Отражение зеркал

«Итак, я ударилась головой, поэтому могу симулировать слабость с головокружением, и мне поверят. Похоже, охраняют меня только двое, и парни любят выпить. Значит, надо приходить в себя, изображать страх и плохое самочувствие, и ждать пока мои охранники напьются, а потом пытаться вырваться отсюда» - приняв решение о дальнейших действиях, и мне стало чуть легче.

Тем временем в соседней комнате продолжалось застолье, и глубоко вздохнув, я подумала, что самое время начинать представление.

-Кто-нибудь, помогите мне! Где я? Отпустите меня! – громко закричала я и в соседней комнате все звуки резко затихли, а потом щёлкнул замок и двери в комнату открылись.

На пороге стояли два парня – одного из них, бритоголового, я уже видела, когда меня похищали. А вот второй мне был незнаком. На вид ему было лет двадцать семь, с коротко стриженными русыми волосами, и под два метра ростом – он производил внушительное впечатление. «Да уж, этим лбам, чтобы напиться надо, как минимум, бутылок пять вылакать» - тоскливо подумала я, но решила не сдаваться.

-Кто вы? – изобразив испуг, пробормотала я. – И что вам надо от меня?

-Санта Клаусы, вот мы кто! – заржав, сказал бритоголовый. – Хотим тебя отправить в путешествие, в тёплые края!

-Отпустите меня, пожалуйста! – я жалобно посмотрела на них, и тут мне в голову пришло, что можно попробовать их перекупить. – У меня парень очень богатый и он вам любые деньги заплатит! Назовите сумму, и она завтра же будет у вас!

-Это вряд ли, - с усмешкой произнёс второй мужчина. – Если твой парень ездит на BMW X5, то уже никто за тебя не заплатит. Он, скорее всего, сыграл в ящик, после наших манипуляций с его машиной.

Меня прошиб холодный пот, и в этот раз я уже смотрела на них, не изображая испуг, а на самом деле чувствуя его. «Только не это!»

-Уроды, что вы сделали с машиной! – закричала я, испытывая панику за жизнь Лёши. – Отпустите меня!

Пытаясь высвободить руки, я с дикой ненавистью смотрела на своих похитителей, желая вцепиться им в глаза и расцарапать в кровь лица.

-Эй, ты, поосторожнее, - нахмурившись, сказал бритоголовый и подошёл к кровати. – Руки себе ещё попортишь.

-Я тебя сейчас всего попорчу, - яростно бросила я.

-Ты посмотри какая строптивая, - с ухмылкой ответил он. – Ничего, тебя быстро перевоспитают и сделают тихой, и покорной. И не таких обламывали, детка.

Поняв, о чём он говорит, я испуганно сглотнула. «Надо придерживаться плана, а не скандалить с ними. С Лёшей всё хорошо! Это они просто меня так пугают» - убеждала я себя, стараясь подавить ярость на них и страх за Лёшу.

-А может и нам слегка заняться её воспитанием? – бритоголовый посмотрел на своего напарника. – Аккуратненько так, а? Ты её за руки подержишь, чтобы наручниками кожу на запястьях не повредила, а я её повоспитываю, а потом поменяемся. А то, когда ещё такая кошечка попадёт к нам в руки?

Я оцепенела, услышав это, потому что поняла – противостоять я им не смогу. «Но и так просто не сдамся!».

-Макар ясно выразился на её счёт, - ответил второй парень. – А она молчать не станет.

-Не стану, - тут же заверила я, исподлобья глядя на то на одного, то на второго.

-Ладно, обойдёмся, - презрительно посмотрев на меня, бритоголовый развернулся и вышел из комнаты.

Второй парень тоже вышел, но через минуту вернулся с бутылкой водки и полотенцем. Смочив его спиртным, он начал вытирать мне висок, и я почувствовала, как защипало рану, а в нос ударил запах спирта и я поморщилась.

-Сойдёт, - сказал он, осмотрев плоды своего труда.

-У меня затекли руки. Вы не могли бы отстегнуть меня, - попросила я, и проникновенно посмотрела на парня.

-Обойдёшься. Привыкай, что теперь всё будет делаться не для твоего удобства, а это ты будешь думать об удобстве других. Чем быстрее до тебя это дойдет, тем легче тебе будет потом житься, - ответил он, и вышел из комнаты.

