Женитьба Ле Труадека

Мируэт. Человек, который отказывается идти с нами, не признает ли тем самым, что его стесняет эпитет Честного Человека?

Ле Труадек. Очевидно, признает.

Мируэт. Человек, которого стесняет эпитет Честного Человека, — это человек, который чувствует, что в нем в той или иной степени сидит плут и мошенник?

Ле Труадек. Ясное дело.

Мируэт. Другими словами, единственные люди, которые откажутся идти с нами, — это плуты и мошенники.

Ле Труадек. К сожалению, с этим нельзя не согласиться.

Мируэт. Хорошо. Вчера вечером у баронессы Жантиль-Дюран состоялось решающее собрание. Вопрос ставился так: Честные Люди — это хорошо. Партия Честных Людей — это лучше. Но партия предполагает организацию, комитет, вождя. Организация? Над ней я работаю вот уже полгода. Комитет? Он будет образован завтра, если нужно. Вождь…

Ле Труадек, вскидывая голову. Да.

Мируэт. Вот где требовалось что-то новое, смелость, идея! (Хлопает себя по лбу). Вот где требовалось выйти из колеи, показать, что у нас не только свежая формула, но и свежее вдохновение.

Ле Труадек, с чем-то вроде содрогания. Да, да.

Мируэт, в большом волнении. Вы ожидаете, господа противники, что мы вам покажем какую-нибудь клячу, какого-нибудь политика, чуть-чуть меньше потрепанного, чем ваши, или какого-нибудь закулисного интригана из тех, кто до сих пор дергал веревочки, не показываясь сам? Ха-ха! Ну, так вот, у меня будет побольше воображения. Я поворачиваюсь спиной к парламенту, с его кулуарами и пристройками, и отправляюсь искать — куда? (Пауза; он меняет тон) — на вершины научного созерцания, искать отшельника, аскета, безмолвную славу (он делает вид, что снимает шляпу) и говорю ему: «Идите к нам! Вы нам нужны»!

Ле Труадек раскрывает глаза, рот и словно весь каменеет.

Мируэт, торжественно и проникновенно. Профессор, вы поняли меня?

Ле Труадек. Я… Я…

Мируэт. Не отвечайте мне сразу. Нет, я вас прошу. Сутки. У вас есть сутки.

Ле Труадек. Сутки?

Мируэт. Вам нужно больше?

Ле Труадек. Нет…

Мируэт. Лишних несколько часов? Лишнюю ночь?.. Дело в том, что у нас собрание сегодня вечером, собрание завтра, и я обещал принести ответ, самое позднее, завтра. Мне трудно будет заставить их ждать. Сейчас они у меня в руках. Но…

Ле Труадек. Но, во-первых, так ли я вас понял?

Мируэт, беря его за руку. Разумеется, вы меня поняли.

Ле Труадек. В таком случае я не думаю, чтобы мне требовались сутки.

Мируэт. Тем лучше!.. То есть тем лучше в том случае…

Ле Труадек. Я был немного удивлен, сначала.

Мируэт. Это вполне естественно.

Ле Труадек. Но я чувствую, что к сегодняшнему собранию… да…

Мируэт. К сегодняшнему?

Ле Труадек. Да, я чувствую, что приму решение.

Мируэт. И хорошее? То, которое нужно? (Ле Труадек, по-видимому, не отрицает). Во всяком случае дело сделано скоро. Должен сознаться, я боялся, что потребуется больше времени. Они рты разинут, там.

Ле Труадек, посмотрев на него искоса. Позвольте… решение, да, но я еще не знаю какое.

Мируэт. Как? Что вы?.. Это жаль. Я был бы рад, если бы мог уже сейчас дать понять… Это произвело бы прекрасное впечатление. И тем самым я устранял некоторые комбинации, которые могут сложиться отчасти помимо меня. Но, во всяком случае, я не стану вас торопить. Обдумайте на досуге. Я зайду погодя, часа в три-четыре.

Ле Труадек, нерешительно. Да, да…

Мируэт. Вы дадите мне ответ. Я убежден, что за это время ничего не случится.

Ле Труадек. Да, подождите еще минуту, дорогой друг. Я чувствую, что решение приходит, и таким образом вы уйдете… спокойнее.

Мируэт. Решение? Великолепно. Браво! Какая свежесть ума, дорогой профессор, какая сила характера! Итак, скажите, значит «да»?

Ле Труадек. Приходится.

Мируэт, беря его за руки. Это восхитительно! И какая простота! У меня выйдет чудесный номер.

Ле Труадек. А теперь, пока вы еще здесь, я был бы рад сообщить об этом мсье Бенэну, который как раз у меня в кабинете, и спросить его, что он думает о моем решении.

Мируэт. Кто это? Ваш портной? Или нет, этот господин, который помогает вам выбирать костюмы?

Ле Труадек. Костюмы? Правда, я сейчас советовался с ним о покрое костюма. Но это маленькая услуга, которую он мне оказывает в числе многих других. Мсье Бенэн для меня очень дорогой и очень ценный друг.

Мируэт. Не думайте, что я что-нибудь против него имею. Нисколько! Я даже собирался предложить ему в «Разведчике» отдел мужских мод.

Ле Труадек. Мсье Бенэну? Так вы его знаете?

Мируэт. Нет. Я о нем только что услышал в первый раз от… от кого это?.. Да, от Софи.

Ле Труадек. Я думаю, вам будет приятно с ним познакомиться.

Мируэт. Я уверен в этом и заранее этому радуюсь. Но раньше покончим с нашим делом, с глазу на глаз, дорогой профессор. То, что нас интересует, настолько серьезно и настолько конфиденциально, что было бы преждевременно вмешивать сюда третьих лиц. Так как теперь вы наш вождь, вы, должно быть, желаете получить кое-какие пояснения относительно нашей политической программы?

Ле Труадек. Сегодня вы торопитесь сообщить мой ответ вашим друзьям, и я не хочу вас задерживать. Мы поговорим об этом другой раз, когда будет время.

Мируэт. Имейте в виду, что такое любопытство я счел бы вполне естественным.

Ле Труадек. Главное — это согласиться относительно принципов, не так ли?

Мируэт. Совершенно верно.

Ле Труадек. Ведь вы Партия Честных Людей?

Мируэт. Пусть попробуют доказать мне обратное.

Ле Труадек, протягивая руки. Чего же еще!

Мируэт. Вы правы, дорогой профессор. Я углубляюсь в тонкости. Как будто все это немного проще! (Пауза). К сожалению, моя миссия в отношении вас еще не закончена, и то, что мне еще остается вам сказать, не так-то просто.

Ле Труадек. Что же это такое?

Мируэт. Если вы мне не поможете, я, должно быть, с этим никогда не справлюсь.

Ле Труадек. Помочь вам? Каким образом?

Мируэт. Ах! Стать общественным человеком! Посвятить себя общественному благу! Отдаться «душой и телом» общественному благу! Есть люди, для которых все это только пустые фразы.

Ле Труадек. Я их жалею.

Мируэт. Да. Они не отдают себе отчета в жертвах «личного» порядка, которых может потребовать видное общественное положение.

Ле Труадек. Они не отдают себе в этом отчета.

Мируэт. Но те, кого это касается, те-то вынуждены дать себе в этом отчет, не так ли?

Ле Труадек. Да. Так, например, я… я вполне понимаю, что мне придется отложить новые исследования, которыми я был занят.

Мируэт. Разумеется, но если бы было только это!

Ле Труадек. Только это?

Мируэт. Да… конечно, уже и это очень тяжело. Но если бы не было жертв… другого рода.

Ле Труадек. О! Вам кажется, что это вовлечет меня в большие расходы?

Мируэт. Что вы! Партия Честных Людей — не ватага оборванцев. Избирая вождя, мы сознаем, какое бремя он на себя налагает, и мы поможем ему нести его достойно.

Ле Труадек. Так, так, но тогда что же?

Мируэт. Дорогой профессор. Вы уже давно у всех на виду. Но как ученый. Слава ученого озаряет его подобно мягкому и благосклонному свету. Даже его частная жизнь, если на нее падает ее отблеск, окружается словно ореолом. Да. Как не похож на нее резкий свет, которым залиты малейшие поступки политического деятеля! Вы меня понимаете?

Ле Труадек. Не настолько, насколько мне бы хотелось.

Мируэт. Слушайте. Вот, например, я. Я женат, отец семейства, и у меня две любовницы. Как видите, я не корчу из себя святого. Но я, я скромный рядовой. Я работаю в полутьме. Даже если публика меня знает и думает обо мне, ей не придет в голову требовать от меня удостоверения о добродетели. Редактору газеты полагается иметь любовниц. Это, видите, вопрос специальности. Но глава партии, глава Партии Честных Людей… Начинаете вы меня понимать?

Ле Труадек. Мне кажется, я начинаю вас понимать.

Мируэт. В таком случае?

Ле Труадек. В таком случае… в таком случае, дайте мне все-таки кое-какие указания относительно вашей политической программы.

Мируэт. Правда? Вы хотите?.. Но прежде всего, я боюсь, нет ли здесь недоразумения. Я вовсе от вас не требую, чтобы вы приняли постриг. Мы не так жестоки. Что меня беспокоит, так это известное фактическое положение, которое до сих пор не представляло почти никаких неудобств, но теперь становится невозможным. Глава партии в открытой связи с маленькой актрисой — нет, нет и нет!

Ле Труадек. Я понимаю. Но это будет тяжело.

Мируэт. Еще раз повторяю, мы не собираемся заточить вас в монастырь. Притом заметьте, когда я вижу, что человек в вашем возрасте все еще находит удовольствие во… в… так меня лично это не только не шокирует, а, напротив, радует. Я старый почитатель Генриха Четвертого и покойного бельгийского короля. И потом, когда сам немного моложе, как я, то это ободряет, открывает перспективы. Но я вам говорю — будьте спокойны. Жертва велика, но мы позаботимся о компенсациях.

Ле Труадек. Повторяю вам, это будет тяжело.

Мируэт. Тяжело? Я, который ни разу не видел этой маленькой особы иначе, как в платье и на расстоянии двух с половиной метров, я заявляю, что это будет героично…

Ле Труадек. Что касается меня, я сумею себя убедить. Я отлично понимаю, что основные свойства особы ее пола могут найтись и у другой.

Мируэт. Ей нетрудно будет утешиться тем же соображением. Вам не кажется?

Ле Труадек. Она очень привязана ко мне.

Мируэт. Это делает ей честь — я хочу сказать, что у такой молодой особы, как она, подобная привязанность предполагает возвышенные чувства. Вам будет тем легче откровенно изложить ей дело… При ее уме…

Ле Труадек. Конечно, она очень умна, но по части высоких идей…

Мируэт. Я убежден, что идя прямо, вы достигнете цели. Не мешкайте! Что? Она будет кричать? Плакать? Пускай. Потом успокоится. Если вам нужна поддержка, я к вашим услугам. В случае надобности я поговорю с ней отдельно. Когда замешаны крупные интересы, каждый жертвует собой.

После паузы.

Распорото хорошо. Зашить труднее. (Помолчав). Вы спрашивали меня относительно подробностей нашей политической программы. Одним из основных пунктов является возрождение семьи и методическое воспитание размножительных инстинктов.

Ле Труадек. Разумеется, это самое неотложное. Приветствую всей душой.

Мируэт. Так как мы не партия шутов и акробатов, то мы не намерены, начертав это на своем знамени, забывать об этом на деле. Глава партии, который после красивой речи о размножении возвращается в свою холостяцкую квартиру курить трубку, нам не годится.

Ле Труадек. Вы хотите, чтобы я женился?

Мируэт. Без всяких колебаний.

Ле Труадек. О!.. Но на ком, боже мой!

Мируэт. Вы знакомы с баронессой Жантиль-Дюран?

Ле Труадек. Я встречался с ней два-три раза. Так вы хотите, чтобы я…

Мируэт. Терпение!.. Правда, сначала мы имели в виду ее. Сама баронесса не возражала. Напротив, совсем напротив. Вы ей нравитесь. Интеллектуально, а также физически.

Ле Труадек. А!