Покорение Земли-2

— Да ладно, там работать придется, что ты умеешь? — теперь уже вмешался Сергей.

— Много чего. Я ведь не вчера родился. Ну так что — трепаться будем, или валим? Учтите — до подъема всего три часа, а потом нас начнут искать. А мы еще и шага не сделали. Ну?

Сергей и Артем переглянулись. В принципе присутствие Олега никак им не мешало. Строго говоря — у них и плана то не было толком. Тот же их замешательство воспринял по-своему.

— Ну значит решено. Тронулись. Ты — тычок пальцем в Сергея, — сгоняй к лестнице — посмотри чисто ли там? А я пока вещи соберу.

Сергей от такого напора немного растерялся, но поскольку других идей все равно не было — прошелся к лестнице. Прислушался. Тишина. Спустился вниз, посмотрел на стеклянную будку дежурного — там горела настольная лампа, а вот сама дежурная — толстая баба Лидия Степановна спала, откинувшись в кресле. Двери же, как и ожидалось — на ночь заперты. О чем он и сообщил, вернувшись к своим сообщникам. Олег усмехнувшись повел их наверх, к чердачным помещениям. Когда им путь преградила дверь, в которой когда то были вставлены стекла, а теперь вместо них красовался здоровый лист ДВП. Створки были заперты на огромный навесной замок. Судя по ржавчине на нем — не отпирался этот монстр советского производства — лет десять, не меньше. Но его никто и не думал отпирать, поддев ножом край листа ДВП Олег просто вынул его из пазов, где тот сидел и отогнул в сторону, образуя достаточную щель чтобы в нее можно проскользнуть. Прикрыв за собой обратно проход, Олег скомандовал:

— двигайтесь вдоль стены к окну. Аккуратнее, пол здесь рассохся, можно повредить ногу, если не будете смотреть куда ставите.

В тусклом отраженном свете уличных фонарей, кое как они добрались до окна, за которым обнаружилась порядком проржавевшая пожарная лестница. Конечно, по традиции она не доставала до земли добрых пару метров с лишком, но спуститься по ней было можно.

Открыть окно оказалось так же задачкой не из простых, закисшие за годы шпингалеты отказывались открываться без приложения к ним силы. Впрочем могло ли это смутить молодых людей? С чувством выломав их, и едва не разбив при этом само окно, они спустились по лестнице вниз, после чего подхватив из схрона рюкзаки перемахнули через забор. И остановились в растерянности.

Сергей посмотрел по сторонам. Их кадетское училище располагалось в паре дюжин километров от города, и на дороге в такое время не стоило надеяться ни на попутку, ни, тем более, на общественный транспорт.

— Ну и что дальше? — спросил Артем. Он уже начинал жалеть что ввязался в эту авантюру.

— А ничего. До начала работы приемной комиссии времени много. Раньше девяти такие структуры точно не начинают работать. Доберемся. — Сергей был намного более оптимистично настроен.

— На чем? — Возмутился Артем, — У меня в загашнике такси нет. Денег, кстати, тоже!

— Ножками пойдете! — взорвался Олег — Вам что, лишний шаг сделать сложно? Привыкайте, теперь вам ходить придется много. Двигаем, нечего здесь задницы светить, засекут еще. — После чего подхватил свою спортивную сумку, порядком потрепанную, но пока еще прочную, и закинув ее на плечо двинулся в направлении города.

Сергей и Артем переглянулись, но это похоже была единственная возможность. Кивнув своим мыслям, они взяли свои вещи и потихоньку тронулись в путь. У них было добрых три часа до рассвета и не менее пяти до начала работы комиссии.

* * *

Порталы решено было открывать по часовым поясам, в импульсном режиме. Да, хотя единовременно существовать между двумя точками может лишь один портал, а планеты в таких масштабах — не более чем точки. Кроме того, для поддержания стабильности портала энергии требовался самый минимум, даже более того, какое то время портал продолжал оставаться стабильным даже после прекращения подачи на него питания. Однако стоило создать рядом второй — как он тут же перетягивал на себя первый. И удержание двух одновременно открытых порталов требовало дичайшего расхода энергии. Потребление росло в геометрической прогрессии. Если же этого не делать, то между каналами возникали пробои, и если для вещания это было даже удобно — можно покрывать огромную зону, то при переносе чего либо, едва ли человек был бы рад, если бы его вещи, или он сам были бы равномерным слоем распределены по той же территории.

Намедни я общался с разнообразными чиновниками. Поскольку с деньгами у государства нынче не очень, решено было сделать экспедицию двумя частями — официальной, при максимальной поддержке государства. Туда выделили десять из тридцати двух наличествующих танков Т-90 (бог его знает, зачем они там вообще нужны, но пусть будут, есть у меня подозрение что и они пригодятся), десяток "Тунгусок", два десятка БТР-90 несколько САУ Мста-С и почти пол сотни КамАЗов, груженых провиантом и оборудованием для новой колонии. Разумеется, в принудительно-добровольном порядке создали Экспедиционный Корпус имени Генерала Кречета являющуюся оперативной бригадой, оснастили его так же по первому классу — самыми последними винтовками, типа В-94 (вот уж зачем там этот монстр может потребоваться — ума не приложу), новенькими, в масле СВД, и даже несколько СВ-98. В остальном — довольно типовое снаряжение. Разгрузки нового образца, ботинки с мембранами О-Горе-Для-Тех, и многое, многое другое. В эту же группу отрядили наиболее именитых ученых, которые еще могли передвигаться самостоятельно, выделили каждому из них по группе аспирантов, согласившихся принять участие за защиту кандидатской что называется "в поле". И второй группой, неофициальной. В нее приняли решение записывать вообще всех добровольцев, желающих попытать счастья в новом мире. Оснастить их на том же уровне — было бы затруднительно, посему решили вскрывать склады мобилизационного резерва и брать технику с консервационных стоянок. Загрузили этим ремонтные заводы и оружейные комнаты, с задачей собирать работающие экземпляры, даже если для запуска одного, придется разобрать три. Приказ был однозначен — на номерные детали наплевать, главное — оно должно работать.

* * *

Москва, окраины.

В торжественной обстановке, во вспышках фотоаппаратов собравшихся корреспондентов, колонна техники проходила между собравшимися, на торжественное мероприятие, горожанами. Впервые за многие годы люди действительно гордились достижениями своей страны, не ее прошлым, которое поросло мхом, не какими то эфемерными Духом и Менталитетом, а простым и понятным успехом своей страны, своего народа. Пройдя сквозь этот стихийный парад, колонна исчезала в окне перехода.

В других районах дела обстояли немного по другому. В колонисты шли сельские жители, многих манила возможность получить задарма земли и обживать их. С собой брали скот, трактора, на вырученные от продажи домов деньги покупали щитовые дома, на первое время. Не сказать что народ рвался исследовать новые земли, но желающих набралось почти семдесят тысяч человек.

Порталы открывались регулярно, перебрасывая группы людей на выбранное место жительства. Поселенцы старались не слишком жаться друг к другу, расселившись по площади почти в триста километров. Люди достаточно долго жили в обществе себе подобных, и теперь они стремились отдохнуть от общества и внимания соседей. Порой чересчур навязчивого. Люди усиленно строили дома, предпочитая самые простые в возведении из цельных бревен. Материала для них — вокруг произрастало в достатке.

Поскольку место для поселения выбиралось с помощью группы геологов изучавших строение материковых плит, по спутниковым снимкам был определен наиболее оптимальный район для основания поселения, в рукаве крупной реки, нареченной Курватура, за некоторую непрямолинейность, неподалеку от горной гряды, образованной столкновением материковых плит. В перспективе — нефтеносные месторождения должны были быть где то поблизости, от поселения. Первое, что сделали федеральные колонисты — протащили через окно разобранный АН-30Б, модернизированный под текущие реалии, выровняли грейдером для него полосу, и начали проводить аэрофотосъемку. Как это обычно и водится, несмотря на строгую секретность на бумаге, по факту результаты работы оказались доступны многим. И во все точки, что сулили потенциально нефтеносные пласты — устремились желающие. Были протеже крупных компаний, прекрасно оснащенные, на нескольких вездеходах, были и частники, на одиночных потрепанных жизнью армейских грузовиках, недавно снятых с консервации и по быстрому подшаманенных каким-то рукастым слесарем.

* * *

К участку регистрации добровольцев, наша троица подоспела аккурат к обеду. На удивление, к их возрасту претензий не возникло. Надо заметить, что необходимость застолбить за собой местечко поприятнее принуждало правительство закрывать глаза на многие нарушения. Такое право получили несовершеннолетние, не достигшие восемнадцати лет. В принципе паспорта у ребят были, а на возраст — внимание заострять не стали. Впрочем, это была далеко не самая большая скидка желающим начать новую жизнь, билет получали так же и люди с погашенной судимостью, поступали предложения и обитателям колоний-поселений сменить место жительства, в обмен на обязательство никогда более не пересекать границы между мирами. Но сейчас, троица беглецов предстала перед другой, куда более грозной силой нежели вооруженные до зубов преступники. Их противник находился в совершенно иной весовой категории, и в прямом, и в переносном смысле. Роста сей враг был среднего, но поперек себя шире. И отнюдь не в плечах. Щеки покоящиеся едва не на плечах, бляха ремня полностью закрытая свешивающимся пузом. Венчала этот натюрморт фуражка площадью с небольшой аэродром, с теряющейся на тулье кокардой. Находился он в чине старшего прапорщика, и занимал хлебную должность заведующего складами моб. резерва. В последнее время от него требовали совершенно немыслимого — выдавать годами оберегаемое барахло, и кому? Гражданским!

Конфликт с Куском, как немедленно окрестил его Олег, в ответ на недоумение друзей — пояснивший, что так называют в армии занимающих эту должность недоофицеровю, разгорелся с недостаточной численности их группы. Требовалось минимум четыре человека, у них же было на одного меньше. Выручил случай. Проходивший мимо сержант Карпов, отряженный с теми же целями, быстро вник в ситуацию, и спросил:

— Значит так, орлы, берете меня четвертым? Да — и я выбиваю из этого мешка с дерьмом все что полагается. Но за это — вы переходите в мое подчинение. Будете обучаться нормальному, мужскому делу. Нет — и крутитесь как знаете, убеждать не буду. Чай не девицы, чтоб ломаться.

— Забавно, — пробормотал Артем, — стоило ли переться черт-те-куда, только для того, чтобы попасть в армию?

— Ну так что? Времени у меня немного, что бы еще и на вас его тратить…

— Можно подумать у нас есть выбор. — хмыкнул Олег. — Какие условия?

— Значит так, сейчас мы идем и забираем то, что вам причитается. Затем — перебираемся на ту сторону, где вы и начнете свое обучение. После того как закончим — вы вольные пташки. Летите куда хотите.

— Звучит уж больно просто. В чем подвох?

— Узнаете в свое время. — усмехнулся сержант, — Кажется стоит познакомиться, орлы. Меня зовут Евгений. Карпов. Уяснили?

Следом по очереди представились и ребята. А затем был бой. Сержант и Кусок ругались долго и с чувством. Каждый предмет, причитающийся по списку, переходил из рук в руки по нескольку раз. Выбирать оружие для ребят Карпов долго не стал, затребовал одну СВТ и два карабина Симонова. Прапорщик долго водил их какими то темными закоулками, между стеллажей с ящиками всяческого барахла, пока не остановился в одном из дальних углов, слабо освещенном лампочкой Ильича. После чего махнул в сторону пары темно-зеленых деревянных ящиков, несущих на себе немилосердные следы времени, мол, выбирайте. Взяв в руки первый карабин, наугад, сержант возмутился:

— Так, это что за дрова? Да им даже в печи делать нечего, это же труха! Ты издеваешься надо мной? Какой тут калибр? Миллиметров до восьми разбит, небось! Господи, да тут раструб образовался уже от того что какой то идиот чистил его со стороны дульного среза! Уберите это с глаз моих!

Оторопевший от такого напора прапорщик даже не сумел возмутиться. А Евгений уже взял другой карабин, выглядевший еще страшнее предыдущего. Вся ложа его была в потертостях, царапинах и сколах.

— Да, кошмар какой то… Если бы я не знал, что оружие здесь привезли со складов, решил бы, что ты из отряда хоплофобов, и мстишь оружию за свои страхи, колотя его ночами о стены.

Открыв затвор карабина сержант посмотрел на механизм, потер пальцем УСМ, затем достал из кармана патрон, и воткнул его в патронник, затем, еще раз передернул затвор, осмотрел выброшенный боеприпас, хмыкнул и положил его в сторону, вынеся вердикт:

— Этот годится.

После чего он забраковал еще два карабина Симонова и четыре винтовки Токарева, прежде чем нашел то, что искал. Разложив винтовки на столе, сержант предложил ребятам выбирать. Сергей тут же вцепился в СВТ. Очень уж она ему приглянулась — что и говорить, определенный шарм в этой винтовке наличествовал. А главное — она была БОЛЬШЕ. Евгений же только усмехался, по его опыту — самые большие пушки всегда хватали люди импульсивные, склонные к принятию решений не подумав. Ну и не сообразившие еще, что с этим им же и бегать придется. Артем, пожав плечами, взял ближний к нему СКС. Олег поступил так же, выражая всем своим видом, что он делает огромное одолжение, прикасаясь к этому доисторическому хламу. Но Карпов знал, что делает. Карабины он выбирал с хорошим железом. Мелкие раковины и легкая патина покрывшая металл не влияли на качество стрельбы. Дерево можно зашлифовать, пропитать льняным маслом и залакировать, металлические части можно и заворонить по новой. Чем его воспитанники вскорости и займутся. Свое оружие знать стоит, чтобы не оказаться в один прекрасный момент без него.

Пока ребята рассматривали доставшееся им оружие, Сержант отвел в сторонку прапорщика, и завел длинную речь, про достойных сынов своей родины, вызывавшихся добровольцами покорять просторы нового мира, а так же, что неплохо бы экипировочку подобрать какую следует. Особую весомость просьбе придавала перекочевавшая в руки Куска бутыль 'черной марки', весьма недурственного бренди. После чего тот невероятно расщедрился, позволив не только забрать уже выбранные машинки, но и порыться в ящиках, где было сложено короткоствольное оружие. После чего уже выбирали пистолеты. Этого добра на складе хранилось огромное количество. Начиная от Наганов, за попытку взять который Сергей получил подзатыльник, с советом не связываться с археологией.

— Но это же револьвер! Почему нет?

— Потому, что у него отвратительный патрон — мощность невелика, давно уже не выпускается, а запасы его здесь — давным-давно слежались. Он либо пукнет у тебя в руках, не вытолкнув и пулю из ствола, либо наоборот — разворотит полбарабана, сдетонировав, вместо горения. И я не упоминаю еще про отвратительный самовзвод и мешкотную перезарядку. Кстати, ты взял сейчас солдатскую модель, у нее даже такого самовзвода нет, придется каждый раз взводить курок. Оно тебе надо?

— Ну а что тогда посоветуете?

— Что посоветую — то я еще ищу.

— Может быть Люгер? — невинно осведомился Артем.

— Нет. Он, конечно, превосходит наган, но все же и у него есть совершенно не нужные недостатки. Типа недозакрывающихся рычагов. Да и не любят они современные патроны. Как говорили фронтовики — не смажешь его, так и не стреляет вовсе. Смажешь пощедрее — начинает стрелять уже сам. Отставить раритеты, в общем.

— ТТ? — это вмешался уже Олег.

— А вот это уже можно. Не идеален, но в принципе к рассмотрению можно отложить. Как и ПМы, если вы их здесь найдете. Ага, а вот и то что нужно! — торжествующе выпрямился сержант, до того увлеченно рывшийся на одном из стеллажей. В его руках тускло поблескивал металлом продукт гения дедушки Мозеса Браунинга. Кольт 1911. Дерево рукояток утратило новизну насечек, пройдя через множество рук. Воронение стерлось, местами обнажив металл, не проржавевший только потому, что был покрыт густым слоем консервационной смазки.

— Эти машинки, ребята, созданы были доброе столетие тому назад. Когда американская армия вела небольшую войнушку с дикарями одного небольшого острова, они вдруг выяснили, что бывший в то время стандартным револьверный.38 калибр, это порядка девяти миллиметров, по-нашему, совершенно не желал останавливать накачанных по уши какой-то дурью аборигенов. Этот прискорбный факт стоил жизни многим бойцам. Согласитесь, до крайности неприятно быть проткнутым костяным наконечником копья, сработанным какими то ручонками дикарей и это несмотря на то, что ты высадил в него весь барабан своего револьвера. И даже попал при этом. В общем, встал вопрос о необходимости калибра поболе. Такого, чтобы останавливал наверняка. Так появился.45acp, прекрасный выбор для человека, не любящего излишних сантиментов. Да, у него невысокая скорость, фактически сорокопятка летит на дозвуке. Но зато вес этой пули почти пятнадцать грамм. Кстати, Олег, ТТ — который тебе приглянулся, является основательно упрощенной копией этого же красавца. Вот только боеприпасы к нему достать будет сложнее, все же сорок пятый производится даже в России. А вот к ТТ уже давно не производят. Ну и наконец, самое сладкое, что мне в нем нравится — поскольку данный патрон является дозвуковым, глушитель ему ну никак не мешает. — На этих словах Карпов усмехнулся, — а длинная прицельная линия и общая его геометрия — сделают вашу стрельбу из него просто супер-меткой и комфортной. Если ваши руки, конечно, растут из правильного места.

Через пару минут нашлось еще два более-менее приличных кольта, которых сержант использовал в качестве доноров, собрав из них один приличный, с целым, нетронутым ржавчиной стволом и не сточенным нещадной эксплуатацией УСМ.

После такой, почти рекламной, лекции — ребята выбрали себе по пистолету, впрочем сержант внимательно следил, чтобы выбранные машинки были в технически исправном состоянии, напрочь игнорируя их внешний вид.

Дальше был выбор разнообразной сопутствующей мелочевки, и как венец всего — подбор транспортного средства. Тут, выбора особого не было, даже не обращая внимания на выставленные вперед МТ-ЛБ, в огражданенном исполнении, сержант прошел в сторону самой простой и классической 'буханки'. Классической окраски кошмарно-зеленого цвета, на военных мостах. Забравшись в кабину, Карпов завел его. Прислушался, затем удовлетворенно кивнув — объявил молодежи, что теперь они при транспорте, а затем, словно о чем то вспомнив, пробурчал:

— Тьфу ты. У вас же все равно ни у кого прав нет. — и уже без особой надежды в голосе, поинтересовался — Может водить хоть кто-то из вас умеет таки?

— Я одно время в автокроссе участвовал, — произнес Олег, — пока не… Ну не важно. В общем на этом драндулете, думаю, смогу проехать пару метров.

— Тем лучше, у меня руки свободны будут. Ладно, грузите свое барахло, и подъезжайте вон туда, к обозначенному краской коридору на площади. — Махнув рукой в указанном направлении, Евгений направился в сторону, напоследок бросив — ждите меня на той стороне, мне нужно еще кое-что захватить. И далеко там не отходите. — И не дожидаясь ответа, он быстрым шагом скрылся за рядами техники.

Собирать ребятам было в общем то нечего. Побросав вещи в салон, они разместились в машине. Олег, как водитель, а Артем с Сергеем сели сзади, на лавки. После того как был прогрет двигатель, они выехали на площадь, где уже собралась небольшая колонна. Довольно разношерстная, хотя определенные черты были общими — преобладали автомобили повышенной проходимости, в основном внедорожники. Была пара пикапов, неведомо как попавших на просторы России, и даже пара Зетросов, новеньких грузовиков от Мерседеса. Откуда они здесь взялись — едва ли кто-то мог бы сказать. Сбавив ход, Олег немного задумался, куда двигаться, но его сомнения разрешил регулировщик — махнувший ему, на хвост колонны, с намеком, что неплохо бы ему встать именно там. Через пару минут ожидания, появился Карпов, в сопровождении двух человек, довольно колоритных даже самих по себе. Сержант и сам был личностью заметной — ростом выше среднего, жилистый, с коротким ежиком волос. В толпе он был бы заметен, но вот на фоне своих спутников — несколько терялся. Особенно выделялся мужчина лет около сорока, с проблесками седины на висках. Даже самым поверхностным взглядом читалось, что человек отдал вооруженным силам немало лет своей жизни. Другой, не менее колоритный персонаж, как будто сошел с гравюры про викингов, или, как минимум, верховодил Ангелами Ада. С пивным брюхом, в коже с головы до ног, в кожаных же ботинках Червина. При этом — он был рыж как лисий хвост. Заросли на голове, как будто нечесаные годами, борода, заплетенная в небольшую косу, придавали лицу настолько зверский вид, что прохожие старались отойти на другую сторону улицы, едва завидев его.

Подойдя к машине ребят, которые уже заглушили двигатель и дышали воздухом снаружи, отдыхая от пропахшего маслом, бензином и ветошью салона УАЗа, сержант представил своих спутников:

— Знакомьтесь, орлы. Это организатор и руководитель нашего похода, Виктор Эйсманович Шторх. Выходец из Восточной Германии, участвовал во многих вооруженных конфликтах по всему миру, в качестве независимого эксперта или инструктора. Цените, ребята, таких специалистов немного. Вместе с братом — Георгом, который остается здесь, вести дела, они основали фирму, которая занимается в основном охраной грузов в зонах, гм, локальных конфликтов, назовем это так. А тут, подвернулась такая возможность, так что мы двигаемся на освоение новых земель, господа. Рядом с ним, вы видите Моргана. Фамилию свою он уже и сам забыл, наверное, — смеется Евгений. — Можете называть его Пиратом, если он будет в добром здравии, то даже не оторвет вам за это яйца. Немало времени он провел среди байкеров, так что с техникой обращаться умеет. Он наш главный механик, ну и по совместительству заведует инженерным подразделением. Так что если надо будет что взорвать — это к нему.

Предположение насчет прошлого Моргана попало в цель на все двести процентов. Впрочем, кого теперь волновало чужое прошлое?

— Годные ребята, — одобрил Виктор. — Видно, что не из Золотой Молодежи. Как у вас с оружием, умеете обращаться? — обратился он уже к молодежи.

Те дружно мотнули головами.

— Ну да ничего, закрепим вас за сержантом. Он вас подобрал, будете в его подчинении. Пока не передумаете.

Осмелев, Олег поинтересовался:

— А чем мы заниматься будем? Вы ведь не армия, я правильно понимаю?

— Совершенно верно. Мы частная компания. А чем заниматься. Да всем понемногу. Вот ты — станешь отличным пастухом, ковбой. — Усмехнулся командир. — Не заморачивайся на этом. У нас разные направления работ, не пропадем.

В это время подал голос ревун, сигнализируя о минутной готовности до перехода. Сержант остался в машине ребят, рядом с водителем. Остальные разошлись по своим транспортным средствам. Поход начался.

* * *

Из открытого окна перехода выползала змея каравана и сразу после перемещения распределялись вокруг портала, в ожидании хвоста колонны. Это время Виктор Шторх потратил на осмотр местности вокруг. Они вышли на вершине довольно высокого холма, покрытого плотным травяным ковром. В паре километров, в их сторону пылило какое-то транспортное средство.

Через минуту портал закрылся, пропустив последних поселенцев на эти земли. А встречающий прибыл совсем скоро.

— Ну привет, немчура, — сказал я, пожимая руку Виктору. — Как добрались?

— Неплохо, вашими молитвами. Кстати у нас на два человека больше, Женя тут подхватил пару бойцов, решил дать ребятам шанс. Они еще молодые, но ты и сам знаешь — суровые условия быстро делают из салаг мужчин.

— Или ломают их. Всякое бывает.

— Ничего, Алекс. Эти не сломаются. Мы пообщаться немного успели, они в жизни и так немного видели хорошего. Так что справятся.

— Ладно, с зеленью подкильной мы потом разберемся. Давай ближе к делу. Какие у нас варианты?

— Ну ладно, первое — я нашел пару геологов и в кузове небольшой катер. Мы посмотрели пробы, какие ты прислал. Здесь, судя по всему, выше по течению есть довольно серьезная золотая жила, судя по крупицам в воде. Парой сотен километров выше подняться, мне посоветовали, и пробить пару шурфов. Тем более, что на снимках, сделанных Федералами, отчетливо видны в тех местах "железные шляпы". А это признак того, что с металлами там богато. Может и не только на золото наткнемся. Для них это место далековато от базового лагеря, не станут соваться, а мы тут совсем рядом.

— Окей, дело говоришь. Условия все те же, за пятую часть — у вас будет портал в любое время и в любое место. С реализацией проблем быть не должно. Что еще хорошего?

— Сам понимаешь, приволочь сюда весь твой заказ одним куском было бы нереально, так что этим заходом лишь часть груза и считанные люди, которым я верю. Они начнут обустраивать лагерь. Как тут с материалами кстати?

— С деревом, сам видишь — я обвел рукой горизонт — можем даже наладить экспорт. Кстати, не стоит упускать такую возможность. Подкинь брату задачку подыскать мебельщиков, желающих получать эксклюзивные породы дерева. Заказов у них будет в достатке. А вот с камнем похуже. Видел недалеко с воздуха залежи известняка, может доломит найдете еще где поблизости. Больше пока не разведал, категорически не хватает времени.

— Ладно, — Шторх потер подбородок ладонью, и заключил — я и на это не очень надеялся, думал обходиться привозным цементом, да деревом. Наличие даже такого камня, задачу в общем то облегчает. Да, я тут поговорил с одними дельцами в Бразилии. Мы с ним давненько вместе работали, он обеспечивает продовольствием немалую часть, собственно, Бразилии, да и на внешние рынки выдает тонны говядины. В последнее время его поприжали, с одной стороны наркоторговцы пытаются шантажировать, чтобы использовать его бизнес как прикрытие для своих делишек. Он пока отбивается, но семью уже отправил в Штаты. Сам понимаешь, жить так ему совсем не хочется. Он уже в раздумьях о продаже дела, могу попробовать пригласить его сюда. У него четырнадцать сыновей, самый старший скоро сам заведет детей, а младшему и года нет. В общем настоящие кабальеро, на них можно положиться.

— Без вопросов, амиго, — усмехаюсь, — ты не представляешь как нам нужна будет поддержка в самое ближайшее время. Пока все идет хорошо, но только потому, что мы ушли из под удара, и сейчас все производят небольшую корректировку своих планов. В самом скором времени следует ожидать какой-нибудь пакости. К сожалению, друзьями, мы назвать не можем никого. Кроме самих себя. Зазеваемся — и сожрут нас с потрохами. Так что будь добр — в ближайшее время, нам потребуются все люди, до которых мы сможем дотянуться, и все средства, что мы сможем достать.

— А как же Россия? Ты же вроде патриот? Ну так и положись на страну. — с совершенно серьезным выражением лица произнес подошедший сзади Карпов.

— Женя, — оборачиваюсь, — видишь ли, я то может и патриот, но можешь ли ты сказать то же самое о всех и каждом, кто состоит при власти? Вот я — не могу. Так что если мой секрет станет им известен досконально — можно распрощаться с всякими надеждами на возрождение. Даже более того, я не питаю себя иллюзиями, что удастся удержать технологию в тайне более пяти, максимум — десяти лет. Уверяю тебя, уже сейчас — с поселенцами отправляются кучи самого разного измерительного оборудования, исследовательские институты получили наказ все силы бросить на исследование именно этого направления, и рано или поздно — но они дойдут до тех же результатов, что и я.

— Удручающая перспектива. И что ты предлагаешь?

— Ничего. Эти годы я постараюсь подарить стране. А затем мы оказываемся в "равных" условиях. Но… Надеюсь ты понимаешь, что возможности США — значительно превосходят наши? У них вдвое больше населения, их бюджет имеет пару лишних нулей против нашего, и я не говорю еще о техническом превосходстве. В общем, фору надо использовать с максимальной эффективностью. Помните, каждый день, когда вы не сделали ничего полезного, подарен конкурентам.

Обрисовав перспективы на ближайшее время, мы обсудили схему размещения людей. Тут пока все просто — живем в палатках у подножия холма, пока не построится нормальное поселение. Строим классическим методом, еще наших пращуров — по одному дому, всем светом. Так и быстрее, и люди при деле.

Поскольку свое местоположение я старался не выдавать, и даже портал для поселенцев открывал за добрую тысячу километров от установки, благо что она такое позволяла, своя колония поблизости — была жизненно необходима. Рано или поздно, но скученно жить люди не смогут, и из основного поселения, названного первопроходцами-Федералами — Прима, которое народ тут же перекрестил в "Беломор", и есть у меня подозрение, что именно это едкое название к поселку и прилепится, так вот — оттуда уже потянулись караваны иностранных переселенцев. Как и ожидалось, самым массовым движением стали янки. Реднеки, в поисках лучшей доли собирали вещи и переезжали целыми семьями. Мобильность американских семей давно уже стала легендарной. А после того, как демократы получили большинство в Сенате, да еще и получили откровенно левого президента, поданного как надежда нации в Кризис, грянула, так называемая — Черная Распродажа. Граждане сметали с прилавков оружие еще до того, как его успевали выложить. Заказы на новые стволы поступали быстрее, чем дилеры успевали их удовлетворять. Большинство из владельцев оружия в США принадлежали к партии Республиканцев. Они чертовски не любили любые попытки ограничить правительством свои свободы, и именно они построили эту страну. Это те люди, которые не сильно заморачиваются над верой, или убеждениями других людей, пока те не вступают в конфликт с их собственными. Как говаривал один мой знакомый: "Если ты вегетарианец и пришел ко мне в гости — я сделаю тебе овощную котлету. Но если ты попробуешь сказать мне — что я должен есть, я сделаю котлету из тебя!". И вот теперь, когда усилилась роль федерального правительства, когда возникла угроза их правам со стороны властей, эти люди разделились на две категории. Часть — осталась отстаивать свои интересы, они были либо слишком стары для переездов, либо просто слишком вросли в эту землю, чтобы отдавать ее без боя. Первые — требовали от сенаторов ограничить полномочия федералов на территории штата. Вторые — затаривались оружием, техникой и продовольствием и заручившись поддержкой единомышленников — отправлялись группами в новый мир. Многие — оседали в Приме, который они немного на свой манер называли Прайм. Многие — привозили с собой лошадей, справедливо полагая, что в местах, где топливо становится ценностью, гужевой транспорт так же будет в почете. И не сказать что они ошибались. Даже на Земле, по прежнему во многих районах используются четвероногие помощники человека. Достаточно вспомнить, что по горам — никто пока не придумал транспорта лучше мулов, а конная полиция не спешит сдавать свои позиции новомодным течениям.

Как это ни странно, но именно "изнеженные" янки, составили серьезную конкуренцию русским поселенцам. Я наблюдал за получившимся обществом с немалым интересом. Творческий подход наших соотечественников, использующих нестандартный подход в разных отраслях, слившийся со свободолюбием и волей реднеков — давал в сумме новое общество, вобравшее в себя лучшие черты представителей этих народов.

Пока мне еще удавалось отбривать прочих желающих, особую угрозу среди которых представляли Китай, Англия и Япония. Но, к счастью, они же обладали наиболее драконовскими законами по гражданскому оружию. Именно этот момент я и обратил против них самих.