Мне так и хотелось плюнуть ему в спину и сказать какую-нибудь гадость, но я сдержалась, сжав зубы. «Надо дождаться пока они напьются, и как можно быстрее уносить отсюда ноги. А с Лёшей всё хорошо! Он же, в конце концов, потомок атлантов». Я даже боялась думать, что с ним что-то могло случиться, и напрочь отметала все плохие мысли, потому что, если с ним и правда произошло несчастье, то и мне уже незачем жить.

Глава 13

 Часов у меня не было, и я не могла определить, сколько времени прошло, поэтому просто прислушивалась к звукам, доносящимся из соседней комнаты, пытаясь понять, насколько уже пьяны мои охранники. «Тут главное не просчитаться. А то они могут, напившись, заснуть, и тогда я могу орать хоть до посинения, а они будут спать мертвецким сном. А ещё надо учитывать, что вскоре приедет Макар. Понятие «вечером» зимой весьма растяжимо. Он может приехать и как стемнеет, а может прикатить и часов в восемь-девять вечера. Ещё неизвестно, что он там себе надумает. Вдруг решит поступить всё же по-своему и, боясь, что эти лбы «попортят» меня, заберёт в другое место, из которого выбраться будет ещё сложнее».

Когда на улице начало темнеть, а из соседней комнаты раздался очередной пьяный возглас, я решила больше не тянуть и громко крикнула:

-Эй, вы там! Я хочу в туалет!

Через минуту дверь открылась и оба моих охранника, пьяные и пошатывающиеся появились в дверях.

-Я хочу в туалет. Отстегните меня, пожалуйста, - жалобно попросила я.

-В туалет?! - глубокомысленно повторил бритоголовый и непонимающе посмотрел на меня.

«Парень явно уже так набрался, что и соображает с трудом. Это хорошо» - подумала я и бросила взгляд на второго. Тот был трезвее своего напарника, но тоже неуверенно держался на ногах. «Чудненько! Первый вряд ли вспомнит, что существует такое понятие, как бег, потому что и с ходьбой уже проблемы, а второго можно попытаться хоть как-то обезвредить на пару минут. Мне главное вырваться на улицу, а там уже, или закричать можно, или попытаться спрятаться. Буду смотреть по обстоятельствам» - решила я.

-Только без фокусов, - пробормотал тот, что был трезвее и, достав ключи от наручников, отстегнул сначала одну руку, а потом вторую.

Сев на кровати, я потёрла запястья, а потом встала и пошатнулась, изображая головокружение.

-Что-то мне нехорошо, - пробормотала я, глядя на парня потрезвее. – Перед глазами всё плывёт. Вы не могли бы мне помочь и поддержать?

Он окинул меня подозрительным взглядом, но всё же взял под руку и вывел из моей импровизированной темницы. Соседняя комната была тоже не в лучшем виде, и я от омерзения поморщилась, глядя на бардак и убожество. «Наверное, здесь передерживают таких, как я».

Тем временем, мой охранник повёл меня к двери на улицу, а второй, вернулся в комнату, и опять сел за стол. Я, от радости чуть не закричала. «Туалет на улице, вот так удача! Больше шансов вырваться. Бритоголового уже можно сбрасывать со счетов! Пока он поймёт, что я сбежала, пока вспомнит где выход и как бежать, не путаясь в собственных ногах, я буду уже далеко. Осталось только от второго избавиться».

Но моя радость померкла, когда мы вышли во двор. Оглянувшись, и увидев небольшие домики, я поняла, что мы в дачном посёлке. «Зимой в таких местах народу почти нет, поэтому кричать и звать на помощь – бессмысленно. Надо прятаться. Но кругом снег, и куда бы, я не побежала, будут видны мои следы. Ну, что за невезение такое?» - тоскливо подумала я, идя рядом со своим охранником к туалету.

Толкнув меня внутрь, он взялся за ручку, не давая мне полностью закрыть дверь и пробормотал:

-Давай быстрее.

-Может, дверь закроешь? Я так не могу, - недовольно ответила я.

-Или так, или вообще никак. Поняла?

-Поняла, - зло бросила я, расстёгивая джинсы, а сама лихорадочно соображая, как теперь поступить.

«Кричать бесполезно, прятаться тоже, значит – остаётся только попытаться сбежать. И если уж бежать, то лучше по дороге. Может хоть кого-то встречу, кто мне поможет. Я легче этого амбала, раза в два, а значит, и скорость у меня будет выше. Он неповоротлив, а самое главное – пьян, и у меня будет преимущество, особенно если ещё и ударить его куда-нибудь, чтобы он замешкался. Или лучше не дёргаться, а подождать более удобного случая?» - я задумалась, боясь ошибиться. «А когда он ещё подвернётся, этот удобный случай? Люди на дачах появятся только весной. Ждать пока меня перевезут в другое место? А вдруг там всё будет ещё хуже. Или, не дай бог, меня вообще напичкают какими-нибудь транквилизаторами и сразу отправят в вояж. Нет уж. Лучше попытаться сбежать сейчас, чем ждать непонятно чего. Тогда остаётся самая малость – выбраться со двора на дорогу».

Осторожно повернув голову, я посмотрела на виднеющиеся справа деревянные ворота и калитку. «Перепрыгнуть я их не смогу, но калитка выглядит хлипкой, и открывается наружу. Даже если там есть замок, то при хорошем разгоне я её просто снесу или на худой конец, выбью замок, а потом, что есть сил, надо бежать подальше отсюда».

Решив как действовать, я начала не спеша застёгивать джинсы, думая, что делать с охранником. «А что делать? Классика жанра – удар в пах и толчок, чтобы он упал. Не драться же с ним. Он меня своей массой задавит».

Застегнув джинсы, и поправив остальную одежду, я глубоко вздохнула, собираясь с силами. «Ну, что, в бой!». Выйдя их туалета, я сделала шаг навстречу парню и сразу нанесла удар в пах коленом, после чего оттолкнула его от себя, а потом понеслась к воротам.

-Ну, сука, ты об этом ещё пожалеешь, - со стоном донеслось мне вслед, и я побежала ещё быстрее.

Адреналин в крови зашкаливал, и калитку, которая к моему счастью оказалась, не заперта, я проскочила за секунду, выскочив на улицу. Быстро оглянувшись, я решила бежать направо, потому что до виднеющегося в той стороне леса, было ближе, а налево уходила длинная улица с дачными домиками, и лес был далеко. «Главное добраться до леса! Два пьяных парня, в темноте вряд ли меня там найдут!».

Лёгкие разрывались от боли, но я старалась не сбавлять темпа и бежала так, как, наверное, никогда в своей жизни не бегала. «Наверняка иду на мировой рекорд. Интересно, насколько я оторвалась?». Оглянувшись, я увидела своего преследователя далеко позади и поняла, что у меня есть все шансы скрыться, потому что он бежал намного медленнее, и я постоянно увеличивала отрыв между нами.

В конце улицы показалась машина, едущая ко мне и я на бегу стала махать руками, привлекая к себе внимание. «Слава Богу! Хоть одна живая душа!».

Через тридцать секунд автомобиль уже притормозил возле меня и окно с водительской стороны открылось. Да рулём сидел мужчина лет тридцати пяти и с изумлением взирал на меня.

-Меня… Помогите… Спасите…, - после этой сумасшедшей пробежки в груди всё горело огнём, и я никак не могла отдышаться и нормально попросить помощи. – Меня… похитили… Если … не… поможете… мне… конец, - и указала на своего преследователя, который неумолимо приближался ко мне.

-Садитесь в машину, - скомандовал мужчина и я, открыв заднюю дверь, юркнула в салон.

-Спасибо!... Вы мой спаситель…

Автомобиль сразу тронулся с места, и я откинулась на спинку заднего сиденья. Но через пару секунду меня охватили тревожные предчувствия, потому что мужчина, вместо того, чтобы развернуться, поехал навстречу моему преследователю.

-Что вы делаете? – спросила я. – Надо отсюда уезжать, эти люди опасны!

-Я здесь не развернусь, - ответил он. – Сделаем круг.

Посмотрев на дорогу, я поняла, что он действительно прав, и ему здесь не развернуться, поэтому расслабилась. «В конце концов, не будет же мой преследователь кидаться под колеса».

Но кидаться ему и не пришлось. Машина сама притормозила возле него, и водитель зло бросил, через все еще открытое окно:

-Придурки! За одной тёлкой уследить не можете! Садись в машину!

-Макар… Прости…, - тяжело дыша, ответил парень, и я всё поняла.

«Ну, конечно! Только мне так может повезти, и я нарвалась на их главаря!» - сердце ушло в пятки, и как только сработал центральный замок, а мой преследователь открыл заднюю дверь, я предприняла попытку выскочить через другую дверь, хотя и понимала, что шансов скрыться, у меня уже нет.

Меня схватили за пуховик, грубо дёрнув обратно в салон, и я закричала, что есть сил:

-Помогитееее!

Крик эхом разнёсся по пустынной улице посёлка, а потом на рот легла ладонь, и мой охранник прижал меня к себе, не давая двигаться и орать.

-Ну, сучка, теперь пришло время жалеть о своём ударе, и попытке бегства! - раздалось над ухом и на меня дохнули таким перегаром, что мне стало плохо. – Жизнь до отъезда у тебя будет кошмарная! Уж я постараюсь!

В дом меня буквально заволокли и, бросив на кровать, опять пристегнули наручниками к её каркасу, а потом Макар долго кричал на парней в соседней комнате и слышался звон бьющейся посуды, но мне было плевать на это.

От страха и паники меня уже трясло, и я проклинала себя за собственную глупость и доверчивость. «Зная о том, что этот Макар, вот-вот приедет, я должна была наоборот спрятаться, а не кидаться к машине! Дура! Дура! Дура!». Оправдание, что мне мог попасться и нормальный человек, и я могла, таким образом, упустить шанс вырваться, звучало слабо, особенно в свете последних событий. Тоскливо посмотрев окно, я вздохнула, не зная, чего мне теперь ожидать.

Крики в соседней комнате, наконец-то, стихли, и я испуганно покосилась на дверь, когда она распахнулась. Мужчина подошёл к кровати и присел на край.

-Значит, ты у нас любишь побегать? Учтём, – произнёс он, холодно рассматривая меня, а потом громко сказал: - Щерба, завяжи ей глаза, заткни рот, и в машину!

-Хорошо, Макар, - ответил мой преследователь и оскалился в мерзкой ухмылке.

Подойдя к окну, он сорвал штору и оторвал от неё две полоски ткани. Когда он начал запихивать мне в рот одну из полосок, на меня накатило отвращение, потому что эти шторы стирали, наверное, ещё при царе горохе, и я сжала зубы, но Щерба тут же схватил меня за горло и зло сказал:

-Сука, не откроешь рот, я тебе все зубы выбью! В гаремах, и на таких спрос есть - сосут лучше.

Дышать стало нечем, и с ненавистью посмотрев на него, я позволила запихать себе в рот кляп. Потом меня опять отстегнули от кровати и, заведя руки за спину, защёлкнули на запястьях наручники. Толкая впереди себя, Щерба вывел меня во двор и, подведя к багажнику, завязал вторым куском ткани глаза, а потом поднял и уложил в багажник.

Минуты через три двигатель завёлся, и машина двинулась с места. Лёжа в холодном багажнике и проклиная свою судьбу, я чувствовала, как по лицу катятся горькие слёзы отчаяния и тихо молила: «Лёшенька, пожалуйста, будь жив и спаси меня, потому что сама я, вряд ли уже вырвусь!».

Сколько мы ехали, я не знала, потому что страх уже полностью завладел мной, поднимая волны тошноты, и голова, от всех переживаний раскалывалась. Наконец-то машина начала притормаживать, а потом и вовсе остановилась.

Багажник открыли и, вытащив меня, поставили на ноги, а потом куда-то грубо потащили. Делая шаги вслепую мне уже было на всё наплевать, потому что на сердце поселилась тоска. «А вчера, в это же время я была рядом с Лёшей и, не смотря на смерть родителей, жизнь казалось наполненной счастьем и смыслом. А что теперь впереди?».

Мы зашли в какое-то помещение и с моих глаз сняли повязку. Привыкнув к яркому свету, я осмотрелась вокруг. Комната была небольшая, стены выложены белой плиткой, как в больницах, и ней стояла небольшая кушетка, шкаф, холодильник, и стол, за которым сидел мужчина. Поднявшись, он оценивающе посмотрел на меня, а потом сказал:

-Макар, а ты прав, девочка дорогого стоит. Умыть, расчесать, накрасить, одеть и можно выгодно её продать.

-Да, вот только она у нас любит побегать, - раздался голос Макара из-за спины. – Вкати ей что-нибудь, чтобы она спала сном младенца. Мустафа здесь будет через четыре дня, и лучше нашу бегунью пока держать без сознания, чтобы она не наделала глупостей.

-Как скажешь, - согласился мужчина и подошёл к шкафу.

Достав оттуда шприц и ампулу, он набрал препарат и кивнул на кушетку. Меня тут же подтолкнули к ней и, сняв наручники, грубо сдёрнули пуховик, а потом задрали рукав свитера на правой руке и усадили на кушетку.

-Не смей пичкать меня всякой дрянью! – прошипела я, пытаясь вырвать руку, чтобы мне не сделали инъекцию, но Щерба тут же усилил хватку, обездвижив меня, и я почувствовала боль от укола.

-Дааа, трудно придётся девочке жить поначалу, - с ухмылкой пробормотал мужчина, оглядываясь на Макара, и вынул иглу из вены. – Хотя, некоторые любят усмирять именно таких и ломать их волю.

Глядя на мужчину полным ненависти взглядом, и понимая, что не могу ответить ему по-настоящему крупной пакостью, я плюнула ему в лицо. А через пару секунд веки стали наливаться тяжестью, и я закрыла глаза. «Если Лёша не найдёт меня за четыре дня, то уже никогда не найдёт» - вяло подумала я, засыпая, но почему-то было уже плевать на это.

Глава 14

 Реальность перестала существовать для меня. Каждый раз, приходя в себя, я долго не могла понять, где я, а вспомнив всё, не чувствовала страха или ненависти. Мне было глубоко плевать на происходящее вокруг, и я просто смотрела в потолок, испытывая апатию и желая опять провалиться в спасительный сон.

Всё происходящее не волновало меня, а предыдущая жизнь казалась чужой и нереальной. Иногда, в памяти всплывали воспоминания о детстве и о родителях, но казалось, что это было не со мной. А воспоминания о Лёше вообще казались сказкой, которую я сама себе придумала, потому что такого человека не могло существовать.

Меня держали в небольшой комнате, где из мебели были только кровать и тумбочка, и уже не пристёгивали наручниками к кровати, потому что в этом не было нужды – двигаться совершенно не хотелось.

Временами приходя в себя, рядом с кроватью, на тумбочке, я неизменно находила тарелку с бутербродами, но есть не хотелось, и запах пищи наоборот вызывал тошноту. Единственное, иногда мне хотелось пить, но любое движение давалось с огромным трудом, и порой я просто смотрела на бутылку с водой, не в силах до неё дотянуться.

А иногда меня поднимали с кровати и водили в туалет, и эти походы были самыми тяжёлыми. Еле передвигая ногами, я тащилась сначала в туалет, потом обратно и без сил падала на кровать, желая, чтобы меня больше никто не трогал. А потом приходил мужчина, делал мне укол, и я проваливалась в пустоту.

В очередной раз придя в себя, я упёрлась взглядом в потолок и вяло подумала: «Интересно, а сколько я уже здесь?». Но ориентацию во времени я полностью утратила и даже не знала, что сейчас – день, вечер или глубокая ночь, потому что окон в комнате не было. «А какая разница? Лучше вообще ничего не знать и ничего не чувствовать. Наверное, когда меня отсюда заберут, это время я буду вспоминать, как лучшее, потому что моя жизнь превратится в ад». Но возможные ужасы будущей жизни не пугали, и было всё равно, что и кто со мной будет делать.

Запах стоящей на тумбочке еды вызывал отвращение, и я, огромным усилием заставила себя повернуться лицом к стене, чтобы избавиться от него. Подтянув колени к животу, и обхватив их руками, я замерла, бессмысленно уперевшись глазами в стену.

«Где мужик со шприцом? Пусть сделает мне укол. Лучше спать и вообще ничего не чувствовать, чем тупо пялиться в стену» - апатично подумала я. Неожиданно до меня донеслись какие-то крики и грохот, но я тут же потеряла к ним интерес. «Делать им нечего. Кричат, грохочут непонятно чем» - закрыв глаза я, попыталась отрешиться от звуков, потому что они били по нервам и раздражали меня. Я хотела только тишины и покоя.

Но звуки с каждой минутой приближались и чтобы как-то избавиться от них, я укрылась одеялом с головой, не желая слышать их. «Достали. Можно потише?» - хотелось закричать мне, но сил на это не было, и я продолжила лежать не двигаясь.

Внезапно дверь в комнату с грохотом распахнулась и кто-то закричал:

-Здесь человек! – а потом к кровати подошли и сдёрнули с меня одеяло. – Нашёл! Она здесь!

Крик мужчины болезненно отдавался в ушах, и я сжалась, желая стать невидимой, чтобы меня не трогали. Но оставлять меня в покое явно не собирались, и я почувствовала, как к моему плечу кто-то прикасается.