— Да перестаньте! Яков I провел в Шотландии первые месяцы своей жизни. Он был англичанином, таким же, как ваш молодой герцог, а наша теперешняя королева — Виктория — больше немка, чем англичанка.

Клер предпочитала не думать об этом.

— Все равно… — Она замолчала, когда он вышел из комнаты, но продолжала лежать на кровати, улыбаясь. Было так приятно разговаривать с человеком, который знает кое-что из того, что известно и тебе. Вообще хорошо даже просто поговорить с кем-то. Она встала и вышла в гостиную. Тревельян сидел за бюро и писал.

— А как?.. — начала было она, но он резко повернулся и сердито сказал:

— Если вы остаетесь, то должны молчать. Я не могу слушать вашу болтовню, когда работаю.

— Если бы вы мне сказали, над чем работаете, я смогла бы вам помочь. — Одна мысль о том, что она сможет наконец-то чем-то заняться, невероятно обрадовала Клер.

— А вы читаете по-арабски?

— Нет, но я могу…

— В таком случае вы не можете быть мне полезной. Сядьте там. — Кивком головы он указал ей на мягкий стул у окна. — Возьмите книгу или напишите что-нибудь.

Клер подошла к окну, села и выглянула на улицу. Для этого ей пришлось отодвинуть старые ржавые шпингалеты: стекло было серым от грязи. Она посмотрела на парк, лес и далекие холмы, покрытые зарослями вереска.

Клер сидела так долго, вдыхая прохладный, ароматный воздух Шотландии и любуясь далеким видом. Обернувшись, она увидела, что Тревельян пристально смотрит на нее. Казалось, он читает ее мысли, а вот она не могла догадаться, о чем он думает.

И опять ее поразили напряженное выражение его глаз и зеленоватый цвет кожи.

— Вы больны? — спросила она мягким голосом.

— Я был болен, — отрывисто произнес он, явно не желая продолжать эту тему. — Вы читаете книги, или вы из тех жеманных девиц, что способны целыми днями ничего не делать?

— Вы со всеми так грубы или только со мной? Он улыбнулся.

— Я одинаков со всеми.

«Это ужасно», — подумала про себя Клер.

Тревельян опять улыбнулся, и Клер вдруг заметила, что он не выглядит таким уж нездоровым и вовсе не безобразен, когда улыбка освещает его лицо. Она открыла рот, чтобы задать очередной вопрос, но он остановил ее.

— Довольно! — Он встал и подошел к небольшим дубовым дверцам, вделанным в каменную стену, открыл их, и Клер увидела книги. Она чуть не задохнулась от изумления, встала со своего места, подошла к нему и проскользнула под его рукой, чтобы разглядеть тома поближе. Клер не замечала, как Тревельян смотрит на нее. Он склонился, вдыхая запах ее волос. Они пахли солнцем и вереском, и он с трудом сдерживал желание прижаться губами к ее шее.

Клер не поняла, что произошло, но тело ее вдруг покрылось гусиной кожей. Она отпрыгнула, как ошпаренная.

— Я думаю, думаю… мне надо идти…

На лице Тревельяна опять появилось то же неприятное выражение, взгляд стал ленивым и непроницаемым. Легкая усмешка играла под густыми усами, когда он доставал книгу с полки.

— Я думал, вы хотите что-нибудь прочитать. Вот книга «Заново открытый Тибет». Хотя нет, это на итальянском. — Он собрался поставить том на место, но Клер вырвала книгу из его рук, стараясь держаться на расстоянии.

— К вашему сведению, я читаю по-итальянски. И вообще, я уже читала эту книгу. Я прочла все книги капитана Бейкера. Я уже говорила вам.

— Ну что же. Я не думаю, что их стоит читать второй раз.

— А я перечитывала те части, что мне особенно понравились.

— Ну и что?!

— Почему вы сердитесь? Он писал обо всем, что видел. Некоторые вещи довольно скучны.

— Например?..

Тревельян сделал шаг к ней. Нахмурясь, Клер отступила.

— Например, его описание экипажей и вагонов, — сказала она, глядя в сторону. — Он приводит их размеры, количество колес, мест, вы понимаете. И так много страниц, пока читатель не завоет.

— Вам не следовало перегружать ваши слабые мозги его трудами, если они вам не нравятся, — благодушно сказал Тревельян, поддразнивая ее. — Вы…

Клер обернулась и посмотрела на него. В ее глазах было столько чувства, что Тревельян был потрясен. Это был взгляд женщины, которая верит. Сам он так давно уже ни во что не верил, что даже не смог понять, какие чувства ею владеют. Он смотрел в эти горящие глаза, видел гневно сжатые губы и понимал, что не разглядел ни ее красоту, ни страстность натуры, скрытую под внешним спокойствием. Он подошел поближе к девушке.

— Что особенно хорошо в его книгах, — с чувством продолжила Клер, — так это описания людей. Он замечательный наблюдатель жизни. Книги большинства исследователей ужасно скучны. Они пишут о дальних путешествиях, а когда доходят до чего-нибудь интересного, вдруг говорят: «Сегодня видел очень странное племя. Кажется, его представители едят муравьев, чтобы поддерживать свое существование». Такого рода описания могут довести читателя до умопомрачения. Он немедленно хочет узнать, пекут они муравьев или жарят, и вообще, разводят ли их специально. Возникает много вопросов. Капитан Бейкер никогда не оставит читателя неудовлетворенным. Он рассказывает ему все.

— Включая размер колес экипажей, — спокойно сказал Тревельян, почти не слыша, что она говорит.

Клер раздраженно покачала головой и повернулась к книжному шкафу.

— Я думаю, вы не способны понять.

— Зато капитан Бейкер, без сомнения, понял бы, как и юный Гарри. — Тревельян сам был поражен ревностью, прозвучавшей в его голосе. Он был рад, что маленькая американка ничего не заметила.

Клер наклонилась, рассматривая названия книг на нижних полках, и Тревельян оглядел ее фигуру. Ему так захотелось обнять ее за талию…

— Скажите, в вас говорит почтенный возраст, когда вы называете Гарри юным? Мой отец такой же. Я думаю, он самоутверждается.

Клер выпрямилась и чуть не стукнула Тревельяна головой в лицо.

— Все эти книги написаны капитаном Бейкером. — Она обернулась, чтобы посмотреть ему в лицо, и тут же отпрянула, так близко он оказался. Клер глядела на него снизу вверх, дыхание ее прерывалось. Ни один мужчина никогда не смотрел на нее так. Разве мог другой мужчина смотреть на другую женщину так, как смотрел на нее Тревельян? Его глаза, всегда такие насмешливые, полны… Она не знала, что прочитала в них в этот но только не насмешку. Клер отошла в сторону.

— Мне кажется, вы тоже увлечены этим человеком, правда ли? — пробормотала она торопливо. — Поэтому так близко принимаете к сердцу мою критику?..

— Что это такое у вас сзади? — спросил неожиданно Тревельян тихим голосом.

Клер нервно рассмеялась.

— Это турнюр. Боже, где же вы так долго были, если не знаете, что такое турнюр?

— Я не был дома много лет.

— Я понимаю. — Клер повернулась к полкам с книгами, глубоко вздохнула и успокоилась. — Вот, я, пожалуй, возьму эту. Хоть и читала ее по крайней мере раз десять.

Тревельян взял книгу из ее рук и прочел название: «В поисках Пеша», потом поставил ее назад.

— Если вы читали ее десять раз, вам, должно быть, наскучило.

— Нет, я…

Тревельян положил руку на ладонь Клер, не давая взять книгу.

— У меня есть кое-что, чего вы не читали. Клер вырвала у него руку.

— Нет ни одной книги, которая прошла бы мимо моего внимания.

— Это рукопись. Она никогда не была опубликована. Клер глубоко вздохнула, повернула к нему лицо и улыбнулась.

— Покажите мне ее, пожалуйста, поскорее!

«На ее лице можно легко прочесть ее мысли и чувства», — подумал Тревельян. И ее энтузиазм, стремление узнать как можно больше поистине заразительны. Он хотел бы научить ее чему-то большему, чем можно узнать из книг.

Тревельян нехотя отодвинулся от Клер, подошел к маленькому сундуку, стоявшему у стены, достал из него рукопись и вручил ей.

— «Благоухающий сад», — прочла она. — Перевод капитана Фрэнка Бейкера. — Она посмотрела на Тревельяна и благодарно улыбнулась, прижав рукопись к груди, как драгоценность.

Тревельян нахмурился. Она радостно улыбалась ему, как ребенок отцу, а он едва сдерживался. Эта девушка принадлежит его брату. Она не из тех, кто может отдаться мужчине просто так. Если он попытается завоевать ее, это вызовет слишком большие осложнения.

— Идите туда, сядьте и ведите себя тихо, — строго приказал он. — Мне надо закончить.

Не возразив ни слова, Клер прошла к окну и устроилась в кресле. Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы привыкнуть к мелкому, заостренному почерку капитана Бейкера. Через десять минут она поняла, что в руках у нее перевод трактата о любви. Здесь была глава о женщине с описанием всех частей ее тела. В следующей так же подробно описывался мужчина. Были разделы о позах в любовной игре, коротенькие смешные истории о супружеских изменах и описания пикантных ситуаций, в которые попадают люди.

Клер читала без всякого смущения. В пять часов темнокожий слуга в белом принес ей поднос с фруктами, немного хлеба и напиток в высоком серебряном бокале. Она приняла еду, пробормотала «спасибо» и продолжала читать, не отрываясь.

В одном месте она громко рассмеялась. Тревельяна отвлек ее смех, и он спросил, в чем дело.

— А вот, — начала Клер, — тут говорится, что маленькие женщины всегда… — Она посмотрела на Тревельяна. — Ну, в общем, лучше крупных женщин… ну, маленькие женщины лучше… вы знаете, делают все это… более умело…

Он посмотрел на ее хрупкую фигурку. На секунду их взгляды встретились. Мысленно Клер воображала пары, сплетенные в объятиях. Она покачала головой, как бы стряхивая наваждение, и продолжила чтение. Она прочла несколько историй о коварстве женщин и нахмурилась. Просмотрев оставшиеся страницы, она не нашла подобных историй о мужчинах.

В какой-то момент она даже воскликнула: «Ха!» Тревельян искоса взглянул на нее.

— Здесь говорится, что мужчины и женщины не могут быть друзьями, что это исключено. Я не верю и не думаю, что капитан Бейкер…

— Это перевод, а не его собственное мнение. Вы должны были бы это понять — здесь нет нудных описаний размеров колес.

Клер не обратила внимания на его сарказм и продолжала читать. Слуга подал ей низкий стакан. Она машинально сделала глоток и чуть не задохнулась.

— Помедленнее, — сказал Тревельян.

— Не думаю, что мне следует пить виски.

— Вам также не следует читать то, чем вы так увлечены.

Клер улыбнулась: на сей раз Тревельян прав. Пожав плечами, она стала пить виски маленькими глотками, но читать не перестала. Виски согрело ее, а содержание книги разгорячило.

Наконец она дочитала, отложила рукопись и повернулась к окну.

— Ну что, достойно это капитана Бейкера? — спросил Тревельян.

Клер медленно обернулась и посмотрела на него. Ее мысли были полны прочитанным, она никогда раньше не думала о таких вещах. Девушка вгляделась в Тревельяна: темные глаза, широкие плечи, руки с длинными пальцами.

— Я… — начала она и слегка закашлялась. — Конечно, это следует издавать ограниченным тиражом, — сказала она деловым тоном, — но мне кажется, книга способна принести доход.

Тревельян покровительственно улыбнулся.

— А что вы знаете о зарабатывании денег?

Клер вернула ему его покровительственную улыбку. Сейчас он уже не казался ей таким старым.

— В отличие от вас, англичан, получающих деньги по наследству, мы, американцы, зарабатываем их сами. В Америке человек — мужчина или женщина — может начать с нуля и заработать миллионы. Нужно только много трудиться и быть осмотрительным.

— Тем не менее вы собираетесь выйти замуж за состояние, став женой молодого герцога? Вы, должно быть, не слишком хорошо знаете эту семью, иначе слышали бы, что у Гарри нет ни цента.

Клер повернулась и встала.

— Благодарю вас, мистер Тревельян, за рукопись. Она очень интересна. А сейчас мне пора идти. Уже поздно, и я… — Она остановилась и посмотрела на часы. — Уже почти семь часов. Я пропущу обед, если не потороплюсь. — Клер положила рукопись на ближайший стол, еще раз поблагодарила Тревельяна и выбежала из комнаты.

Как только она ушла, явился Оман, чтобы убрать со стола. Тревельян посмотрел на ее стакан из-под виски и на рукопись.

— Итак, ей нравится виски и книги о сексе, — тихо сказал он сам себе и улыбнулся.

— Она красавица, — сказал Оман на своем родном языке.

— Она принадлежит моему брату. — Тревельян отвернулся, потом добавил: — Она из его мира, не из моего.

Глава 5

После долгого, утомительно скучного обеда Гарри пригласил Клер прогуляться в саду. Она была очень довольна. На протяжении всего обеда она думала о сегодняшнем дне и о человеке, с которым его провела. Он такой странный, совершенно ни на кого не похожий. Он пробудил такую гамму чувств в ее душе! Клер то ненавидела его, то вспоминала, какие у него прекрасные руки.

— Вы выглядите сегодня вечером особенно очаровательно, — сказал Гарри. — Как будто грезите. Что с вами, дорогая?

— Так, ничего, — солгала она. — Я размышляла о том, что прочла сегодня. — Клер была рада, что догадалась надеть довольно смелый туалет от Уорта, не испугавшись сквозняков, гулявших по дому. Платье открывало плечи и руки. Они замерзли, зато Гарри сделал ей комплимент.

— Так значит, они все-таки разрешили вам бывать в библиотеке?

Клер остановилась и посмотрела на жениха.

— А откуда вы знаете? — Гарри только улыбнулся, взял ее под руку, и они продолжили прогулку.

— Гарри, как вы думаете, мужчина и женщина могут быть друзьями? — спросила Клер.

— Думаю, да.

Она посмотрела на него.

— А мы друзья? Я хочу сказать: можем мы с вами говорить о разных вещах?