Журнал «Вокруг Света» №09 за 2010 год

Наталья Кирсанова, кандидат ист. наук

Армия второго сорта

Три с половиной года длились военные действия в Португалии, но Наполеону так и не удалось включить ее в свою империю. И как это не самое сильное королевство Европы смогло выстоять под страшным натиском хорошо отлаженной наполеоновской военной машины?

Безусловно, свою роль тут сыграло то обстоятельство, что Наполеон не считал Португалию сколько-нибудь серьезным противником и посылал туда не лучшие войска. Армия Жюно целиком состояла из новобранцев, а среди солдат Сульта и Массены было много иностранцев, которые не горели желанием умирать за Францию. Они в массовом порядке дезертировали, а то и переходили на сторону противника, где платили больше и исправнее. Руководство кампанией император осуществлял из Парижа, куда донесения и, соответственно, откуда приказы поступали с большой задержкой. Связь между французскими войсками, действовавшими на Пиренейском полуострове, была чрезвычайно затруднена, поскольку морские пути блокировали англичане, а путь через горы был долгим и опасным — гонцов перехватывали партизаны. Ко всему прочему военачальники вовсе не горели желанием координировать свои действия, так как видели друг в друге не соратников, а конкурентов. Если бы Наполеон лично возглавил поход в Португалию, все эти гордые, своевольные генералы вынуждены были бы подчиниться его воле. И тогда результат, весьма возможно, был бы иным. 

Себастьянизм

Поначалу часть либерально настроенных португальцев к приходу войск революционной Франции отнеслась вполне благосклонно. Академия наук приветствовала французов, а художник Домингуш Антониу Сикейра написал аллегорическое полотно «Жюно, защищающий город Лиссабон». Но скоро пелена с глаз спала — в стране не осталось никого, кто бы не мечтал о скорейшем изгнании оккупантов. А поскольку надежд на это было мало, люди стали уповать на чудо. Так возродился старый миф о короле Себастьяне, который придет и спасет Португалию. Король Себастьян погиб в 1578 году в возрасте 24 лет, сражаясь с маврами в Северной Африке. Династия пресеклась, и долгие 60 лет Португалия находилась под властью испанцев. Родился миф, что Себастьян жив и вернется в страну, чтобы вновь сделать ее великой. Когда в 1640 году Португалия обрела свободу, новый король Жуан IV, стремясь завоевать доверие народа, поклялся, что если когда-либо Себастьян вернется в Португалию, он уступит ему свой трон. Король не слишком рисковал: к этому моменту Себастьяну исполнилось бы 86. В последующие почти два века о короле не вспоминали. Но в 1807 году, к великому удивлению образованного сословия, по Лиссабону вновь поползли слухи, что король Себастьян цел и невредим, живет на острове и ждет своего часа. Якобы кто-то видел полученные от него письма, а два монаха даже разговаривали с ним. «Половина Лиссабона стала себастьянистами», — писал экономист Жозе Акурсиу даш Невиш. Он с недоумением отмечает, что в столице на каждом углу продают карту острова, где живет король и откуда он приплывет «…с обширным войском и сразится с Наполеоном лично».

Остервенение народа

Огромную, по мнению многих решающую, роль в этой войне, закончившейся поражением французов, сыграло партизанское движение. В самом деле, вооруженные вилами, косами, ножами и охотничьими ружьями крестьяне нанесли оккупантам немалый урон. Их отряды, совершив очередное нападение, немедленно рассыпались, лишая врага возможности нанести ответный удар. В нападениях на обозы участвовали старики и дети, крестьянка на сносях, в которой никак нельзя было заподозрить лазутчицу, таковой как раз оказывалась. В любой момент наполеоновский солдат рисковал получить пулю в спину или удар ножом. Французы, привыкшие воевать «по правилам», не знали, что всему этому противопоставить.

Кроме того, население с успехом применяло тактику выжженной земли. Заняв без единого выстрела очередное селение, враг не обнаруживал там ни одного жителя, ни коровы, ни даже жалкого цыпленка. Ступив на португальскую землю, французы с самого начала стали испытывать недостаток в продовольствии и фураже.

Крестьяне, воевавшие против оккупантов, конечно же, не считали, что ведут национально-освободительную борьбу. Просто приход чужеземной армии чрезвычайно разорителен для населения. Несмотря на все попытки командования пресечь грабежи, французские солдаты (не говоря о пруссаках, ирландцах и ганноверцах) тащили все, что могли. По свидетельству генерала Антуана-Анри Жомини, армия Массены во время стояния у Торриш-Ведраша, «уподобившись дикой орде», разори ла местность в радиусе 50 лье (200 километров).

Антифранцузские настроения подогревало и духовенство, которое в этой истово католической стране имело и имеет огромное влияние. Священники со всех амвонов клеймили «проклятых якобинцев», называя их безбожниками, у которых нет ничего святого.

Как это обычно бывает, партизаны, нападавшие на французские обозы, при отсутствии оных не гнушались имуществом своих соотечественников: после эвакуации армии Жюно грабежи на всей территории Португалии не прекращались еще много месяцев. Англичане относились к «народным мстителям», хотя те и были их союзниками, весьма сдержанно. Майор Уильям Уорр после очередной стычки  писал домой: «Вчера я вконец вымотался, собирая до пяти часов вечера раненых англичан и французов и укрывая их в местах, недоступных для португальских трусов, которые не станут сражаться с французами, даже имея перевес шестнадцать против одного, но грабят и убивают несчастных раненых и больных». К слову, кроме португальцев, «партизанили» и дезертиры из французской (в основном немцы) и испанской армий, которым было все равно на кого нападать.

И все же партизаны внесли значительный вклад в победу. Нанести существенный урон французской армии они не могли, но, нападая на обозы и отбившиеся от основных сил мелкие группы, они ее здорово изматывали.

В российской историографии, да и литературе, роль партизан в войне 1812 года, как правило, оценивается очень высоко. А ведь португальским партизанам пришлось действовать в куда менее выгодных условиях, чем нашим, — у них не было ни глухих лесов, дававших безопасное укрытие, ни такого сильного союзника, как русские морозы, да и сражаться им пришлось не шесть месяцев, а более трех лет. Так что если войну с Наполеоном мы называем Отечественной, то португальская вполне тянет на Великую Отечественную.

Подарок Бразилии от Наполеона

Когда в 1807 году армия Жюно приблизилась к Лиссабону, принц-регент Жуан, правивший вместо своей матери, душевнобольной королевы Марии I, покинул страну и перебрался в заморскую колонию, Бразилию. С Жуаном приплыли около 15 000 человек, по большей части португальские «сливки общества». В Рио-де-Жанейро расположился роскошный королевский двор, и город зажил как европейская столица. Так впервые в мировой истории колония фактически превратилась в метрополию, что сильно пошло ей на пользу. В португальских заморских владениях до 1808 года было запрещено даже печатать книги и газеты. Теперь же принц-регент основал Королевскую типографию и «Газету Рио-де-Жанейро». На протяжении следующего десятилетия были созданы Банк Бразилии, Военная академия, две медицинские школы, публичная библиотека, оперный театр, Академия изящных искусств, Королевский музей, Ботанический сад, несколько фабрик. Говорят, что даже бразильский футбол происходит от игры в мяч, которую привезли из-за океана португальцы. Когда с Наполеоном было покончено, бразильцы долго не хотели отпускать принца-регента, несмотря на то что тот торжественно объявил Португалию и Бразилию равноправными частями королевства. Жуан вернулся на родину лишь в 1821-м, через 14 лет после своего отъезда. Если бы он этого не сделал, то не удержал бы португальцев — они не желали дольше терпеть, чтобы ими управляли из Бразилии. В Рио-де-Жанейро Жуан (теперь король Жуан VI) оставил своего сына Педру, которому предстояло стать первым императором этой южноамериканской страны. Так бразильцы навсегда избавились от комплекса провинциалов.

Осторожный победитель

Отдавая должное самоотверженности португальцев, следует признать, что лавры победителя в этой войне принадлежат в первую очередь дисциплинированной, отлично подготовленной британской армии и стоявшему во главе нее герцогу Веллингтону. Современники обвиняли его в излишней осторожности, но англичане и французы в Португалии находились в неравных условиях. Наполеон не дорожил людьми — вместо разгромленных частей он легко формировал новые. Веллингтон заметил по этому поводу: «Ни один генерал не потерял столько армий, сколько он. Я же себе подобного позволить не мог, так как знал, что если потеряю хотя бы пять сотен человек без большой необходимости, меня заставят на коленях отчитываться перед палатой общин».

Располагая сравнительно небольшими силами, Веллингтон использовал их в высшей степени рационально. Он никогда не давал воли эмоциям и не действовал по формуле «умрем же под Москвой», а спокойно оставлял позиции, если считал это разумным, причем отступал всегда по заранее обдуманному плану. Постоянно маневрируя, британский главнокомандующий выбивал у привыкших разом решать дело в одном генеральном сражении французов почву из-под ног. Армии Наполеона одна за другой увязали в Португалии.

Английская армия была превосходно вооружена да и трепета перед «непобедимыми» французами не испытывала. Веллингтон говорил: «У меня есть подозрение, что все континентальные армии были наполовину разбиты французами еще до начала сражения. Меня, во всяком случае, им не запугать».

В Португалию широким потоком текли британские деньги: на них создавалась португальская армия, строились оборонительные линии, закупалось продовольствие. Веллингтон сразу понял, что формула Наполеона «война должна кормить сама себя» в Португалии не сработает. Он не допускал никаких экспроприаций, за все платил и вообще старался поддерживать добрые отношения с местным населением. И добился того, что португальцы повсеместно поддерживали англичан. Британские солдаты ни в чем не нуждались — в португальские порты ежедневно прибывали транспорты с продовольствием, обмундированием, оружием, в то время как забытые своим императором французы ходили оборванные и питались воронами и желудями.

Император гневался на своих маршалов за то, что они так и не сумели одержать верх над португальцами. Но впоследствии ему самому пришлось пережить такое же поражение в куда большем масштабе — в России.

Сергей Нечаев

Серебряный кабан

Благодаря находке археолога-любителя у британских ученых появилась возможность уточнить место гибели короля Ричарда III.

Карл Доусон — учитель на пенсии — помогал экспедиции, организованной британским фондом Battlefield Trust и советом графства Лестершир на общественных началах, но именно ему посчастливилось год назад найти маленький (38 миллиметров), изящный серебряный значок, изображающий оскаленного кабана со вздыбленной шерстью. Единственный похожий экземпляр хранится в Британском музее. Руководитель исследований Гленн Форд из Университета Лидса сравнил эту находку с открытием Шлимана. Белый кабан — излюбленный символ Ричарда III, и такие значки, отлитые в серебре, могли украшать доспехи лишь избранных рыцарей этого короля, последнего из династии Плантагенетов и последнего английского монарха, погибшего на поле боя. Известно, что он пал 22 августа 1485 года в сражении на Босвортском поле. Но где в точности произошла битва, положившая конец тридцатилетней Войне Алой и Белой розы, британские ученые спорили несколько десятилетий.

Над Англией прошумело много междоусобиц, но именно Босвортское сражение прославилось благодаря гению  Шекспира, превратившего короля Ричарда во вневременной символ абсолютного зла.

Кровавый навет

В трагедии «Ричард III» главный герой мстит всему человечеству, обозленный на судьбу за свое уродство: «Я, у кого ни роста, ни осанки, / Кому взамен мошенница-природа / Всучила хромоту и кривобокость...» Между тем единственный портрет короля не изображает его горбуном. Может быть, придворный художник льстил? Но вот что не подлежит сомнению, так это невиновность Ричарда в смерти большинства тех, чью кровь потом на него «повесили». На престол Ричард действительно взошел вместо своего племянника Эдуарда V, однако формально ему удалось доказать парламенту, что мальчик был незаконным сыном Эдуарда IV, так что буква закона была соблюдена. Что же касается смерти двух юных племянников, то здесь история темная: в принципе Ричарду их смерть была не очень нужна. Жену свою Анну король любил (кстати, она, вопреки Шекспиру, была не вдовой, а лишь невестой его брата), больше жениться  ни на ком не собирался, и никаких оснований для отравления супруги у него не было. Аристократов, составивших заговор против нового короля, действительно арестовали, но казнили лишь его главу, а остальных простили. Вообще, к мятежникам Ричард, как ни странно, относился с несвойственным той эпохе снисхождением: хотя он и казнил герцогов Гастингса и Бекингема, но простил братьев Стэнли и графа Нортумберленда. Ричард реформировал парламент, ввел суд присяжных (и наказание за попытку оказывать давление на них), замирился с Шотландией, расширил торговлю, покровительствовал искусствам и т. д. Впрочем, не будем вместо черной картины рисовать розовую, главное для нас то, что Ричард не был исчадием ада. Почему же он сделался таковым под пером Великого Барда?

Историю пишут победители. Одержавший победу при Босворте Генрих Тюдор, граф Ричмондский, стал основателем династии, правившей потом в Англии почти 120 лет. Именно Тюдоры были заинтересованы в очернении убитого Ричарда и заплатили многим писакам за соответствующее освещение его царствования. На их удачу один из тех, кому они «заказывали музыку», оказался гением. Шекспир ответил на политический заказ величайшей трагедией, которую до сих пор весьма часто инсценируют. И кому сейчас важно, каким был на самом деле оболганный король Ричард III?

Разбить шатры здесь, на Босвортском поле

Армии сошлись в графстве Лестершир, возле поселения Аптон. Ричард стоял на холме, а Генрих двигался на него с юго-запада. Но на каком холме? В округе их несколько. Хотя впечатляющая мемориальная плита в память о Босвортском сражении издавна стоит на холме Эмбион, поставлена она была наугад. Историки до последних месяцев знали о расположении армий не больше, чем Шекспир. «И вот приказ мой по моим войскам: / Во всю длину развернут будет фронт / Пехотными и конными рядами; / Стрелков на середину мы поставим». Где все это было? Рати в те поры насчитывали совсем мало воинов: приблизительно десять тысяч у Ричарда, еще меньше у Генриха. Битва длилась не более двух часов. Это вам не Бородино! Так что и материальных следов сражения найти было не легче, чем иголку в стоге сена.

Территорию в 7 км2 в течение четырех лет, сантиметр за сантиметром, сканировали металлодетекторами. Вся операция обошлась в миллион фунтов. Армия Ричарда была вооружена последними огнестрельными новинками тогдашней военной техники, правда, они не смогли переломить ход боя, но зато дали археологам зацепку. Свидетельством того, что исследователи близки к цели, стала находка пушечного ядра, а также свинцовых пуль от только что изобретенных мушкетов. Всего на Босвортском поле было обнаружено 28 сферических ядер — такое количество не покажется смехотворным, если учесть, что это больше, чем найдено на всех европейских полях сражений XV–XVI веков, вместе взятых. Кроме того, нашли бургундскую монету, оброненную кем-то из сторонников Генриха, — в его армии было много французов.

Основные находки были сделаны еще в прошлом году, однако археологи держали это в секрете вплоть до окончания всех работ — как объяснил Гленн Форд, опасались наплыва любителей военных сувениров. И вот совсем недавно окружной совет графства Лестершир объявил, что сражение состоялось по обе стороны старой римской дороги Фенн-Лейн, связывавшей Лестер с Атерстоуном, в поле, на котором теперь фермер Алф Оливер выращивает озимую пшеницу (участок был куплен его семьей в 1957 году). Это в трех километрах к юго-западу от того места, которое до сих пор считалось полем битвы и помечено как таковое на карте Google.

Известно, что битва закончилась на берегах болота, однако то поле, Фенн-Хоул, на котором (по характеру разлета ядер) должен был состояться ее последний, самый драматический акт, болотом не является. Впрочем, при подробном гидрографическом исследовании стало ясно, что болото на Фенн-Хоул все-таки было, просто его давным-давно осушили. Хозяин фермы припомнил, что особо дождливым летом хлюпающая суть болота проявляет себя и сейчас, а однажды там утонул трактор его отца. Здесь-то и обнаружился серебряный кабан. Стало быть, именно тут разыгрался последний акт той трагедии.

Видя, что полки сэра Стэнли и графа Нортумберленда изменили присяге (напрасно Ричард проявил к ним некогда снисхождение) и не подчиняются его приказу, король решил определить исход дела в личном поединке с соперником, как бывало в Средние века. Поверх шлема он надел английскую корону — ее потом подняли из грязи, наскоро почистили и уже через несколько часов торжественно водрузили на голову Генриха. Где? Видимо, теперь, когда место битвы определено, нетрудно вычислить, где короновался первый Тюдор: ближайший холм называется Краун-Хилл, но до сих пор никто не задумывался, почему.

Однако мы забежали вперед, а меж тем Ричард, еще не знавший своей судьбы, в окружении преданных ему 800 воинов помчался прямо туда, где развевался бело-зеленый штандарт Генриха. Да, в воинской доблести Ричарду не могли отказать даже его недоброжелатели. И как такое было под силу кривобокому горбуну? Ему удалось прорубиться сквозь неприятельские ряды и даже убить тюдоровского знаменосца, сэра Уильяма Брандона, а знамя бросить на землю. Впрочем, Генриха защитили его телохранители. И тут полк Уильяма Стэнли ударил в тыл королевскому отряду, оттеснив его в болото. Здесь, считают британские исследователи, и обронил своего серебряного борова один из приближенных короля, а лошадь Ричарда завязла в трясине. И именно здесь, на территории фермы Алфа Оливера, были произнесены (если верить Шекспиру) знаменитые слова: «Коня, коня! Полцарства за коня!»

Сергей Иванов

Универсальный хищник

Жук-плавунец умеет летать по воздуху и передвигаться по суше, но все же его стихия — вода. Здесь он занимается главным делом жизни — охотой. Свои жертвы он не убивает, а поедает живьем.

Зоосправка

Плавунец окаймленный Dytiscus marginalis

Тип — членистоногие

Класс — насекомые

Отряд — жесткокрылые (жуки)

Семейство — плавунцы

Род — плавунцы Крупный жук. Длина взрослой особи достигает 37 миллиметров. Распространен в Европе (практически повсеместно), таежной и степной зонах Сибири и Средней Азии. Всю активную часть жизни проводит в воде, населяя стоячие и малопроточные пресные водоемы. Один из лучших пловцов среди насекомых. Хорошо летает, но подняться в воздух из воды не может. Питается водными насекомыми и их личинками, моллюсками, червями, головастиками, личинками тритонов, мальками и молодью рыб. Поселяясь в рыбоводческих хозяйствах, может наносить им существенный вред. Продолжительность жизни в природе, как правило, около года, в аквариуме может прожить до четырех лет.

В теплое время года жуков-плавунцов можно встретить в любом стоячем или медленно текущем водоеме: озере, пруду, долгоживущей луже, даже в бассейне на дачном участке. Каждый видел его множество раз, но обычно лишь мельком. Вот из глубины пруда стремительно всплыло что-то гладкое и овальное, коснулось поверхности и зависло. Через мгновение крупный жук делает мощный взмах парой ног-весел и исчезает в глубине. Разглядеть удается немного. Только странную позу — вниз головой, чуть-чуть выставив кончик брюшка. Да еще характерную окраску: темно-бурое тело обведено по контуру светло-коричневой каймой.

Охота — главное занятие в жизни плавунца. Быстроходный, маневренный жук нападает практически на любую водную живность, особенно если она мельче него. Настоящие хищники обычно сначала убивают добычу (особенно крупную), а уж только потом приступают к еде. Но плавунец не соблюдает этого правила, бестрепетно отрывая мощными челюстями куски от живой жертвы, которую при этом удерживает передними ногами. Пожирание крупной добычи может занимать довольно много времени, и жук зависает в своей любимой позе, выставив кончик брюшка над водой. Пока передний конец тела занят перемалыванием и поглощением пищи, задний обеспечивает дыхание. Плавунец дышит атмосферным воздухом, который, как и у всех насекомых, разносится по телу сетью воздухоносных трубочек — трахей. Входные отверстия этой системы у плавунца расположены на «спине» — верхней стороне брюшка и открываются в полость под надкрыльями. Высунув кончик брюшка из воды, жук чуть-чуть приподымает надкрылья, обновляя запас воздуха под ними. Обычно это занимает секунды, но занятый поеданием добычи жук может висеть под поверхностью довольно долго. За это время надкрылья много раз приподнимаются и опускаются, активно вентилируя всю систему трахей.

1. При спаривании самец удерживает самку передними ногами. Так же плавунцы поступают и с добычей

2. Личинка плавунца не очень хорошо видит и не очень быстро двигается, но всегда готова к нападению 

Казалось бы, крупный, неподвижный и хорошо заметный на фоне поверхности жук может стать легкой добычей более крупного водного хищника. Но плавунец  этого не боится, полагаясь на свою химическую защиту. Если кто-то попытается схватить жука, специальные железы у него на груди выделят мутно-белую ядовитую жидкость, которая заставит и самую голодную рыбу с отвращением выплюнуть мерзкое насекомое. Впрочем, в излюбленных плавунцами маленьких изолированных водоемах хищников крупнее их самих чаще всего просто нет.

Внутривидовые отношения плавунцов отличаются тем же бесцеремонным эгоизмом, что и их отношение к другим существам. При случае они с легкостью переходят к каннибализму (правда, на воле такого практически не случается — для этого нужно, чтобы у жуков не было ни какой-либо другой добычи, ни возможности улететь). Но это все-таки эксцесс, а вот сексуальное поведение плавунцов может быть предметом обличения самых яростных феминистских памфлетов.

Брачный сезон у плавунцов начинается сразу после выхода из зимней спячки. Покинув свои подземные спальни, жуки поднимаются на крыло и летят искать подходящий водоем. В этих поисках они полагаются в основном на зрение, которое иногда их подводит — и тогда злополучный жук грузно шлепается с разлету на мокрый асфальт или железную крышу дома. Нередко плавунец опускается не на воду, а рядом с ней, и последний отрезок пути (десятки сантиметров, а то и метры) проделывает пешком. По суше он передвигается неуклюже, но довольно быстро.

Когда жуки наконец оказываются в воде, самцы приступают к настоящей охоте на самок. Найдя подругу, самец не тратит времени на какие-либо ухаживания, просто хватает ее передними ногами (точно так же, как добычу) и немедленно приступает к делу. Спаривание происходит все в той же позе — насильник и его жертва зависают под поверхностью воды. Но при этом суммарной плаву чести двух жучиных тел хватает лишь на то, чтобы поднять над водой кончик брюшка только одного из партнеров — естественно, верхнего, самца. И во время всего любовного акта самец дышит свежим воздухом, в то время как самке приходится довольствоваться запасом воздуха под надкрыльями. Сексуальный аппетит одного самца самка удовлетворяет без вреда для себя, но если на нее нападут несколько самцов подряд (такое случается, особенно в начале брачного периода), она может попросту погибнуть от удушья.

1. Гротескные челюсти — не только орудие захвата, но и шприц для введения в тело жертвы пищеварительных ферментов

2. Грозный хищник — личинка крупной стрекозы — для личинки плавунца всего лишь добыча

Правда, половой партнер все-таки не добыча, которую можно хватать и кусать с любого края. Для успешного спаривания необходимо точно зафиксировать тела партнеров в строго определенном положении. Для этого у самцов на передних ногах есть целая система коготков и присосок. Но на эту хитроумную амуницию насильника у самки нашелся достойный эволюционный ответ: у большинства из них надкрылья покрыты тонкими продольными бороздками (у самцов они гладкие). Это сильно снижает эффективность приспособлений самцов (прицепиться к таким доспехам можно, только если их хозяйка не слишком энергично сопротивляется) и позволяет самке избегать слишком уж докучливых или многочисленных кавалеров. Лапки самцов и надкрылья самок являют типичную картину эволюционной «гонки вооружений»: чем сильнее у самцов той или иной популяции развиты орудия захвата, тем меньше в этой популяции доля самок с гладкими надкрыльями, и наоборот.

Сразу после спаривания самка приступает к откладке яиц. Яйца плавунцов — одни из самых крупных в мире насекомых, около 7 миллиметров длиной при диаметре 1,2 миллиметра. За сезон одна самка может отложить около тысячи таких яиц, а особо плодовитые — и до полутора. Понятно, что это возможно только при их последовательном созревании, так что процесс откладки яиц растягивается на многие недели — до конца июня. Самки плавунцов откладывают яйца в ткани подводных растений, надрезая их яйцекладом. Но это не всегда позволяет защитить потомство от паразитов — подводных наездников. Враг плавунцов — наездники  прествичии, откладывающие в каждое жучиное яйцо по нескольку десятков своих. Личинка паразита съедает яйцо плавунца, окукливается внутри него. Вышедшие из куколок молодые наездники спариваются и только после этого покидают оболочку яйца. Прествичии и принадлежащие к другой группе наездников карафрактусы — почти единственные естественные враги плавунцов.

Если же кладке повезет, то через некоторое время (от 8 до 40 дней, в зависимости от температуры воды в водоеме) из яиц выходят личинки. Трудно представить себе существо, более подходящее на роль фантастического чудовища. Длинное, грубо сегментированное тело увенчано крупной плоской головой с шестью маленькими глазками с каждого бока и парой неправдоподобно огромных серповидных челюстей с каждой стороны. Характер личинки вполне соответствует ее внешности: единственное ее стремление в жизни — поймать и съесть как можно больше добычи. Она тоже готова напасть на кого угодно (в Америке личинки родственных видов за прожорливость называют водяными тиграми), а ее способ расправляться с добычей даже еще более жесток, чем у взрослого жука. Страшные челюсти, вонзившись в тело жертвы, впрыскивают в него коктейль из паралитического яда и пищеварительных ферментов. Жертва постепенно переваривается заживо, а хищник, не разжимая мертвой хватки челюстей, время от времени всасывает образующийся «бульончик».

То, что взрослые плавунцы и их личинки живут в одной и той же среде и питаются одной и той же пищей, неизбежно должно создавать между ними конкурентные отношения. И эту конкуренцию личинка явно должна проигрывать. Она гораздо менее подвижна, ведь ее тело далеко от гидродинамического совершенства, а ее шесть одинаковых ног даже все вместе не могут грести так мощно и эффективно, как задние ноги-весла жука. Поэтому она не рыщет по всему водоему, а чаще сидит в ожидании добычи на подводных растениях, выставив на поверхность кончик брюшка (как и взрослый плавунец, личинка дышит атмосферным воздухом).

1. Ранней весной, как только начинает таять лед, жуки торопятся отложить яйца, чтобы личинки появились на свет во время максимального изобилия добычи

2.  Мощные челюсти и цепкие передние лапы позволяют плавунцу отрывать куски от живой жертвы

Но жуки не зря торопятся весной со спариванием: это позволяет их личинкам появляться тогда, когда их родные водоемы буквально кишат головастиками лягушек и жаб. При таком обилии легкой и беззащитной дичи взрослые жуки (аппетит которых все-таки ограничен) не могут помешать личинке стремительно набирать вес и расти. Она проходит две линьки, на последней стадии самые крупные личинки достигают в длину 6,5 сантиметра.

Ближе к августу изобилие головастиков сходит на нет: те, кому повезло, превращаются в лягушат и покидают водоемы. Взрослые жуки переключаются на другую дичь, а выросшие личинки вдруг теряют интерес к добыче, как-то странно распухают и становятся беспокойными. В один прекрасный день (или, скорее, ночь) личинка выходит на берег и принимается строить себе убежище. Страшные челюсти мирно и аккуратно складывают комочки земли в правильный купол, а вместо губительных ферментов выделяется клейкая слюна, цементирующая кладку. Строительство пещерки — земляной ямки, накрытой куполом, — занимает часов двенадцать. Личинка еще неделю лежит в ней почти неподвижно, пока в ее теле вызревает следующая стадия — куколка, которая, в свою очередь, неподвижно лежит от двух недель до месяца, пока внутри нее из «строительного материала» личиночных тканей формируется тело взрослого жука.

В новорожденном жуке не так-то просто узнать плавунца: все его тело окрашено в белый цвет, на котором выделяются только черные глаза и темно-коричневые ноги. Чтобы покровы затвердели и приобрели цвет, понадобится дней восемь. Но жук никуда не спешит — чаще всего он так и остается на зимовку в родной пещерке. А весной улетает на поиски подходящего водоема.

Фото Николая Шпиленка

Борис Жуков

Несмертельно и нестандартно

Среди общедоступных орудий самообороны самые многочисленные — средства так называемого нелетального поражения. Грабителя или обидчика лучше ошарашить, чем убить.

В различных типах оружия используются разные поражающие факторы, иногда сразу несколько. Для каждого поражающего фактора существенны две характеристики: определенный уровень, с которого воздействие его становится эффективным для «пресечения агрессивных действий», и другой уровень, повыше, после которого результаты его воздействия угрожают жизни того, против кого это самое оружие применили. Границы уровней размыты, и все же их среднее значение для каждого фактора установить можно. В промежутке между двумя этими уровнями и работает «несмертельное» оружие (про «смертельное» см. «ВС» № 8, 2010).

В первую очередь несмертельное оружие широко применяют разные правоохранительные структуры, и это понятно — они часто сталкиваются с ситуациями, когда правонарушителя нужно «поразить, но не убить». На рынке же «гражданского» оружия средства несмертельного поражения пользуются успехом не столько в силу своей эффективности (оценить которую вообще-то непросто), сколько в силу относительной доступности. Законы многих стран предусматривают куда более простую процедуру приобретения и регистрации таких средств, чем в случае с оружием, наносящим смертельные поражения. В современной России, согласно Федеральному закону «Об оружии» в редакции 1997 года, к «гражданскому оружию самообороны» отнесены такие варианты оружия несмертельного поражения, как огнестрельное бесствольное оружие, газовое оружие, а также электрошоковые устройства и искровые разрядники. 

Тут сразу стоит заметить, что газовые и травматические пистолеты и револьверы в большинстве своем имеют форму боевого оружия. Этим, с одной стороны, производители пытаются потрафить любителям стреляющих копий боевых моделей. С другой — такой «макет» может с успехом исполнить роль пугача (кстати, иногда более опасного для владельца оружия, чем для злоумышленника, ведь, вытащив оружие, слишком похожее на настоящее, можно получить в ответ настоящую пулю). Типичная форма «аэрозольных» устройств — обычный баллончик. Электрошоковые же устройства чаще всего представляют собой умещающуюся в руке коробочку с двумя контактами. Но, как и везде, можно встретить исключения, и конструктивное оформление несмертельного оружия самообороны может оказаться само по себе весьма замысловатым.

В этом пародийном комиксе группа бритоголовых из лондонского предместья, вооруженных огнестрельным несмертельным оружием, пытается атаковать парочку хип-хоперов, которые удачно отбиваются от них электрошокером и газовым оружием. Далее в дело вступает полиция, и добро, как обычно, «поражает» зло. Но не наповал

Электрошоковое устройство, внешне очень похожее на мобильный телефон, не вызовет удивления у грабителя. Более того, он сам может потребовать от жертвы отдать «мобильник».

В этой ситуации «мобильникэлектрошокер» можно поднести к самому телу грабителя и привести в действие

Наручные часы — совершенно обычная в обиходе вещь. И они же — объект внимания уличных грабителей. Это делает их вполне удобным предметом для маскировки средств самообороны, например, газового баллончика

Нет ствола, не видно

Из разряда газового оружия наибольшей популярностью у покупателей пользуются бесствольные пирожидкостные модели. К таковым относится, например, российский УДАР (устройство дозированного аэрозольного распыления) Кировского завода «Маяк» в комплексе с патронами БАМ (баллончик аэрозольный малогабаритный) и БАМП (пластмассовый). По сути, все оружие представляет собой магазин на пять патронов с ударноспусковым механизмом. Стволом служит дульце самой гильзы-баллончика. Струя жидкости образует аэрозоль уже в воздухе, дальность действия до 7–10 метров уменьшает вероятность попадания самого стреляющего в аэрозольное облако (как и попадания облака в стреляющего). Работа со спусковым рычагом УДАРа не слишком удобна, но зато его легко носить и он не похож на боевое оружие.

Популярны стали и бесствольные пистолеты ПБ-4 «Оса», созданные в НИИ прикладной химии (г. Сергиев Посад). Особенность «Осы» — четырехместная квадратная кассета под 18-миллиметровые патроны. Кассета может снаряжаться патронами четырех типов — травматическим 18×45Т с резиновой пулей, сигнальным 18×45С, светозвуковым 18×45СЗ, осветительным 18×45О. К оригинальным чертам «Осы» можно отнести и конструктивно заложенную невозможность снарядить травматический патрон пулей другого типа, отсутствие неавтоматических предохранителей, электронный спусковой механизм, обеспечивающий плавное срабатывание, а главное — электровоспламенение порохового заряда патрона.

Но «Оса» — оружие довольно крупное, поэтому многие отдают предпочтение более компактным моделям, например, двухзарядному сергиевопосадскому ПБ-2 «Оса-Эгида» или ижевскому «Стражнику» под тот же патрон типа 18×45 с отделяемыми кассетами. Дальность эффективной стрельбы «Осы» и «Стражника» 5–7 метров (так что лазерный целеуказатель, каким снабжают «Осу», вряд ли так уж нужен). Энергия пули на этой дальности — около 65 джоулей. Такая пуля очень сильно ударит человека, но из-за крупного калибра в тело, скорее всего, не войдет. Если «Стражник» еще напоминает пистолетик типа «дерринджер», то «Оса-Эгида» по своей форме мало похожа на боевое оружие.

«Резинострелы»

Лидером потребительского спроса последних лет стало травматическое огнестрельное оружие, стреляющее круглой резиновой пулей. Ушиб ею мягких тканей сопровождается резкой болью, которая и заставляет злоумышленника «остановить агрессивные действия». Пуля должна наносить травмы, но не ранения, то есть не вызывать нарушения целостности кожи, а тем более мышц, костей и т. д. Поэтому удельная энергия пули ограничивается 0,5 джоуля на квадратный миллиметр. Отсюда предпочтение большому калибру. Травматическое оружие дает владельцу больше надежд, чем газовое, обеспечивает воздействие на злоумышленника на расстоянии, применимо и в ограниченном пространстве, и в сырую погоду.

Маскировка как императив

Для «оружия самообороны» несмертельного действия непохожесть на боевые образцы можно считать достоинством. Дальность его применения невелика, и, извлекая из кармана или сумки безобидный на вид предмет, владелец такого оружия имеет больше шансов успеть применить его внезапно для злоумышленника. Понятно, что такие образцы выполняли и выполняют до сих пор в форме различных бытовых предметов. Некоторые из них можно и просто носить на виду.

Вот, например, совершенно безобиден на вид газовый баллончик, предлагавшийся на американском рынке под маркой WATCH-IT, замаскировавшийся под механические наручные часы. Кнопка клапана изображает ось завода пружины, форсунка помещена в центре «циферблата». Этот баллончик не надо доставать из кармана или сумочки — достаточно поднять руку и нажать на кнопку. Эффект неожиданности присутствует, но есть и неудобства — действовать придется обеими руками, да и случайно можно нажать на кнопку в обстоятельствах совсем неподходящих.

Более удачный кандидат на роль предмета, который владелец вполне может достать из кармана на виду у грабителя, не вызвав его подозрения, — ключи. И почему бы не придать газовому баллончику вид брелока к ключам или минипульта автомобильной сигнализации. Примерно так выглядит американский баллончик BodyGuard-2000 с пластиковым корпусом, снаряженный веществом ОС. При небольшой емкости он тем не менее обеспечивает до 18 полусекундных «прысков».

Регулярно появляются новые образцы «стреляющих авторучек». Целый ряд таких «авторучек» под газовые патроны предлагался в разное время разными производителями. Есть и солидно выглядящие чернильные «авторучки», верхняя часть которых наполнена не столько чернилами, сколько лакриматором (слезоточивым газом). А изобретатель Роберт Адриан запатентовал в 1967 году стреляющее приспособление для «гражданского» рынка в форме авторучки со стволом-патроном  кинетического действия. Хрупкий снаряд мог нанести только легкое ранение, рассыпаясь почти сразу после попадания в цель и не проникая глубоко. Заряжание заключалось в ввинчивании ствола-патрона в корпус «авторучки». В корпусе располагался ударноспусковой механизм несложной и широко распространенной в таких приспособлениях конструкции по типу оконного шпингалета, хотя и снабженный подобием предохранителя. Взведение и спуск ударника можно было произвести одним пальцем, нажав на выступающую сбоку большую кнопку.

Вполне естественно увидеть в руке человека, пробирающегося в темноте где-нибудь в глухом месте, электрический фонарик. И почему бы не совместить его со средством самообороны? Ручной фонарик французской системы Protecteur в задней части корпуса-рукоятки вмещает баллончик слезоточивого газа CS (баллончики для различных задач и пользователей выпускаются с газом концентрации от 7 до 20%). Баллончик срабатывает от отдельной кнопки, защищенной от случайного нажатия, и, как утверждается, дает струю аэрозоля, действенную на дальности до пяти метров.