Цирк-Западня

38

Ты решаешь, что лучше все же попытаться про­скочить мимо мистрис Варвары. Здесь, ты дума­ешь, у тебя больше шансов на спасение!

— Я уношу отсюда ноги! — шепчешь ты Ричи.

Ты пробираешься к выходу, избегая освещен­ных площадок. Прячешься за столбами. Ныряешь под сиденья.

Мистрис Варвара занята беседой с кем-то из цирковых. Она показывает ему что-то вроде боль­шой афиши, которую держит в руках.

«Это мой шанс, — говоришь ты себе. — Если они и дальше будут заняты разговором, может, мне удастся проскочить мимо них незаметно. Тихонь­ко прокрасться у нее за спиной...»

Когда ты почти поравнялся с ними, мистрис Варвара разворачивает афишу поудобнее и под­нимает ее к свету.

Ты видишь там такое, что еле сдерживаешься, чтобы не закричать.

Что это за афиша, узнаешь на странице 51.

39

Звезда? Нет уж, спасибо. Мало ли всяких врак ты наслышался от этих циркачей. Лучше поско­рее домой!

И ты бежишь, не останавливаясь. Через авто­стоянку. По дороге. Вверх по холму. Вниз по дру­гой дороге.

До дома добрых шесть миль, но ты их одолева­ешь. Задыхаясь, ты прибегаешь в свою комнату, плюхаешься на кровать и проваливаешься в глу­бокий сон.

Ты спишь восемь дней подряд! Когда ты про­сыпаешься, цирк уже переехал в другой город.

Уже поздно помочь ребятам, превращенным в уродцев в кунсткамере! Поздно помочь Ричи.

Конечно, сам ты спасся, но друзей бросил в беде.

А если бросил друзей в беде, то о счастливом конце и говорить нечего.

Так что возвращайся и попробуй все сначала.

Конец

40

— Но здесь же ни души! — возражаешь ты. — А я не умею делать сахарную вату!

— Придумай что-нибудь! — чуть не в истерике кричит мистер Пиперс, от нетерпения прыгая во­круг тебя. — Сейчас же сделай ее для меня. Не то скажу большому злому клоуну, где ты!

— Ладно, ладно, — пытаешься ты его успоко­ить. — Ну прямо, как маленький.

Ты идешь к машине, которая изготовляет сахар­ную вату. Вообще-то тебе не раз приходилось ви­деть, как ее делают, так что, пожалуй, можно ра­зобрать, как там и что. Насыпаешь пакет розово­го сахарного песка в чашку.

— Ну, скорей! — визжит клоун-лилипут. — Ням-ням!

Пушистая сахарная вата начинает вылезать по бокам чаши. Нужен бумажный кулек, чтобы на­матывать ее на него как на палку. Только его ни­где нет.

— Не видел здесь бумажных кулечков? — спра­шиваешь малыша-клоуна.

— Да ерунда! — фыркает он. — Бери руками!

Руками? Это надо ж такое придумать!

Но вата лезет и лезет из чашки.

Надо что-то решать...

Если готов взять вату руками, делай это на странице 10.

Если ты на это не решился, переходи на страницу 99.

41

— Я хочу спрятаться! — говоришь ты Данни — мальчику-ящерице. — Но где?

— Сюда, — шепотом зовет он.

Раз! — и ты прошмыгнул в его клетку.

— Ложись, — приказывает Данни, махнув хво­стом в дальний угол.

Ты ложишься на холодный цементный пол ря­дом с охапкой соломы.

Данни хвостом засыпает тебя соломенной крошкой. Ты изо всех сил сдерживаешься, чтобы не чихнуть.

Ты лежишь тихо, как мышка, боясь пошевель­нуться. Кто-то входит в балаган кунсткамеры.

Стук каблуков все слышнее. Мистрис Варвара? Из-под соломы ничего не видно.

Затаив дыхание, ты лежишь, ни жив, ни мертв, молясь об одном: чтоб никто тебя не увидел...

А теперь тихонько, незаметно перебирайся на страницу 56.

42

Рука мистрис Варвары, заталкивающая тебя в банку, замирает. Она смотрит на тебя, прищурив­шись.

— Какую сделку? — сурово спрашивает она.

— Предложи ей что-нибудь, — шепотом под­сказывает тебе мальчик-ящерица. — Что-нибудь такое, от чего она не откажется.

Предложить ей что-нибудь? От чего она не от­кажется?

Но что же?

Если ты захватил с собой свою бейсболку-талис­ман, полароидную камеру или словарь цирковых терминов, переходи на страницу 103.

Если же ты ничего из перечисленного не взял с собой, ступай на страницу 69.

43

Шпагат? Ну конечно! Его ты как раз прихватил с собой.

Можно придумать миллион способов, как при помощи шпагата спастись из этой безвыходной ситуации. Например:

Можно быстро навязать несколько петель и сде­лать лассо. Затем хорошо прицелиться и набро­сить петлю на конец трапеции, что раскачивается над тобой. Потом подтянуть трапецию, перелезть на перекладину и улететь на волю.

Можно бечевкой связать руки Дьордя. Потом скатиться по его тощей ноге, как по пожарному шесту.

Можно отрезать кусок шпагата, связать концы вместе и затеять игру в «колыбель для кошек», то есть в «веревочку», меняя узоры, пока все участ­ники циркового действия, желающие твоей смер­ти, не рехнутся.

Можно...

Будет!

Слишком долго раздумываешь.

Ты упустил свой шанс сделать выбор. Теперь уз­наешь о том, что можно сделать с бечевкой, на странице 116.

44

Ты смотришь на женщину в розовом трико. На груди у нее розовая змейка, расшитая блестками. Она улыбается тебе. Добрый знак, отмечаешь ты про себя.

Затем ты присматриваешься к змейке и ви­дишь — это кобра.

Вот это да!

— Привет, я Сара — женщина-змея, — ласково говорит циркачка. — А ты, должно быть, один из наших юных гостей. Хочешь, покажу классные трюки на трапеции?

— Еще бы, — соглашаешься ты. — Только сна­чала несколько вопросов, можно? — А про себя думаешь: «Лучше бы ты помогла мне выбраться из этого ужасного цирка».

— Валяй, — смеется Сара и, взяв тебя за руку, ве­дет на арену. — Давай сначала покачаемся на кана­тах. Поговорим после! — Она лукаво подмигивает.

«После, так после, — думаешь ты. — Если я пойду и поработаю с ней немного, может, она по­может мне убежать отсюда».

Хотя, как знать, вдруг она отведет тебя к хозяй­ке Варваре?

Так можно ей доверять или нельзя?

Все зависит от того, насколько ты любишь змей.

Если ты захватил с собой своего любимого ужа, ты, скорее всего, доверишься ей на странице 104.

Если ты не взял с собой ужа, переходи на страницу 75.

45

Клоун-великан прикрывает руками этот ужас.

Под гримом нет плоти. Нет кожи. Там голый череп!