Помоги проекту - поделись книгой:
А тот паренёк похожий на лягушку ушёл. Тот, которого я нашла в лесу, ушёл, блядь, здоровым. Док его осмотрел. В самом идиотском наряде, который только мог напялить взрослый человек.
Дэн, ты бы научился проявлять свой интерес, к девушке как-нибудь так, чтобы никого при этом не убивать.
— Ю.Б., спустись и выдай героям то, что им причитается.
— Да, сэр. $50 на человека.
— Если вы не потратите их в моём заведении, моя печаль превратится в рыдания.
— Храни вас Бог, мистер Сверенджен!
— Ну, это вряд ли. Но мои краткосрочные перспективы только что улучшились.
— Что касается участка, купленного моим мужем перед убийством. Я намерена согласиться с последним предложением от марионетки мистера Сверенджена. И я была бы благодарна вам, если бы вы сообщили это мистеру Фарнуму. Потому что меня тошнит когда я с ним разговариваю.
— Она сказала, что у неё болит писька от того что ты её схватил.
— В этом есть доля правды.
— Я не эксперт и не могу судить.
— Дэн охуенный эксперт. Когда он не бухой в говно, как и Элсворт.
Клянусь: Каждый день, что вдова будет сидеть на жопе в Нью-Йорке, смотреть на Запад, на закат, и думать: «Храни Бог неотёсанных хуесосов из Дедвуда, которые денно и нощно за сущие гроши умножают моё постоянно растущее состояние»
Со следующим вдохом, тебе в нос, скорее всего, ударит сильный запах серы. А где, бля, вообще твой нос?
Засим выношу приговор: за то, что ты позволил этой сучке командовать собой и говорить тебе, что делать, в то время как ты, будучи мужчиной, должен был устанавливать порядки!
— Как рука?
— Нормально.
— Чтоб больше, блядь, никаких самоубийств.
Я сделаю вид, что понимаю, о чём вы и просто соглашусь.
— Опаздываешь, как обычно.
— Дык, я ж токо с ручья, Мистер Фарнум. Стирал свои штаны.
— Хорошая привычка.
— И под камнем я нашёл другие свои штаны, я думал шо я их потерял. Дык ежели учесть, что я нажрамшись, да иногда обсираюсь… Я и подумал, шо отож я наверно их так и посеял.
— Могу себе представить, как ты идёшь с ручья с голой жопой и говном текущим по ляжкам, а потом заваливаешься в вестибюль, когда все уже спят.
— Только не надо вот этого: «С одной стороны и с другой стороны»
— Хорошо.
— Просто скажи: «Я думаю что всё будет вот так», потому что вот эта вот хуйня с разными сторонами, она мне ни хера не помогает.
Вижу твои глаза до сих пор, блядь, играют в перетягивание каната.
Да я просто шлюха. Ну, то есть, я администратор у одного человека.
Да, ты всякую хуйню на себя напяливал, но это — туши свет.
— Если я исключён, Эл, то так и скажи. Не обрекай меня на смерть от тысячи порезов.
— Садись, Том.
— Не обрекай меня на смерть от пытки водой.
— Садись уже, Том, и хорош читать всякую хуйню про Жёлтую Угрозу.
Этой организации присвоят законный статус, когда нас присоединят, так как мы тут цивилизованные люди не только для того чтобы прятать хвосты.
Можете вносить предложения по налогам и кандидатам на должности начальников служб. Самоназначение допускается. Извините, но молотка у нас нет.
— Прошу прощения за запах.
— Какой запах?
— Как будто я умер.
Величественное начало моей работы — стоять у закрытых дверей салуна рядом с полоумным сиськолизом.
Первый раз слышу, чтоб кто-то кроме Эла, выкрикивал в его кабинете слово "хуесос", после сего не выбегал к перилам не показывал на тебя пальцем и не звал тебя наверх с охуенным ножом.
— Как мало для счастья надо этому извращенцу. Я ему прям завидую.
— Я тоже. Они поклоняются сидящему на жопе жиробасу.
Здесь так воняет кошачьей мочой, что я бы спалил нахуй всё здание.
Так это чё мне отдать ему чуть меньше половины дури? И учитывая, какие вы вонючие лжецы, он скорее всего нарисует мне картинку где изобразит, что это 10 % дури. Потом я наверно нарисую картинку, где изображу себя конченым долбоёбом! Потому что по его китайскому разумению, я должен притащить вас к нему в качестве ужина для свиней.
— Я нашёл хуесосов, укравших твою дурь и вот какая хуйня осталась от поставки.
— Хуесосы!
— Бля, тут я с тобой полностью согласен, Ву.
— А где гарантии, что ты меня не обманешь?
— Я сюда не гарантии тебе давать приехал.
Я извинюсь. Давайте сюда эту косоглазую сволочь.
Подстригись, блядь. Такое ощущение, что твою мать выебала обезьяна.
