Помоги проекту - поделись книгой:
"Я долго размышлял на тему того, как люди добиваются успеха. Я думаю, что вы... полагаете, что есть какие-то сверхумные, таинственные люди, которые обладают супермозгом; которые, наверное, выдумают невероятные какие-то схемы, недоступные массы, и эти схемы гениально реализуются, и они получают сумасшедшие капиталы. Я честно скажу, я тоже так думал... Но каждый раз, когда я знакомился с очередным очень богатым человеком из России, меня постигало разочарование. Это, как правило, очень малоинтересные люди, с ними почти не о чем разговаривать... И я думал: может быть, в этом дело? Нужно быть похамоватее, поменьше читать и вести себя понаглее, и всё будет нормально? Но потом я порассуждал сам с собой и пришёл к выводу, что на самом деле просто так исторически сложилось, что эти господа оказались в нужное время в нужном месте..."
Своевременность и актуальность определяют и успех бизнеса в целом, и успех конкретных мероприятий: если они вызовут у людей те эмоции, в которых они нуждаются в данный момент, задача будет выполнена.
При этом необходимо трезво оценивать специфику российской аудитории, которая совершенно иначе воспринимает культурные мероприятия, нежели западный мир. Там, по словам Евграфова, публика в буквальном смысле является частью шоу, она ходит на мероприятия такого рода именно для того, чтобы принять в них непосредственное участие; и от того, какие люди пришли на концерт, зависит, будет ли он удачным или провальным. "У нас позиция публики совершенно другая: у нас приходят, бросают свои тела в кресла и - давайте, развлекайте меня. Что вы мне покажете за моё бабло?"
Точно так же, по словам Евграфова, некоторые артисты, даже пользующиеся культовой популярностью за рубежом, сюда не приедут никогда, в частности из-за того, что они страшно далеки от "нашего менталитета". К числу таких он отнёс, например, Radiohead. Отсутствие аншлага на достопамятном концерте U2, к сожалению, правоту Евграфова подтверждает.
Выступление Олега Нестерова было больше похоже на концертное шоу, что, учитывая его биографию, и неудивительно. Он говорил о музыкальном бизнесе уже как действующий музыкант и одновременно как действующий продюсер. Впрочем, никакой "академичности" в его речи - весьма пространной, к слову сказать, - не было и в помине.
"Я недавно - года два назад - понял, как всё устроено. А устроено всё так. Сначала... желание. Сильнейшее Желание. Просто нельзя без него никак! Это как сильная любовь!.. Не "желаньице", не "хочу лапши с маслом", а - Желание! И это Желание включает внутри вас серьёзный тумблер - Намерение! Это желание осуществить. И Намерение рождает внутри вас и вокруг вас магнитное поле. Сильнейшее магнитное поле. И вы идёте, и вокруг вас - случайные встречи, случайные песни, случайные фильмы... Раньше это было случайным. Случайные частички. Но если ваше поле намагничено, поляризовано, Хаос перестаёт быть хаосом, и каждая случайность перестаёт быть случайностью и начинает отвечать на ваши вопросы. И вы идёте, и перед вами открываются все двери!.. В чём подвох? А подвоха нет, всё только так и работает!"
Если же не работает, утверждает Нестеров, то либо это "неправильная" мечта, либо недостаточно сильное Желание. Что ж, с этим поспорить трудно.
Нестеров считает, что музыканта в процессе творчества надо в принципе избавить от любых внешних раздражителей и посторонних забот, коммуникаций и связей. Он вообще не должен даже "понимать, что происходит" во время творческого процесса; это дело продюсера - понимать, что делается, "прочитать будущий результат", понять, что из этого получится и на какой класс (не аудиторию, а именно класс) рассчитано то, что называют конечным продуктом.
Некоторые полагают, что мы живём при капитализме. Я доверяю философу, консультанту шведского правительства по вопросам экономики и заодно, на наше счастье, музыкальному продюсеру Александру Барду, который в 1999-м году написал философский труд про "Netократию", в котором он утверждает, что мы живём уже не в капиталистическом обществе, а в "нетократическом".
С точки зрения Барда, "нетократическое" общество выделяет два новых класса: консьюмериат - "тех, для которых икона "шоппинг", диснеизация культуры - величайшее благо, которые ведутся за прямыми каналами медиа", и его антипод - нетократию, которая самостоятельно вычерчивает себе жизненный путь и в итоге оказывается впереди. Главное, что отличает нетократов от консьюмериата, - умение отделять важную информацию от ненужной.
И в итоге главной валютой нового общества в условиях нынешних информационных перегрузок становится - человеческое внимание.
Тут, вероятно, следует упомянуть, что сама концепция экономики внимания появилась в начале 1970-х, но устойчивым этот термин становится благодаря таким книгам, как "Экономика внимания и Сеть" М. Голдхэбера (1997 год), "Экономика внимания" Дж. Фрэнка (1999 год) и "Экономика внимания: понимание новой валюты бизнеса" Т. Дэвенпорта и Дж. Бека (2001). То есть термины "Netократия" и "Экономика внимания" оказываются почти ровесниками.
Как отметил Олег Нестеров, сейчас деньги отойдут на второй план так же, как когда-то под их напором отошли аристократические титулы. Внимание же, по его словам, можно разделить на две составляющие (тут он нарисовал координатные оси) - узнаваемость и доверие/качество. 100 процентов внимания - это 100 процентов узнаваемости, умноженные на 100 процентов качества.
Тут Нестеров привёл пример никому не известного монгольского музыканта, который может быть гением (100 процентов качества), но его узнаваемость равна нулю; и с другой стороны - террористы, о чьей деятельности узнают все в мире, но доверие к которым будет также нулевым. Ноль, умноженный на сто, даёт ноль.
Всё это приложимо, по мнению Нестерова, и к музыкальному делу:
"Начиная любое наше предприятие, мы должны разделить голову на две части. Одна будет заниматься доверием и качеством, создавая продукт - запись, фото, видео... Доходим до предела своих человеческих возможностей, и только после этого идём по шкале узнавания".
Главная мысль, которую Нестеров стремился донести до аудитории, - это необходимость "творческой правды" и красоты в музыке, с которой собравшимся будущим продюсерам придётся работать.
Остаётся надеяться, что его услышали.
Последним спикером была Соня Соколова, главный редактор "Звуков.ру" ("Компьютерра" публиковала с ней интервью ещё в начале этого года). Соколова начала с фразы: "Я буду рассказывать вам о том, как мы похоронили шоу-бизнес, что ваш факультет не имеет ни малейшего смысла", - что вызвало несколько нервный смех в зале.
Интернет - главный обвиняемый в фактической гибели шоу-бизнеса, и, в общем-то, небезосновательно: сейчас уже digital-сектор "является полностью пиратируемым", по выражению Соколовой, и при этом появилось колоссальное количество музыки, вообще не предназначенной для продажи.
"К 1980-м годам, когда уже прошёл первый бум стадионных рок-команд и первые бумы продаж и первые альбомы получили платиновый статус... стало очевидно, что музыка превратилась в массовый продукт. Её надо "строить" так, чтобы она могла работать на большие и большие аудитории".
В результате, говорит главный редактор "Звуков", стали в избытке создаваться искусственные поп-проекты (в том числе и рок-группы, и панк-группы, и даже авангард), рассчитанные на максимально широкую и максимально всеядную аудиторию. Появившийся примерно в то же время телеканал MTV и вовсе создал впечатление о музыке как о товаре, вроде той же самой зубной пасты; товаре, который требует рекламы. И рекламой этой стали видеоклипы.
Кроме того, музыканты начали выступать на ток-шоу, отвечая на вопросы, вообще с музыкой не связанные, - о стиле жизни, о том, как они проводят время, чем увлекаются. "То есть фактически музыканты перешли в разряд "звёзд" - celebrities, - отметила Соколова. - Музыка перешла в категорию lifestyle". Вдобавок по мере того как музыка становилась всё более "социальной", она перешла ещё и в категорию "новостей".
"Именно сейчас мы получили в качестве результата тот музыкальный продукт, который к музыке имеет крайне малое отношение, - говорит Соколова. - Музыка перепродюсированна, и большая часть музыкальных продуктов стала однотипной, очень трудно выделиться... Одновременно повысилась утомляемость слушателей".
Музыка превратилась в потребительский продукт, и не более того. Появилась новая категория слушателей, которая закачивает себе музыку на плеер гигабайтами, но не знает, кто артист. Музыка не вызывает эмоционального отзыва, превратилась в фон, в новости, в элемент информационной перегрузки.
Корреляция между качеством исполнения и успехом исчезла начисто - рынок её уничтожил. Связи между состоянием музыки и состоянием рынка тоже нет.
"Поэтому смысл моего спича заключается в том, что да, конечно, всем нам хочется есть и всем нам хочется быть успешными в том виде деятельности, которым мы занимаемся. Но: у вас у всех есть шанс. Вы можете потратить изрядную часть своей жизни на то, чтобы продвигать музыку "новостного типа", музыку "глянцевого типа", музыку, которая завтра исчезнет с экранов радара или останется только в качестве анекдота, а можете заняться чем-то реальным", - заявила Соколова, порекомендовав слушателям обращать внимание не на музыку "бугага", а на музыку действительно стоящую.
"В этот момент происходит очень важное изменение: получают шанс быть услышанными те музыканты, которые раньше этого шанса не имели, - сказала главный редактор "Звуков". - Одновременно вы уменьшаете количество музыкального мусора".
В конце её выступления разгорелся спор: один из присутствовавших то ли от чистого сердца, то ли в порядке "троллинга" высказался в поддержку одного из весьма раскрученных российских поп-артистов. И это вызвало в зале бурю: мол, какой смысл продвигать качественных исполнителей, если "вся страна слушает" (далее - имя этого исполнителя). Правда, тотчас же выяснилось, что из всех присутствовавших в зале только один человек испытывает к нему какие-либо симпатии. "Вот вам вся страна", - с глубоким удовлетворением резюмировала Соня Соколова.
"Значит, так: "всей страны" не существует... Вот из всей аудитории поднял руку один человек. Вопрос: вы на кого будете ориентироваться - на одного человека, чья позиция вам не близка, или на всех остальных, чья позиция близка? - спросила главный редактор "Звуков.ру" собравшихся. - Моя рекомендация очень проста: в своих предпочтениях и своей работе стоит ориентироваться на тех людей, чью музыкальную позицию вы уважаете. Если вам говорят: "Музыка, конечно, г...но, но давай мы тебе дадим денег, и ты её продвинешь", - самый правильный ответ на это: "Да идите вы, ребят, со своей якобы музыкой, я лучше займусь тем, что мне интересно. На этом, вы, быть может, заработаете меньше, чем на "зубной пасте", но тоже очень приличные деньги".
Из зала спросили:
- Произойдёт ли "депродюсирование" рынка?
- Да. Причём это произойдёт под влиянием именно таких людей, как мы с вами, - ответила Соколова.
- А это не приведёт к тому, что рынком будет "рулить" дилетант?
- Самая классная вещь - это дилетант с топором, который приходит и спрашивает: а что это вы тут делаете? Тут-то и начинается самое интересное. Потому что на самом деле быть профессионалом - уже мало. Быть коммуникабельным - уже мало. Это вообще не история про mass market. Это история о том, что можно создать несколько нишевых продуктов и по принципу "пять старушек - рубль" получать ту же кассу, что и на массовом продукте.
В сухом остатке: на субботнем мероприятии собравшихся будущих продюсеров и менеджеров заклинали вкладывать силы и средства в то, что актуально, работать сначала на качество, а потом уже на узнавание, и продвигать не броских однодневок, а действительно стоящих и талантливых исполнителей, воспринимая их как людей искусства, а не бессбойные конвейеры по производству барахла, о котором забудут на следующий день. А если и вспомнят, то лет через двадцать, когда полысевшие и обзаведшиеся деньгами вчерашние подростки будут ходить на ностальгические "дискотеки нулевых" и "десятых" и слушать там сегодняшний треш.
И призывы эти вполне могут быть услышаны, учитывая, насколько поменялся сегодня медийный рынок под воздействием интернета: прежние законы работают плохо, и превосходство стратегического мышления и стратегических инвестиций над быстро отбиваемыми вложениями становится всё более очевидным.
Впрочем, некоторые вопросы из зала явно указывали на то, что с нынешними представлениями о том, как делаются дела на современном медийном рынке (в частности, откуда-то прозвучал-таки привет из 1990-х - "пипл-то хавает"), расставаться тяжело даже молодым людям...
Поль Люсье о российской стратегии RIM
Автор: Ирина Матюшонок
- Вам не кажется, что на рынке конечного пользователя в России вы несколько не к месту? Без пакета корпоративного (ну или специального) ПО любой аппарат BlackBerry - не слишком дешёвая игрушка.
- Забудьте о вашем восприятии продуктов BlackBerry. Да, мы создаём качественные инструменты для бизнеса. Смотрите, у нас ведь есть два сервиса - BES и BIS. Мы предлагали корпоративные решения с 1999 по 2005 год, а потом наравне с этим стали выпускать продукты для широкого потребления - ведь у бизнесменов есть жёны, дети, друзья и близкие родственники, которым тоже хочется использовать наши интернет-сервисы. BIS - сервис для мелкого предпринимателя, студента, домохозяйки...
- Вот как, у RIM есть пользователи среди домохозяек?
- Позвольте мне показать вам планшет. (Поль демонстрирует BlackBerry PlayBook. - Прим. авт.) Прежде всего, замечу, что он управляется операционной системой QNX. Она, как вы знаете, довольна быстрая и позволяет делать четыре вещи, которые точно ставят наш планшет особняком на переполненном рынке (я думаю, в ближайшие полтора года выйдет ещё где-то 75 планшетов). Помимо функционала, присущего типичному планшету, конечно. Первое - действительная многозадачность. Я запускаю видео, а теперь запускаю браузер - и видео по-прежнему проигрывается. А теперь, для примера, поднимем презентацию в Power Point. Вот, всё работает одновременно.
- А что, домохозяйке действительно необходимо одним глазом смотреть в видеоплеер, другим - в презентацию? Эта многозадачность на планшете кажется больше забавной, чем полезной на данном примере.
- Сейчас я вам объясню. Вот поехал я за город с детьми. Подцепил панель к планшету через порт HDMI и включил детям мультики. А сам сижу, работаю - на том же планшете. В интернет хожу, презентации делаю. Да вы вот так вот и на ноутбуке, честно говоря, видео без проблем в один клик не запустите - без дополнительных инструментов, не то что на планшете. Глядите - я ещё и фоторедактор запустил. Все прочие приложения продолжают работать. И это то, что я называю настоящим планшетом. iPad, да простят меня его любители, - всего лишь гигантский iPhone. Вторая особенность (и я о ней уже упомянул) - встроенный порт HDMI и возможность комфортного запуска видео высокого разрешения. По сути, это (в части обычного, не корпоративного использования) полноценный видеоплеер, который можно спокойно подключить к телевизору. Без адаптеров. Кстати, "железо" здесь позволяет превратить планшет и в игровой центр.
- Вы, наверное, и свой App Store запустили? Как с приложениями дела обстоят?
- Хороший вопрос. В BlackBerry App World уже свыше четырёх тысяч приложений. Здесь же открытая платформа, поддерживающая массу стандартов. И число приложений под неё растет. Так вот, об отличительных особенностях планшета. Третье - это браузер, который полноценно и без проблем поддерживает Flash. Без каких-либо ограничений. А значит, можно разрабатывать и соответствующие приложения для нашего планшета. И полноценно серфить в интернете.
- Ну да, доллар в поддержку монополии. Я шучу, конечно, но тем не менее...
- Большая часть пользователей, если говорить о рынке широкого потребления, даже не осведомлена, какой именно технологией пользуется. Для них важно нажать виртуальную кнопку - и чтобы всё работало без сбоев, чтобы внешний вид сайта, знакомый им по "большому браузеру", не пугал своим убожеством на планшете. А если вы не любите Flash, так я скажу: мы открыты для любых стандартов. У нас сейчас иная стратегия. Мы нацелены на эффективную работу с партнёрами - чтобы не ущемлять ваш выбор, чтобы любое приложение работало корректно. Ну и четвёртый нюанс. Если вы пользователь BlackBerry или собираетесь им стать, то здесь к вашим услугам защищённое соединение с любым устройством посредством Bluetooth. Самое интересное, что я могу оставить подключённый к другому устройству планшет на столе и работать с того устройства (например, с ноутбука), а вы можете взять мой планшет, пользоваться им, но никоим образом не получите доступ к данным на ноутбуке.
- Планшет "видит" и подключает любые устройства со включённым Bluetooth?
- Да, и, кстати, он может через другие устройства получать доступ в интернет. Но главное, я могу положить мой планшет в карман.
- Ну для кармана он, может, и хорош, а для зрения - не очень. Что вы там увидите на семи дюймах?
- Для особо придирчивых есть широкий экран телевизора. Как у меня в отеле, например. Подключаюсь через HDMI, достаю клавиатуру - и полноценно работаю. Я вовсе не хочу замещать свой ноутбук половинкой ноутбука, лично мне нужна лёгкость и компактность. И функциональность. Вы эконом-классом давно летали? Не пробовали разместить свой ноутбук на их микроскопическом столике?
- Достаточно рекламы. Лучше скажите: как вы намерены занять рынок, убедить потребителя в том, что ваш продукт действительно отличается от "соседа по прилавку"?
- Это не реклама, а моё видение продукта. Готов поспорить, что мы предложим наилучшую функциональность и совместимость с различным ПО в своём ценовом сегменте. В России BlackBerry воспринимают как дорогой бизнес-инструмент. Тем не менее пятьдесят процентов от шестидесяти пяти миллионов наших пользователей по всему миру никакого отношения к бизнесу не имеют. В Великобритании восемьдесят процентов потребителей новых продуктов - обычные пользователи, и половина из этих восьмидесяти процентов - молодёжь от восемнадцати до двадцати пяти. Они не носят костюмов и не ходят в офисы, они преимущественно посещают ночные клубы. И для клубов, кстати, очень удобным оказался BlackBerry Messenger - такой специальный сервис. Если я отправляю пользователю сообщение через него, то могу видеть, когда именно он его получил и когда прочёл, могу создать группу и объединить пользователей и так далее. И опять же мы предлагаем специальные цены на наши продукты в США, Великобритании и ряде других стран.
- В России с этим у вас сложно, как я погляжу.
- И всё же в России мы сосредоточены на рынке простого пользователя. У "Вымпелкома" и МТС есть определённые акции... мы работаем над продвижением, собираемся предлагать разумные цены, пользовательские приложения и так далее.
- А каковы ваши ближайшие и более конкретные шаги на российском рынке?
- Продолжить формирование эффективной команды, открыть офис побольше. Мы принимаем участие в проекте Сколково - у нас долгосрочные планы по партнёрству и инвестированию в России. И наконец, выйти на массовый рынок. Предложить свои продукты и сервисы домохозяйкам и... домохозяевам. И детям. В Швеции десятилетние ребятишки покупают смартфоны.
- Дороговато будет.
- И тем не менее в России, как и в любой стране мира, процент людей, покупающих смартфоны, растёт ежедневно.
- Россия, обращу ваше внимание, - большая страна, в отличие от Швеции. Очень большая. Здесь не везде есть превосходные каналы связи, да и сама связь. В мегаполисах смартфоны покупают охотно, но б
- Пускай, таким образом они развивают рынок. Если пользователь простого телефона увидит у вас в руках BlackBerry - и вы купили его по конкурентной цене, - он скажет: "О, хочу такой же! " Пройдёт три или четыре года, и, уверяю вас, на рынке будут доминировать смартфоны. А мы предлагаем смартфоны по низкой цене: есть предложения и по 100 евро.
- В России?
- Нет, в Великобритании.
- В этом вся разница.
- Но мы придём с таким предложением и на российский рынок. И предложим пользователю различные сервисы и опции - в зависимости от его потребностей и уровня доходов. Пользователь с высоким уровнем доходов получит шикарный аппарат...
- Скажу вам по секрету: наш "простой пользователь" если чего и хочет, так это iPhone. И, кстати, пару лет назад мне страшно захотелось купить BlackBerry. Так вот, первой проблемой оказался оператор. Второй - невозможность использовать ваши продукты на нашем рынке.
- Ну, теперь у вас есть и возможность, и поддержка сервисов...
- Но никакого желания, поверьте.
- Посмотрите на тарифные планы для BlackBerry - может, передумаете. И ещё: мы нацелены на развитие партнёрских отношений с российскими разработчиками, мы очень заинтересованы в разработке приложений для российского рынка. Мы будем создавать экосистему, это неизбежно. И наше участие в Сколково тоже поможет нам сгенерировать такую экосистему.
- И сейчас вы открыты для предложений - я имею в виду различные проекты, команды разработчиков...
- Да, именно.
- А каков ваш процент за вхождение в App World?
- Такие сведения мы не публикуем, к тому же процент зависит от контракта, но я скажу вам следующее: у нас лучшее предложение на рынке.
- Неужели?
- Я уже упоминал нашу стратегию открытой платформы, а поскольку мы заинтересованы в построении устойчивой экосистемы, мы заинтересованы и в том, чтобы игроки этой экосистемы, и оператор и разработчик, тоже заработали денег. Да и мой бизнес заключается не в разработке и продаже приложений. Не в использовании поисковых систем и браузеров. Не в рекламе. Мой бизнес - в продаже технологии BlackBerry. И я в наименьшей степени заинтересован транслировать вам рекламу.
- Где разработчики смогут вас найти, как им связаться с вами? Мало кто знает и мало кого призывают разрабатывать приложения для BlackBerry. Под Android - пожалуйста. Под Apple - тем более. О вас, по-моему, в российских сообществах не наслышаны.
- Мы только начали привлекать специалистов, провели несколько мероприятий для продвижения партнёрской программы.
- Кстати, а каков ваш интерес к участию в Сколково?
- Мы хотим показать, что настроены на долгосрочные отношения. К тому же мы сами когда-то были стартапом - небольшой компанией с двумястами работниками в 1998 году в Канаде и почти двадцатью тысячами сейчас - по всему миру. Нам много помогал университет, госструктуры и венчурные капиталисты... и то, что мы увидели в Сколково, в точности напомнило нам ситуацию и атмосферу, в которой когда-то находились мы, откуда мы пришли. К тому же мы похожи географически: Канада и Россия - немаленькие страны, обе зависят от природных ресурсов и пытаются создать новые сегменты, новые направления и среды, чтобы избавиться от этой зависимости. У нас здесь схожие проблемы и задачи. И первое, что я сделал, - пригласил команду Сколково к нам. Не только в Кремниевой долине сконцентрированы технологии. Поверьте, у нас в Канаде им уделяют не меньшее внимание. Да, кстати, в отличие от Калифорнии у нас тоже есть зима. И мы играем в хоккей. И достигаем немалых технологических успехов. Кроме шуток: Кремниевая долина привлекает сёрфингом, пляжами и прекрасной погодой. Ни в России, ни в Канаде такого нет. Но мы можем сделать существенный технологический вклад. Мы не можем развивать российский сегмент приложений для BlackBerry и инфраструктуру в целом с помощью команды, которая сидит где-нибудь в Нью-Йорке. Какие-то корпорации могут, Facebook например, но для нас это невозможно. Посмотрим, что у нас выйдет, и со Сколково в том числе. Мы верим в развитие местных стартапов и местной инфраструктуры - и в то, что в России огромное количество талантливых разработчиков. Вам не хватает одного: российской истории успеха масштабов, скажем, Google.
- Тогда традиционный вопрос: как вы оцениваете российский ИТ-рынок? В целом.
- Я думаю, он только начинает развиваться. У вас невероятные возможности для стартапов, для развития новых бизнесов. У вас шикарная академическая научная база. И невероятный рынок потребления. Мне здесь видится немало стратегических возможностей. Ваш ИТ-рынок невероятно привлекателен, и ему нужно стать частью нашего успеха.
- Вы оптимист. Тогда не могли бы вы объяснить, почему немало зарубежных компаний не решаются вступить на российский рынок? Кругами ходят, как говорил господин Туркот, а инвестировать не инвестируют.
- Мне не хотелось бы здесь говорить о политике, но я могу их понять. Что до нас, так нам очень нравится русская культура. Мы похожи - Канада и Россия. И русских очень уважаем. Мой ИТ-директор, например, обожает Россию. Ну да, в Москве всё не очень стабильно. Но разве в Лондоне стабильно? И где в мире можно обрести стабильность? Если принять это как данность, открываются огромные перспективы рынка. А компании, которые полны опасений, - наверное, у них нет времени приехать сюда и понять, что же здесь происходит. Здесь происходят захватывающие события. И я уверен: страна будет политически стабильной.
Голубятня: Оксфорд Парагон
Автор: Сергей Голубицкий
Поделиться книгой: