Уйдя от зноя в уединенную
Ложбину, будешь петь на теосский лад
Про Пенелопу и Цирцею,
В саду тенистом будешь потягивать
Со мной за кубком кубок — лесбийское
С его небуйным, легким хмелем,
И опасаться тебе не надо,
Что Кир в припадке яростном ревности
С тебя руками нетерпеливыми
Сорвет венок и растерзает
Ткань неповинной твоей одежды.
Вар, дерев никаких ты не сажай раньше священных лоз
В рыхлой почве, вблизи Тибура рощ, подле стен Катила;
Трудным делает Вакх тем, кто не пьет, жизненный путь; нельзя
Едких сердца тревог прочь отогнать, кроме вина, ничем.
Кто, из чаши хлебнув, вспомнит про гнет войн или бедности?
Кто не грянет свой гимн Вакху-отцу с милой Венерою?
Но для каждого есть мера в питье: Либер блюдет предел.
Бой кентавров возник после вина с родом лапифов, — вот
Пьяным лучший урок; Вакх, не щадя, диким фракийцам мстит:
Делят, жадные пить. Я же тебя, бог, не дерзну пытать
Против воли твоей; таинств твоих, скрытых от всех плющом,
Я толпе не предам. Только сдержи буйный тимпан и рог!
Вслед за ними идет в злой слепоте дух Себялюбия,
И Тщеславье, подняв выше всех мер праздную голову,
И Болтливость, кому вверенных тайн, словно стеклу, не скрыть.
Мать страстей беспощадная,
Дионис молодой, с резвою Вольностью,
Душу вы повелели мне
Вновь доверить любви, было забытой мной.
Восхищен я Гликерою,
Что сияет светлей мрамора Пароса,
Восхищен и задором я
И опасной для глаз прелестью личика.
И бессилен пред натиском
Про парфян ли, про скифов ли, —
Все, что чуждо любви, петь возбраняет мне.
Так подайте ж, прислужники,
Дерна мне и ветвей свежих, и ладана,
И вина с чашей жертвенной:
Да богиня грядет, жертвой смиренная!
Будешь у меня ты вино простое
Пить из скромных чаш. Но его недаром
Я своей рукой засмолил в кувшине
В день незабвенный,
В день, когда народ пред тобой в театре
Встал, о Меценат, и над отчим Тибром
С ватиканских круч разносило эхо
Рукоплесканья.
Цекубским вином наслаждайся дома
У меня же, друг, ни Фалерн, ни Формий
Чаш не наполнят.
Пой Диане хвалу, нежный хор девичий,
Вы же пойте хвалу Кинфию, юноши,
И Латоне, любезной
Всеблагому Юпитеру!
Славьте, девы, ее, в реки влюбленную,
Как и в сени лесов хладного Алгида,
В Эриманфские дебри,
В кудри Крага зеленого.