Подруги. Друзья. Тринадцать лет спустя

— Помогу, куда ж я денусь.

Они больше не говорили о шефе и Тине, пока рылись в Катином шкафу.

Варя успокоилась только тогда, когда выудила из самой глубины вешалку с маленьким изумрудным платьем.

— Вот оно! — Варвара приложила переливающийся шелк к телу подруги. — Я помню о нем. Да и кто может забыть о таком шикарном подарке Тины. Все-таки у нее отличный вкус!

Она приколола к лифу платья золотую брошь из шкатулки Катиной мамы и повернула подругу к зеркалу.

— Красавица!

— И утешать меня нет никакой необходимости, — возразила Катя, с сомнением оценивая собственное отражение.

— Эх, Катерина, вот этим ты и отличаешься от Тины — неуверенностью. Во всем остальном ты ничуть не хуже ее. — Когда Варя провожала ее к двери, обещая закрыть дверь на ключ и отнести его к соседке, после того, как Сережка доест мороженое, она негромко добавила. — Да, и насчет твоих шансов… Все зависит только от тебя. Я не уверена, что Тина так уж сильно влюблена в Степана. Все. Иди и будь собой.

Почему он так волнуется? Ведь это лишь обыкновенный ужин в обыкновенном, пусть и престижном ресторане, с давно знакомой женщиной.

Степан нервно поглядывал на часы, сидя за столиком у окна в ожидании Катерины. Хотя и по этому поводу беспокоиться не стоило — его помощница никогда не опаздывала, и у него осталось еще несколько минут, чтобы подумать о том, какого черта он тут делает.

Идея вызвать ревность у Алевтины уже не казалась ему такой гениальной. А ведь он мог провести этот вечер с друзьями в баре или дома, уткнувшись в телевизор.

Но больше всего Степану хотелось быть сегодня вместе с Тиной. У него дома или у нее — совершенно не принципиально, главное — в одной постели и желательно всю ночь.

Перед этим он обязательно повел бы ее на романтический ужин в ресторан. И она, как всегда, опоздала бы, а он бы волновался и не спускал взгляд с входной двери. А потом Алевтина медленно шла бы по проходу к заказанному столику, и все ее великолепно вылепленное тело соблазнительно покачивалось бы в такт шагам, притягивая мужские взгляды, точно так же, как это делала та женщина в изумрудном платье, которая только что появилась в ресторане. Тина так же, как незнакомка, смотрела бы только на него, словно Степан — особенный, самый привлекательный мужчина.

Звороженный этой мыслью, он не сразу сообразил, что незнакомка остановилась возле него и удивленно уставилась на его лицо.

— С вами все в порядке, Степан Андреевич? Вы смотрите на меня как-то… странно.

— Катерина?!

Он с опозданием подскочил со своего места, еще не вполне осознав, что это его помощница сконцентрировала на себе внимание всех присутствующих мужчин, и это она вызвала в его теле волнение, которое раньше он испытывал только в присутствии Тины.

А еще он неожиданно понял, что Катя выглядит сегодня настолько прекрасно и необычно, что он ее не узнал. И это женщину, рядом с которой проработал ни один год, но, видимо, которой никогда по-настоящему не видел.

Вот так сюрприз!

Степан настолько растерялся от сделанного открытия, что вспомнил о вежливости только тогда, когда Катя смущенно провела рукой по спинке стула.

Он торопливо подскочил к ней и помог устроиться за столом. Стоя за спиной молодой женщины, он неожиданно испытал желание провести по белоснежной коже ее изящных рук, почувствовать, такая ли она шелковистая на ощупь, как выглядит.

Степану даже пришлось напомнить себе, что он пригласил сюда Катю не для того, чтобы обнимать или ласкать, но, кажется, его тело не соглашалось с доводами рассудка.

Он не удержался и легко коснулся кончиками пальцев ее плеча, зацепив за узенькую бретельку платья, когда же женщина подняла на него удивленный взгляд, с невозмутимым выражением лица объяснил:

— Тополиный пух. — Катя тотчас оглядела свое платье, но больше ничего не обнаружила. Он же лихорадочно пытался вспомнить, цветут ли сейчас тополя, но не смог и поэтому добавил. — Или паутинка. — До «бабьего» лета еще далековато, и поэтому Степан быстро добавил: — Собственно, какая разница. Что будем заказывать?

Пока Катя выбирала блюда и не смотрела на него, Степан недоверчиво разглядывал ее бюст. Оказывается, он у нее есть, да еще какой! Он мог поспорить, что на женщине, сидящей напротив, отсутствовал бюстгальтер. Но при этом, заманчивые окружности были красиво очерчены, и если бы не удачная драпировка, то, наверное, сквозь тонкую ткань просвечивались бы…

Катя вдруг подняла глаза, и Степан прямо-таки почувствовал, что краснеет под ее взглядом. Ему даже на мгновение показалось, что она прочитала его мысли.

Ему срочно нужна женщина.

И он бы хотел, чтобы она походила на Катю…

Нет, конечно же, на Тину!

Что-то он запутался. Нужно срочно выпить. Возможно тогда маленькие ушки, выглядывающие из-под рыжих кудряшек, не будут ему так сильно нравиться. Эти розовые раковины просто созданы для того, чтобы нашептывать в них любовные словечки и покусывать их нежные мочки.

— Здесь очень мило.

Он мысленно поблагодарил Катерину за то, что она произнесла эту фразу, позволив ему хоть на какое-то время отвлечься от соблазнительного осмотра, почти самоистязания.

Его помощница оказалась красавицей.

А он — очень невнимательным мужчиной, если не замечал этого так долго. Странно то, что и другие мужчины оказались такими же слепыми. Но, возможно, именно сегодня они прозреют, так же, как и он.

По какой-то непонятной причине, эта мысль Степану не понравилась. А спустя несколько минут его опасения подтвердились.

Они с Катей весело беседовали на нейтральные темы, когда к их столику подошел невысокий представительный директор местного молокозавода господин Колосков. Вдовец и довольно привлекательный мужчина, он был их самым привередливым клиентом, который никак не мог решить, какой особняк за городом ему больше всего нравится. Мужчина вежливо кивнул Степану, взял Катину руку и поцеловал кончики пальцев, бросив на растерявшуюся женщину почти похотливый взгляд.

Такой взгляд Степану был слишком хорошо знаком.

Странное чувство, словно кобра, начало медленно поднимать голову в душе Степана.

Неприятное. Разъедающее. Затмевающее рассудок. Вытаскивающее из глубин подсознания первобытные инстинкты собственника.

— Госпожа Величко, если вы не против, просто Катенька, вы сегодня великолепны. Я сражен наповал.

— Да? Кто бы мог подумать! — смущенно пролепетала вышеупомянутая госпожа, но неожиданно встрепенулась и посмотрела на склонившегося к ней седовласого, но еще моложавого мужчину смелее. — Я хотела сказать, спасибо за комплимент. Вы тоже хорошо выглядите.

— Дружеский ужин? — Колосков бросил на молчавшего Степана продозрительный взгляд. — Или…

Степан уже хотел прорычать «Или», но его опередила Катя:

— Дружеский ужин. Уже решили, что вам больше по — сердцу — уютный домик на Сосновой или великолепный особняк на Ольховских прудах?

— Милая Катенька, — Ох, как Степану хотелось съездить кулаком по этому ухмыляющемуся, холеному лицу. Жаль, что его обладатель в данный момент являлся их самым главным клиентом. — Я безумно мечтаю рассказать вам, что мне больше всего по — сердцу, но для этого желательно встретиться в другой обстановке.

Негодяй, прямо-таки намекает на интимную встречу невинной женщине. Хотя, откуда Степану знать, что она невинна? Сколько же ей? На вид — двадцать пять. А на самом деле? Неужели тридцать?

Раньше подобными вопросами Степан не заморачивался. Но теперь…

Этого он не может допустить. Стареющий ловелас пытается догвориться с Катериной о встрече!

— Катюша, не сочтите за труд, покажите мне эти домики после работы, допустим завтра?

Ну, уж нет! Этому проныре с пивным брюшком Катерины не видать!

— Прекрасно, господин Колосков, мы с моей помощницей будем счастливы показать вам эти объекты.

Степан с удовольствием наблюдал, как на лице Колоскова появляется выражение, характерное для человека, чьи тщательно продуманные планы неожиданно рушатся. В это мгновение Степан мог бы даже отказаться от сотрудничества с ним, если Колосков откажется.

— Отлично! — директору молокозавода удалось выдавить из себя вежливую улыбку. — Я заеду в ваш офис завтра к семи.

Только тогда, когда молодящийся мужчина отошел от их столика, не забыв на прощанье снова коснуться своими толстыми губами маленькой ручки, Степан осознал, что завтра он снова не сможет встретиться с Тиной.

Глава 7

Оставшуюся часть спектакля Тина упорно игнорировала сидящего рядом Зотова.

Она беспокоилась.

Во-первых, Илья узнал ее тайну. А ведь она так тщательно ее скрывала, особенно от мужчин. Теперь рядом с ним Тина не сможет чувствовать себя увереной на все сто. Плохо.

Во-вторых, Зотов проявил себя далеко не бескомпромиссным и чванливым, как она привыкла считать, а напротив — внимательным, даже слишком. Это значит, что она не так хорошо разбирается в мужчинах, как считала.

И, наконец, в-третьих, ей не удалось остаться равнодушной к поцелую, так неожиданно на нее обрушившегося. Тина не успела собраться с мыслями, подготовиться и… ответила, хотя не должна была этого делать ни при каких обстоятельствах.

Хотя… Может, она все-таки желала этого поцелуя? Подсознательно?

То, что Зотов хочет ее, Тина нисколько не сомневалась. Пусть он сколько угодно конспирирует за веками свой стальной взгляд, ей известны и другие признаки желания, которые не удавалось скрыть от нее еще ни одному мужчине.

Даже сейчас, когда Тина не смотрела в его сторону, она остро ощущала, как напряжена его рука, лежащая на соседнем подлокотнике, как Зотов периодически ерзает в кресле, стараясь найти более удобное положение, чувствовала жар его большого тела и, конечно же, запах настоящего мужчины, когда рядом с ним находится желанная женщина.

Он молчал, так же упорно, как и Тина. И, наверное, точно так же как она, слышал перешептывания за их спинами.

Ее не беспокоило, что болтают о ней сплетники, и Зотова, кажется, тоже. Но даже если его это волновало, Тина могла только позлорадствовать по этому поводу — никто его за руку в такое людное место не тянул.

Постановка оказалась довольно удачной, а игра актеров почти безупречной, но Тина вздохнула с облегчением, когда цветы вручили, аплодисменты отзвучали, и занавес опустился.

Слишком сильным оказалось напряжение между ней и Зотовым. С языка Тины уже готовились сорваться очередные колкости — все, что угодно, лишь бы получить повод побыстрее избавиться от этого мужчины. Его присутствие страшно нервировало Тину. Даже в тот краткий миг, когда он взял ее под локоть, чтобы помочь спуститься в толпе с широкой театральной лестницы, Тину будто током ударило, и она дернулась. Чересчур внимательный Илья тотчас бросил на нее один из своих загадочных взглядов. Заметил, негодник.

Да, физические контакты между ними нужно абсолютно исключить. Это слишком опасно и слишком соблазнительно.

Алевтина уже надеялась, что пытка закончилась, и сейчас они расстанутся у выхода — во всяком случае до завтра, когда рядом прозвучал хрипловатый женский голос.

— Новая пассия, Илья. — Тина обернулась. Долговязая блондинка, перегородившая им дорогу, оказалась красивицей. Вот только опущенные вниз уголки тонких губ придавали ей хронически недовольный вид. А в эту минуту еще и презрительный. — А ты сообщил ей, что женат?

Только этого не хватало! Тина поклялась матери, что никогда не будет целоваться с женатыми мужчинами, не говоря уже о том, чтобы встречаться с ними.

В тот день, когда отец бросил их с мамой ради любовницы, и четырнадцатилетней Алевтине пришлось приводить в чувства бьющуюся в истерике мать, она решила, что ее больше не оставит ни один мужчина. Это — ее прерогатива.

Хотя мама уже много лет жила вместе с дочерью в столице и работала в женском журнале переводчиком, Тина ни разу не изменила своим принципам. Всех своих мужей Алевтина бросала первой, как только замечала, что они начинали смотреть на нее прохладно или вовсе прекращали замечать.

Сегодня мужчина впервые заставил ее нарушить собственное обещание.

Неожиданное ощущение предательства заставило Алевтину бросить на его виновника гневный взгляд.

Катерине очень не хотелось, чтобы ужин заканчивался.

Сегодня Степан смотрел на нее так необычно заинтересованно, что сердце девушки пело от радости и удовольствия. Она чувствовал, как горят ее щеки, и видела, как сверкают, глядя на нее, глаза Степана. На Катю еще никто так не смотрел.

Масленый взгляд Колоскова, который вызвал довольно странную реакцию со стороны шефа, не шел ни в какое сравнение с таинственным теплым мерцанием в глазах Степы.

Они даже потанцевали — медленный танец, и именно так, как об этом мечтала Катерина — близко, касаясь коленями и бедрами. Крепкие ладони прижимали ее к разгоряченному мужскому телу за талию, и Катя чувствовала его частое дыхание на своем лбу. Она ощущала себя в объятиях Степана Дюймовочкой — обожаемой и лелеемой.

Когда умолкла музыка, она могла бы поспорить, что шеф с явным нежеланием и чересчюр медленно отодвинулся от нее. Возможно, и ему понравился этот вечер? И танец? И сама Катя?

Немного запыхавшаяся, возбужденная и почти утратившая над собой контроль Катерина устроилась на стуле и… совершила ужасную ошибку, сказав:

— Тине тоже понравилось бы здесь. — Зачем она напомнила ему о подруге? Вот дура! Она добавила уже с меньшим энтузиазмом, заметив, как изменился в лице Степан. — Она здесь ни разу не была.

Кажется, приятная часть вечера закончилась.

Степа уставился в окно, раздумывая.

— Может, прогуляемся по Центральному скверу?

— Я согласна.

Катя услышала в голосе шефа слегка неуверенные нотки, и нехорошее предчувствие закралось в ее душу, но она все же согласилась.

— У тебя плохая память, Анжела. — Зотов, прищурившись, смотрел на длинноногую красавицу. Словно делая одолжение, он насмешливо продолжил. — Я уже два дня как счастливо разведен. А тебе досталась половина плодов моего тяжкого труда.

Илья не ждал ничего приятного от этой неожиданной встречи, но стремился любой ценой избежать скандала. Но его бывшая жена уже критически оценила соперницу и закусила удила.

— Лапша на ушах нынче не в моде. Разве владелец парфюмерной фабрики может тяжело трудиться? Сидишь себе в офисе, бумажки на столе переставляешь, с секретаршами заигрываешь. Мог бы отдать своей жене особняк в центре города. Ты же знал, как он мне нравится.

— Во-первых — бывшей жене. А во-вторых — он мне завещан и, что очень удачно, до того, как я по — неосторожности надел тебе на палец обручальное кольцо.

— Жадина! — Анжела надула накрашенные яркой розовой помадой губы. — Пожалел беззащитной женщине милый домик.

— Беззащитная женщина привела в суд двух адвокатов и чуть не обобрала меня до нитки. Если бы не твой брат, то ты не получила бы и малой доли того, что выудила у меня.

— Какой позор! Ты оставил почти ни с чем сестру своего лучшего друга. Я не понимаю, почему Андрей до сих пор поддерживает с тобой хорошие отношения, и даже пригласил на свой день рождения в «Феерию».

— Анжела, прекращай патетическую и громкую речь, а то уже зрители собираются. Или ты решила в скором времени выйти на сцену и затмить своей игрой ведущую актрису местного театра? В добрый путь, а нам пора.