОЕ РЕЛИГИОЗНОЕ ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ.
Как гласит история, христианство отметилось в Индии еще на заре нашей эры. Спасаясь от иудейского преследования, христиане бежали из Святой земли трех религий. В обход Персидского залива, через территорию современного Ирана и Пакистана они добирались до Индостана. Обвиненная официальной Церковью в суперапокрифичности теория повествует, что Иисус наш Христос сумел избежать экзекуции на Голгофе. Та прилюдно свершившаяся трагедия, как утверждает она, была не чем иным, как инсценировкой. Далее господин Иисус инкогнито отправился по описанному мною выше маршруту. Тормознулся в Гималаях, где вел жизнь проповедника, окруженный почетом и учениками. Умер он глубоким старцем и похоронен в Кашмире. Могила его, всегда ухоженная, не остается без внимания приверженцев этой легенды. Я сам посещал ее, правда в юные годы, и даже знакомился со служителем, ухаживающим за ней. По вероисповеданию он мусульманин. Кстати, дело это потомственное и родовое, его семья занимается им уже более тысячи лет. Оно и немудрено, Кашмир – штат с преобладанием ныне исламской веры, мусульмане тут везде.
Некогда, как раз в те времена, когда по нему путешествовал просветленный философ и мыслитель, назначенный впоследствии Богом, Кашмир являлся оплотом буддизма и перекрестком караванных путей. Ислам, пришедший сюда в виде своей суфийской ветви, был настолько плюралистичен, что мог мирно сосуществовать с кем угодно. Он внимал или хотя бы прислушивался к речам мудрецов, невзирая на их веру. Лишь бы они «в натуре» были мудрецы, а не маскирующиеся под них пустобрехи, как это случается обычно. Даже сейчас, когда ситуация в штате накалена, так как он является спорной территорией между индуистской Индией и исламским Пакистаном, да еще китайцы отчинили себе кусочек, здесь не редкость увидеть места, где бок о бок молятся и те и другие и даже христиане, а святыни у них общие.
Однако первые проникновения христиан в индийские земли никак нельзя было назвать миссионерством. Просто тогда не было такого понятия, и положение христианства совсем не располагало к подобным порывам. Выжить бы. За прошедшие полтора тысячелетия оно подросло, окрепло, а подростковый период у многих ознаменовывается агрессивностью и неадекватностью, помноженными на непоколебимую уверенность в своей правоте и неправоте других. Первых католических попов подогнал в Гоа еще Василий де Гамович, не мудрствуя, он просто ссадил с корабля служивших на них капелланов и определил им дальнейшее место справления культовых нужд в виде экзотического берега Индии.
Если с мусульманами у португальцев был только один вид общения, при помощи кинжалов, то к индуизму они относились более лояльно, могли предварительно и поговорить, и гуманно выслушать ответ. Однако надо было гнать план по окатоличиванию туземцев. И тут уже все методы считались неплохими. Несильно вникающие из-за языкового, ментального и религиозного барьера в суть христианской идеи, индусы про себя понимали лишь одно – «хоть горшком назовите, только в печку не ставьте». А до этого тоже доходило, и на кострах сжигали, и звания «ведьм» и «колдунов» со всеми вытекающими из этого последствиями присваивали. Крестили целыми деревнями. Но обращение в христианство проводилось то с коммерческими порывами, то из-под палки и носило по большей части формальный характер. Короче, и пряник и кнут – все шло в дело. Конечно, представители таких каст, как БРАХМАНЫ или КШАТРИИ, предпочитали смерть смене религии, даже ВАЙШЬИ, и те кобенились. Но ШУДРАМ принятие христианства давало больше плюсов, нежели минусов. Шудры – низшая каста, предназначенная для тяжелых и неквалифицированных работ, они не могут за себя ничего решить без одобрения брахмана. Ни тем более заключить брачный союз с представителем другой касты. Они вообще ничего не могут и ни на что не имеют права. Уровень их интеллекта под стать положению. Конечно, для них обращение в католиков – решение многих проблем, как казалось бы. Некоторые думали, что таким образом можно обмануть КАРМУ, выйти из кастовой системы и зажить припеваючи, повесив в углу дома распятие и шествуя по праздникам с куклами новых святых на носилках. Но бесплатный панир (индийский полусыр-полутворог) бывает лишь в тех устройствах с пружинками, которые привезли с собой завоеватели, чтобы ловить непуганых крыс и мышей (для индуистов крыса – животное, уважаемое многими богами, это не тот городской монстр, к которому привыкли мы).
Имея дело с некоторыми христианами в Гоа, я вполне согласен с этим предположением. Их предки явно перекрестились из шудр. Но, слегка понимая индуизм и менталитет носителей этой религии, я не уверен в правильности вышезаявленной теории. Терпимость индуизма и индуистов, принятие всего, что тебе дается ЖИЗНЬЮ и КАРМОЙ, вера в то, что дано оно не просто так, а за допущенные в одной из жизней грехи и во искупление их при нынешней, дабы в следующих подняться на ступени выше, дает повод усомниться в массовости этого явления. Хотя и не исключает того, что подобные случаи происходили.
Слухи о миссионерских подвигах и рьяном охристианивании заблудших азиатов дошли и до папаши римского. В те годы им работал Павел № 3. Для римских пап существует возрастной ценз, не младше скольки-то там лет. От насыщенной жизни в борьбе за папское кресло они довольно быстро впадают в маразм. И отвесить им на уши большую порцию лапши не составляет труда. По крайней мере, так было в те далекие времена. Иначе Паша № 3 должен был сообразить, что его разводят припапские кардиналы и прочие приживалы. В очередном припадке эйфории он присвоил Гоа статус епископства. Соответственно, послал туда крупного сановника. А границы епископства определил ни много ни мало – аж от Африки и до самых до окраин. Самым крайним местом на земле португальцы в те времена считали Японские острова.
Поддерживаемые отрядами солдат миссионеры, как перитонит, разносили по близлежащим окрестностям воспаление «истинной веры». Воспользовавшись богатым опытом родной пиренейской инквизиции, один носитель ее в компании полусотни солдат прибывал в деревню. Солдаты убивали некоторое количество крестьян, поджигали их дома и рекомендовали оставшимся во избежание рецидива поверить на слово в истинность веры и того счастья, что наконец-то улыбнулось с приходом к ним образованной и развитой цивилизации. Перекрещенные индуисты убирали в потайные места изображения своих божеств, вывешивали на видное место две скрещенные палочки с прибитой к ним фигуркой Человека-Бога, и все на какое-то время улаживалось. С утра они ходили в церковь, а вечерами поклонялись традиционным богам веры своих предков. Кстати, это происходит и сейчас. На видном месте стоит гипсовая, засиженная многочисленными тропическими насекомыми китчевая фигура Иисуса или Девы Марии, а подальше от соседских католических глаз – скульптуры Шивы и Ганеши.
Таким образом, обращение в христианство принимает массовый характер, примерно как когда-то в СССР множились и пополнялись ряды КПСС и ВЛКСМ. У папы Павла в экстазе возникает идея в целях поощрения и ободрения присвоить Гоа очередное, более высокое звание. Из епископства – в архиепископство. На территории начинается масштабное строительство церквей, монастырей, семинарий и прочих заведений справления культовых нужд. Для чего уничтожаются индуистские храмы, а их фундаменты служат постаментами для христианских. Уничтожено было практически все, напоминающее о вере предков. Впрочем, ничего нового и из рук вон выходящего носители христианства не придумали, примерно так оно насаждалось везде – от Руси и до... под лозунгом «И только попробуйте у нас не быть счастливыми!»
В конце концов, возникает конфликт между бизнесом и носителями духовности. Если купцам было важнее «срубить» как можно больше «бабла» с гоанского клондайка, то фанатичные святые отцы ставили себе задачу спасти души всех без исключения, кто попадался под руку и был на тот момент еще жив. Купцам во все времена было не до принципиальности, бизнес всегда делает людей менее разборчивыми в религиозной принадлежности деловых связей. К тому же большие деньги изменяют шкалу ценностей, а материальные возможности подталкивают людей на менее целомудренный образ жизни. «Крышка» у них съезжает, и методы инквизиции приходится применять не только к туземцам – людям не первого сорта, но и к распоясавшимся соотечественникам, отвлекшимся от богобоязненной жизни.
В середине шестнадцатого века Ватикан принимает решение о введении в Гоа святой инквизиции. Упомянутый выше святой человек и представитель Бога на земле, папа римский Павел № 3, официально ввел этот институт в Европе, а с 1560 года он стал действовать повсеместно в христианском мире. Именно в том году Трибунал инквизиции и прибыл в наши благословенные папой края. Вообще 1560 год для Гоа значит очень многое. К этому десятилетию шестнадцатого века здесь было уничтожено более пятисот индуистских святилищ. Возведено восемьдесят церквей. Организовано католическое училище (колледж Св. Павла :)) по типу интерната, куда собирали детей уничтоженных индусов для воспитания из них истинных христиан (ни Гитлеру, ни Сталину, ни Пол Поту не приходилось позже изобретать велосипеды). Запущена типография для печати христианской литературы, в том числе и на местном языке. Введена цензура. Печатается первое в Азии периодическое издание все той же веселой божественной направленности. Провозглашен полный запрет на исповедание индуизма, ислама и даже параллельного христианского направления, пришедшего в Индию задолго до португальцев – сирийского несторианства.
Костры инквизиции периодически вспыхивали на этом маленьком кусочке благодатной земли. Трибунал, как это ему и полагается, выносил приговоры. Новые хозяева жизни массово обращали «дикарей» в спасительную «веру». Отчеты с приписками по выполнению плана охристения и охристинения плыли морем в Лиссабон. Вокруг Гоа за границами португальских владений скапливалось все больше и больше изгнанных жителей, которые отказались «быть счастливыми». И сбежавших от преследований, тех, кому посчастливилось скрыться, унося и пряча атрибуты веры и изображения своих богов. Случались и восстания. Самое первое произошло 25 июля 1583 года. Поводом послужил инцидент в местности под названием Канколим. В одной из деревень пришедшие с целью возвести крест и обозначить место строительства культосправного помещения иезуитские попы были забиты местными жителями насмерть (дурные примеры заразительны). За компанию с ними погибло несколько солдат и окрестившихся гоанцев. Всю бригаду позже назначили «Канколимскими мучениками». А старейшин провинившейся деревни вызвали в крепость оккупантов, якобы на мирные переговоры и для разрешения конфликта. Как только делегация оказалась у португальцев, те набросились на них и стали резать. Нескольким индусам удалось спастись, они спрыгнули со стены в море. Спасшиеся и подняли восстание. Но с граблями не ходят в атаку на бронепоезд. А с булыжниками на регулярные войска. Подавление было быстрым и жестоким. Султан смирился с потерей Гоа.
Новое поколение стало получать вместе с крестом и имена с Пиренеев. Окуная младенцев в купель, католические священники, не мудрствуя лукаво, нарекали их своими именами. Стали появляться Да Сильвы и Франциски, Диаши и Соузы. Их потомки с теми же самыми именами и сейчас составляют большинство населения штата. Влияние Португалии в Индийском океане было непререкаемое, от восточного побережья Африки и Персидского залива до Малайского полуострова и Китая. Но тут на нашем шарике появляется новый, амбициозный, пока еще гуманно, но уже решительно настроенный игрок в партии за мировое господство. С начала семнадцатого века все неоднозначнее о себе стала заявлять Голландия.
Любая империя всегда имеет один исход – крушение и дробление на мелкие составляющие. А как же иначе? Причин много – эйфория всемогущества, расстояния от окраин до метрополии, следовательно, сложность эффективности и оперативности управления ими. А тут еще маленькие, но злющие и кусачие молодые выскочки так и норовят оттяпать у тебя чего-нибудь, как только зазеваешься. Далее начинаются годы упадка и застоя, иногда плавно перетекающие в десятилетия, а у некоторых эта радость и на века. Что мы с вами и наблюдаем в конце двадцатого – начале двадцать первого века. По сравнению с португальским флотом, корабли которого строились еще по принципу галионов, голландские представляли собой образцы последних научно-технических достижений. Португальские успешно воевали с лодками индийцев, но противостоять фрегатам уже не могли. Тут еще осамосознались как граждане великих мировых держав французы и будущая трагедия мира – англосаксы. Буквально за одно десятилетие в тридцатые года семнадцатого века Нидерланды захватили полторы сотни португальских кораблей, блокировали Гоа и прочие территории португальцев с моря и установили свою гегемонию в этой части света. В 1641 году португальский король подписал с Голландией мирный договор, сутью которого было «лечь под нового, страшного и могучего», да еще лоханулся со сроками, указав, что в колониях он вступает в силу спустя год. Это развязало голландозам руки, и они прибрали к ним практически все бывшие владения «раненого португальского зверька», ограничив их к концу века тремя областями: Гоа, Диу и Дамана. Вот так и сменяются формации: через кровь, войны и потрясения. На смену феодальной колониальной империи пришла прогрессивная по тем временам Ост-Индийская компания. Именно голландцы расчистили дорогу англичанам, ибо сами они недолго похозяйничали на полуострове Индостан, а уступили место туманным товарищам с Альбиона.
Ну, о масштабах последствия деятельности «товарищей» в мире за прошедшие четыреста лет написано много и жестко, до сих пор они живут и никак не проживут награбленное. А уж насколько они затормозили развитие обобранных ими колоний, можно и не упоминать. Однако внесу и я свои пять индийских пайсов в общую бочку мирового отношения к вышеобозначенной державе. Много говорить не буду, озвучу лишь практически официальное обозначение Англии, употребляемое в дореволюционной России, – «коварный Альбион». На мой взгляд, оно не в полной мере отражает двуличие его политики и поступков, особенно в международных отношениях. Эпитет этот пристал к королевству не только в России, нам как раз они делали и делают гадости издалека и исподтишка. А вот спросите китайцев или других азиатов, куда ступала нога англичанина. «
Хоть Гоа и не миновала участь «побывать под англичанами», длилось это всего лишь шестнадцать лет и принципиального влияния не произвело. Да и то они под шумок разразившейся в Европе наполеоновской войны тихой сапой ввели сюда войска. Но надо отдать им должное, не сильно поглумились над успевшими к тому времени прийти в упадок португальскими институтами власти, к тому же разбавленными под влиянием демократических веяний представителями местного населения. Соответственно и индийцев-гоанцев они не сильно напрягли и отвратили от английской короны, как это произошло окрест. Вероятно, поэтому отношение к ним здесь терпимое. Однако еще в 1642 году (с мыслью нагадить голландцам) они заключили с португальцами несколько договоров и соглашений, венцом которых стало подписание так называемой «Конвенции Гоа», дающей Великобритании исключительные права на торговые взаимоотношения с колонией, а также использование гаваней и портов на льготных условиях. Если прямолинейные, горячие португальские парни все решали инквизиторски-силовыми методами, что, естественно, вызывало среди местного, нехристианского населения ненависть к ним и противодействие, то эти хитрые ребята акцент делали на дипломатические приемчики. Которые, кстати, и в историю вошли под названием «английская дипломатия». Главным лозунгом которой являются «Разделяй и властвуй», то есть ссорь между собой общины на оккупированных территориях, тогда легче будет ими управлять, позиционируя себя миротворцем. И почет, и уважуха тебе будет, и вера в твою мудрость и доброту. А прибавьте еще любимый ими метод «кнута и пряника», получите классику дипломатической английской школы, актуальную до сих пор и принятую на вооружение всем цивилизованным миром.
