Золото по ленд-лизу

       - Ну, как там дела с нашим самолетом, Азаров докладывал? - слышится  из нее  напористый баритон  начальника Управления.

       - Пока нет, товарищ генерал-полковник. Контрольное время еще не вышло.

       - Добро,- отвечает тот и  отключается.

       Докладывать начальнику о своем разговоре с  адмиралом Громовым, генерал не стал. Преждевременно. У того и так забот хватает. Готовится новое наступление  на Орловско-Курской дуге и вся  контрразведка «стоит на ушах». Формируются и отправляются за линию фронта разведывательно-диверсионные группы, осуществляется активный поиск и ликвидация вражеской агентуры в тылах наших войск, ведется несколько серьезных радиоигр с разведкой  «Абвера» на направлении главного удара.

       И все это на плечах начальника. Тот даже ночует в кабинете.

       Осторожно приоткрывается дверь и появляется голова адъютанта.

       - Разрешите?   - товарищ  генерал.

       - Заходи, - досадливо морщится тот.  -Ну, что выяснил?

       -  В штабе ВВС сообщили, что в назначенное время самолет  приземлился на военном аэродроме Вологды, дозаправился топливом и взлетел.

       - Это точно?

       - Да, я дополнительно связался  с начальником контрразведки, дислоцирующегося там авиаполка. Тот это подтвердил.

       - Все?

       - Никак нет. Истребители морской авиации из Архангельска, для   встречи  и сопровождения   бомбардировщика не взлетели. Низкая облачность и штормовой ветер.

       - Свободен. Готовься завтра в командировку на Северо-Западный фронт. Засиделся  ты у меня.

       - Слушаюсь, - бледнеет адъютант и  бесшумно исчезает за дверью.

       Без четверти пять вечера, генерал еще раз звонит Громову и, выслушав его доклад, приказывает  организовать поиски исчезнувшего самолета.

       - Уже занимаемся,  Виктор Петрович. На это ориентированы все  находящиеся в воздухе самолеты морской авиации и наземные службы ПВО  флота.

       - Возьми это дело под самый жесткий контроль, подключи оперативный состав и о результатах докладывай мне лично, каждый час.

       -  Будет исполнено.

       Генерал кладет трубку на рычаг, смотрит на часы, и с первым  из семнадцати ударов, выходит из кабинета, прихватив со стола тонкую коленкоровую  папку с тиснением  «К докладу».

       Когда, тяжело ступая по ковровой дорожке, он появляется в кабинете начальника Управления, тот  беседует по телефону и кивает генералу на стул.

       - С захваченной группой  разбирайтесь у себя. А старшего и  радиста   утром   к нам.  Справку об операции, за твоей подписью, по телетайпу немедленно мне. И обязательно укажи фамилии всех участников.  

       Через час я буду  у Наркома и обо всем доложу. Молодцы.

       Он кладет трубку «вч», делает какие-то пометки карандашом в настольном календаре и удовлетворительно хмыкает.

       - Не ошиблись мы с тобой Виктор Петрович. Правильно выцарапали  Рыбакова с «Дальстроя», хотя кое-кто  и возражал. Блестяще провел разработку.

       У нас «под колпаком» резидентура  абвера в Куйбышеве, и в руках  сброшенная этой ночью  для ее усиления группа диверсантов  с радистом.  А какой там стратегический объект, ты знаешь. Есть о чем докладывать Наркому.

       - Хорошо бы еще жену Рыбакова найти, она где-то на Севере, - тихо произносит генерал.

       - Уже поздно, - отвечает  начальник и отводит глаза.

       -  Ну, да ладно, вернемся к нашим баранам. Что там с вояжем  к американцам?

       -  Плохо, Виктор Семенович, самолет исчез.

       Карандаш в начальственной руке с сухим треском лопается пополам.

       - Исчез?  Да ты что, шутишь?!

       - Какие уж тут шутки. В Мурманске он не приземлялся.

       Абакумов  нервно закуривает, глубоко затягивается папиросой  и хмурится.

       - Давай  подробней.

       Генерал обстоятельно,  с привязкой по месту и времени  докладывает все известные ему обстоятельства.

       - Старшим  группы у тебя там кто, Азаров?

       - Да. С  ним Коваленко, и отделение автоматчиков из «омсбона».

       - А экипаж?

       - Лучший в полку, больше сотни боевых вылетов, и по нашей линии чисто.

       - Машина?

       - Дальний бомбардировщик, недавно с завода.

       - Сопровождение обеспечили?

       - Так точно. Два истребителя морской авиации на подлете к Архангельску. Но в назначенное время взлететь они не смогли - низкая облачность и туман.

       - Поиски организовали?

       - Да.

       - Какими силами?

       - Дежурной авиацией, находящимися в море кораблями   Северного флота и нашими подразделениями. Я думаю, если с самолетом что случилось, то только над морем или тундрой. Немецкой авиации там хватает.

       На минуту в кабинете наступает почти осязаемая тишина, нарушаемая только размеренным стуком напольных часов.

       - Послушай, Виктор Петрович, - нарушает затянувшееся молчание  Абакумов, - ты хоть представляешь, что с нами будет, если исчезнет груз? Ведь это на несколько десятков миллионов рублей золота для  взаиморасчетов  с союзниками по ленд-лизу.  

       - Вполне, - отвечает  генерал, - мы предпринимаем все от нас зависящее.

       - Значит не все, если до сих пор нет ясности! - жестко парирует начальник.

       - Иди, и продолжай поиски. Задействуй все, что в наших силах. Ты это умеешь. И держи меня в курсе. Иначе, сам знаешь…  Не помогут никакие заслуги. Там - он показывает на потолок,- не простят.

       Генерал согласно кивает головой,  встает  и идет к двери.

       Через полчаса, внимательно ознакомившись с занесенной ему дежурным шифровальщиком  справкой, полученной из Куйбышева, генерал-полковник визирует ее,  кладет в  красную папку   и поднимается в приемную Наркома.

       Открыв дверь, и войдя в обширное светлое помещение с портретом вождя на стене, он  кивает сидящему за столом с несколькими  телефонами  молодому полковнику кавказской внешности  и присаживается  на один из стоящих в приемной стульев.

       Спустя некоторое время, на столе у адъютанта звонит телефон, полковник издает гортанное  «слушаюсь» и  предлагает генералу пройти в кабинет.

       Удобно расположившись за обширным столом, Нарком внимательно читает «Правду». Затем  на миг отрывается  и, холодно блеснув стеклами пенсне, предлагает Абакумову сесть.

       - Правильно  пишет  Поспелов  о гении товарища Сталина, - темпераментно взмахивает он ладонью и с удовлетворением откладывает газету в сторону. - Очень правильно!   Ты, кстати, читал?

       - Не успел Лаврентий Павлович,  с утра работы невпроворот.

       - А зря. Обязательно почитай. Там и о нас сказано  - вооруженном  отряде Партии. Сигнал к действию, так сказать 

       - Ну, ладно. С чем пришел? Давай, порадуй.

       - Первая новость хорошая, товарищ нарком. В Куйбышеве вскрыта резидентура абвера, и ночью захвачена выброшенная  для работы с ней   диверсионная группа. Вместе с радистом и передатчиком.

       Он достает из папки  полученную справку и кладет перед наркомом. 

 Вах! - оживляется Берия и внимательно ее читает.

       -  Это действительная стоящая весть! - восклицает он.

       - Будет о чем доложить руководству Страны. Кто у тебя  в Самаре начальник?

       - Полковник Рыбаков. Вы его должны помнить.

       - Как же, помню, это тот, о котором ты мне  год назад все ужи прожужжал. Ну что ж, доверие  он оправдал. Готовь документы на генерала. Присвоим второй раз. Там, - он поднимает палец вверх, - нас, я думаю, поддержат. И всех участников операции представь к наградам. Заслужили. А это дело возьми на личный контроль. 

       - Слушаюсь. Немедленно  все подготовлю и сделаю. А вот вторая новость  Лаврентий Павлович неважная, не знаю, как и сказать.

       - Чего уж  там, говори, я сейчас добрый.

       -  Самолет с золотом  для союзников  исчез…

       Эти слова производят эффект разорвавшейся бомбы.

       Нарком выпучивает глаза, приподнимается в кресле и наливается гневом.

       - Ты понимаешь что несешь?!  Откуда такие сведения?!

       -  Из наших источников.

       - Плевать я хотел на твои источники! Говори конкретно!  - брызжет слюной Берия.  

       - От начальника «Смерш» Северного флота» и командования ВВС.

       - Да они там что, с ума посходили ?!

       - Никак нет, согласно полученным докладам, самолет с грузом и опергруппой благополучно прибыл в Вологду, там дозаправился и вылетел на Архангельск.   Затем испортилась погода,  и  к месту назначения, в Мурманск, он так и не прибыл. Бесследно исчез. Скорее всего, где-то совершил вынужденную посадку. Сейчас ведутся его активные поиски, но пока безрезультатно.  

       Нарком достает из кармана  белоснежный платок и утирает обильно вспотевший лоб. Затем  вскидывает  зловеще блестящие стекла пенсне на  стоящего перед ним Абакумова и шипит:     

       - Исчез говоришь.  Да ты хоть представляешь важность этой операции?   

       - Да, товарищ нарком, она касается будущих взаиморасчетов по ленд-лизу.

       - Вот именно, - вновь багровеет Берия, - будущих!  Мы должны показать союзникам, что уже сейчас готовы  выполнять, отсроченные платежи по ним.  Чтоб  Рузвельт и Черчилль   в нас не сомневались  и не саботировали  отправку  жизненно необходимых стране грузов через Арктику и Иран. Это же большая политика!  - вскидывает он над головой  пухлую руку.

       - И что  мне теперь докладывать товарищу Сталину?  Что груз испарился?!

 Берия  снова утирает лоб платком,  наливает себе в стакан «боржоми»  из стоящей на столе  бутылки, и жадно пьет воду.

       - Товарищ  нарком, - каменея лицом,  чеканит  генерал, - мы сделали все, что в наших силах. Погоде не прикажешь.

       - Но ее можно было предвидеть! Для этого синоптики есть! Кто у тебя готовил операцию?

       - Один из моих заместителей, генерал Иванов.

       - Это тот старый баран, который еще с Кедровым работал?

       - Он опытный чекист и хороший организатор.

       - Вот и организовал, мать бы вас!  Значит так. Синоптиков, прозевавших погоду, арестовать и отдать под суд. С твоим заместителем я сам разберусь, а пока отстрани его от дел. Мне сюда, - нарком тычет в стол пальцем, -   подробную справку обо всем этом и  план  мероприятий по розыску груза.

       Немедленно организуй опергруппу из самых опытных розыскников и перебрось их в Вологду. Оттуда пусть и начинают. Если в ближайшее время не найдешь самолет - пеняй на себя.

       И благодари Бога, что  Рыбаков тебе такую индульгенцию подбросил! - трясет Берия справкой по резидентуре. Все, пока свободен. 

       Абакумов, деревянно ступая, покидает кабинет.

       Спустившись к себе, он вызывает Иванова и приказывает ему  в течение часа подготовить необходимые наркому документы.

       - Потом занесешь  их  мне, - и иди, отдыхай, Виктор Петрович.

       - Я отстранен от дел?  - хмурится генерал.

       - Да, и это не мое решение.

       В назначенное время  Иванов приносит документы и кладет   начальнику на стол. Тот внимательно читает, одобрительно кивает головой и визирует их.