Капитан Футур (сборник)

Капитан Футур и его спутники все еще были в скафандрах, поэтому, выплыв в космос, они уже через несколько секунд добрались до обшивки «Кометы», а немного позднее уже сняли скафандры внутри маленького каплеобразного корабля.

— Шеф, я знал, что с тобой ничего не может. — оглушительно проревел робот Граг и так крепко сжал руку Курта своей металлической лапой, что чуть было не сломал ее. — Я уже говорил Ото, что мы найдем тебя живым и здоровым… хотя именно ему мы и обязаны всеми неприятностями.

— Что тебе удалось узнать на корабле Легиона Гибели, шеф? — с любопытством спросил Ото. — Как тебе удалось вырваться оттуда?

— Ну, я придумал один план… а потом, как последний дурак, угодил в Саргассово море космоса.

— Саргассово море? — глаза–линзы Саймона Райта вопросительно посмотрели на Курта. — Как же тебе удалось выбраться оттуда, Куртис?

И Курт рассказал им обо всем.

— Теперь я уверен, что база доктора Зарро и его Легиона находится на Уране или на Плутоне, — закончил он свое повествование.

— Это Плутон, мой мальчик, — сказал ему Мозг и, в свою очередь, поведал ему о результатах исследования странного, покрытого белым мехом тела и о своем старте к Плутону.

— Плутон, гм… — пробормотал Курт, и взгляд его серых глаз стал задумчив. — Тогда мои предположения верны, и мы направляемся к Плутону немедленно! У нас очень мало времени для того, чтобы остановить доктора Зарро. Вся система уже в такой панике, что самое большее через пару дней власть, которой домогается этот преступник, упадет к нему в руки.

Тем временем Кансу Кейн, маленький астроном, не отрываясь, с удивлением и чувством дискомфорта смотрел на трио нечеловеческих друзей Капитана Футура. Он в панике отпрянул назад, когда массивный Граг направил на него свои фотоэлектрические глаза.

— Кто это, шеф… пленный? — прогремел робот.

— Нет, это Кансу Кейн, венерианский астроном, которого похитил Легион, — поспешно ответил Курт.

Глаза–линзы Саймона Райта уставились на маленького человечка.

— Кансу Кейн, автор книги по теории двойных спектров? — спросил Мозг.

Кансу гордо выпрямился во весь рост.

— Да, это моя работа.

— Эта теория — самая невозможная гипотеза, которая когда–либо мне попадалась, — прокаркал Мозг. — Как вы ее только разработали?

Маленький астроном взвился от возмущения, забыв о почтении к Мозгу.

— Вы, должно быть, сошли с ума, если так говорите! — дико воскликнул он. — В своих расчетах я убедительно доказал, что…

— Нам лучше оставить научный диспут на потом, — быстро предложил Капитан Футур. — Мы только теряем время. Граг, готовь корабль к старту… мы летим прямо к Плутону.

— Слушаюсь, шеф, — радостно прогудел робот и поспешил к пульту управления. — Сейчас мы разовьем полную скорость.

— Немного позже мне хотелось бы посмотреть на труп, о котором ты мне рассказал, — обратился Курт к Мозгу, — а пока скажи, как далеко ты продвинулся в наблюдений за черной звездой?

— Я немного смущен, Куртис, — признался Мозг. — Эта темная звезда, несомненно, обладает значительными размерами, если судить по фотографиям и визуальным наблюдениям, но, судя по замерам, масса ее слишком мала для такого огромного тела.

— Может быть, твои замеры исказил какой–то фактор?

— Это не исключено, — согласился Мозг. — Мне нужна более мощная и качественная аппаратура, чтобы это установить.

— Как только мы окажемся на Плутоне, ты можешь продолжить свои наблюдения в обсерватории Тартара. Если будет установлено, что эта темная звезда, действительно, обладает огромной массой, тогда Земле на самом деле предстоит пережить ужасную катастрофу, Саймон.

— Я знаю, — пробормотал Мозг, — хотя все это чрезвычайно запутано.

Капитан Футур обернулся и обнаружил Джоан, сидящую с побледневшим лицом в противоперегрузочном кресле.

— Граг, — приказал он, — переключи корабль на автопилот и принеси нам что–нибудь поесть. Джоан умирает от голода.

Робот подчинился и через несколько минут принес раздвижной столик с множеством приборов и едой для предстоящего «обеда». Для Джоан и Кансу Кейна, сидящих за столом с Куртом Ньютоном и Экипажем Будущего, это был самый странный обед, в котором Они когда–либо принимали участие.

Курт, Джоан и венерианин ели обычные межпланетные кушанья, которые Граг достал из вакуум–камеры с припасами. Там были мороженая земная говядина, марсианские пустынные яблоки, плоские жесткие ломти космического хлеба, изготовленного из юпитерианского зерна, и большая бутылка черного вина из болотного винограда с Юпитера.

Ото, по необходимости, мог питаться обычными продуктами, но предпочитал синтетическую, чисто химическую пишу, которая намного лучше утоляла его голод. Андроид одним глотком с удовольствием выпил неаппетитного вида химическую жидкость из гласситовой миски.

Саймону Райту не нужно было никакой еды, потому что у него не было тела, которому было бы необходимо питание. Мозг обычно освежался стимулирующим вибрационным массажем, и для этой целя Граг установил на прозрачном ящике с живым Мозгом маленький проектор. Саймон молча купался в силовом поле.

Сам Граг, металлическое тело которого питалось атомной, энергией, спокойно открыл одну из крышек на своем массивном торсе и сунул маленький кусочек меди в приемное отверстие, которое приводило в действие внутреннюю силовую установку, а затем, закрыв крышку, скормил остатки меди Эеку. Маленькая лунная собака тотчас же проглотила чистый металл, и глаза ее заблестели.

— Он ест любой металл? — удивленно спросила Джоан у робота, наблюдая за Эеком.

Граг открыто не выказал радости, вызванной тем, что кто–то еще интересуется его ручным животным.

— Да, он ест любой металл, — громыхнул он, — но особенно любит тяжелые металлы.

— Почему же он не отгрызет тебе палец? — с любопытством спросила Джоан. — Ты ведь тоже металлический, а он постоянно что–то жует.

— Мое тело состоит из неразрушимого «благородного металла», который не поддается даже зубам Эека, — объяснил Граг, — поэтому он лучше съест медь. Но больше всего он любит серебро и золото.

— Однажды он докопается до серебряных пузырьков в моей коробочке с гримом, — прошипел Ото, враждебно глядя на лунного пса. — И нет никакого сомнения, что в конце концов он сожрет нас всех!

Джоан сняла с запястья черненый золотой браслет и протянула его лунной собаке.

— Вот, возьми, Эек, — сказала она.

— Он не может слышать… вы должны думать, тогда он прочтет ваши мысли, — объяснил ей Граг.

Джоан так и сделала. Лунная собака телепатически услышала ее предложение и тотчас же набросилась на браслет.

Она пожирала золото с видимым наслаждением, но через некоторое время ее лапы начали подергиваться.

— После большого количества золота она чувствует себя неважно, — озабоченно сказал Граг.

— Чувствует себя неважно? Может быть, ты имеешь в виду, что она пьянеет? — насмешливо произнес Ото. — Каждый металл с атомным весом больше, чем у цинка, повергает это чудовище в белую горячку. Посмотри–ка на него!

У Эека, действительно, возникли затруднения с координацией движений, а глаза, казалось, довольно блестели.

— Теперь он, вероятно, поет во весь «голос», — улыбнулся Капитан Футур. — Телепатически, конечно.

Когда этот странный обед закончился, Граг вернулся в рубку управления. Он взял с собой Эека, опьянение которого теперь было хорошо заметно.

«Комета» мчалась в пустоте пространства. Саймон Райт и Кансу Кейн снова продолжили диспут о теории венерианина. Ото, которому это быстро наскучило, начал пробовать все новые и новые маски. Джоан смотрела на Капитана Футура. Молодой рыжеволосый человек небрежно развалился в противоперегрузочном кресле. Его взгляд был устремлен в пустоту, а сильные пальцы рассеянно скользили по любимому инструменту — двадцатиструнной венерианской гитаре. Призрачная музыка полудюжины разных миров и связные, следующие один за другим, обрывки разных внеземных мелодий как нельзя более подходили этому инструменту. Но когда Джоан посмотрела на загорелый лоб и задумчивые серые глаза Капитана Футура, то поняла, что мысли его заняты совсем не музыкой. Она поняла, что он думает о докторе Зарро, о борьбе с темным пророком–заговорщиком и его таинственным Легионом. О самом опасном бое, о жизни и смерти для всей Системы.

НА ЛЕДЯНОЙ ПЛАНЕТЕ

«Комета» мчалась вниз, сквозь сумрак плутонского дня к Тартару, огромному куполу столицы колонистов. Капитан Футур сам стоял за пультом управления, и его внимательный взгляд был устремлен на световое пятно лежащего немного севернее накрытого куполом города.

— Это сигнальные огни космопорта, — прокомментировал он. — Ты помнишь, Саймон, мы здесь уже были однажды.

— Я тоже помню, — проворчал Ото. — В этой экваториальной области мы чуть было не замерзли.

Андроид с глубокой антипатией уставился на темный, пугающий ландшафт за городом… панораму замерзшей черной равнины, которая протянулась до огромных белых ледяных плоскогорий и переходила в них, чтобы в конце концов упереться на горизонте в тускло блестящую горную цепь. Он ненавидел холод.

Граг, не обращавший внимания ни на жару, ни на холод, неподвижно стоял возле Мозга и смотрел наружу. Джоан Рэнделл и Кансу Кейн тоже пришли в рубку управления и напряженно смотрели вниз.

— Кто теперь командует планетарной полицией на Плутоне? — спросил Курт девушку–агента.

— Маршал Эзра Гарни, — ответила Джоан. — Вы, вероятно, его еще помните?

— Старину Гарни? Конечно, я помню его… этого крепко сбитого старого маршала межпланетной полиции, и я встречал его по всей Системе. В последний раз еще на Юпитере, в стычке с Владыкой Вселенной.

— Его отвага была причиной того, что его послали туда в это ужасное время, — сказала Джоан, — теперь он шеф всей межпланетной полиции, и его штаб–квартира находится здесь, внизу, в Тартаре.

— Тогда мы сначала, найдем его, — заключил Курт.

Точно на запад от космопорта, недалеко от огромного купола города, поднималось массивное здание с куполообразной крышей.

— Обсерватория Тартара, — сказал Курт. — Она построена за чертой города затем, чтобы телескоп не закрывал купол, накрывающий город. Как только я вернусь назад после переговоров с Эзрой, тотчас же отправлю тебя туда, Саймон, чтобы ты продолжил свои наблюдения за черной звездой.

— Я пойду с тобой в город, шеф, — решительно заявил Граг. — Я не позволю, чтобы Ото еще раз поставил тебя в трудное положение.

— Да, Граг, я возьму тебя с собой, но только по другой причине. Холод тебе ничем повредить не может. Идем и захвати с собой тот таинственный покрытый мехом труп, который принес с собой Ото. Я хочу показать его Гарни.

Он открыл люк, и поток ледяного воздуха ворвался внутрь.

— Так же холодно, как и всегда, — сказал Курт. — Из этой планеты никогда не выйдет рая, это уж точно.

Они вышли наружу, в ледяной сумрак: по одну сторону от высокого рыжеволосого авантюриста Джоан, а по другую — Граг со своим грузом. Лунная собака Эек, как обычно, обвилась вокруг шеи Грата.

Наступила ночь, которая на Плутоне была лишь немного темнее дня. Харон, самая большая из трех лун, белым диском сиял недалеко от зенита. Цербер я Стикс, две другие луны, только что взошли и заливали ледяной ландшафт материнского мира странным, смешанным и постоянно меняющимся светом.

Капитан Футур с интересом взглянул на луны. Цербер был известным повсюду спутником–тюрьмой, пустынной луной, каторгой, на которую ссылались самые опасные межпланетные преступники. На Хароне находилась охотничья станция землян, которые охотились там на редких пушных зверей. И только Стикс никогда еще не посещался землянами и не заселялся, потому что был полностью покрыт водой, из–за чего посадка на него исключалась.

Курт и оба его спутника наконец–то оказались внутри купола, пройдя через один из шлюзов, который автоматически открыла перед ними одна из фотоячеек. Под куполом было приятно тепло — восхитительный контраст с ледяным холодом снаружи.

Взгляд Капитана Футура скользнул по сумеречному городу, улицы которого освещались атомными лампами. Людей здесь было довольно мало. Они встретили пару земных колонистов, которые остановились и удивленно уставились на огромную металлическую фигуру Грага и лунную собаку на его плечах, и несколько жителей Плутона.

Плутонцы, местные жители этого замерзшего мира, были человекообразными существами. Их неуклюжие тела полностью заросли густыми длинными черными волосами, и даже круглые головы покрывал мех. Сквозь косматые пряди виднелись глубоко запавшие в глазницы фосфорически сияющие глаза величиной с блюдце. Из–за длинных черных волос, служивших защитой от холода этим жителям ледяных равнин, им казалось, что в обогреваемом городе землян до отвращения жарко. Большинство плутонцев тяжело дышали и даже распахнули свои кожаные куртки — их обычную одежду.

— Что здесь за суматоха? — спросила Джоан, когда они проходили мимо одной из ярко освещенных улиц и до них донеслась смесь призывов, выкриков и проклятий.

Курт улыбнулся.

— Это Улица Охотников… землян, выходящих наружу, во льды, чтобы ловить пушных зверей. Они всегда веселятся, когда возвращаются в Тартар. Вот мы и на месте! — воскликнул он минуту спустя, когда они остановились перед четырехугольным двухэтажным бетонным строением.

Над дверью висела эмблема планетарной полиции. Служащий в черном мундире остановил их, когда они вошли, и недоверчиво уставился на огромную фигуру Грага. Курт Ньютон вытянул руку, показывая большое «планетное кольцо», механизм которого он снова собрал во время последнего перелета.

— Капитан Футур! — вырвалось у служащего, и он, отступив на шаг назад, с уважением отдал честь.

Из одного из внутренних кабинетов к ним уже спешил пожилой седовласый мужчина, на котором был мундир полицейского с погонами маршала. При виде рыжеволосого космического авантюриста его холодные голубые глаза весело вспыхнули.

— Капитан Футур! — воскликнул он. — Проклятье, какое наслаждение для усталых глаз! И Граг с Джоан тоже тут! Что, черт побери, вы делаете так далеко на периферии, на Плутоне?

Эзра Гарни, ветеран и маршал полиции, при разговоре схватил руку Курта и стал раскачивать ее, как рукоятку помпы, выражая тем самым свою радость.

— Здесь есть какая–то проблема? — с надеждой спросил он. — Очевидно, иначе бы здесь не было Капитана Футура — вы ведь словно воплощаете беспокойный дух Системы.

— Все тот же старый добрый Эзра, — рассмеялся Курт. — Всегда в поисках какой–нибудь потасовки. Не кажется ли вам, что вы становитесь для этого слишком стары и медлительны?

— Я стар? — возмущенно воскликнул закаленный невзгодами полицейский. — Хочу сказать вам раз и навсегда, что все еще считаю… — он внезапно остановился, потому что заметил в лице Курта озабоченность, которой ему так и не удалось скрыть. — Что случилось, Капитан Футур?

— Это касается доктора Зарро, — ответил Курт. — Вы приняли мое сообщение?

— А как же, — серьезно ответил Эзра Гарни.

— Я здесь за тем, чтобы остановить его.

В глазах Эзры Гарни вспыхнул холодный свет.

— Я тут вспомнил об одном парне с Юпитера, который внезапно по–крупному спятил, — сказал он многозначительно. — Вы его остановили, и это было великолепно.

— Доктор Зарро намного более серьезная угроза, потому что поверг жителей Системы в такой страх, что они готовы теперь поддержать его! — объяснил Курт. — Мне необходимо найти его базу, и как можно быстрее.

Эзра уставился на него.

— Не думаете же вы, что он находится здесь, на Плутоне?

— Я знаю, что они где–то здесь, — возразил Курт и сообщил маршалу о захваченном легионере. — Где–то здесь обитают такие существа… и там же находится база доктора!

— Я бы охотно посмотрел на существо, о котором вы говорите.

Граг продемонстрировал окоченевший труп. Старый маршал удивленно посмотрел на мертвое тело с белым мехом, чужеродными двупалыми руками и ногами, плоским черепом и глазами, лишенными зрачков.

— Я такого никогда до сих пор не видел, — пробормотал Гарни. — На Плутоне, по моим сведениям, такой расы нет.

— Кто же тогда вообще может знать об этом? — спросил Курт.

Эзра Гарни погладил подбородок и задумался.