Блуждающие тени [СИ]

- Хммм...присядь - улыбнулась Ласка - хорошо излагаешь! Только вот интимных отношений не обещаю. А так - почему бы и не пообщаться? И правда, скучно. А где ты научился так излагать свои мысли?

- В тюрьме. Мне учил один из самых крутых аферистов во всей стране - Профессор его погоняло.

- Ты был в тюрьме? - удивилась девушка - за что? За кражу подштанников на общественной кухне? Или за совращение малолетних неформалок?

- Если бы - тогда я бы был почтенный крадун или брачный аферист - сидел всего лишь за колдовство и снятие порчи!

- Ага - вот откуда у тебя имя Колдун...ну что, Колдун, пошли исполнять следующую часть твоей программы-максимум? Доел?

- Доел. Пошли.

Мы направились в мою комнату, под взглядами моих соратников по группе и под неусыпным взором невидимых телекамер.

Подходя к дверям комнаты, Ласка сделал неприличный жест куда-то вверх и со злобой сказала:

- Смотрите, суки! Ещё не на всё вы наложили свою лапу!

Затем она толкнула дверь и вошла в мою берлогу.

 Конечно, уже через час мы были вместе в постели - Ласка отличалась невероятно привлекательной фигурой - смесь спортивной девчачьей фигуры, мальчишеских бёдер и полной груди одалиски.

Она была очень страстной - уверен, от её стонов и криков у всех, кто подглядывал в этот момент за нами через камеры, была устойчивая эрекция. Надеюсь - они стали после этого импотентами.

Мне было вначале очень неудобно, зная, что за нашими выкрутасами наблюдают внимательные и похотливые глаза, а потом это даже стало возбуждать, и я развернулся во всю силу, держа в руках бёдра трепещущей смуглой фигурки Ласки, содрогающейся в череде непрерывных оргазмов.

Это безумие продолжалось часа два, потом Ласка оторвалась от меня, неожиданно спрыгнула с постели, и закинув на плечо свои штаны и майку, как была, голышом, открыла дверь и вышла за порог, сказав:

- Хорошего понемножку - это было здорово, но спать я люблю одна. Ты молодец - как-нибудь повторим это дело. И почему я раньше не спала с теми, кто долго сидел и был всё это время без бабы? Я много потеряла! - она озорно усмехнулась и её босые ноги зашлёпали по пластиковому полу коридора, я же остался лежать на постели, среди запахов женщины, мокрых пятен и сумбурных мыслей о происшедшем.

 День прошёл хорошо - подумал я и моментально уснул, несмотря на то, что тело ныло от непомерных перегрузок, болели синяки от ударов, полученных на тренировке и болела вывернутая Мастером рука. А может именно потому и уснул как убитый - плюс ко всему - два часа приятной физкультуры с новой подружкой.

Новый день повторил прежний, изменений не было, за исключением того, что больше попыток заставить меня вызвать слизняка не было.

Ласка вела себя ровно, как будто и не скакала на мне вчера, как на необъезженном жеребце - похоже что для неё это было не впервой.

 В столовой её не было, так что вечером я поплелся домой один, и очень удивился, когда увидел её в своей постели, уже раздетую и готовую к сексу:

- Ну что встал? Не нравлюсь? - она приподняла обнажённую гладкую ногу совершенной формы и пошевелила розовыми пальчиками - смотри-ка сюда, а мне нравится моё тело!

- Мне тоже оно нравится! - внезапно охрипшим голосом сказал я и на ходу сбрасывая с себя одежду помчался к вожделенной цели.

Ласка хихикнула, стала притворно отбиваться, и всё закончилось к нашему вящему удовлетворению - стонами, криками, судорогами наслаждения и мокрыми телами, скользкими от любовного пота.

Спал я опять один - да и к лучшему, я тоже не любил спать с кем-нибудь, лучше всего - встретились, покувыркались и разошлись по своим комнатам. Только в этом раз я нашёл в себе силы дотащиться до душа и всё-таки смыть с себя любовные соки и пот - хоть и трудно было поднять своё измученное тело. Подумалось - эдакими темпами я загоняю себя вусмерть - днём Мастер измывается, вечером Ласка - и куды крестьянину подацца?

Следующий день принёс сюрприз - нет, не в боевой подготовке - в кабинете, где обсуждали мои способности, снова сидели куратор и профессор - я так и не знал его имени - профессор и профессор, и вообще мне до лампочки его имя. Скорее всего и у куратора было не то имя, которое он мне назвал. Имена в этом мире мастеров плаща и кинжала имели второстепенное значение...

- Итак, молодой человек - сейчас вы продемонстрируете нам, как вы умеете напускать порчу. Объектом будет вот этот человек - профессор указал на тридцатилетнего мужчину с жёстким взглядом и шрамом на щеке. Сосредоточитесь и напустите на него порчу. Давайте, давайте, не стесняйтесь - он в курсе, на службе и полностью осознаёт последствия.

Я пожал плечами, сосредоточился...и у меня ничего не вышло. Ещё раз попробовал - опять не вышло. Третий раз - ноль.

- Не могу, не получается - удручённо сказал я - наверное, прошлый раз, у меня вышло потому, что я сильно ненавидел этого полковника, а тут я этого человека и знать-то не знаю.

- Ага. Ясно - задумчиво сказал профессор - ментальный барьер. Основан на порядочности испытуемого - нельзя вредить тому, кто не сделал ему зла. Я что-то подобное и предполагал.

Он кивнул человеку в камуфляже, тот подошёл ко мне и ударом ноги в грудь сбил меня со стула, потом начал пинать меня ногами, попадая во все болезненные и уязвимые места. Я вертелся ужом, сопротивлялся, вернее - пытался сопротивляться, но он был безжалостен и избивал меня со знанием дела.

Уже почти теряя сознание от боли в разбитом носу, в отбитых почках, я выстрелил в него слизняком, и это был слизняк в два раза больший, чем на полковнике!

Он обхватил его голову, как огромный нарост, и человек прекратил избиение, застонав и схватившись за голову.

Я злорадно смотрел, как он корчится у стены и чувствовал, как в меня вливаются силы и заживают мои раны. Легко поднявшись, я сел на стул и продолжил смотреть за мучениями палача. Кровь у меня уже не капала, синяки исчезли и даже усталость пропала, как будто не было тяжёлого насыщенного занятиями дня.

- Колдун! Сними с него проклятие! - приказал куратор, с тревогой глядя на корчи человека в камуфляже.

Я немного выждал, кивнул головой и медленно пошёл к пострадавшему. Мне хотелось ещё немного оттянуть момент освобождения его от слизняка - вливаемая слизняком сила была так восхитительна, так хороша - теперь я до конца осознал, как я смог продержаться в вонючем сизо - если бы не то, что на полковнике сидел мой слизняк и передавал мне его здоровье - мне было бы очень, очень тяжко.

Наконец, я справился с собой, подошёл к зажавшему голову человеку - было такое впечатление, что его руки уходят куда-то в угольный мешок, и легко коснулся слизняка рукой. Тот привычно неслышно хлопнул и исчез в сером вихре.

Мою голову кольнуло, я потёр висок, но всё было нормально - никаких последствий резкого разрыва с выпущенной мной сущностью не было - я так же чувствовал прилив сил, свежести и был бодр, как будто отдыхал много, много часов.

Наоборот, палач в камуфляже выглядел отвратительно - он был бледен, исхудал, и как будто постарел на несколько лет - стоял дрожа и пошатываясь, как пьяный.

 Профессор достал телефон, набрал несколько цифр и через несколько минут 'камуфляжника' укатили на каталке для обследования.

Куратор и профессор были чрезвычайно довольны, только что не мурлыкали:

- Великолепно, молодой человек! Эдак мы и сломим ваш ментальный барьер и вы сможете кидать проклятие, ненаучно выражаясь, на любого человека! Тут ведь как: надо, чтобы вы знали, что невыполнение приказа - не направление проклятия на объект, всегда связано с болью. Ваш организм это запомнит и будет выпускать слизняка каждый раз, как вы пожелаете. Кстати, а почему эффект проклятия был таким явным? Мне казалось, что вмешательство в организм проклятого идёт слабее, как вы думаете, молодой человек?

И вот тут я допустил ошибку - занятый своими мыслями, ляпнул то, что было у меня в голове:

- Потому, что он сильно избил меня, а слизняки это не только и не столько проклятие, они служат для восстановления жизненных сил, здоровья своего хозяина! Вот почему.

Куратор и профессор переглянулись, а потом куратор с непонятной мне интонацией медленно сказал:

- Значит, чтобы ускорить процесс умирания объекта, вытягивания его жизненных сил, надо нанести ущерб твоему телу, и чем больше ущерб, тем больше энергии надо на восстановление, и тем скорее скончается проклятый...ин-те-рес-но....

У меня замерло сердце - ну, писец! Какой я болван! Ну кто, кто тянул меня за язык? Эти люди не остановятся ни перед чем..и я дал им такой прекрасный и эффективный способ убивать людей с различной степенью замедления, а самое главное - я при этом буду терпеть страдания! Стоит прострелить мне грудь, когда я буду в связи со своим слизняком на жертве, и жертва неминуемо отдаст мне все свои силы! О, Боже мой...ну я и попал...

В это вечер Ласки не было. Я полазил в сети, почитал сайты, посмотрел новости и спокойно лёг спать. Конечно, мне хотелось бы, чтобы она пришла - чисто физически, а морально - можно немножко и отдохнуть.

Последующие несколько недель, я немного сблизился с остальными своими соратниками. Особой дружбы не было, она и не поощрялась, хотя, по понятным причинам, никто не собирался останавливать связи между мужчинами и женщинами - даже такие жёсткие руководители, как наши кураторы, прекрасно понимали, что нельзя противостоять инстинктам, запретом тут ничего не сделаешь.

Они и не запрещали. Они только нагружали нас так, что домой мы приползали, высунув язык, как загнанные лошади.

Ласка приходила ко мне довольно часто - иногда два дня подряд, иногда три - нас, практически, ничего не связывало, кроме отмороженного, отвязного секса, в котором она была мастерица, не знавшая никаких запретов, никакой брезгливости или недозволенности.

В нашей паре, скорее всего, вела она - несмотря на кажущуюся хрупкость и субтильность, обладая сильным, развитым телом и железной волей.

Мы не разговаривали ни о чём, кроме секса и некоторых нюансов работы. Иногда мне казалось, что рядом со мной лежит не человек, не женщина, а некий прибор, механизм для удовлетворения моих страстей, а иногда - наоборот - что я для неё не парень, с которым она проводит время, а механизм для удовлетворения её похоти.

С этими рассуждениями я совсем сломал голову, и решительно приказал себе забыть о них - идёт, как идёт - мне хорошо с ней, лучшей сексуальной партнёрши у меня не было за всю мою недолгую жизнь (чего там - пару девчонок - одна из которых меня наградила триппером - пришлось втихую от матери колоть уколы), так что зачем мне суетиться? Нет душевной близости? А может и к лучшему - зачем мне сейчас создавать какие-то отношения, в которых я точно долго не останусь - после того, как покину это заведение, после обучения.

А обучение шло полным ходом - скоро мы занимались по десять часов в день, и темп тренировок наращивался.

После того, как несколько месяцев нас готовили к рукопашных боям, настал момент, когда мы должны были показать, на что способны, как мы усвоили уроки убийства. Да, мы спарринговались, да, иногда даже наносили друг другу такие удары, что противник терял сознание, несколько дней не мог заниматься, но мы не убивали. А без того, чтобы убить по настоящему - какие мы убийцы.

Наши добрые наставники это предусмотрели - мы должны были не только быть настоящими убийцами, но ещё и должны были быть повязаны кровью, до конца.

 В общем - настал черёд 'манекенов'. Да, именно так здесь называли людей, которых мы должны были убить. К этому нас подводили месяцами, промывали мозги - рассказывали об очищении государства от плохих людей, о тех, кто не имеет права жить - педофилы, маньяки, серийные убийцы, сумасшедшие изуверы - да, я знал о таких, всегда знал, и когда видел их по телевизору, негодовал, что их оставляют жить, сажают в какие-то колонии пожизненно, - уничтожать их надо! Вот только никогда не задумывался - а КТО будет их уничтожать, КТО будет палачом?

Теперь, оказалось - палачами предстояло стать нам. Это произошло после полугода нашего обучения. К этому времени мы прошли большой курс рукопашного боя, с оружием и без оружия, фактически уже были на уровне сильного спецназовца - наверное ещё круче - специальные тренировки, ежедневно, без выходных, без праздников, по шесть часов в день - волей-неволей станешь крутым.

Так что, когда однажды утром Мастер выстроил нас перед собой, он сказал:

- Сегодня приступим к реальным боям с реальными противниками. Никаких ограничений. И у противника, и у вас, задача одна - убить. Если он убьёт кого-то из вас - его статью переквалифицируют, или его спишут по здоровью - якобы умер, а на самом деле куда-нибудь переведут, это ему обещано. Вы должны его убить любым доступным способом - рукопашным, или своими способностями. Как умеете. Но убить обязательно. У вас сегодня будет по два противника. И так будет постоянно, всё время ваших тренировок - вы будете убивать людей, пока это не станет для вас простым, как нарезать хлеб. Чтобы вас не мучила совесть, скажу, что на совести у каждого из этих людей по несколько загубленных душ - некоторые убивали ради развлечения, мучили, пытали, издевались над детьми, рвали их на части. Вы обязательно должны их добить, если раните, как и они добьют вас. Если они вас не добьют - убьют их. Если вы не добьёте - вас изобьют так, что вы долго не сможете встать, а потом снова поставят напротив этого противника. Остаться в живых должен только один, учтите это. Скидок на то, что против вас будет мужчина сильнее и выше вас - не будет. Вы подготовлены, они нет, вы тренированы, а многие их них нет, хотя среди них есть очень сильные и тренированные люди - бывшие бойцы, боксёры, единоборцы. В общем - всё как в жизни. Теперь вы будете в месяц убивать по несколько человек - сколько - это решим мы, когда увидим, что вы ГОТОВЫ к убийству. Выбор противников будет определяться жеребьёвкой - вон там, стоит коробка, в ней номера противников. Идёте и вытаскиваете по одному номеру. Всё, пошли!

И мы потянулись к простой картонной коробке, в которой лежали чьи-то жизни....

Глава 4

Я был четвёртым по счёту, когда сунул руку в эту коробку.

Мне достался номер тринадцать - забавное совпадение - ну всегда мне он достаётся, тринадцатый номер.

Я не знал, кто это будет - тот первый человек, которого я убью в поединке. Первый ли? А полковник? А мордоворот в сизо? Да, я их убил, но это было совсем по другому. Теперь я должен был убить совершенно неизвестного мне человека - пусть, возможно, и нехорошего, но мне лично ничего не сделавшего. От этого у меня всё в душе переворачивалось. А что, я должен подставить себя, и свою мать под удар, из-за какого-то незнакомого типа? Нет уж - тюремный закон гласит: 'Ты сдохни сегодня, а я - завтра'. Жизнь в тюряге кое-чему меня научила, пусть я и не очень долго там был.

Ласка тоже выбрала себе жертву в картонной коробке и спокойно уселась на скамью рядом со мной. Её ангелоподобное лицо с огромными глазами было спокойно и умиротворённо. За то время, что я с ней был, я так и не узнал до конца, как она сюда попала - знал лишь, что её прихватили за какое-то убийство - то ли приревновала кого-то, то ли хотела денег срубить - в общем Лаской её назвали не зря...

Не было никаких клеток, как в фильмах про бойцов, не было никаких зрителей или орущих болельщиков - всё обыденно, спокойно и тем страшнее.

 В стене, позади того места, где мы ожидали боя, открылись неприметные двери, и оттуда вывели человека средних лет, похожего на бухгалтера - ну, типичный Чикатило.

Мастер объявил: номер шесть!

Встал один из наших парней, приготовился, Мастер подал команду...заключённый умер через три секунды - удар в шею заставил его потерять сознание, а следом послышался хруст позвонков - Тень сломал ему шею. Заключённого уволокли.

- Номер три!

Встала небольшая светленькая девушка с симпатичным грустным лицом, звали ей, как мне помнится, Заря - против ней стоял здоровенный детина, выше больше чем на голову, с руками, как грабли.

Он с усмешкой посмотрел на стоящую перед ним пигалицу и изготовился к бою.

 Противник успел нанести несколько ударов - прошедших мимо цели - гибкая девушка каким-то образом пропустила их рядом с собой так, что они не коснулись её тела (сразу вспомнились занятия с Мастером, когда он обстреливал нас вначале мячами, а потом перешёл на пластмассовые тяжёлые полнотелые шары - не увернулся - вот тебе синяк или выбитый зуб). Затем с ним что-то случилось - он зашатался, закрыл глаза руками, как будто его разум помутился, а девушка нанесла сокрушительный удар ему в сонную артерию кулаком и уже упавшему, как гора, свернула шею, отчётливо хрустнувшую на весь зал.

 Неожиданно, ко мне сзади подошёл Николай, сопровождаемый , в пяти шагах от него, куратором и профессором.

Николай подошёл ко мне, а его сопровождающие остались у стены, наблюдая за происходящим на 'арене', где добивали очередного 'манекена'.

 Кстати сказать - из шести заключённых, ещё ни один не только не выжил, но и не смог оказать даже достойного сопротивления Теням, хотя было видно, что некоторые из уголовников совсем не промах в деле подраться.

- Подойди к куратору - шепнул Николай и отошёл в сторону, наблюдая за происходящим.

Встав, я сделал несколько шагов и оказался перед двумя моими начальниками, с интересом разглядывающими убийство людей.

- Я слушаю вас.

- Колдун, тебе приказ - когда выйдешь биться - применять физическую силу по минимуму и практически не уклоняться от ударов. Учти - если не выполнишь, нам придётся исполнять эксперимент по другому, и тебе будет гораздо хуже!- куратор жёстко посмотрел мне в глаза - тебе, в общем-то, ничего не угрожает - сам знаешь - бросаешь на него проклятие, и ждёшь, когда твой слизняк его задушит, восстанавливая тебя. Мы хотим увидеть, как это произойдёт. Ты понял меня?

- Понял

Я отошёл от своих 'благодетелей' и меня душила злоба - так хотелось их убить, и даже просто голыми руками. Безо всякого колдовства. Но я проглотил злобу, сел на своё место и стал наблюдать за поединками.

Следующей вышла Ласка - против высокого парня с хищным кавказским лицом - я где-то его видел, вроде как по телевизору - один из боевиков, организовавших много взрывов и убийств людей в русских городах - он точно заслуживал смерти, но как это с ним сделала Ласка - запомнилось мне на всю жизнь, тут я и понял, какое её свойство было паранормальным и почему её назвали Лаской.

Кавказец злобно ухмыльнулся, сплюнув на пол, когда увидел, что против него вышла девушка, хрупкая и гибкая, как тростинка, похожая на ученицу девятого класса, а не на убийцу, Терминатора какого-нибудь.

Он почти успел дотянуться до ней кулаком, когда Ласка вдруг превратилась в смутное пятно - на тренировках она никогда не показывала такой скорости - видимо она возникала только в экстремальной ситуации - Ласка просто размазалась по пространству - секунда, и у боевика были вырваны глаза - повисли на каких-то тяжах, сосудах, ещё секунда, и боевик стоял с вырванным горлом - кусок его остался у девушки в руках.

Она бросила вырванный кусок мяса на пол, он шлёпнулся со смачным шлемпком, Ласка подняла руку вверх и слизнула ручеёк крови красным язычком, которым так часто меня ласкала ...

Боевик, булькающий горлом, из которого толчками выливалась кровь, упал на пол и задёргался в судорогах. Мозг его уже отключился, но тело не знало, что оно умерло и сопротивлялось смерти. Наконец он затих.

Честно говоря, мне было его не жалко - он загубил столько народа, что за каждого человека его следовало трижды убить, много сотен раз. Но то, как сделала это Ласка, наслаждаясь убийством, наслаждаясь вкусом и запахом крови, меня просто потрясло - похоже она была немного сумасшедшей, и если бы не эта организация - быть ей убитой, или быть там, с той стороны, в рядах наших противников.

Впрочем - женщин у нас не сажают пожизненно...особенно таких красивых. Чтобы они не сделали...

Ласка селя рядом со мной, а я старался не смотреть на неё - почему-то мне стало неприятно, как будто всё это время я спал не с красоткой, а с маньяком-убийцей, который в любой момент мог лишить меня жизни. Может этого и добивались организаторы этого действа - показать - если вы выйдете из-под контроля, за вами пойдут вот они, ваши так называемые 'товарищи', и пощады тогда нет ждите!

Следующим был назван мой номер, и я с небольшим мандражем, встал на место боя. Пол уже оттёрли, труп унесли, место боя было сухо и чисто.

Из дверей вышел человек ростом с меня - по тому, как он двигался, я понял, что это опытный и умелый боец, скорее всего боксёр или рукопашник.

Как потом я узнал (Николай рассказал) - это действительно был бывший рукопашник, занимавшийся в бандитской группировке ликвидаций людей по заказу, а также своих соратников, проштрафившихся за что-то и приговорённых авторитетами. Прихватили его только потому, что сами бандиты, напуганные уничтожением своих товарищей, заложили киллера, боясь его больше, чем отсидки. Погоняло его было, как ни удивительно - Боксёр.

Он двигался легко и непринуждённо, и первые удары пошли в меня, как из пушки - я едва успел их блокировать, уведя в сторону мягким движением руки - я бы мог его сейчас серьёзно травмировать, или покалечить - в меня вбили уже столько способов убийства руками, что я с трудом остановил начатое движение - но Боксёр решил, что я просто лох, который не может ответить, и набросился на меня с вихрем ударом, сразу разбив мне бровь, и нанеся удар в солнечное сплетение, от которого я чуть не потерял сознание - как мне и приказывали - я специально принял на себя эти удары - что делать, приказ есть приказ.

 Когда он отскочил от меня, я выпустил слизня, тут же вцепившегося в голову противника - излюбленное место нападения моих слизней - и сам не знаю, почему.

 Боксёр вздрогнул, скривился, его ехидная улыбка потухла, но он собрался с силами и бросился на меня, молотя кулаками, как грушу.

Каждый удар его достигал цели, но я восстанавливался быстрее, чем он наносил удары, и скоро он стал шататься, превратившись из мощного, могучего бойца в дряблую костлявую развалину, а затем вовсе упал на пол, где и остался, тяжело и с присвистом дыша.

 Я подождал несколько минут, стоя над ним, но этот парень оказался крепким, никак не хотел умирать - а может не мог - я ведь уже восстановил силы, так что слизняк почти не оттягивал от него энергию, так что мне пришлось уничтожить слизняка и сломать противнику шею. На этом бой кончился.

На моём лице не осталось ни следа от травм, тело пело, насыщенное энергией, и только моя одежда - всё кимоно было залито моей кровью - напоминала о только что прошедшем бое и понесённых мной увечьях.

Уйдя с поля боя, я подошёл к куратору и тихо сказал: