Инос прикусила губу и прошептала ужасную правду.
— Что? — уставился на нее отец. Потом отвернулся, и она поняла, что он смеется.
— Папа!
Он посмотрел на нее и захохотал уже громко.
— О Иное! Ребенок мой! О принцесса! — стонал король между приступами смеха.
Инос чувствовала себя обиженной и совершенно растерянной.
— Идем, — сказал он наконец, все еще борясь с непонятным для нее весельем. — Идем, познакомишься с доктором Сагорном.
Когда-то это была комната королевы, сейчас же ее называли кабинетом его величества. Инос редко бывала здесь последнее время, хотя зимой это было чуть ли не единственное теплое место во дворце. Знакомые стулья и диван не изменились, но они вдруг показались ей, как и мебель в спальне отца, старыми, изношенными и совсем не королевскими. С досадой увидела Инос долговязую фигуру Сагорна, который вытянулся в любимом кресле ее матери.
Он неловко поднялся и поклонился принцессе, Инос присела в ответ. Она настояла на том, чтоб переодеться, и теперь чувствовала себя гораздо уверенней в темно-зеленом шерстяном платье. Оно было слишком теплым для такой погоды, но зато в лиф были вшиты подушечки, придававшие нужную округлость фигуре.
Не отрывая взгляда от потертого ковра, Инос произнесла извинения. Сагорн опять поклонился.
— Примите и мои извинения, ваше высочество. Я напугал вас.
Она подумала, что он мог бы придать голосу побольше убедительности.
— Мы с вашим отцом поступили неосторожно, не закрыв дверь спальни. — Голубые глаза ехидно сверкнули. — Мы слишком понадеялись на запретное заклятье. Похоже, оно за много веков утратило силу.
— Заклятье? — повторила Иное. — Так здесь есть колдовство?
— Она решила, что ты волшебник, — пояснил король, улыбаясь этому, как удачной шутке.
— Увы, нет! Вы думаете, я выглядел бы столь устрашающе, если бы был волшебником? — Доктор Сагорн улыбнулся в ответ, но его лицо стало только еще более зловещим.
Инос не могла придумать ответ, достойный знатной дамы, так что просто спросила:
— Как вы узнали о шелке и драконах?
— Я видел вас на дороге. Вы прижимали его к груди, как будто вся армия Империи собиралась отнять его! Вы так быстро промчались мимо меня!
Холиндарн усмехнулся и сделал ей знак садиться.
— Так же, как в тот раз, когда ты обманул таможню в Джал-Пассо, Сагорн?
Сагорн захохотал и снова уселся на стул.
— Скорее как ты с мясными пирожками!
Ее отец рассмеялся. Очевидно, это были их давние приключения, в которые они не собирались ее посвящать.
Король достал графин, выточенный из горного хрусталя, который Инос видела всего раз или два, и к нему три драгоценных кубка. Три! К своему изумлению, она вдруг обнаружила, что сидит на краю дивана с одним из этих кубков в руке. И Сагорн, и отец заметили ее удивление.
— Думаю, Инос это заслужила, — пояснил король. — Пей, дорогая, тебе сейчас не помешает. Сагорн отпил.
— Великолепно! Никак не ожидал подобного в Краснегаре. Вино эльфов! Король улыбнулся.
— Самого Вальдокиффа! Кэйд привезла бочку этого вина из Кинвэйла. Я берегу его как зеницу ока.
Судя по тому, как он отвечал на еще не заданный вопрос, они с Сагорном прекрасно друг друга знали. Инос приободрилась и отхлебнула. Вкус ей не особенно понравился — язык пощипывало, как от крапивы, а газ ударил в нос — но такое угощение было большой честью и, надо надеяться, знаком прощения. Теперь она чувствовала себя совсем взрослой?
— А сейчас, Иное, — заговорил отец, устраиваясь поудобнее, — расскажи доктору Сагорну о Богах.
— О Богах? — Гость опять сверкнул на нее орлиным взглядом.
Инос еще раз повторила свой рассказ. Закончив, она удивилась, как обыденно все прозвучало в ее изложении.
Последовала долгая тишина. Сагорн задумчиво почесывал подбородок, потом залпом осушил кубок. Король встал и опять наполнил его.
— Если бы Боги не явились, Холиндарн, что бы ты сделал?
Инос никогда не слышала, чтобы кто-то кроме матери и Кэйд звал отца по имени.
Король пожал плечами.
— Задал бы дочери хорошую трепку, послал бы Мео пару крон и отправил бы Юнонини обратно в Империю первым же кораблем.
Ученый кивнул, затем насмешливо улыбнулся.
— И шелк остался бы в церкви?
— Я не ворую у Богов!
— Конечно, здесь не шелк важен. Если Боги хотели, чтобы эта дама вернулась в Империю, они добились бы этого более простым путем. — Сагорн в раздумье посмотрел на Иное. — Так что важно, видимо, то, что было сказано тебе. Но Боги не вмешиваются в повседневную жизнь. Чем же объяснить их появление? Не влюблены ли вы, принцесса?
Инос почувствовала, что краснеет.
— Конечно нет! — заявила она довольно резко.
— Вряд ли, — мягко возразил отец. Сагорн странно посмотрел на него.
— Но ведь она может влюбиться! Ей предстоит сделать выбор. Ваше высочество, объяснял ли вам когда-либо отец всю важность Краснегара?
Инос смущенно покачала головой.
— Так вот, Краснегар — очень необычное государство. Здесь живут как импы, так и джотунны. Во всей Пандемии почти нет мест, где они уживались бы мирно. Вы когда-нибудь слышали о Безумном Волшебнике?
Она покачала головой, удивленная сменой темы.
— Так называли Иниссо. Не кажется ли вам странным, что человек, обладающий такой властью, выбрал себе для житья столь обособленное, глухое место, как Краснегар? Но он, как я считаю, не был так уж безумен. Маленький городок стратегически очень важен. Это единственная удобная гавань на севере.
Почему Сагорн говорит с ней об этом? Он выглядел очень серьезным. Инос посмотрела на отца, и тот нахмурился, как бы призывая ее слушать внимательнее.
— И Нордландия, и Империя хотели бы владеть Краснегаром. Не так ли, ваше величество?
— Так было всегда.
— И всегда здесь правил король, а не королева! — многозначительно произнес Сагорн. — Так что видите, ваше высочество, и северные таны, и Империя проявят большой интерес к тому, кого вы выберете в мужья. При этом и те, и другие в вас нуждаются.
— Нуждаются во мне? — удивленно переспросила Иное. — В нас?
Он кивнул.
— Им нужен Краснегар. Ваш отец многому должен научить вас, если вы собираетесь править после него. Например, соль… Даже такая прозаическая вещь, как соль, может влиять на политику. Джотуннам нужна соль, чтобы запасать мясо на зиму. Соль неудобно привозить морем, так что большая часть ее привозится с юга летом по суше. Гоблины и джотунны выменивают на нее меха. Империи нужны меха. Вот так. Император не захочет, чтобы в Краснегаре правил джотунн. А в Нордландии не понравится, если вы выйдете замуж за импа.
— Но ведь они признают меня королевой? — спросила Иное, глядя на отца.
Она как-то пока не задумывалась о времени, когда станет королевой. Это случится только после смерти отца, и думать об этом как-то не хотелось.
Король кивнул, правда, с некоторым сомнением.
— Да, если ты будешь достаточно взрослая и сильная и если они одобрят твой выбор. Ты же знаешь, большинство мужей привыкло командовать.
Инос фыркнула, не заботясь о том, что это не по-королевски.
— Но ведь это произойдет не скоро, правда? Холиндарн собирался сказать что-то, но потом передумал.
— Надеюсь, что да. Мой ученый друг имел в виду, что тебе, возможно, придется достаточно скоро выбрать мужа, может быть, в ближайшие год или два. И твое решение будет иметь значение для очень многих людей. Боги сказали, чтобы ты помнила о любви, когда будешь принимать решение. Божественный намек — так, Сагорн?
Но Инос перебила, испуганная неожиданной догадкой:
— Скажи, отец, ты ведь не выдашь меня за какого-нибудь ужасного старого герцога? Король засмеялся.
— Нет, если только ты сама не захочешь. Кроме того, Нордландия будет против. Твое решение может вызвать войну, Иное, вот что я имею в виду.
Ужаснувшись этой мысли, принцесса залпом осушила кубок и закашлялась. Если быть взрослой значит получать удовольствие от этого противного пойла, то ей еще предстоит повзрослеть.
Король поднялся.
— Я приказал подать обед сюда, Сагорн. Или ты предпочитаешь зал?
Для Инос это было знаком уходить, а вопрос с шелком все еще не был решен.
— Нет, я с удовольствием поем здесь, — ответил ученый, улыбаясь королю. — Вы же знаете, сир, я не особенно люблю общество.
— Тогда вечером? Насколько я знаю, у нас гостит прекрасный менестрель. Кэйд устраивает званый ужин.
Он слегка подтолкнул дочь к двери.
— Отец, а как же шелк?
Король посмотрел на нее с удивлением, затем опять громко рассмеялся.
— Ты сказала, три с половиной империала? Инос кивнула с несчастным видом, и отец ласково обнял ее за плечи.
— Иное, дорогая, на такие деньги можно купить весь магазин Мео.
— Мео?
Он улыбнулся и чуть покраснел.
— Мео и я очень старые друзья, — пояснил он. — Ты, когда была маленькая, играла с детьми слуг. Я — тоже. Я знаю Мео всю мою жизнь. Одно время мне даже казалось, что я влюблен в нее. Кстати, с кем ты ходила в город утром? — спросил вдруг король.
Пришлось признаться, что ни с кем.
Отец вздохнул и погладил ее по плечу.
— Пора это прекратить, Иное. Ты взрослеешь, ты уже не ребенок. Нельзя бегать где угодно одной или с мальчишками с конюшни и девчонками с кухни. Хватит лазать за птичьими гнездами и собирать ракушки на берегу. Я уделял тебе мало внимания последнее время… — Он усмехнулся. — Наверно, Мео думает, что я и о ней забыл. Я не видел ее несколько лет. А может быть, она хотела, чтобы я кое-что понял.
— Понял?
— Например, то, что моя красавица дочь не должна разгуливать по городу одна. Нет, Мео не рассчитывает в самом деле получить три с половиной империала!
Это звучало уже лучше! Инос воспряла духом.
Усмехнувшись, король продолжал:
— Мне так и хочется послать стражника, чтоб арестовать ее за вымогательство, а затем приговорить остаться на обед, но тогда ее соседи начнут сплетничать. А есть ли у нее другие красивые ткани?
С неожиданным волнением Инос вспомнила слова Богов.
— У нее только еще один шелк кроме этого, отец. На нем узор из цветущих деревьев. Она говорит, что это яблони.
А что, яблоки и правда растут из цветов? Но зато у нее есть бирюзовый атлас, три льняных отреза, отрез серебристого бархата…
Король засмеялся.
— Я собирался отправить тебя туда с теткой после обеда, но придется, видно, пойти самому. Если доктор Сагорн извинит меня, я все-таки навещу мою старую подругу Мео. Она недавно овдовела. Думаю, ей одиноко. Что касается тебя, ты получишь все эти ткани и многие другие. У тебя будут самые красивые платья, которые мы сможем сшить или купить!
— Отец! Неужели это правда? Но почему? Король печально улыбнулся.
— Я не хотел тебе говорить, но боюсь, что придется. Потому, что ты должна уехать из Краснегара.
6
Голос Джалона разлетался по огромному залу, словно лепестки цветов. Слушая его, Инос испытывала дрожь во всем теле. Она вспоминала Богов во всем их великолепии, представляла себе лунный свет на снегу, нитку жемчуга на своей шее и белых чаек в синем небе. Настоящая красота всегда вызывала в ней дрожь, а девочка никогда еще не слышала такого пения. Любой другой известный ей менестрель показался бы гогочущим гусем в сравнении с Джалоном. Зал был полон людьми, но не было слышно ни звука, кроме переливов арфы и необыкновенно чистого тенора, звенящего под высоким потолком.
Лепестки цветов!
Поделиться книгой: