Достян Ричи Михайловна

Кинто

Ричи Михайловна Достян

Кинто

Повесть

Действие повести Ричи Достян "Кинто" происходит в Тбилиси, с его экзотическим бытом, многонациональным жизнерадостным населением, ревниво оберегающим свои прекрасные традиции. Повесть проникнута мягким, добродушным юмором.

I

Эта история могла произойти когда угодно, но не где-либо, а только в старом Тифлисе - хранителе стольких прекрасных традиций.

У подножия горы святого Давида много живописных улиц, а среди них самая живописная - Гунибская.

Дома на Гунибской стоят так тесно, что сосед всегда знает не только, какой обед у соседа, но и о чем думает он, потому что в старом Тифлисе думать принято громко.

Есть на Гунибской улице школа, и это нехорошо для школы, потому что близость горы с ее соблазнами плохо влияет на успеваемость.

В этой школе довольно шумной славой пользуется седьмая группа - так в те времена назывались классы, а в группе этой - одна не совсем обычная девочка.

Ламара Гопадзе даже для Грузии чересчур красива, а в ее родном городе красоту чтут так, что могут уличное движение остановить, желая лишнюю минуту полюбоваться чем-либо или кем-либо!

Кроме прекрасной внешности, природа наделила ее редкими способностями. Правда, учится она средне - ленива. Больше разговоров о каком-то особенном ее слухе; будто слышит она все на свете первая.

Кто говорит - музыке учить ее надо; кто говорит - не слух это вовсе, а хитрость: угадывает она скорее всего, а не слышит!.. А еще кое-кто улыбнется и говорит: глупости все это, просто Ламара хорошая девочка - чуткая очень.

Так думает ее бабушка, и, кажется, она права. Однако от этой чуткой и нежной на вид девочки нет покоя ни дома, ни всей округе. Если у кого-нибудь пропадали дети, их первым делом ищут у Гопадзе.

Чаще всего Ламара уводит детвору в Муштаид*. Там строится первая в стране детская железная дорога. Самой дороги еще нет, а паровозик есть, и его изучают с восторгом не только мальчишки...

______________

* Один из городских парков.

Домой Ламара возвращается вся в ссадинах и мазуте, что восхищает отца и приводит в отчаяние бабушку и мать:

- Что это за девочка, которая мечтает о кепке и обожает паровоз?!

Хорошо еще, что дома не знают про любимое развлечение Ламары - кататься на трамвае. Люди видели, как девочка прыгает на ходу и не поднимается в вагон, а катит на подножке. Возможно, поэтому она старается, чтобы руки у нее всегда были свободными. Деньги, говорят, в туфельке носит.

Однажды Ламара одна уехала в Боржоми - ей захотелось попробовать прославленной воды прямо из источника.

Вода оказалась теплой, противной и без газа, но Ламара довольна!

Вторая выдающаяся личность в школе - Реваз. Среди мальчишек седьмой группы он то же самое, что Ламара среди девочек. Добавим к этому еще, что дружат эти двое с первого школьного дня.

Теперь остается сказать несколько слов о Тифлисской жаре и можно переходить к сути.

Лето в Тифлисе начинается внезапно в первых числах апреля буйным цветением. Ни ранней, ни поздней весны здесь не бывает. После мартовских ураганных ветров с дождем и снегом сразу дышать нечем!

Город лежит в котловине, и южное солнце за неделю превращает его в парник, и в парнике этом нужно не просто жить, а еще и учиться - два долгих месяца.

Окна в школе не только открыты - целиком вынуты рамы, чтобы ничто не мешало движению воздуха.

За окном, конечно, шум да гам. Но одно дело, когда кричишь ты, и совсем другое, когда кричит кто-то! Вытерпеть и не побежать еще можно, а вот терпеть духоту нет никаких сил.

Учителя только делают вид, будто жара им нипочем, а сами? Вместо того, чтобы ходить по классу и смотреть, что там творится, сидят и обмахиваются тетрадками. Ученикам это строго запрещено - руки нужны им для учения. А вы попробуйте учиться, когда потеет голова и все время хочется мороженого!

Можно только дивиться, как в таком климате вообще оканчивают школы?! Оттого и неясно - всерьез или в шутку говорят, будто в Грузии что ни год рождаются выдающиеся дети.

II

С двух последних уроков они сбежали всем классом.

В те времена школа не баловала ребят экскурсиями. Такого не было и в помине. Раз в году устраивался поход на Черепашье озеро или на озеро Лиси. А сколько заманчивых уголков в городе, окруженном горами!

Когда они домчались до любимого своего места, где начинается дорога к могиле Грибоедова и храму святого Давида, Реваз скомандовал: привал!

Среди камней и колючего кустарника сама природа раскинула маленькую симпатичную лужайку. В глубине лужайки торчит бетонный столб, а на нем чудом держится ржавая и дырявая дощечка с остатками белой эмали. Наверху сохранилось слово "запрещается", а внизу целая строка с перечислением того, что запрещается.

"...Делать зеленые насаждения и стрелять в эту табличку". Под текстом очень мелким шрифтом подпись: "Постановление Тифсовета".

Жителям Кавказа текст "таблички" пояснять не нужно. Кому там неизвестно, что делает грузин, когда видит удобный склон горы, - немедленно сажает кукурузу или фасоль. И это очень хорошо, но только у себя в деревне, а не по дороге к храму и прославленной могиле.

Что же касается стрельбы - то это еще яснее: горцы умело пьют, прекрасно поют, а от избытка чувств иногда стреляют. Сколько на этой лужайке отгремело пиров - считать не будем, но "табличка" давно превратилась в дуршлаг.

Тифлисский Совет безусловно знал, где, что и почему следует запрещать.

Ребята набрали камней, дали залп по ржавой мишени и с наслаждением улеглись под нею. Когда азарт, вызванный побегом, прошел, все одновременно посмотрели на Тинико - самую слабенькую в группе. Она послушно встала и как ящерица полезла вверх. Остальные за нею.

В пыли, поту, в царапинах они взобрались на первый уступ.

Стоят, молчат, полощутся в летучем горном море.

Еще уступ и еще, а вершина все уходит пологими терассами. Дальше они не пойдут - там скучный духан. Туда взрослые поднимаются на фуникулере.

Когда насытились волей и продрогли на горном ветру, их потянуло к дому. Так учатся любить родные очаги, от них убегая.

Под шорохи осыпей, взявшись за руки по двое, по трое, сползают вниз. В коленях страх - любой камень может обмануть, может вырваться из-под ноги.

Наконец - земля! Надежная, мягкая, ровная.

Упершись ладонями в траву, они долго сидят - в блаженной одури от зноя, от лязга трамваев и треска цикад. Над ними в небо уходит гора - опасная, но не чужая. Скалистый бок ее - теплый и серый, как шкура осла, - уже частица дома.

Ламаре что-то послышалось. Она сделала шаг:

- Слышите?

- Начинается, - фыркнула Медея, но тоже поднялась. Эта Медея, между прочим, вторая самая красивая в группе и, конечно, во всем завидует Ламаре.

- Тише, - рассердилась Ламара. Из-под куста доносился звук, которому здесь вроде бы неоткуда взяться. Похоже, кто-то открывает дверцу маленького шкафчика, и она протяжно скрипит. Реваз пошарил палкой в траве. Скрип повторился, а в том месте, откуда он шел, что-то темнело.

- Прошлогодняя шишка, - сказал Реваз.

- На акации растут шишки! - заметил кто-то, и все засмеялись.

Ламара нагнулась и подняла крохотного котенка; потревоженный, он громко запищал, и тогда все увидели, что у него, еще слепого, полно зубов. Невероятно мелкие и острые, они были похожи на колючки.

Держа найденыша на ладони, Ламара притулила его к себе, а свободной рукой заслонила от света. Котенок сразу успокоился.

- А дальше что? - спросил Реваз.

Ламара молча на него посмотрела.

- Так и будем стоять?!

Ламара еще раз взглянула на Реваза.

- Ну хорошо, если тебе так хочется котенка, я в сто раз лучше его достану, только скажи...

- А с этим что?

- Брось, не видишь, его кто-то выкинул.

- Ничего подобного, - тихо сказала Тинико, - он выпал из гнезда.

Поднялся такой хохот, что котенок вновь запищал. Ламара решительно двинулась вперед. Реваз пожал плечами и повернул к своему дому.

- Он у тебя сдохнет, - сказала Медея.

- Почему?

- Потому что твоя мама боится заразы. Возьмет и обольет его марганцовкой.

Ламара ничего не ответила. Рядом шла маленькая Тинико и не спускала грустных глаз с котенка. Ей очень хотелось его иметь, но... У девочки не было своего дома. Увезенная из деревни от больной матери, она воспитывалась строгой и бездетной теткой.

Ламара шла, ни с кем не разговаривая. Компания постепенно редела. Котенок всю дорогу молчал. Девочка несла его так бережно, будто в руках у нее была зажженная свеча.

III

Ламаре повезло - родителей не было дома.

Бабушка встретила ее осторожной улыбкой: где же Реваз с двумя портфелями и что такое у девочки в руках? А когда увидела, так окрасила свое "вай", что теперь удивилась Ламара. Это было явно восторженное восклицание. Просто девочка не знала, что вчера вечером на семейном совете решался вопрос - как и чем привязать ее к дому. Ни музыка, ни танцы ее не увлекают. Вышивание она ненавидит. Просит велосипед, но родители и слышать не хотят. Во-первых, опасно, во-вторых, с этой игрушкой девочка окажется еще дальше от дома. Так ничего и не решили, а тут... Такое никому и в голову не могло прийти, потому что не принято здесь держать в доме собак, а тем более кошек.

Бабушка, жалостливо глядя на котенка, молниеносно оценила ситуацию: если ее непоседливая внучка что затеяла, то уж не бросит... Значит, надо ей помочь!

До позднего вечера занимались котенком бабушка с внучкой, и тут выяснилось, что найденышем пока довольны все.

Мама примирилась с антисанитарной игрушкой без особого восторга, но у нее были свои соображения: пусть забавляется, а будет брать его в постель увезу паршивца в деревню, и кончено!

Совершенно неожиданно котенок обрадовал папу тем, что переключил громадную энергию бабушки с кухни на себя. Дело в том, что уважаемый Датико Гопадзе сам умеет и любит кое-что состряпать, особенно когда предвидятся гости. А в этом доме ждут их если не ежедневно, то через день.

Одна Ламара не могла пока радоваться: котенка нечем было кормить.

На Кавказе даже в сказках не встречается молочных рек - там реки винные текут. Дело, однако, даже не в этом - по утрам ходили разносчики молока, но надо послушать, что говорит бабушка о молоке в этом климате. Она говорит, что от него может расти только тесто, а грудному животному необходимо парное молоко. Но где его взять?

Тут следует напомнить, что у Ламары все особенное, даже бабушка. Начнем с того, что она не произносит слова "нет", а слово "да" в очень редких случаях. Ламарина бабушка на любой вопрос отзывается так:

- Подожди-подожди... - И пока она это раздумчиво и не спеша произносит, в светлой ее голове успевают созреть решения на все случаи жизни. Вообще бабушка, говоря медленно, соображает молниеносно! Столь же медленно она и передвигается, но может вдруг повернуть голову, как испуганная птица, и в одно мгновение все увидеть и оценить. Интересно послушать, что говорит о ней дворник Агида:

- У этой женщины только птичкино молоко не спрашивай - все остальное спрашивай!

По цепочке родственных связей, со скоростью, совершенно необъяснимой, если учесть, что сообщение с близлежащими селениями было только по горным тропкам и только на ишачках, парное молоко для заморыша появилось!

Когда его налили в пузырек из-под валерьянки, а на пузырек этот надели резиновый колпачок от пипетки с дыркой на конце, котенок соски в рот не взял. Он ее выплевывал, вырывался и пищал.

Бабушка сурово на него посмотрела, а внучке сказала:

- Подожди-подожди...

И хотя сказала она это тихо и очень как-то озабоченно, глаза ее уже сверкали пламенем догадки.

Котенок чуть с голоду не умер, пока родоначальница по женской линии разбирала фамильный сундук.

То, что она искала, оказалось на дне. А когда нашла, Ламара еще раз убедилась, какая у нее выдающаяся бабушка. Она положила девочке на ладонь замшевый футляр чуть подлиннее спички.

В нем оказалась серебряная ложечка. Ювелиры прошлого века делали такие ложечки для соли.

Те, кто не умеет ценить своих бабушек, конечно, скажут:

- По-о-одумаешь, ложечка!

А ложечка эта не дала котенку ни умереть с голоду, ни утонуть в молоке.

Наблюдательный человек оценит ее сразу, потому что замечал, как плачет кошкино дитя. Оно не раскрывает рта, а лишь чуточку приоткрывает его и сквозь эту крохотную щель выдавливает писк! Попробуй сунь такому соску!

Было немало мучений и с ложечкой, но Ламара наловчилась. Котенок ложечку грыз и молоко заглатывал.

Он сам давал знать, что наелся, - тут же в ладони и засыпал.

Спальню ему устроили в гостиной на громадной тахте. В отгороженном подушками темном углу лежала пуховая шапочка. Мама зорко следила за тем, куда котенка несут.

Пока все шло хорошо. Котенок много ел и быстро рос. Заметнее всего у него вырос голос. Теперь это был не тоненький скрип, а довольно противное пищание.

Настало время, когда чумазого можно было помыть. Бабушка с внучкой купали его в большой пиале, и тут было сделано первое важное открытие. Даже сразу три:

Прежде всего, найденыш оказался котом!