— Господа, если вы не доверяете гражданам права на защиту их собственной жизни, как могу я предоставить людям, неспособным без указки сделать и лишнего шага, целый мир? Или вы полагаете, что они изменятся от пересечения границы? Все в ваших руках господа. Покажите мне, что вы верите в свой народ, покажите, что вам небезразлична его судьба. Тогда и поговорим.

Китай, как обычно, безмолвствовал. С его территории вообще очень сложно получать какую-либо информацию. Япония разделилась, как обычно и происходит, только вот обычно, противники оружия достаточно сильны, здесь же на традиционную мораль наложилось сильное проамериканское настроение. То, что в России почитается как низкопоклонство перед Западом, для японцев — нормальный образ жизни. С другой стороны, все тот же исторически сложившийся фатализм — не давал обсуждениям перерасти во что-то серьезное. В любом случае, и тех и других — такое положение займет надолго. А вот Англия бурлила. В этом котле варились потомки тех людей, что когда то держали в страхе половину мира. Их солдаты маршировали по улицам Китая и Индии, а теперь — их лишили возможности даже прикасаться к оружию, напичкали города камерами и вместо сопротивления противнику, посоветовали убегать, зовя на помощь. Многотысячные демонстрации проходили на улицах. Полиции неоднократно приходилось применять менее-летальные средства, вроде слезогонки или резиновой картечи. Случались и жертвы, при встречах сторонников разрешения оружия, с противниками.

Однако, нашлись и другие желающие получить возможность к отправке экспедиции — Израиль и Швейцария. Несмотря на то, что в оных странах с правом на ношение оружия не очень, однако тот факт, что они доверяют полностью автоматическое оружие на хранение резервистам, которыми, на минуточку, является все взрослое мужское население Швейцарии, а в Израиле — еще и девушки прекрасно умеют обращаться со стрелковым оружием. Я просто не мог отказать им. Впрочем, большой беды в том не было, эти страны едва ли способны были выставить более пары тысяч человек даже вместе. Тем более, что на сборы им было выделено почти два месяца.

А вот с ближнего востока новости поступали совсем не такие обнадеживающие. Радикальные исламистские группировки, ставящие своей целью создание мусульманского государства Курдистан, как-то очень нездорово оживились. Понятное дело, что мне с ними связываться не хотелось категорически. Но это дело будущего, сейчас забот и так — более чем достаточно.

* * *

Переход, Олег сотоварищи — не заметили даже, просто в какой то момент асфальт сменился грунтом, а машины распределились по верхушке холма. Они были последними в колонне, и после них — проход провисел открытым еще минуту, после чего погас. Ребята даже не успели задаться вопросом, чего все ждут, они просто наслаждались свежим воздухом, ласковым, теплым ветерком и свободой. Свободой от побудок, от занятий по ненавистным уже "армейским" дисциплинам в Кадетском Корпусе, которые устарели еще во времена царя Гороха, но которые с усердием продолжали вдалбливать в головы учеников. Впрочем, расслабленность длилась недолго. Через несколько минут они услышали вялую работу дизеля Унимога, и на холм поднялся жутко пыльный грузовик, когда то бывший оливкового цвета, а теперь попросту — грязный. Из него выпрыгнул уже солидный мужчина, в годах, и пожав руку Виктору, они вдвоем отошли в сторону, обсуждая что-то. Вскорости к ним присоединился и Евгений, добавив оживления в дискуссию.

У одного из грузовиков Пират ругался с какой-то дамой, ростом выше него на полголовы, в армейских брюках и высоких ботинках, откровенно не гражданского происхождения, в майке на голое тело, и не было похоже чтобы ее это смущало. Во всяком случае, Моргану приходилось несладко. Суть конфликта была неясна, расстояние, общий людской гам, да работающие двигатели заглушали собой речь, хотя и не скрывали, самого факта перебранки. Махнув на нее рукой, Морган развернулся, подхватил свой рюкзак, плюхнулся рядом с ребятами на землю, выудил из глубин своей котомки здоровую флягу, в которую никак не меньше пары литров жидкости влезало, отвернул пробку, окатив округу густым сивушным запахом и сделал добрый глоток. После чего крякнул, утер тыльной частью ладони рот, и протянул:

— Бааабы…

После чего резко упал на бок, пропуская над собой посудину, смявшуюся от удара о валун, ниже по склону, в жестяной ком.

— Ты думаешь я не слышу, что ты там говоришь, скотина? Ночевать в палатке будешь! — Голос у дамочки оказался под стать внешности. Мощный и звучный, и тем не менее, не ассоциирующийся с мужским.