Сто мужей на крылья сели Тысяча на хвост уселась, Села сотня меченосцев, Тысяча стрелков отважных. Распустила Лоухи крылья, Поднялась орлом на воздух.

Имеются и более технологические описания подобных летательных аппаратов. И содержатся они, как бы это парадоксально ни показалось на первый взгляд, в преданиях об Атлантиде, которые сохранились в секретных архивах розенкрейцеров, иллюминатов и масонов. Начиная с Наполеоновских времен (то есть приблизительно на стыке ХV111 и Х1Х веков) сведения эти стали достоянием более широкой публики, постепенно просочились в открытую печать, затем ими основательно завладели теософы и антропософы. Не следует думать, что упомянутые легенды - сплошь мистическая выдумка и чепуха. Как раз таки наоборот. Если Платон суммируя все известные к тому времени об Атлантиде, опирался в основном на устную традицию, то в секретных архивах тайных орденов наверняка сохранились подлинные документы. К таковым относятся, видимо, и карты эпохи Александра Македонского, которыми пользовался Колумб, а также отец и сын Меркаторы. Сказанное относится и к сведениям о летательной технике Древности, традиционно связываемой с Атлантидой. Как известно, однако, судьба Атлантиды неотделима от судьбы Гипербореи: их постигла одинаковая участь, а мнению некоторых античных авторов (например, Аполлодора), они попросту тождественны. Именно на масонско-теософские сведения о высокой технической развитости Северной цивилизации ориентировался и А.В.Барченко, задумывая свою экспедицию на священное саамское Сейдозеро в Русской Лапландии и в другие сакральные места. Возможно, он видел и сами документы, возможно, рассказывал о них Дзержинскому. А быть может, только намекал, что неплохо было бы всесильной службе безопасности раздобыть эти документы (если. Конечно, к тому времени документы давно уже не находились в руках чекистов и не хранились за семью печатями где-нибудь на Лубянке). Так или иначе, но сообщения о высокоразвитой летательной технике Древности (здесь уже безразлично, идет ли речь об атлантах или гиперборейцах), подверглись взыскательной научно-технической экспертизе со стороны серьезных ученых. Один из видных специалистов и пионеров в области воздухоплавания, авиации и космонавтики профессор Николай Алексеевич Рынин (1877-1942) издал в 1928-1932 годах уникальный 9-томник "Межпланетные сообщения", где собрал все доступные к тому времени сведения по истории и предыстроии вопроса, включая древние и средневековые легенды и гипотезы писателей-фантастов. Он-то и попытался дать беспристрастную оценку техническим достижениям древних гиперборейских и атлантидских авиаторов. По теософским данным, первобытные летательные аппараты строились либо из легкого металла, либо из специально обработанного дерева (последнее в наибольшей степени подходит для летающего корабля Лоухи). Древние "летучие корабли" были разных типов и вместимости. Они могли перевозить по воздуху от 5 до 100 человек (последняя цифра в точности соответствует данным "Калевалы"). Между прочим, беспримерный компендиум Рынина, посвященный мифологическим и научно-фантастическим полетам над Землей и за ее пределами, начинается с "Калевалы", с подъема Лоухи к Солнцу и Месяцу и их похищения. Летали древние корабли ночью и днем, в темноте светились. В качестве движущей силы использовалась субатомная энергия громадной мощности. Первобытный самолет состоял из центрального корпуса, боковых крыльев, килей и рулей. Сзади имелось два подвижных сопла, через них вырывались потоки огненной субстанции. Короче, принцип движения летательного аппарата был ракетным. Кроме того, под дном корабля находилось еще восемь сопел, с их помощью обеспечивался вертикальный взлет корабля. Реактивные аэропланы управлялись в полете автоматически, навигация осуществлялась при помощи визир-компасов. Скорость полета достигала 200 км/час Что еще можно добавить о научных достижениях гиперборейцев? Предположения могут быть самые невероятные, если вспомнить, что, по свидетельству Элиана (2; 26), (а сам он ссылается на авторитет Аристотеля), один из столпов и основоположников европейской да и всей мировой науки - Пифагор - был гиперборейцем и носил соответствующее прозвище. Значит, и уровень гиперборейской науки был никак не ниже Пифагоровых знаний. Дополнительным доводом в пользу вышесказанного о летательной технике далекого прошлого может послужить еще один факт, продолжающий "крылатую тематику". Археологов не перестает удивлять обилие так называемых "крылатых предметов", постоянно находимых в эскимосских могильниках и относимых к самым отдаленным временам истории Арктики (рис.145). (Между прочим, по эскимосским преданиям, прародители этого народа когда-то прилетели на Север на железных птицах). Сделанные из моржового клыка (откуда их поразительная сохранность), распростертые крылья из эскимосских могильников, не вписывающиеся ни в какие каноны, сами собой наводят на мысль о древних летательных приспособлениях. Антон Дождинов - читатель моей предыдущей книги (где упомянут данный факт) проанализировал техническую сторону эскимосских феноменов и пришел к выводу, что они представляют собой модели многофункциональных летательных аппаратов вертикального взлета и посадки; машина имела достаточно большие размеры и предназначалась для дальних перелетов с дозвуковой скоростью. Приложенная графическая модель северного самолета очень напоминает упомянутое выше описание древних летательных аппаратов атлантов-гиперборейцев (о документах, откуда оно заимствовано Антон ничего не знал). Впоследствии крылатые символы, передаваясь из поколения в поколение, распространились по всему свету и закрепились практически во всех древних культурах: египетской (рис.146), ассирийской, хеттской, персидской, ацтекской, майя и так - до Полинезии (рис.147). Ныне парящие крылья как архетип (подсознательная память о заре человечества) стали эмблемой российской авиации и космонавтики (рис.148). Возможные летательные способности гиперборейцев замыкаются еще на одну тему, которое имеет важнейшее значение для понимания истоков культуры Русского Севера (как, впрочем, и всего остального мира). Речь пойдет о тотемизме, который уже неоднократно поминался на протяжении всего предыдущего изложения.

РУССКИЙ СЕВЕР - ЗЕМЛЯ ДРЕВНИХ ТОТЕМОВ

Чем была бы земля Без зеленых лесов островерхих? Чем была бы земля Без раздольных лесов голубых? Потому навсегда Сохранится в любом человеке Уваженье к земле Как к кормилице предков своих. Есть богатство в лесах Это ягоды, птицы и звери. Сколько рыбы в озерах и реках Поди сосчитай. Много люди хранят О природе чудесных поверий. И природе о людях Известно достаточно тайн. Октябрина ВОРОНОВА - саамская поэтесса

Тотем - слово экзотического происхождения, взято из языка североамериканских индейцев, в научный оборот введено в прошлом веке. А родилось оно в той самой поэтической стране оджибуэев, с упоминания которой (среди прочих) начинается "Песнь о Гайавате" Генри Лонгфелло. Переводится "тотем" как "его род" и означает родовую принадлежность, но не по семейным узам, а по объединению себя и своего рода-племени с каким-либо животным, растением, стихией (например, водой, ветром, молнией) или предметом (например, камнем). Несмотря на кажущуюся нерусскость понятия "тотем", оно созвучно самым что ни на есть русским словам "отец", "отчество", "отчим" и т.п. В собственно индейской вокализации слово "ототем" ("тотем") произносилось как "оте-отем", где "оте" означает "род", а "отем" - местоимение "его" (по совокупности получается "его род"), а индейский корень "оте" полностью совпадает с русским наименованием отцовской принадлежности. Могут ли быть еще более убедительные доказательства былого единства всех и любых языков мира? Аналогичные параллели нетрудно отыскать и в других индоевропейских и неиндоевропейских (например, тюркских) языках, ввиду былой общности языков, верований, обычаев и, соответственно, тотемов. Тотемизм наследие тех древнейших верований и обычаев человеческой предыстории, когда само человечество, его праязык и пракультура были нерасчленены, а вместо современной палитры народов царил мир тотемов, тотемного мышления и тотемных привязанностей. В те далекие времена люди не отделяли себя от природы, видели в животных и растениях себе подобных - защитников и союзников. Н.Я.Марр даже считал, что в древности существовал особый тотемический строй с коллективным охотничьим производством (на тотемной основе). Джеймс Джордж Фрэзер определял данный феномен следующим образом:

"Тотемизм - это система полусоциальная, полусуеверная, которая весьма распространена среди дикарей прошлого и настоящего времени и согласно которой племя или коммуна разделена на несколько групп или кланов, члены которой считают себя соединенными родством и общим почитанием какого-нибудь вида среди явлений природы, каковым обычно является животный или растительный вид. Этот вид, животный или растительный, или охватывающий предметы неорганической природы, называется тотемом клана, и каждый член клана проявляет свое почтение к тотему путем воздержания от нанесения ему вреда. Это почитание тотема часто объясняется верованием, согласно которому члены клана являются родственниками и даже потомками тотема и представляет собой суеверный аспект тотемизма. Что касается социального аспекта системы, то она проявляется в ограничениях, препятствующих членам одного и того же клана вступать в брак между собою, так что они оказываются вынужденными искать себе жен или мужей в другом клане".

Для чего нужны тотемы и почему они появились? Каждому человеку необходимо отличать себя от других. На персональном или семейном уровне никаких проблем не возникает. Но как подчеркнуть свою уникальность и неповторимость на уровне рода, племени, этноса? Вот здесь-то и выработалась традиция различаться по тотемам, связав себя неразрывными узами с миром живой и неживой природы. В прошлом и по существу тотемизм предполагал полную идентификацию с конкретным животным (растением, предметом), включение их в систему "человек-тотем", где они полностью растворялись друг в друге. В этой взаимосвязанной системе тотему отводилась роль оберега: он охранял, защищал человека, помогал ему в трудных ситуациях (отсюда все сказочные животные - помощники). В свою очередь, все тотемные животные и растения табуированы: то, что считалось тотемом, нельзя было убивать, обижать, употреблять в пищу. Тотему поклонялись, ему приносились жертвы, он прославлялся и изображался всеми доступными способами. Тем не менее, тотемизм - это не религия, а приобщение себя и тотемных родичей к определенной части или стороне объективного мира и даже уподобление животным, растениям, предметам и стихиям с целью получения защиты со стороны тотема и психологической уверенности, что такая защита непременно будет обеспечена. Тотемы как символическая номинация родоплеменной принадлежности бывают родоплеменными, половозрастными, семейными и индивидуальными. Наиболее устойчивыми, сохраняющими свои регулятивные функции на протяжении веков и тысячелетий, оказываются клановые и племенные тотемы, их охранительная и объединительная семантика передается от поколения к поколению и на определенных стадиях общественного развития может закрепляться в форме геральдической символики: именно таково происхождение многочисленных львов, орлов и иных животных на государственных и дворянских гербах. До нынешних времен, однако, - если брать историю индоевропейской культурной традиции - сохранилась лишь малая часть тотемической символики прошлого, да и то преимущественно в виде культурных памятников или исторических, беллетристических и фольклорных текстов. Только в памяти, материализованной в рисунках, рельефах, скульптурах или зафиксированных преданиях, сохранились данные о тотемических верованиях древних народов. Множество пережитков тотемизма отмечено в религии Древнего Египта: десятки зверей, птиц, пресмыкающихся, рыб, насекомых, среди которых быки и коровы, козлы и бараны, кошки и собаки, обезьяны и свиньи, львы и гиппопотамы, соколы и ибисы, змеи и крокодилы, скарабеи и скорпионы и т.д. и т.п. На Крите почитался бык и обоюдосторонний топор-секира. Фетишизация топора как боевого оружия и многофункционального орудия труда была повсеместно распространена среди древнего населения Старого и Нового Света, уходя своими корнями в эпоху Золотого, Бронзового и Железного веков. Славяно-русская культура изобилует не только разнообразными натуральными топорами, возведенными, к примеру, у карпатских славян в особый культ, но также разного рода имитациями в виде украшений-подвесок, амулетов-оберегов и даже детскими игрушками (рис. 148-а). В Древнем Риме наиболее экзотическим тотемом был дятел, а наиболее известным - волк (Капитолийская волчица, выкормившая Ромула и Рема). У галлов название племен давалось по именам тотемов - быки, кабаны, вороны. Такой же обычай существовал и у других нецивилизованных народов. Многообразные рудименты тотемизма обнаруживаются в традициях и верованиях Древней Греции. Общим для всех эллинов считалось их происхождение от рыб. Особые тотемы имели отдельные племена и народы: считалось, что мирмодоняне произошли от муравьев, фракийцы и аркадцы - от медведей, ликийцы - от собаки, фивяне - от ласки. Несомненные отпечатки тотемизма носят и предания об оборотничестве, распространенные во всех древних культурах. Животное или растение, в которое обращается мифологический или сказочный персонаж, в конечном счете и может представлять тотем какого-либо конкретного племени, клана, семьи, округи, города или святилища. Греческая мифология особенно богата превращениями Богов и героев в животных, растения и некоторые неодушевленные объекты (камни, скалы, звезды). В мифах и их поэтических переложениях (Овидий написал на эту тему 15 книг, объединенных в знаменитые "Метаморфозы") зафиксированы оборотничества: Зевса - в быка; Гелиоса - во льва, вепря, пантеру; Афины в оленя, спутников Одиссея - в свиней и т.д. Тотемическое происхождение имеют и атрибуты-символы Олимпийских Богов: орел Зевса, сова Афины, лебедь, сокол, дельфин Аполлона, голубь Афродиты, конь Посейдона. Зафиксировано также почитание Геры в виде коровы, а Артемиды - с лошадиной головой (в Фигалии). Тотемическая история эллинов нашла опоэтизированное отображение во многих мифологических сюжетах. Без учета тотемного прошлого трудно, к примеру, понять, почему в Древней Греции был столь популярен миф о Калидонской охоте (в ней приняли участие многие из знаменитых героев Эллады). С точки зрения современного читателя охота на кабана - пусть даже очень большого - достаточно заурядное событие. Но если взглянуть на него сквозь тотемическую призму, все предстает в ином обличии: Калидонская охота символизирует победу над тотемом вепря (кабана) в период разложения протоэтносов. Хорошо известно, что в древней Европе тотем вепря в наибольшей степени был распространен среди кельтов. Потому-то и в мифе об охоте на вепря за позднейшими наслоениями и дополнениями недвусмысленно просматривается былое противоборство между эллинскими и кельтскими племенами и поражение кельтов (тотема вепря). Но можно пойти еще дальше. Как мы помним, согласно концепции Рене Генона, одним из древнейших значений Гипербореи могло быть "Земля Вепря" (Кабана). Не подлежит сомнению, что данное название носит ясно выраженный тотемический оттенок. В таком случае и высказанное выше предположение о противостоянии эллинам тотема вепря (кабана) могло как-то увязываться с Гипербореей и с тотемическими коллизиями происходивших оттуда этносов.

* *

*

Русская и славянская культура знает тотемизм в основном в форме пережитков, рудиментов, запретов. Данный вопрос был глубоко исследован в ряде фундаментальных работ замечательного русского этнографа и фольклориста Дмитрия Константиновича Зеленина (1878-1954): "Тотемический культ деревьев у русских и белорусов" (1933 г.), "Идеологическое перенесение на диких животных социально-родовой организации людей" (1935 г.), "Тотемы-деревья в сказаниях и обрядах европейских народов" (1937 г.) и др. У русских отголоски тотемизма сохранились главным образом в обрядовом фольклоре, связанном с почитанием и величанием деревьев, птиц, зверей, в сказках - особенно о животных. Многие традиционные русские образы-символы зверей и птиц несут на себе следы тотемов. Об этом явственно свидетельствуют положительные человеческие черты, которыми народ наделил сказочных животных, а также оберегательные функции, которые они выполняют (первейшее предназначение тотема - оказывать помощь всем, кто находится с ним в социально-родственных отношениях). Среди наиболее популярных персонажей русских сказок - звери (лиса, заяц, волк, медведь, козел, баран, корова, бык и др.), птицы (гусь, утка, петух, курица, ворон, сокол, лебедь и др.). Древнее тотемическое мышление обнаруживается во множестве популярных русских сказок: "Теремок", "Лиса и заяц", "Кот, петух и лиса", "Котофей Иванович", "Звери в яме" и т.д. и т.п. Содержащиеся в них тотемические реминисценции поддаются восстановлению и истолкованию, хотя и приблизительному, но все же достаточно близкому к первоначальному смыслу. Так, сказка "Зимовье зверей" запечатлела закодированную в образах животных информацию об объединении миролюбивых оседлых тотемов-кланов ради выживания в условиях наступившей зимы (а, возможно, и неожиданного катаклитического похолодания) и отражения нападения со стороны враждебно-грабительского тотема волков. Перечень зверей в разных вариантах сказки колеблется. Так, в сборнике Афанасьева зимующим тотемам быка, барана, свиньи, гуся и петуха противостоят нападающие на них тотемы лисы, волка и медведя. В бесхитростной сказке "Колобок" закодирована информация о соперничестве тотемов зайца, волка, медведя и лисицы-победительницы за право быть хранителем традиций культа Солнца-Коло, олицетворяемого Колобком, тождественным дневному светилу и по имени и по обрядовым функциям (его съедают, как на Масленицу поедают блины, символизирующие Солнце). Ряд птичьих тотемов символы перечисляется, к примеру, в чрезвычайно распространенной на Русском Севере сатирической былине "Птицы", где называются десятки пернатых, многие из них калькируют древние русские тотемы. Былина эта записана во множестве вариантов, но почему-то выпала из поля зрения современных исследователей. В процессе становления славянорусского этноса многие из былых тотемов стерлись в памяти. Народное творчество - бездонное хранилище неизбывной памяти о русских тотемах - не только в устном (фольклорном), но и в овеществленном виде. Коньки на крышах, петушки на маковках, утицы-солонки, олешки на полотенцах и рубашках - все это отголоски тотемного прошлого, запечатленного в орнаменте, узорах, вышивках, резьбе, росписи. В волшебных сказках всех времен и народов также аккумулированы остатки древнейшего мировоззрения. Например, широко распространенный мотив оборотничества (превращения человека в животное и обратно), - кроме тотемического оттенка, содержит также отголосок народных верований в переселение душ, получивших в дальнейшем развитие в религиозно-идеологических и философских системах - древнеиндийской, древнеегипетской, древнегреческой, древнекельтской и др. Помимо тотемов-животных, в памяти поколений сохранились образы и тотемов-растений. Наиболее типичными для славянских и других индоевропейских культур являются деревья - дуб и береза. Известна обширная древнекельтская (уэльсская) эпическая поэма "Битва деревьев", воссоздающая столкновение кланов-тотемов, где фигурируют свыше 20 древесных символов:

...От поступи мощного дуба дрожали земля и небо, Он втаптывал в землю врагов, разя их без счета, А рядом с ним царственный тис отражал атаки Врагов, что шли на него, как волны на берег моря; И груша сражалась там же, обильно кровь проливая; Каштан состязался с елью в свершенье подвигов ратных. Бел снег, и чернила черны, и зелены деревья, Спокойны пучины вод с тех пор, как я крик услышал; С тех пор березы растут в стране этой без опаски, И тянутся вверх дубы в холмистом Гвархан-Мелдеро.

У русских есть свой вариант воспоминаний о войне растительных тотемов. Но в отличие от кельтских сказаний он носит не эпический, а сатирический оттенок. Это - знаменитая сказка "Война грибов", где грибы воюют не друг с другом, а с царем Горохом. Поговорка: "При царе Горохе" - тоже рудиментарная память (или архетип коллективного бессознательного) об архаичном прошлом и тотеме гороха. С растительными тотемами связано множество обычаев и поверий, доживших до настоящего времени. Испокон веков существовало на Руси поклонение деревьям. Ни одна власть не оказалась в состоянии выкорчевать древнейшие языческие традиции. В прошлом церковные и светские источники постоянно отмечали неискоренимость культа деревьев: то тут, то там древопоклонники молились либо в священных рощах, либо "около куста", либо просто "дуплинам деревянным", либо перед особо почитаемыми деревьями, а ветки обвешивали платками и полотенцами. И все это вовсе не дела давно минувших дней. Этнографы регулярно констатируют стойкую и повсеместную веру в целительную и оберегательную силу деревьев, что наглядно проявляется хотя бы в народном обычае стучать пальцем по любому деревянному предмету, дабы предотвратить беду - отвернуть ее от задуманных планов или благополучного течения дел. Во многих районах - особенно на Севере и в Сибири - деревьям и кустам по-прежнему приносятся плоды, а ветки либо завиваются (как у березы на Семик), либо украшаются лентами. Кое-где до сих пор старые дуплистые деревья считаются наделенными целительной силой: чтобы ею воспользоваться, нужно прислониться к стволу, залезть в дупло или пролезть через него, если оно сквозное. Архаичным да и современным тотемным символом России тоже выступает белая береза. С березой связан и главный весенне-летний праздник. С момента введения на Руси христианства он приурочивается к Троице (пятидесятый день после Пасхи). Последняя (седьмая) неделя после Пасхи именовалась Семиком и на нее приходились так называемые зеленые святки. Именно этот краткий период характеризуется самым богатым циклом песен, игр, хороводов, гаданий, предсказаний. Одна из самых знаменитых русских народных песен "Во поле березонька стояла" с повтором:

Некому березку заломати, Некому кудряву заломати,

относится именно к семикско-троицким хороводным песням. Их христианская номинация чисто условная. На самом деле это самый что ни на есть древнеязыческий праздник. "Березку заломати" требовалось для того, чтобы сломать (иногда ломалась только макушка) и принести в дом, украсить его снаружи и внутри. Или чтобы поставить на видном месте и украсить лентами, бусами, платками. Или походить с ней по улице. Гораздо чаще березку украшали прямо в лесу. И там же одновременно завивали и развивали ее ветви (откуда один из припевов "Дубинушки": "Разовьем мы березу, разовьем мы кудряву"). Девушки плели венки и гадали о будущем. Бросание венка в реку или полноводный ручей в целях предвидения будущей супружеской жизни носило сугубо сексуально-эротическое содержание: вытянутая река (ручей) олицетворяло мужское естество, венок, соответственно, - женское, а обряд бросания имитировал их соитие. Кроме того, В венках из цветов, трав листьев и веток естественным образом соединилась символика вечного возвращения растительной жизни и небесно-космического круговорота, тайна жизни и тайна смерти. Магические функции венков чрезвычайно разнообразны: величальная (увенчание головы победителя или надевание цветочной гирлянды на шею); дожиночная, связанная с завершением сбора урожая; свадебная (откуда возникло само понятие "венчание"); погребальная (похоронные венки, надеваемые на усопшего или возлагаемые на могилу) и т.д. Магический смысл имеет уже сама форма венков - круг, тор, колесо, что полностью соответствует матриархальной семантике и распространяется на другие предметы, имеющие вагинальную форму - с отверстием посередине: кольца, обручи, звенья цепи, навершие ключей, выпечку - калачи, бублики, баранки и т.п. В фольклоре эти и другие аналогичные символы облекались в образно-иносказательную форму. Так, в былине о Ставре Годиновиче, известной еще по "Сборнику Кирши Данилова", акт любовного соития описывается при помощи традиционных метафор. Поэтические строки произносятся неузнанной молодой женой героя - Василисой Микулишной (предположительно дочерью Микулы Селяниновича), переодетой в мужское платье:

"Гой еси, Ставер, веселой молодец, Как ты мене не опозноваешь, А доселева мы с тобой в сайку игрывали: У тебя-де была свайка серебреная, У меня кольцо позолоченное, И ты меня поигрывал, А я тебя толды-вселды".

В другом варианте былины, записанной П.Н. Рыбниковым в Кижах Олонецкой губернии от крестьянина А.Е. Чукова, меняются образы, но не меняется символика женского и мужского начал:

"Ты помнишь ли, Ставер, да помятуешь ли, Мы ведь вместе с тобой в грамоты училися: Моя была чернильница серебряная, А твое было перо позолочено? А я-то помакивал тогда-всегда, А ты-то помакивал всегда-всегда?"

Круг, олицетворяющий женское начало, одновременно символизирует и оберегательные функции женской утробы, с которыми связано множество древних ритуалов: очерчивание кругом как защита от невзгод и несчастий, доение или процеживание молока сквозь венок, а также пролазание, протаскание, наблюдение, переливание, умывание, еда и питье - и все через венок. Вера славян в волшебную силу венка наглядно проявляется в их полифункциональном использовании в архаических празднествах - святочных, масленичных, троицких, купальских. На Семик с утра до ночи водились женские хороводы. Праздник был исключительно женский, уходящий своими корнями в матриархальную старину; мужчины к нему и близко не подпускались, лишь позднее нравы несколько смягчились. Праздновалось само таинство жизни, олицетворяемое женщиной. И березка символизировала это таинство, выступая подлинным Древом жизни. Пик неформальных семикско-троицких празднеств приходился на Духов день. Вопреки общеизвестным религиозным истолкованиям, именно в этот день до предела обнажалась подлинная подоплека древних языческих обрядов и их ярко выраженная сексуально-оргиастическая сущность. До недавнего времени истинный смысл троицкой обрядности был известен ограниченному кругу людей: непосредственным участникам, наблюдателям и этнографам-фольклористам. Последние, однако, не могли опубликовать собранные сведения из-за их откровенной "срамоты". Лишь в самое последнее время в научной печати появились тексты языческого происхождения. Срамные троицкие песни исполнялись исключительно женщинами, изобиловали ненормативной лексикой, носили вызывающе похабный характер и сопровождались плясками со столь же выразительной жестикуляцией. О матриархальных пережитках свидетельствует также и непременное изготовление чучела бабы с подчеркнуто большими грудями. Оно делалось из двух березок, обряжалось в платье, украшалось лентами и в долгом шествии с песнями и танцами относилось к реке, раздевалось и топилось. Это языческое шествие с трясучкой и ловлей мужчин во многом напоминает аналогичные ритуальные действия, устраиваемые во время античных дионисий и вакханалий.

* *

*

Тотемные предпочтения русского народа и тотемные реликты далекого прошлого явственно обнаруживаются и в причитаниях Северного края, например, в плаче (точнее было бы сказать - вопле), когда профессиональная плакальщица, используя в течение веков и тысячелетий выработанные клише, обращается к покойнику с такими словами:

Хоть с чиста поля явись ясным соколом, Хоть с глубокого озера серой уточкой, Хоть с погоста прилети да сизой галочкой. "..." Хоть с-под кустышка приди да серым заюшкой, Из-под камышка явись да горностаюшком...

Принадлежность конкретного тотема какому-либо роду-племени или, что одно и то же, принадлежность какого-то семейно-кланового или половозрастного образования конкретному тотему наглядно демонстрирует узнавательно-разграничительную функцию последнего, что помогает выявить себе подобных или отличать своих от чужих. В частности, это проявляется в особенностях одежды, головного убора, прически, украшений, косметики, татуировок, которые, как показывают данные археологии, в древности были распространены повсеместно. Например, русский женский головной убор кика по форме напоминает птицу, а его название происходит от названия лебединого крика - кика (кикать - "кликать, кричать"). Отсюда же и древнегреческое наименование лебедя - "Кикн" (так звали и сына Аполлона, превращенного после смерти в созвездие Лебедя). Тотемное прошлое живет и во множестве русских фамилий, восходящих к древним обозначениям тотемной принадлежности людей. Сами фамилии сравнительно недавнего происхождения. У простого люда они появились после отмены в России крепостного права. Речь, конечно, не идет о христианских именах, имеющих, в свою очередь, греческое, римское или библейское происхождение. Если открыть ономастиконы (сборники, составленные филологами на основе анализа разного рода документов прошлого), то обнаружится великое множество тотемных имен, принадлежавших нашим предкам вплоть до Петровской эпохи. Вот лишь некоторые из них, взятые наугад из именословов Н.М.Тупикова ("Словарь древнерусских личных собственных имен". СПб., 1903) и С.Б.Веселовского ("Ономастикон". М., 1974): звериные: Баран, Барсук, Бобр, Бык, Белка, Волк, Выдра, Горностай, Жеребец, Заяц, Зубр, Кобыла, Коза, Козел, Конь, Корова, Кот, Кошка, Куница, Лиса, Медведь, Мышь, Овца, Пес, Свинья, Собака, Соболь, Тур, Хомяк; птичьи: Воробей, Ворона, Гоголь, Голубь, Грач, Гусак, Дрозд, Дятел, Жаворонок, Журавль, Коростель, Коршун, Кречет, Кулик, Курица, Лебедь, Лунь, Орел, Селезень, Сова; рыбьи: Ерш, Карась, Рыба, Севрюга, Щука; растительные: Береза, Гриб, Груша, Дуб, Калина, Капуста, Крапива, Липка, Мухомор, Осина, Ракита, Репа, Орех; прочие: Блоха, Жаба, Жук, Комар, Мизгирь, Муравей, Муха, Паук, Пчелка, Рак, Таракан, Шершень. Все эти древнерусские имена и прозвища как наследие еще более древних русских, славянских, индоевропейских и доиндоевропейских тотемов стали неотъемлемой стороной современной жизни, войдя в живые русские фамилии. Откуда же взялось такое множество тотемов, каковы причины их дробления и появления новых? Данные процессы обусловлены вполне понятными, естественными причинами. Человек вообще стремится всячески подчеркнуть свою уникальность, обособить место и условия своего существования, обозначив по возможности разного рода отличительными особенностями в одежде, жилище, манере поведения и общения, а также в символике, наглядно выражающей такие особенности. При смене поколений, распаде этнических структур, обособлении семей каждое новое социально-этническое образование придерживается, как правило, сложившихся и усвоенных традиций, но одновременно стремится к выпячиванию собственных неповторимых черт. При резкой ломке условий жизни, при смене жизненных ориентаций и парадигм отказ от прежних традиций и переход к новым ценностям осуществляется в демонстративно подчеркнутой форме и сопровождается принятием новой символики, в том числе и в области родоплеменной принадлежности. Отсюда такое обилие и разнообразие тотемов, возникших не в раз, а на протяжении веков и тысячелетий. Механизм этого явления, срабатывающий на протяжении жизни нескольких поколений, хорошо иллюстрирует одна мансийская легенда, касающаяся лебедя и его тотемических функций. Лебедь, повествуют сказители, был когда-то человеком, но затем из-за царивших прежде постоянных драк и столкновений он стал просить Бога превратить его в птицу. Желание было исполнено, и таким образом появился лебедь. Он же был сначала и царем всех птиц, а орел служил при нем князем. Впоследствии царская власть перешла журавлю, так как лебедь не умел вовремя кричать. И так далее - пока царем не стал орел. Из этой северной легенды совершенно отчетливо видно, как происходила смена тотемов внутри единой народности при естественной родоплеменной дифференциации, когда попеременно доминировали то одни, то другие тотемы. Сказанное помогает нам перейти и к рассмотрению некоторых наиболее известных и популярных русских тотемов.

* *

*

Лебедь. Лебедь - священная птица древних славян и индоевропейцев (рис. 148-б). В местах проживания наших далеких предков (на Полтавщине) археологи раскопали датируемые VI-V веками до н.э. зольники - остатки культовых огневищ, окаймленные вырезанными из земли и раскрашенными в белый цвет 2-метровыми фигурами лебедей. Среди археологических находок в местах расселения западных славян - солнечные колесницы, запряженные лебедями, хорошо знакомые по культу Аполлона. По русским летописям и историческим легендам, сестра трех братьев - основателей Киева звалась Лыбедь. Лебедь одинаково популярен во всех частях света и особенно - на Русском Севере. Недаром Николай Клюев в программном стихотворении "Песни Гамаюна" провидчески провозглашал: "Север - лебедь ледяной". Образ лебедя в русской и славянской мифологии связан со светлым и радостным началом. Образ, воспетый Пушкиным, - Царевна Лебедь (рисю 148-в), олицетворяет именно такое древнее светоносное Божество. Пушкин ничего не прибавил и не убавил к неувядающим народным представлениям о прекрасной волшебной Деве с горящей звездой во лбу, чья вселенская предназначенность выражается в следующих космических функциях:

Днем свет белый затмевает, Ночью землю освещает, Месяц под косой блестит, А во лбу звезда горит.

Устойчивые представления о Лебединых девах (рис.149) прослеживаются до самых последних глубин, зафиксированных в литературных и фольклорных источниках. Образ этот одинаково распространен в славянских и скандинавских сказках. Лебедины девы, что прилетают к реке или озеру, сбрасывают лебединое одеяние, превращаясь в волшебных красавиц, и купаются в прохладной воде: здесь-то и подстерегает их добрый молодец. В немецких преданиях они трансформировались в колоритные образы валькирий - крылатых дев, реющих над полем битвы (рис.150). Сказочные валькирии, как и полагается Лебединым девам, часто появляются у реки, сбрасывают лебединое оперение и плещутся в прохладной воде. Кто спрячет их одеяние - под власть того они и попадают. Именно так в "Песни о Нибелунгах" один из главных героев заставляет Лебединую деву предсказать ему будущее. Представления, аналогичные индоевропейским, сохранились и у других народов, населяющих Север нашей Родины. Сходные персонажи есть у ненцев, бурятов, якут и др. При раскопках знаменитых Пазырыкских курганов на Алтае, относящихся к V-III вв. до н.э., в погребальной камере было обнаружено множество войлочных фигур лебедей. Все это свидетельствует о том, что гиперборейская лебединая символика охватывала значительные пространства Евразии и распространялась на многие разноязычные народы на протяжении многих тысячелетий. На алтайской реке Лебеди (!) - притоке Бии - и поныне проживает тюркоязычный народ лебединцы, ведущий свою родословную от первопредка Лебедя, не догадываясь даже о его тотемном происхождении. Образ Лебедя, Человека-Лебедя и лебединой символики проходит через всю историю культуры народов Евразии: от древнейшего ковша в виде лебедя, найденного при раскопках первобытной стоянки (III-II тыс. до н.э.) на Среднем Урале и петроглифов Онежского озера до нежных античных Богинь с лебедиными крылами. Крылатые девы со стилизованным оперением встречаются и на русских вышивках (рис. см., напр.: Изображение змееборца в русском народном шитье // Советская этнография. 1948. №4). Справедливости ради необходимо отметить, что не всегда женские лебединые образы несут стопроцентно положительную нагрузку. Марья Лебедь Белая из былины о Михайле Потыке - не просто соблазнительница, но и погубительница русского богатыря, за что заслуженно и лишилась головы. Средневековые рыцарские легенды содержат немало сведений и смутных воспоминаний о древнейшей истории, включая и гиперборейские времена. В тайных сказаниях Ордена тамплиеров о гибели Атлантиды упоминается гиперборейская раса людей, что пришла с Севера в Эпоху Белого Солнца. Цикл легенд о священном Граале напрямик указывает на волшебную северную страну, где в неприступном замке хранится чудодейственный Грааль, дарующий бессмертие и тайное знание. Оттуда и прибывает в челне, запряженном лебедем, Лоэнгрин (рис.151) - сын хранителя Грааля Парсифаля. В описаниях самого Грааля много разнобоя. В наиболее распространенной версии он представляет собой чашу с напитком бессмертия. Однако в монументальной поэме Вольфрама фон Эшенбаха "Парсифаль" (XIII в.) - Грааль изображается в виде камня, излучающего волшебный свет: достаточно глянуть на него, и человеческая жизнь продлится. Такая трактовка сближает Грааль со знаменитым Алатырем-камнем русских легенд и заговоров. Что касается главного назначения Грааля - даровать бессмертие, то данное свойство по своему смыслу близко действию живой и мертвой воды из русских сказок, способной оживлять умерщвленных героев. Кроме того, функционально Грааль сходен со знаменитым Кощеевым яйцом: оно не только находилось за тридевять земель в недосягаемом месте, но и обладало живительными свойствами. В одной из сказок, записанных от сибирской сказительницы Н.О.Винокуровой, Орел-царевич после победы над Кощеем оживляет умерщвленного отца с помощью Кощеева яйца. Существует легенда, что древне-скандинавские викинги сверяли удачу своих разбойных набегов с полетом лебедей. Так это или не так - теперь проверить трудно. А вот покорителю Сибири Ермаку путь за Урал совершенно точно по лебединой наводке открылся. Народный сказ про то, обработанный Павлом Петровичем Бажовым (1879-1950), называется "Ермаковы Лебеди". Ермак, как известно, - казацкое прозвище, настоящее же имя, по его собственным признаниям, было Василий, а фамилия совсем тотемного происхождения Оленин. Так вот, взял однажды мальчик Васютка (будущий Ермак) три яйца из гнезда погибшей лебедихи и подложил их дома под гусыню. Она-то и высидела лебедят, они потом до самой Ермаковой смерти дарили ему удачу: и на россыпи драгоценных самоцветов наводили, и путь в Сибирь указали. "Вовеки бы ему в сибирскую воду проход не найти, кабы лебеди не пособили", - вот какое мнение навсегда укрепилось в народе. Весь песенно-сказочный фольклор Руси и поэзия России расцветали под сенью лебединых крыльев. Лебединый образ русский человек впитывает с молоком матери, он передается как драгоценная память предков. Когда поэт пишет "О Русь, взмахни крылами!" - у русского читателя, скорее всего, возникает ассоциация птицы-лебедя. Россия - это и есть Царевна Лебедь, ставшая почти что олицетворением Руси. И не только олицетворением. По свидетельству византийского историка Х века императора Константина Багрянородного, сама территория, где жили древние руссы, именовалась Лебедией. Впоследствии это дало право Велимиру Хлебникову назвать новую Россию "Лебедией будущего". * *

*

Сокол. Тотемический образ сокола также доиндоевропейского происхождения. К тем незапамятным временам восходит и представление о Солнце как Соколе. У русских следы такого древнейшего отождествления обнаруживаются, помимо прочего, в архаичной загадке-поговорке, где Солнце именуется Ясным Соколом, а темная ночь - волком (еще одно доарийское олицетворение, встречающееся у многих и разных народов Земли): "Пришел волк Сокологоловым был древнеегипетский Солнцебог Хор (Гор) (рис.152), этимологически и функционально родственный русскому Солнцебогу Хорсу (того же корня русские слова "хорошо", "хор", "хоровод", "хоромы", "храм"), что лишний раз доказывает общее происхождение древнейших культур и верований. Между прочим, традиционный круговой обход вокруг буддийской ступы также именуется хора. Соколоподобным изображался и другой древнеегипетский Солнцебог - Ра (рис.153). Солнечный смысл присутствует и в самом слове "сокол": второй слог "кол", быть может, восходит к имени древнейшего Солнцебога Колы (Коляды). Но соколоподобным был и древнеславянский Бог огня и света Рарог (ср.: чешск. raroh; польск. rarog) - "сокол"; из этой общеславянской основы выводится и имя старорусского князя - Рюрик, который в этом случае, естественно, не мог быть никаким варягом и, видимо, никогда таковым и не был, а также фамилия русского художника и мыслителя - Рерих. Данная историко-этимологическая концепция восходит к замечательному чешско-словацкому просветителю, поэту, фольклористу, одному из основоположников панславизма Яну Коллару (1793-1852). В России горячим пропагандистом этих идей был историк-антинорманист, литератор, театральный деятель и под конец жизни - директор Эрмитажа Степан Александрович Гедеонов (1815-1878). В капитальном двухтомном труде "Варяги и Русь" (СПб, 1876) он развил аргументы Коллара. Именно отсюда концепция славянского происхождения Рюрика и Рюриковичей была позаимствована Владимиром Чивилихиным в его романе-эссе "Память", а также Сергеем Лесным в его многочисленных изданных за рубежом работах, посвященных древней истории Руси. Впрочем, имеется еще одна, более простая версия русской родословной Рюрика и русского же происхождения его имени. Она опирается на северные предания, согласно которым подлинное имя Рюрика было Юрик и явился он в Новгород из Приднепровья. Новгородцы "залюбили" его за ум-разум и согласились, чтобы он стал "хозяином" в Новограде. (Р)Юрик наложил на каждого новгородца поначалу небольшую дань, но затем стал постепенно ее увеличивать, пока не сделал ее невыносимой (что впоследствии усугублялось с каждым новым правителем). Первые летописцы, упоминавшие имя Рюрика, вряд ли опирались на какие-то письменные источники, а скорее всего, использовали устные известия. Постепенно исконно русское имя Юрик, помянутое в северорусском предании, оваряжилось. Еще одним подтверждением смысловой идентичности сокола с русским именем Рарог-Рерик-Рюрик служит княжеская символика рода Рюриковичей (рис. 154). Как известно, она имеет форму трезубца и в этом смысле стала основой украинской государственной геральдики. Между тем существует версия, что знаменитый "трезубец" на самом деле является стилизованным изображением сокола-рерика (рис.155). Впервые эту гипотезу выдвинул С.А.Гедеонов, впоследствии она получила дальнейшее обоснование. Версия выглядит романтичной и привлекательной и обычно вызывает горячие читательские симпатии. Однако символ трезубца, триглава, треножника как выражение священной троичности чрезвычайно распространен в мировой культуре. Выходя за пределы индоевропейской традиции, его можно обнаружить в вариантах, близких к символике киевских князей, и в древних онежских петроглифах (рис.156), и в этрусско-кельтской символике (рис.157), и в китайской каллиграфии, и в гигантских (около 200 м) древних рисунках-геоглифах на тихоокеанском побережье Южной Америки (рис.158), и в шаманских жезлах енисейских остяков (кетов) (рис.159). Так что какая бы то ни было славянская самостийность здесь ни при чем. В русском мировосприятии сокол часто сопряжен с лебедем. Обе птицы пребывают друг с другом в беспрестанной борьбе? Сокол нападает, преследует; лебедь спасается, защищается. Но всегда ли так? Ничуть! У Пушкина в "Сказке о царе Салтане", целиком построенной на образах и сюжетах русского фольклора, Лебедь-птица добивает и топит злодея-коршуна. В народной символике коршун - ипостась сокола, а все хищные птицы едины суть. В "Задонщине" - Слове Софония-рязанца соколы, кречеты, ястребы совокупно олицетворяют ратников Дмитрия Донского и перечисляются через запятую: "Ужо бо те соколе и кречеты, белозерскыя ястребы борзо за Дон перелетели и ударилися о многие стада гусиные и лебединые" (а чуть раньше были еще и орлы). Потом это повторит Александр Блок:

Над вражьим станом, как бывало, И плеск и трубы лебедей.

Лебедь также во многом собирательный символ. В русском фольклоре вообще считается нормой нерасчлененный образ "гуси-лебеди". В "Задонщине" они оказались наложенными на Мамаеву орду. Исторически это вполне объяснимо: сходная птице-звериная символика распространена у разных народов.

* *

*

Бык (корова). Культ быка и его атрибута в виде черепов, масок и изображений уходит в самую глубину веков. Глиняная модель храма, украшенная бычьими рогами, найдена при раскопках поселения Трипольской культуры на реке Рось (IV тысячелетие до н.э.). В Туве на скалах Вижиктич-Хая близ поселка Кызыл-Мажалык обнаружены петроглифы Солнечных быков, все тело которых испещрено солярными знаками. Среди многих солярных петроглифов, обнаруженных в урочище Тамгалы близ Алма-Аты, есть изображение Солнцебога, стоящего на быке (рис.160). Аналогичная атрибутика известна и в других культурах (рис.161). Обожествление быка и коровы, обращение их в культ неизбежно означало и наделение их космическими функциями. В Древнем Двуречии, Средней Азии, Индии и Иране бык олицетворял Лунное Божество. В древнегреческой мифологии Луна также символизировала быка или корову. В первую очередь это объясняется тем, что лунный серп по своей естественной форме более всего напоминает коровьи (или бычьи) рога. Именно поэтому эллинская Богиня Луны - Селена представлялась передвигающейся по небу в колеснице, запряженной коровами. Известно также изображение Селены с коровьими рогами (храм в Элиде). Этимологически русские слова "луна" и "месяц" восходят к праиндоевропейскому прошлому. Особый интерес представляет практически полное сходство этрусско-латинской номинации и символики со славянской традицией. Так, из древнеримской мифологии известна Богиня Ночного света, которая именовалась точно так же, как и в русском языке, - Луна (по ее имени был назван также этрусский город в Лигурии). Впоследствии это архаичное Божество было вытеснено культом Дианы (римский коррелят греческой Артемиды), и к ней перешли все лунные функции прежних Богов. Однако, одержав очередную идеологическую победу, новая религия оказалась не в состоянии, как это обычно и случается, вытравить из памяти народа древнюю космическую кодировку, сохранившуюся в языке и обычаях. Практически до падения Римской империи римская знать (и, в частности, сенаторы) носила на башмаках пряжки в виде полумесяца, которые так и назывались - lunula. Эти "лунулы" в точности соответствовали древнерусским амулетам-лунницам (рис.162). Но и это еще не все. Некоторые виды русских праздничных женских головных уборов - кокошников также имеют форму лунного серпа, обращенного "рогами" вниз (рис. 162-а). "Лунарные" кокошники и по сей день продолжают жить в торжественном убранстве женщин, хотя бы в ритуально-свадебных или танцевальных обрядах. Корнями же своими они уходят в праиндоевропейскую древность. Неспроста ведь силуэт уже другого - высокого кокошника один к одному повторяет контур классических индуистских головных уборов с той лишь разницей, что в Индии, Индокитае и Индонезии ими обрамляют голову не только женщин, но и мужчин. Античная культура - крито-микенская, древнегреческая, древнеримская неотделимы от мифов и обрядов, связанных с быком. В быка превращается Зевс. В качестве жертвы быка приносили Юпитеру. У древних славян существовал точно такой же обычай: согласно Прокопию Кессарийскому (VI в. н.э.), славяне жертвовали быков Богу - "творцу молний". Впоследствии обряд заклания приурочивался ко дню Ильи-пророка, который, как известно, просто заменил вытесненного Бога-громовержца Перуна. Архетипы космических быка и коровы закодированы и в образах русского фольклора. Архаичные верования отложились и сохранились в известной русской сказке об Иване Быковиче - волшебном герое, обладавшем даром оборотничества и контактировавшем с традиционными персонажами русской мифологии (Чудо-юдо многоглавое, Баба Яга, безымянное чудовище, наподобие Вия, которому веки вилами поднимают). Космическая символика закодирована в некоторых солярно-астральных образах этой сказки. Во-первых, герой сказки, хотя и Быкович по отчеству, но родила его корова-мать от златоперого ерша, поев остатки от царского обеда. Золотая же рыбка - всего лишь трансформированный образ Солнца - но не того, что на небе, а того, что отражается в воде (море, реке, озере) и кажется золотой рыбкой в глубине (нашим предкам оптические законы физики известны не были). Во-вторых, Иван Быкович занят поиском Царицы Золотые Кудри и женится на ней. Царица эта звездно-небесного происхождения: под конец сказки она обращается звездой и прячется на небе среди своих сестер. При помощи друга-звездочета Иван Быкович возвращает ее назад: "Сорвалась звездочка с своего места, быстро покатилась по небу, упала на корабль и обернулась Царицею Золотые Кудри". В ряде сказочных вариантов Иван Быкович именуется Иваном Коровьим Сыном, что не только соответствует действительной сюжетной канве, но и отражает определенную стадию социально-экономического быта русского народа, когда корова-кормилица сравнивается по своему значению с тягловым быком, а при замене последнего конем вообще выдвигается на передний план. Как и во многих мифологических и архаических религиозных системах, корова у славян - символ плодородия, изобилия и благоденствия, а бык - символ могущества и богатства. Традиция возвеличивания образа коровы, восходящая и к древнеегипетской мифологии, и к ведийской, а затем и индуистской религии, где корова до сих пор священное животное, - эта традиция закрепилась и в русском народном миросозерцании и сохранилась вплоть до нынешних времен, оказав, в частности, воздействие на творчество новокрестьянских поэтов С.Есенина и Н.Клюева. Древний, в основе своей доиндоевропейский, образ тотемной коровы и ее небесно-космических атрибутов пронизывает весь русский сказочный фольклор. В концентрированной форме он отразился в известной сказке о Крошечке-Хаврошечке - шедевре устного народного творчества из афанасьевского Cборника. Чудесная корова - помощница преследуемой девушки - гибнет в результате злых козней, из ее костей (вариант - из кишок) вырастает волшебная яблоня с серебряными ветвями и золотыми листьями (в русской сказке лишь в этом отдаленный намек на космические цвета солнечно-золотой и серебряно-лунный). Зато совершенно недвусмысленные космические реминисценции обнаруживаются в таком же сюжете о волшебной корове (в вариантах - быка) в белорусской сказке, записанной в прошлом веке в Витебской губернии Е.Р.Романовым. Сказка интересна редким в славянском фольклоре нюансом: отец после смерти жены пытается жениться на собственной дочери. Но мать из могилы советует дочери выдвинуть условие: пусть отец сперва справит платье "как на небе звезды, как на небе месяц" (вот они космические реминисценции!). Второе условие тоже связано с Космосом: отец обязан был справить повозку и коней, как звезды и как месяц. По счастью, кровосмесительства не произошло - да такое с точки зрения позитивной народной морали, закреплявшейся в фольклоре, и не могло случиться (что вообще-то не исключало случаев инцеста). По третьему условию, выдвинутому сиротой по совету матери (из могилы), отец должен жениться на вдове с тремя дочерями (в популярном варианте - Одноглазка, Двухглазка и Трехглазка). Дальше сюжет разворачивается по знакомой схеме: мачеха с дочерями пытается извести падчерицу, но той помогает волшебная Коровка Буренька. Когда мачеха с помощью дочерей выследила Корову, она велит ее зарезать. Но падчерица, по совету матери, находит зернышко в кишках зарезанной коровы, сажает, и из него вырастает яблоня - одно яблоко золотое, другое серебряное, которые никому не даются (золото и серебро здесь, как и полагается, олицетворяют Солнце и Луну). Да и падчерица между тем продолжает разъезжать в платье, как звезды и месяц на небе, и в такой же повозке с конями. (Здесь, несомненно, смутное воспоминание о космических колесницах древнеарийских богов, сохраненное в народном сознании и фольклоре.) Увидал ее в таком виде царский сын и влюбился. Падчерица пытается скрыться, но царевич разливает на ее пути растопленную смолу, в которой увязает один башмачок. Его стали примерять девушкам по всему царству, при этом мачеха подсекла пальцы своим дочерям, а падчерицу спрятала под корыто. Царевич находит свою суженую и женится на ней. Казалось бы, все - но нет. Когда у молодой царицы родился ребенок, мачеха превратила падчерицу в лису и подменила собственной дочерью. В конце концов обман разоблачается: муж увидел, как лиса сбрасывает шкуру, чтобы покормить своего ребенка. Шкура сжигается, и наступает неотвратимое возмездие: мачеху и ее дочь - царицу-самозванку привязывают к конским хвостам и пускают в чисто поле. Напрашивается параллель между русским понятием "корова" во всех его мифологических и обрядовых смыслах, с одной стороны, и, с другой стороны, одним из имен греческой Персефоны (римской Прозерпины) - Богини Подземного царства, дочери Зевса и Деметры, у которой ее когда-то похитил Аид и сделал своей супругой (рис.163). Второе, не менее известное имя (даже, скорее, прозвище) Персефоны - Кора, что дословно означает "девушка", "дева", "девственница". Здесь напрашивается прямая аналогия с нарицательным именем русской невесты - "корова" и первоначальным смыслом имени греческой Коры - "дева-девственница". Оба слова оказываются близкими по смыслу и этимологически родственными. Рудименты древнего поклонения Быку и Корове сохранялись в народе вплоть до ХХ века. Исследователи русского фольклора Б.М. и Ю.М.Соколовы сообщили в Предисловии к своему сборнику "Сказки и песни Белозерского края" (Пг., 1915) о бытующем среди новгородских крестьян языческих обычаях. В храмовый праздник 8 сентября и церкви села Пречистого крестьяне приводят "обещанный" скот. На паперти, в особо для этого устроенном месте, одного быка торжественно закалывают; мясо варят и тут же угощают им нищую братию. С поправками на время здесь несомненный отголосок того самого древнейшего обряда, о котором упоминается в известной присказке: "На Море-океане, на острове Буяне - стоит дуб зеленый, под ним бык печеный, в нем нож точеный..." Корни же данного обряда уходят в доиндоевропейскую и индоевропейскую древность, когда Бог-громовержец (Индра, Зевс, Юпитер, Перун) или отождествлялся в какой-либо своей ипостаси с быком, или же очень тесно привязывался к корове-бычьим мифологическим сюжетам, а ритуал во многом сводился к принесению соответствующей жертвы. Точно так же в честь Бога-громовержца приносились в жертву быки на Русском Севере. Еще в конце прошлого века среди крестьян Олонецкого края бытовал обряд жертвоприношения быка, подробно описанный Е.В.Барсовым. В урочный час приводили к церкви одного или нескольких "завиченных" (заветных) быков. Если жертвенных животных было несколько, то бросали жребий, кому из них быть первым. Хозяин избранного быка, получив благословение священника, отрезал у жертвы кончик правого уха и передавал его в часовню. Затем быка отводили на поварню, убивали, разрубали и варили большими кусками (от 4 до 8 фунтов), при этом мясо прикрепляли к краям котла ивовыми прутьями. Голову и бульон отдавали нищим, а правую заднюю ногу на причет церковный. По окончании вечерни или обедни священник с причетниками освящал жертву, и народ тотчас же бросался делить Ильинскую жертву. Поделив Ильинское мясо, все отправлялись на луг, где устраивалась общая трапеза. Кости сохранялись - они считались приносящими счастье и увеличивающими (утраивающими) богатство. В описанном обряде причудливо переплелись и ужились языческие и православные обычаи. Подобные жертвоприношения - и не одних только быков - в прошлом многократно описывались в русской литературе, локализовываясь в основном в северных областях. Совсем не случайно, что жертвенный обряд с быком перемежевывался при этом с жертвоприношением оленя. Это наверняка объясняется особенностями тотемных предпочтений на разных стадиях развития протославянских и индоевропейских этносов. Вполне естественно предположить, что культ дикого оленя предшествовал культу одомашненного быка (коровы). Логика же тотемной памяти иррациональна: в преемственном коллективном сознании сменявших друг друга поколений два древних тотемных символа - олень и бык - слились в единый образ тура-оленя: еще совсем недавно в южнорусском фольклоре жива была песня про "дивное зверье тура-оленя". Любопытно также, что в древнерусском языке долгое время сохранялась архаичная вокализация слова "олень" - "елень", в котором явственно просматривается его происхождение от слова "ель", "елка" (получается: "елень" - это ельниковый зверь, то есть тот, что живет среди елей). Из этого же лексического гнезда вышли исконно русские слова "елань" ("лесная прогалина" или "луговая равнина") и образованное от первого - "лань" ("дикая коза"). Память о тотемном праиндоевропейском и постиндоевропейском прошлом явственно просвечивается в былине "Два тура и турица". Удивительно также, что сохранилась она и была записана в конце прошлого века среди терских казаков. Содержание этой редкой былины на первый взгляд самое что ни на есть приземленное: подгулявшие накануне казаки вышли поутру опохмелиться за городскую стену и вдруг увидели двух золоторогих туров. Здесь в бытовую часть повествования вклинивается архаично-сказочная вставка, в которой рассказывается, как два тотемно-ритуальных быка (откуда их златорогость) плывут к гиперборейскому Острову Буяну:

Да бежали туры во сине море, Да спускались туры в море по брюхо, Забивали туры морду по уши, Достовали туры ключевой воды; А напившись туры в море поплыли. Переплывши туры Океан-море, Переплывали туры на Буян-остров, Там встречала их родная матушка, Молодая турица златорогая, Златорогая да одношерстная...

Сюжет о двух турах и турицах златорогих известен и в северных записях - и, в частности, во вступлении к одному из вариантов былины о богатыре Василии Игнатиевиче и Батыге. Но в записи А.Ф.Гильфердинга отсутствует наиболее древний и интересный мотив, связанный с Островом Буяном. Космическая же атрибутика быков-оленей ("быков" - в данном случае "самцов") легко обнаруживается, к примеру, в двух славянских песнях болгарской и русской, - где привязка к устойчивым астральным символам оказывается практически идентичной. В болгарской песне:

Сделал его Бог оленем с ясным Солнцем на челе, с месяцем на груди, с частыми звездами по телу.

В русской вятской свадебной песне, сохранившейся в дореволюционном архиве:

Ой, был я у Дуная на бережке... пил олень воду, а сам взыграл... ой, на правом бедре млад светел месяц, ой, на левом бедре красное солнышко, ой, насупротив оленя заря утренняя, ой, по оленю частые звезды.

* *

*

Конь. Почти все волшебные функции коня удачно соединены в классической литературной сказке Петра Павловича Ершова "Конек-горбунок", бережно и скрупулезно использовавшего образы русского фольклора. Два небывалых коня золотогривых, их мать - волшебная кобылица, умчавшая Иванушку к поднебесью, и, наконец, чудесный Конек-горбунок, уносящий своего хозяина еще дальше - к небесным светилам. Здесь сконцентрированы древние, восходящие к гиперборейским временам, верования о космической предназначенности коня. В индоевропейской традиции Бог Солнца неотделим от солнечных коней или солнечной колесницы, на которой он ежедневно объезжает небо с Востока на Запад. Гимны Ригведы славят солнечного Бога Сурью:

Запряг (Сурья) семь чистых Дочерей колесницы солнца. На них, самозапрягающихся, ездит он (1, 50, 9). ................................ Благодатные рыжие кобылицы Сурьи, Яркие, пестрые, вызывающие восторг, Достойные поклонения, поднялись на спину неба. В один день они объезжают небо и землю (1, 115, 3).

В современном литературном переводе гимны Ригведы, обращенные к Сурье, звучат так:

...Семь кобылиц по крутым небесам влекут твою колесницу, Пламенновласый ты тьму сжигаешь радостно и легко, И все, что дышит, видит и слышит, к свету к тебе стремится, О славный Сурья, о наш Солнцебог, о Видящий далеко! ...

Конь в Ригведе представляется рожденным из океана с крыльями сокола или вытесанным Богом из Солнца (1, 163, 1-2). Древним индийцам вторили древние иранцы: Мы молимся Солнцу, Бессмертному Свету, Чьи кони быстры.

Древнегреческий Бог Солнца Гелиос перемещается по небу в колеснице, запряженной четверкой коней (рис.164), что соответствует либо четырем странам света, либо четырем временам года. В одной же из польских сказок Солнце ездит в алмазной двухколесной повозке, запряженной двенадцатью златогривыми конями (сивками), что соответствует двенадцати месяцам в году. В огненной колеснице, запряженной конями, по небу разъезжает и грозный славянский Бог Перун - породитель молнии, дождя и грома. Не стоит тешиться заблуждением, что вера в Перуна сама собой сошла на "нет" после того, как Владимир Святой повелел разрушить все языческие святилища, а деревянное изваяние Перуна бросить в Днепр. Еще в XIV веке священнослужители продолжали жаловаться: "Но и ныне по сукраинам молятся ему, проклятому Богу Перуну". А у болгар почитался и в XVIII веке: во время засухи для вызывания дождя практиковалось некое языческое действо с ряжением молодежи и хождение по домам с пением, прославляющим Перуна в надежде, что он как владыка грозы, молнии и грома ниспошлет на страждущую землю долгожданный дождь. Небесный конь - неразлучный спутник и другого общеславянского Бога Световита (рис.165), чей образ восходит к доарийской истории и верованиям нерасчлененных народов Евразии. Считается, что именно его представляет знаменитый Збручский идол (рис.36). Четырехликий фалло-герметический Световит смотрит в четыре страны (стороны) света, как бы распространяя на них свою власть. Одновременно он и средоточие, куда сходится с четырех сторон весь свет. По свидетельству латинских средневековых авторов-очевидцев Гельмольда и Саксона Грамматика, у балтийских славян при Арконском храме содержался в большом почете белый конь, посвященный Световиту, а возле огромного скульптурного изображения этого Бога висели седло и удила. Ездить на Световитовом коне было строжайше запрещено, дотрагиваться до него - тоже. Только жрец имел право выводить и кормить священного коня. Народ верил, что Световит садился ночью на своего небесного коня и, устремляясь в небо на врагов славян, истреблял их дотла. Летающие и скачущие до небес кони - излюбленные образы русского фольклора. С детства и навсегда врезаются в память завораживающие строки, дошедшие из незапамятных времен и звучащие как заклинания:

"Конь бежит - земля дрожит, из ушей дым валит, из ноздрей пламя пышет". "Сивка-Бурка, Вещая Каурка, стань передо мной, как лист перед травой!" "В правое ухо влезь, в левое вылезь - станешь таким красавцем, каких свет не видывал".

Космические реминисценции проступают и в сюжетах о конях, скачущих до неба, и в сюжетах о героях, рожденных от лошади. Так, в известной сказке об Иване-Кобыльникове сыне, записанной в Сибири в начале века, спутниками и помощниками героя выступают Иван-Солнцев сын и Иван-Месяцев сын. В русском фольклоре и народном миросозерцании с единосущностью коня и Солнца связаны другие известные образы и имена. Так, сказочный конь Сивка-Бурка (или в сказках других славянских народов - Солнечный конь, Конь-солнышко), вне всякого сомнения, олицетворяет дневное светило. Его имя также восходит к протоиндоевропейским верованиям (Богиня Сива " Бог Шива). В одной из самых емких по мифологической закодированности сказок из афанасьевского Сборника о Василисе Прекрасной приоткрываются древнейшие представления русского народа о слитности смены дня и ночи с космическими всадниками: День ясный - "сам белый, одет в белом, конь под ним белый и сбруя на коне белая"; Солнце красное - всадник "сам красный, одет в красном и на красном коне"; Ночь темная - "опять всадник: сам черный, одет во всем черном и на черном коне". Мифологические солнцеобразы сливались с тотемными доминантами и не просто вошли в плоть и кровь народного миросозерцания, но стали неотъемлемой частью народного искусства и повседневного быта. Многочисленные и разнообразные изображения солнечных коней встречаются в русском орнаменте, резьбе, утвари (рис.166). Конские головы, укрепляемые на краю крыш, символизируют солнечную колесницу (в развернутых сюжетах вышивок, росписей и резьбы эти кони, как правило, изображаются вместе с Солнцем). В композиции русской избы кони, устремленные в небо, как бы уносят весь дом в космические дали. Солнце присутствует здесь же в разных украшениях - оно неотделимо от этого полета, более того - это как бы модель солнечной колесницы, запряженной деревянными навершными конями. Навершие крыши, называемое охлупень (от слова "охлуп" - "крыша", "кровля"), не обязательно делалась в виде коня. На Русском Севере были также распространены охлупни-утицы. Утка, водружавшаяся при этом на конек, раскрывала еще более глубинные пласты народного миросозерцания: она символизировала ту самую калевальскую Праматерь-утку, которая, по общему представлению многочисленных народов Евразии, сотворила землю и весь мир.

* *

*

Архетипы животных, выступавшие опорными точками народного мировоззрения и неисчерпаемыми источниками духовных сил, пронизали в дальнейшем всю русскую литературу - поэзию и прозу. Тотемические символы неистребимы: передаваясь от поколения к поколению, они живут не только в изображениях, изваяниях, устном и письменном слове, но и в традиционных обрядах. Никакие идеологические новации не смогли вытеснить тотемические каноны русской свадебной лирики. Ее главные действующие лица - жених и невеста именуются по-тотемному: утка да селезень, сокол да лебедь.

Сокoл да Сокoл Сокoлович, Свет добрый родной молодец... Летал Сокoл по крутым горам, Искал Сокoл лебединые стада...

Что, Гоголь мой, Гоголечек? Был ли ты, Гоголь мой, на море?..

Белые Лебедки! Где вы бывали?..

Не вылетай, Утица, из-за острова...

И т.д. и т.п. Эта загадочная на первый взгляд свадебная символика уходит своими корнями в те невообразимо далекие времена русской предыстории, когда не было вовсе никакой этнической или языковой расчлененности и тем более - национальной обособленности, и представители одних тотемных родов женились или выходили замуж за иноплеменников иной тотемической принадлежности. Как сейчас говорят: "вышла замуж за русского (татарина, якута, осетина и т.д.)", - так тогда говорили: "вышла замуж за сокола (лебедя, гоголя, ворона, журавля и т.п.), имея в виду принадлежность жениха или мужа к конкретному тотему. Песен с тотемными отголосками записано великое множество: они не канули в Лету, а по сей день выступают неотъемлемой исполнительской стороной русского свадебного обряда. Естественно, соколами и лебедями, селезнями и утками обрядовый фольклор не ограничивается. Известно, к примеру, множество вариантов шуточной песни про свадьбу совы, что вышла замуж за "белого луня, за милого друга". Здесь тотемная сова заменила традиционную лебедь (утицу), а тотемный сокол превратился в свою более редкую для фольклора ястребиную разновидность - луня. Русские песни сохранили множество свидетельств и о древнейших дендрототемах. Знаменитая "Калинка-Малинка" - не что иное, как закодированный тотемный пароль, фиксировавший когда-то конкретную тотемную принадлежность. А рефрен типа "Ой, кaлина моя! Ой, мaлина моя!" сродни припевам "Ой, Дид-Ладо!" с призывами к славянским языческим Богам Диду и Ладу. Былинный Калин-царь отголосок все тех же тотемных времен и подчас жестокого противоборства различных тотемов; лишь впоследствии произошло его совмещение с воспоминаниями о более знакомых по злодеяниям врагах, в основном - о степняках-кочевниках, что веками терзали Русь. Из того же тотемного прошлого и сказочный Калинов мост как символ кланово-племенного рубежа. В новейшем - небезынтересном, хотя и спорном - переложении на современный литературный язык "Слова о полку Игореве" ("Молодая гвардия". 1995. №1. Перевод В.Молоканова) лебеди и соколы напрямую истолковываются как тотемы. Прав или не прав переводчик, по-новому объясняя значение древнерусских слов и восстанавливая якобы имеющиеся пропуски, - это лишь одна сторона медали. Другая же такова: скрытый смысл или подтекст угаданы правильно. Дословно знаменитый фрагмент из зачина древнерусской поэмы - в отличие от канонических версий - переведен так:

Помнили ибо народы древних племен тотемы. Пускали тогда соколов десять на стадо лебедей, кто догонял (свою лебедь, тот и женился на ней), да прежде того песню пел...

Конечно, понятие "тотем", заимствованное из языка одного из индейских племен, выглядит более чем инородным даже в контексте современного перевода. Однако автору оригинальной интерпретации никак нельзя отказать в достаточной аргументированности. Термин "тотем" возникает в поэтическом переложении знаменитой фразы о вещем Бояне, помнящем "первых времен усобицы". В древнерусском тексте стоит "усобицъ", но смысл в ту пору данное слово имело двоякий: во-первых, "распря", во-вторых, "особь". В древнерусских текстах можно встретить слово "усобичный" - "родственный", "единоплеменный". Из лексического гнезда однокоренных слов с основами "усоб-особ" вышла целая смысловая цепочка: "особо", "особый", "особенный", "обособленный", "особь", "особа" ("лицо"). В сочетании с древнейшим смыслом, означающим "родственность" и "единоплеменность", а также будучи спроецированным на социальные, родоплеменные отношения, слово "усобицы" и позволяет истолковать его как "тотемы": особый род - это и есть тотем. История тотемов - русских и мировых - неисчерпаемый кладезь знаний о далеком прошлом, охватывающем отрезок времени, несоизмеримый с письменной историей. В учебниках и научных книгах обычно описывается история, занимающая 2 тысячи лет новой эры и 3 тысячи лет до новой эры, итого - 5 тысяч лет. Это всего лишь жизнь 150 поколений, если считать по демографическому канону: 3 поколения в столетие. Не так уж и много с учетом того, что сюда умещается вся история мировых цивилизаций, начиная с расщепления арийской этнокультурной общности и становления древнейших государств Индостана, Китая, Двуречья, Малой Азии и Египта. Тотемная же история неизмеримо богаче и шире: 40 тысяч лет (условно) существования человечества, начиная с утра цивилизации - Гипербореи - и до нынешнего этапа его развития, - это 1200 поколений. Так не будем обеднять собственную историю! Тем более что тотемное прошлое не исчезло бесследно. Оно живет в современных символах, государственной и сословной геральдике, обрядах, традициях и, наконец, во многих фамилиях, названиях рек, озер, древних городов, селений и просто заповедных мест. По ним-то и удается расшифровать пути древних миграций и восстановить мысленные контуры истории и предыстории человечества.

ДО ПОДЗЕМНОГО ЦАРСТВА РУКОЙ ПОДАТЬ

А мы, мудрецы и поэты, Хранители тайны и веры, Унесем зажженные светы В катакомбы, в пустыни, в пещеры.

Валерий БРЮСОВ

Имеется еще один интересный аспект гиперборейской истории и предыстории, который требует особого внимания и отдельного рассмотрения. Предполагается, что во времена катастрофических климатических и геофизических изменений часть тогдашнего населения планеты попыталась спастись от смертоносного похолодания и ожидаемого очередного потопа не с помощью миграций на юг или перекочевки в высокогорье, а путем поиска убежищ прямо на месте - под землей. Для этого использовались прежде всего естественные подземные пустоты. Но не только они. Преданиями о подземных царствах и подземных жителях перенасыщен фольклор разных стран и разных народов. Есть ли в этих легендах рациональное зерно? Скорее всего есть! Дыма без огня не бывает. Особенно много подобных сказаний на территории Севера вообще и Российского Севера в частности. Среди русского населения, а также аборигенов Европейской и Азиатской частей России особенно популярны рассказы о "подземной чуди", обитающей глубоко под землей и ведущей особый образ жизни. "Чудь" - собирательное название для древних неведомых народов, некогда живших на поверхности земли, но из-за неблагоприятных обстоятельств вынужденных переселиться под землю или даже под воду. У Николая Рериха есть даже символическая картина на данную тему, написанная в 1928-1930 гг. (рис.167). Русские поморы, издревле промышлявшие на самой крупной островной территории России - Новой Земле, по-северному - Матке (откуда и поэтическое название пролива - Маточкин Шар) рисовали самые невероятные картины новоземельских ледяных городов, церквей и замков:

"Посреди Матки "..." города есть, не нашим земным городам чета. Церкви в эфтом городу ледяные, дома тоже. А живут там на просторе, в таком захолустье, куда живой душе не добраться, все охотнички да ловцы, что на Матке Детализация темы обнаруживается в преданиях российских саамов - древнейшей коренной народности Европейского Севера. О лопарской легенде поведал Василий Иванович Немирович-Данченко (1845-1936) - некогда весьма популярный и плодовитый писатель, чье собрание сочинений насчитывало 50 томов. Он еще в конце прошлого века пешком исходил чуть ли не всю Русскую Лапландию, написал об увиденном несколько сочувственных книг, одну даже детскую, "для народа и школ", с трогательным названием "Лопь белоглазая". По саамской версии, древний народ, что раньше обитал на Севере, погрузился на дно океана и там продолжает жизнь. Под водою, как и наверху: те же горы, леса, бродят звери, летают птицы. "Чудь подземная" (точнее было бы сказать, "подводная") пасет под водой не только оленей, но и моржей, тюленей, разводит вместо коров дельфинов, отбиваясь от нападения акул с помощью огромных железных луков и каменных стрел. Своеобразная полярная версия легенды о Невидимом граде Китеже, с той лишь разницей, что речь идет о целом народе, погрузившемся вместе со своими городами в пучину Ледовитого океана и продолжающем там прежнюю жизнь. Несомненная память о гиперборейских временах! Таинственные обитатели подземно-подводного царства постоянно дают о себе знать: в определенных (как правило - экстремальных) ситуациях они выходят на контакт с людьми. Константин Дмитриевич Носилов (1858-1923) - известный в прошлом писатель и исследователь Севера, основавший в начале века первую на Новой Земле колонию и сам проживший в ней безвыездно три года, записал от стариков-ненцев несколько рассказов о встречах с загадочным Белым Стариком. Высокий, молчаливый, с длинной бородой и белый, как снег, он всегда неожиданно представл перед людьми в минуты смертельной опасности и спасал терпящих бедствие, а заблудившимся в полярной вьюге и мгле знаками показывал дорогу к дому. Исчезал так же неожиданно, как и появлялся. Постоянные встречи с ним и счастливые избавления от гибели зафиксированы и на Новой Земле, и на полуострове Ямал на берегу Карского моря, и в низовьях Оби, и на Полярном Урале. Аналогичная белая фигура появлялась и во время экспедиции Барченко в Русскую Лапландию, что отмечено в дневниковых записях Кондиайна. Ненцы, принявшие христианство, считали высокого старика Святителем Николаем. Однако молчаливый спаситель может быть кем угодно, тем более, что легенды о нем уходят в глубь языческих времен. Главный же вопрос: откуда он появляется среди белого безмолвия или в суровую полярную ночь? И мысленный взор вновь обращается к Подземному царству... Представление о нем имеет древнейшие корни. И не только сказочные или мифологические. Сведения на сей счет сохранились, к примеру, в русских летописях, где они излагаются как сами собой разумеющиеся факты. Так, в Начальной летописи под годом 1096-м (6604) Нестор воспроизводит свою беседу, надо полагать, с приезжим новгородцем:

"Теперь же хочу поведать, о чем слышал 4 года назад и что рассказал мне Гюрята Рогович новгородец, говоря так: "Послал я отрока своего в Печору, к людям, которые дань дают Новгороду. И пришел отрок мой к ним, а оттуда пошел в землю Югорскую. Югра же - это люди, а язык их непонятен, и соседят они с самоядью в северных странах. Югра же сказала отроку моему: "Дивное мы нашли чудо, о котором не слыхали раньше, а началось это еще три года назад; есть горы, заходят они к заливу морскому, высота у них как до неба, и в горах тех стоит клик великий и говор, и секут гору, стремясь высечься из нее; и в горе той просечено оконце малое, и оттуда говорят, но не понять языка их, но показывают на железо и машут руками, прося железа; и если кто даст им нож ли или секиру, они взамен дают меха. Путь же до тех гор непроходим из-за пропастей, снега и леса, потому и невсегда доходим до них; идет он и дальше на север".

В дальнейшем эти сведения стали перекликаться и с легендами о другом таинственном городе Русского Севера - "Мангазеи златокипящей". Такой город действительно существовал в районе Обской и Тазовской губы до середины ХV11. Однако после недолгого и фантастического расцвета (когда через него ежегодно проходило до полумиллиона шкурок соболей - "мягкой рухляди"-пушнины, по терминологии того времени) Мангазея неожиданно исчезла с лица земли. По официальной версии - сгорела до тла со всеми домами, складами церквями и архивами. По народным преданиям - опустилась на дно океана. В исключительно содержательной книге путевых очерков "Страна холода" (1877), которая и сегодня читается с неослабным интересом, Немирович-Данченко излагает легенду о "подземной чуди" несколько иначе:

"Чудь "ушла в камень", в нем хоронится. По вечерам "..." она внутри гор разговаривает. Перекликается тоже. Из пахты В беллетризированной форме о том же самом рассказывает и А.В.Барченко. Он, как известно, не просто верил в правдивость древних легенд, но и пытался отыскать реальные следы мифологизированных событий в районе Русского Севера. Именно здесь и развертывается действие его романа "Доктор Черный". Собственно действие, если быть точным, развертывается по всему миру - и в Индии, и в Тибете, но завершается в глубоких и наполненных неразгаданными тайнами подземельях Русского Севера. Приключениям в многокилометровых северных пещерах, когда едва не погибает одна из героинь романа, предшествует ее разговор со стариком-плотником:

"Далеко, на том берегу, вспыхнул огонь. Окунулся, исчез, замигал снова, и было похоже, будто в глубине озера, блеснув чешуей, поползла змейка. Тучи, подмазанные краской заката, падали в воду. И навстречу, со дна поднимались такие же тучи, и нельзя было разглядеть, где зажегся, мигает огонь. Обнажая небо, тучи уходили друг в друга, и не было туч, не было озера. Синие шапки сосен под обрывом, опрокинутый берег и жуткий маленький огненный глаз - всё висело в мутной лиловой мгле и вместе с нею дрожало и колыхалось под глухими ударами колокола. А огонек всё мигал. Притухал временами, передвигался. И особенно жутко почему-то становилось на душе, когда, шевеля тонким лучом, будто подтягивался к веранде, будто делался ближе... - "..." Что это за огонь мигает, Илья? Где это? Это рыбаки? Старик повернулся к озеру, долго смотрел, даже рукою прикрылся, хотя давно погасла заря, пожевал неодобрительно губами. - Никак нет, это не рыбаки. Это ... в печорах. - Где? - переспросила хозяйка. - Так точно. В печорах. Там рыбаков не бывает. Каменья там, скалы, гранит. Глухое место... Это в печорах. Хозяйка спросила с неудовольствием: - Там пещеры? - Так точно, печоры. К самой воде подходят, а потом в землю, в скалу, на Фильянскую сторону. Говорят, на большие тыщи верст под землей эти печоры самые, очень глухое место, прямо, можно сказать, темное. - А огонь там откуда? Старый плотник пожевал губами еще неодобрительнее. Покосился в сторону огонька, покрестился на звуки благовеста. Отозвался нехотя: - Так то...Нечистота. - Что такое? - хозяйку, видимо, не на шутку заинтересовал жуткий огонек. Что ты говоришь, Илья? Какая нечистота? - Обнакновенно какая... - Плотник решился, махнул на огонь шапкой, заговорил скороговоркой. - Вы, сударыня, себе этим не беспокойте, оставьте безо внимания. Не к добру это, не к ночи будет сказано - просто можно сказать, к несчастью. Тут, в этих местах. в старое время чудь жила. Очень обнакновенно, не извольте смеяться...Жила, стало быть, чудь, а потом чухны этой стороной завладели, так точно. Вот она, стало быть, и ушла под землю...Чудь эта самая. Живет себе никому невидимо. Ну, а как, стало быть, перед бядой, перед несчастьем каким, сейчас она повылазит. Огонь жжет, аукает, людей пужает...прямо, можно сказать невежество. А изымать ее человеку никак невозможно. Подойдешь, а она в землю уходит".

Надо полагать, Барченко знал, что описывал. И именно это искал! Нашел ли? В 1-й части уже говорилось, что экспедиция "Гиперборея-98", через 75 лет следуя по маршруту Барченко, обнаружила взорванный лаз под землю. Кто его взорвал? Когда? И почему? На эти вопросы еще предстоит ответить... В мифологизированном сознании русского народа "подземная чудь" не обязательно локализовывалась на Севере. На Алтае среди староверов ходили столь же колоритные и подробные рассказы о подземных хранителях "ключей от счастья". Впрочем, старообрядцы пришли на Алтай после церковного раскола и гонений не ранее конца ХV11 века. А давно известные легенды просто спроецировали на "местные условия". Память о Золотом веке оказалась неискоренимой. И привязывалась она к вечной Стране счастья - Беловодью:

"Вот здесь и ушла Чудь под землю. Когда Белый Царь пришел на Алтай воевать и как зацвела Белая Береза в нашем краю, так и не захотела Чудь остаться под Белым Царем. Ушла Чудь под землю и завалила проходы каменьями. - Сами можете видеть их бывшие входы. Только не навсегда ушла Чудь. Когда вернется счастливое время и придут люди из Беловодья и дадут всему народу Великую науку, тогда придет опять Чудь, со всеми добытыми сокровищами".

Сказания о Подземном царстве - излюбленный фольклорный сюжет разных народов мира. У манси оно располагается в районе Ледовитого океана. Его властитель - Бог Куль-отыр (один из сотворцов Вселенной) - живет здесь в золотом дворце (мифологема Золотого века) в окружении свиты из подземных карликов. У русских особенно любима во все времена была сказка о трех подземных царствах - Медном, Серебряном и Золотом. Популярность ее не поддается сравнению. Только опубликованных различных версий ее известно около пятидесяти. Хотя главный стержень во всех известных вариантах остается неизменным. Да и сюжет - в общем-то достаточно незамысловатый тоже. Суть такая: главный герой - естественно, младший брат, всеми презираемый (имя и сословная принадлежность у него в разных сказках может не совпадать, и уж совсем не обязательно - Иван-царевич) попадает под землю, где попеременно попадает в Медное, Серебряное и Золотое. Надо полагать, царства располагаются друг над другом, но из контекста сие не следует. В каждом царстве живет распрекрасная девица-хозяйка - одна краше другой. (Виктор Михайлович Васнецов посвятил им одну из лучших своих картин "Три царевны Подземного царства", которые существуют в двух далеко нетождественных вариантах: один (1881 г.) можно увидеть в Третьяковской галереи, другой (1884 г.) - в Киевском музее русского искусства). После ряда неизбежных в таких случаях приключений и преодоления смертельной опасностей герой возвращается на родную землю, женится на самой ослепительной красавице - хозяйке Золотого царства, да еще и братьям своим по жене дарит. Какими-либо уж очень уникальными подробностями сказки не блещут. Однако кое-что все-таки имеется. Во первых, попасть в Подземные царства не так уж и сложно: нужно отворотить большой камень (конечно, заветный), а там "дыра в землю"; дальше - главное: не теряться и не бояться. Во-вторых, во всех трех царствах светло, как днем, - тоже немаловажно. В-третьих, счастье там и изобилье: ешь - не хочу. Одним словом, перед нами классическая мифологема "трех веков" (трех стадий первоначального развития человечества) - Медного, Серебряного и Золотого, облаченная в сказочную форму. Любопытно однако: почему этакая благодать оказалась под землей, а не наверху, не на поверхности земли-матушки. Впрочем, с точки зрения Матери Сырой Земли все части ее "тела" прекрасны: внутри или, так сказать, во чреве даже теплей и уютней. Но не спроста ведь Страна счастья под землей оказалась? Пока что запомним это, а ответить на вопрос постараемся попозже. Другая отличительная особенность русских сказок про Подземное царство - обратное возвращение главного героя домой. Если вниз он проник через довольно таки узкое отверстие, то назад, вверх возвращается, как правило, сидя верхом на могучей птице. Зоологическая принадлежность птицы тут решительно никакой роли не играет, а вот летательный аспект путешествия на поверхность земли - вряд ли здесь случаен. Мы уже видели, с чем он связан. Не гиперборейские ли опять отзвуки?

* *

*

У других народов России и Российского Севера подземные жители известны под разными именами (рис.168). Наиболее известны рассказы ненцев о сиртя (другие варианты произнесения - сииртя, сихиртя, сирте). Об этих таинственных подземных жителях иностранные мореплаватели, искавшие северный проход в Индию и Китай, сообщали в своих путевых заметках и вахтенных журналах, начиная с ХV1 века. Можно назвать англичанина Бэрроу (1556), голландца ван Линсхоттена (1594-1595), француза де Ламартиньера (1671). Сподвижник Ломоносова русский академик Иван Иванович Лепёхин (1740-1802) сообщает в своих подробных дневниковых записях об подземных убежищах "наподобие пещер, с отверстиями, подобными дверям". Другой русский ученый - Александр Шренк, - двигаясь вдоль побережья Ледовитого океана в 1837 году обследовал одну из таких пещер и оставил ее описание в книге "Путешествие к северо-востоку Европейской России через тундру самоедов к северным Уральским горам" (1855):

"В прежние времена (когда страна эта еле-еле была известна) она была обитаема совершенно другим племенем, нежели которые заселяют ее теперь. Племя это, равно и многие другие, говорящие не русским языком, известно у русских под общим названием чуди, т.е. чужого народа. Самоеды называют их "сирте" и с уверенностью говорят, что они жили в этой стране до них, но что потом они ушли будто под землю. Так, один самоед малоземельской тундры рассказал мне, что в настоящее время сирты живут под землею, потому что они не могут видеть солнечного света. Хотя они и говорят своим собственным языком, однако ж они понимают и по-самоедски. "Однажды, - продолжал он, - один ненец (т.е. самоед), копая яму на каком-то холме, вдруг увидел пещеру, в которой жили сирты. Один из них сказал ему: оставь нас в покое, мы сторонимся солнечного света, который озаряет вашу страну, и любим мрак, господствующий в нашем подземелье; впрочем, вот дорога, которая ведет к богатым соплеменникам нашим, если ты ищешь богатств, а мы сами бедны. Самоед побоялся следовать по указанному ему мрачному пути, а потому скорее закрыл вырытую им пещеру. Но известно, - продолжал рассказчик, - что сирты большею частью богачи: у них чрезвычайно много серебра и меди, железа, олова и свинца. Да и как им не иметь всего этого, когда они живут под землею, откуда, как говорят, все эти предметы добываются".

Аналогичные рассказы бытуют и по сей день. Нередки и очевидцы. Вот как описывает увиденного сиртя молодой ненецкий охотник из низовий Енисея: "Это такой белый, как известь, человек. Как тень, ходит. Вроде на солнце смотреть не может, только на темноту. Кто сиртя увидит, счастливым будет". Подобные описания очень уж напоминают известия о другом таинственном существе - так называемом "снежном человеке".

* *

*

О "снежном человеке" многие слышали, но мало кто его видел. Хотя очевидцы есть - я сам знаю нескольких, которым не могу не доверять. Кстати, в октябре 1997 года в московском Дарвиновском музее состоялся международный симпозиум криптозоологов, посвященный проблеме "снежного человека", точнее - 30-летней годовщине единственной достоверной киносъемки так называемого "реликтового гоминоида", сделанной американцами в Северной Калифорнии. С кинофрагмента, окрещенного "60 секунд, которые потрясли мир", и началась встреча энтузиастов-искателей, приехавших из разных стран. Крошечный кинофакт у экспертов сомнений не вызывает. Однако сейчас речь пойдет о другом. Общеизвестно, что "снежный человек" покрыт густой шерстью. Но из этого автоматически делают другой, ничем не подкрепленный вывод: перед нами чудом уцелевший реликт, некое подобие неандертальца с соответствующим уровнем интеллекта. Так ли это? Факты иного порядка - но все-таки факты! приводят к выводу диаметрально противоположному. По традиционным древнейшим представлениям многих народов Боги сначала создали мир, а затем человека. Но в мифологии древних ариев - прапредков всех современных индоевропейских народов - есть еще одно промежуточное звено, которому как-то не придают особого значения. Оказывается, задолго до людей Боги создали еще и популяцию высокомудрых и сверхсовершенных обезьян. И произошло сие экстраординарное событие близ все той же Полярной горы Меру, в районе Арктиды-Гипербореи. Именно здесь находился город Бога-творца Брахмы. Однажды Брахма (рис.169), погруженный в думу, уронил слезу, и из нее вдруг возникло обезьяноподобное существо. Оно и стало первопредком того таинственного, покрытого густой шерстью человекообразного племени, которое появилось на Земле значительно раньше людей, но всегда было значительно умней и сильней представителей человеческого рода: так, мифические обезьянолюди могли свободно перемещаться в воздушном и безвоздушном пространстве. Первопредок обезьянолюдей был существом двуполым. Точнее, рожден он был мужчиной, но однажды превратился в женщину да такую прекрасную, что в нее мгновенно влюбились два самых могущественных Бога - Индра-громовержец и красносолнечный Сурья. Оба устремились к красавице-обезьяне и одновременно овладели ею. И от обоих Первобогов родились два чудесных сына, одного из которых назвали Сугрива. Он и есть тот самый "царь обезьян" из "Рамаяны", который помог великому Раме одержать его блистательные победы, предоставив индийскому герою своего главного советника - мудрейшую из мудрейших "обезьян" Ханумана (рис.170). Действие "Рамаяны", как известно, развертывается на сугубо индийской почве. Но в великой индийской поэме имеется значительный архаичный пласт и многочисленные северные реминисценции, восходящие к арийскому и доарийскому периоду истории индоевропейцев. Вот почему индоарийских "обезьянолюдей" приходится признать уроженцами Севера. Того же Ханумана. О, это была удивительная до неправдоподобности "обезьяна"! Сподвижник Рамы обладал воистину бесценными качествами. Чего стоили только его летательные способности! Хануман вырастал до исполинских размеров и проносился по поднебесью, как летучая гора. Ветер, рожденный его стремительным полетом, рассеивал облака на небе и гнал по морю бурные валы. Тень Ханумана бежала внизу по волнам, словно судно, движимое попутным ветром. А он летел в вышине, то ныряя в тучи, то снова появляясь из них, словно ясный месяц. Уместно вспомнить, что точно такая же "летающая обезьяна" известна и в китайской мифологии. Это знаменитый Царь обезьян Сунь У-кун (рис.170-а), хорошо известный во всем мире по популярнейшему классическому роману У Чэн-эня "Путешествие на Запад" и его многочисленным экранизациям, включая мультфильмы. Как и его индийский собрат, Сунь У-кун - сверхразумное существо, способное к молниеносным прыжкам и длительным полетам в любые части пространства. Хотя литературная обработка популярных легенд была осуществлена сравнительно недавно - в XV1 веке, - в ее основе, несомненно, лежит древнейшая устная традиция. Тибетцы, как уже упоминалось, считают своим тотемным первопредком и праотцом Царя обезьян, который также явился с Севера, где первоначально жил в окрестностях (полярной) горы Меру (Сумеру). Следовательно, индийская, китайская и тибетская мифология не просто органично переплетаются, но попросту смыкаются в своих глубинных корнях. Еще одним коррелятом северного "снежного человека" выступает его южный собрат. Таков Энкиду, густошерстное и сверхсовершенное существо с гор, друг и побратим Гильгамеша - героя великого шумерийского и ассиро-вавилонского эпоса. Энкиду (раньше читалось - Эабани) таинственное горное существо. Покрытое густой шерстью и обладающее невероятной силой - физической и психической:

"..." Некий муж, что из гор явился, Во всей стране велика его сила, Как у небесного воинства Ану, крепки его силы...

В эпосе сообщаются и более удивительные подробности. Оказывается, Энкиду "порожденье полуночи". Столь неожиданную для Ближнего Востока подробность можно истолковывать по-разному, в том числе и в традиционном для русского читателя смысле: полунощная страна - Крайний Север, царство полярной ночи. Люди при встрече с Энкиду цепенеют. Про охотника, что впервые столкнулся с "полунощным косматым существом, сказано: он не просто "устрашился, умолк, онемел", но страх проник в его утробу, а лик стал подобным мертвецу. Сказанное вполне соответствует рассказам очевидцев о столкновениях со "снежным человеком". Загадочное существо излучает мощное энергополе, от которого люди впадают в оцепенение, а охотничьи собаки (из тех, что не боятся медведя), поджав хвост, жмутся к ногам хозяина. Отсюда уместно предположить: мы имеем дело не с примитивным реликтом, а со вполне развитым существом, по умственным способностям ничем не уступающим человеку, а, может быть, даже его и превосходящим. Когда обремененные северной мифологической традицией индоарии после климатической катастрофы устремились на Юг, они встретили в Индостане настоящих обезьян, чем-то напоминавших высокомудрых соратников полярных Небожителей. Этого стало достаточно, чтобы объявить хвостатых обитателей теплого юга священными животными - в память об их северных прототипах. А что же последние? Какова последующая судьба этого удивительного народа? Можно предложить несколько версий. Первая: популяция была полностью уничтожена во время мировой катастрофы. Вторая: она сумела приспособиться и выжить в суровой климатической обстановке, например, в подземных убежищах. Третья: она постепенно деградировала в неблагоприятных для социального развития условиях, утратив все цивилизационные навыки и умения. Два последних объяснения неизбежно подводят к предположению об идентичности выживших потомков древнего и высокоразвитого "обезьяньего племени" с тем собирательным образом "снежного человека", свидетельства о существовании которого зафиксированы во многих регионах земного шара, включая Русский Север. Здесь наибольшее число данных о встречах со "снежным человеком" или нахождении следов его присутствия (отпечатки ступней, лежки, клочки шерсти, экскременты и т.п.) приходится на Кольский полуостров - один из периферийных центров древней Гипербореи. Оставляя в стороне всю фактологическую часть свидетельств о встречах со "снежным человеком" в различных (как правило, безлюдных местах), зададимся вопросом: почему он так старательно и умело избегает людей? Бояться ему вроде нечего. Ведь первое, на чем настаивают очевидцы, это - недюжинная физическая сила таинственного существа. Не исключено также, что оно обладает невероятными гипнотическими способностями - вплоть до того, что становится невидимым для наблюдателя. Потому-то он так легко оставляет всех охотников за ним с носом. Но где же все-таки ему удается так успешно скрываться от любопытных глаз? Да там, где он в общем-то в основном обитает и проводит долгую и суровую зиму - в недрах земли! Иначе лютая и темная полярная ночь не оставит ему шансов для выживания. Судя по всему, в глубинах горных образований да и просто под землей сохранились обширные пустоты естественного (а может даже - и искусственного) происхождения с благоприятными геотермальными условиями. Здесь-то и нашли свое убежище выжившие потомки "обезьяньего племени". Есть, видимо, что скрывать в глубинах Кольской земли. Но, быть может, неуловимый "снежный человек" и есть последний хранитель тайн далекого прошлого, пока что надежно сокрытых от посторонних глаз? Зачем же он тогда так тщательно прячется от людей? А разве нужны мы ему - если подумать?

* *

*

Предположение о существовании в недрах земли обширных пустот и пространств, могущих служить убежищами как в прошлом, так и в настоящем или будущем, имеет длительную историю. Один из самых знаменитых романов Жюля Верна, как известно, называется "Путешествие к центру Земли". В прошлом веке строение земного шара представлялось не менее смутно чем сегодня. Потому-то Жюль Верн и посчитал вполне допустимым отправить своих героев по пещерным ходам к самому сердцу планеты. В России жюльверновский сюжет был блестяще обыгран в популярном романе В.А. Обручева "Плутония" с той разницей, что русские путешественники спускались в просторы полой Земли, населенной ископаемыми животными, не по узким и темным проходам, а по обширной впадине, расположенной в заполярной области. Здесь нет нужды пересказывать содержание романов. Однако нынешние представления о том, что же находится не только в центре Земли, но и вблизи ее поверхности, по-прежнему открывают возможности для любой фантазии. Господствующая концепция первоначального огненно-жидкого ядра Земли, хотя и подтверждается наглядно вулканической деятельностью, не дает вразумительного ответа на вопросы, как это огненное ядро в свое время возникло, каков "механизм" подпитки подземной энергетики и почему Земля быстро не остыла в соответствии с законами термодинамики. Существуют и другие гипотезы, в том числе и дожившая до наших дней концепция "полой Земли". Она была особенно модной среди разного рода оккультистов (в Америке существовала даже целая секта), а также среди германских ученых и политиков в годы третьего рейха. Дело доходило до того, что в разгар Второй мировой войны адмирал Дёниц по заданию фюрера несколько раз изыскивал возможность, чтобы отправить флотилию подводных лодок в воды Антарктики со заданием для специально сформированного отряда: отыскать под ледниками южного континента проходы, ведущие в подземные убежища. Есть сведения, естественно, тщательно скрываемые и засекреченные по сей день, что экспедиция не была безрезультатной. В послевоенные годы теорию "полой Земли" продолжал отстаивать и развивть чилийский (и шире южноамериканский) мыслитель Мигель Серрано. В 1964 году американец Реймонд Бернар опубликовал работу под названием "Полая Земля" , где он поднял завесу молчания, нависшую над одной из первых полярных экспедиций адмирала Ричарда Бэрда, совершенной не в Антарктику, как большая часть его позднейших путешествий, но на "Великий Север" Америки. Бэрд обнаружил якобы на Аляске отверстие в земной коре, оно открывало доступ к обширному подземному району с теплым климатом. Строгим предписанием американского Государственного Департамента запрещалось писать об этом открытии - за исключением некоторых умышленных утечек информации. Чем был вызван такой запрет? Причина стратегическая: если под Беринговым морем, между Восточной Сибирью и Аляской, существуют природные подземные ходы, американским генералам и политикам было о чем тревожиться. Тем не менее просочившиеся в печать сверхсекретные сведения вдохновили американского фантаста Абрахама Мерритта на создание романа "Обитатели миража". В нем рассказывается о расположенных в самом центре Аляски подземных убежищах, где и поныне в благоприятных геотермальных условиях продолжают существовать наследники гиперборейской цивилизации. Справедливости ради необходимо сказать, что еще в 20-е годы русский писатель Лев Гумилевский опубликовал повесть "Страна гипербореев", где он развивал практически ту же идею, но только в "надземном" варианте: потомки гипербореев выжили в самом центре Кольского полуострова на Умбозере, на одном из островов которого сохранился благоприятный микроклимат. Сведения о древних подземных убежищах сохранились и в другом конце земного шара. Наиболее впечатляет информация, обнародованная известным исследователем палеоконтактов и цивилизаций прошлого Эрихом фон Деникеном. Отношение к этому плодовитому и исключительно активному автору со стороны официальной и официозной науки весьма неоднозначное. Конечно, можно по всякому оценивать его подчас действительно экстравагантные интерпретации. Однако, все что касается фактической стороны дела, неутомимому швейцарцу невозможно отказать прямо-таки в дотошной добросовестности. Тем более, что все памятники он пунктуально и скрупулезно фиксирует на кино- и видеопленку. Кроме, к сожалению, одного - именно того, о котором речь пойдет ниже. Впрочем, на то есть свои причины и объяснения. Вполне, между прочим, приемлемые. Итак, по порядку. Летом 1969 года аргентинец Хуан Мориц открыл в непроходимых джунглях Эквадора разветвленную систему подземных убежищ и лабиринтов. Он не только оформил открытие нотариально, но и немедленно принялся атаковывать правительство Эквадора на предмет организации и проведения официальных археологических изысканий с участием государственных структур. По данному вопросу Хуан Мориц добился аудиенции у президента республики. Однако поддержку получил только на словах в виде ничем не подкрепленных обещаний. Политическая ситуация в Эквадоре хронически нестабильна, не говоря уж о том, что экваториальная республика традиционно входит в число беднейших стран мира. Государственные деньги на какие-то там археологические исследования, когда люди кругом мрут от голода, никогда и никому не отпускались. Положение аргентинца понять не трудно. Когда при организации и проведении экспедиции "Гиперборея" мы обратились в различные бюрократические инстанции, то услышали примерно тоже самое. Не меньшую "доброжелательность" встретили и в научных кругах, где, помимо ссылки на безденежье, еще и заявили, что их вообще не интересуют никакие незапланированные исследования на Севере. Нынешнему поколению археологов хватает запланированных работ (кстати, тоже не финансируемых), а чем будут заниматься последующие поколения - пока никого не интересует. Одним словом, почти по Маяковскому: "Не входит ваше изобрэтэнье в перспективный план на ближайший квартал". Это в России. Что же тогда говорить об Эквадоре. Сказанным, однако, дело не ограничивалось. Место, где были открыты подземные пещеры и туннели считается табуированным и находится под защитой очень недружелюбного к чужакам индейского племени. Индейцы знают о существовании лабиринтов, считают их священными и, хотя сами боятся туда спускаться, никого к ним и близко не подпускают - под страхом смерти. Хуану Морицу удалось наладить нормальные отношения с аборигенами через священника, которому краснокожие прихожане, кстати, неоднократно приносили дары и пожертвования в виде загадочных древних предметов (в том числе золотых). Но была еще одна опасность. Так как информация об открытии просочилась в печать и стала достоянием широкой общественности, возникла реальная возможность проникновения в тайные убежища разного рода авантюристов, искателей сокровищ и бандитских шаек. Потому-то Хуан Мориц предпринял ряд упреждающих шагов, дабы засекретить местонахождение древних подземелий. Естественно, возникшая ситуация лишила покоя такого неуемного человека, каким является Эрих фон Денникен. Через адвокатскую контору в Эквадоре он отыскал археолога-любителя, договорился о контакте и вылетел в Гуаякиль. Мориц согласился показать Денникену подземные галереи при одном условии без какой бы то ни было фото- или киносъемки. Обидно, но что поделаешь! Сутки на вездеходе по полупроезжей дороге - и вот перед изумленным взором открылся огромный проем, пробитый в скальной породе. Далее - репортаж очевидца, самого фон Денникена, приведенный в его книге "Золото Богов":

"Мы вошли в его тень. С каждым шагом отблеск дневного света мерцал все дальше и дальше, и наконец мы погрузились в полную тьму. Над головой хаотично носились птицы. Мы зажгли фонари. Перед нами разверзлось отверстие, уходящее вертикально вниз. По этому узкому колодцу при помощи простой веревки спускаемся на ровную площадку на глубине 80 метров. Затем следуют еще два спуска по 80 метров каждый. Отсюда начинается наше знакомство с миром, тысячелетия тому назад созданным ныне забытой расой. Бесспорно, речь идет не о природных образованиях: подземные коридоры сворачивают строго под прямым углом, они - то широкие, то узкие, но стены всюду гладкие, словно отшлифованные. Потолки идеально ровные и будто покрыты лаком. Все это напоминало бы бомбоубежище, если бы не находилось на глубине 240 метров!"

Описанное далее изумляет еще больше. Под сводами гигантского подземного зала с высотой потолка до 150 метров находилось целое хранилище древних предметов, всевозможных изображений целая библиотека на металлических пластинах. Что это - сон? Фальсификация? Не верить Эриху фон Денникену в данном конкретном случае нет оснований. Когда его обвинили в аналогичной ситуации во лжи, касающейся неизвестного научной общественности древнего города в горных джунглях Колумбии, упрямый швейцарец нанял вертолет, добрался до нужного места, произвел киносъемку и предъявил заснятое всему миру. Впоследствии кинорепортаж составил целую серию знаменитого сериала "По следам всемогущих". Однако с описанным фантастическим спуском на 240-метровую глубину не все оказалось так просто. Вскоре дотошным журналистам удалось выяснить, что Денникен несколько преувеличил степень своего личного участия в исследовании подземных туннелей. Ему, действительно, удалось проникнуть на некоторую глубину, но все потрясающие подробности (включая и сведения о библиотеке) он описал со слов Хуана Морица, который вскоре рассорился со всем миром и перестал идти на контакты с кем бы то ни было, особенно с прессой (по причинам, указанным выше). Эриха фон Денникена в очередной раз обвинили в фальсификации; причем на сей раз ему не удалось представить убедительных контраргументов. Российскому читателю, безусловно, удивляться особенно не приходится: подземные диковинки и чудеса давным-давно описаны в сказах Бажова, который, как известно, опирался на предания уральского люда, что бережно передаются от поколения к поколению :

"Тут зашумело что-то, как осыпь земляная. Глядит Данилушко, а стен никаких нет. Деревья стоят высоченные, только не такие, как в наших лесах, а каменные. Которые мраморные, которые из змеевика-камня...Ну, всякие...Только живые, с сучьями, с листочками. От ветру-то покачиваются и голк дают, как галечками кто подбрасывает. Понизу трава, тоже каменная. Лазоревая, красная, разная...Солнышка не видно, а светло, как перед закатом. Промеж деревьев змейки золотенькие трепыхаются, как пляшут. От них и сет идет. И вот подвела та девица Неоднократно предпринимались попытки представить Подземное царство во всем его величии и красоте с помощью кинематографических (фильм "Каменный цветок") и изобразительных средств. Постоянно к данной теме, как уже говорилось, обращался и Николай Рерих (рис.171). Все вышеприведенные, а также нижеследующие на первый взгляд разрозненные факты объединяет фантастическое и таинственное название - Агарта. Так именуется на Востоке подземная страна Высшего знания и духовного разумения, где обитают человеческие существа иного, более высокого порядка и уровня развития, одаренные вечной юностью и глубочайшей мудростью. Достаточно подробно ее, с опорой на базовый мифологический и фольклорный материал описал русский путешественник и общественный деятель польского происхождения Фердинанд Оссендовский (1878-1945). Горный инженер и геолог по образованию, он во время гражданской войны в России оказался на самой высоте бюрократической иерархии - стал министром финансов в Омском правительстве адмирала Колчака. После провала колчаковской авантюры и восстановлении Советской власти в Сибири Оссендовский бежал в Монголию, долго скитался по Центральной Азии, побывал в Тибете и, наконец, очутился в Лондоне, где в 1922 году опубликовал на английском языке книгу с несколько нетрадиционным названием - "И звери, и люди, и Боги". По жанру это, скорее всего, - путевой дневник. Но тем он и ценен, ибо автор ничего не выдумывал, а лишь добросовестно фиксировал то, что видел и слышал. Именно в Монголии по крайней мере не боятся говорить вслух о величайшей Тайне тайн, каковым считается предание об Агарте. В народе по большей части распространены истории, наподобие русских легенд о "подземной чуди" или невидимом граде Китиже. Последнее даже более точно, так как увязывает сказания о Подземном царстве с эпохой Чингисхана. Однако подобная актуализация древней истории типична для народного сознания, оторванного от достоверных источников: известно, что даже в начале нынешнего века население степной Украины упорно считала скифские курганы шведскими могилами, а соловецкие монахи (до закрытия монастыря в революционные годы) считали, что древнейшие каменные кладки-лабиринты на Соловецких островах, восходящие не иначе как к гиперборейской старине, выложены якобы по указанию Петра 1. Так и монгольские араты рассказывали русскому путешественнику осовремененную легенду о том, как некое монгольское племя, спасаясь от ига Чингисхана, ушло под землю и навсегда скрылось в Подземной стране. Пастухи даже показывали место, где это произошло. Когда-то давным давно некий охотник проник через закоптелые ворота в Подземное царство Агарты, а вернувшись стал рассказывать всем об увиденных чудесах. И тогда ламы отрезали ему язык, чтобы он никому более не смог поведать о Тайне тайн. Тем не менее посвященным известно, что властелином Подземного царства является великий Царь Мира, как его величают на Востоке. А царство его Агарта, основанное на принципах Золотого века,- существует не менее 60 тысяч лет. Люди там не ведают зла и не совершают преступлений. Невиданного расцвета достигли там науки, поэтому подземный народ, достигший невероятных вершин знания, не ведает болезней и не боится никаких катаклизмов. Царь Мира мудро управляет не только миллионами собственных подземных подданных, но также еще и тайно всем населением поверхностной части Земли. Ему ведомы все скрытые пружины мироздания, он постигает душу каждого человеческого существа и читает великую книгу судеб. Царство Агарты тянется под землей по всей планете. И под океанами тоже. Существует также мнение, что народы Агарты вынуждены были перейти на подземное жительство после вселенского катаклизма (потопа) и погружения под воду суши - древних материков, существовавших на месте теперешних океанов. Как рассказывают гималайские ламы, в пещерах Агарты существует особое свечение, позволяющее даже выращивать овощи и злаки. Китайские же буддисты знают, что древний народ, укрывшийся после очередного светопреставления под землей, живет в пещерах Америки. Вот они эквадорские подземелья Эриха фон Денникена в предгорьях южноамериканских Анд! Напомним, что сведения, почерпнутые из китайских (!) источников, обнародованы в 1922 году, то есть ровно за полвека до того, как неуемный швейцарец начал свой фантастический спуск на 240-метровую глубину к таинственным хранилищам древнего знания, затерянных в труднодоступных местах эквадорской провинции Морона-Сантьяго. В подземных мастерских кипит неустанная работа. Там плавятся любые металлы и куются изделия из них. В неведомых колесницах или иных совершенных приспособлениях носятся подземные жители по туннелям, проложенным глубоко под землей. Уровень технического развития подземных обитателей превосходит самое смелое воображение. Они в состоянии осушить моря, затопить сушу и воздвигнуть горы среди песков пустыни. Они с легкостью могут взорвать земную кору, истребить все живое на земле и обратить ее поверхность в пустыню. Скорее всего, именно эти сведения, добытые неизвестно какими путями были известны Барченко, который предпринимал упорные поиски следов деятельности такой технически развитой цивилизации в разных точках Россиии, начиная с Кольского полуострова. И именно перспективой получить легкий доступ к секретам древнего знания, включая владение ядерной и полевой (лучистой) энергией, он сумел заинтересовать всесильное ведомство Дзержинского и лично Железного Феликса. Точно так же за два с половиной тысячелетия до встречи Барченко с Дзержинским феноменальные достижения Агарты поразили самого Будду. Когда-то благостный царевич Шакьямуни совершив восхождение в горы, обнаружил там каменные таблицы. Испещренные письменами, которые он сумел расшифровать только в старости. Будда понял, кому принадлежат найденные им письмена, и самолично отправился в царство Агарты. Там он встретился с самим Царем Мира - Брахитмой и получил от него, дабы передать людям, священные знания, совсем крохи - всё, что сумела удержать его память.

* *

*

Происхождение название Агарты не вполне ясно. Никто не берется растолковать этимологию этого звучного, но непонятного слова. Неизвестно даже с какой стороны к нему подступиться. Впрочем, одна зацепка имеется. Фантастическая, конечно, но всё же... Чтобы поразмышлять, придется вновь вернуться к Великой Богине - Бабе Яге. Напомним, что на самом деле ее имя звучит, как Йага: 4 звука передаются при помощи 3-х букв. Так вот, имя Но не менее интересен и другой аспект проблемы. Значение лексемы "ага" связано вовсе не со злым. а с добрым и благостным началом. Достаточно вспомнить, что означают русские имена с этим корнем греческого происхождения: Агафон (переводится - "Добрый", "Благостный") и Агафья (Агата) (переводится - "Добрая" "Хорошая"). Есть еще более редкие и экзотические имена, но зато не менее показательные: Агапа (что значит "Любимая") и Агап (полное имя - Агапион или Агапит, что значит "Любимый"). Все имена созвучны, но происходят от разных греческих слов: agathos - "добрый, хороший"; agathe - "добрая, хорошая" - от agathon "добро, благо"; agape - "любовь" от agapаo - "любить". Сказанное лишний раз подтверждает выдвинутое предположение, что Йага как Великая Богиня первоначально была наделена не только отрицательными, но и многими положительными чертами и вообще, как и положено, представляла собой классическое воплощение Женского Начала со всеми его функциями и атрибутами. Сказанное косвенно подтверждает и вторая часть названия Подземной страны Агарты. Метод археологии языка и реконструкции смысла приводит к следующим выводам. Если проанализировать фонетический субстрат rt, то он вполне сопрягается с санскритскими словами rata ("наслаждение в смыле удовольствия") и rati ("наслаждение в смысле сладострастия"). Рати - имя древнеиндийской и современной индуистской Богини Любви, сексуального наслаждения и изысканного сладострастия (рис.172). Она - дочь злокозненного демона Мары (рис.13) и жена Бога Любви Камы (в честь которого создан знаменитый эротический трактат "Камасутра") и во многом напоминает свою ближневосточную сестру - необузданную и ненасытную Богиню Иштар, но Рати менее кровожадна и более утонченна. Взгляните на изображение общеарийской Богини Любви и сексуальной страсти, - быть может, когда-то именно так выглядела и русская Баба Яга. Однако в дальнейшем при дифференциации этносов, языков и культур, а также смне идеолгических доминант и мировоззренческих парадигм произошла демонизация образа Великой Богини и превращение ее в злобное и зловредное существо. (По той же схеме и тем же причинам, как было показано выше, происходила и демонизация Горгоны Медусы - превращение ее из прекрасной Лебединой Девы в безобразного и смертоносного монстра). Доказательства прошлых сексуальных функций Бабы Яги можно отыскать, как бы это странно ни показалось на первый взгляд, в джунглях Амазонки. Дело в том, что, популярная русская сказка "Гуси-лебеди" с выслеживанием и преследованием Бабой Ягой мальчика и кульминационным перегрызанием ею дуба - самым неожиданным для современного читателя образом повторяет свою сюжетную линию в сказках и мифах южноамериканских индейцев. Разница лишь в том, что южноамериканская ведьма занимается сексуальными домогательствами, а дерево, где спасается герой, пытается перегрызть с помощью зубастых гениталий. По мнению исследователей, в южноамериканском мифе закодированы некоторые характерные особенности, присущие матриархальным отношениям, и точно такой же смысл был первоначально заложен в русской сказке (что лишний раз подтверждает общность культурных, мифологических и языковых корней всех народов мира). Что касается зубастых гениталий, то их образ подсознательно заложен в памяти каждого человека - как скрытое воспоминание о родах, во время которого страдает не только мать-роженица, но и новорожденное дитя. Устойчивый и не очень приятный образ, сопровождаемый чувством неподдельного ужаса, постоянно возникает у некоторых людей во сне, а также в лабораторных и клинических опытах с применением галллюциногенных препаратов. Такие экперименты на протяжении многих лет проводились известным американским психологом (чешского происхождения) Станиславом Гроффом с привлечением тысяч добровольцев, и во всех случаях был получен однозначный результат, о чем подробно рассказывается в ряде монографий автором уникальной методики, в том числе и в изданной во многих странах мира книге "За пределами мозга: Рождение, смерть и трансценденция в психотерапии" (русский перевод - 1993 г.), где помимо статистики, приводится множество иллюстраций. Память о былом языковом единстве и, возможно, о Богине Любви - Рати, сохранилась в современном русском языке. Слово "рачительный" с нынешнем понимании означает "старательный", "заботливый","усердный". Образовано оно от древнерусского слова "рачити", означавшего "любить" и "желать". Отсюда до недавнего времени и на протяжении всей истории русской письменной культуры слово "рачительный" означало прежде всего "любовный", "прекрасный", "восхитительный". Соответственно "рачитель" значило "любовник", "рачительница" - "возлюбленная", "рачительство" - "любовь", "страсть", "влечение" (в одной древнейшей перводной рукописи про сладострастие Афродиты сказано: "Афродитию же желание и рачительство нарекоша"). Нетрудно догадаться, что все перечисленные слова происходят из одного праязыкового источника, общего и для санскритского слова rati, и для имени Богини Рати (только за многие тысячелетия самостоятельного языкового развития звук "т" превратился в "ч"). Таким образом, исходя из всего предпринятого лингвистического и семантического анализа, можно предположить, что в основе названия страны Агарты лежит понятие "любовь", причем в удвоенном, продублированном выражении, так сказать, "любовь в квадрате".

* *

*

Не надо, однако, думать, что все сообщения о Подземной царстве относятся либо к легендарному прошлому, либо к недосягаемым территориям. Нечто подобное обнаружено и в самом центре России, в Поволжье на реке Медведице (притоке Дона). Много лет опираясь на сообщения старожилов и зафиксированные во множестве аномальные явления, пытается добраться здесь с большой группой добровольных помощников и ученых-энтузиастов до разветвленной сети древних подземных туннелей известный изыскатель Вадим Чернобров (участник экспедиции "Гиперборея-98"). Когда-то, еще до войны, лазы к подземным убежищам выходили на поверхность. Есть сообщения о них и в дореволюционных изданиях. Говорят даже, что в юности здесь бывала и медитировала Елена Ивановна Блаватская (1831-1891), тогда еще носившая девичью фамилию - Ган. Немало известно и устных преданий о несметных сокровищах, хранящихся глубоко под землей и загадочных стражах, их стерегущих. Существуют очевидцы, которые видели таинственные лазы в глубину: сами не спускались, но знавали людей - вот те действительно когда-то путешествовали по подземным коммуникациям. Однако в июле 1942 года, во время наступления фашистов на Сталинград, "особисты", опасаясь деятельности диверсантов (подземные коммуникации находятся на территории бывшей Республики немцев Поволжья), взорвали все выходы на поверхность. Да так основательно, что расчистить давнишние спуски абсолютно невозможно. Остается пробиваться по-новому... В течение ряда летних сезонов экспедиции Черноброва с помощью чувствительных физических приборов удалось определить многокилометровые контуры подземных туннелей, произвести бурение и начать раскопки. На глубине восьми метров исследователи наткнулись на внешнюю часть одного из сводов. Раскопы стало заливать грунтовыми водами. Но лучше всего предоставить слово самому Вадиму Черноброву (его рассказ публикуется с любезного согласия автора). ...В 1992-1993 годах никакого специального оборудования для обследования подземных объектов с нами не было, и потому каждый раз предполагалось, что к поискам можно будет вернуться через год. Тогда казалось, что обследовать все будет несложно. После того, как в степи нам повстречалась машина геологоразведки, наконец, стало реальным воспользоваться данными современной науки. Но ...наука оказалась не всесильной. Вы слышали про термин "красная полоса"? Так в геологии называют места, где современными методами не просматриваются недра планеты. Во всем СССР в конце века оставалось всего два таких места: под Тбилиси и здесь, в Поволжье. Сколько геологоразведка ни мучалась - прозондировать почву на глубину более нескольких десятков метров она была не в состоянии, что-то наглухо преграждало путь сейсмоволнам. Самая простая гипотеза, которая приходит на ум - под землей гигантская пустота, заполненная воздухом. Но пустота не может висеть "просто так", свод должен опираться на дно хотя бы колоннами, а колонны, хотя и по-другому, но все-таки прекрасно проводят сейсмоволны! Значит, это не простая пустота. Так и хочется сказать, что места эти словно бы накрыты от постороннего любопытного взгляда неким экраном, но пока это - не более, чем фантазия. Итак, геологи подтвердили, что внизу находится пустота. Но узнать куда она идет - геологоразведочной технике оказалось не по зубам. Все, что можно было сделать нам в тот момент - проследить сверху с помощью проверенных за предыдущие тысячелетия обычных биорамок направление пещеры, однако... уже через несколько сот метров путь оператору с биорамками (лозоходцу) преградило болото... Бур - это ручной ворот со сверлом, которое можно наращивать и удлинять за счет присоединения дополнительных двухметровых секций труб. Как и гужевая тяга, подобное простое устройство, которое раньше было в каждом уважающем себя колхозе, в послевоенное было вытеснено техникой (которая, в свою очередь, была затем вытеснена кризисом). Теперь же требовалось найти хозяина бура, попытаться пройти в почве энное количество (по расчетам, 8-15) метров и сверху попасть в свод пещеры. Между тем, время не ждало. Чтобы выбрать место для будущего бурения с наименьшей глубиной, потребовалось пройти над пещерой сверху на всем ее протяжении. Гравитометр относительно хорошо почувствовал пустоту на небольшой глубине, биорамки же не теряли свод пещеры даже тогда, когда он уходил под холм. Вот так, совместными усилиями за несколько дней были выяснены многие неизвестные ранее детали. Во-первых, сразу же бросилось в глаза, что подозрительно постоянной держится ширина свода пещеры - около 7 метров. Во-вторых, что пещера придерживалась одного направления. Это мы поняли достаточно быстро, сразу же, как обошли с другой стороны болото, преградившее путь в прошлый раз... Расставленные накануне над пещерой белые флажки для ориентировки до этого не удавалось увидеть все вместе из-за сильной пересеченности местности. Теперь же, с горы они все были как на ладони, и все были расставлены словно бы по одной ниточке! Если бы каждый флажок не приходилось втыкать в землю самому, я бы скорее поверил, что их расставили на полях и в оврагах опытные геодезисты, пользующиеся самой совершенной измерительной техникой. Пещера на расстоянии по меньшей мере 4,5 км была ровной как стрела! Никто из нас никогда не встречал упоминания о столь ровной пещере. Да и пещера ли это? Как можно назвать пустотелое подземное сооружение, точно выдерживающее на всем расстоянии направление и ширину? В природе до сих пор не было известно столь ровных подземных рек, пещер, разломов или трещин. И не просто ровных. Под самой вершиной горы обнаружилось, что ровная до сих пор, пещера расширяется до 35 метров и из этой образовавшейся залы в разные стороны под разными углами уходили еще по меньшей мере 3 таких же 7-метровых ответвления. Проследить дальше их направление просто не хватило уже времени... Пещера оказалась искусственным туннелем?! Чьим? Сильно сомневаюсь, чтобы его прорыли "лесные разбойники", на которых в прошлом и позапрошлых веках приходилось списывать принадлежность "пещеры". Для чего бы им понадобилось сооружать столь циклопическое сооружение, а главное, как бы они без маркшейдерских навыков выдержали бы столь точно все размеры? Замечу, что и стандартный туннель метро (кстати, меньший в диаметре) никогда не бывает абсолютно ровным. Вряд ли у "разбойников" были тысячи рабов, среди которых и талантливые маркшейдеры, которые за десятки лет вырыли бы им подземную дорогу, на которой лихие люди на двух подводах смогли бы свободно разъехаться. Такая точность хорошо бы пригодилась, будь этот туннель взлетной полосой какого-то подземного аэродрома: что-то похожее в СССР строилось уже с 1930-х годов. Но отпадает и эта версия, во-первых, до 1942 года строили под землей не взлетные полосы, а убежища для самолетов; во-вторых, взлету самолета из туннеля сильно мешала бы гора, находящаяся сразу перед выходом; в-третьих, 7-метровой ширины полоса - это все-таки мало для несущегося на большой скорости самолета... Каких только новых слухов и легенд о туннелях не удалось выслушать за это время! В основном, местные старожилы либо сами слышали о том, что где-то рядом есть старые пещеры, либо даже сами искали их в детстве. Большинство имеет в виду именно пещеры, употребляют только такой термин. Но слово "туннели" нет-нет, да и промелькнет из их уст без всякой подсказки с моей стороны. Легенды передают от деда к внуку рассказ о разбойниках, которые действительно жили в прошлом веке в каких-то пещерах. Разбойники (а точнее, просто беглые люди) эти селились в одной-единственной деревне М. в этом районе и очень быстро богатели. Способ или источник своего обогащения жители этого села долго держали в секрете, возможно, что причина была в туннелях (пещерах). Ну а пещеры эти, согласно рассказам стариков, вели с одной горы на другую и были они, по всей видимости, строго прямыми. Откуда это известно? Нет, старики не были в туннелях, но догадываются, что разбойники предупреждали друг друга о малейших неприятностях. Известия от одной горы до другой (скакать на лошади несколько часов) доходили практически мгновенно. Старикам (до изобретения радио и внедрения телеграфа) был известен только один вид такой мгновенной связи - связь с помощью огня костра. Хотя сигнальные костры просматриваются обычно со всех сторон, однако, из окрестных сел костров на горе не видели. Следовательно, сделали вывод наши старики, костры были зажжены внутри тоннелей под землей. А еще, мы сделаем свой вывод, что сами туннели должны быть идеально прямыми с зеркальными или светоотражающими стенками. Иначе свет в туннеле за несколько десятков километров не увидеть!.. "Мой дед гонял разбойников по этим туннелям!..." Расскажите, расскажите подробнее, прошу одного старика. А дело, оказывается было так: в гражданскую войну в неких тоннелях скрывалась банда Бородая. От преследований красноармейцев атаман каждый раз уходил в горных лесах, проходил со своим отрядом через оцепление как по воздуху и оказывался позади цепи заграждения. Согласно пересказу, дед моего собеседника был уверен, что банда на конях проходла через очень старый туннель, о существовании которого он также знал. В этом туннеле (или пещере) красноармейцы наконец подловили отряд Бородая и забросали его гранатами... Как мне объяснили, место это находится "там, где сейчас поставили телевышку", я пытался найти самостоятельно отыскать входы, но пока безрезультатно. Предпоследний раз пещерами пользовались цыгане-конокрады. Они угоняли несколько раз табуны лошадей (ну может не табуны, а нескольких животных) из деревень. Причем, местные мужики пытались подловить воров, устраивали на них засады, но те уходили "как под землю", причем вместе с лошадьми. Коневоды знают, что провести лошадь в пещеру исключительно трудно: животное трепещет перед узкими проходами, боится, что не сможет повернуться в них. Однако, украденные лошади проходили в пещеры быстро и без осечек. Вывод напрашивается сам собой: вход в туннели был сравнительно большой... Ну а последние, кто видел туннели, были, как вы уже знаете, советские саперы в 1942 году. Или - немецкие подростки, лазившие в туннель незадолго до взрыва. Не исключено, что их скелетированные тела до сих пор ждут спелеологов в дальних штреках... Поволжских немцев, некогда живших в этих местах и которые в начале войны поголовно выселили, разыскать не удалось... Куда же ведут туннели? Еще когда я впервые рассказал о туннелях с трибуны Зигелевских научных чтений в 1996 году, специалистами выдвинут ряд гипотез: 1) Туннели - секретные военные базы. По поводу данной версии абсолютно точно установлено, что во всей округе нет и никогда не было военных баз. 2) Туннели - разлом в коре, древняя пещера или какая-то пустота естественного происхождения. Но то, что нам известно об этой пустоте, полностью исключает подобную гипотезу: наука не знает столь идеально ровных разломов... 3) Туннели - энергетическая структура живой Земли. Комментировать трудно, ибо ничего не известно об организме нашей планеты, дабы опровергнуть или подтвердить эту идею... 4) Туннели - искусственное сооружение древней цивилизации. Если это так, то к слову "цивилизация" необходимо добавить приставку "супер"... 5) Туннели - это часть сооружений или место обитания неизвестной подземной цивилизации или жителей иного пространства-измерения. В принципе подобное не исключено. Иногда местные жители наблюдали как люди в странных одеждах бродили в округе, а затем неожиданно исчезали. 6) Туннели - тайная база космических пришельцев, подземный оборонительный бастион для отражения возможных атак звездных противников или что-то еще в этом роде. 7) Туннели - скрытая транспортная сеть, сделанная или в далеком прошлом, или представителями внеземных цивилизаций. От одного контактера поступила даже информация, что эта сеть тянется от Поволжья аж до Новой Земли в Северном Ледовитом океане. Итак, было решено проследить, куда же дальше ведет эта странная пустота под степной местностью (разумеется, только сверху, но зато всеми доступными средствами). Оказалось, что туннель продолжался дальше на многие километры. Наконец, приборы показали, что пустота под землей стала заметно расти, ширина постепенно увеличилась с 22 метров до 80, затем - до 120. Казалось бы, по этому росту можно было понять, что приближаемся к чему-то более чем странному... Измерять сверху становилось все труднее, местность шла на подъем, к следующей возвышенности. Труднее было и по другой причине: у кого-то при приближении к объекту поиска заболела голова, аппаратура стала накаляться, приборы - зашкаливаться, на радиомикрофонах у телегруппы появилась какая-то наводка, затем они вообще отказались работать на склоне. И все же то, что открылось нашему взору на вершине гряды, трудно описать без лишних эмоций... Еще в 1980-х годах с Шанхайской горкой на Медведицкой гряде мы видели 3 места со вспученной землей. В августе 1998 там же, но в паре сотен метров к востоку мы нашли еще 2 таких места. Бугорки диаметром 2-3 м, высотой 30-40 см из растрескавшейся земли. Ощущение такое, словно гигантский подземный крот пытался выбраться из-под земли, но в полуметре от воздуха остался отдыхать. Или другое сравнение - словно бы там, на глубине пыталась всплыть небольшая подземная лодка! Совсем недалеко от нашего лагеря было отмечено еще несколько следов плавания этой "подземной лодки". В 1997 году в полукилометре на запад от лагеря заметили и полосу вспученной потрескавшейся земли шириной 3 м и длиной не менее километра; полоса начиналась около основного тоннеля и уходила на юго-запад, где и теряется в оврагах... В 1998 году в полукилометре на юг от лагеря мы заметили и засняли другую, прямую как струна, полосу. На этот раз грунт не вспучивался, а наоборот, как бы оседал после "проплыва" гипотетической "подземной лодки". Хотя, если говорить о внешнем впечатлении, последний случай больше напоминает след подземного туннеля шириной 2-3 м, у которого обвалилась, на 20-30 см просела от старости крыша. Полоса также берет свое начало примерно от точки, где проходит основной тоннель и идет на восток пару сотен метров, где теряется под холмом... Кто или что ползает или летает под землей? Гигантские подземные монстры? Вряд ли... Подземные атомные лодки, о строительстве которых советские конструкторы мечтали еще в 1980-х годах? Но проектирование их, насколько известно, прекращено... Неопознанные подземные (летающие) объекты? Быть может, скважины без отброса земли роют шаровые молнии? Но тогда мы ничего не знаем о шаровых молниях... ...Кроме описанных случаев экспедиции пришлось пережить и ряд других потрясений. Как только начались раскопки древнего туннеля, начался ураган, который разорвал две палатки, еще две палатки повалил, ветром унес многие все сушившиеся вещи, бумаги, дождем залил костры и раскоп. Автобур сломался в пути (машина заблудилась, застряла, едва не свалившись в овраг), водитель смог выехать в город лишь спустя 4 дня. А за оставшиеся до завершения экспедиции дни ручным буром удалось пройти не более 30-40 см. Далее бур уперся в твердый грунт (или потолок?) и стал проворачиваться вхолостую... Так, что же там, внизу?! Который уже год возникает вопросов больше, чем дается ответов. Когда, с какой по счету попытки удастся приоткрыть завесу секретности над возможно тайной поволжской земли? Кто знает, кто знает... Одно ясно - для приближения времени разгадки придется вновь организовывать очередную экспедицию. Хотя не исключено, что ответ дадут привезенные в Москву странные находки: "керамический шарик", "железяка-токопровод" и другие артефакты они уже успели поставить в тупик не одного эксперта?.. Никто не знает, когда будет поставлена последняя точка в этой истории...

* *

*

Тема древних подземных коммуникаций в общем-то неисчерпаема. Так, в алжирской Сахаре давно уже открыта и частично исследована уникальная сеть полуразрушенных подземных туннелей. Всего обнаружено более 230 таких туннелей, вырубленных в известняковых породах. Их средняя высота - 3 м, ширина - 4 м; общая совокупная протяженность около 1000 миль. Предположительно, учитывая местоположение в пустынной местности, они предназначались для пропускания воды. Время строительства и происхождение самих строителей никто определить не берется... Нас, однако, занимает прежде всего Россия. Что ж, отправимся в Якутию. На реке Вилюй известна загадочная аномальная зона с таинственными выходами из-под земли на поверхность. Речь идет о знаменитой Долине смерти (по-якутски Елюю Черкечех), где непонятные надземные купольные сооружения прикрывают проходы, уводящие в неизведанные недра (рис.173). О Долине смерти писал еще в прошлом веке известный исследователь Вилюя Р.Маак: "На берегу речки Алгый тимирнить, что означает "Большой котел утонул", действительно находится гигантский котел из меди. Величина его неизвестна, так как над землей виден только край, но в нем растет несколько деревьев...". Исследователь древних культур Якутии Н.Архипов тоже знал о странных объектах: "Среди населения бассейна реки Вилюй издревле бытует предание о наличии в верховьях этой реки громадных бронзовых котлов-олгуев. Предание это заслуживает внимания, так как к этим предполагаемым районам местонахождения мифических котлов приурочено несколько речек с якутскими названиями "Олгуйдах", что означает "Котельная"...". Молодой изыскатель из города Мирный Александр Гутенев (он принимал участие в экспедиции "Гиперборея-98" и его друг - художник Юрий Михайловский рассказали на страницах журнала "Чудеса и приключения" (1996, №5) о старом кочевнике: тот, побывав в Долине смерти, поведал о металлической норе, в которой лежат промерзшие насквозь "шибко худые, черные одноглазые люди в железных одеждах". Есть тому и другие свидетельские подтверждения. Что же это за странные "котлы" скрываются в якутской земле? Обломки "летающих тарелок", попадавших туда после космической битвы, как утверждают некоторые уфологи? Или это следы какой-то древней цивилизации? Ответа нет. Ясно только, что далеко не все в этих легендах и слухах является досужей выдумкой. Исследовательское объединение "Феномен" получило письмо еще от одного человека, посещавшего Долину смерти. Михаил Петрович Корецкий из Владивостока пишет: "Я побывал там трижды. Первый раз в 1933 году, когда мне еще было 10 лет - вместе с отцом ездил на заработки. Потом в 1939 году - уже без отца. И последний раз - в 1949 году в составе группы молодых ребят. Долина смерти тянется вдоль правого притока реки Вилюй. По сути это целая цепочка долин вдоль его поймы. Все три раза я был там с проводником якутом. Шли мы туда не от хорошей жизни, а от того, что там, в этой глуши, можно было мыть золото, не ожидая в конце сезона ограбления и пули в затылок. Что касается таинственных объектов, их там наверное много, потому что за три сезона я видел семь таких "котлов". Все они представляются мне совершенно загадочными: во-первых, размер - от шести до девяти метров в диаметре. Во-вторых, изготовлены из непонятного металла. Дело в том, что "котлы" не берет даже отточенное зубило (пробовали, и не раз). Металл не отламывается и не куется. Даже на стали молоток обязательно оставил бы заметные вмятины. А этот металл сверху покрыт еще слоем неизвестного материала, похожего на наждак. Но это не окисная пленка и не накипь - ее тоже не сколоть, ни поцарапать. Уходящих вглубь земли колодцев с комнатами, о которых говорится в местных легендах, мы не встречали. Но я отметил, что растительность вокруг "котлов" аномальная - совсем не похожа на то, что растет вокруг. Она более пышная: крупнолистные лопухи, очень длинные лозы, странная трава - выше человеческого роста в полтора - два раза. В одном из "котлов" мы ночевали всей группой (6 человек). Ничего плохого не ощущали, ушли спокойно без каких-либо неприятных происшествий. Никто после серьезно не болел. Разве что у одного из моих знакомых через три месяца полностью выпали все волосы. А у меня на левой стороне головы (я на ней спал) появились три маленьких болячки размером со спичечную головку каждая. Лечил я их всю жизнь, но они до сегодняшнего дня так и не прошли. Все наши попытки отломить хоть кусочек от странных "котлов" не увенчались успехом. Единственное, что мне удалось унести - камень. Но не простой половинка идеального шара диаметром шесть сантиметров. Он был черного цвета, не имел никаких видимых следов обработки, но был очень гладкий, словно отполированный. Я поднял его с земли внутри одного из этих котлов. Этот сувенир я привез с собой в село Самарку Чугуевского района Приморского края, где жили мои родители в 1933 году. Он лежал без дела, пока бабушка не решила отстроить дом. Понадобилось вставлять стекла в окна, а стеклореза не было во всем селе. Я попробовал царапать ребром (гранью) половинки этого каменного шара - оказалось, что он режет с удивительной красотой и легкостью. После этого моей находкой много раз пользовались, как алмазом, все родственники и знакомые. В 1937 году я передал камень дедушке, а его осенью арестовали и увезли в Магадан, где он прожил без суда до 1968 года и умер. Теперь никто не знает, куда подевался тот камень..." Приведенное письмо, вне всякого сомнения, содержит новые факты и порождает новые загадки. Из какого такого сверхкрепкого материала изготовлены эти странные объекты, кем, когда и зачем? Невольно вспоминается загадочная фигурка Великой Богини из сверхпрочного сплава (рис.58), представленная в экспедицию "Гиперборея" инженером из Ревды Александром Федотовым, который нашел ее в глухом ущелье Ловозёрских тундр. Якутские легенды описывают достаточно странные события, непосредственно связанные с металлическими объектами на реке Вилюй и скрытыми в вечной мерзлоте. Это и загадочный огонь, изрыгаемый из некоей отвесной металлической трубы, прикрытой "хлопающей крышкой", и железные коридоры, уводящие глубоко в недра земли... Там, согласно тем же преданиям, обитает "сеющий заразу и мечущий огненные мячи" исполин Уот Усуму Тонг Дуурай, что в переводе означает "преступный пришелец, продырявивший землю и укрывшийся в глубине, огненным смерчем уничтожающий все вокруг"... Кто он - "преступный пришелец"? И что это за металлический коридор с "хлопающей крышкой", откуда время от времени изрыгается огонь? Если бы не древность легенды, можно было бы подумать о подземной ракетной шахте стратегического назначения... Сами авторы публикаций считаютих делом рук человеческих. Котлы хоть и прочные, но не беспредельно. В своем письме Михаил Петрович подчеркивает: в 1933 году якут-проводник говорил ему, что 5-10 лет тому назад он обнаружил несколько котлов-шаров (они были абсолютно круглые), которые высоко (выше человека) выступали из земли и выглядели как новенькие. А позже охотник уже видел их расколотыми и разбросанными... Исследовательская группа из объединения "Феномен" готовится к экспедиции в район якутской Долины смерти. Планируется досконально изучить загадочные объекты и провести их приборное обследование с помощью физической аппаратуры.

* *

*

Впечатляющие результаты, хотя и вновь уводящие нас за границы России, были получены в ходе сенсационной экспедиции в Тибет, организованной летом 1996 года группой уфимских ученых во главе с директором Всероссийского центра глазной и пластической хирургии профессором Эрнестом Мулдашевым. О ее ходе и итогах подробно сообщалось в отечественной печати ("Аргументы и факты". 1996. №№ 34, 45, 46; 1998. №23; публикации были продолжены в 1999 году). Поиски законсервированного генофонда человечества привели исследователей к созданию своего рода фоторобота прапредка человека (рис.174), которого они назвали "атлантом". Когда виртуальный портрет показали тибетским ламам, они поведали о запретной пещере, где в состоянии анабиоза находится множество подобных существ, представляющих различные цивилизации прошлого. Руководитель экспедиции побывал в таинственной пещере: