Помоги проекту - поделись книгой:
В этом смысле Крещение можно уподобить операции по пересадке, например, почки. Берут донорскую почку и пересаживают ее больному. В чем смысл операции? В том, чтобы почка заработала, прижилась, жила единой жизнью с новым организмом. А почка может еще и не прижиться! Что должен сказать врач, если после операции он увидит, что почка не прижилась? «Простите, но операция прошла впустую. Можно считать, что от пересадки вы не получите никакой пользы!» Если же врач будет убеждать вас: «Операция прошла успешно, только вот сама почка так и не работает, но не расстраивайтесь, ведь почка пришита там намертво, и можно с уверенностью говорить, вы теперь живете с почкой», — то этот врач будет лгать.
А что должен сказать священник, если он видит после Крещения, что человек дома не молится, в храм не ходит, не исповедуется, не причащается в течение месяца, полугода, наконец, года? Честный священник должен сказать: «Простите, но Крещение хотя и совершилось, но, к сожалению, пока не действенно в Вас, и пока Вы не получите никакой пользы». Действительно, почка пересаживается, чтобы жить единой жизнью с организмом, а Крещение совершается для того, чтобы человек жил единой жизнью с Церковью. Нет церковной жизни — значит, что-то не так.
«Как же так? Вот у меня свидетельство о Крещении: печать, подпись. Я, что же, по-вашему, не крещен?!» С одной стороны, человек крещен, а с другой, — нет. Крещение можно сравнить с тем, как в землю бросаются семена. В душу бросается семя новой жизни. Семя брошено, да человек не трудится, чтобы возделывать его, и оно лежит в душе, не давая ростков. Есть результат того, что брошено семя? И да, и нет.
Еще Крещение можно сравнить с приготовлением теста: бросается закваска в муку, и тесто постепенно подходит. А если бросить закваску в какой-нибудь капсуле? Вроде и есть закваска в тесте, да ничего с тестом не происходит.
Берем двух деток. Один не крещен, а другой крещен, но в храм не ходит. Так вот, «автоматически», только за то, что второй ребенок крещеный, он никакой дополнительной благодати не получает. Господь его любит, но так же, как и первого. Ибо Господь любит всех людей — и крещеных, и не крещеных.
Возьмите палец, туго перетяните его ниткой. Пройдет тридцать-сорок минут, и начнется отмирание тканей. Клетка живет только тем, что соединена воедино с организмом. Прервите эту связь, и клетки будут умирать. Если прерывается общение с Церковью, то духовная жизнь, данная в Крещении, будет угасать.
Можно привести другой образ. Мы идем к Богу. Подходим к двери, за которой начинается дорога к Богу. Человек открывает дверь и стоит на месте. Стал он ближе к Богу? Нет. Дверь открывалась для того, чтобы пойти по открывающейся взору дороге. Крещение совершается для того, чтобы идти путем церковной жизни. Нечего бить себя в грудь, что ты крещен, если сделал к Богу только один шаг. Как был ты далек от Бога, так и остался.
Но что-то все же происходит в Крещении? Или крещеный, но нецерковный человек действительно вновь становится некрещеным, и тогда можно заново принимать Крещение? Конечно, нет, второй раз Крещение совершать недопустимо! С человеком все же происходит важное событие, в нем происходит перемена. Семя новой жизни, брошенное в душу во время Крещения, пребывает в человеке, и поэтому это Таинство никогда не повторяется.
У одного из святых отцов (блаженного Диадоха) есть следующий образ. Если человеческую душу уподобить дому, то до Крещения в человеке, в самой глубине его сердца, обитал грех и делал человека оскверненным и тленным. В момент Крещения грех изгоняется из самых глубин человека, а в сердце его вселяется благодать. Но пройдет еще немало времени, прежде чем благодать полностью преобразит человека. И тут многое зависит от самого человека. Если хозяин дома будет нерадиво относиться к своему жилищу, то грех сквозь открытые двери и окна будет легко входить в него и после Крещения. Если же человек будет стоять на страже своей души и надежно защищать и ограждать ее молитвой, постом, исповедью, Причащением, то человек будет постепенно преображаться.
Поэтому, будем разделять такие понятия как «действительность» и «действенность». В действительности Крещения можно не сомневаться, но вот действенность таинства зависит от самого человека. К сожалению, почти единственное преимущество крещеного человека, не живущего церковной жизнью, заключается в том, что возвращаться в лоно Церкви, восстанавливать духовную жизнь он будет уже не через таинство Крещения (оно никогда не повторяется), а через таинство Исповеди, которое часто называется «вторым Крещением».
Миропомазание
Сразу же после таинства Крещения совершается второе таинство — Миропомазание. Что это за таинство? Священник помазывает особым маслом — миром — основные органы чувств и основные части тела человека: чело, уста, ноздри, глаза, уши, грудь, руки, ноги. Каждое помазание совершается со словами: «Печать дара Духа Святаго».
В этом таинстве человек получает дары Святого Духа. Если в Крещении совершается наше духовное рождение, то в Миропомазании человеку даются дары, необходимые для его духовного возрастания. Как после рождения ребенка мать окружает его своей любовью, так и Церковь после Крещения дает человеку благодать Святого Духа, Который помогает человеку в его духовном росте. Духовная жизнь есть постоянное возрастание, а если учесть тленность и оскверненность нашего естества, то духовная жизнь есть его преображение.
Через помазание указанных частей тела Церковь показывает, что именно более всего в человеке требует освящения и преображения.
Может возникнуть вопрос: «Зачем мои глаза должны преображаться или меняться, если я прекрасно вижу? Что в них не так?» Но давайте внимательно посмотрим за собой. Представим себе следующую картину. Молодой человек сидит на занятиях в институте и слушает лекцию. Он хорошо понимает, что эта лекция нужна в его будущей профессии, он внимателен, старается усвоить все сказанное преподавателем. Но человеческая слабость берет свое, он начинает засыпать. Внимание рассеивается, мысли уплывают куда-то далеко. И вдруг в этот момент сосед-студент начинает шепотом рассказывать своему другу анекдот. Сон исчезает в одно мгновение, все внимание концентрируется на рассказе, ни одно слово не пропускается! Откуда новые силы, откуда новая энергия? А все дело в том, что все наши органы чувств поражены греховной болезнью. Все, что полезно для души, воспринимается с огромным трудом, а все вредное прилипает к нам, входит в нас с утроенной силой. Например, я смотрю по телевизору какой-нибудь документальный фильм о художественной выставке, и при этом мой взгляд может блуждать по разным предметам в комнате. Но стоит хоть краем глаза «зацепить» яркий видеоклип или рекламу, как взгляд уже невозможно оторвать от телевизора. Грехом поражается весь человек, в том числе и руки, и ноги. Каждый из нас, наверное, замечал за собой, что иногда идешь вовсе не туда, куда нужно идти, что сами ноги несут в другое место, что руки иногда делают вовсе не то, что задумала голова.
Святой Дух в таинстве Миропомазания сходит на человека и начинает постепенно его менять. Но надо помнить, что исцеление не бывает быстрым и получает его человек не автоматически. Можно привести такой образ. В Крещении в нашу душу всевается семя новой жизни. Пока грех пропитывает наше естество, но уже появилось это маленькое семечко. В Миропомазании на нас сходит Святой Дух, Который Своей благодатью орошает это семечко, чтобы оно разрослось и чтобы мы наполнились новой жизнью.
Святой Дух преобразит и наш слух, и наше зрение, и наш ум, и наше сердце, только не надо мешать Богу в этом, а напротив, активно помогать. Сможет ли Бог духовно изменить человека, если он сам продолжает заражать свою душу тем, что смотрит развратные фильмы, читает пошлые газеты и журналы, оскверняет себя нечистыми анекдотами и ругательствами? Тот нежный росток чистоты, что начинает расти в душе человека, легко растоптать, особенно если это душа ребенка.
Молитва
Но давайте вернемся к Крещению и к тому, что если после Крещения не начнется церковная жизнь, то само Крещение бесполезно. Немного остановимся на вопросе: в чем же заключается церковная жизнь? Какие есть ориентиры или признаки, которые позволяют говорить о том, что церковная жизнь началась и идет?
Если церковная жизнь — это лестница, по которой мы поднимаемся к Богу, то первой ступенькой этой лестницы является молитва. Казалось бы, все просто. Действительно, молитва — это первый признак духовной жизни. Но не всякую молитву Бог принимает, как молитву верующего.
Иногда в разговоре собеседник говорит: «Ну, вообще-то в Бога я верю». — Спрашиваю: «А вы молитесь?» — «Ну, конечно. В храм хожу по праздникам. И так просто захожу, свечки ставлю, когда жена заболеет или что-нибудь случится». — «А каждый день, утром и вечером, получается молиться?» — «Ну нет, каждый день не получается, все дела, суета, знаете ли. А вообще-то в Бога я верю».
На самом деле, как только человек сказал, что он не молится каждое утро и каждый вечер, то тем самым он практически сказал, что он безбожник, хотя сам продолжает наивно верить, что он верующий. «Какой же я безбожник?! Что вы меня безбожником обзываете?! Я же верю, что Бог есть, заповеди стараюсь соблюдать!» Хотя возмущаться особенно нечего. Безбожники бывают разные — бывают воинствующие, которые храмы разрушали, но не о них сейчас идет речь. Я говорю о «пассивных» безбожниках, о тех, что живут
Я, например, верю или, точнее, даже знаю, что в Москве живет Иван Иванович Иванов. Их там, наверное, человек сто. Но живу я без него, — он сам по себе, а я сам по себе. Также можно жить по отношению к Богу. Верю, что Он есть, но живу сам по себе.
Как можно проиллюстрировать разницу между настоящим верующим и «пассивным» безбожником? Посмотрим. Я, например, могу жить со своей родной мамой под одной крышей. Как мы будем общаться? Часто! Вставая с постели, я должен буду говорить: «Доброе утро, мама!», а, ложась спать, я должен буду говорить: «Спокойной ночи, мама!» Если я не сделаю этого, моя мама подумает: «Странно, мой сын на меня почему-то обиделся и не хочет разговаривать». Если же мы с мамой будем жить в соседних городах (то есть я буду жить без нее), то общаться мы будем уже по-другому. Например, раз в неделю мы будем созваниваться, а раз в месяц я буду приезжать в гости. И каждое утро, вставая с постели, вряд ли я буду бежать к телефону, чтобы сказать маме: «Доброе утро!»
Также и в отношении к Богу. Если я с Богом, то каждое утро я буду читать утренние молитвы, а каждый вечер — вечерние. Это будет самое естественно движение души. Встал, а уже чувствуешь, что Господь где-то очень рядом, и сразу же молишься, ведь «Доброе утро!» Богу не скажешь. Также и вечером немыслимо лечь спать без молитвы, если знаешь, что Бог рядом. Другое дело, когда понимаешь, что Бог есть, но где-то там, на седьмом небе, а ты здесь, на грешной земле. Тогда молишься раз в неделю, а раз в месяц можно зайти в храм.
Так что первый шаг к Богу — это ежедневная молитва. Причем обязательно каждое утро и каждый вечер.
Хотя, конечно, человек не сразу начинает молиться ежедневно. Обычно все бывает постепенно. Первое время человек заставляет себя молиться, иногда пропускает молитвы, часто забывает о них. Но постепенно они становятся естественным движением души. И самое главное, что это не просто привычка — мы начинаем жить с Богом.
Я, например, с детства был стеснительным ребенком, и почти никогда не здоровался с соседями по подъезду. Быстрее прошмыгну, лишь бы не встретиться взглядом с сидящими на лавочке бабушками. Но, взрослея, я стал понимать, что это не очень-то хорошо. Вначале я заставлял себя здороваться с ними. Сперва получалось неловко: буркну и быстрее иду дальше. Потом все легче, а в конце и вовсе это было так естественно и легко сказать: «Здравствуйте, тетя Валя. Как ваше здоровье?» Это стало делать легко, поскольку теперь тетя Валя — это не чужой человек, а хорошая знакомая, или, правильнее, близкий человек. Ведь от частого общения появляется близость. Также и во взаимоотношениях с Богом: от частой молитвы Бог становится ближе. А чем ближе, тем легче и естественнее молитва.
Ежедневная молитва очень важна, — она одна уже сама начинает постепенно менять жизнь человека. Ведь если ты живешь с Богом, ты живешь иначе. А что мне мешает включить телевизор в 12 часов ночи, когда будут показывать явно непристойный фильм? Дверь закрыта на замок, занавески задернуты, меня никто не видит, я никому плохо не делаю. Что мне мешает? Если Бога рядом нет, то ничто не мешает. А если ты живешь с Богом, ты не сможешь спокойно смотреть такой фильм, ибо это противно Богу. Как обычный человек должен сгорать со стыда, если его увидят, как он совершает какой-то постыдный поступок, так верующий должен сгорать от стыда перед Богом за каждый свой грех.
Это одна сторона жизни с Богом: эта жизнь полна ограничений или, точнее, самоограничений: одного нельзя, другого. Но это не значит, что церковная жизнь — это жизнь человека, задавленного запретами. Есть и другая сторона, поэтому жизнь верующего человека — это, напротив, жизнь очень светлая и радостная. Ведь нам нечего бояться. Если Бог рядом, то что бы ни случилось, нам не страшно. А насчет задавленности можно сказать следующее. Мы так же задавлены законами физики или химии: с балкона не прыгай, яд не пей, газ не оставляй открытым. Мы знаем, чем это грозит. Также и в духовной жизни. Христианин вовсе не задавлен заповедями Божиими, а относится к ним, как к предупреждениям о последствиях, которые могут наступить при несоблюдении тех духовных законов, которые называются заповедями Божиими. Господь не столько запрещает, сколько предупреждает: не блуди, иначе не сможешь полюбить, не лги, иначе потеряешь совесть, не воруй, иначе душа очерствеет.
Духовная жизнь детей
Итак, первый признак церковной жизни — это молитва. После Крещения она должна совершаться ежедневно, для начала хотя бы краткая. Но сейчас вопрос к мамам, которые собрались крестить своих деток. Вот представим себе, что вашему ребеночку три месяца, полгода или девять месяцев. Я утверждаю, что если после Крещения вашего ребенка он не будет ежедневно молиться, его Крещение не принесет ему никакой пользы, поскольку церковной жизни в вашем ребенке не будет.
Действительно, казалось бы, какая может быть молитва, если ребенок о Боге ничего не знает, разговаривать еще не умеет, понять какие-либо объяснения не способен. Поэтому прежде чем говорить о молитве младенцев, придется поговорить вообще о духовной жизни младенцев.
Среди неверующих людей (а сейчас, когда нет достаточного просвещения среди прихожан, и среди людей верующих) распространено одно заблуждение о духовной жизни ребенка. Обычно считается так. Вот мама принесла ребеночка из роддома. Берешь его на руки — просто ангелочек, только крылышек не хватает. Душа его — чистый лист бумаги, еще нет на ней ни одного пятнышка. Хочется умиляться, и страшно даже прикасаться к нему, чтобы не замарать его чистую душеньку. На самом деле все не так! Оказывается, когда мама принесла ребеночка из роддома, ему вовсе не пять-семь дней, ему уже девять месяцев! Церковь всегда знала, что жизнь человека начинается с момента зачатия. Это уже сразу маленький человечек. Его тело состоит из одной, двух, четырех, восьми и т. д. клеточек, и у него есть настоящая душа, поэтому он уже полноценный человек — с душой и телом. И аборты по учению Церкви всегда приравнивались к настоящим убийствам.
Так вот, ребенку уже девять месяцев, и за этот срок его душа, как правило, оказывается испачканной уже множеством грехов. Каких? Ведь он еще не сделал ни одного шага, не произнес ни одного слова, не сделал ни одного самостоятельного поступка!
Духовная связь ребенка с родителями настолько сильна, что каждый грех родителей ложится темной печатью на душу ребенка. Мама и папа вечером садятся перед телевизором, чтобы посмотреть непристойный фильм. Их дочка находится еще в утробе матери, она ничего не видит и почти ничего не слышит. Но грех родительский отпечатывается на ее душе. Потом, через пятнадцать-шестнадцать лет, родители будут разводить руками и удивляться: «Откуда это в ней? Мы ее воспитывали в строгости, ничего непристойного в своей жизни она никогда не видела, подруги у нее все приличные. Ну почему она выросла гулящей?!» Да, ей ничего не показывали, но сами вели себя блудно: в компании друзей мама могла себе позволить пофлиртовать, папа на улице и работе часто заглядывался на короткие юбки, вместе по вечерам, уложив детей, мама и папа позволяли себе чтение бульварных статей, с интересом обсуждая интимные подробности жизни знаменитостей. Ребенок ничего этого не видел, но на душе оставался отпечаток греха. Например, папа стащил с завода хороший инструмент, и он понимает, что сыну знать об этом не полезно. «А то вырастет вором!» — думает он про себя. Но потом этот горе-отец будет недоумевать, почему из его кармана пропадают деньги, ведь он сына этому не учил. Таково свойство духовной связи близких людей — мать не видит сына, но чувствует его боль; сын не видит греха родителей, но приобретает склонность к нему.
Но не надо думать, что благодаря духовной связи передаются только грехи. Святость, праведность также запечатлеваются на детях. Сам Господь в Священном Писании говорит, что Он помнит грех до третьего или четвертого поколения, а праведность в тысячи родов: «Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои» (Исх. 20, 5–6). Многие святые имели праведных родителей, например, преподобный Сергий Радонежский, родители святителя Василия Великого воспитали нескольких детей, которые прославлены в лике святых. Правда оговорюсь, что хотя праведность и передается человеку от родителей, но только за эту праведность Бог не прославляет человека, ибо это заслуга родителей, а не его самого. Господь смотрит на то, что человек прибавляет или теряет от того, что он получил от других.
