Генеральная зачистка

– Пятьдесят капель, и ни грамма больше, – категорично заявил Шепель и налил связисту ровно пятьдесят граммов.

– Хозяин – барин…

Шепель налил, Самойлов выпил. Резко выдохнул воздух: «Ух! Хорошо пошла». Не закусывая, прикурил сигарету. Ларсену пришлось открывать окно, выпуская на улицу облако табачного дыма.

– От Тимохина ничего не слышно? – спросил у Самойлова Шепель. – Не выходил на связь?

– Нет. Как уехал с Даком, так молчок. Видно, что-то серьезное планируют наши начальники… Давай, Миш, еще пятьдесят капель.

– Обойдешься!

– По-моему, мы все обойдемся, – проговорил Ларсен.

– А что такое?

– Тихо! Вроде как рокот двигателя слышен…

Офицеры прислушались. Шепель поднялся:

– Точно, к нам едет ревизор. К лагерю поднимается внедорожник. А кто может сюда приехать?

– Сам же сказал, ревизор! – улыбнулся Самойлов.

– В виде Тимохина… Так, быстро убираем всё со стола!

– Еще по одной пропустить успеем.

– Ладно, только быстро!

В 21.10 в расположение лагеря секретного подразделения действительно въехал внедорожник «Тойота». Из него вышли бригадный генерал Вайринк, полковники Александр Тимохин, Джон Дак и сержант Луиза Крофт. Вайринк тут же объявил построение личному составу «Марса». Группы выстроились в две шеренги. Речь генерала – главного куратора российско-американского отряда – была столь краткой, сколь и неожиданной для бойцов.

– Внимание, господа! Американской группе «Ирбис» готовиться к убытию в Ашхабад и далее в Кувейт. Автобус, – генерал взглянул на часы, – подойдет в долину к 22.00, так что на сборы у вас не более двадцати минут. Российской группе задачу определит полковник Тимохин.

– Но в чем дело? – воскликнул из строя сержант Ларсен.

– Без комментариев! Вопросы не принимаю. Всё! «Ирбису» разойтись, построение здесь же в экипировке в 21.30. Мистер Тимохин, – Вайринк повернулся к командиру «Марса», – группа «Орион» в вашем распоряжении.

– Офицерам и прапорщикам «Ориона» находиться до утра в своих отсеках, – отдал приказ Александр.

– Что произошло, командир? Проект «Эльба» закрыт? – задал вопрос подполковник Федоров.

– Сергей Иванович, прошу не задавать вопросов. Поверь, я знаю не более твоего. Соловьев, командуйте группой.

Подполковник Соловьев отдал команду российским офицерам разойтись по отсекам, пожелав всем спокойной ночи. Вайринк с Даком и Тимохиным, а также большинство спецназовцев вошли в модуль. На улице остались сержант Крофт и майор Шепель. Михаил подошел к помощнице Вайринка:

– Луиза, может, ты объяснишь, что происходит? Или ты тоже не в курсе дел, как и все остальные?

– Не совсем так, Майкл. Я в курсе происходящего, но извини, не имею права обсуждать решения высшего руководства.

– Ну, хоть намекни…

– Не могу, Майкл. Пойми меня.

– Ладно, но скажи хоть одно: проект прикрыли?

– Только между нами, Майкл: да, проект прикрыли, но временно. А вот почему – пожалуйста, не спрашивай. Ну не имею я права разглашать секретную информацию!

– Ясно… Но если закрытие проекта – инициатива ваших генералов и высокопоставленных чиновников, то она ошибочна. При необходимости мы без «Ирбиса» обойдемся, а вот ваш спецназ без нас – нет.

– Ты выпил?

– А что, есть запах?

– Есть.

– Выпил немного… Может, тебя спиртиком угостить? Хотя что я предлагаю американской леди… Вы же ничего, кроме виски с содовой и льдом, не пьете. Аристократы-демократы…

Луиза печально посмотрела на майора, который в Пакистане спас ей жизнь.

– Ну почему ты злишься на меня, Майкл? Я-то тут при чем?

– Да не на тебя я злюсь, Лу. На себя, на Тимохина, на твоего Вайринка, на все, что происходит в этом мире… Слишком ощутимый урон мы нанесли талибам, и это не понравилось кому-то в Белом доме.

– А может, в Кремле?

– Может, и в Кремле… Да ладно, пошло оно все к черту! Да и я пошел.

– До свидания, Майкл!

– До свидания? Хорошо бы… Но скорее – прощай. Удачи тебе, Лу. И уходи ты из спецслужб. Иначе в один мрачный день застрелишься в своем служебном холодном доме… Тебе семья нужна, а не служба. Не женское это дело – кровавое дерьмо разгребать.

– И все же, надеюсь, до свидания… И тебе удачи! Будь осторожен, не геройствуй без надобности.

Шепель прошел в свой отсек. Ни Ларсена, ни Самойлова в нем не было. Михаил достал фляжку и кружку. Выпив обжигающего спирта, прикурил сигарету, присев на кровать, и глянул в окно. На площадку у модуля начали выходить американские спецназовцы. В полдесятого группа «Ирбис» во главе с Вайринком двинулась вниз по небольшому ущелью в долину, или, скорее, на широкое плато, до которого от трассы Ашхабад – Туркменбаши (бывший Красноводск) была еще в советские времена проложена щебеночная дорога. Шепель вышел на площадку. У обрыва в ущелье стоял Тимохин.

– Ты ничего не хочешь мне сказать, Саня? – спросил майор.

– Нет, – кратко ответил командир «Марса».

– Выпить не желаешь?

– А есть?

– Немного спирта, граммов сто.

– Где?

– У меня в отсеке.

– Где взял спирт, спрашиваю?

– Информация секретная, разглашению не подлежит.

– Пошли.

– Куда?

– Тащить кобылку из пруда! К тебе, куда же еще… Или спирт есть у всех наших бойцов?

– Идем.

В 9 утра следующего дня, субботы 16 октября, прибыл автобус и за группой «Орион». Колонна из «Тойоты» и старенького «ПАЗа» пошла к военному аэродрому у Ашхабада, где российское подразделение на взлетной полосе ожидал Ту-134 Главного управления по борьбе с терроризмом. Личный состав прямо из автобуса поднялся на борт самолета, и лайнер, пробежав по бетонке взлетно-посадочной полосы, поднялся в небо, развернулся и взял курс на Москву. Полет продолжался три часа пятьдесят минут, и с учетом разницы по времени в один час Ту-134 приземлился на подмосковном аэродроме в 15.20.

Усиленную группу «Орион» встречали генерал-майор Потапов, заместитель начальника ГУБТ, и начальник отдела спецмероприятий полковник Крымов. С аэродрома личный состав на автобусе Управления отправился в закрытый военный городок размещения офицеров спецподразделений и членов их семей. Тимохин же с Потаповым и Крымовым на автомобиле генерала отправились в загородную резиденцию ГУБТ. Используя спецсигналы, автомобиль Потапова обошел пробки на МКАД и в 17.30 въехал на территорию резиденции. Оставив машину на попечение помощника начальника Управления старшего прапорщика Ларинова, офицеры поднялись в кабинет Феофанова. Тимохин доложил о прибытии российского состава объединенного отряда «Марс» и тут же задал вопрос генерал-лейтенанту:

– Извините, Сергей Леонидович, но я не понимаю, что происходит. Почему американский «Ирбис» отправили в Кувейт? Подчиненные задают мне вопросы, на которые я ничего не могу ответить. Что, проект «Эльба» закрыт?

Феофанов указал Тимохину на кресла за столом совещаний.

– Присядь, Александр Александрович. И вы, – он взглянул на Потапова и Крымова, – тоже займите места за столом… Спрашиваешь, Саша, что произошло? Отвечу. Для этого я и приказал доставить тебя сюда в резиденцию, а не отправить вместе со всеми в городок, к жене. Постараюсь, насколько это возможно, быть кратким. Пока вы работали по предателю Куршину, руководство проекта подготовило план последующей операции в Афганистане. Суть его сейчас не важна, так как деятельность «Марса» на время – по крайней мере, пока это звучит именно так – приостановлена. Почему? Все дело в событиях, происходящих в Ливии.

– В Ливии? – удивленно переспросил Тимохин.

– Да, Саша, в Ливии. Из СМИ тебе должно быть известно, что и там западные спецслужбы устроили очередную революцию. Видимо, понравилось им свергать действующие правительства… Разъяренные отряды повстанцев при активной поддержке авиации НАТО – и не только авиации – овладели практически всей территорией страны. В руках Каддафи и верных ему частей армии остаются Триполи и еще несколько населенных пунктов. Но полковнику вряд ли удастся вести долгую оборону. Наступление повстанцев его войска, без сомнения, разгромили бы в течение короткого времени, но противостоять мощи НАТО, и в первую очередь США, лидер Джамахирии не сможет. Скорей всего, в скором времени Каддафи покинет Ливию.

– Если успеет, – проговорил Крымов. – В Гааге для него уже приготовили камеру со всеми удобствами, как в свое время для Милошевича…

– Каддафи вряд ли попадет под суд Международного трибунала. Ему есть где надежно укрыться.

– Вы говорите о России? – спросил Тимохин.

– О нашей стране я не сказал ни слова. И это не наши проблемы, куда уйдет Каддафи. Проблема в другом. По данным нашей Службы внешней разведки и Центрального разведывательного управления США, о чем мы имеем достоверную информацию, в руководство повстанческих отрядов главарями «Аль-Каиды» и «Талибана» внедряются полевые командиры международных террористических организаций. Ими же создаются лагеря подготовки мятежников. Как я уже говорил, заваруху в Ливии начали местные племена, и действуют они без единого руководства, стихийно. Точнее, действовали до тех пор, пока не появились террористы. В результате свержение полковника Каддафи реально может привести к приходу к власти не ставленников Запада и США, а представителей верхушки международных террористических организаций. И тогда мировое сообщество столкнется с такой угрозой, с которой еще никогда не сталкивалось. Экстремистское государство Ливия под самым боком Европы – это не Афганистан или Ирак, это гораздо серьезней. Причем государство, созданное фактически руководителями стран Североатлантического блока. Подобный расклад, понятно, не устраивает ни США, ни европейцев, ни Россию. Наше руководство в самом начале экспансии международного терроризма предлагало НАТО прекратить поддержку мятежников, гарантируя со своей стороны прекращение боевых действий армии Каддафи. Скажу, что Запад не отверг наотрез предложения Москвы, но думал над ними слишком долго. А теперь получается следующая картина. НАТО практически уничтожило в Ливии силы, способные противостоять экстремистам, а повернуть свою мощь против повстанцев, которых подчинили себе те же талибы, по понятным причинам тоже не могут.

– Да-а, – произнес Тимохин, – закрутили американцы карусель, не остановишь… Ну, пусть теперь умники из НАТО пожинают плоды своей бестолковости. Тоже мне, нашлись международные жандармы… Посмотрим, против кого они станут применять свою авиацию, когда беспорядки, спровоцированные экстремистами, взорвут столицы их государств. А то взяли за привычку, если что не по-ихнему, бомбить не защищенные ПВО страны… независимые, между прочим!.. Повсюду нос свой ястребиный суют. Посмотрел бы я, как резвились бы в небе Ливии их бомбардировщики, перебрось мы в Триполи пару бригад комплексов противовоздушной обороны «С-300» или «С-400»…

– У тебя есть еще что-нибудь сказать? – спросил Феофанов, выслушав тираду командира «Марса». – Или все же позволишь мне продолжить доклад?

– Извините, товарищ генерал-лейтенант, но действительно уже надоел беспредел Запада…

– Помолчи и оставь свои эмоции для Крымова.

– Я-то тут при чем? – воскликнул начальник отдела спецмероприятий.

– При том, что ты друг Тимохина, или не так? Короче, отставить разговоры! Продолжаю… Итак, мы предложили американскому руководству совместного проекта «Эльба» использовать в Ливии отряд «Марс». Службе внешней разведки известно, где представители муллы Омара организовали крупную базу, кто возглавляет ее и какие задачи стоят перед талибами на ближайшее время. Ликвидация этой базы реально ослабит позиции экстремистов в североафриканском государстве. Американцы взяли паузу, поэтому-то группы отряда и были разведены. И действия Вашингтона, в общем-то, понятны. «Талибан» умело использует повстанцев, они наладили довольно тесное сотрудничество и взаимодействие; так что удар по талибам – это удар и по повстанцам. По тем, кого США и Западная Европа так усердно поддерживают. Не исключено, что в подготовке мятежников самое активное участие принимают американские советники, приданные повстанцам еще до того, как пресловутые силы сопротивления начали прибирать к рукам международные террористические организации. Чем закончится пауза, не знает никто. В принципе по данной проблеме у Вашингтона может быть лишь два решения: либо принять предложения Москвы и вступить в активное противостояние с бандитами, либо прикрыть совместный проект и пытаться решать проблему собственными силами, на что у наших американских коллег шансов весьма мало. Я имею в виду, на успешное решение проблемы… Теперь, Саша, тебе понятно, почему американцы из Туркмении полетели в Кувейт, а «Орион» – в Москву?

– Понятно. Я могу довести озвученную здесь информацию до подчиненного мне личного состава?

– Поступим так. Ребятам боевых групп объяснение даст генерал-майор Потапов. Он сделает это дипломатичнее тебя и Крымова.

– Согласен. И что дальше? Разводим людей по группам, в которых они служили до реализации проекта «Эльба», и занимаемся по плану Управления?

– Усиленную группу «Орион» не распускаем, – ответил Феофанов. – По крайней мере, до того момента, как американцы официально не оповестят нас о выходе из проекта. А до этого твоим бойцам щадящий режим службы. В первую очередь предоставь всем по трое суток отпуска при части, с разрешением выезда в Москву. Ну, а далее посмотрим. Не исключено применение отряда в России, но это отдельная тема.

– Короче, будем ждать решения Вашингтона… И когда это мы зависели от того, что решат в столице США, в администрации американского президента?

– Мы ни от кого и ни от чего не зависим. Просто касаемо проекта «Эльба» необходимо расставить все точки над «i». Напомню, если ты забыл: решение о его создании и дальнейшей реализации принималось на самом верху. Следовательно, и приказ свернуть наши силы в этом проекте должен прийти из Кремля. До него мы что-либо самостоятельно менять не имеем права. Это-то тебе ясно?

– Ясно. Группа отдыхает, ждет приказа. Уверен, таким приказом все будут довольны.

– Но ты и не давай парням особо расслабляться!

– Вы же знаете наших спецов, Сергей Леонидович. Им в отличие от американцев дополнительного времени на приведение себя в полную готовность не требуется. Приказ – и вперед! Иначе чего бы стоила наша с Крымовым многолетняя работа в боевой группировке ГУБТ…

– Хорошо! Если вопросов нет, прошу пройти в комнату отдыха.

Офицеры переглянулись.

– Идите, идите, – улыбнулся Феофанов, – я вам после трудной работы сюрприз приготовил.

В комнате отдыха был накрыт стол.

– Не положено пить с подчиненными, но сегодня можно, – подмигнул генерал.

– А что, сегодня какой-то особенный день? – поинтересовался Тимохин.

– Да нет, день обычный; просто решил угостить вас, да и сам расслабиться. Ну, что, Вася, – обратился начальник Управления к помощнику, – наливай.

– А кому что?

На столе стояли бутылки и с водкой, и с коньяком, и с виски.

– Мне водки, – сказал Тимохин.

– А я, пожалуй, коньячку дерну, – потер руки Крымов.

– Какой коньяк, Крым? А кто в городок машину поведет?

– Пейте, в городок вас доставит мой водитель, – успокоил офицеров Феофанов. – Я же до утра останусь здесь.

– Тогда коньячку…

Ларинов разлил спиртное по фужерам. Выпили за удачно проведенные операции, за семьи, помянули погибших.

Крымов с Тимохиным вернулись в городок за полночь. Водитель Феофанова остановил автомобиль у коттеджа Тимохина. Александр вышел – и тут же оказался в объятиях супруги. Он и не заметил, что та ждала его на улице.

– Саша! Ну, наконец-то!.. Все приехали, а тебя нет. Шепель сказал, что ты у Феофанова. Вот, ждала…