Космос-Риск, Лимитед

— Не представляю себя на побегушках у разных негодяев.

— Именно поэтому я установил гибкую систему расчетов, в зависимости от нашего участия или сочувствия в том или ином деле.

— Деньги не пахнут?

— Я бы не стал прибегать к таким грубым выражениям. Но когда у человека кругленькая сумма на счету в банке, ему легче смотреть на себя в зеркало по утрам.

— Так в чем же дело? Что-то я не вижу, чтобы у дверей выстроилась длинная очередь клиентов в белых и черных шляпах.

— Произошла небольшая ошибочка в расчетах, — согласился Бальдур. — Слышала когда-нибудь о «Церберус Системс»?

— Нет. Хотя погоди-ка. Да, слышала. Видела что-то такое в новостях несколько месяцев назад. Частная охранная служба, так?

— Так, и кое-что еще, — печально промолвил Бальдур. — Они занимаются всем на свете. Шпионажем и охраной от шпионажа, безопасностью компаний и подавлением забастовок. Ведут расследования, дают советы военным, выслеживают подстрекателей к восстаниям и так далее. И, по слухам, не стесняются в средствах:

— И насколько «не стесняются»?

— Молва гласит, что все зависит от того, сколько им заплатили. Убийство на их языке называется «аннулированием лицензии». Но к нам это не относится, я безусловно не одобряю всевозможный терроризм и насилие. Это отвратительно и никогда не проходит даром как для исполнителя, как и для негодяя, который его нанял. «Церберус» также лихо расправляется с конкурентами. Они пресекают все кривотолки, вставляют палки в колеса конкурентам и заканчивают за них дела, даже если это им выгодно.

— Но «Церберус» — только одна проблема. А другая в том, что я далеко не единственный, кто решил заняться таким бизнесом. Похоже; сейчас каждый парень с крепкими кулаками, который умеет обращаться с бластером и у которого есть лицензия на владение оружием, считает себя специалистом по чрезвычайным ситуациям.

Мичел опустила глаза.

— Прошу прощения, дорогая, я не имел в виду тебя.

— Ничего, не стоит извиняться. Хотя, думаю, я могу быть не только маникюршей по вызову. И у меня есть один вопрос. Когда я служила на Флоте, то моей специализацией был целевой анализ, Так позволь узнать, — Рисс незаметно для себя стала говорить тоном инструктора, — об этой «Церберус Системс». Меня не очень интересуют их методы. Но есть ли у них что-то хорошее?

— Пожалуй, — неохотно подтвердил Бальдур. — Это мощная организация, у них опытные сотрудники, хорошее оборудование, они серьезно вкладываются в каждую операцию. У них хорошие заработки, и они постоянно расширяют штаты. Честно говоря, удивительно, что они не сделали попытки заполучить в свою контору тебя. Они считают, что купить можно любого человека, вопрос только в цене. Впрочем, судя по людям, которые нас окружают, это так и есть.

— Ладно. А в чем их слабость?

Бальдур задумался.

— Им не хватает гибкости, как всякому гиганту. Они неповоротливы. Если уж двинутся куда-то, то прут вперед до конца. Если легли на курс, то никакие новые вводные не воспринимают. Уверены в своей безошибочности. Настоящие бюрократы. Чем дольше человек у них работает, тем выше он задирает нос и тем вернее будет занимать свою должность, пока совсем уж не наломает дров. Думаю, их начальство стало совсем безбашенное. Они все делают как на той неделе или в том году. Если какая-то тактика принесла успех в ситуации А, они не задумываясь применяют её в ситуации Б. Теперь ты в курсе моих дел. Как насчет сотрудничества?

— Даже не знаю. Сомневаюсь, что смогу делать какие-то пакости.

— Хорошо. Просто блестяще. Значит, лучше в одиночку биться головой о стену? — Он подошел к одной из дверей и толчком ее отворил. — Ты говорила, что у тебя небольшие проблемы с жильем. Здесь будет твой кабинет.

Он подошел к другой двери и открыл ее. Там были диванчик, платяной шкаф, холодильник и электрическая плита.

— Это мой кабинет. И ты видишь, что я понимаю твою ситуацию.

Рисс заколебалась.

— На дверях замок, — сухо заметил Бальдур. — И ты можешь воспользоваться любой из двух душевых. Двумя этажами ниже есть магазинчик, где продается всякое старье. Так что можешь прикупить себе диванчик и все, что душе угодно. Не беспокойся. Со своими партнерами я не жмот. По крайней мере, в том смысле, который принято придавать этому слову в наше время.

Мичел задумалась. Бальдуру она, конечно, не верила на йоту. Но она вспомнила недавний обед, подумала о тараканах в своей комнатушке, о надменном швейцаре. Представила черствые булочки, которые в последнее время казались ей лакомством.

— Терять мне, похоже, нечего. — Она протянула руку. — Договорились.

— На шесть месяцев.

— На шесть месяцев, — эхом отозвалась Рисс, и они с Бальдуром пожали друг другу руки.

Глава 3

Дмитрий Херндон был счастливым человеком. Вспотевшим, усталым, но счастливым.

Он вел свой рудовоз к огням космического корабля.

Тяжелого металла на борту было вполне достаточно, чтобы рассчитаться с компанией «Транскотин», оставить себе на полтора месяца жизни в этой дыре и немного послать домой, на Лоррейн VII, сестре. А сейфы его латаной-перелатаной космической баржи были наполовину полны другими металлами, поценнее.

Не так уж плохо, думал он, надеясь, что напал на настоящую золотую жилу, которая сделает его богаче всеми уважаемого Джозефа Смита.

Если этот пояс астероидов некогда был планетой, то Господь Бог не взорвал ее как следует, кисло думал Херндон, смотря в черноту неба, где вращались тысячи каменных глыб, не звезд, тускло светящихся в лучах закатного солнца.

Но если бы Господь ничего не взрывал, здесь бы не добывались полезные ископаемые, не было бы радиоактивной руды в грузовике Херндона и на корабле, а сам Херндон был бы простым учителем химии на Лоррейне.

Он часто думал о колоритных здешних шахтерах — косматых, драчливых и глуповатых.

Херндон тоже отпустил бородку, но совсем небольшую. И отрастил он ее вовсе не затем, чтобы походить на университетского профессора, на которого и так сильно смахивал.

С преподаванием был покончено. Он мечтал разбогатеть, потому и прилетел сюда. Позади полгода тяжелой работы — самой опасной, какую только можно себе представить. Ему приходилось с предельной осторожностью устанавливать и взрывать заряды, при этом он не задумывался, что его самого в любой момент может разнести в клочья. Потом он разбивал каменные глыбы отбойным молотком и проверял их переносным анализатором. Нечего говорить о том, что ему самому надо было как-то питаться и откапывать корабль из пыли и щебня.

Он подумал, что будет, если здесь действительно найдутся алмазы.

Настоящее богатство!

Сначала он как следует отремонтирует свой корабль.

Нет! Он найдет в системе Фоли какого-нибудь салагу и убедит его, что здесь драгоценностей еще полным-полно, хватит на дюжину мечтающих разбогатеть. Именно так он сам недавно попался на удочку.

Потом он купит другой корабль и…

Нет, он выкупит свой контракт и, если хватит денег, выйдет из игры. С него довольно. Он по горло сыт шахтерскими попойками. Ему хочется поселиться в тихом месте и чтобы у него был хороший компьютер, и он проведет остаток жизни за сравнительным анализом алхимии и настоящей химии.

Может быть, найдется планета с хорошей библиотекой, компьютерами и интересной ночной жизнью. Профессора же не обязаны быть затворниками, особенно если это богатые профессора.

Что-нибудь вроде Тримальчио Четыре. Он ее видел на голографоэкранах и слышал о ее так называемом загнивании, хотя никогда там не был.

Он погрузился в мечты — он, никогда не позволявший себе отвлекаться, если до корабля оставался десяток прыжков. Девочки-танцовщицы. Высокие блондинки. Или, может, брюнетки. Улыбающиеся, едва одетые, жадно смотрящие на его бриллианты.

Хорошо, что у него хватило ума зарегистрировать свои права на эти камни, как только он добыл первую партию руды. И теперь он может сколько угодно здесь копаться, мечтая о богатстве.

Он открыл крышку на внешнем пульте корабля, нажал на кнопку.

Ворота грузового отсека открылись. Он завел туда рудовоз и высыпал руду.

Потом изнутри закрыл ворота, прошел в шлюзовую камеру и включил подачу воздуха.

Открылась внутренняя дверь, Херндон снял шлем и, как всегда, заморгал от сильного запаха. Всего несколько часов в сухом восстановленном воздухе скафандра, и он успел забыть, как дурно пахло в кабине — смесью запахов кухни и человеческих тел.

Он решил, что может позволить себе рюмашку сливянки, не больше, после того как проверит, не случилось ли чего на корабле.

В одной из кают в кресле сидел крупного сложения бородач, смахивающий на денди.

Он поднял с колен бластер и направил его на Херндона.

— Ты знаешь, что я мог просто забрать корабль, а ты бы остался задыхаться, — сказал он. — Но я добрый человек.

Херндон слышал о таких налетчиках, некоторые его друзья подверглись ограблению.

Он был уверен, что с ним-то ничего подобного не случится. Он купил пистолет, когда в последний раз пополнял запасы, но хранил его за столом с картами.

Он деланно улыбнулся, поднял руки и тут же метнулся к столу, который был в двух метрах.

Но добраться до пистолета было не суждено.

Бородатый выругался и дважды выстрелил ему в бок. Херндон рухнул на стол, головой вперед.

— Проклятье! Не надо было тебе дергаться, и я бы этого не сделал, — объяснил самому себе бородач, зажимая нос от запаха горелого мяса.

Дмитрий Херндон лежал неподвижно. Он ничего не ответил.

Глава 4

— Как насчет этого? — спросил Фридрих фон Бальдур, смотря на монитор где-то раздобытого бесплатно допотопного компьютера. В приемной офиса стояли также два легких кресла и стол. И нашлись деньги, чтобы установить видеоэкран в кабинете-спальне Бальдура.

— Нужны опытные советники. Развивающейся прогрессивной системе мешают внутренние и внешние возмутители спокойствия. Нам срочно нужны специалисты для проведения специальных операций. Компания «Лехай»…

— Забудь об этом, — сказала Мичел Рисс. — «Лехай» уже много лет ищет советников. Им нужны наемные убийцы, которые будут уничтожать целые взводы их врагов.

— Если от моих рук падет хоть один человек, оставив безутешную вдову и сирот, я ночами спать не буду.

— Я тоже. Но дело не только в этом. Они обратились на Флот, получив одобрение Альянса, когда я еще была на службе. Им нужны были советники, и они обещали присоединиться к Альянсу, когда Правительство укрепит свои позиции. Мы послали команду на разведку, там была одна моя приятельница. Она вернулась в крайней растерянности и сказала, что там по крайней мере шесть группировок, все они воюют друг с другом и руководством, и не понять, кто на чьей стороне. Сначала они пытаются перетянуть человека на свою сторону, а если ничего не получается, вносят его в убойный список.

— Как говорится, забудем об этом. Жаль. Они обещают медицинскую страховку, а мне бы не мешало удалить одну-две варикозные вёны.

— Надо еще подождать, — предложила Рисс. — Всем этим так называемым честным людям нужны, только наемные убийцы. — Она подумала, сколь малыми возможностями обладает «Космос-Риск». — А может, сюда сподобится прийти кто-то получестный.

Дверь открылась, и вошла женщина. Бальдур и Рисс уставились на нее.

Мичел Рисс — хотя это свойственно всем симпатичным женщинам и они это отрицают — в свои молодые годы считала себя очёнь привлекательной.

Но вошедшая была не просто привлекательной.

Она была сантиметра на четыре ниже Рисс, у нее были темные, мягко вьющиеся волосы золотистого оттенка, лицо ее сияло, глаза были голубыми, а фигурка замечательной.

Рисс почувствовала, что готова возненавидеть ее.

— Добро пожаловать в «Космос-Риск», — поприветствовал Бальдур гостью и представил себя и Мичел. — Просим извинить за то, что у нас пока мало мебели, но дел невпроворот, и…

— Жасмин Кинг, — назвалась женщина, и Рисс подумала, что у нее даже голос совершенный. — И я прекрасно осведомлена о вашем финансовом положении.

— О! — вырвалось у Бальдура.

— Я хотела бы поговорить об устройстве на работу, — сказала Кинг.

— Простите, что выражаюсь слишком витиевато, — сказала Мичел. — Но если вам известно, сколь затруднительно наше материальное положение, вы должны понимать, что жалованья вам придется ждать довольно долго. Я полагаю, вы заслуживаете лучшего вознаграждения за ваши труды.

— Совершенно верно. Но у меня есть свои причины, чтобы работать на вас.

— В каком качестве, позвольте узнать? — спросил Бальдур.

— В качестве офис-менеджера и специалиста-аналитика.

— Да у нас нет никаких дел, чтобы ими занимался менеджер, — возразила Рисс. — Хотя мы и надеемся, что они появятся. А что это за причины, осмелюсь полюбопытствовать?

— До вчерашнего дня я возглавляла аналитический отдел «Церберус Системс».

И Рисс, и Бальдур раскрыли рты от удивления и почувствовали небольшое беспокойство.

— Простите за скептицизм, — сказал Бальдур, — но «Церберус» славится довольно жесткими методами работы, особенно если это касается конкурентов, которым надо сделать укорот.

— Все так и есть, — добавила Кинг. — Включая сфабрикованные дела и бомбы через форточки.

— Думаю, Фредди хочет сказать вот что, — вступила в разговор Рисс. — Откуда мы можем знать, что вы не шпионка и не… киллер?

— Ниоткуда. Но почему бы вам не сверить мое резюме с вашими данными? Только не говорите, что у вас нет никакого выхода на базы данных. Наверное, целая библиотека. — Она открыла сумочку и достала дискету. — Это копия моего личного дела, которой я запаслась перед уходом. Проверьте, что начальник кадровой службы «Церберуса» на это скажет. Вот его электронный адрес — здесь, на Тримальчио…

— Проверим, — сказал Бальдур.

— Отлично. Любой может дать ложный номер и посадить на другом конце провода специального человека, чтобы он говорил, что нужно.

Бальдур пристально на нее посмотрел.

— Вы действительно работали на «Церберусе»?

Кинг безмятежно улыбнулась. Заинтригованный, Бальдур прошел в свой кабинет, к видеоэкрану.

— Погодите-ка, — сказала Мичел. — На один вопрос вы не ответили. Если там вы получали хорошие деньги, то на что рассчитываете у нас?

— Я могу подождать, пока дела фирмы пойдут в гору. На год у меня сбережений хватит. — И добавила с улыбочкой: — Только не считайте меня альтруисткой. Когда придет время, денежки на ваш счет потекут рекой.

Мичел усмехнулась:

— Посмотрим-посмотрим. Мне тоже любопытно.