Доминион. Операция «Феникс»

Весь берег неожиданно высветился прожекторами и усиленный громкоговорителями голос весело прорычал: – Боже правый, что порой выползает из этой сраной реки! Назовитесь!

– А ты сам кто будешь? – крикнул в сторону прожекторов Заноза, заслоняя ладонью глаза от яркого света. Передернув затвор автомата, он угрюмо приготовился к новой драке.

– Я здешний сатрап. – Ответил грубый голос. – И теперь вы все мои пленники!

– Хрен тебе! – выругался Заноза. – Только покажись, и я тебя нашпигую свинцом!

– Хватит дурачиться, Брайтак! – рассердился Эл. – Лучше помоги. У нас раненый.

– Как скажешь братец. – Более приветливо хмыкнули динамики и замолчали.

Через короткий промежуток времени, из разлома в скале показался и сам Брайтак. Ростом не больше полутора метров, коротышка был не меньше двух метров в ширину, носил черную бороду украшенную заплетенными косичками и целый арсенал технических приспособлений. Хитрые глазки-пуговки блестели на лунообразном плутоватом лице, с длинными вислыми усами песочного цвета. Брайтак совсем не походил на хищного мутанта или чудовище. Но было в нем и нечто нечеловеческое. Его глаза. Словно два бездонных колодца тьмы без единого намека на зрачки или радужку. Скинув с плеча тяжелую сумку, из которой выкатились запасные фильтры для масок, шумно прочистил нос. Огладив бороду рукой, с теплой улыбкой обнял брата.

– Примите мои заверения в вечной дружбе. Благодарю, что привели моего брата живым, за что отдельное спасибо. Можно было и мертвым, но он тогда не имел бы товарного вида.

– Ну, ты и ублюдок! – сердился Эл, с возмущением размахивая перед его носом руками. – Ты ведь видел приближение состава и не предупредил о развороченном полотне моста?!

– Я не успел, вы ведь не предупредили меня, что поедите прямо через пещеру с голодными слугами Ахурамаза. На развилке был великолепный объездной путь, который вы проскочили.

– А чего не включил свет, когда мы падали с водопада? – нахмурился Заноза.

– Вы ведь уже упали и слава богам благополучно. Так чего жалуетесь? – возразил коротышка.

– Да, семейные черты налицо. – Сдался Заноза. – В озере обитают хищные твари?

– Кроме мелкой мелюзги, никого.

– Брайтак!

– Да иду уже. Иду. Смотрите под ноги. Моя берлога здесь недалеко.

– Сколько это “недалеко”? – спросил Крысолов.

– Ну, может метров пятьсот или тысячу…

– Сколько?!

– Ну, может и меньше! – рассердился Брайтак. – Можно подумать я здесь каждый день считаю метры. Под ноги глядите! Что с вашим приятелем? Живой или уже представился?

– Потерял сознание после удара о воду. Ничего серьезного, очухается.

Поочередно неся на плечах бессознательное тело Молчуна, я, Заноза и Эл, периодически менялись местами, пока Крысолов, сжимая в руках уцелевший автомат, шагал за Брайтаком, подозрительно наблюдая за каждым его шагом. Идти оказалось легко – в этой части подземелий была хоть и старая, но хорошо сохранившаяся инфраструктура дорог. На мой вопрос об их назначении Брайтак отделался туманным объяснением.

– Часть проекта “Генезис”. Эти места покинули не так уж и давно – лет пятнадцать назад. Чуть дальше моего жилья расположены заброшенные биолаборатории, госпиталь, вычислительный центр и хранилища итаниума. Ну и командный бункер Империи разумеется. Как же без него?

Стены и потолки здешних пещер отличались от остальных наличием светящихся слизней и грибов, облепивших камень. Эти грибы-паразиты испускали мертвенно-красный свет, в то время как слизни и глубинные растения светили мягким зеленоватым свечением. Их было так много, что фонари поневоле пришлось выключить – и так великолепно все видно.

– Благословенная земля. Мое жилье за следующим поворотом.

Покосившись на Брайтака, Крысолов крепче сжал автомат. Все происходящее ему не нравилось, он всюду видел заговоры и подвох. – А как все это тут оказалось? Эти растения!

– Ну, у тебя и вопросы, приятель. – Ухмыльнулся Брайтак. – Лучше спроси меня, как возникла жизнь во вселенной или как появился космос…

– Ты смеешься надо мной? – вспылил Крысолов.

– И не думал. Когда целая колония светляков-слизней приползла сюда, мне и в голову не пришло поинтересоваться у них целью визита. В любом случае они мне не мешают.

– А растения? Тоже приползли или они разумные как твои слизни?

– Крысолов. – Строго одернул я любознательного уголовника. – Кроме нас здесь нет разумной жизни, зато сплошь и рядом неразумная, вроде тебя.

Яростно покосившись в мою сторону, он отстал от Брайтака и зашептался с хмурым Занозой. Тому идея идти непонятно куда и непонятно для чего нравилась еще меньше. Если Эл всю дорогу более или менее молчал, то эти двое подвергали сомнению каждый его шаг.

– Скажи, Брайтак. Ты веришь, в существование Элиты? – задал я ему вопрос.

– Смотря для кого, Ингвар Грин. Для лихого лейтенанта спецвойск может и не существует, а вот для удачливого авантюриста и несправедливо обвиненного очень даже может быть.

– Не слишком ли ты много знаешь про меня?

– В моих руках самый крупный вычислительный центр в галактике. Неужто мне может быть что-то неведомо?! Я знаю о тебе больше, чем ты о себе. Мне известно, что ты утратил память на Клермонте. Мозговое шунтирование весьма негуманное изобретение людей.

– Клермонт? Это город?

– Планета под властью Консорциума Трао. Ты попал к ним в плен на планете аргониан Хейтсе, куда приземлился для ремонта корабля. Ты что… вообще ни черта не помнишь?

– Смутно. Как в тумане. Стоит только начать вспоминать, как страшные боли сводят меня с ума, парализуя волю и желание продолжать это бесполезное занятие.

– Очень мило. Напоминает мозговую печать. – Нахмурил брови Брайтак. – Ничего. Вот дойдем до моей норы и поглядим на блокаду. Техники Фролова умны, но не всемогущи. Они тоже допускают ошибки свойственные обычным людям. Где-то есть лазейка я уверен.

Я все больше и больше удивлялся этому странному мутанту. Он или великий гений, либо что наиболее вероятно безумен. Но не стоит делать поспешных выводов. Поглядим на его жилье и посмотрим, сколько в его словах правды, а сколько лжи. Этот коренастый коротышка, определенно знал, как внушить доверие. Не знаю как остальным, а мне он импонировал.

Жилье Брайтака действительно внушало уважение. Вырубленное прямо в скале, оно напоминало могучий бастион или точнее изолированный командный бункер, нежели скромный вычислительный центр на богом забытой планете. Каменные стены грота обтесаны до идеальной ровности, а боевые амбразуры неприветливо смотрят в нашу сторону, тая в себе угрозу.

– Не суйтесь к воротам. Это бутафория и более того под прицелами боевых лучеметов и прочих смертоносных игрушек. Настоящий вход совсем в другом месте.

Брайтак провел руками над гладкой поверхностью стены. Почти сразу часть ее просто растаяла, в туманной дымке. Когда мы с опаской прошли сквозь образовавшийся двухметровый проем, стена снова сделалась цельной, словно никакого прохода здесь не было и в помине.

– Здорово, да? – ухмыльнулся Брайтак, разглядывая наши ошарашенные лица. – Умели раньше строить. Не то, что сейчас. Хотя здесь и строить особо не пришлось. Все коридоры и пещеры крепости создала природа – вулканические потоки прожгли ходы лучше, чем фазерный бур.

– А что стало с теми, кто раньше здесь всем заправлял? – спросил я.

– Это спросишь у Элиты, когда встретишь. Наверное, выселила за неуплату счетов. – Брайтак хитро прищурился. – Я здесь уже никого не застал живым. Все были давно мертвы. Вычислительный комплекс исправно функционировал все эти годы благодаря автономному реактору, работающему на итаниуме. Его разрабатывали с расчетом на долгие столетия.

– Повезло тебе. Отличное место, о котором можно только мечтать. – Хмуро бросил Заноза. – Здесь больше никого нет? Ты живешь один?

Брайтак резко обернулся и угрожающе стал надвигаться.

– Даже и не думай об этом парниша. Слышишь? Я такие шутки не воспринимаю.

– Да чего я сказал?!

– Хватит придуряться, Заноза. – Строго оборвал я его. – Если хочешь остаться здесь и сдохнуть, я тебе это организую прямо сейчас. Я понял ход твоих мыслей и категорически против.

Прочитав в моих глазах разгорающиеся огоньки безумия и холодного убийства, Заноза нехотя уступил. Он не раз убеждался, что шутить и спорить со мной опасно для здоровья.

– Уже и спросить нельзя. – Криво улыбнулся он. – Спокойно, Сержант. Мы ведь компаньоны, не так ли? Вот отдохнем и двинемся дальше, пусть живет здесь как жил. Его дела не наши. Так?

– Я не потерплю враждебных действий к тем, кто нам помогает.

Брайтак задумчиво покосился на меня, но ничего не сказал. Он подошел к распределительному щитку и включил освещение в коридоре. Обстановка базы была мрачной и неприветливой как и ее история. На стенах до сих пор сохранились пыльные агитационные плакаты с белозубыми имперскими солдатами, исторические сражения, портреты руководителей базы и, разумеется, самого Императора. Рядом с ним возвышалась картина человека в необычном плотно облегающем черном скафандре архаичного вида. На монументальном лице, навсегда застыла загадочная улыбка, а вся его фигура излучала несгибаемую волю и мужество. Свой продолговатый шлем, человек небрежно держал на сгибе локтя, смотря вдаль невидящим взором. Под картиной стояла полустертая от времени надпись: “Светлой памяти коммандера Дмитрия Алешина, капитана “Атласа-Виктории”, первого звездного крейсера Объединенной Земли”. Позади фигуры коммандера, сомкнули ряды безликие солдаты с лучевыми диатомизаторами. Над их головами проступали контуры легендарного звездного флагмана ”Атласа-Виктории” оставившего заметный след в истории человеческой цивилизации эпохи ранней экспансии.

– Живопись конечно на любителя… – Крысолов невольно поежился под бескомпромиссным взглядом командора. – У меня от взгляда этого парня, кровь стынет в жилах. Жуть просто.

– Идите за мной следом и ни к чему не прикасайтесь. Особенно это касается тебя… – и Брайтак ткнул пальцем в сторону вспыхнувшего Крысолова. – Это одно из немногих уцелевших изображений коммандера. Он первым выступил против зла кванторов, мифических пожирателей звезд и завоевал для Федерации престиж – ставший со временем крепким фундаментом, на котором построили свою империю люди. Коммандер вел сражения во многих уголках галактики, отстаивая интересы землян не только ратными подвигами, но и на политическом фронте. В то время людские колонии были слабы и беззащитны. Требовались крепкие союзы с галактами.

– А что случилось потом? Его предали? – спросил Крысолов.

– Можно сказать и так. Сняли с должности и отправили на передовую вместе со всеми его единомышленниками из числа корабельной команды. Коммандер пропал без вести в преклонном возрасте ста семидесяти трех лет, во время разразившейся войны с подземными жителями Силоны Гор. Удивительно, что он был молод не по годам. Это способствовало рождению слухов о его якобы не совсем, человеческой некроморфной природе. Но дело свое он знал хорошо. Ни одного поражения в бою. Подвиг за подвигом. Благодарные потомки увековечили его имя в истории и искусстве, но время безжалостно даже к храбрецам, чья память запечатлена не только в камне, но и душах людей. К сожалению, такие как он большая редкость.

– Откуда тебе все это известно? – изумился Заноза. – Ты что, историк?

– Нет, но у меня есть возможность на ознакомление с древними архивами. Если вы еще не заметили, у меня полно свободного времени. Можно даже сказать, что целая вечность в запасе. База обрабатывала данные с Монасараса по проекту “Генезис” и передавала результаты на планету Эпсилон, известную как Эпилон Эриана. Некие деятели самонадеянно решили поиграть в богов и вырастить себе новую и послушную к их приказам расу, преданную душой и телом насколько это было вообще возможно. Что из этого вышло потом, всем хорошо известно.

Брайтак многозначительно посмотрел мне в глаза, и я чуть заметно кивнул. Мы однозначно понимали друг друга без слов. И сейчас он воскресил во мне новые порции воспоминаний.

– Я не знаю! – вмешался Крысолов. – Расскажи.

– А тебе знать не обязательно. – Немного резковато отрезал я и отвернулся. – Что было – прошло. Что будет – одному Создателю известно. Важен текущий момент.

Снова посмотрев в лицо коммандера Алешина, я невольно ощутил трепет в душе. Интересно о чем мог думать этот человек, когда ему отдавали самоубийственный приказ атаковать жителей Силоны Гор? Противился ли этому или с обреченностью всеми забытого кумира с тяжелым сердцем выполнял приказ недалеких умом людишек не понимающих сути своего самоубийственного приказа? Нужно быть очень терпеливым человеком, чтобы противостоять бюрократам. Но действительно ли он умер? Брайтак сказал, что он пропал без вести, что еще не означает непременную гибель. Возможно, коммандер все же нашел способ отойти от дел, хитро выкрутившись из щекотливой ситуации. Если это так то ему можно аплодировать.

Наши шаги гулким эхом отдавались от бетонных стен коридора. По углам пылились давно сломанные ржавые автоматы с содовой и сухими закусками. На стенах появились пыльные схемы и плакаты. На одних это карты коридоров. На других непонятные для непосвященных столбцы цифр и тонких линий. На третьих забавный человек с козлиной бородой в крикливой полосатой шляпе с надписью под портретом: ”Ты нужен дяде Сэму”, великодушным жестом призывал рекрутов вступать в ряды новообразованного звездного легиона.

– Схемы на стене, старые регистры авторизованных кодов. – Охотно объяснял Брайтак. – Здесь без них не обойтись, хоть эта информация давно и устарела. Важную информацию я всегда держу в голове… – Последние слова он специально сказал громко, чтобы его услышали Крысолов и Заноза. Они встрепенулись и переглянулись меж собой.

– Как я и сказал, база была секретной, пока здесь что-то не произошло. Работы над проектом были свернуты, головной офис на Монасарасе ликвидирован, а персонал сослан на Ярость по ложным обвинениям. Я работал на них долгих пять лет… о чем жалею. Проект был совершенно безумен. Это было очевидно в самом начале. Пойдем со мной Ингвар, а вы ждите здесь.

Я последовал за Брайтаком, пока мои спутники устраивались в креслах напротив запыленных голографических панелей вывода информации. Пришедший в себя Молчун никак не мог взять в толк, что здесь происходит, и как он тут очутился. Крысолов стал сбивчиво рассказывать.

– А остальные? – удивился я, кивнув на заключенных.

– Им в том месте делать нечего. Эл о них позаботится. Разговор пойдет о твоей амнезии. За тебя замолвила словечко Элита, а я не могу отказать ей в просьбе, ты и сам знаешь почему. Нравится тебе это положение вещей или нет, но она твой персональный ангел-хранитель. Так будь достоин оказанной чести и выполни свое предназначение. Если ангелы-Афоргомона кого-то выбирают, то хранят ему верность до конца. Но ты не обольщайся на этот счет – если они меняют мнение о тебе то не колеблясь, лишают жизни. Вот такие вот они изменчивые.

Я незаметно положил руку на рукоять ножа, но Брайтак идущий впереди меня недовольно бросил: – Зря ты так, я тебе не враг. Ты спас моего брата от нелюдей, расписанных под ”Хохлому”, а за это я спасу твой рассудок от оков и мы будем квиты. Я знаю, куда вы стремитесь попасть. Если понадобится дополнительная помощь, поможем, чем сможем, но сам я с вами в те края не пойду. Мне и здесь неплохо живется. События людей, меня не очень интересуют.

– Мне нужны схемы тоннелей. Ты лучше всех знаешь подходы к базе.

– Все в свое время. А пока сюда, пожалуйста. Не будем терять время попусту.

Брайтак привел меня в круглое помещение с чудной конструкцией в центре. Механические щупы и манипуляторы с иголками на концах, свободно свисали с потолка, раскачиваясь под порывами пронзительных сквозняков. Тусклый металлический саркофаг был обычным ложем, как в любом медицинском боксе госпиталя. В отличие от ДНК-капсул, – которые восстанавливали тела, считывая геном – это был снабжен сканерами, тончайшими нейрозондами и анализаторами для диагностирования мозговой активности.

– Промывальщик мозгов. Выглядит жалко, не так ли? Но пусть его вид тебя не вводит в заблуждение. Это машина для кодирования и ментального сканирования создавалась далеко не в лечебных целях. Уверен, бывшие сотрудники центра прошли через него и получили свою печать, как и ты в свое время…

– Задумал выбить клин, клином? Опасное занятие. – Я медленно обошел вокруг машины.

– Именно. Другого способа не существует. Он или поможет тебе или убьет.

Подойдя к саркофагу, я провел рукой по холодному металлу. Кожу сразу стало щипать как от слабого тока. Идея в него лечь мне была не по нутру, но мысль вернуть свои воспоминания была слишком заманчивой, чтобы от нее можно было так просто отмахнуться.

– Что мне грозит, если все пойдет не по плану? Я стану тупым овощем, пускающим слюни?

– Как минимум. – Пожал плечами Брайтак. – Если это случится, я обещаю что освобожу твою душу из плена плоти. Лучше смерть, чем жизнь внутри пустой оболочки. – Положив руку на тесак за поясом, Эл недвусмысленно поиграл пальцами на рукояти. – Это будет быстро.

– Разве смерть бывает быстрой? Нет, Брайтак, смерть бывает только неизбежной. Но сначала объясни, почему я должен тебе верить? Зачем тебе помогать какому-то заключенному?

– В твоих руках нити многих судеб, даже, если ты этого не осознаешь. – Тихо сказал Брайтак, пристально посмотрев на меня нечеловеческими глазами без зрачков. – Ты рожден, что бы выполнить свое предназначение. И поэтому я окажу тебе любую помощь, вне зависимости от того должен ли я тебе что-то или нет. Ты отмечен печатью могущественных Йог-Сотот.

Я перевел взгляд на руку, подивившись тому, как он смог узнать про метку под одеждой.

– Что от меня нужно?

– Для начала раздеться и лечь внутрь саркофага. Защитные клеммы сомкнуться на запястьях и щиколотках, удерживая на месте. Тело будет опутано ремнями безопасности, уберегая скелет от травм, что ты ненароком можешь причинить сам себе во время этой хм… неприятной терапии.

– Насколько неприятной?

– Будет больно. Но не телу, а душе.

– А ты откуда знаешь?

– Я же ведь снял со своего мозга блокаду. Разум может не выдержать повторного вмешательства и тогда включится защитный механизм разума – безумие. Такое слишком часто происходило в прошлом. Маску тоже можешь снять. Здесь приемлемый для дыхания воздух.

Сняв ремень с ножнами и подсумки с боеприпасами, я скинул с себя одежду и обнаженным лег внутрь стального саркофага. Тело болезненно покалывали электрические разряды. Прямо над головой, зловеще зашевелились сенсорные щупы и манипуляторы с иглами.

– Надеюсь, еще увидимся, Брайтак. Помни о своем обещании.

– Надеюсь, до этого все же не дойдет… – подмигнул Брайтак, забирая у меня дыхательную маску. – Надень на голову обруч. Положи руки сюда и не шевелись. Все будет хорошо.

Выдвинув пульт управление, Брайтак чуть подумав, решительно стал набирать команды на сенсорной консоли. Целый лес проводов хищно потянулись к моей голове. Руки, ноги и все тело обхватили эластичные ремни. Прямо из переплетений проводов опустились два цилиндра. Коснувшись моего лба, противно зажужжали, отдаваясь в корнях зубов. Скосив глаза в сторону бормочущего Брайтака, я прочитал по двигающимся губам слова.

– Взлом первой блокады. Ответный резонанс подсознания внушает беспокойство…

–“Надеюсь, ты знаешь что делаешь”. – Еще успел подумать я, прежде чем отключился.

Серая равнина не имела горизонта. Как я здесь очутился, я не мог вспомнить, но точно знал, что должен что-то сделать. Именно в этом месте лежит ключ к моей памяти, но я пока не знаю, где его искать. Вокруг бестолково снуют полупрозрачные тени сотен и тысяч существ – людей и галактов. Они все пытаются меня о чем-то спросить. Я прислушиваюсь к их бормотанию, пока до меня не доходит, что понять их так же трудно как стоя рядом с ревущим водопадом, расслышать слова говорящего шепотом. Отдельные обрывки слов были знакомы. Они пробуждали события, которым я когда-то был свидетель. Мозг за жизнь копит знания, которые никуда не исчезают.

– Твоя память пробуждается, – шепчет голос в голове. – Потерпи еще немного…