ВЕЛИКОДЕРЖАВНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАЦИИ

Окончательный политический разворот к подготовке условий для самостоятельного постиндустриального развития совершился в России после дефолта августа 1998 года.

В ряде держав Западной и Центральной Европы в первой четверти ХХ века тоже происходили буржуазно-демократические революции. Но когда наступал глубокий кризис либеральных режимов диктатуры коммерческого космополитизма, подобный тому, который обнажился после дефолта в России, в них начинался непрерывный подъём влияния национал-патриотических партий, выражающих интересы участников индустриальных производственных отношений, среди которых подавляющим большинством были индустриальные рабочие. В России же, какой она стала после дефолта, партии, выражающие интересы индустриальных производственных отношений, в первую очередь самая многочисленная в Государственной Думе коммунистическая партия, проявили растерянность, боязнь бороться за власть и стали быстро терять политическую перспективу. Их принялись теснить силы, которые представляли интересы владельцев самых крупных спекулятивно-коммерческих капиталов, близких к правительству олигархических кланов. В жёсткой борьбе данные силы осуществили ползучий политический переворот, долженствующий преобразовывать режим в военно-чиновничью диктатуру обслуживания крупных спекулятивно-коммерческих, олигархических интересов.

Переворот удался им потому, что из побуждений любой ценой сохранить капиталы и собственность они цинично отказались от либерального космополитизма, стали искать поддержки у населения с народно-патриотическим мировосприятием. Они согласились возрождать приемлемые данной части населения символы коммунистического прошлого и поддерживать православную церковь, главную защитницу традиции военно-чиновничьей государственной власти. Но тем самым вынуждены были согласиться на выстраивание народно-патриотических государственных отношений, посредством военно-чиновничьих учреждений ограничивающих индивидуализм и рыночные свободы. Выдвинутый ими в президенты страны, при их поддержке избранный главным руководителем исполнительной власти В.Путин провозгласил защищающий их интересы поворот к либеральному патриотизму. Вокруг него сплотились круги внутри режима, которые признали исчерпанность возможностей роста частных и корпоративных состояний за счёт расхищения, продажи и перепродажи бывшей советской государственной собственности. Круги эти начали выстраивать такие военно-чиновничьи государственные отношения, которые позволяли продолжить рост коммерческих капиталов и собственности через налаживание коммерческой эксплуатации страны, её населения, достижений советской индустриализации.

Обновлённый режим диктатуры коммерческих интересов, режим олигархического правления и военно-чиновничьего управления оказался на данный момент прогрессивным, не имеющим альтернативы. Это проявилось на последних в ХХ веке выборах в Государственную Думу. В обстановке напряжённого ожесточения политической борьбы победила коррумпированная и чуждая идеологическим принципам военно-чиновничья партия власти, «Единая Россия», созданная, профинансированная и разрекламированная в СМИ при самом деятельном участии олигархов. Хотя либералы потерпели сокрушительное поражение, совсем потерялись в нижней палате законодательного собрания среди прочих гласных, однако и партия коммунистов впервые оказалась в ней в меньшинстве. Так в политике, в массовых настроениях отразился неуклонный упадок значения русского индустриального производства, отсутствие в России у такого производства и индустриальных политических партий исторического будущего. Поэтому стал исторически необходимым переходный режим олигархического правления, который вопреки своим целям, поневоле будет порождать слои мелких и средних городских семейных собственников, восприимчивых к идеям национализма и постиндустриальному мировосприятию.

Налаживание, упорядочение спекулятивно-коммерческой эксплуатации России затронет, быстро оживит строительство, металлургию и некоторые отрасли производства, способные сразу и без каких-либо инвестиций изготавливать дешёвые потребительские товары, оборудование для обслуживания добычи сырья. Спасёт оно ряд предприятий военно-промышленного комплекса, изготавливающих оружие на коммерческий экспорт в страны Азии, Африки, Латинской Америки. Но оно необратимо уничтожит почти всё, что связано с изготовлением не дающих сиюминутной прибыли средств производства, то есть естественную науку, приборостроение, станкостроение, машиностроение, то, что обслуживало советскую плановую индустриализацию и глобальную военную политику и требовало больших долгосрочных вложений, непрерывного совершенствования, многолетней подготовки специалистов. Иначе говоря, оно обеспечит укоренение в России коммерческого капитализма, который только ускорит деиндустриализацию экономики.

Всеохватная коммерческая эксплуатация страны невозможна без запуска рынка труда и без создания условий для появления мелкого и среднего предпринимательства, которое должно обеспечивать субподрядное производство, обслуживающее крупные компании на коммерческой основе. Поскольку рост капиталов и состояний окажется связанным с посреднической торговлей и её обслуживанием, с расширением внешней торговли, дающей прибыль в западных валютах. Постольку для получения наибольшей прибыли посреднические компании будут внедрять у себя самые передовые информационно-технические устройства и способы работы, использующие такие устройства с наивысшей отдачей, и им понадобятся соответствующие высокооплачиваемые специалисты и управленцы. Господство коммерческих интересов будет поощрять рыночное потребление, развитие всевозможных коммерческих услуг мирового уровня, и возникнет рыночный спрос на дорогостоящих профессионалов в этих областях деятельности. Так в России начнёт возникать значительный слой горожан, способных и желающих превращаться в мелких и средних собственников и проникающихся информационно-технологическим мировосприятием. В основном такими горожанами будут становиться представители молодых и средних поколений, и в их среде зародятся и наберут влияние настроения национализма буржуазных собственников. Индустриальное производство станет для русской молодёжи совсем малопривлекательным и даже чуждым; призывам работать на индустриальном производстве, в условиях России обречённом на неуклонный упадок она предпочтёт получать высшее образование, идти в коммерцию, в предприятия услуг или числиться на бирже труда. Борьба за самый престижный и высокооплачиваемый труд, за удовлетворение желаний стать собственниками будет ужесточаться, питая и распространяя националистические настроения, которые вскоре окажутся господствующими у целых поколений русских горожан, и с такими настроениями режиму придётся начинать считаться, под них подстраиваться.

По мере исчерпания возможностей наращивания коммерческой эксплуатации того, что было создано советским государством, в России проявится неспособность выразителей коммерческих интересов, олигархов, владельцев крупных коммерческих капиталов заниматься развитием производства, созиданием новой собственности. Постепенно страна войдёт в состояние экономической депрессии, переходящей в социально-политический кризис, который усугубится опасным износом инфраструктуры энергетики, транспорта, основ жизнеобеспечения во многих городах, особенно в городах Сибири и Дальнего Востока. Из этого кризиса уже нельзя будет выйти никаким усовершенствованием режима. Его военно-чиновничьи учреждения управления держатся исключительно на поколениях, которые получили воспитание, навыки служения государственным отношениям при советской власти, при господстве индустриального коммунистического мировоззрения. Не прекращающиеся попытки кремлёвской бюрократии оправдать военно-чиновничью государственную власть традицией иррационального православного христианства ускоряют разложение сознания этих поколений цинизмом, оправдывающим взяточничество и казнокрадство индивидуализмом, коммерческими интересами, чуждыми социальным производственным отношениям.

В обстоятельствах неизбежной экономической депрессии и социально-политического кризиса обнажится идейная агония сторонников навязывания христианского имперского земледельческого мировоззрения, их неспособность обосновать жизненную необходимость нового витка промышленного освоения России, после чего начнётся окончательный распад традиции военно-чиновничьей государственной власти, унаследованной у земледельческих цивилизаций. Идейно обосновать поворот страны к промышленному развитию станет возможным единственно посредством научно-методологического мировоззрения на основаниях революционной постиндустриальной философии, которая на новом уровне научного познания мира наследует диалектическому материализму. В политической действительности такой поворот совершается только через социальную Национальную революцию. Русская социальная Национальная революция должна будет целенаправленно и быстро заменить имперскую земледельческую цивилизационную традицию полисной цивилизационной традицией, понятной новым поколениям русских горожан, для чего свергнуть военно-чиновничью государственную власть политической диктатурой, ставящей целью выстраивать национальную общественную власть на основе развития этнократического демократического самоуправления.

Четвёртая ступень развития европейской цивилизации уже зарождается именно в России. Проблему освоения Сибири невозможно разрешить без достижения уровня постиндустриального, научно-промышленного цивилизационного мировидения. А научно-промышленное мировидение отрицает христианское мировоззрение, то есть увлекает к необратимому распаду народные общественные отношения, в основе которых лежали христианские этика и мораль общинного взаимодействия. Поэтому освоение Сибири станет возможным только с появлением научно-промышленного цивилизационного мировоззрения, необходимого для становления совершенно нового общества с собственной этикой и моралью, определяющей поведение участников общественных отношений. И таким обществом должны будут стать русские горожане вследствие Национальной социальной революции.

Говоря иначе, ради воплощения философски и идеологически обоснованного корпоративного спасения русского городского населения и самой России, необходимо будет революционными мерами создать национальное государство государствообразующего этноса. А затем, этим государством осуществить воспитание в новых поколениях таких этики, морали, социальной культуры, какие окажутся рационально обязательными для ускоренного создания национального общества и самых передовых рыночных производственных отношений, отвечающих требованиям к ним постиндустриального производства. Русская Национальная социальная революция перво-наперво создаст национальную государственную власть, а уже национальная государственная власть посредством идеологического, юридического, политического насилия примется за выполнение стратегической программы Национальной Реформации, программы создания русского национального общества в соответствии с теоретически разработанным Общественным договором постиндустриального «общества волков".

Мировоззрение русского национального государства и общества, единственно позволяющее успешно совершить Национальную революцию и Национальную Реформацию, будет только постиндустриальным по духу и смыслу. Однако на пути к принятию такого мировоззрения русским горожанам предстоит пройти через чрезвычайно болезненный разрыв с традиционным для русской истории имперским мировосприятием. Для того чтобы русское национальное государство повернулось к постиндустриальному мировоззрению, а тем самым вернулось в идеологические и политические лидеры прогресса глобальной промышленной цивилизации в ХХI веке, русским горожанам предстоит решительным образом искоренить в себе имперское земледельческое сознание. Это сознание заложило в русских народных патриотов комплекс боязни остаться в одиночестве с мировыми проблемами и противоречиями. Русскому патриотическому мировосприятию кажется невозможным, немыслимым удержать за Россией положение великой мировой державы без всяческих уступок отсталым этносам и культурам, в частности исламским этносам и культурам, а так же братским народам, украинцам и белорусам. И русские патриоты в этом не являются исключением. Буржуазно-демократические преобразования и вовлечение в мировой рынок, переход к полисному цивилизационному развитию ужасают народно-патриотическое мировосприятие всякого имперского народа. Но сами происходящие сейчас в России события неизбежно разрушают основы имперских государственных отношений. Чтобы не цепляться за то, что вернуть и остановить нельзя, и стать великой нацией при вовлечении в мировой рынок товарно-денежного обмена, необходимо научиться: не бояться выступать своим «обществом волков» против остального мира. Только выдержав жестокое противоборство со всеми врагами и противниками, с союзниками, можно заслужить право на мировое лидерство в полисном цивилизационном развитии. Именно таким путём англосаксы добились господства среди западноевропейских стран и возглавили западноевропейское полисное цивилизационное развитие.

Когда русские горожане созреют до мужества отчаяния и объединятся вокруг выразителей постиндустриального цивилизационного мировоззрения, под их руководством осуществят свою собственную Национальную революцию, тогда их русское национальное государство начнёт превращаться в обновлённую мировую державу. И не просто в мировую державу, а в лидера полисного цивилизационного развития, подлинного защитника и главного выразителя созидательных интересов полисной общественной демократии. На Западе индустриальное полисное цивилизационное развитие завершило освоение земель, и постепенно нарастающие коммерческие потребительские интересы ведут западные страны к постепенному отказу от демократического самоуправления, от полисного цивилизационного мировосприятия, готовя упадок общественных отношений и переход к имперской военно-чиновничьей централизации власти и управления ради превращения коммерческих интересов в господствующие интересы. Наглядным примером такому ходу событий является становление Европейского Союза. Западноевропейская полисная цивилизация завершает свою историю. Россия же стоит на пороге развития постиндустриальной полисной общественной демократии, которая только и позволит осуществить цивилизационное освоение страны. А общественная демократия может держаться только на самодовлеющей общественной этике и морали созидательных социальных отношений.

В основе морали русской нации предметно окажется, с одной стороны, мировоззренческое неприятие либерализма, потребительского паразитизма и господства коммерческого интереса, а с другой стороны, нацеленность на воспитание рыночного экономического эгоцентризма национального общества, разделяющего человечество на «своих» и «чужих». Этика же, которая вытекает из морали, ею обуславливается, отразит идеал национальных общественных отношений, необходимых для постиндустриального цивилизационного развития при вовлечённости страны в мировой рынок товарно-денежного обмена. Русская национальная этика будет, во-первых, двойной этикой, на основе двойной морали, как это имеет место у других наций. Во-вторых, она должна быть направлена на мобилизационное постиндустриальное капиталистическое развитие, воспитывать постиндустриальные производственные отношения, – для чего необходимо и достаточно творчески переработать этику кальвинизма, научно-методологическим обоснованием избавив её от религиозного мистицизма.

Главные принципы кальвинизма, то есть принципы божественного предопределения, мирского аскетизма и мирского призвания, избавленные от религиозного мистицизма научно-методологическим обоснованием, преобразятся в принципы биологического, в том числе расового, предопределения, разумного аскетизма и архетипического призвания, которые способны стать и должны стать краеугольными камнями этики русского национализма. А дополнят их отталкивающиеся от евангелической этики разумные правила ответственного перед обществом поведения. Неспособность следовать такой этике, должно будет рассматривать, как проявление биологической неполноценности, носителей которой необходимо урезать в политических, экономических, юридических правах. Тогда и возникнут предпосылки для развития общественного постиндустриального производства, капиталистическая прибыльность которого достигается за счёт интенсификации вооружённого информационными и биологическими технологиями труда участников производственных отношений при наивысшем демократическом самоуправлении, позволяющем предельно уменьшить численность чиновников, военных и полиции всех надзирающих и управляющих государственных учреждений.

Выстраиваемая на такой морали и этике русская постиндустриальная цивилизация неизбежно станет высшим достижением полисного цивилизационного развития на Земле, последней ступенью земной полисной цивилизации, с которой цивилизационное развитие шагнёт в космос. Ибо космическое пространство может осваиваться единственно тем же путём, каким шло освоение Северного полушария Земли. Поскольку русской постиндустриальной цивилизации социально, политически и хозяйственно предстоит развиваться в самых тяжёлых природно-климатических условиях на Земле, постольку она создаст такие производительные силы и общественные производственные отношения, которые позволят распространить их в ещё более сложные природно-климатические условия ближайших планет, основать там первые городские поселения с собственными производительными силами. И уже на этих планетах, как на окраинах русской полисной цивилизации, вследствие задач налаживания самостоятельного хозяйственного освоения начнёт складываться собственная полисная цивилизация, как цивилизация белой расы вне Земли. От неё оттолкнётся следующая полисная цивилизация, создаваемая в ещё более тяжёлых природно-климатических условиях, за неё другая, третья. И подобным ступенчатым усложнением необходимых для освоения космического пространства производительных сил и социально-производственных отношений полисная цивилизационная традиция станет распространяться в глубь вселенной.

08.11.99 – 07.10.00