Школа паука

—  И главное,— продолжил эксперт,— смерть у обоих наступила от сильных ударов в область сердца.

Майор забарабанил пальцами по столу.

— А что думаешь о нападавших? — спросил он.

Калинин выпятил вперед нижнюю губу. Он часто так делал, когда говорил, размышляя.

—  Поскольку убитые сами обладали крепким телосложением,— сказал он,— можно предположить, что нападавшие — физически крепкие мужчины.

Дукалис пожал плечами.

—  По-моему, картина ясна,— сказал он.— Девки мужиков напоили, открыли дверь своим парням, а те работу доделали.

—  Хорошо,— подытожил Соловец.— Какие будут предложения?

Оперативники переглянулись.

—  Я думаю, надо переговорить с информаторами,— сказал Ларин.

—  Правильно,— согласился майор.— Вот и займись этим.

В этот момент дверь в кабинет отворилась, и на пороге возник подполковник Юрий Александрович Петренко, или Мухомор, как его называли между собой оперативники. Офицеры встали, приветствуя шефа. Мухомор махнул рукой.

—  Сидите,— устало сказал он.

Оперативники сели, Мухомор подошел к столу.

—  Как дела? — спросил он.

—   Работаем, Юрий Александрович,— ответил Соловец.

Майор умел по голосу начальника отличать, действительно ли он интересуется текущими делами или вопрос задан формально. В последнем случае Соловец отвечал уклончиво и односложно. — Хорошо, что работаете,— сказал Мухомор.

Он посмотрел на Волкова и жестом подозвал его к себе. Старший лейтенант подошел к шефу.

—  Я тут на рыбалку с друзьями ездил,— доверительно сказал Мухомор.— Мы там пленку отщелкали.

Подполковник достал из кармана коробочку с пленкой.

—  Отдай, пожалуйста, нашему фотографу, пусть отпечатает,— закончил он.

Волков взял пленку.

—  Нет проблем, Юрий Александрович,— сказал он.

—  Ладно, работайте,— кивнул оперативникам Мухомор и вышел из кабинета...

По окончании совещания Волков зашел в фотолабораторию. Фотограф Артем Кроссовский, высокий худой парень, работал в милиции недавно. Ему было около тридцати. Он зачесывал светлые волосы набок и носил большие очки. Кроссовский профессионально выполнял свою работу, единственным его недостатком была тяга к алкоголю. Фотограф понимал это и, как мог, сопротивлялся соблазнам. Но, к сожалению, в этом отделении милиции их было слишком много. Впрочем, в тот день Кроссовский был трезв и собран. Когда вошел Волков, он с сигаретой во рту рассматривал какие-то негативы. В лаборатории его, как всегда, царил хаос, разобраться в котором мог только сам Кроссовский.

—  Привет, Артем,— сказал оперативник.

—  Здорово,— ответил фотограф.

Он продолжал заниматься своим делом.

—  Мухомор просил пленку отпечатать,— сказал Волков.— Он с друзьями на рыбалке.

Эта просьба не удивила Кроссовского. Подполковник и раньше иногда пользовался служебным положением.

— Хорошо, положи на стол,— ответил фотограф.

Оперативник оставил пленку на столе.

—  Зайди через пару дней. Сейчас много работы,— сказал Кроссовский.

—  Спасибо,— улыбнулся Волков.— Трудись.

4

На набережной Кораблестроителей было безлюдно. По одну сторону проезжей части тянулись ряды металлических гаражей, за которыми лежал Финский залив. По другую стеной стояли современные здания. Вечер зажег окна в домах и расцветил вывески над увеселительными заведениями.

Возле тротуара стояла машина с выключенными фарами. В ней сидели три девушки. Одна из них была за рулем, две других — на заднем сиденье. Та, что за рулем, держала в руках рацию. Неожиданно из рации раздался голос: «Они едут». Девушка нажала кнопку и ответила: «Поняла».

— Ну, что, девочки, за работу! — сказала она подельницам, сидевшим сзади.

Стараясь не попасть каблуками в лужу, две девушки вышли из автомобиля и остались стоять на обочине. Их машина медленно отъехала в сторону. По набережной Кораблестроителей стремительно несся джип. Девушки начали голосовать. Автомобиль на большой скорости проехал мимо, но затем резко затормозил и задним ходом подъехал к голосующим подругам.

Третья подельница, сидящая в машине за рулем и наблюдающая за происходящим со стороны, увидела, как две ее сообщницы заговорили о чем-то с пассажирами джипа. Наконец они сели в него. Девушка за рулем завела мотор и тронулась вслед за компанией.

Пока джип ехал к дому его владельца, пассажиры успели познакомиться. Девушек звали Вера и Алиса, мужчин — Сергей и Николай.

Сергей Алехин был преуспевающим владельцем сети мебельных салонов. Николай Морозов работал его охранником и шофером. Во время работы их отношения соответствовали субординации, однако в часы досуга они становились почти приятельскими. Алехин и Морозов часто отдыхали вместе — ходили в рестораны, ездили за город, знакомились с девушками. Их объединяло то, что оба они были разведенными. И все-таки соотношение «начальник — подчиненный» незримо присутствовало между ними, и каждый старался его не нарушать.

Минут через десять Морозов остановил джип возле дома Алехина. А еще через час веселье в богато обставленной квартире бизнесмена было в полном разгаре. Хозяин лежал на диване. Одной рукой он обнимал Алису, а Вера сидела у него на коленях. Морозов разлил остатки шампанского по бокалам. Алехин приготовился сказать тост.

—  Ну, девочки, за вас! — он поднял бокал.

Компания выпила.

—  Красивая у тебя квартира,— сказала Алиса.

Алехин довольно улыбнулся.

— А ты говорил, что у тебя еще фонтан есть, — поддержала подругу Вера.

—  Он в спальне,— сказал Алехин.

Девушки переглянулись.

—  Мы еще не видели твоей спальни! — воскликнула Алиса.

— Самое время ее посмотреть,— улыбнулась Вера.

—  Думаете, пора? Ну, пошли,— сказал Алехин.

Бизнесмен убрал пустую бутылку из-под шампанского со стола. Он посмотрел на Морозова.

—  Коля,— сказал хозяин,— ты нам туда бутылочку из холодильника принеси, пожалуйста.

Морозов направился на кухню за шампанским, а Алехин с девушками — в спальню. Главной достопримечательностью спальни Алехина была огромная кровать, занимавшая почти половину комнаты. Бизнесмен пригласил Алису и Веру присесть на нее, сам сел между ними и обнял смеющихся девушек.

В это время Морозов зашел на кухню, открыл холодильник, достал из него шампанское, икру, осетрину и поставил все это на поднос. Вдруг он услышал сдавленный крик. Отставив поднос, охранник бросился в спальню. Он открыл дверь и увидел лежащего без сознания на полу Алехина. Неожиданно мощный удар по голове сбил с ног самого Морозова. Падая, он успел увидеть, что била Алиса.

Однако сокрушить бывшего десантника было непросто. Морозов вскочил и вступил с девушкой в единоборство. Он сразу отметил, что она мастерски владеет приемами восточной борьбы. Охраннику пришлось отступить к окну. В этот момент к схватке подключилась Вера. Она нанесла Морозову сильнейший удар ногой в грудь. Выбив раму, он вылетел из окна четвертого этажа.

Возле дома росли деревья и кусты. В падении Морозов сначала попал на дерево, затем на кусты и в конце концов оказался на траве.

Вера обыскала лежащего в спальне на полу Алехина и нашла в его кармане связку ключей. Она кинула ее Алисе, которая уже стояла у стенного сейфа. Перепробовав все ключи, Алиса обнаружила нужный и открыла сейф. Там аккуратными стопками лежали деньги.

— Все в порядке,— сказала она.— Кончай его.

Вера сильным ударом в область сердца добила Алехина...

Девушки с сумкой в руках выбежали из парадной дома и сели в поджидающую их машину с третьей подельницей. Автомобиль резко тронулся с места. Минут через пятнадцать на улице раздался вой сирены. К подъезду подкатила машина ПМГ. Высыпавшие из нее милиционеры забежали в парадную. Кто-то из соседей стал свидетелем падения Морозова из окна и позвонил в милицию.

5

Майор Чердынцев был честный служака. Ему не доверяли сложных дел, но в мелочах на него можно было положиться. Сегодня у майора имелось ответственное задание. Чердынцева попросили забрать в фотолаборатории портреты разыскиваемых преступников и передать их представителям «Телевизионной службы безопасности».

Майор зашел к Артему Кроссовскому. Фотограф, как всегда, был погружен в работу. Над столом сушились снимки, повсюду были разбросаны пленки с негативами. Сегодня Кроссовский не был так собран и серьезен, как накануне.

Под столом стояла початая бутылка водки.

—  Привет, Артем,— сказал Чердынцев, войдя в фотолабораторию.

—  Здорово,— процедил фотограф, не вынимая сигарету изо рта.

—  Там телевизионщики приехали. Где фотографии в розыск?

Кроссовский обвел глазами комнату:

—  Вон, в конверте на полке,— сказат он.

Чердынцев взял конверт и направился к выходу.

—  Погоди,— остановил его фотограф.

Он поставил бутылку на стол, вынул из ящика стола два стакана и наполнил их. Долго уговаривать майора не пришлось. Чердынцев и Кроссовский молча чокнулись и осушили стаканы.

— Ладно,— сказал майор,— вечером еще загляну.

— Дверь поплотнее закрой,— попросил напоследок фотограф...

Старший лейтенант Дукалис договорился, что уйдет с работы пораньше. Накануне он звонил знакомой девушке Лене. Они долго разговаривали и в конце концов условились сегодня днем покататься на прогулочном катере по Неве. После катания Дукалис рассчитывал пригласить Лену к себе в гости. Он заранее утром купил цветы и торт. Цветы поставил в вазу в кабинете, а торт спрятал в сейф.

Улучив момент, когда в кабинете никого не было, Дукалис набрал номер Лениного телефона.

— Алло, Леночка,— сказал оперативник, услышав знакомый голос,— я выезжаю. Буду, как договорились. До встречи.

Старший лейтенант взял в руки торт, вынул из вазы цветы и направился к двери. В этот момент в кабинет неожиданно вошел Соловец. Он с удивлением посмотрел на сияющее лицо коллеги.

—  Ты куда намылился? — спросил Соловец.

—  Как куда? Может быть, у меня личная жизнь!

—  Не в рабочее же время.

—  Георгич, я договорился...

—  С кем ты договорился?

— С нашими.

Дукалис хотел подробно объяснить, с кем и как он сегодня договаривался, но Соловец не стал его слушать.

—  Значит, так,— сказал он,— личная жизнь отменяется. У нас труп.

Дукалис все еще не терял надежды.

—  Можно в этот раз без меня? — сказал он.

Но Соловец был тверд.

— Отставить разговоры! Через пять минут внизу в машине!

Развернувшись, майор вышел из кабинета. Старший лейтенант тяжело вздохнул. Он поставил цветы в вазу и вернул торт в сейф. Затем Дукалис снял телефонную трубку и набрал номер.

—  Алло,— услышал оперативник голос Лены.

—  Леночка, это Толя.

Дукалис был в тяжелом положении. Он сам настойчиво просил Лену встретиться с ним. И теперь, когда она согласилась, старшему лейтенанту предстояло отменить вожделенное свидание...

Несколько минут спустя оперативник уже спустился вниз и присоединился к коллегам, ожидавшим его в дежурной машине. А еще через полчаса Соловец, Ларин и Дукалис вошли в квартиру покойного Сергея Алехина. Там их ждал Волков, прибывший на место преступления первым.

Тело бизнесмена уже отправили в морг. На полу мелом были начерчены его контуры. Ларин заглянул в пустой сейф.

—  Знакомая картина,— сказал он.