Врата открылись, в них начало затягивать камни и обломки, валявшиеся вокруг, и Вир почувствовал, что его сил может не хватить, чтобы удержаться на месте. Из земли торчало что-то вроде искривленной балки, которая, казалось, держалась достаточно прочно. В любом случае, Виру было не до выбора. Он обхватил балку обеими руками, понимая, что от того, насколько крепко он в нее вцепится, сейчас зависит его драгоценная жизнь, а открывшиеся врата продолжали реветь со звериной яростью. Позади сверкающих потоков энергии начинало проглядывать нечто. Виру подумалось, что он различает там… гиперпространство? Или что-то иное? Да, да, определенно, это было не гиперпространство. Ему уже много раз доводилось пролетать через гиперпространство, и он хорошо знал, что можно ожидать по ту сторону зоны перехода. Но то, что начинало проглядывать позади этой зоны, не было похоже ни на что, виденное им ранее.

Вир почувствовал, что невероятной силы поток, несущийся к вратам, начинает отрывать его от земли, и уже вытянул его тело по горизонтали. Он попытался дергать ногами, в надежде зацепиться ими за что-нибудь, и в конце концов ему удалось обхватить балку одной ногой. Приложив все свои силы, он подтянул себя к балке, и намертво вцепился в свой якорь всеми конечностями.

Возле зоны перехода скапливались корабли. Их было уже гораздо больше, чем те три, которые он заметил вначале, и с каждым мгновением прибывали все новые. Пять, шесть, десять… Вир сбился со счета. Звездолеты один за другим пролетали в гигантские грохочущие энергетические врата, и каждый раз, когда они проходили зону перехода, Вир вновь и вновь слышал у себя в голове тот же неестественный, жуткий крик, словно что-то, скрытое за вратами, приветствовало каждый новый прибывающий звездолет.

Земля вокруг него была усеяна изуродованными мертвыми телами. А по другую сторону энергетических ворот находилось что-то настолько темное, настолько злое… о, Великий Создатель, да как мог он, хоть на одно мгновение, подумать, будто он уже слишком устал, чтобы бояться чего-нибудь?

Вир помнил, что храбрый человек - это не тот, кто ничего не боится, а тот, кто делает то, что должен, невзирая на свой страх. Но как назвать человека, который не только парализован страхом, но, честно говоря, даже и не представляет, а что же он вообще должен делать. Единственное, что пришло ему в голову, так это что не по Сеньке оказалась шапка, как зачастую говорили Земляне.

В своем охваченном горячкой воображении Виру казалось, что он слышит где-то в глубине страшных врат голоса, обращавшиеся именно к нему. Эти голоса смеялись, и смех был смешан с издевательскими словами, полными презрения к его амбициям, словно они кричали ему:

- Безнадежная, бессильная козявка! И ты возомнил себя избранным? Возомнил, что из всех людей лишь ты, ты один в состоянии спасти галактику? Да чем же ты лучше остальных? Почему считаешь, что заслуживаешь жизни больше, чем все те, чьи тела видишь вокруг себя, кто умер, узрев ту мощь, ту силу, что выросла сейчас пред тобой?

- Ничем. Ничем я не лучше, - сказал Вир, и он знал, что это правда.

И как только Вир признал этот факт, планета, похоже, решила покончить с ним. Ему показалось, что врата внезапно решили удвоить свои усилия, будто специально пытались добиться, чтобы Вир, наконец, прекратил свои попытки сопротивляться неизбежному. Оторванные конечности и фрагменты тел, которые еще продолжали валяться повсюду вокруг него, подняло в воздух и засосало во врата. Балку вырвало из земли, и от нового толчка ослабли объятия Вира… Хотя продолжать держаться за балку, которая больше не могла служить якорем, все равно было бессмысленно. Вир полетел кувырком, беспорядочно размахивая руками и ногами, и в рычании ворот он, казалось, слышал теперь нотки триумфа.

И тут, внезапно, прямо перед собой он увидел еще одну дыру, миниатюрную и явно стремившуюся поймать его на лету.

В последний момент Вир осознал, что это был люк некоего небольшого корабля, и этот люк был открыт, и находился прямо у него на пути. Безостановочно кувыркаясь в воздухе, Вир не в состоянии был ничего толком разглядеть, но ему показалось, что он заметил фигуру Финиана, стоявшего в люке. А в следующее мгновение он уже был внутри корабля, хотя и продолжал по инерции нестись вперед, пока не врезался в дальнюю переборку.

В течение долгого времени Вир не мог сдвинуться с места. Он лежал там в переплетении каких-то рук и ног, завязанный в узел, словно акробат. Рядом, и в самом деле, был Финиан, который, однако, не стал тратить время на то, чтобы разобраться, в каком состоянии находится Вир. Вместо этого он просто бросился в переднюю часть корабля, с криками:

- Кейн! Он здесь! Мы поймали его! Улетаем!

Кейн в ответ пробурчал нечто, чего Вир уже не смог разобрать, но зато хорошо услышал, как Гвинн и Финиан одновременно воскликнули, явно шокированные:

- Что?!

Внезапно корабль тряхнуло еще раз. И хотя голова у Вира все еще шла кругом, он с ужасающей ясностью понял, что происходит: их затягивало в открывшиеся врата.

Вир прокувыркался в переднюю часть корабля. Гвинн и Финиан, которые явно были в ужасе от происходящего, стояли рядом с Кейном, пытавшимся, сохраняя полное спокойствие, контролировать корабль. По крайней мере, именно так расценил его действия Вир. Хотя то, перед чем сидел Кейн, мало соответствовало пульту управления в обычном понимании этого слова. Не было никаких рукояток или кнопок, перед Кейном находилась простая гладкая, поблескивающая черная панель. Никаких разделительных линий, пояснительных надписей. Вир не видел никаких указателей, в каком случае к чему здесь надо было бы прикасаться, и тем не менее Кейн управлял кораблем с очевидной уверенностью.

- Кейн, наша миссия заключается лишь в сборе информации! - говорила Гвинн, и по ее виду было ясно, что она повторяет это, наверно, уже в сотый раз. - Ни у кого и в мыслях не было, чтобы мы становились героями!

- Или мучениками, - добавил Финиан. Похоже, он изменил своему обычаю во всем становиться на сторону Кейна.

- У меня тоже нет ни малейшего желания становиться ни тем, ни другим… но то, что я должен делать, я делаю, - ответил Кейн.

Гвинн сжала кулаки с явным намерением сотворить ими что-то совершенно немагическое, например, поставить Кейну фингал под глазом. Впрочем, если именно это входило в ее намерения, то с осуществлением замысла она промедлила слишком долго. Потому что ворота оказались уже прямо перед ними, и свернуть на какой-либо другой курс, чтобы пролететь мимо них, было уже явно невозможно.

Корабль по спирали затягивало во врата, словно в гигантскую воронку, и Вир вновь услышал голоса, смеявшиеся над ним…

* * *

Смертельная тишина повисла над зоной раскопок на К0643, нарушаемая время от времени лишь завываниями порывов постепенно стихавшего ветра, да всхлипываниями безногого центаврианина, бессильно наблюдавшего, как кровь вытекает из его тела. Поразительно, но его не уволокло вихрем, порожденным открывшимися вратами, но выбросило на скальные обнажения, где он и застрял неожиданно для самого себя, зажатый среди каменистых уступов, созданных безразличной к нему природой.

Звали его Цирил, и это он искал встречи со смертью, чтобы врезать ей по пузу.

Однако теперь его энтузиазм по поводу этой встречи угасал, как угасала и сама его жизнь. И когда его всхлипывания, наконец, умолкли, ничто не нарушало больше тишину. Одни только насмешливые завывания ветра продолжали раздаваться над планетой К0643…

Глава 3

Вир отлично знал, что полагается испытывать при полете в гиперпространстве, и сейчас его ощущения были совсем другими.

Хотя внешне все было очень похоже. Но несмотря на это, даже Вир, не будучи закаленным в боях ветераном космических странствий, чувствовал различия. В отличие от полета в гиперпространстве, во время которого штурман должен придерживаться тщательно размеченной трассы, сейчас некая таинственная сила сама толкала корабль вперед в определенном направлении. Если бы они находились в атмосфере какой-либо планеты, можно было бы сказать, что их несет сильный попутный ветер.

- И куда мы летим? - спросил Вир.

Гвинн даже не удосужилась обернуться в его сторону, но Финиан бросил взгляд на Вира и пробурчал:

- Правильнее спросить не «куда», а «зачем».

- Затем, что именно это мы и должны были совершить, - ответил Кейн. Его слова прозвучали как комментарий стороннего наблюдателя, несмотря на то, что номинально именно он вел корабль.

- То, что и должны были совершить? - переспросила Гвинн и взглянула на Финиана, явно в надежде хоть от него получить какие-нибудь пояснения, но тот в ответ лишь беспомощно пожал плечами, показывая, что пребывает в таком же тумане, что и Гвинн. - Ты хочешь сказать, что получил некие… особые инструкции? - Снова обратилась она к Кейну.

Вира уже не в первый раз поразила разница между этими послушниками и теми техномагами, с которыми ему и Лондо довелось иметь дело в прошлом. Нынешние его компаньоны не утруждали себя тем, чтобы постоянно изображать из себя всемогущих полубогов, снизошедших до общения с простыми смертными, что сквозило обычно в каждом слове каждого техномага.

Из нынешних троих компаньонов Вира, лишь Гвинн, на первый взгляд, была близка к тому, чтобы ее отношение к окружающим можно было назвать высокомерным. Но по молодости лет ее эмоции постоянно брали верх над холодным разумом и прорывались наружу, что не казалось удивительным в тех чрезвычайных обстоятельствах, в которых они оказались.

- Ну? - настойчиво повторила Гвинн, решив, что Кейн чересчур медлит с ответом.

Кейн повернулся и устремил на нее странный, будто невидящий взгляд. И голос его звучал теперь так, будто приходил из другого времени и пространства, возможно, из другого измерения.

- Я все это видел.

Виру сразу же вспомнилось, как однажды Кейн сказал ему, после одного особенно туманного своего изречения: «Я люблю загадывать загадки».

«Вам это удалось», - сказал ему Вир в тот раз. Теперь, несмотря на все пережитое им за последние месяцы, он готов был повторить то же самое еще раз. Потому что он вновь совершенно не понимал, что имеет в виду Кейн.

Впрочем, важным было не это, а то, как отреагировали на слова Кейна Гвинн и Финиан. Для них комментарий Кейна, очевидно, имел огромное значение. Все возражения были сняты, любые дискуссии мгновенно прекратились, словно по команде «Стой!» Лишь Гвинн голосом, который явно выдавал, насколько она поражена, переспросила:

- Ты уверен?

- Да.

- Очень хорошо.

Виру стало даже несколько обидно за Гвинн; ей словно пришлось дать «добро» по тем вопросам, по которым на самом деле у нее не было права голоса. Хотя, возможно… возможно, она просто намекнула Кейну, что стала несколько лучше понимать причины, почему он позволил их кораблю влететь в энергетические врата, открывшиеся в зоне перехода, вместо того, чтобы попытаться увести его в безопасное место.

Финиан просто кивнул. Виру очень хотелось бы чувствовать себя столь же оптимистично. Ему очень хотелось спросить, что, где и когда видел Кейн, но он был стопроцентно уверен, что техномаги не станут приветствовать любые такого рода вопросы.

Корабль внезапно тряхнуло, и на мгновение Виру показалось, что они подверглись атаке, попав под залп бластерных орудий. Но Кейн, сохраняя невозмутимое спокойствие, пояснил:

- Мы выходим из Дымохода.

- Дымоход? Что за Дымоход? Никогда не слышал о Дымоходе, - сказал Вир.

- И не должен был слышать. До сих пор это считалось чисто теоретической концепцией, - ответил Кейн.

- Ах, вот как. Ну, конечно, - понимания у Вира явно не прибавилось.

Финиан не выдержал и решил сжалиться над ним.

- Это технология Теней, - пояснил он. - Грубо говоря, Дымоход - это некая червоточина в гиперпространстве. Или, если пожелаешь, некое подпространство, подсистема. Есть точка входа, есть точка выхода, никаких ответвлений. Когда используешь Дымоход, то остаешься невидим для любых других кораблей, путешествующих в гиперпространстве одновременно с тобой. В общем, технология узко специальная, но если хочешь создать скоростную трассу от одной точки к другой, то весьма удобная.

- И в какую же точку мы попадем? Я имею в виду, по завершении нынешнего полета, - спросил Вир.

- Я не знаю, - признался Кейн. Но еще несколько минут, и мы…

Кейн внезапно смолк и уставился вперед, на главный обзорный экран, равно как и Гвинн с Финианом. Вир потянулся, чтобы увидеть, что же такое привлекло их внимание. Хотя у него не было ни малейшего представления, что он там может увидеть, но - учитывая реакцию техномагов - то, что он увидел, никак не соответствовало его ожиданиям.

- Ничего, - сказал он. - Я… не вижу ничего.

Так оно и было. Корабль техномагов вынырнул в обычное пространство, но перед ними не было ничего, абсолютно ничего. Огромный кусок пустоты.

- Именно такого эффекта и добивались те, кто это построил. Чтобы ничего не было видно, - проинформировала Вира Гвинн.

- Ах. Отлично. Значит, надо полагать, я, как всегда, оказался на высоте.

- Сбавь скорость, Кейн, - предложила Гвинн, проигнорировав реплику Вира. Впрочем, вполне возможно, она на самом деле его просто и не слышала. - Наш корабль довольно небольшой, и не похоже, чтобы здесь ждали нашего появления. Если повезет, то мы проникнем внутрь так и не замеченными.

- А если не повезет? - с нескрываемым любопытством поинтересовался Вир.

Техномаги, все трое, взглянули на него с таким выражением, что Вир понял - лучше было не спрашивать. Но, к несчастью, он по-прежнему не понимал, что же происходит. Очевидно, налицо была некая угроза, какая-то нависшая над ними опасность… но он ничего не видел. Более того, темные звездолеты, летевшие ранее впереди них, тоже куда-то исчезли. Куда они могли деться? И в чем заключалась надвигающаяся на них угроза? Казалось, вокруг не было никого и ничего…

И в этот момент, он взглянул на экран снова… и заметил присутствие этого. Хотя, правильнее было бы сказать не присутствие, а отсутствие этого, чем бы оно ни было.

Повсюду были звезды… а там, куда они летели, их не было.

В космосе впереди них был, иного слова не подберешь, разрыв. В пространстве зияла пустота на многие сотни миль вокруг. Здесь не сияла ни одна звезда. Здесь не было вообще ничего, но совершенно очевидно, что это ничто все-таки было чем-то. Какой-то определенной геометрической формы у этого не было. Это было огромным, и имело настолько неправильную форму, что хотя Вир теперь, пожалуй, сумел бы даже невооруженным глазом прочертить его граничную линию, но по-прежнему не смог бы подобрать ни одного подходящего образа, на который это могло бы быть похоже. Но по крайней мере, он теперь заметил это нечто. Или ничто.

- Теперь и ты видишь, - одобрительно сказал Финиан. Возможно, Вир просто принимал желаемое за действительное, но ему казалось, что Финиан искренне пытается хоть как-то его поддержать.

- И что же я вижу? Или, может быть, правильнее спросить, чего я не вижу?

- Нуль-поле, - ответил Финиан. - Можешь считать это некоей переносной черной дырой… За тем исключением, что в нее можно не только влетать, но и вылетать. Нуль-поле поглощает весь спектр излучения, его не обнаружить с помощью энергетических сенсоров или иных сканирующих технологий, известных нам. Нуль-поле в состоянии обмануть любой наш прибор, который будет упорно свидетельствовать, будто бы здесь ничего нет. А люди, даже если они оказываются в окрестностях этого поля, увы, не так уж часто утруждают себя тем, чтобы наблюдать собственными глазами, и чересчур полагаются на технику…

- И это говорит техномаг, - съязвил Вир.

Некоторое время все молчали, а затем Финиан сказал, усмехнувшись:

- Маэстро, туш!

- Итак, мы заходим? - спросила Гвинн у Кейна. Это несколько удивило Вира; до сих пор, судя по поведению Гвинн, ему казалось, что она себя считает начальником. Но теперь, похоже, она передала эти функции, по крайней мере номинально, Кейну.

Кейн молча кивнул.

Вир пожалел, что у него нет при себе какого-нибудь оружия.

- Держи.

Словно прочитав мысли Вира, Кейн порылся в складках своего плаща и вытащил нечто тяжелое и круглое, размером примерно с кулак Вира. Вир повертел это устройство так и сяк, пытаясь найти какие-нибудь тайные знаки. Но на первый взгляд, ничего не было.

- Это камень, - констатировал Вир.

- Правильно.

- Тогда зачем он мне нужен?

- Я подумал, что тебе может понадобиться оружие. Насколько я тебя знаю, ты должен был подумать о том же.

- Да, но… - Вир в недоумении уставился на свою ладонь. - Камень? Зачем мне камень?

- Естественное оружие. По большому счету, единственное оружие, которое матушка-природа сочла возможным предоставить в распоряжение человека, - сказал Кейн. - Оно тебе пригодится.

- Спасибо. Извини, что ничего не дарю тебе взамен, - пробурчал Вир, пряча камень в карман своего камзола и напоминая самому себе, уже не первый раз, что связаться с техномагами, возможно, было не самым лучшим решением в его жизни.

Воцарилась тишина; они приближались к нуль-полю. Внешне казалось, что техномаги волнуются не больше, чем обычно, но Вир резонно заключил, что именно внешне. Они просто не имели желания выказывать свои эмоции, когда рядом находился кто-то не из их братии.

- До входа в нуль-поле… одиннадцать секунд, - объявил Кейн. Вир еще раз бросил взгляд на пульт управления, но по-прежнему не заметил там никаких признаков наличия хронометра. Но тем не менее он не усомнился в точности оценки, сделанной Кейном. - Десять… девять… восемь…

Вир напрягся, и на мгновение засомневался, а не потребовать ли от техномагов развернуть проклятый корабль в обратную сторону, чтобы вернуться на К0643. Они нашли нечто, спрятанное Тенями; нечто такое, последствия обнаружения которого будут очень серьезными. Вместо того, чтобы рисковать собственными шеями, возможно, было бы более мудрым решением убраться отсюда подобру-поздорову, чтобы успеть предупредить…

Кого?

Лондо? Но Лондо изгнал его с Примы Центавра. Возможно, что по прошествии некоторого времени, страсти утихнут, и их отношения смогут нормализоваться, но сейчас, когда Вир все еще стряхивал с себя пыль, собранную им со стен центаврианской темницы, к которым он был прикован по приказу Лондо, это время определенно еще не настало.

Предупредить Шеридана? Альянс? Но технологии Теней были обнаружены сейчас лишь потому, что центавриане предприняли раскопки на одной из заброшенных планет, смысл которых не объяснить никакими разумными доводами. Вир точно знал, какими окажутся последствия раскрытия этой информации: он, Вир, подставит под удар собственный народ. Будет объявлено, что центавриане - в лице собственного правительства - связались с ужасными тварями, которые некогда были слугами своих жутких хозяев. И самое противное, что, скорее всего, так оно и есть. Только вот объявлять об этом во всеуслышание сейчас совершенно незачем, поскольку в результате будут испорчены отношения со всеми разумными расами Межзвездного Альянса.

Нет, влияние Теней, каким бы оно ни было, должно быть ликвидировано по-тихому, изнутри. Если Альянс хотя бы заподозрит, что центавриане заключили союз со слугами Теней, его войска заявятся к ним, чтобы еще раз разбомбить Приму Центавра, и на этот раз не остановятся до тех пор, пока не превратят их планету в необитаемый астероид.

Прима Центавра должна остаться в стороне от нынешней ситуации. Вир не должен допустить ни единой возможности, чтобы кто-нибудь попытался связать это… что-бы-то-ни-было, с именем Республики Центавра. Потому что в противном случае последствия будут фатальными, и ответственность за них падет на него, Вира.

Но просто повернуться и игнорировать затею, участником которой он поневоле теперь стал, тоже было нельзя. Если здесь и в самом деле замешаны технологии Теней, и эти технологии будут теперь использованы против других рас, то только бессовестный человек мог бы стоять и наблюдать все это, не попытавшись ничего предотвратить. К тому же, вздрогнув, подумал вдруг Вир, а где гарантия, что эти технологии не будут использованы и против самой Примы Центавра?

Он прошептал что-то самому себе, и Гвинн, наконец, обратила на него внимание, несмотря на то, что Кейн продолжал обратный отсчет.

- Что ты сказал? - спросила она.