Джозеф, перед тобой американский оптический заднефокусный односторонний фотоаппарат с 210 миллиметровым объективом Триоплан Мейера Горлица. Лучший фотоаппарат, произведённый в нашей стране. Чего бы только смог добиться Вильям Генри Фокс Тэлбот имей он такой прекрасный аппарат.
— Печная труба проходит прямо через дощатую стену, ни зазора, ни листового железа.
— Ну и что тут такого страшного?
— Кабаки имеют свойство гореть как спички.
— Ну, а чё ж он ещё не сгорел?
— Свезло, Том, только и всего.
— Ты со мной согласен?
— Да.
— Значит, ты сам так думаешь?
— Да, сэр.
— Ну, вот тебе, блядь, и новая работа — будешь пиздеть, что ты по этому поводу думаешь.
— Это я могу.
— Вы говорили, что ищите какие-то инструменты.
— Я говорила, что ищу топор и пилу, и строить ими я ничего не собираюсь. Короче… хочешь перепихнуться на халяву?
Греки говорили ещё такую вещь, хоть я и знаю про её из латыни: «Primum non nocere», что означает: «Главное не навреди». Вот меня я и злился, потому что мог бы тебе навредить. Начнешь, желая сделать, как лучше, а в итоге ты пострадаешь из-за переоценки моих способностей.
Повремените немного с банями, магистрат. Если вы, конечно, не хотите, чтобы девушка натирала вас губкой, пока мы разговариваем.
Я не был в Йенктоне. Я представлял Территорию на переговорах по заключению договора. По поводу дальнейшего твоего подкупа для помощи с ордером. 5,000 долларов ты уже прикарманил. Так что суть моего сообщения была такова: «Шёл бы ты нахуй».
Если нога начнет деревенеть, или неметь, сразу сообщай мне. Не вздумай скрывать симптомы, продолжая питать надежды на чудесные свойства этого, блядь, ботинка.
— О человеке надо позаботиться, облегчить его пребывание здесь, пока он не умрёт. Девочки, которых ты к нему отправишь, пусть получают из моей платы.
— А мне мешок говна на руки.
— Ты позаботишься о человеке на смертном одре.
— Человек на смертном одре — это и есть мешок говна.
— Разумеется, мною движут мои же долги.
— Ты же говорил, что раздал все долги.
— Те долги, да. Полностью.
— А это те долги, о которых ты мне не говорил?
— Нет, это долги, которые появились впоследствии. Это, так сказать, последствия тех долгов, про которые я рассказывал.
Над Вами издевались, когда вы были маленьким и беспомощным, мистер Баллок? И теперь Вам повсюду видится несправедливость, которую вы срочно хотите исправить?
И если Вы дышите чистой добродетелью, то моё обоняние привыкло к запаху говна.
— Мистер Толливер, вы разве не говорили мне перед этим, что главная цель военного присутствия видится вам как средство укрепления власти шерифа?
— Много слов, а цель одна — дешёвая демонстрация силы.
Моя мама подхватила холеру и умерла, когда мы ехали из Сиракуз в Индиану, где мой отец собирался заняться фермерством. Фермер из него был как продавец дамских шляпок, однако язык у него был подвешен, чтобы убедить меня в желании мамы на небесах удовлетворять мною его потребности. А затем удовлетворять и тех, кого он приводил, чтобы подзаработать. Ещё она хотела, чтобы я уговорила своих сестёр удовлетворять нужды его и других мужчин. А потом он продал меня Саю Толливеру. Если бы он сейчас был здесь, я бы хотела, чтоб моего папаню мутизили денно и нощно как вот твоего сегодня.
Ну раз уж ты пригнал к нам с этой тревожной вестью, чё б тебе, блядь, не зайти по полной?
Смотаемся в одно место. Там всех троих и покрошим. Посмотрим, как им понравится быть сдохшими членами комиссии.
— Пока малышка София сидит тут со своим учителем, миссис Гаррет консультируется с мистером Буллоком.
— Ну и ладно.
— Как с управляющим её участка, конечно же.
— Хорош уже со своими осторотами на эту тему.
— "Мистер Сверенджер, прошу вас не воспринимать назначение людей из Янктона как угрозу вашим интересам. Я полагаю, члены комиссии вряд ли будут препятствовать на чужбине активному воплощению ваших планов. Не смотря на столь дерзкий шаг выражаю вам глубокое почтение, безмерную благодарность и искренне надеюсь на вашу поддержку. Губернатор Пеннингтон".
— Очередной уёбок. Таких хоть на части рви, а они радостно ускользают и продолжают, блядь, дуть тебе в уши.
— Он пока сам не знает, что хочет. Зато он знает, как проёбывать засланные мною взятки. Это у них врождённый дар.
Так что давайте понатыкаем столбов по всей территории, украсим эту проводную хуйню гирляндами для ускорения прихода херовых вестей и посигналим о наших решениях.
Он с этой блядиной и своим уёбищным шерифским значком парит, блядь, на лёгоньком сказочном облачке.
Поделиться книгой: