АДСКИЕ ИГРЫТемная Сторона-7.

-У вас есть фотография вашей внучки?

- Конечно.

Он протянул мне папку с полдюжиной снимков восемь на десять. Мелисса Гриффин была высокой и стройной, с длинными светлыми волосами и бледным лицом, начисто лишенным как грима, так и выражение. Она холодно смотрела в камеру, словно не доверяя ей. Лично для меня она не была бы на первом месте в списке наследников бизнес-империи. Но, может быть, в ней есть скрытые глубины. Я выбрал одну фотографию и убрал во внутренний карман пальто.

- Расскажите мне об остальных членах семьи, - попросил я. – Тех, кто лишился наследства. Где они были, что делали, когда исчезла Мелисса.

Иеремия нахмурился, тщательно подбирая слова. - Насколько я могу судить, все они были на виду, на глазах у меня или кого-то еще, может быть, даже демонстративно. Для них необычно всем одновременно находиться в Поместье... Это был тот самый день, накануне исчезновения Мелиссы, когда был взломан кабинет Джарндайса, а сам он был убит. Но я действительно не могу указать на кого-то из моей членов семьи как на подозреваемого. Даже при том, что все они чертовски разозлились по поводу нового завещания. - Он коротко усмехнулся. – Некоторые были прямо-таки в ужасе при мысли о том, что придется уйти и зарабатывать себе на жизнь.

- Почему вы лишили их наследства? – спросил я.

- Потому что никто из них не достоин! Я потратил годы, пытаясь сделать из них хоть что-нибудь, но им никогда не приходилось бороться за свое так, как приходилось мне... Они выросли, имея все, и поэтому они думают, что имеют на это право. Никто из них ничего от меня не дождется! Не для того я потратил века, создавая свою империю кровью, потом и тяжелым трудом, чтобы она развалилась - потому что моим преемникам не хватило мужества, чтобы сделать то, что необходимо. Мелисса ... она сильная. В нее я верю. Я собираюсь нанять нового адвоката и, конечно, составить новое завещание взамен утраченного документа, но ... по причинам, которые я не собираюсь с вами обсуждать, оно будет действительно лишь в том случае, если Мелисса вернется, чтобы подписать определенные документы до своего восемнадцатого дня рождения. Если она не сможет этого сделать, то никогда ничего не унаследует. Я пригласил вас, чтобы вы отыскали ее для меня, мистер Тэйлор. В конце концов, только это от вас и требуется. Найдите ее и доставьте домой целой и невредимой до ее восемнадцатилетия. У вас есть на это чуть меньше двадцати четырех часов.

- А если она уже мертва? - прямо спросил я.

- Я отказываюсь в это верить, - его голос был ровным и жестким. - Никто не осмелится на это. Все известно, что Мелисса - моя любимица, и чтобы отомстить за нее, я готов сжечь дотла всю Темную Сторону. А кроме того, не было требований выкупа, никаких попыток выйти на связь. Возможно, она просто убежала, как я думаю, испугавшись грядущей ответственности. Она никогда не хотела быть частью семейного бизнеса... Или, может быть, она боится того, что остальные члены семьи могли бы ей сказать или сделать. Но если бы это было так, она бы оставила мне записку. Или нашла какой-то иной способ со мной связаться. Нет, ее увели против ее воли. Я в этом уверен.

- Есть какие-нибудь друзья, которые могли бы ее приютить? - я задавал вопросы, чтобы показать, что не оставляю попыток разобраться.

- У нее лишь несколько настоящих друзей, и я всех их осторжно, издалека проверил. Они даже еще не знают, что она пропала. И так все и должно оставаться. Вы не вправе никому об этом рассказывать, мистер Тэйлор. Я не могу позволить себе выглядеть уязвимым или растерянным.

- Невыполнимое дело с невозможными условиями и невозможным сроком, - сказал я. - Почему бы вам просто не привязать обе мои ноги к спине, пока у вас есть такая возможность? Ладно, дайте подумать. Могла она найти пристанище за пределами Темной Стороны, в самом Лондоне?

- Нет, - сразу ответил он. – Это невозможно. Никто из моей семьи никогда не может покидать Темную Сторону.

- Она всегда приходит за семьей, не так ли? - Я немного подумал. - Если она там, я найду ее. Но вы должны быть готовы к тому, что она уже может быть мертва. Убита - или кем-то из числа работающих на вашу семью, чтобы не дать ей принять наследство, или одним из многочисленных врагов, приоретенных вами в течение вашей долгой карьеры.

- Найдите мою внучку, - голос Гриффина стал холодным и безжалостным. – За это вы получите десять миллионов фунтов. Выясните, что случилось, почему, и кто за это отвечает. И либо верните ее мне живую и невредимую, либо принесите ее тело, и имя ответственного за это.

- Даже если это семья? – уточнил я.

- Особенно если это семья, - отрезал Иеремия Гриффин.

Он толкнул через стол ко мне кейс, и я его открыл. Он был битком набит банкнотами.

- Миллион фунтов стерлингов, - сказал Гриффин. – Задаток за начало работы. Уверен, будут расходы. Остальное получите, когда вернете мне Мелиссу. С вами все в порядке, мистер Тэйлор?

- О-о, конечно, - едва смог выговорить я. – Просто проблемы с дыханием. Деньги для вас - это только цифры, не так ли?

- Мы договорились, мистер Тэйлор?

- Договорились, - ответил я, закрывая кейс. - Но вы должны понять меня, мистер Гриффин. Вы меня нанимаете, чтобы узнать правду о том, что произошло. Всю правду, а не те куски, которые вы захотите услышать. И как только я начну, я не останавлюсь, пока не доберусь до конца, независимо от того, кто при этом пострадает. Развязав мне руки, даже вы сами не сможете меня отозвать. Мы все еще договорились, мистер Гриффин?

- Делайте все, что необходимо, чтобы найти Мелиссу, - сказал Гриффин. - Мне все равно, кто при этом пострадает. Даже если это буду я сам. Говорят ... у вас есть особый дар, чтобы находить вещи и людей.

- Точно, есть. Но я не могу просто протянуть руку и ткнуть пальцем в вашу внучку. Это работает не так. Нужно задать конкретный вопрос, чтобы получить конкретный ответ. Или местонахождение. Мне нужно знать, в каком направлении искать, чтобы была надежда установить ее местоположение. Что ж, я могу попробовать общий поиск прямо сейчас, посмотрим, смогу ли я Увидеть что-то полезное.

Я сосредоточился, открывая свой внутренний взор, мой третий глаз, моего частного детектива, и по мере проявления моего дара мой Взгляд оживал, показывая, что все, что было скрыто от повседневного взгляда в конференц-зал. Там были Повсюду в помещении были призраки, мужчины и женщины, переживавшие моменты их убийств снова и снова, пойманные в ловушку бесконечных петель Времени. Должно быть, Иеремия здесь не скучал. Я схватил его за руку, чтобы он тоже мог их увидеть, но его лицо не выражало никаких эмоций. Были здесь и другие существа, вовсе не похожие на людей, но они просто проходили мимо, используя наше измерение, как трамплин, чтобы попасть куда-то еще. Они всегда здесь. И, наконец, мне удалось мельком разглядеть Мелисса, пробегающую через конференц-зал. Я не мог сказать, бежала она к кому-то или от кого-то. Ее лицо было холодным, сосредоточенным, целеустремленным.

А потом мой Взгляд был заблокирован и отключен какой-то внешней силой.

Я пошатнулся и чуть не упал. Мое Видение большого мир исчезло, отрезанное от меня. Я пытадлся заставить свой внутренний взор открыться снова, чтобы вновь Увидеть Мелиссу, и был потрясен, когда узнал, что не могу этого сделать. Раньше со мной такого никогда не случалось. Лишь некоторые невероятно могущественные силы могут закрыть мой дар, кто-то из Могущественных Сущностей или Князей. Но это будет означать вмешательство Ада или Рая, а предполагается, что и тем, и другим запрещено вмешиваться напрямую в дела Темной Стороны. Иеремия схватил меня за плечо и заглянул мне в лицо, настойчиво пытаясь понять, что происходит, но я прислушивался к чему-то еще. В конферен-зале появилось присутствие чего-то нового, чего-то странное и ужасное, возникающего и настраивающегося в попытках найти форму, в которой оно может получить вневнее проявление. Гриффин резко осмотрелся по сторонам. Все еще привязанный ко мне, он тоже это почувствовал.

Температура в комнате резко упала, на окнах, стенах и столе образовался иней. Воздух наполнился запахом мертвечины. Где-то кто-то кричал, не останавливаясь, а кто-то другой рыдал, потеряв всякую надежду. Что-то плохо приближалось, двигалось из плохого места, с презрительной легкостью прокладывая себе путь через щиты Поместья.

Я залез в карман и вытащил пакет соли. Я никогда не путешествую без приправ. Я насыпал солевой круг вокруг нас с Гриффином, бормоча определенные Слова так быстро, как только мог. На Темной Стороне недолго продержишься, не усвоив чертовски быстро основные виды защиты. Но духовные щиты защищают лишь от спиритических атак.

Все телевизионные экраны разом взорвались, осыпав нас с Гриффином оскколками. Он начал отодвигаться за пределы соляного круга, и я схватил его за плечо, крикнув ему оставаться на месте. Он выдернул свою руку, но сухо кивнул. Как ни странно, он не выглядел испуганным - только раздосадованным. Я оглянулся на разбитые телевизоры. Электронная начинка вылезала из разбитых устройств, выплескиваясь потоками стали, кремния и пластика. Из этой одержимой машинерии вторгшееся нечто и создавало себе форму.

Собравшись воедино, оно медленно поднялось на ноги, высокое и угрожающее, внешне напоминавшее человека, но совершенно нечеловеческое. Неживая конструкция из зазубренных металлических костей с силиконовыми сухожилиями, бритвенно-острыми рукими и пластиковым лицом с горящими глазами и острые металлическими зубами. Он рванулось к нам с Гриффином, треща электрическими разрядами в дефектной электропроводке. Чисто физическая угроза, от которой соляной круг никак не защитит.

- Щиты Поместья должны вот-вот сдохнуть, - в голосе Гриффина звучало напряжение. – А моя служба безопасности в любую минуту будет здесь, вооруженная до зубов.

- На самом деле я бы на это не ставил, - ответил я. - Мы имеем дело со старшей Силой. Ставлю каждый пенни из тех денег, которые вы только что мне дали, она полностью запечатала комнату. Мы может надеяться только на самих себя.

- Вас случайно не носите оружие? - спросил Гриффин.

- Нет, - ответил я и улыбнулся. – Никогда в нем не нуждался.

Я еще раз осторожно попробовал свой внутренний взор. Сила перекрыла мою способность искать Мелиссу, но сам по себе дар по-прежнему действует. Я унаследовал его от моей матери, древней и ужасной Сущности, известной как Лилит, и, наверное, лишь лично Создатель или Враг могли отнять его у меня. Поэтому я лишь чуть-чуть приоткрыл свой третий глаз открыт, такой щелочки едва ли хватит, чтобы его заметили, и послал Взгляд сквозь Темную Сторону, разыскивая место, где шел дождь. Металлическая конструкция была почти рядом с нами, протянугивая зазубренные металлические руки. Я нашел ливень с ураганом, и для меня не составило никакого труда перенести этот дождь в конференц-зал и пролить его на эту штуку.

Пластик его лица пошел трещинами от хриплого, нечеловеческого визга атмосферных помех, а конструкция обрушилась, разваливаясь на куски от вызванных дождем коротких замыканий. Упав на пол, она рассыпалась миллионами безобидных кусочков. Я вернул дождь туда, откуда его взял, и в конференц-зале стало по-прежднему тихо.

Я осторожно оглянулся по сторонам, но ощущение вторгшегося присутствия пропало. В комнате снова потеплело, растаявший иней струйками стекал с окон и стен. Я вышел из соляного круга, пнул несколько металлических обломков на полу, потом жестом предложил Гриффину присоединиться ко мне. Мы смотрели сверху вниз на то, что осталось от конструкции. Он не выглядел ни расстроенным, ни даже впечатленным.

- Один из ваших врагов? – спросил я.

- Насколько я знаю, нет, - ответил он. – Возможно, один из ваших?

В этот момент в комнату, наконец, ворвались люди из службы безопасности Гриффина, с криками и шумом, размахивая пистолетами. Гриффин наорал на них, требуя ответа, где же они были все то время, пока его жизнь подвергалась опасности. Под давлением его гнева безопасники тут же заткнулись, и он быстро выгнал всех, приказав проверить остальные помещения Поместья на предмет возможного вторжения, и не показываться ему на глаза до тех пор, пока не найдут или не сделают хоть что-нибудь, чтобы оправдать свои должности и высокие оклады.

Я предоставил ему заниматься этим, а сам задумался. Появление столь могущественной Сущности все усложняло. Не в последнюю очередь потому, что я никогда не видел, чтобы такое явление выливалось в обычное похищение. Или побег. Если я не могу воспользоваться своим Взором для обнаружения Мелиссы ... значит, я должен делать это по старинке, опрашивая всех, кто в это вовлечен, задавая неудобные вопросы, и надеясь, что достаточно умен и проницателен, чтобы понять, когда кто-то мне лжет. Примерно так я и сказал Гриффину, когда мы, наконец, снова остались вдвоем, и он сразу же кивнул.

- Вы вправе от моего имени задавать вопросы любому члену моей семьи, моему персоналу и подчиненным. Спрашивайте все, что хотите, и при малейшем отказе ссылайтесь на меня. - Он улыбнулся. – Заставить их сотрудничать и рассказать вам то, что вы хотите узнать, - это, конечно же, ваши проблемы.

- Конечно, - сказал я. - Вы должны понимать, что мне придется задавать ... личные вопросы вашим ближайшим родственникам. Вашей жене и детям.

- Спрашивайте их обо всем. Если понадобится, не стесняйтесь в средствах. Главное - найдите Мелиссу, пока еще не поздно.

- Мне было бы интересно услышать ваши собственные впечатления о вашей семье, - сказал я. – Все, что на ваш взгляд мне может помочь...

Основное я уже знал. В конце концов, Гриффины на Темной Стороне были известны, каждое их слово и движение сопровождалось газетными сплетнями. А газеты я, как известно, читаю от случая к случаю. Но мне было интересно узнать, что он мне скажет, и, что наверное более важно - то, чего он не скажет.

- Любой из них мог бы быть замешан в этом, - начал он, нахмурившись. – Полагаю, они могли нанять людей... Но ни у одного из них не хватило бы мужества противостоять мне так открыто. Они бессмертны исключительно благодаря мне, но нельзя рассчитывать на вечную благодарность. Моя дорогая жена Мария верна мне. Она не слишком умна, но ей хватает благоразумия, чтобы видеть собственную выгоду. Мой старший сын Уильям... – он слаб и безволен, и он не бизнесмен. Хотя, видит Бог, я очень старался сделать из него достойного наследника. Но он всегда был для меня разочарованием. В нем слишком много от его матери. Он женился на Глории, экс-супермодель, против моего желания. Достаточно мила, на мой взгляд, но все ее очарование и индивидуальность – с обложки журнала. Она вышла замуж за деньги, а не человека. Каким-то образом у них получилась мудрая и чудесная девочка, моя внучка Мелисса.

- Моя дочь Элеонора никогда не интересовалась ничем, кроме потакания своим разнообразным прихотям. Она вышла замуж за Марселя только потому, что я ясно дал понять, что ей необходимо выйти за кого-то замуж. Иначе она так бы и носилась всю свою жизнь по Темной Стороне, как мартовская кошка. Я рассчитывал, что брак поможет ей повзрослеть. Я должен был узнать его по-лучше. Марсель игрок. Плохой. И думает, что я этого не знаю, дурак. У них есть сын, еще один мой внук Павел. Он всегда был загадкой для меня и своих родителей. Я бы назвал его подменышем, если бы не проверял его.

И это было все, что он был готов рассказать мне о своих самых родных и близких людях. Я взял кейс, удивленно хмыкнув от его веса, и кивнул Гриффин.

- Я дам вам знать, когда что-то знаю. Могу я спросить, кто рекомендовал вам меня?

- Уокер, - ответил он, и я вынужден был улыбнуться. Конечно. Кто же еще?

- Один последний вопрос, - сказал я. - Почему бессмертные все равно чувствуют необходимость составлять завещание?

- Потому что даже бессмертие не длится вечно, - произнес Иеремия Гриффин.

ГЛАВА ВТОРАЯ. КОРОЛЕВА ПЧЕЛ.

Когда сомневаешься, как со мной часто бывает, начни с места преступления. Возможно, преступники забудут что-то полезное, например, визитку со своими именами и адресами. На Темной Стороне случаются странные вещи. Покинув конференц-зал, я решительно обратился к дворецкому Гоббсу.

- Мне нужно увидеть комнату Мелиссы, Гоббс.

- Конечно, сэр, - спокойно ответил он. - Но, боюсь, вы ничего там не найдете.

Гоббс повел меня сквозь анфилады коридоров и проходов. Я уже начала думать, что мне придется спрашивать у кого-нибудь карту, если Гоббс решится дать мне ускользнуть. Все переходы и коридоры казались неестественно тихими и неподвижными. Было ощущение, что для такого большого Поместья, как Гриффин-Холл, в нем на самом деле живет на удивление мало людей. Единственными людьми, попавшимися нам по дороге, были слуги в униформе, и все они проскальзывали мимо нас с Гоббсом по широкой дуге, наклонив головы и опустив глаза. И в этот раз я сомневался, что вся моя заслуженная репутация была причиной их страха.

Наконец, мы добрались до старомодного лифта, раздвижные двери которого были отделаны латунью в стиле рококо. Очень художестенно отделаны. Гоббс небрежно оттянул тяжелые двери, выдавая немалую силу, и мы вошли внутрь. Кабина была достаточно велика, чтобы в ней поместилась интимная вечеринка, и стены были произведением искусства из цветного стекла. Гоббс задвинул створку двери и громким командным голосом сказал «Наверх». Пол лифта дернулся под моими ногами, и мы уехали. Для такого старого механизма поездка оказалась удивительно ровной. Я поискал номера этажей и не могл не заметить, что нигде в лифте не было ни индикаторов, ни пульта управления.

- Я не вижу в лифте ни одного индикатора или средства управления, Гоббс.

- Несомненно, сэр. Все лифты в Гриффин-Холле запрограммированы реагировать только на определенные голоса. Меры безопасности...

- Тогда как же похитители Мелиссы попали на верхний этаж?

- Отличный вопрос, сэр, и я уверен, что в должное время вы просветите нас.

- Хватит издеваться, Гоббс.

- Да, сэр.

Лифт остановился, и Гоббс откатил дверь. Я вышел в длинный коридор, по обеим сторонам которого шли ряды плотно закрытых дверей. Приятно приглушенный свет, голые стены без каких-либо украшений или орнамента и персидский ковер на полу. Все закрытые двери выглядели очень прочными. Я не удивился бы, если бы Гриффины запирали двери на ночь. Я бы обязательно это сделал в таком месте, как это. И с такой семейкой. Гоббс закрыл украшенные двери лифта, а потом подошел и остановился раздражающе близко от меня. Вторжение в чужое личное пространство - это стандартная тактика запугивания, но в свое время я укладывал вниз лицом Существ на Улице Богов, заставляя их плакать, как дети. Чтобы вывести меня из игры потребуется нечто большее, чем один черезчур возомнивший о себе дворецкий.

- Это верхний этаж, сэр. Все спальни семьи здесь. Хотя, конечно, не все член семьи всегда одновременно находятся в резиденции. Мастер Уильям и мисс Элеонора имеют собственное жилье в городе. Мастер Павел и мисс Мелисса нет. Мистер Гриффин требует, чтобы они жили здесь.

Я нахмурился. - Он не позволяет детям живут вместе с их родителями?

- Еще одна мера безопасности, сэр.

- Покажите мне комнату Мелиссы, - потребовал я, чтобы напомнить, кто здесь главный.

Он отправился по коридору. Это был длинный коридор с множеством дверей.

- Комнаты для гостей? – указал я взмахом руки.

- О, нет, сэр. Гостям запрещено оставаться, сэр. Под этой крышей спит только семья. Снова безопасность. Все эти комнаты - это семейные спальни. Так что каждый член может двигать их в соответствии с собственной фантазией, когда обстановка какой-то комнаты им наскучит. Мне дали понять, что для бессмертных скука может стать очень большой проблемой, сэр.

Мы прошли еще немного. - Итак, - начал я. – Что по-вашему случилось с Мелиссой, Гоббс?

Он даже не взглянул на меня. - Не могу знать, сэр.

- Но должно же быть у вас свое мнение?

- Я очень сильно стараюсь, чтобы этого не случилось, сэр. Мнения имеет право на жизнь исключительно как способ обеспечить надлежащее служение семье.

-Что вы делали до поступления сюда, Гоббс?

-О, я всегда был на службе, сэр.

Я мог в это поверить. Подобной надменности не достигнуть без долгих лет службы.

- А что насчет остального персонала? Неужели никто не заметил или не услышал ничего подозрительного или необычного до или после того, как исчезла Мелисса?

- Я очень подробно опросил весь персонал, сэр. Если бы они что-то знали, они сказали бы мне. Все.

- В вечер исчезновения Мелиссы вы незапускали в Поместье каких-либо необычных или нежданных посетителей?

- Люди всегда приходят и уходят, сэр.

Я подарил ему один из своих жестких взглядов.

- Вы всегда так уклончивы, Гоббс?

- Я делаю все от меня зависящее, сэр. Вот комната Мисс Мелиссы.

Мы остановились перед дверью, ничем не отличавшейся от прочих. Из прочной древесины, благоразумно заперта. Никаких очевидных признаков нападения или попытки взлома. Я нажал на латунную ручку, и она легко повернулась под моей рукой. Я толкнул дверь и заглянул внутрь. Комнате была совершенно пуста. Не плакатов с мальчиковыми группами на стенах, ни пушистых зверьков, ни обстановки. Просто четыре голые стены, голая кровать, и еще более голый деревянный пол. Ничего не указывало на то, что здесь когда-нибудь жила девочка-подросток. Я пристально посмотрел на Гоббса.

- Скажите мне, что ее комната не всегда выглядят так.

- Она не всегда так выглядит, сэр.

- Это Гриффин приказал вынести все из этой комнаты?

- Нет, сэр. Здесь все точно так, как я это нашел.

- Объясните, - произнес я с легкой угрозой.

- Да, сэр. Мисс Мелисса должна была присоединиться к остальным членам семьи за вечерней трапезой. Хозяин и Хозяйка всегда очень тверды в том, что все члены семьи должны ужинать вместе, находясь в резиденции. Мастер Уильям и мисс Элеонора со своим сыном, мастером Павлом, присутствовали, но мисс Мелисса опаздывала, что было совсем на нее не похоже. Когда она не явилась, меня послали ее позвать. Когда я сюда пришел, дверь была приоткрыта. Я постучал, но не получил ответа. Когда я отважился заглянуть внутрь, на тот случай, если она плохо себя чувствует, я нашел комнату такой, какой вы видите ее сейчас. Мисс Мелисса никогда не придавала особого значения удобствам или безделушкам, но это выглядит уже слишком. Я немедленно поднял тревогу, охрана обыскала Поместье сверху донизу, но не было обнаружено и следа мисс Мелиссы.

Я долго смотрел на него.

- Вы хотите сказать, - наконец выдавил я, - что не похитители не только забрали из Поместья Мелиссу – так, что никто этого не заметил, - но и вышли вместе со всеми ее вещами, да? И никто ничего не увидел? Вы это хотите сказать?

- Да, сэр.

- У меня в кармане ледит хорошая оплеуха с вашим именем, Гоббс.