Помоги проекту - поделись книгой:
-- Позвольте, -- прервал я его речь, -- для начала дела вам следует рассказать мне все... Мне известно, что вы ненавидите Боровского, с которым помолвлена ваша сестра...
-- Я не пытаюсь скрывать свою ненависть. Хотя многие объясняют мою неприязнь ревностью брата, привыкшему к сестринской любви... Поверьте, я был бы счастлив, если бы сестра вышла замуж за человека честного и благородного...
-- А в чем причина вашей уверенности в бесчестности Бобровского?
Ростоцкий отвел взор. Я желал услышать правду. Догадка была проста. Не тайна, что Бобровский пользовался взаимностью Коко. Значит, Ростоцкий был отвергнут и по понятным причинам возненавидел соперника. Ростоцкий должен сам рассказать мне. Я не могу иметь дело с человеком, который нечестен со мною.
-- Он обманывал мою сестру, -- ответил Ростоцкий, -- я собирался рассказать все отцу, который, не потерпев такого позора, расторг бы помолвку... Для отца стало бы величайшим оскорблением узнать, что его дочь променяли на салонную певицу. Но Климентина простила негодяя и уговорила меня оставить всё в тайне. Она искренне верит, что Боровский прекратил встречи с Коко сразу же после знакомства с нею. Наивность!
-- Это все, что вы хотите сказать?
-- Я могу сказать только то, что питал к Коко очень нежные чувства, -- ответил он.
-- Какой ненависти в вас больше? -- спросил я, -- отвергнутого влюбленного или оскорбленного брата?
-- Не знаю, -- честно ответил Ростоцкий, -- Но к дьяволу мою ненависть к Бобровскому. Надеюсь, что сестра одумается! Меня более беспокоит убийца Коко...
-- Позвольте нескромный вопрос? А вы бы сами женились бы на Коко?
-- Не раздумывая, -- твердо ответил собеседник, -- Я уже предлагал ей стать моей женою, но Коко сказала, что не любит меня...
-- Вас не пугал гнев отца? Он может лишить вас наследства и содержания.
-- Отец упрям, но я еще упрямей! Содержание? Я всегда смогу заработать себе на жизнь. А потеря светской роскоши меня не пугает.
-- Вы настаиваете на том, чтобы я взялся за следствие, -- вернулся я к главной теме беседы, -- не преувеличиваете ли вы свои возможности? Полагаю, вам известно, что мне вверены только дела государственной важности.
-- Вскорости вы узнаете о многих тонкостях этого дела, -- горячо заверил меня собеседник, -- поверьте, все запутано...
Когда я вернулся домой, то встретил в гостиной Ростоцкого-старшего. Внешне он человек весьма подтянутый, которому прекрасно удается стариться с достоинством.
Он выразил мне свое расположение ленивой улыбкой.
-- Ваша милая супруга позволила мне скоротать время за приятной беседой, -- произнес он добродушно.
-- Чем обязан вашему визиту? -- учтиво поинтересовался я.
-- Мне любопытно, неужто мой сын и вправду печется о бедняжке Коко? -- насторожено спросил Ростоцкий.
-- У меня нет причины скрывать намерений вашего сына найти убийцу несчастной девушки, -- ответил я.
-- Упрямец! -- Ростоцкий сжал кулаки. -- Он унаследовал мой несносный характер. Но именно поэтому я и горжусь своим сыном! Он ни разу не посрамил мое имя! Что до его увлечений медициной, в наши дни хватает куда более пагубных увлечений среди молодежи!
Он махнул рукою.
-- Иногда этот несносный характер сына пугает меня. Я опасаюсь возможной ссоры с ним. Этот упрямец способен уйти, хлопнув дверью, и даже угроза потерять наследство не испугает гордеца. Эх, а ведь это мой боевой нрав! Я никогда не отступал от собственных правил, и не отступлю никогда, чего бы он себе там не придумал!
Ростоцкий довольно улыбнулся.
-- У меня нет причины чинить вам препятствия в следствии. Желание отыскать злодея - идея благородная. Ростоцкие всегда славились своими стремлениями к истине!
Глава 2 Пусть мертвое воскреснет песнопенье
Рано утром я отправилась к Зимней канавке. Не задумываясь, решила пройтись пешком, хотя правила светского города не позволяют подобных вольностей. От нашего дома на Малой Морской идти недалеко. Я вновь взгрустнула об утренних прогулках, которые совершала верхом по окрестностям Кисловодска. Еще не рассвело, и я была уверена, что в столь ранний час никто из знакомых не отправится бродить по городу. А если и отправится, то не сумеет узнать меня в утренних сумерках.
На улице было прохладно, заморосил дождь, и я зябко закуталась в плащ.
Погрузившись в размышления, не заметила, как дошла до мостика Зимней канавки. Я медленно подошла к парапету, пытаясь уловить незримое присутствие призрака. Однако душа Коко не желала говорить со мной. Облокотившись на парапет, я начала всматриваться в холодные темные воды.
Вдруг я почувствовала, как кто-то резко толкнул меня. От неожиданности я не смогла удержать равновесие и оказалась в воде. Ледяной холод охватил мое тело, я безуспешно барахталась, но воды реки опускали меня на дно. Я захлебывалась и задыхалась...
-- Вам дурно? -- вдруг прозвучал взволнованный голос.
Зимняя Канавка
Вздрогнув, я вернулась в реальность, с трудом осознавая, что погибшая заставила меня почувствовать последние минуты своей жизни. Бывало, призраки подобным образом делились со мной своими предсмертными страданиями.
-- Если смотреть на воды, кружится голова, -- ответила я, повернувшись к прохожему, проявившему беспокойство.
-- Не следует поддаваться этому опасному увлечению, -- ответил он.
Моим собеседником оказался Серж Ростоцкий, ему не составило труда догадаться, зачем я отправилась в это ранее промозглое утро к Зимней канавке. О моих мистических талантах знал каждый.
-- Она погибла в этот час, -- произнес он печально.
-- Да, бедняжку столкнули в воду, -- добавила я, находясь под впечатлением своего видения. -- Я это почувствовала...
Ростоцкий поверил моим словам. Он достал из-под плаща алую розу и бросил ее на воду реки. Течение неспешно подхватило цветок.
Я ожидала, что скорбящий влюбленный начнет осыпать меня вопросами о моей возможной беседе с призраком, но он молчал, задумчиво наблюдая за удалявшимся цветком.
Меня пробирала дрожь. Невозможно было понять причины холода, охватившего мое тело, -- пережитое видение или северный ветер с Невы? Но ощущение было такое, будто меня только что вытащили из ледяной воды.
Начинался рассвет.
-- Мне пора, -- произнесла я спешно, зябко поморщившись, -- была рада встречи с вами.
-- Тут неподалеку моя коляска, я провожу вас, -- ответил он.
В его глазах я прочла укор -- неразумно было отправляться одной пешком.
-- Благодарю, очень кстати, -- дрожа от промозглого ветра, пробормотала я.
Мысль, что я скоро буду дома, где меня ждет горячий кофе, согревала душу.
-- Вы увлечены медициной? -- спросила я, дабы поддержать беседу, когда мы сели в коляску.
-- Да, очень, -- ответил Ростоцкий, -- сейчас меня заинтересовали медицинские учения древних египтян... Не могу понять своей уверенности, но готов держать пари, что даже лучшие медики Европы -- дикари по сравнению с египетскими лекарями.
Мне вспомнились рассказы кисловодского приятеля доктора Майера. Находясь под впечатлением книги французского ученого, он с восхищением пересказывал нам истории об умениях древних.
-- И нам известно еще не все, -- задумался Серж, -- но даже если бы мы знали, то ничего бы не поняли... Увы, нужно прискорбно признать, что мы, действительно, дикари...
Он достал часы, к которым была прикреплена цепочка с амулетом в виде египетского креста Анх, украшенного бирюзовым камнем в виде жука.
-- Достался по наследству, -- произнес Ростоцкий с улыбкой, -- поначалу я думал, что дед купил его у ловкого коллекционера. Однако отец разубедил меня, указав на старый парадный портрет нашего предка петровской эпохи. На шее пра-пра-прадеда красовался именно этот амулет...
-- Возможно, вашим предком был древнеегипетский странник. Завели его пути--дороги в дальние края, -- предположила я.
-- Я уверен в этом, -- серьезно ответил Сергей, -- этот путник был сыном лекаря. Возможно, именно поэтому меня так тянет к медицине.
-- Разрешите взглянуть на амулет? -- полюбопытствовала я.
Аликс на прогулке
Знаю, моя просьба была бестактна, но внезапное желание прикоснуться к древности победило чувство этикета.
Ростоцкий, весьма польщенный моим интересом, протянул мне фамильную реликвию.
Положив крест-Анх на ладонь, я всматривалась в бирюзового жука.
Перед моим взором вдруг поплыли широкие воды реки, обрамленные берегами в сочной зелени. В лодке, неспешно проплывавшей по глади реки, я увидела высокого человека, кутавшегося в льняной плащ. Черты лица путника отличались поразительным сходством с моим собеседником. Видение исчезло, но я все равно продолжала ощущать незримое присутствие духа предка.
-- Он рядом с вами, ваш древний прадед, -- произнесла я, возвращая амулет, -- он будет направлять вас и охранять...
Только произнеся эти слова, я забеспокоилась, что Ростоцкий может принять меня за сумасшедшую, но он, напротив, улыбнулся мне.
-- Вы подтвердили мои мысли и чувства, благодарю! -- столь оживленный тон не был характерен для хладнокровного Ростоцкого. -- Я часто ощущаю незримое присутствие египетского деда. Именно ему я обязан внезапному порыву взяться за медицину... Он был лекарем, уважаемым человеком... Я знаю это, неизвестно откуда, но знаю... Из всех потомков сквозь века он избрал именно меня...
Серж унял свои чувства. Его лицо вернуло былое спокойствие. Мы приехали к моему дому.
-- Приглашаю на утренний кофе, -- предложила я, -- думаю, Константин захочет переговорить с вами... Он уже получил распоряжение заняться следствием...
-- Благодарю за приглашение, -- кивнул Серж, -- буду рад присоединиться к вашему завтраку.
После утреннего кофе я пригласил Ростоцкого в свой кабинет, дабы поговорить о следствии.
-- Дело обещает оказаться сложным, -- произнес я задумчиво, -- и его итоги могут быть неутешительны для вас...
-- Прошу пояснить? -- недоумевал Сергей.
-- Буду честен. Ваша возлюбленная, которую вы боготворили, может оказаться не столь безупречной особой... Я говорю не только о моральном облике, но и о делах, которые она могла совершить, исполняя поручения Третьего Отделения[1]...
Новость, что салонная певица оказалась одной из поверенных Бенкендорфа[2] вызвала у меня удивление. Ловко она скрывалась. Теперь в воспоминаниях ее милое личико (однажды я видел ее выступление) не кажется наивным, оно напоминает искусную маску. Вспоминаю ее томный взгляд, устремленный к зрителям - внимательный и пронзительный.
-- Да, согласен, -- ответил Ростоцкий.
-- И вы под подозрением, мой друг. Следствие смерти Коко было бы неизбежно, и, разыгрывая безутешного влюбленного, жаждущего покарать убийцу, вы обратились ко мне. Прекрасная уловка снять подозрение...
-- Понимаю, я ожидал такого. Быть одним из подозреваемых -- не позор для меня. Готов держать пари, что вскорости мы узнаем имя настоящего злодея или злодейки!
Собеседник не терял присущего ему хладнокровия.
-- Злодейки? Да... возможно, ваша сестра...
Сергей вздрогнул.
-- Но Климентина не смогла бы столкнуть Коко в воду... она ниже ее ростом, -- натянуто произнес он.
-- Можно обратиться к наемному убийце... Простите, но пока у меня нет основания исключать вашу сестру из подозреваемых, при все моем уважении к ней.
Ростоцкий с раздражением сжал кулаки, но не сумел ничего возразить.
-- Вскоре вы поймете, что моя сестра невиновна, -- наконец, произнес он, уняв свой пыл.
-- Весьма надеюсь...
Мои слова прозвучали искренне.
Первым делом я решил побеседовать с подозреваемыми, которые имели личные мотивы поквитаться с мадемуазель. Визит, который сулил самый неприятный разговор, я собрался совершить сразу.
Госпожа Великова. Пометил я в блокноте. В свете ходят слухи о ее бурном проявлении ревности. Какие-то злые языки шепнули, что ее уважаемый супруг заинтересовался салонной певицей, и эти "интересы" уже успели приступить все границы дозволенного.
Великова всегда славилась своим пылким нравом, и даже светские правила не могли заставить ее прилюдно сдерживать чувства. Она демонстративно отказывалась посещать вечера, если на них была приглашена Коко. А мужу устроила шумную ссору, после которой съехала из его дома в съемные апартаменты.
Господин Великов заявил, что не имеет к Коко никакого отношения. И подтверждая свою правоту, не стал уговаривать строптивую жену вернуться, а попросту отлучился в Москву, сославшись на неотложные дела.
"Подождать пока дурь пройдет", -- сказал он одному из своих приятелей.
Поделиться книгой: