Стархэвен

“Я не имею права оставаться в живых”, — признался самому себе Эвинг-1. Его лицо в зеркале было спокойно и бесстрастно. Он кивнул и улыбнулся самому себе.

Путь его был ясен. Он должен уйти в сторону. Но ведь он покинет этот мир ради самого себя и, возможно, такого чувства, что что-то прервалось, не возникнет вообще.

Он еще раз твердо и решительно кивнул самому себе.

На письменном столе в номере имелся диктофон, присоединенный к печатающему устройству. Эвинг включил его, немного выждал, приводя в порядок свои мысли, и стал диктовать.

“Второй день после полудня. Самому себе из более раннего времени — человеку, которого я называю Эвингом-2, от Эвинга-1. Прочти это очень внимательно, даже запомни наизусть, а затем полностью уничтожь.

Только что ты был вырван из рук палачей посредством, как тебе казалось, чудесного вмешательства. Ты должен поверить в то, что твоим спасителем был некто иной, как ты сам, удвоившийся при переходе в прошлое, то есть в сегодня, из своего русла времени, отстоящего от сегодня на два дня в будущем. Поскольку я уже прожил это время, которое только еще разворачивается перед тобой, позволь мне рассказать о том, что ждет тебя впереди. Заклинаю тебя точно следовать моим инструкциям ради того, чтобы спасти наше общее существование.

Сегодня — Второй день. Твое избитое тело проспит более суток, и ты проснешься в Четвертом дне. Вскоре после пробуждения тебе позвонит Майрак Сколар, который напомнит тебе о назначенной им встрече и который организует твою доставку в его Институт на окраине города. Ты должен отправиться туда. Там тебе откроют возможность перемещения объектов во времени — по сути, само здание института перемещается во времени на три микросекунды, чтобы избавиться от преследований.

В этой точке моего собственного русла времени я заставил их силой отправить меня в прошлое из Четвертого дня во Второй и по прибытии сюда организовал твое спасение.

Моей целью, ради которой я предпринял это путешествие во времени, было снабжение тебя этой информацией, которую мой спаситель не догадался передать мне. Ни при каких обстоятельствах ты не должен предпринимать перемещение в прошлое! Запомни это! Это очень важно! Тобой должен быть разорван этот цикл навсегда!

Когда Майрак покажет тебе машину времени, ты должен заинтересоваться ею, но не настаивать на демонстрации ее действия. Тем самым автоматически будет создано новое прошлое, в котором по-настоящему умрет на допросе у Фирника Эвинг-3, в то время как Эвинг-2 останется в живых и на свободе, готовый продолжать свою деятельность. Если это не очень тебе понятно сейчас, перечитай это более тщательно. Надеюсь, тебе станет немного яснее.

Что же касается меня, то для нормального развития событий я больше не нужен и поэтому намереваюсь покинуть поток времени, как только закончу эту записку. К твоему сведению, я намерен сделать это, совершив короткое замыкание в энергитронном киоске в вестибюле. Ты легко можешь в этом удостовериться, просмотрев новости за Второй день одиннадцатого числа. Эта акция вкупе с твоим отказом воспользоваться машиной времени положит конец множественности существующих Эвингов и оставит тебя единственным на сцене жизни. Получше используй все предоставленные тебе возможности. Я знаю, что ты способен решить задачу по делу спасения нашей планеты.

Желаю тебе удачи! Она сейчас очень нужна тебе. С самыми дружескими чувствами к тебе Эвинг-1”.

Закончив диктовать, Эвинг вытащил из машины отпечатанный текст и медленно перечитал его три раза. Теперь можно было уже не спешить.

Он сложил записку и вынул из кармана десять кредитов — об этом также забыл его предшественник во времени — и спрятал деньги и записку в конверт, который положил на стол.

Удовлетворенный сделанным, он тихо вышел из номера и отправился в вестибюль гостиницы. Маска больше была не нужна, и он выбросил ее. Парализатор он тоже оставил наверху, на случай, если он понадобится еще Эвингу-2.

В вестибюле он нашел телефон, набрал номер центрального бюро связи и произнес:

— Я хотел бы послать письмо Майраку Сколару, в Центральный Институт абстрактных знаний, отделение восемьдесят шесть, Валлон-сити. (Это было поддельное сообщение, переданное ему Майраком.) Передать нужно вот что: ваши враги допрашивали и сильно избили Бэрда Эвинга. В настоящее время он спит у себя в номере гостиницы. Позвоните ему днем и помогите избавиться от западни. Закройте кавычки. Это послание нужно передать не раньше Четвертого дня, но не позже полудня. Ясно?

Оператор-робот повторил сообщение, включая инструкцию по доставке, и под конец произнес:

— С вас один кредит, сэр.

Эвинг бросил в щель монету и подождал, пока оператор не удостоверился, что оплата произведена.

Эвинг удовлетворенно кивнул. Механизм был запущен, и теперь он может уйти со сцены. Он пересек вестибюль и подошел к праздно слонявшемуся землянину.

— Извините меня за беспокойство. Вы не могли бы мне разменять один кредит? Я хочу воспользоваться энергитроном, но, как назло, нет мелочи.

Землянин разменял бумажку, они перебросились парой принятых фраз, и Эвинг направился к киоску с энергитроном, довольный тем, что дал о себе знать своему двойнику.

Когда произойдет взрыв, будет один свидетель, который покажет, что в киоск только что вошел какой-то высокий мужчина.

Он бросил в щель автоматической двери киоска монету в полкредита. Энергетический занавес стал почти прозрачным, позволив корвиниту пройти внутрь, а затем киоск снова принял свой черный лоснящийся цвет, скрывая от посторонних глаз все, что происходило внутри.

Энергитронный киоск был всего-навсего коммерческой разновидностью обычного ионного душа. Он взбадривал тело и успокаивал душу, так гласила надпись снаружи. Эвинг знал также, что это было и чрезвычайно эффективное устройство для совершения самоубийства. Внутри на эмалированной табличке крупными буквами было написано:

“ОСТОРОЖНО!!!

Вас предупреждают о том, что нельзя приближаться к ограничительным линиям или дотрагиваться до механизма энергитрона. Этот сложный агрегат в неумелых руках может быть очень опасным”.

Эвинг улыбнулся. Настало время для него уйти со сцены — однако ни тело, ни личность Бэрда Эвинга не будут уничтожены. Исчезнет только один из его отростков.

Без дрожи в руках он вцепился в опечатанную панель управления, раздавил ее и резко повернул регулятор, находившийся внутри. Теперь молекулярный душ изменился. Он стал видимым, словно клочья тумана, и потрескивающим.

Теперь уже было достаточно просунуть руку или ногу за ограничительную линию, как тут же произойдет оглушительный взрыв.

Эвинг подошел поближе к ограничительной черте и стал водить рукой возле опасной зоны.

Внезапно ему в голову пришла одна мысль.

— А что же случилось с тем, кто спас его самого? — Он совсем забыл о нем. Но ведь существует еще один Эвинг — Эвинг-1, тот, который не оставил ни записки, ни денег, ни оружия и который, вероятно, не совершил самоубийства. Где теперь этот человек???

Эвинг на мгновение задумался. Однако времени на размышления оставалось у него совсем немного.

Вспыхнул ослепительный свет, и сокрушительная сила смела и раздавила его бренное тело.

Глава 12

Эвинг проснулся.

У него гудела голова и ныло все тело. Кровь стучала в висках и страшно хотелось пить. Он повернулся на спину и сдавил руками виски.

Что это со мной случилось?

Мало-помалу воспоминания стали разматываться, будто нить времени. Он припомнил, как обнаружил в своем номере Биру, выпил спиртное с примесью какого-то наркотика, которое она ему подсунула, вспомнил, как его перевезли в консульство Сириуса. В памяти его возникли, будто окутанные туманом, дни бесконечных мучений и допросов. Он вспомнил эту ужасную машину, предназначенную для ковыряния в мозгу, этот металлический шлем, который уже был надет на его голову…

Затем это неожиданное спасение. Кто этот неизвестный? Может быть, все это приснилось ему?

На этом воспоминания заканчивались. Морщась от боли, он сполз с кровати и взглянул на себя в зеркало. Он выглядел жутко изможденным: темные круги возле глаз, обвисшая под подбородком кожа, туго обтянутые скулы. Он выглядел еще хуже, чем в момент пробуждения несколько дней назад на борту своего корабля.

На стуле возле кровати лежал конверт. Он нахмурился, поднял его, пощупал пальцами. Конверт был заклеен, сверху было написано его имя. Из вскрытого конверта выпали пять бумажек достоинством по два кредита и вместе в ними записка. Он аккуратно положил банкноты на постель, развернул записку и начал читать:

“Второй день, после полудня. Самому себе из более раннего времени — человеку, которого я называю Эвинг-2, от Эвинга-1…”

Прочтя записку, он стряхнул с себя остатки сна. Первой его реакцией были гнев и недоверие, затем он задумчиво поскреб по подбородку, обдумывая определенные обороты речи, некоторые характерные черты изложения. У него был довольно своеобразный стиль при пользовании диктофоном. Прочтенное им послание было очень хорошей подделкой, если не было подлинным.

В последнем случае…

Он набрал справочную гостиницы и спросил:

— Пожалуйста, какой сегодня день?

В голосе робота-дежурного не было и тени удивления:

— Четвертый день, тринадцатое число Пятого месяца, — прозвучал уверенный ответ.

— Спасибо. Я могу получить по телестату новости за Второй день, одиннадцатое число?

— Мы можем соединить вас с Бюро регистрации, — предложил робот.

— Соедините, — сказал Эвинг, думая про себя, насколько это все глупо и что записка эта наверняка простая подделка.

Он услышал щелканье переключателя и голос другого робота:

— Регистрация. Чем можем быть вам полезны?

— Меня интересуют новости, касающиеся происшествий, имеющих… вернее, имевших место во второй половине Второго дня.

— У нас есть нужная вам информация. Прочитать?

— Пожалуйста, — хрипло произнес Эвинг.

— Второй день, одиннадцатое число Пятого месяца 3806 года. При взрыве киоска энергитрона в вестибюле Гранд-отеля в Валлон-сити погиб один человек. Нанесенный ущерб оценивается в две тысячи кредитов. Обычное функционирование гостиницы было прервано на два часа. Причиной взрыва считают удавшуюся попытку самоубийства.

Среди обломков киоска тело самоубийцы не было обнаружено, однако имеются свидетели, заметившие, как за минуту до взрыва в киоск вошел высокий мужчина в верхней одежде. Проверка проживающих в гостинице показала, что среди постояльцев такой не присутствовал. Полиция Валлон-сити заявила, что будет произведено расследование.

Голос робота осекся.

— Вот и все, сэр. Вам нужна копия? Есть ли необходимость в передаче вам дополнительной информации по данному делу по мере ее поступления?

— Нет, — четко ответил Эвинг. — Спасибо, но мне больше ничего не нужно. Я удовлетворен.

Он отключился и тяжело опустился на кровать.

Это все равно могло быть розыгрышем. Он проспал несколько дней. Этого было вполне достаточно, чтобы какой-нибудь шутник, прослышав о взрыве в гостинице, направил ему записку.

Однако бритва “Оккама” начисто отмела предположение о розыгрыше. Слишком много во всем этом было непонятных обстоятельств и немотивированных действий. Допущение того, что предшествующий Эвинг раздвоился во времени, чтобы организовать его спасение и оставить записку, было несоизмеримо более простой гипотезой, если, разумеется, допустить возможность совершения путешествия во времени, до сих пор считавшегося невозможным.

И все же одно, достаточно убедительное, доказательство можно было получить. Эвинг отыскал на туалетном столике маленький темно-синий парализатор и принялся его осматривать.

Согласно записке, вскоре после того, как он проснется, ему позвонит Сколар Майрак.

“Прекрасно! — подумал Эвинг, — подожду звонка Майрака”.

Глава 13

Через час он уже сидел в глубоком кресле в гостиной Института абстрактных знаний, чувствуя, как боль после пыток покидает его тело в результате манипуляций, совершенных искусными пальцами Майрака. Вокруг него струились звуки волшебной старинной музыки. Бетховен, судя по словам этого маленького землянина, был одним из знаменитых древних композиторов. Эвинг с наслаждением потягивал предложенный ученым напиток.

Все было для него абсолютно непостижимо: звонок Майрака, поездка через весь Валлон-сити, сказочное здание, сдвинутое во времени на три микросекунды по сравнению с остальным городом, и превыше всего — тот факт, что записка в его комнате была, сейчас он уже в этом не сомневался, несомненно настоящей. Эти земляне владели тайной путешествий во времени, и хотя никто и не догадывался, что они уже отправили по меньшей мере одного Бэрда Эвинга в прошлое из точки, которая в потоке времени все еще лежала в будущем где-то во второй половине этого Четвертого дня, сам Эвинг был оглушен.

Он понял, что его ответственность, и без того огромная, теперь стала просто чудовищной. Один человек отдал свою жизнь ради того, чтобы настоящая жизнь при этом не оборвалась. Эвингу казалось, что какая-то его часть, о существовании которой он и не догадывался ранее, отмерла, и теперь он снова был единственным хозяином своей судьбы.

Беседа текла непринужденно. Земляне, настороженные и любознательные люди, хотели как можно больше узнать об угрозе со стороны клодов и о том, способны ли жители Корвина отразить это нападение, когда оно произойдет. Эвинг рассказал им всю правду — что они приложат все силы, но что надежды на успех совсем немного.

И тогда Майрак перевел разговор в другое русло. Его интересовала возможность организации переброски сотрудников Института абстрактных знаний на Корвин, где они, во всяком случае, были бы в большей безопасности, чем сейчас на Земле, под пятой Сириуса-4.

Это предложение об эмиграции показалось Эвингу весьма сомнительным. Он откровенно объяснил разочарованным землянам, насколько тяжело организовать такое крупное мероприятие и какое малое число кораблей способен выделить Корвин для этой цели. Он также упомянул и о неизбежной задержке, которую повлекут за собой переговоры.

Он прочитал горечь на лицах. С этим ничего нельзя поделать, подумал он. Корвину грозит уничтожение. Земле же — всего лишь оккупация. Корвину нужна помощь гораздо больше, чем Земле. Но от кого?

— Мне очень жаль, — произнес он под конец. — Я просто не вижу, каким образом мы могли бы предоставить вам убежище. С другой стороны, мне кажется, что на Корвине вы можете оказаться в гораздо худшем положении, чем на Земле. Нападение клодов будет жестоким и смертельным. Здесь же Сириус, по-видимому, оставит все, как оно есть, разве что теперь вы будете платить те же налоги сирианам, а не правительству Медлиса.

Удручающее ощущение тщетности всех его усилий охватило корвинита. Он не нашел возможности разрешить проблему, стоящую перед Корвином, не сумел хоть чем-нибудь помочь этим бедным землянам. Им придется смириться с жизнью под игом Сириуса-4, в то время как Корвину остается только ждать нашествия клодов и неизбежно сопутствующего ему завоевания и истребления своих соплеменников.

Его миссия провалилась. Какие бы смелые планы ни строил покойный Эвинг, оставивший ему записку, в его собственном мозгу они не нашли соответствующего отражения. Было ясно, что тот Эвинг видел какое-то решение для Корвина, какой-то способ защиты планеты от клодов. Однако он ничего не сказал об этом в своей записке.

Очевидно, путешествуя во времени в прошлом, он испытал что-то такое, что дало ему ключ к решению дилеммы.

В голову пришла заманчивая мысль. А что, если сделать еще одно обратное путешествие во времени, спасти Эвинга, которого он обязательно найдет в прошлом, еще раз продиктовать записку и включить в нее ту информацию, которой сейчас в ней так недоставало.

Нет!!!

Он отверг эту мысль решительно и бесповоротно. О еще одном путешествии во времени не может быть и речи. У него сейчас имеется возможность разорвать зацикленную цепь и обрезать пуповину, соединявшую его с Землей. Отказаться от подобной возможности было бы неразумно. Вернуться на Корвин, готовиться к отражению нападения, защищать свой дом и Родину, когда настанет для этого час, — вот единственно разумный порядок действий. Продолжать поиски несуществующего сверхоружия бесполезно.

“Лучше предоставить Землю ее печальной участи, — подумал он, — и вернуться на Корвин”.

Беседа стала затухать и почти совсем остановилась. Ему и землянам больше не о чем было говорить. Обе стороны взывали о помощи, и ни одна из них не была в состоянии оказать ее.

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, — предложил Майрак. — Эти разговоры о бегстве и о нашествии портят настроение.

Пластинка с музыкой Бетховена закончилась. Майрак встал, вынул ее из проигрывателя и поставил на место.

— У нас отличная коллекция старинных авторов. Вот, например, Моцарт, Бах, а вот это Гайдн…

— Боюсь, что мне не приходилось слушать никого из них, — признался Эвинг. — У нас на Корвине сохранилось всего лишь несколько записей произведений старинных композиторов с Земли. Я слышал их в музее. — Он наморщил лоб, пытаясь припомнить имена. — Там были Равель и Стравинский, помнится. И, кажется, какой-то Барток. Записи эти принадлежали одному из пионеров-колонистов.

Майрак поставил пластинку Баха. Он объяснил, что приятно звучащий инструмент, который ведет основную тему, называется клавесином. Это был очень примитивный инструмент, издававший звуки при механическом воздействии на его струны.

Несколько ученых всерьез интересовались музыкой, как новой, так и старой. Они стали наперебой излагать свои точки зрения. В другое время Эвинг, возможно, и принял бы участие в этой дискуссии. Теперь он их слушал только из вежливости, почти не вникая в то, что говорилось. Он пытался точно вспомнить текст записки, которую он прочел, а затем уничтожил сегодня утром. Они покажут ему свою машину времени. И он должен будет не поддаваться соблазну прыжка в прошлое. Это вызовет необходимые изменения в прошлом и будет способствовать осуществлению плана, разработанного Эвингом-1.

“Каким бы он ни был!” — подумал настоящий Эвинг.

Наконец Майрак сказал:

— Мы многого достигли в разработке теории времени. Наши машины, находящиеся в глубоких подвалах этого здания, могут…

— Нет! — произнес Эвинг так внезапно и так резко, что это прозвучало почти как крик. Затем более спокойным тоном он продолжал: — Я имел в виду, что сейчас уже поздно. Боюсь, что стоит мне увидеть хоть одним глазом ваши машины времени, я буду настолько заворожен ими, что до неприличия затяну свое посещение и злоупотреблю вашим гостеприимством. Надо ценить время хозяев!

— Но мы очень хотим, чтобы вы провели у нас столько времени, сколько вы пожелаете, — запротестовал Майрак. — Если вам хочется взглянуть на машины…

— Нет! — решительно повторил Эвинг. — Боюсь, что мне пора.

— В таком случае мы отвезем вас в гостиницу.

Вот здесь должна быть точка расхождения, подумал Эвинг в то время, как земляне провели его к двери и стали выполнять операции, которые делали возможным синхронизацию с остальным миром.

“Мой предшественник ни разу не выходил из этого здания, — отметил про себя Эвинг. — Вместо этого он удваивался вечером Второго дня. Теперь я наконец-то отделился от двойника”.

Он сел в машину и оглянулся на свободный участок, который на самом деле был занят зданием Института.

— Вы должны когда-нибудь посмотреть, как действуют наши машины, — сказал сопровождающий его Майрак.

— Да… разумеется, — уклончиво ответил Эвинг. — Как только управлюсь с неотложными делами.

“Завтра я уже буду возвращаться на Корвин, — подумал он. — Скорее всего я больше никогда не увижу ваши машины, приятель”.

Он понял, что своими действиями во второй половине дня породил новую цепочку событий. Он не вернулся назад, во Второй день, и не спас узника, допрашиваемого Фирником, тем самым он создал Эвинга-3, у которого сириане все же извлекли из мозга информацию и который скорее всего умер два дня назад. Таким образом, Фирник уверен, что Эвинг мертв! И будет очень удивлен, когда призрак затребует свой корабль из ангаров космопорта и возьмет курс на Корвин.