Во второй половине восемнадцатого века португальский король под влиянием прогрессивно настроенного премьер-министра барона Помбала решил произвести реформы, дабы не отягощать своим полуфеодальным застоем прогрессирующую Европу. Видимо, в кулуарах уже тогда муссировались слухи о создании ЕС :), и Португалия уже тогда задумала в нее вступить (знали бы они, чем все это закончится). Король запретил деятельность иезуитского ордена. Может быть, это и позволило самой Португалии произвести впечатление на Европу. Однако для колоний запрет стал приговором и началом конца, что в принципе тоже явление прогрессивное. Практически не ограниченная власть иезуитов в Гоа дала им возможность подобрать под себя всю местную недвижимость. Все управление, торговля, образование и прочие экономические и социальные взаимосвязи строились на основе строгого иезуитского понимания этих вопросов. После отлучения их от кормушки, вплоть до конфискации всего имущества в пользу короны, им пришлось или покинуть Гоа, или затихариться и помалкивать в тряпочку.
Происходило невероятное, на высокие посты, ранее доступные лишь европейцам, стали допускаться христиане местного разлива. Их же стали принимать в ряды монашеских орденов, что было запрещено ранее. Короче, прогресс попер, целым местностям давалось право на самоуправление. На этом практически прекратила свое существование агрессивная миссионерская деятельность, провозглашенная иезуитским орденом. Они очень сильно задумались об эмиграции из ставшего для них некомфортным Гоа. А через некоторое время утвердились в этой мысли. И в течение пары лет покинули индийский берег, направившись кто куда. Но в основном в Бразилию и прочую Латинскую Америку, нести при помощи огня и стали иезуитское спасение душам индейцев. А в Гоа дошло до того, что официально разрешили совершение религиозных обрядов нехристианского толка. Уже стало не смертельно опасно быть индуистом на территории Индостана. Области, называемые португальцами «Старые завоевания», оставались по преимуществу христианскими. А области, обозначенные как «Новые завоевания», уже представляли собой «дружбу народов» и религий. Однако строить индуистские храмы больших размеров не рекомендовалось под страхом смерти :). Общее соотношение христиан и индуистов было примерно 97 на 3 процента.
Как это обычно бывает во времена демократических преобразований, почуяв свободу, а с ней и неразбериху, находятся предприимчивые товарищи, которым трудно пройти мимо «плохо лежащего» добра. У них появляется жгучее желание это добро поделить с его хозяевами. Начинается передел собственности и все из того вытекающее. Последовали бунты, мятежи и восстания. Начиная с конца восемнадцатого века за пятьдесят лет они в Гоа происходят с завидной регулярностью. Примерно раз в два с половиной года. Причем в одном из самых известных принимают участие как гоанцы индийского происхождения, так и португальцы. «Мятеж семьи Пинто» больше напоминал борьбу за власть, нежели восстание против владычества колонизаторов. Хотя, как водится, поднимался он под лозунгом «Даешь свободную республику Гоа». Но он провалился и был очень жестко подавлен. Казнили индийцев и португальцев, христиан и индуистов. Потом восставали кшатрии, переселенцы из Пенджаба, осевшие тут еще с допортугальских времен. Кшатрии – индуистская каста военачальников. Как португальцы дали им тут находиться с головой на плечах в течение нескольких веков, история умалчивает. То ли те прикидывались шудрами – неприкасаемыми, то ли португальцы плохо вникали в суть кастовой системы индуистов. Однако факт остается фактом. Кшатрии три с половиной года вели в Гоа партизанскую войну и держали под контролем часть территории. За что и получили мирный договор, включающий в себя кучу послаблений, самоуправление, амнистию всех участников бучи. А Дипаджи, руководитель, даже именную шашку от имени португальского короля и также звание капитана королевской армии, жаль, что не революционные красные шаровары. А то бы члены его клана в будущем не поднимали еще два восстания – в 1895 и 1912 годах.
Поделиться книгой: