Ловушка для принцессы

– Спасибо, я знала, – торжествующе ответила я, – но есть некоторые вещи, узнать которые не мешало бы.

– Тонкий намек на обстоятельства? – Он поместил меч в ножны, снова прошел это рыже-зеленое пламя и остановился рядом. – Слышала такое выражение: «Клин клином вышибают»?

Демонстративно изобразив брезгливость, я устало спросила:

– Предлагаешь повторно испытать силу твоих лобызаний?

Рыжий хмуро посмотрел и напомнил:

– Ты первая начала.

– Мне полагается краснеть и смущаться? – Но вообще стыдно немного было. – Ладно, целуй.

Динар коварно усмехнулся и внес свое совершенно неконструктивное предложение:

– Ты это все начала, – демонстративное указание на творящееся безобразие, – ты и заканчивай!

И хотелось бы съязвить, да как-то ситуация не располагала.

– Подойдите, встаньте на одно колено, и, так и быть, я подарю вам поцелуй, айсир Грахсовен, – произнесла я.

Рыжий хмыкнул. Снял ножны, аккуратно положил на землю. Затем снял плащ, столь же аккуратно расстелил на истоптанной траве и вот после этого встал в позу истинного рыцаря и протянул мне руку. И все бы ничего, но выражение его лица мне очень не понравилось.

– Кат, – заметив мое замешательство, произнес Динар, – я тут до скончания веков ждать не намерен!

С тяжелым вздохом подошла, и меня тут же усадили на коленку.

– Так будет удобнее, – сжимая в объятиях, объяснил свое поведение рыжий.

– Сомневаюсь! – Но доля истины в его словах имелась.

– Ну же, Кат.

Серые глаза напротив едва не мерцали, ехидное выражение на лице тоже как-то не стимулировало, но надо так надо. И, закрыв глаза, я потянулась к его губам, затем сделала глубокий вдох и...

– Фу-у!

– Что опять не так? – возмутился Динар.

– Ты... неприятно пахнешь, – была вынуждена признать я.

– Кровь гоблинов, знаешь ли, не благовоние, – напомнил он о своем негероическом действе.

– Знаю...

И, закрыв глаза, одновременно стараясь больше не делать глубоких вдохов, я все же поцеловала его. Потом Динар меня, потом мы как-то начали активно меняться ролями, потом я почему-то уже лежала, а Динар продолжал целоваться с моей шеей, нагло игнорируя целебную силу губ, так сказать. А потом:

– Ваше высочество!

– Все, Динар, они живые уже, – решила я вернуть рыжего к реальности.

– Еще не все. – И он снова к губам вернулся.

А может, действительно еще не все, а тут такая целебная сила пропадает.

– Ваше высочество, ваша светлось! Айсиры! – неистовствовал Хантр.

– Никакой благодарности, – Динар сокрушенно вздохнул.

– И не говори. – Я вернулась к прерванной деятельности.

Но тут Хантр выдвинул самый весомый довод:

– Ваше высочество, король Оитлона более чем категорично высказался по поводу...

Он умолк, мы застыли. Про отца Хантр напомнил, конечно, вовремя.

– Когда вернемся в Оитлон, потребую четкого ответа у гильдии магов по поводу произошедшего, – задумчиво произнесла я.

– Мне предстоит менее приятный разговор. – Динар поднялся и помог встать мне. – Хантр, ты подчиняешься Раву. Рав, с тобой Катриона. Я, Андор и Дарган догоним вас позже.

Меня никто ни о чем не спрашивал. Спустя всего каких-то пару минут я мчалась с Равом, сидя позади далларийца, на подстеленном самим Динаром плаще. Оитлонцы и большая часть отряда рыжего были с нами. Сам медноволосый весело помахал рукой в ответ на мой недоуменный взгляд. Мы умчались.

Весь день и часть ночи мы ехали не останавливаясь. На закате лошадям дали поесть и напиться из ручья, Рав пересадил меня вперед, и путь продолжился. На любые мои вопросы даллариец отвечал заунывное «не знаю», Хантр явно горел большим желанием пообщаться, но далларийцы нехорошо так спешили, и потому поговорить возможности не было.

В предрассветных сумерках, когда лично я уже ничего не видела, был дан приказ остановиться. Вырываясь из дремы, навеянной дикой усталостью, я позволила себе полюбопытствовать, по какому поводу остановка.

– Там гоблины, – шепотом ответил Рав.

Мрачно вгляделась в непроглядную тьму, затем прислушалась, а после спросила:

– Это вы носом учуяли?

– Я их вижу, – все так же напряженно ответил и этот рыжий.

– И давно вы в темноте ориентируетесь? – откровенно говоря, это был сарказм.

– После Готмира, – спокойно ответил Рав.

– Ясно, завтракать в вашем обществе я отказываюсь! – этих полуорков развелось в последнее время, как кроликов по осени.

– Что? – воин впервые на меня посмотрел.

– Ничего! – развернулась и ушла к Хантру.

Вот там, глотнув для успокоения из поистине волшебной фляжки, я уснула. В конце концов, это их обязанность – охранять жизнь наследницы престола.

* * *

Разбудил меня тихий разговор. Приоткрыв глаза, увидела Динара, перемазанного зеленоватой кровью, и его отряд. Все сидели на корточках в кругу и о чем-то совещались на далларийском. Мои охранники спали! Потрясающе просто. Тихо поднявшись, я подошла к лошадям, нашла свою, на которой практически и не ехала. Как я и предполагала, повар обо мне позаботился. С двумя яблоками вернулась на прежнее место и, устроившись поудобнее, начала следить за сообществом рыжих. Динар оглянулся, дав понять, что мои передвижения замечены, и снова вернулся к живейшему обсуждению чего-то.

Догрызая второе яблоко, я решила взглянуть на гоблинов. Пригибаясь, поползла на холм, осторожно выглянула за край и...

– Тихо, – предупредил подползший ко мне Динар.

– Их тысячи! – Я оглядывала серую массу спавших вповалку гоблинов. И вся эта стоянка простиралась, так сказать, от края до края, то есть они везде были!

– Судя по всему, их согнали из прежних мест обитания, – вонючий рыжий разлегся рядом. – Но те, что напали на нас в лесу, являлись охранниками, да и эта орава должна что-то жрать, соответственно делаем вывод...

– Их кормят. – Я позволила себе перебить его. – Верейск – селение, окруженное горами с трех сторон, путь к нему только через степь. Гонцы оттуда к нам доставляют сведения регулярно, а вот королевские посланники уже год как пропадают.

– И чего же вы ждали целый год? – кажется, надо мной насмехаются.

– Оитлон не Даллария, Динар. – Я хмуро взглянула на его испачканную рожу. – У нас территорий в девять раз больше.

– Учитывая тот факт, что вы всегда готовы оттяпать кусок у соседа, это неудивительно, согласись.

– Спорить точно не буду. – Ну и чтобы не усмехался так: – Мы более рационально территории используем, нам ими и владеть!

– Знаешь ли, Кат, зато у меня гоблинов на территориях не наблюдается!

– Да когда ты последний раз на своих территориях-то был? – Я мило улыбнулась рыжему. И вернулась к нерадостной реальности: – Нужно возвращаться.

Я начала отползать назад, так как в своем решении была более чем уверена.

– Нет, – невозмутимо произнес рыжий, вглядываясь в серую сонную массу.

– Что значит «нет»? – Я опять поползла наверх, к этому упрямцу. – Динар, их тысячи, а нас? По меньшей мере глупо сейчас пытаться достичь Верейска.

– Но для тебя это важно, не так ли?

А вот этот намек мне уже не понравился.

– И важно именно сейчас, потому что иначе, после нашей выходки в таверне, король не отпустил бы... твое высочество путешествовать со мной.

За что не люблю Динара, так это за излишнюю сообразительность.

– Так что там, Кат? Что такого важного в Верейске?

– Город. – Я решила оставить этого рыжего упражняться в сообразительности и снова поползла вниз. – Обычный город.

– И сама наследная принцесса едет туда с проверкой? – Динар перевернулся, лег на спину и уставился в небо.

Поползла наверх снова, нависла над ним и прошипела:

– Так только, между прочим, я всегда с проверками еду сама! Ибо доверяй, но проверяй, а ты...

Продолжая глядеть в небо и хитро улыбаться, Динар, чуть повысив голос, отдал приказ:

– Рав, на королевской лошади серая сумка, срезай печать и неси-ка ее сюда!

И, прежде чем успела хоть что-то произнести, я оказалась лежащей на земле, и рот мне закрыли рукой очень профессионально. Хантра и еще двоих проснувшихся стражей блокировали охранники Динара. И до тех пор, пока Рав не принес свиток, рыжий преспокойно продолжал меня держать и даже чуть насвистывал при этом. Когда подошел стражник, честь меня удерживать досталась ему. Нужно признать – держал не в пример менее нагло, да и так, чисто для вида.

– Динар, – избавившись от руки охранника, начала я, – есть вещи, в которые вашему рыжему чудовиществу нежелательно нос совать!

– Ага. – Он деловито начал вскрывать первый из документов.

– Динар!

– Кат, ты мне помешать сможешь? – просматривая первый свиток, спокойно спросил он. – Мы оба знаем ответ. И твои охранники знают: видишь, как старательно притворяются спящими. Так что посиди и помолчи, хорошо?

Я демонстративно села, сложила руки и решила успокоиться. Максимум, что он узнает, это про алмазные шахты. Неприятно, но не смертельно. И молчать буду, определенно.

– Шахты? – спустя некоторое время произнес Динар. – Добыча алмазов запрещена.

Молчу.

– И к чему этот список имен?

Молчу, но улыбаюсь при этом.

– Кат!

Продолжаю молчать.

– Катриона, к чему список имен?

Хмуро взглянув на него, я решила смилостивиться:

– Милый мой, тот факт, что вы способны читать документы, написанные при помощи королевского шифра, еще не означает, что вам, айсир Грахсовен, удалось проникнуть в святая святых оитлонской политики.

– Все сказала? – хмуро спросил рыжий.

– Ага.

– Значит, теперь моя очередь. – Он хмуро посмотрел на меня. – В Верейске есть нечто, что вы скрываете от кесаря! Гоблины, которые тут в большом количестве, вероятно, прикармливались не одно поколение, да?

– Ой, Динар, пить меньше надо, – протянула я. – Ни я, ни отец не прибегли бы к подобному способу охраны тайны. Глупо это и нерентабельно.

Проникся моментом, потом продолжил:

– Кат, что там?

– Шахты, как ты изволил прочесть.

– А помимо шахт?

– Город.