Красная руна

С точки зрения Пути левой руки очевидно, что ДеГримстон имел представление о том, чем этот Путь является. Его описание характера и функций Люцифера и Сатаны даже проясняет присущую Пути левой руки дихотомию. Однако его понимание Иеговы и Христа показывает, что он в той же степени представлял себе и Путь правой руки — и в конечном счете, решающей целью «Процесса» он избрал отождествление с объединяющей властью Христа.

Подход «Процесса» столь радикален потому, что вместо поиска объединения души отдельного человека с вечной сущностью Бога (обычной цели Пути правой руки), его теология подчеркивает необходимость (повторного) объединения богов, частей всецелого Бога, прежде чем могут быть предприняты какие бы то ни было попытки объединения человека с ними или с Ним. ДеГримстон описывает свершение Богом процесса повторного объединения как «практику Пути правой руки на небесах».

Итак, Процесс должно понимать как радикально новаторскую теологию Пути правой руки, окутанную черной мантией сатанинско–люциферианской эстетики — на что, очевидно, имелись культурные, общественные или даже «рыночные» причины. Просто Дьявол «был нарасхват» в конце 1960–х — начале 1970–х годов. В конце концов, это был период между «Ребенком Розмари» (1968 г.) и «Экзорцистом» (1974 г.)[16].

Сатанинские секты 1970–х годов

Пандемониум

На пике общественного интереса и терпимости к сатанизму возникло некоторое число слабо связанных между собой сект, размещавшихся, в основном, в северной и центральной частях США. Секты эти были сходны в двух чертах: истоками их были работы ЛаВея, а разработанные ими весьма эклектичные доктрины в одних случаях приближали их к основному руслу современной «культуры оккультизма», а в других еще дальше, чем ЛаВея, смещали на периферию. Полная история причастных к этому людей с некоторыми подробностями изложена в монументальном труде Майкла Аквино «Церковь Сатаны» («Church of Satan»).

Иные из этих групп просуществовали очень недолго, и притом состояли лишь из лидера, желавшего назваться сатанистом, и пишущей машинки, так что и я не уделю им много времени.

Некоторые из них, например «Ordo Templi Satanas»[17], «Орден Абаддона», «Церковь сатанинского братства», «Святилище малой матери» и «Храм тёмного властителя» были тесно связаны друг с другом и с наиболее существенной из побочных групп — «Орденом чёрного овна». Была даже попытка сформировать «Сеть сатанинских связей» (S. I. N.: Satanic Intercommunications Network[18]). Их девиз, созданный преподобным Аполлонием из OTS, был таков: «Сила в содействии, свобода в разнообразии».

Кроме того, существовала и другая «Церковь Сатаны», основанная владельцем оккультного магазина из Аллентауна, штат Пенсильвания, который называл себя «преподобный Ядж Номолос». Философия второй «Церкви Сатаны», судя по всему, вращалась вокруг андрогинности и отката человечества «назад» к до–адамовому состоянию, в котором, предположительно, не было физического различия между полами. В любом случае, эта группа лишь изредка напоминала о своём существовании с конца 1970–х по 1980–е годы.

Основные разногласия, возникавшие между членами этих групп и Церковью Сатаны, видимо, касались выдвигаемых последней «стандартов», определявших «восхождение» к более высоким ступеням. Судя по всему, «сатанист–младотурок» не хочет, чтобы его оценивали «высокие чины» — он хочет незамедлительно строить собственную Сатанинскую Империю.

«Орден черного овна»[19]

«Ты еси Бог»

Эта организация возникла из членов Вавилонского грота Церкви Сатаны. Просуществовал орден с 1973 по примерно 1976 год. На протяжении большей части означенного времени издавался информационный бюллетень «Liber Veneficia», позже совмещенный с «Grimorium Verum» от «Ordo Templi Satanas». Оба они представляют интерес для желающих понять идеологию этих групп.

Наиболее значительное философское или идеологическое влияние на основателей OBR оказали Антон ЛаВей и Роберт Хайнлайн, также важны были оппозиционные точки зрения, предложенные Фридрихом Ницше и Адольфом Гитлером. Джейн Робертс и «Сетианские материалы» были с радостью встречены членами OBR, как и труды Карлоса Кастанеды — к которым ЛаВей едва ли отнёсся бы с пониманием.

Система OBR совмещает идеи Антона ЛаВея и писателя–фантаста Роберта Хайнлайна (в особенности те из них, что выражены в романе «Чужак в чужой стране»).

OBR очень близко к сердцу приняли природную и органическую составляющую философии ЛаВея. Желая создать нео–племенную форму «арийского» сатанизма, они наладили или продолжили поддерживать тесные связи с расиалистскими и национал–социалистическими группировками в США, а также с некоторыми ветвями тогда еще молодого одинизма.

На страницах «Liber Veneficia» время от времени появлялись статьи поистине запретной тематики, продвигавшие идею арийцев, как «сатанинской расы», чьи корни восходят к звездам; эта раса якобы создала Атлантиду, основала великие цивилизации человечества и не осталась без врагов в современном мире. Одна из таких статей, написанная Сетом–Тифоном, была озаглавлена «К веку огня: возрождение жизни»[20].

Возможно, будет полезно позволить одному из этих биполярных сатанистов лично высказаться на тему сатанинской философии:

Я заявляю, как думается, с серьезными основаниями, что «Орден черного овна» сыграл важную роль в сатанинском движении. Нет нужды отрицать: мы восприняли и, как я думаю, последовательно развили идеи, изложенные в «Сатанинской Библии» — в направлениях, которых Доктор ЛаВей мог и не ожидать.

Например, кто мог представить, что группа, преданная «храму плоти», станет развивать идеи, поддерживаемые Доном Хуаном или Робертом Хайнлайном, или «Сетом» Джейн Робертс? Как вообще можно соотнести Сатанизм и высокий эзотеризм?

Этот вопрос поднимается всё чаще, и в большинстве случаев звучит как осуждение из уст тех, кто, как им кажется, нашел несоответствие в нашем учении, так сказать «прореху в броне». Но любой, кто поистине знает, что влечет с собой сатанизм, понимает ситуацию глубже.

В конце концов, что такое сатанизм как не обожествление самого человека? Мы не напрасно утверждаем образ бунтаря и обличителя: « …для того восстаю я, чтобы бросить вызов мудрости мира; оспорить законы человека и ‘Бога’» («Книга Сатаны» ЛаВея)[21].

Если нам поистине предстоит быть богами и богинями собственного творения, то вначале мы должны понять человека, природу божественности и природу Вселенной! И лишь глупец полагает, что сумеет описать их «в 25 словах, или того меньше». В большинстве случаев, поиск занимает всю жизнь. И хотя мы не располагаем абсолютно верными истинами, которые можно было бы выдать каждому — поскольку ответы для разных людей могут сильно различаться — мы вовсе не намерены сидеть в пещере, пока не достигнем полного «грока»[22] со всем сущим.

Для сатаниста это было бы крайним расточительством, ибо мы создания действия и силы! Но мы стремимся к ответам, до той степени, в какой способны постичь их. Потому что они сделают более эффективными наши действия и наши жизни, здесь и сейчас!

Невежество — сила толпы, но не элиты. Те из нас, кто хочет влиять на космическое и материальное течение событий, должны познать механику такой манипуляции. Элитный сатанист заявил о своей обособленности от стада тупых овец и он понимает, что нынешние времена и есть «Темные Века»! И потому, мы торжественно провозглашаем единственную заповедь и объявляем ее исполнение первой задачей, превыше всего прочего: …«познай!».

Магистр Тифон, «Некоторые заметки о развитии сатанинской философии»

«Ordo Templi Satanas»

Apostasia

OTS просуществовал даже меньше, чем OBR. Этот орден был основан бывшим адептом Церкви Сатаны, использовавшим магическое имя Аполлоний. Свои идеи он публиковал под заголовком «Grimorium Verum» («Истинный гримуар»), как самостоятельно, так и в рамках принадлежащего OBR «Liber Venificia». В то время как дуализм OBR проистекал из пересечения тела и духа, плотского и интеллектуального, дуализм OTS был куда более абстрактного рода.

Внимая философскому языку и построениям древних герметиков, неоплатоников и гностиков, Аполлоний назвал свою философию Apostasia (латинская форма греческого Αποστασία) — «отступничество» или отделение. В первую очередь он утвердил существование Единственного, говоря языком психологии — субъекта, знающего себя. Однако, субъект этот может направить мысль на нечто Иное, таким образом создав объект, заведомо отличный от себя. Подход Пути левой руки к этой модели состоит в том, чтобы продолжить и углубить различность — посредством практики Воли к власти (по Фридриху Ницше).

…Я, как самосотворенная Самость, должен продолжать рассматривать свою Самость как отделенную от Иного — во всей полноте, не какой–то своей частью или совокупностью частей. Первичными категориями в космосе являются Единственное «Я», (Самость, самосотворенная Самость) и «иное» (Иное, мой Мир, Мир) и их союз для меня в прямом смысле немыслим. Я должен рассматривать Мир [Иное] в категориях своей власти над этим Миром, направленной против его власти.

Я понимаю, что передал своей Самости многое из тех сил, прерогатив и функций, которые человечество традиционно приписывало Богу или Богам. Я, не колеблясь, совершу этот решающий акт апостасии и провозглашу себя богом…

[Сатана] и я — у нас так много общего в нашей конечной божественности, что его имя будто стало и моим[23].

OTS сгинул в безвестности примерно в середине 1976 года. Краткий «набег» Аполлония на философию Пути левой руки принес некоторые здравые идеи, но времена, вероятно, были неподходящие, а его слушатели не были готовы к такому недозревшему посланию.

Я назвал эти секты «биполярными», имея на то веские основания. Как показывает дословно приведенная выше статья Тифона, философская двойственность или биполярность мысли была очевидна даже им самим. Казавшийся «эпикурейцем» Антон ЛаВей на самом деле недалеко ушел от «философа с помойки», каким его вывели многие критически настроенные исследователи, в то время как Майкл Аквино обладает остро отточенным философским разумом подлинного платоника. Оба сумели выстроить внутренне непротиворечивые системы, развившиеся из совершенно различных корней. Однако члены эклектичных сект по привычке желали смешать элементы этих сущностно разнящихся течений философской и магической традиции, пытаясь каким–то образом подогнать их друг к другу. Очевидно, что никакого впечатляющего синтеза они не добились. Все эти сатанисты искали некий общий элемент, объединявший их. Элемент этот ускользал от них на протяжении всего недолгого времени существования их групп. Мы можем поаплодировать авантюрным стараниям этих людей, сожалея, однако, о присущем им недостатке настойчивости.

Сатанинские секты 1980–х годов

После начального развития сатанинских сект в период с середины 1960–х по середину 1970–х, подобные группы, очевидно, вновь распространились во второй половине 1980–х. По мере того, как маятник общественного мнения отклонялся к более консервативной позиции, некоторые аутсайдеры испытывали всё большее притяжение темной стороны, будто подчиняясь порыву сатанинского мятежа.

Во второй половине 1980–х, возможно в предвкушении трехсотлетия судов над ведьмами в Салеме, видные чины законодательной власти и здравоохранения США приступили к оживлению настроений «охоты на ведьм». Начали изготавливаться телевизионные программы об опасности сатанизма для страны, а местные правоохранители устраивали «семинары», обучающие обнаружению «сатанинских преступлений». В конце концов, возможно, это был всего лишь отдых заскучавших людей, нуждавшихся в каком–то развлечении, и имевших некоторое количество «лишних» денег налогоплательщиков, которые можно было потратить. Эти мероприятия серьезно повредили многим невиновным людям и, в конце концов, были разоблачены никем иным, как ФБР, по заключению которого такого явления, как «волна сатанинских преступлений», заполонивших страну, попросту не было. Это доказывает господство так называемого «пост–модернизма»: самое технологически развитое общество в мире можно, пусть ненадолго, но весьма основательно загнать в рамки средневекового мышления.

В результате эти псевдо–гонения послужили кратковременным подспорьем всему, что касалось «сатанизма». «Дьяволопоклонничество» чудесным образом вновь было оживлено в качестве легитимной формы духовного протеста, в той или иной мере признанной «властями». Нечаянным следствием этого, по–видимому, стала реклама идеи Пути левой руки в следующем десятилетии, засвидетельствовавшим беспрецедентный рост популярности образов и эстетики «леворучничества».

Группы, возникшие в 1980–е, послужили прототипами бесчисленному множеству групп, появившимся в 1990–е. Но большая часть этих ранних образований или покинула сцену, или внесла слишком недолговечный вклад в философию Пути левой руки.

«Всемирная Церковь сатанинского освобождения»[24] Пола Дугласа Валентайна

Перед нами, возможно, самый явный пример подражания Церкви Сатаны Антона ЛаВея, появившийся в 80–е. Валентайн, проживавший в Нью Хэйвене, штат Коннектикут — бывший учитель английского, чей звездный час пробил во второй половине 80–х, на волне всеобщего страха перед сатанизмом. Он появлялся на различных ток–шоу, в воинствующей манере выкладывая ведущим и публике то, что они хотели услышать.

Валентайн — пример того, что ЛаВей назвал бы «сатанистом первой стадии». Его собственная идеология, по–видимому, ограничилась тем, что он сумел усвоить из сатанизма ЛаВея. Тот, кто спрашивал о его организации в конце 1980–х, получал краткое изложение его философии, озаглавленное «Rules of Engagement»[25]. Этих правил, конечно же, девять:

1) Нет ничего, более важного, чем Самость.

2) То, что ты делаешь для других, должно быть прямо пропорционально тому, что они делают для тебя.

3) Альтруизм — это миф. Тот, кто «безвозмездно» делает что–то для других, удовлетворяет личные потребности. Следовательно, его действия соответствуют его Самости.

4) Молитва никчемна; Сатана не тот, кто станет отвечать на молитвы или терпеливо их выслушивать. Вряд ли вы получите что–либо помимо Первого Дара.

5) Строгое соблюдение Законов Природы обязательно для успешной, действующей Магии.

6) Если человек заслуживает звания Врага, будь безжалостен и не обращай внимания на его стенания.

7) Нет никаких ведьм — есть только трусихи, напуганные тем, что они якобы принимают. Подверженные таким заблуждениям незначительны и бессильны.

8) Как не все обладают психическими способностями, так и не все рождаются магами. Немногим дается Первый Дар, который нельзя заполучить молитвами или учением.

9) Всегда есть те, кто годен только к услужению. Найди их и выжми из них все, что в них есть ценного, а потом избавься от них! Ибо признавая реальность Хозяина и раба, ты устанавливаешь Равновесие.

Валентайн, судя по всему, подбирает крошки со стола сетианской философии, упирая на так называемый «первый дар», а именно дар Сета, дар самосознания. Кроме того, он очевидно позаимствовал многие общественные доктрины ЛаВея, не озвученные прямым текстом в его ранних изданиях и доступные только в выпусках «Раздвоенного копыта» после 1975 года.

Всё указывает на то, что «Церковь сатанинского освобождения» Валентайна была всего лишь явлением местного значения для северовосточного побережья, привлекавшим молодых и наивных последователей. В 90–е о Валентайне и его организации не было слышно почти ничего.

«Оборотнический орден»

Высвобождая зверя в человеке

Одной из групп, открывших новые горизонты в теории и практике Пути левой руки, являлся «Оборотнический орден»[26], возглавляемый ныне Николасом и Зиной Шрек[27]. WO не называет себя церковью или организацией в обычном смысле слова. Его внешние проявления включают перфоманс/музыкальное творческое объединение «Radio Werewolf»[28], в котором участвуют, помимо прочих, Шрек, Зина и ее сын Стэнтон. Они выпустили несколько записей, одна из которых была названа «Songs for the End of the World»[29].

Орден Вервольфа был основан в 1984 «рабочий год»[30] Николасом Шреком. В разные периоды он развивал сотрудничество с перформанс–художником и пресловутым «любителем розыгрышей» Бойдом Райсом, а также с Антоном ЛаВеем и даже Чарльзом Мэнсоном. Шрек стал редактором книги о Мэнсоне, опубликованной Amok Press[31].

Летом 1988 года «Radio Werewolf» были организованы «молодежные сборы», призванные открыть противодействие «лету любви» 1967 года — лето 1988–го должно было стать «летом ненависти».

В тот год содержание материала, издаваемого «Radio Werewolf» было высокопарным и свирепым, как видно из записи «Radio Werewolf Indoctrination»[32] 1987 года.

В конце прошлого десятилетия Шрек свернул свои мероприятия и вместе с Зиной переехал в Австрию, где, обосновавшись в Вене, они начали приобретать репутацию в активной субкультуре, процветающей в центральной Европе.

Вслед за переменой географии, Зина разорвала отношения с отцом, который, по её мнению, предшествующие годы вёл Церковь «в никуда».

На волне воодушевления, «Оборотнический орден» приступил к разработке еще более сложного образа своих магических трудов, продолжавшего видоизменяться. Более поздний текст, описывающий работу WO, отмечает, что орден не ищет последователей: «Если вы настроены на нашу частоту и не препятствуете своей природе, вы уже связаны с нами».

Идеология WO, по–видимому, указывает на то, что «оборотни» на самом деле являются иным человеческим видом, живущим среди «овец», испытывающих врожденные страх и ненависть к превосходящей расе оборотней. Эти оборотни всегда были первопроходцами во всех так называемых черных искусствах, которые могут подразумевать работу в сферах архитектуры, науки, музыки, экологии, кинематографа или управления.

WO отвергает обычные виды «организации» ордена в пользу принципа волчьей стаи: доминирующие альфа–самец и альфа–самка организуют вокруг себя последователей в ярко выраженных иерархических отношениях господства и подчинения. Каждая стая или «логово» («WO–Den») абсолютно независимы. Они объединяются использованием музыкальных и видеозаписей — изданий «Оборотнического ордена». Одновременное использование этих средств образует передачи «сети кошмаров» («Nightmare Network»). Эти передачи предназначены для «распрограммирования» слушателей.

WO крайне заинтересован вопросами экологии. Поскольку оборотни рассматривают себя как вид, находящийся под угрозой исчезновения, они считают своим долгом помогать другим вымирающим видам. Орден выражает это так: «Есть только одна подлинная экологическая проблема: человеческое перенаселение».

Лидеры WO довели до логического завершения идею плотского эго и наказ седьмой сатанинской заповеди: «Сатана представляет человека всего лишь еще одним животным: иногда лучше, намного чаще хуже тех, что ходят на всех четырех; это животное вследствие своего «божественного духовного и интеллектуального развития» стало самым порочным из всех». Этим утверждением они не только указывают на присутствие дикого зверя в человеке, но и преподносят «неоскверненность» зверя как мудрость. Также, сверхъестественным образом WO удалось уловить, что до сознания следующего поколения людей (в особенности, населения Северной Америки) будет невозможно достучаться с помощью книг, а возможно, даже и устной речи, но только лишь посредством изображений и звуков, дающего этому сознанию стимулы гораздо более низкого, базисного уровня.

В будущем WO воображает Рагнарёк, как полное преобразование (или разрушение) мира, обусловленное, главным образом, технологическим прогрессом. В этом будущем, которое не наступит «на протяжении наших жизней», оборотни должны будут научиться выживать и побеждать. «В то время как мир людей тонет в отчаянии и горькой мизантропии, немногие посвященные в ликантропические мистерии достигнут состояния просвещенного экстаза»[33].

В совсем недавнем прошлом Николас и Зина Шрек вступили в союз с Храмом Сета. Неясно, повлияет ли такое объединение на доктрины и само существование «Оборотнического ордена», и изменит ли оно его краеугольную идею «животной природы человека».

Vox Runica Corvorum (1994)

Верный духу делания пятой ступени, я определил его инструмент в объективной вселенной: им стало поместье Вудхарроу площадью в двенадцать гектаров, и оно послужит мне плацдармом для проецирования дальнейших трудов на объективную вселенную. По самой своей сути, процесс определения и закладки Вудхарроу как физического объекта, его проявление (осязаемое воплощение вечного непроявленного) должны были оставаться в некотором роде тайными и скрытыми. Теперь же пришло время рассказать о том, что было проявлено из матрицы вечного непроявленного, из Rûna.

Насколько я понимаю, кое–кто задавался вопросом о моей загадочной деятельности «в лесной глуши», и я надеюсь, что эти строки удовлетворят любознательные умы.

Вечная суть эрулианской работы, и делания пятой ступени в целом — это высказывание слова. Такое слово представляет собой гранулу, зародыш всей возможной философии. Целое можно уместить в форму зернышка, и после вновь взрастить. «Высказывание» само по себе и есть действительное делание — активное проецирование слова наружу, в объективную вселенную, чтобы вызвать осязаемые, реальные, непреходящие последствия. Кроме того, слово является подлинным олицетворением высочайшей сущности мага, эрулианца, высказывающего его. На самом деле, появление Вудхарроу — это лишь один из осязаемых магических результатов высказывания слова Rûna. Это «эхо», или часть петли обратной связи, между актом высказывания и объективной вселенной.

Как появилось поместье Вудхарроу? Магическим образом. Это необходимо для подобного делания, содержащего в себе полномочие прямого воздействия высказывания на вселенную. Такое прямое воздействие определенно не зависит от любых внешних влияний, любых предметов, не присутствующих в нём самом.

По этой причине Вудхарроу (или как его часто называют в непринужденной обстановке, «Ранчо Rûna–Raven») не является и не может являться сетианским заведением. По определению оно является заведением Rûna. Частью испытания слова (которое подлежит испытаниям до той поры, когда эрулианец поднимется на следующий уровень делания) является его воздействие на объективную вселенную. И нельзя оценить это воздействие, если оно со всем уютом располагается в рамках учреждения, признавшего его реальность и поспособствовавшего его возникновению.

Слово, как и человек, зародившись, должно выйти в мир, и встретив его сопротивление, проторить свою дорожку. Оно подчиняет себе пространство мира, и движется к победе или поражению в борьбе — в вечном делании. Следовательно, всё в пределах Вудхарроу определенно происходит под знаком слова Rûna.

Другим существенным обстоятельством, которое я не могу оставить в стороне, повествуя о духе Вудхарроу, является Rünakona, или то, что в южной традиции назвали бы «Багряной женой». Вскоре после того, как я был признан посвященным пятой ступени в Храме Сета, она предстала передо мной физически, как женщина по имени Кристал Дон[34]. Такие женщины в действительности часто незаменимы в работе мага. В магическом плане она является внешним проявлением слова, в то время как сам маг — проявление внутреннее. В практическом плане Кристал Дон позволила Вудхарроу осуществиться: ее богатство и ее труд преодолевали любые препятствия.

А препятствий, причем очевидных, было достаточно: сумасшедшие агенты по продаже недвижимости, несговорчивое руководство заповедника, некомпетентные карлики на каждом углу. Но мало–помалу Вудхарроу был выточен из совершенно неподготовленного лесного массива всего в пятидесяти километрах от Остина, штат Техас. Он пристроился рядом с заповедником, посреди нескольких сотен гектаров сосен, дубов и кедров. Это район Лост Пайнс близ Бэстропа [35]– одного из старейших городков в Техасе, некогда бывшим одним из очагов Техасской революции, войны против Мексики.

Любопытно, что вскоре после того, как мы закончили «захват земли», вóроны и ворóны нагрянули на поместье, и с тех пор остаются с нами. Мы окончательно утвердились на этой земле в последнюю неделю 1993 рабочего года, заложив фундамент Зала собраний. Ныне завершенное и активно используемое здание Зала — это отдельная постройка площадью в 56 квадратных метров, балочная конструкция потолка которой вдохновлена древнегерманскими залами.

Это здание с самого начала предназначалось для ритуальной работы, семинаров и мастер–классов, организуемых Рунной гильдией. Такие семинары и мастер–классы — основная форма внешнего проявления магической работы Rüna в объективной вселенной.

Главной целью и назначением этого места, названного Вудхарроу, является экспансия высказывания Rûna в объективной вселенной. На данный момент оно само и является важнейшим проявлением этого высказывания, а также плацдармом для дальнейшего развития делания, ставшего результатом страстного и тщательного поиска, увлекаемого призывом: Reyn til Rûna.

***

С момента написания этой статьи в 1994 году многое ушло вперед. Одним из наиболее важных событий стало становление Рунной области в окрестностях Вудхарроу. Члены Гильдии со всей страны стали собираться вблизи Вудхарроу, чтобы, как в давние времена, образовать рунную общину. Вудхарроу и его Зал стали точкой фокуса этого собора.

Возможно, также будет уместно пояснение о значении названия Вудхарроу (Woodharrow). Wood[36] только на первый взгляд связано с деревьями, на самом же деле происходит от староанглийского wôd, «вдохновение», составляя первую часть имени бога Водена. Вторая часть названия, harrow, происходит от староанглийского обозначения храма или алтаря, hearg. Таким образом, Вудхарроу означает «алтарь или храм вдохновения».

Contra Templum (2001)

Введение

Уже в течение семнадцати лет я являюсь посвященным Храма Сета. 7 февраля 1984 года я был признан сетианцем. К лету 1989 года я был признан магом. Воздействие инструментов, необходимых для посвящения, любезно предоставленных лично доктором Майклом А. Аквино, я должен причислить к двум–трем сильнейшим влияниям в моей жизни. Этот документ, как я его вижу, представляет собой еще одно доказательство его влияния на мое развитие. Несмотря на провокационный заголовок, он не подразумевает порицания Храма Сета, то есть, не является отрицательным суждением о работе Храма или его философии. Скорее, это проявление самореализации и анализа. Как станет понятно из нижеследующего, главным принципом Храма Сета, как философии Пути левой руки, является необходимость четко выразить собственную философию, вне зависимости от любых влияний и давления объективной вселенной. В определенном смысле, «плох» тот сетианец и особенно тот маг, что просто подражает речам Майкла Аквино или Дона Вебба. Итак, этот документ имеет целью ясно показать различия между моей личной философией (выраженной в учениях Рунной гильдии) и принципами Храма Сета. Он призван дать ответ на докучливые вопросы о предполагаемых сходствах учений Храма Сета и Рунной гильдии.

Doctrina Templi Set

Важнейшие принципы и история Храма Сета были всесторонне описаны в моей книге «Господа Пути левой руки» (Rûna–Raven, 1997). Эту книгу Майкл Аквино часто рекомендовал посторонним как источник информации об учении Храма. Таким образом, я предполагаю, что ее представление не вызовет существенных возражений у того, кто был первым и третьим первосвященником Храма. Поскольку фундаментальной доктриной Храма Сета является, по–видимому, отсутствие установленного учения или традиции, их анализ придется составлять на основе собственного осмысления слов Майкла Аквино, в том виде, в каком я постиг их за прошедшие годы. Следует отметить, что если бы Майкл Аквино не стал одним из моих наставников, если бы я не имел счастливой возможности личного знакомства с ним, то и философия этой статьи не смогла бы найти текущего воплощения.

Сетианская мысль начинает с определенных логических гипотез, и, основываясь на опыте, выводит из них более магические заключения. Майкл Аквино говорит, что другие религии в прошлом для многих могли быть «эстетически и/или эмоционально привлекательны», но это «не делает ни одну из них истинной — а только лишь популярной». Судя по всему, один из основных принципов действия Аквино состоит в признании сетианского решения фундаментальных проблем космологии, теологии, антропологии и магии единственно верным — «после рассмотрения альтернатив и признания их неверными в целом либо в деталях». Сетианская космология представляется наилучшим возможным ответом на фундаментальные философские вопросы на основе доступной сегодня информации — и всё же, ее эволюция возможна в том случае, если будет обнаружена какая–то неточность или появятся новые сведения.

Первое допущение сетианской космологии: наличие Вселенной, определяемой как «совокупность всего сущего, известного и неизвестного человечеству». В этой внутренне целостной структуре существует объективная вселенная, определяемая как «бескрайние космические пространства с расположенным в них множеством одушевленной и неодушевленной материи и энергии». Последнее представление соответствует тому, что люди воспринимают как «(естественную) вселенную», с ее «естественными законами», «законами природы». За ее пределами существует субъективная вселенная — психе, отделенная от объективной вселенной — одновременно «и предвидящая (простирающаяся за пределы объективной вселенной), и творящая (позволяющая создавать смыслы, быть причиной существования)». Таковы три необходимые предпосылки, которыми сетианская теория Вселенной оперирует, как строительными блоками.

Этой космологии присущ врожденный дуализм природы и «не–природы», вторящий древнегреческому разделению на physis (природу) и psyche (разум). Не в пример враждебному дуализму гностиков, основой для такого различия служит принципиальное экзистенциальное отделение «я» от «не–я».

Сетианская теология

Сетианская теология не постулирует ничего, что не является необходимым, в то же время учитывая всё значимое для рассматриваемого феномена. В сетианской системе теология, по–видимому, сливается с космологией в том смысле, что для достоверного постижения подлинной сути бога Сета (или любого другого предполагаемого «бога»), совершенно необходимо вначале постичь безличные первичные формы (или принципы), из которых произрастают все подобные построения. Следует отметить, что Храм Сета не является нео–египетской религией, ставящей своей целью возрождение поклонения Сету — известному истории божеству. Согласно сетианской философии Сет есть разум, определенный и сформированный[37] объективной вселенной, которую он создал сам, чтобы обеспечить такие форму и определение. Образ этого принципа — первичного проявления разума, окруженного морем тьмы — и является эзотерическим логическим обоснованием титула «Князь Тьмы».

Сет представлен первичной формой Самости, Принципом автономного разума — судя по всему, простейшим и самым непосредственным пониманием сущего в Сетианской доктрине. Сет, в этом смысле, онтологически реален. Поскольку нам известно, что мы существуем, благодаря тому, что мы мыслим, т. е. обладаем самосознанием, то непременно должна существовать первичная форма разума, от которой происходит каждый из наших индивидуальных «разумов». Сет и считается этим главным принципом, в то время как индивидуальная психе каждого конкретного человека — его отдельное проявление.

Отрывок из «Книги тех, что приходят в ночи» утверждает, что «прочие боги» были созданы человечеством или, если быть точнее, Принцип автономного разума воплотил их в человечестве. Аквино комментирует это так: «Прочие боги, египетские или иные, являются производными от Сета или от человеческого разума». В конечном итоге это поднимает людей на уровень постоянных творцов, действующих совместно с Сетом — что соответствует древнему пониманию человечества, воплотившемуся и в западном Возрождении. Очевидно, что Принцип автономного разума здесь рассматривается как универсальный и предшествующий естественной, или объективной вселенной.

Сетианская антропология

Философия сетианства формируется вокруг психе. Она возвращает внимание субъекта (исполнителя) любого волевого действия назад, к самому субъекту, выполняющему действие. Для обозначения структуры этого субъекта используются слова «психе», «разум», «душа» и прочие. Аквино предпочитает не разводить споров о мелочах, анализируя эту структуру. При рассмотрении человека, достаточно осознавать различие между той его частью, что принадлежит объективной вселенной, находясь под влиянием ее механических и органических законов, и той, что принадлежит субъективной вселенной, не обязательно ограничиваясь законами Вселенной. Это осознание становится началом, обретая впоследствии возможность своего проявления в форме волевых действий, то есть магии.

Цель сетианской философии, вероятно, лучше всего обобщена в идее Пути левой руки. Путь левой руки это путь отделения, «не–единения». Первичная модель, необходимая для описания такой формулы — отдельная сущность, отличимая от всего окружающего. Без такого отделения человек лишается всякого самосознания, даже представления о собственной «животности». Человек, как индивид, является субъектом посвящения или Становления. Наряду с этим обнаруживаются косвенные свидетельства того, что в сущности, все индивидуальные психе если и не тождественны, то, по крайней мере, однотипны: в идеале, как целостные сущности, отделенные от матрицы объективной вселенной.

Сетианское посвящение достигает критического уровня с признанием пятой ступени, ступени мага. Маг обретает определенность, высказав слово. Это слово несет код, и его смысл в момент высказывания противопоставляет преобладающим нормам окружающей вселенной и само слово, и высказавшего его. В контексте сетианской философии это означает, что подлинное высказывание слова по определению противопоставлено преобладающим нормам сетианской философии. Таким образом, нужно считать необходимостью то, что учение Rûna, в установленном Рунной гильдией виде, должно было в чем–то противоречить преобладающим сетианским нормам, чтобы считаться законным.

Огромная сила, которой философия Храма Сета обладает в сегодняшнем мире, коренится в том факте, что ее универсальная весомость (независимость от любой органической традиции) порождена аномичным[38] состоянием мира, не имеющего ясно выраженных и доминантных культурных образцов.

Учение Рунной гильдии

Гильдия была основана в самом конце 1979 года, разработав большую часть своих основных принципов (а с ними базовую структуру и формы деятельности) до 1984 года. При этом следует также отметить, что Гильдия осталась, а в некотором смысле и по сей день остается, гибкой, незастывшей системой, навсегда открытой любым тайнам, какие только могут встретиться. Она не происходит от какой–либо другой недавно сформированной системы, ограниченной доктринами, и потому в некотором отношении является незаконченной. Непосредственное происхождение от какой–либо предшествующей модерновой системы могло бы сделать ее более цельной, передав ей, однако, определенные жесткие внутренние качества, препятствующие радикальному развитию по мере расширения познаний Гильдии.

Вcё же, в основе этой переменчивой среды лежит цельная, извечная Традиция, основанная на слове Rûna. Одной из главных задач Гильдии является раскрытие и воплощение в действительность этой Традиции, унаследованной от наших предков. Гильдия является школой мысли и развития, пребывающей в определенном культурном контексте и явным образом связана с конкретной мифологией. Эта Традиция объективно реальна и исторически достоверна, а увеличивающийся объем объективного знания о ней напрямую ведет к усилению системы Гильдии как инструмента развития личной и культурной целостности.

Гильдия имеет объективный, основанный на Традиции учебный план упражнений и основ саморазвития. Этот план строится на мудрости и символизме рун: их же использовал бог Один in illo tempore[39] в качестве объекта созерцания, они определяли характер его действий. Сложная и многозначная мифология, окружающая образ этого бога и других богов и богинь германского пантеона, также служит парадигматическим материалом, направляющим индивидуальное развитие.

Как всякая традиционная школа, Гильдия опирается на личное знакомство того, кто обладает бóльшим знанием (и сущностью) с тем, кто обладает меньшим знанием (и сущностью). А значит, Гильдия также опирается на иное, более высокое взаимодействие: «генетическую», «органическую связь» с Гильдией древности. Мы твердо убеждены, что современная Рунная гильдия — та школа, которой предначертано восстановить могущество и престиж Гильдии прошлого. Гильдия в особенности открыта для тех, кто неким чрезвычайным образом оказался затронут рунным потоком, ниспосланным Отцом Гильдии, Одином. Мы не рассматриваем руны как одну из множества систем эзотерического знания, которую можно по собственной воле предпочесть прочим подобным. Скорее, это система для тех, кто был предназначен, избран для нее. Мы следуем за рунами, потому что они являются нашей органической частью; отрицая их, мы отвергаем свою подлинную сущность. Возможно, это идея романтична, но она согласуется с северным наследием руны, которое само по себе «ориентировано» на полюс.