Ангелы/черти

Варвара Лунная

Ангелы/черти

Роман: Фэнтези

Вне группы/сказки

Теплый майский ветерок трепал транспарант, натянутый над проезжей частью "Сдай кровь - помоги ближнему. Неделя добровольного донора" В скверике неподалеку, стояло несколько больших машин с красными крестами на белоснежных боках, в которых располагалась лаборатория по сбору крови. Рядом играла музыка, торговали мороженным и водой, чуть в стороне вокруг магнитофона танцевала молодежь, гуляли папочки с колясками и влюбленные. У машин толпился народ, кровь граждане шли сдавать охотно. Были конечно и те, кто узнав что за это ничего не платят уходили, но большинство терпеливо ждало своей очереди.

На девушку в черных джинсах и белой футболке с волосами убранными в хвостик, присевшую на освободившуюся лавочку прямо напротив машин, не обратил внимания. Никто, кроме одной из медсестер, закончившей очередной забор крови и снимавшей одноразовые резиновые перчатки. Женщина вздрогнула, потрясла головой, не веря глазам, и снова посмотрела на девушку. Та, заметив интерес к себе, улыбнулась, по-доброму, искренне так улыбнулась. Женщина, так и не сняв одну перчатку, побежала в соседнюю машину.

- Ваня, Ваня, - затараторила она, не обращая внимания на сидящего на стуле донора. - Там, они там, это просто невероятно.

- Кто там? - не отрываясь от работы и не поднимая головы, спросил красивый, статный доктор.

- Сам посмотри.

- Так, кровушка пошла, - улыбнулся врач пациенту. - Чувствуете себя хорошо? Голова не кружится? Прекрасно, я отлучусь на минуточку, но за вами присмотрит Дашенька. Даша, я на минутку, - сказал он своей медсестре и вышел на улицу.

- Смотри, вон там, на скамейке, - медсестра указала на девушку сидящую на лавочке. Девушка опять лучезарно улыбнулась. - Как они смеют? Это же не допустимо?

- Вот чертовка, - покачал головой мужчина.

- Иван Иванович, - подскочил к стоящим молоденький водитель Тимофей. - Вы видели?

- Любуемся как раз, - медсестра поджала губы. - Сволочи.

- Галя, - осадил женщину Иван Иванович, а девушка на скамейке снова улыбнулась.

- Вроде молоденькая совсем, а рога уже какие, - покачал головой Тимофей. Окружающим казалось, что троица просто стоит, рассматривая кого-то в толпе, их губы не двигались, разве что по лицу женщины пробегала тень ненависти, да и молодой человек был взволнован.

- Галина, возьми себя в руки, - велел врач. - Не питай ее злобой, ты ангел, вспомни об этом.

- Смотрите и хвост какой, - снова молча воскликнул Тимофей.

- Да, девочка непростая, - согласился Иван Иванович.

- Девочка? Да, небось, молодится. У них у чертей наверняка есть способы молодость удерживать, - хмыкнула медсестра. - Принесла ее нелегкая. Не могут черти спокойно жить, когда где-то доброе дело делается. Что она задумала? Улыбается гадина.

- Галина, ступай на свое место, - велел Иван Иванович. - И постарайся не обращать на нее внимания, ты очень плохо себя контролируешь, ее это только радует, поэтому займись делом и не доставляй удовольствия нашей незваной гостье.

- А мне что делать? - спросил Тимофей.

- Как это что? Глаз с нее не спускай, - воскликнула Галина. - Постарайся понять, что она задумала.

- Она на очередь смотрит, - Тимофей испуганно посмотрел на Иван Ивановича. - У нее там кто-то есть? Но зачем? Они хотят кровь испортить?

- Не знаю, - вздохнул врач. - Не знаю, Тимоша. Наблюдай. Подходить к ней только не вздумай.

- Да понял уже, - вздохнул парень и пошел искать удобное место для наблюдения.

Несмотря на богатый жизненный опыт и огромный стаж работы ангелом, Иван Иванович нервничал. Предполагать, что черти решили испортить всю акцию, было слишком смело. Вряд ли бы такое спустили им с рук, да и как это можно осуществить? Как бы не сильна была малышка чертовка, она все же еще молодая, к тому же она одна, а осуществить такую операцию в одиночку невозможно. А если она не одна? А если та, что сидит напротив и улыбается всего лишь приманка, чтобы отвлечь их внимание? Если так, то другие должны быть среди пациентов или где-то рядом. Господи, как не вовремя, давненько ему не приходилось так тесно сталкиваться с чертями. Так, одна или не одна, в любом случае стоит быть настороже.

- Дашенька, нам надо внимательнее к донорам быть, - сказал он медсестре. - Если человек вызывает опасения или есть сомнения в его здоровье, мягко отказывайте.

- Но ведь вся кровь потом проверку проходить будет? - удивилась девушка. - Говорили же у всех брать, ну кроме совсем уж бомжей.

- И все же, - мягко надавил мужчина. - Зачем тратить средства центра на проверку заведомо неподходящей крови. Если человек кажется не подходящим, зови меня.

- Хорошо, - хмыкнула девушка. - Следующий, - крикнула она в открытую дверь. - Ой.

Зашедший мужчина был очень высоким и очень худым, на впалых щеках красовались странной формы пятна.

- Я кровь хочу сдать, - не очень уверенно сказал мужчина.

- Мы за это не платим, - медсестра растерянно посмотрела на доктора.

- Пройдите сюда, - Иван Иванович указал стул за ширмой. - Дашенька, приглашай следующего.

Даша, как и многие медсестры обожавшая Иван Ивановича, и только ради него согласившаяся выти на работу в выходной, послушно выглянула за дверь, приглашая следующего потенциального донора. Худой мужчина, с которым разговаривал Иван Иванович, вылетел из машины через минуту, поджав губы.

- Коновалы хреновы, - бросил он сквозь зубы. - Кровь моя им не подходит. Да идите вы к черту.

- Первый, - улыбнулась девушка на скамейке, цепляя на мужчину маячок, по которому потом его можно будет найти. - О, второй, - из машины, где работала медсестра Галина вышла женщина, которой тоже отказали.

Через час девушке надоело злить медсестру неопределенного возраста и юнца, и она присоединилась к подросткам танцующим неподалеку, не забывая, тем не менее, оставлять маячки на несостоявшихся донорах.

- Что у вас тут? - к Тимофею и Галине подошел статный темноволосый мужчина. Он чем-то неуловимо был похож на Иван Ивановича, только седины в волосах у него не было, но та же стройная подтянутая фигура, та же теплая, располагающая улыбка, те же искрящиеся добром глаза.

- Черт у нас тут, - Галина кивнула на танцующую девушку.

- Чертовка, - поправил ее Тимофей.

- Хорошенькая, - улыбнулся пришедший. - Давно?

- Несколько часов уже, - Галина поджала губы.

- Тише- тише, - мужчина обнял женщину за плечи. - Не надо так злиться.

- Я не могу, - женщина захлопала глазами. - Не могу. Я знаю что это плохо, но ничего не могу с собой поделать. Как они смеют?

- Ну смеют же, - улыбнулся мужчина.

- Илья, - из своей машины вышел Иван Иванович. Рад тебя видеть - он пожал пришедшему руку.

- Она что-нибудь делает? - поинтересовался Илья. - Пытается влиять на доноров или может еще что?

- Нет, - покачал головой Тимофей. - Я за ней внимательно следил, она ничего не делала, просто сидела, сейчас вот плясать пошла.

- Я думаю, она для отвлечения внимания, - сказал Иван Иванович. - Другой причины ее бездействия я не нахожу.

- Мы отсеиваем всех подозрительных доноров, но я все равно боюсь, - Галина взяла Илью за руку, с ним было проще, он успокаивал, он не давал ненависти переполнять и выплескиваться.

- Ты ее раньше не встречал? - спросил Иван Иванович.

- Лично нет, но доклады о ней читал. Она еще студентка, зовут Рада.

- Студентка? С такой атрибутикой? - удивленно воскликнул Тимофей, забыв, что с собратьями может общаться мысленно.

- Тише, - зашипели на него тут же.

- Да, - улыбнулся Илья. - Способная малышка. - Рожки она получила почти сразу после распределения по курсам, на первой практике, хвостик на следующий год.

- Однако, - покачал головой Иван Иванович. - За три учебных периода и так вырастить и то и другое…

- Да, как я уже сказал девочка способная, - кивнул Илья. - Обратите внимание, рожки у нее не простые, а витые, это тоже о многом говорит.

- И хвост вон какой длинный, - заметил Тимофей, который, не смотря на то что институт уже закончил, имел лишь маленький едва заметный нимб, а о крыльях и мечтать не смел.

- Это ей за дело с пропавшими детьми награда, - вздохнул Илья. - Помните, тогда шумиха большая была, несколько человек обвинили в педофилии, одного из них толпа камнями забила, а потом оказалось, что они близко ни в чем не виноваты и детей пропавших даже не видели.

- Да, что-то припоминаю, - кивнул Иван Иванович.

- Так вот шумиху с педофилами она подняла и раскрутила. Банк ненависти черти тогда пополнили как никогда, плюс невинно загубленная душа и куча душ с убийством невинного на балансе.

- Сволочи, - Галина, сжала кулаки. - Ненавижу.

- Галина, - воскликнули мужчины, но было поздно, чертовка повернула к ним голову и улыбнулась, неуловимо для остальных взмахнув рукой, собирая бьющий волной негатив.

- Она же только радуется, - простонал Тимофей.

- Я не чувствую больше никого, - проверив округу, сказал Илья. - Она тут одна.

- Или с ней кто-то настолько сильный, что мы не в силах их распознать, - возразил врач.

- Возможно, - согласился Илья.

- Она идет сюда, - Галина снова схватила Илью за руку.

Чертовка приближалась к машинам не одна, вместе с ней шли еще шесть человек, вся танцевавшая группа подростков.

- Мы хотим кровь сдать, - покачивая головой и размахивая руками, будто все еще танцуя, сказал парнишка в штанах с мотней на коленках и кепке, надетой поверх банданы.

- Да, мы хотим, - как китайские болванчики закивали его товарищи.

- А несовершеннолетним нельзя, - радостно сообщила, растерявшаяся было Галина. - Нельзя несовершеннолетним, по закону запрещено.

- Эй, тетя, ну ты чо, мы же типа помочь хотим.

- Простите, ребята, - мягко вмешался Иван Иванович. - Мы очень признательны вам за желание помочь, но, к сожалению, закон действительно ограничивает возраст доноров. Но вы очень поможете, если прочтете сами и раздадите друзьям специальные буклеты. Тимофей, принеси, пожалуйста.

- Ну и ладно, я все равно кровь сдавать боюсь, - заявил за спиной лидера кто-то.

- И я боюсь, - тут же обрадовался кто-то еще.

- А я не боюсь, - чертовка вышла вперед. - И я совершеннолетняя, - она подняла красивые синие глаза на доктора и улыбнулась. Улыбка в обоих образах была совершенно искренняя, Илья никогда раньше не видел так искренне улыбающихся чертей. Улыбки у чертей были разные, хитрые, злые, насмешливые, неискренние, но эта была чистой, будто не черт улыбался, а человек или ангел.

- Для того чтобы быть донором надо быть совершенно здоровым, - не унималась Галина.

- А я здорова, у меня даже справка есть, я недавно обследование проходила, - девушка снова улыбнулась. - Сейчас покажу, - она принялась рыться в своем рюкзачке.

- В этом нет необходимости, - остановил ее Иван Иванович. - Проходите, у вас возьмут кровь.

- Вот проспекты, - подскочил Тимофей.

- Спасибо, - кивнул ему Иван Иванович. - Ну что, ребята, возьмете?

- Возьмем, - буркнул не сильно довольный главарь и, забрав кипу буклетов, пошел прочь.

- Иди к ней, Ваня, - тихо сказал Илья. - Галину с ней наедине оставлять нельзя.

- Ай, - вскрикнула девушка, которой Галина как раз втыкала иголку в вену. - Больно. Больно - больно, - вскрик получился громким, два человека, размышлявших стоит ли присоединиться к акции, вздрогнув, сделали вид, что просто шли мимо.

- Простите, пожалуйста, - Иван Иванович отстранив женщину, взялся за дело сам.

- У вас получается гораздо лучше, - усмехнулась девушка. - А вот медсестра у вас не сильно опытная видать.

- Простите, можно спросить? - зашел в машину Илья.

- Спрашивайте, - охотно согласилась девушка.

- Зачем вы тут?

- Дипломная работа, - искренне ответила чертовка. Галина выронила из рук поднос со шприцами. - Нервы у вашей коллеги ни к черту, - заметила девушка. - Тяжело это, наверное, ангелом быть. Не все справляются, не все достойны. Да?

- Тяжело, - согласился Илья. - Но обычно все справляются. Вряд ли это тяжелее чем работа черта.

- Ой, не скажите, - возразила девушка. - Вот сколько я за ними наблюдала, нервная работа.

- А зачем вы за нами наблюдали? - осторожно спросил Иван Иванович.

- Господи, странный вопрос. Зачем наблюдают за работой идейного противника? Чтобы знать как работают, что делают, чем живут. Очень, знаете ли, интересно иногда просто наблюдать.

- Ваша дипломная работа включает в себя просто наблюдение за, как вы выразились, работой идейного противника? - удивился Илья.

- Нет, что вы. Просто наблюдение это первые курсы, с дипломом все сложнее, мне загубленная вера нужна.