Можно сказать так: духовная жизнь детей и родителей едина, неразрывна. По выражению одного древнего церковного писателя душа человека по своей природе — христианка. Ребенок с момента своего зачатия хочет молиться, душа его требует этого. Ребеночек просыпается утром на кроватке, потягивается, душа его хочет помолиться Богу, но сам он не может, это должны сделать за него родители. А мама встает с постели и идет на кухню готовить завтрак. Она понимает, что ребенок сам готовить еду не умеет, хотя есть очень даже хочет, поэтому она должна все приготовить и покормить его. Но молиться его душа тоже хочет и тоже не умеет, поэтому мама должна встать с утра и помолиться, потом перекрестить ребенка и уже после этого пойти на кухню готовить еду.
О том, что дети могут молиться уже в утробе матери, явно видно из жития преподобного Сергия. Однажды мать преподобного, когда он уже был у нее в утробе, настолько проникновенно молилась во время Литургии, что в три самые важные момента Литургии все в храме явно слышали, как ребенок из утробы подал свой голос. Конечно, это чудо Божие, потому что дети в утробе не кричат, точнее, они могут закричать, у них для этого все готово, но у них нет воздуха. Но Господь показывает это чудо, чтобы мы не сомневались, что дети могут молиться, еще не родившись. Они молятся не словами, они их не знают, но душа их может почувствовать устремление матери к Богу во время молитвы, они могут устремиться своей душой туда же и испытать ту же радость молитвы, что охватывает мать.
Все, что происходит с ребенком в утробе, будет отражаться на нем в течение всей жизни; впечатления от того возраста самые глубокие. Одного детского врача спросила одна из мам: «Доктор, когда мне начать воспитывать своего ребенка?» — «Сколько ему уже?» — «Полгода». — «Вы опоздали на полгода», — ответил врач. Как священник я бы сказал, что мама опоздала на гораздо больший срок.
Здесь мне хотелось бы отметить следующее. Ведь у вас может возникнуть вполне законный недоуменный вопрос: «Как же так? Почему грешат одни, а грех переходит на других? Как может грех передаваться другому человеку?»
Очень часто среди людей распространено совершенно неправославное представление о грехе. Считается, что грех — это провинность перед Богом, которую Он может простить или не простить человеку. Но грех — это не провинность. Вина одного человека, действительно, не может перейти на другого человека. Если человек украл 100 рублей у своего соседа, то претензии соседа к сыну вора будут совершенно необоснованными. Кто украл, тот и должен возвращать украденное. Грех по православному учению — это не провинность, а болезнь души, а болезни очень легко передаются другим. Если человек совершил кражу, то вина за эту кражу на сына не перейдет, но болезнь души, склонность к воровству к сыну может перейти.
Другая иллюстрация. Семья едет на машине. За рулем сидит отец, рядом — мать, сзади — детки. Отец нарушает правила дорожного движения, обгоняет в неположенном месте, навстречу неожиданно вылетает автомобиль. Чтобы избежать прямого столкновения, отец выворачивает руль, и вся семья отправляется в кювет. Кто виноват в аварии? Ясно, что только один человек — отец. А кого повезут в больницу? Только одного отца? Нет, повезут всех, потому что вся семья пострадала по вине одного. Их вины нет, но лечиться надо. Так же и грех. Грешит один — мама или папа, а лечиться от греха, от склонности к этому греху будут и детки. Они должны будут в будущем бороться с той страстью, что в них посеяна родителями. Они, дети, будут ходить на исповедь и своими покаянными слезами смывать этот грех.
А говорить, что это несправедливо — неразумно. Ведь мы же не говорим о несправедливости, когда один в семье заражается гриппом, а от него заражаются все остальные члены семьи.
Говоря о духовной жизни детей, необходимо отметить и то, что Православная Церковь всегда признавала существование первородного греха. По библейскому учению грехопадение Адама и Евы внесло порчу не только в их собственную природу, но и отразилось преемственно на всех их потомках. Господь, сотворив прародителей, дал им первую заповедь: не вкушать плодов с древа познания добра и зла. Оно было посажено Богом, чтобы испытать (познать), куда направит человек свою свободу: к добру или ко злу. Поскольку человек был сотворен принципиально свободным, то куда он употребит свою свободу, было еще неизвестно. Что происходит в раю? Змий является Еве и предлагает ей съесть плод от запретного древа, прельщая ее тем, что после вкушения она станет знать все, как Бог. Выбирая, кому поверить — Богу или диаволу, — Ева верит диаволу. Она вкушает плод первой. Адам, услышав от Евы о словах змия, повторяет ее выбор. Теперь более внимательно посмотрим на библейское повествование, что происходит с первыми людьми дальше. Бог является Адаму и спрашивает: «Адам, что ты сделал?» Адам вдруг, как мальчишка, бежит и прячется от Бога в кустах. Совершенно безумный поступок! Еще минуту назад Адам прекрасно знал, что от Бога спрятаться невозможно, еще недавно он давал всем животным имена, что указывает на его способность проникать глубоко в сущность всех живых существ. Но теперь в Адаме все помутилось. Его рассудок помрачился. Еще недавно он радовался общению с Богом, а теперь он со стыдом бежит от Него. Все чувства в Адаме переворачиваются, ему становится неприятным то, что раньше доставляло самое большое наслаждение. Бог спрашивает Адама вновь: «Что ты сделал?» Вместо слов раскаяния и просьбы о прощении мы слышим: «Жена, которую Ты дал мне, дала мне плод». То есть Адам обвиняет во всем жену. Более того, Адам чуть ли не обвиняет Самого Бога: это сделала та, которую Ты Сам дал мне. В Адаме переворачиваются все желания — он не желает вернуться к Богу, ему хочется лишь выгородить себя. Примерно то же делает Ева: она не просит прощения, а во всем обвиняет змея. Итак, в Адаме все перевернуто: и ум, и чувства, и воля, — грех вошел в его природу.
Эта перемена в Адаме отразилась и на всех нас. До падения человек имел ясный и светлый ум, а теперь только с большим трудом и с ошибками он может приобретать познание об окружающих его предметах видимого мира. До падения человек находился в ближайшем общении с Богом и поэтому имел ясное и правильное познание, а после падения человек естественным путем может приобретать только самое общее представление о Боге, а сообщаемые ему путем Божественного откровения истины оказываются для него непонятными и непостижимыми. Наклонность воли ко греху сделалось теперь уделом всех людей, и человек должен употреблять большие усилия, чтобы побороть в себе эту наклонность и идти по пути добра. До падения сердце Адама и Евы отличалось чистотой и непорочностью, было исполнено высоких чувств. А после падения в сердце прародителей и их потомков появились нечистые, чувственные желания и стремление к благам мира сего как к источнику счастья. До падения тело человеческое отличалось крепостью и силой и не испытывало болезней, которым оно подвергается после падения. Завершением всякого рода физических бедствий является телесная смерть.
Итак, подводя итоги сказанному, можно утверждать, что в духовном смысле дети — это продолжение своих родителей. Провести грань между ними очень сложно. Поэтому когда мама или папа молится, а ребеночек в этот момент, может быть, даже спит в кроватке, то тем не менее в его душе происходит что-то удивительное, что позволяет говорить о том, что и младенцы могут усваивать плоды молитвы.
Причащение
Первым признаком церковной жизни является ежедневная молитва, но вот ее главным признаком является участие в Таинстве Святого Причащения. Полностью оно называется так: Причащение Тела и Крови Христовых. Попытаюсь немного рассказать об этом Таинстве.
Тайной вечерей в Православной Церкви называют последнюю пасхальную трапезу Господа с учениками-апостолами. Тайной она называется, так как совершалась тайно от других людей. Господь знал, что в эту же ночь Он будет схвачен и предан на распятие. Тайная (а по-гречески это слово имеет еще значение «таинственная») она еще и потому, что на ней установлено Таинство Святого Причащения. «Вечеря» по-славянски означает просто «вечерняя трапеза». На Тайной вечере Господь взял хлеб и дал ученикам со словами: «Сиеесть тело Мое, которое за вас предается». Потом взял вино и дал ученикам со словами: «Сия чаша есть Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается». Господь сказал также на Тайной вечери: «Сие творите в Мое воспоминание». И сейчас по слову Спасителя почти ежедневно в храмах совершается богослужение, называемое «Литургия», во время которого повторяется Тайная вечеря. В храм приносится хлеб (конечно, не купленный в ближайшей булочной, а специально испеченный), приносится вино (также особое, определенных сортов, красное, чтобы по цвету напоминало кровь, чистое, без примесей, чтобы было достойным быть примененным в этом Таинстве). Священник со всеми, кто стоит в храме, молится о том, чтобы эти Дары освятились. На хлеб и вино сходит Святой Дух, и они становятся Телом и Кровью Христовыми. В конце службы священник выходит с Чашей, в которой находятся уже не хлеб и вино, а Тело и Кровь Христовы. Все, кто готовились, приступают к Чаше и причащаются, то есть принимают в себя Самого Спасителя. Внешний вид Святых Даров не меняется, поскольку Господь знает, что мы не можем вкушать человеческую плоть и кровь, поэтому установил, чтобы мы причащались Его Тела и Крови под видом хлеба и вина.
Это самое важное Таинство в жизни христианина. Если цель жизни христианской — жить с Богом, то именно в этом Таинстве мы соединяемся со Христом, Его Телом и Кровью, а поскольку Христос — Богочеловек, то через это мы соединяемся с Самим Богом. Что может быть важнее для христианина? Ведь в его плоть и кровь входят Сам Спаситель? Мы не как-то абстрактно соединяемся с Богом, но Сам Богочеловек присутствует в наших членах.
Таинство Причащения и есть тот самый кровеносный сосудик, который питает каждого христианина как клеточку церковного организма. Как только человек перекроет этот кровеносный сосуд, он начнет умирать. Христианин, который перестает причащаться, перестает быть христианином. Можно спросить его: «Какой же ты христианин, если в тебе Христа нет?»
Пересадка органов совершается только для того, чтобы потом этот орган жил единой жизнью со всем организмом. То же можно сказать о Причащении. В Таинстве Крещения человек заново рождается, чтобы приблизиться к Богу, а именно это и совершается в Таинстве Причащения. Конечно, без Крещения было бы невозможно Причащение, но и без Причащения Крещение теряет свою силу. Не пересадишь орган, не дойдут до него живительные капли крови. Не крестишь человека, не дойдут до него живительные Тело и Кровь Спасителя. Но Крещение совершается только один раз в жизни человека, а причащаться он должен часто — один раз в две-три недели, или хотя бы — раз в месяц. Пересаживается орган один раз в жизни, а кровью питаться и омываться он должен постоянно, — это необходимое условие жизни.
Это Таинство очень важно. Действительно, что может быть важнее того, что мы соединяемся с Богом? Я могу прочитать сотни духовных книг и вычитать в них тысячи умных и хороших советов о том, как мне поступать в той или иной ситуации. Но откуда у меня силы выполнить эти советы? Я могу каждый день беседовать с духоносными старцами, разрешая с ними свои недоумения, но где взять силы исправлять свою жизнь в соответствии с их учением? В Таинстве Причащения Господь Сам входит в нас и дает силы, просвещает изнутри и делает понятным то, что вчера было недоступно.
К этому Таинству надо готовиться. Не может быть такого, чтобы вошел человек в храм, постоял пять минут, а потом говорит: «Вон, Чашу вынесли! Пойду причащаться!» Нет, мы должны тщательно готовиться. Взрослые ко Причащению готовятся трояко: постом, молитвой и исповедью. Перед Причащением необходимо поститься хотя бы два-три дня, не вкушая мясной, молочной пищи, яиц. В пост входит также воздержание от супружеских отношений и от всякого рода развлечений (музыка, телевизор и т. д.). При болезни о мере своего поста перед причастием человек должен посоветоваться со священником. Перед причащением кроме обычных утренних и вечерних молитв читается особое «Последование ко Святому Причащению». Также необходима исповедь, чтобы человек приступал к этому великому Таинству с чистой совестью. Не может быть такого, чтобы вчера ты с кем-то подрался, оскорбил или унизил кого-то, а сегодня идешь причащаться. После серьезных грехов (измена, блуд, аборт, воровство и пр.) человек на некоторое время отлучается от Причащения и может приступить к Чаше только после искреннего покаяния. Так готовятся взрослые.
Поскольку сегодня много родителей, которые хотят крестить своих детей, то расскажу, как готовить ко Причащению детей. Начну с того, что до трех лет их никак не готовят. Грудных детей вы можете покормить, когда они этого требуют, и приходить в храм. Причем приходить можно не к началу службы. Если в храме служба начинается в 8.00, то приходить с малышами можно к 9.15. Пришли, через 15 минут будет Причащение, причастились, еще через 15 минут — конец службы. Любой ребенок, даже самый беспокойный, обычно выдерживает это время в храме. Надо только заранее выяснить в храме, куда вы будете ходить, когда лучше придти с ребенком на причастие. Если ребенок ведет себя спокойно, можно приходить и пораньше. Уже сама обстановка храма с молитвенным пением хора, возгласами диакона или священника, ликами святых, словно глядящих из горнего мира, особым запахом ладана благотворно воздействует на малышей.
В три года у ребенка наступает определенный переходный возраст, он взрослеет и уже управляет своими чувствами и действиями. Поэтому с 3 до 7 лет дети причащаются уже натощак. В три года ребенку можно объяснить, что до службы есть нельзя, и он уже может себя остановить при виде случайно оставленного лакомства. В этом возрасте ребенка также приводят не к началу службы, хотя и немного раньше, чем малышей.
В семь лет наступает следующий этап развития ребенка. Он становится маленьким взрослым, поэтому все делает, как взрослые, только в меньшем объеме. Например, взрослые постятся два-три дня, а ребенок должен поститься хотя бы один день. Взрослые читают полное молитвенное правило, а ребенку достаточно нескольких коротеньких молитв. И, наконец, с семи лет дети начинают исповедоваться. Далее, по мере взросления, дети все больше приближаются к взрослым: постятся чуть дольше, молитв читают побольше, и более серьезно исповедуются.
Маленьких детей верующие родители обычно причащают каждую неделю, тем более что подготовка детей очень несложная. Начиная с семи лет дети обычно причащаются уже реже — примерно один раз в две-три недели. Это объясняется тем, что каждую неделю уже есть два постных дня (среда и пятница), а добавлять еще один постный день в неделю перед причащением будет тяжело как для взрослых, так и для детей.
Исповедь
Даже если вы будете каждую неделю причащать ваших детей, а сами не будете причащаться, то это неправильно, а к тому же еще и нечестно: «Ты, доченька, иди в Царствие Небесное, а я пока подожду, я еще не доросла». Нет, родители всегда должны быть впереди и вести ребенка за собой. А чтобы причащаться нам, взрослым, необходимо будет исповедоваться. Поэтому в заключение нашей беседы я скажу несколько слов о Таинстве Исповеди.
В молитвах исповедь называется «врачебницей», то есть больницей. Почему? Каждый грех, который мы совершаем, это рана на душе, а рану надо лечить, а не прощать. Если я сломал ногу, то уже не могу бегать, если руку, то не могу играть на скрипке. То есть я уже другой и чего-то не могу. То, что вчера еще мог легко сделать, теперь невозможно. Так же с грехом. Человек изменил жене. Он может бить себя в грудь и сколько угодно говорить: «Ну, подумаешь — изменил. Всего один раз. Я же больше не изменяю, значит, все в порядке». Нет, оказывается, не в порядке. Человек уже другой! В его душе что-то надломилось, и он уже не может любить жену так, как любил ее раньше, не может любить детей, как любил раньше. И теперь, чтобы вернуть прежнее состояние, нужно лечить свою душу.
Если мы заболели, то бежим на прием к врачу. Что мы встречаем в кабинете? Сидит врач, который нас лечит, и сидит медсестра, которая помогает врачу. Также бывает и на исповеди. Мы стоим на исповеди перед Крестом и Евангелием, потому что Врачом наших душ является Сам Господь. А священник на исповеди — только медсестра, которая просто помогает. Поэтому не так неважно, какому священнику мы исповедуем свои грехи — молодому или пожилому, опытному или неопытному. Если мы приходим к врачу, то вряд ли решающее значение будет иметь то, какая медсестра сегодня сидит рядом с врачом. Главное, чтобы врач был хороший. На исповеди Врач — всегда самый лучший из всех врачей.
Но если мы хотим не только исповедоваться, но и посоветоваться, то тут дело немного другое. Священник дает совет от своего духовного опыта, который зависит от того, как он сам воспринял Евангельскую истину. Тут выбирать священника можно и нужно. Лучше, если вы будете советоваться с одним священником, который в этом случае будет вашим духовником, а вы его духовным чадом. Советоваться лучше с более опытным священником или хотя бы с тем, к кому у вас появилось доверие, кто немного знает вас и вашу семью.
Чтобы Господь принял нашу исповедь и простил грехи, есть определенные условия. Первое условие всем понятно — это искренность. Врачу на приеме мы стараемся назвать все болезни: и здесь болит, и здесь ломит, и там покалывает. Мы боимся что-либо скрывать, — а то врач поставит неправильный диагноз и будет неправильно лечить. Нечто подобное происходит на исповеди. Если мы скроем какие-либо грехи, то священник, ничего не зная, спокойно прочитает молитву и произнесет: «Прощаю и разрешаю тебя от всех грехов». А Господь в этот момент скажет: «А Я не прощаю». Важно быть искренним и честным. Например, если на исповеди оправдываться: «Вот, друзья меня напоили», — это будет не совсем честно. Друзья насильно водку в рот заливали? Нет? Тогда сам и отвечай.
Второе условие следующее. Если я пришел к врачу и честно, без утайки, назвал все свои болезни, то это вовсе не значит, что из кабинета я выхожу уже здоровым. Я только назвал болезни, и врач только начал меня лечить. И очень многое зависит от меня — буду ли я принимать лекарства, буду ли соблюдать диету, буду ли посещать процедуры. Если я все выполняю, через некоторое время я выздоровею. Также происходит и в покаянии. На исповеди только начинается наше выздоровление. Если пришел каяться алкоголик в том, что он пьет, то после исповеди он сразу трезвенником не станет. Но Господь смотрит, как мы ведем себя после исповеди. Ведь как врач не может насильно вылечить больного, который не выполняет предписаний врача, так и Господь не может насильно вылечить человека от его греха, если он не хочет ежедневно молиться, соблюдать заповеди, вообще вести духовную жизнь. Изменил жене и хочешь больше не изменять? Тогда не читай больше грязных журналов, не смотри по телевизору западных фильмов и развратную рекламу, не обращайся вольно с женским полом и т. д. Тогда Господь даст тебе духовные силы и вернет тебе любовь к супруге.
Очень важно еще одно, третье, условие. Если я хочу, чтобы в квартире было чисто, я должен часто убираться: каждый день хоть понемногу, а раз в неделю устраивать генеральную уборку. Также и с душой: чистота души требует постоянного труда. Представим себе темную грязную комнату, в которой мусора настолько много, что в комнату не попадает ни одного луча солнца. Что видит хозяин комнаты, если электричества в этой комнате нет? Ничего! Грязи много, но ничего не видно. Человек ощущает эту грязь, но не видит ее. Чтобы избавиться от грязи, он начинает убираться в комнате. Первое, что ему надо сделать, — это почистить окно своей комнаты. Первый луч солнца попадает в комнату. Что видит в полумраке хозяин? Сначала он видит только большие предметы: шкаф, который стоит криво, стол, который перевернут, стулья, которые разбросаны. Хозяин ставит все это на место. В комнате стало уже больше порядка и, следовательно, светлее. Теперь можно разглядеть более мелкие предметы: вот книги разбросаны, газеты раскиданы. Человек убирает и это. Вновь становится светлее… И так шаг за шагом, с каждым разом все светлее и чище. Когда уборка закончена, все блестит, все сверкает, любая пыль видна, ее хочется вытереть, любая вещь, находящаяся не на своем месте, заметна, и ее хочется убрать.
Нечто подобное происходит с человеком во время исповеди. Человек впервые пришел на исповедь. Как правило, он не может назвать сразу все свои грехи, а только два-три греха, но такие, о которых совесть не дает ему забыть. В душе становится чище и, следовательно, светлее. Через некоторое время человек начинает видеть то, что никогда раньше не видел в себе. Он вновь исповедуется и пытается избавиться от этого греха, и в душе становится еще светлее и т. д. Когда человек постоянно исповедуется, то душа его подобна чисто убранной комнате, где видна любая пылинка.
Если человек научился видеть самые мелкие грехи, он вряд ли дойдет до грехов тяжелых. На самом деле мелкие грехи вовсе не мелкие, это просто первые шаги к более тяжким грехам. Если совершать малые грехи, то можно легко дойти до более серьезных. Тот же, кто не делает первого шага, никогда не приблизится к ним.
Очень часто человек, который никогда не исповедовался и у которого на совести множество грехов, бьет себя в грудь и говорит: «У меня нет грехов, я не грабил, не насиловал, не убивал. Что вы ко мне пристаете с вашей исповедью?» А человек, который часто исповедуется, постоянно видит свои грехи и кается в них, хотя у него грехов в десятки раз меньше.
А то, что у человека нет (или он не видит) тяжелых грехов, это еще не значит, что человек может жить спокойно. Однажды к одному старцу пришли за советом две женщины. Пока они ожидали своей очереди, одна женщина горько плача рассказала другой о своем тяжком грехе, который совершила недавно. Та стала в душе осуждать первую женщину думая, что она сама уж такой бы грех никогда не совершила бы, и что она все же не такая грешная, как эта плачущая женщина. Вдруг выходит из кельи старец и говорит женщинам, чтобы они пошли в поле и принесли ему камней. Первая должна была принести один самый большой камень с этого поля, а вторая должна принести мешок небольших камешков. Когда женщины вернулись, старец сказал, чтобы каждая вернула все камни точно на то место, откуда они их взяли. Первая сразу же пошла выполнять повеление старца, а вторая возроптала: «Как же я могла упомнить, где я какой камень взяла?» — «И эта женщина совершила один большой грех, но помнит, как и где его совершила, и кается в нем. У тебя же нет больших грехов, но ты совершила множество грехов, которых не помнишь и в которых уже не можешь покаяться».
Таким образом, человек, совершавший только «мелкие» грехи, ничем не лучше, совершившего большой грех. Действительно, что тяжелее: один большой камень или мешок песка? И то, и другое одинаково гнет человека к земле. Также и с грехами. Множество «мелких» грехов также тянет душу вниз, как и один большой. А человеку, совершившему большой грех, легче покаяться, поскольку он видит, где согрешил, и знает, в чем ему каяться пред Богом. Совершавший же только «мелкие» грехи, как правило, очень долго идет к покаянию.
Заключение беседы
Итак, выше мы с вами обсуждали то, что православные христиане верят во Святую Троицу — Бога Отца, Бога Сына, Бога Святого Духа. Это Триединый Бог, единый в Своем Существе и троичный в Лицах. О том, что Христос — это истинный Бог и истинный Человек. О том, что в Крещении мы заново рождаемся и становимся членами Церкви, и если после Крещения не начнется церковная жизнь, то бесполезно само Крещение. Первым признаком духовной жизни является ежедневная молитва, главным же признаком церковности является участие в таинстве Причащения. К Причащению надо готовиться постом, молитвой и исповедью. Исповедоваться надо во-первых, искренне, во-вторых, борясь с грехами и, в-третьих, часто.
Я постарался рассказать самое необходимое, что надо знать каждому будущему христианину до Крещения. Надеюсь, что вы не только запомните все сказанное здесь, но и постараетесь воплотить это в своей жизни.
Некоторые вопросы после беседы
Кто может быть крестным и каковы его обязанности?
Крестные требуются и для взрослых, и для детей.
Крестными были те самые поручители, о которых мы говорили в начале беседы. Это должны быть уже глубоко церковные люди, которые помогали бы крещеному делать первые шаги в Церкви. Поэтому недопустимо брать в крестные недавно крестившихся людей, которые сами еще не получили опыта церковной жизни. А то бывают такие просьбы: «Батюшка, вы крестите первым вот этого человека, чтобы он потом сразу был крестным у этого второго». Крестным не может быть несовершеннолетний человек, поскольку сам за себя еще не отвечает. Родители не могут быть крестными у своих детей, но могут другие родственники.
Для крещения достаточно одного крестного, желательно того же пола, что и крещаемый. Но на Руси принято иметь двух крестных — мужчину и женщину. Однако следует иметь в виду, что крестные родители не могут в дальнейшем вступать в брак друг с другом.
Обязанности крестного самые очевидные — помогать человеку в его духовной жизни. Если нет возможности быть рядом с крестником, то надо всегда молиться за него.
Может ли мать присутствовать на Крещении?
Может, но не всегда. Мнение о том, что мать не имеет права присутствовать на Крещении появилось из-за того, что начиная с XV века на Руси стали крестить детей не на 40-й день, как было ранее, а в ближайшее время после рождения. Ясно, что в это время женщина еще находится дома. Она сможет войти в храм только через 40 дней, когда закончится послеродовая нечистота. Поэтому, если ребенка крестят в возрасте большем, чем 40 дней, то мать после молитвы 40-го дня может спокойно присутствовать на Крещении своего ребенка.
В каком возрасте лучше крестить младенцев?
Уже в древнейшие времена был обычай крестить детей в самом раннем возрасте. В некоторых Поместных Церквях это делали на 8-й день от рождения, в некоторых на 40-й. Хотя в древности также существовал обычай откладывать крещение до зрелого возраста, но эта традиция в Православной Церкви давно исчезла. Ведь Крещение младенцев совершается по вере восприемников и родителей, чтобы не разделять семью. Если родители глубоко верующие люди, то как они, будучи живой клеточкой церковного организма — Тела Христова, — будут отдалять от себя детей, которые не могут войти в Церковь, поскольку еще не крещены. В самом раннем возрасте дети неотделимы от родителей. Родители идут в храм, а детей нужно оставлять? Родители идут причащаться, а дети остаются вне Тела Христова? Поэтому и был обычай, что как только мать поправлялась после родов и могла ходить в храм, то сразу же совершалось и Крещение ребенка.
Вот если родители неверующие и в храм не ходят, то тут встает вопрос: можно ли ребенка крестить? Родители будут дома целыми днями смотреть телевизор, а ребеночек сам по себе станет живой клеточкой Церкви? Очень сомнительно.
Если же родители собрались крестить своего ребенка, то лучше это делать в самом раннем возрасте. Многие родители думают, что месячному младенцу будет тяжело перенести Крещение: «Вот пусть подрастет до полугода или года, тогда и крестим». Но если в двухмесячном возрасте для ребенка главное, что рядом мамочка, знакомые руки и знакомый голос, то уже в полгода ребенок очень хорошо понимает во время Крещения, что он в чужом незнакомом помещении, вокруг много чужих людей, что его насильно окунают в воду. А годовалый ребенок и вовсе имеет гораздо больше возможностей сопротивляться этому. И получается, что в полтора месяца ребеночек поплакал пять-десять минут, а в полгода или год его не успокоишь еще полчаса.
Как совершается Крещение взрослых?
Крещение взрослых должно совершаться полным погружением. Для этого во многих храмах есть специально оборудованные крестильни. Довольно часто в сельских приходах Крещение совершается в реке или озере. Крещение через обливание ранее было допустимо только для лежачих больных. В советское время крещение через обливание могло быть оправдано гонениями на Церковь, поскольку оборудовать крестильню было невозможно, и совершать какие-либо действия вне храма также было запрещено.
Пояснения к чинопоследованию Крещения
Если Крещение совершается над младенцем, то в самом начале читаются так называемые молитвы 8-го и 40-го дня. В 8-й день после рождения ребенку нарекалось имя, для чего он приносился в храм, и там читалась молитва на наречение имени. На сороковой день мать уже сама приходила с ребенком в храм, где читались молитвы над ней и ребенком.
Если Крещение совершается над взрослым человеком, то в начале следуют молитвы, предваряющие Крещение. Сначала читается молитва «во еже сотворити оглашенного», после которой человек становится оглашенным, то есть еще не крещенным, но уже христианином. Далее читаются особые «запрещения», во время которых из сердца человека изгоняется диавол. Священник оборачивается лицом на запад, а не на восток, куда обычно молятся Богу, и запрещает нечистому духу именем Божиим: «изыди и отступи от новоизбранного воина Христа Бога нашего».
Но мало, чтобы только церковными молитвами изгонялся из сердца человека диавол. Поэтому после запрещений и запретительных молитв совершается чин отречения от сатаны. Теперь уже сам крещаемый должен изъявить свою решимость не служить более нечистым силам. В конце отречения, которое крещаемый произносит, стоя лицом к западу, то есть к диаволу, священник обращается к человеку: «И дуни, и плюни на него». Человек символически дует, показывая диаволу его немощь по сравнению с силой Божией, к которой человек теперь прибегает, а также символически плюет, показывая свое нежелание более служить диаволу.
Поскольку маленькие дети сами еще не могут говорить и отвечать за себя, то от их имени отречения произносят крестные. Тем самым они дают обещание, что будут участвовать в воспитании детей и приложат все силы, чтобы повзрослевшие дети своей жизнью отрекались от диавола и служения ему.
Поделиться книгой: