Ветер перемен

— Будущее? — я с прищуром глянул на девушку. — Служить династии — это, по-твоему, будущее? — приподнял брови, пытаясь понять, насколько искренняя она в своих словах.

— Не предел мечтаний, — тут же вскинула она руки ладонями вперёд, улавливая мою иронию. — Но мы все кому-то служим. Мой род — далеко не самый худший вариант.

— Я служу только императору, — сухо выговорил, не желая продолжать этот разговор, но уйти мне не дали. Девушка перегородила и без того узкий проход между столиками.

— Гордый, значит? — нахмурилась она, упирая руки в бока.

— Знающий себе цену, — спокойно кивнул я. Уж теперь-то точно знал цену своего личного родового титула. Слишком много было вложено в него, чтобы соглашаться на потерю ради сомнительного служения.

— Недальновидный, — фыркнула Шентри.

Такие слова от девушки одного со мной возраста, а то и младше, смотрелись нелепо.

— Молодость — недостаток, который быстро проходит, а присяга чужому роду остаётся с тобой навсегда. Предпочитаю не совершать подобных поспешных поступков. И это как раз таки дальновидно, — парировал я, уже порядком подустав от этой словесной баталии, которая изначально-то смысла не имела.

— Скорее, глупо! — раздражённо бросила Шентри, постепенно выходя из себя.

На её повышенный тон начали оборачиваться гости кафе, официанты недовольно поглядывали на нас. Нужно было срочно менять стратегию, чтобы избавиться от этой привязчивой девчонки-скаута.

— Напомни, как твоё имя, — спросил я, делая шаг к ней.

— Оливия, — несколько нервно ответила она, задирая голову, чтобы продолжать смотреть мне в глаза.

— А родовое? — уточнил, наклоняясь к её лицу.

— Шентри, — вновь нахмурилась девушка, выговаривая мне как глупому ребёнку.

— А моё имя — Архарт Самвель. Если ты забыла, то это имя моего отца и его отца, — я взял её за плечи и слегка развернул, чтобы освободить место для прохода. Напоследок наклонился, приблизил губы к её уху, тихо и насмешливо проговорил: — Оказавшись в академии, я всегда буду Самвелем, а ты будешь одной из тысячи Шентри.

Обойдя оторопевшую девушку, я уверенным шагом дошёл до дверей и выбрался на улицу, не оборачиваясь. Направился к гостинице, на ходу расстёгивая верхние пуговицы — после обеда существенно потеплело, так что спина под плотной тканью взмокла.

В гостинице за стойкой администратора меня встретили вежливой улыбкой. Но тут вперёд проскользнула Асил, быстро утрясая все вопросы с документами. Она зарезервировала две комнаты. Одну маленькую — для Ройта, и одни покои, состоящие из комнаты и небольшой гостиной, в которой и должны были разместиться мы с ней.

Ройт, дежуривший в холле, тут же подбежал к нам, сверкнул зубами от радости. Асил быстро обговорила с ним сложившуюся ситуацию, и пока отправила отдыхать к себе. Вслед за улетевшим по ступенькам Ройтом, мы тоже начали подниматься на второй этаж, где и располагался наш временный дом.

— Не думала, что скажу это, но ваш поступок достоин аристократа, господин, — раздался вздох Асил за моей спиной, как только мы дошли до нашей комнаты.

— Я не разбирался в ситуации подробно, — ответил я сжато, проворачивая ключ в замке и открывая дверь.

Вошёл внутрь, оглядел помещение: гостиная для Асил пусть и была небольшой, но уютной, со столиком, парой стульев и узкой кроватью, приткнувшейся в углу. Также был камин, свежие дрова в нём для растопки. На столе стояла ваза с маленьким букетиком красных мелких цветов.

Закончив осмотр, продолжил:

— Но из той информации, что имеется в общем доступе, примыкать к династии сейчас — не самое лучшее решение. По сути, это красиво обставленное рабство. Огромная империя внутри империи, где есть свои чины, свои законы, свои наказания. Скакать по лестнице с кучей других вассалов меня не прельщает. С другой стороны, — я коротко выдохнул сквозь зубы, стащил с себя плащ, бросил его на спинку стула, распахнул двери в свою комнату. Мельком обратил внимание, что мои чемоданы уже были разобраны, одежда висела в шкафу, дверцы которого были раскрыты. Асил прошла за мной, внимательно слушая мои размышления. — Слова этой девчонки Шентри не лишены общего смысла. Её род — не самая сильная династия, но даже они могут развить мой талант на должном уровне, у них есть довольно большое количество сильных магов. Их наставники лучше, чем в академии, как и их тренировочные лагеря, где они готовят личные магические армии, не говоря уже об организованной охоте на монстров: без постоянной нагрузки сложно прогрессировать. Это мне, можно сказать, повезло встретить того червя в штоке, — я усмехнулся и покачал головой. Вспоминая мой тогдашний ужас, сложно было поверить, что в целом я благодарен судьбе за эту встречу. — Моё тело подверглось сильному стрессу и испытанию, что активировало дар. В академии дают лишь базовые знания, информацию и практику, учат контролю. Но есть одно неоспоримое преимущество академии над династиями — они предоставляют шанс, право выбора. Закончив академию, я смогу самостоятельно распоряжаться своей судьбой. Но это сейчас не так важно, — взмахнул рукой, как будто физически отбрасывая неуместные мысли. — Важнее всего сейчас дождаться Катрин. Плохо, что я не спросил у дворецкого, куда они поехали…

— Он бы не дал ответа, будь вы хоть её братом, хоть отцом. Маршрут благородных, сами понимаете, он не смог бы ничего рассказать, — подтвердила мои собственные мысли и выводы Асил.

— Понимаю, — с тяжестью в груди кивнул я.

— Кажется, в графике занятий была пометка, что второй курс начинает учёбу через неделю, — глаза телохранительницы хитро сверкнули. — Потерпите немного. Как раз будет время, чтобы всё обдумать и не совершить глупостей, — голос Асил звучал наставительно.

— Уже всё обдумал, — мои губы растянулись в загадочной ухмылке.

Асил недовольно покачала головой, провожая меня взглядом. Видимо, девушку тревожило, что я могу выйти из себя и наломать дров. В принципе, она была не так уж и далека от реальности.

Однако полная происшествий дорога меня утомила. Приняв душ, решил слегка подремать, да так и проспал до утра. Сетовать на Асил за то, что не подняла меня вчера, не стал: всё равно на тот момент вряд ли смог бы что-то толковое сделать. Зато сейчас у меня выстроился вполне стройный план. Пока Катрин была для меня недоступна, следовало обзавестись информацией о моём возможном противнике. Да и ещё одно дело в столичной администрации у меня было.

Так что, позавтракав в том же кафе, мы с Асил направились в городскую ратушу, оставив Ройта на хозяйстве. Я разрешил ему походить по местным оружейным лавкам, но строго-настрого запретил ввязываться в перепалки хоть с кем-то. Глаза открыты — рот закрыт.

В ратуше я довольно быстро выяснил, в какой из кабинетов мне необходимо попасть, чтобы завершить процесс полного вхождения в титул барона. Там меня принял серьёзного вида сухонький старичок. Осмотрев меня строгим взглядом и внимательно прочитав взятые с собой бумаги, подтверждающие мою личность, совершеннолетие и уплату пошлины, он наконец опустил на бумагу тяжёлую печать, оставляя оттиск, подтверждающий закрепление за мной статуса главы рода Самвелей.

— Поздравляю, молодой господин, — прошелестел он и вновь зарылся в свои бумаги с головой.

— Благодарю, — чинно проговорил я. — А не подскажете, где я могу получить информацию по родовому древу рода Жаронд?

— По коридору направо, третья дверь слева, — тут же протараторил хозяин кабинета, явно жаждя пока его оставят одного.

Я вышел, прикрыл за собой дверь, натыкаясь на колючий взгляд Асил из-под сведённых бровей.

— И что же тебе на этот раз не нравится? — спросил я с усмешкой, направляясь по указанному маршруту.

— Скажите, зачем вам эта информация, господин? — уточнила она, следуя за мной.

— Сама же говорила, что надо всё обдумать. Для этого нужно узнать своего врага, — я оскалился в подобии улыбки, пугая проходящую мимо миловидную девушку.

Асил мой ответ почему-то не устроил, но и возражать она не стала.

Дойдя до указанного кабинета, я оформил запрос на Жарондов, получил выписку. Отошёл, сел на диванчик неподалеку и принялся изучать. Ведь Кларенс явно за Катин не доплачивал, приданного, как такового, у неё не было. Так чем же заинтересовала такой довольно высокий по положению род моя сестра? Вспомнив Катрин, я вполне объективно мог сказать, что она красива. Вероятно, это был один из мотивов молодого наследника… И тут моё тело сковало напряжение: жених Катрин не был наследником. Являясь третьим сыном в роду, он не получал в наследство практически ничего. Теперь стремление этого рода соединить его с Катрин стало ещё более непонятным.

Жаронд старший, отец жениха, был важной персоной — граф, советник герцога Ноктуа, казначея самого императора. При желании, он мог выбрать своему отпрыску партию куда как богаче и знатнее Катрин. Так зачем же они согласились на эту помолвку? Почему выбрали именно мою сестру? Для чего?

Количество вопросов лишь увеличивалось, только вот ответы на них в городской ратуше мне дать не могли. Однако бывает полезно немного пожить среди отбросов — я прекрасно знал, где можно раздобыть самую интересную и скандальную информацию о благородных господах и дамах.

Поймав карету, мы добрались до кабака в третьем круге города. На этот раз Асил я брать с собой внутрь не стал, в приказном порядке потребовав, чтобы девушка стояла у входа. Недолго поспорив, она всё-таки мне уступила, недовольно сверкнув глазами.

— Если меня убьют, виноват буду сам, — хмыкнул я, заходя в злачное заведение.

Здесь меня никто не собирался провожать к столику, но я прекрасно справился с этим сам, быстро находя свободный. Через несколько минут ко мне, качая аппетитными бёдрами, подошла официантка — симпатичная девица с таким глубоким вырезом на груди, что от созерцания колыхающихся белых полушарий становилось то жарко, то холодно.

Завивая светлый локон на длинный пальчик, она наклонилась ко мне.

— Не хочет ли господин компании? — явно намекая на себя в качестве оной.

Я незаметно сглотнул образовавшийся в горле ком, но справился с собой, помня о деле, которое меня сюда привело. Достал из внутреннего кармана серебряную монету, вложил в протянутую ладошку, на несколько секунд задерживая пальцы на её чуть шероховатой коже.

— Милая, мне нужен тот, кто знает много сплетен о местной знати, и кувшин хорошего вина, — проговорил я, проникновенно глядя ей в глаза.

Девушка оказалась понимающая, сверкнула взглядом и выпрямилась, бросив:

— Вино там нужно попроще.

Официантка исчезла, а через пару минут на соседний стул за мой столик упал взлахмоченный тип в неопрятном плаще с красными глазами и несвежим дыханием.

— Ты хотел меня угостить, — прохрипел он, даже не глядя на меня.

Впрочем, мне этого и не надо было. Девушка принесла нам вина, налила бродяге стакан. Тот тут же жадно присосался к нему, как утопающий в песках пустыни к оазису. Пока этот тип был занят, официантка склонилась ко мне и почти ласково проговорила:

— Не давайте ему выпить всё сразу, господин, пусть сначала расскажет, что нужно.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Вы очень мне помогли.

— За те деньги, что вы мне дали, я бы могла сделать для вас куда больше, — со смешком подмигнула мне девушка.

Я на мгновение онемел, захваченный в ловушку собственным воображением. Но хрюкающие звуки рядом быстро вернули в реальность: бродяга прикончил первый стакан и потянулся за добавкой, но я быстрым движением перехватил графин.

— Так что вы хотели узнать, господин, — догадливо среагировал мужик, продолжая пожирать жадным взглядом содержимое графина.

— Что ты можешь сказать о третьем сыне рода Жаронд?

— Ну вы нашли о ком спросить, господин хороший, — хохотнул бродяга.

Такая реакция ничего хорошего для Катрин не сулила, я нахмурился:

— Расскажи всё, что знаешь, и графин твой, — махнул я рукой.

— Понимаете, господин… — слегка замялся бродяга, но лёгкое покачивание вина в графине быстро настроило его на нужный лад. — Поганец он тот ещё, такие слухи ходят. Даже хуже говорят, будто он душегуб — служанок убитых молоденьких из его дома периодически таскают. Папаша его всё ждал, что остепенится стервец, но нет. Теперь поговаривают, что женят его на какой-то провинциалке. Её он тронуть не посмеет, родовитая она, говорят, да ещё и магесса в придачу.

— А что с этим Жарондом не так? — собственный голос вышел хриплым, горло сковал спазм.

— Да кто ж его знает, — пожал плечами бродяга. — Видимо, в детстве как-то подкинули, да не поймали. А жалко…

— Чего? — не понял я.

— Да кобылка-то эта провинциальная у виконтёнка хороша, я бы ей под хвост как вду…

Договорить этот ублюдок не успел, потому что моё тело сработало раньше головы, и сжатый кулак с хорошим размахом влетел в челюсть уличного отброса.

Бродяга с грохотом полетел со стула, вопя от боли. Боковым зрением я заметил, как в кабак влетела Асил, но категорично покачал головой: не лезь.

Бармен за стойкой набросил полотенце на плечо, откуда-то из подсобного помещения появилось двое громил в майках, открывающих могучие руки, покрытые шрамами.

— Нельзя так делать, молодой господин, — покачал головой бармен. — За это наказание есть.

Громилы устремились ко мне, но я не собирался с ними драться. Резко встал, вскинул руку, уже привычно призывая силу и заставляя разряд молнии сверкнуть в пространстве между мною и вышибалами. Раздавшийся треск заставил бармена побледнеть, а вышибал застыть на месте. Как, впрочем, и официанток, и редких посетителей кабака.

— Так какое там наказание? — с металлом в голосе спросил я, смотря в глаза бармену.

— Наказание? Я сказал, наказание? — он заметался. — Старый стал, простите, что-то не то ляпнул.

Глава 3

Чужие интересы

Я обвёл глазами замерший кабак. Как-то сразу бросились в глаза избитые столы, засаленные столешницы, не первой свежести полотенце на плече бармена, побелевшего от страха… Казалось, что за последнее время я существенно потерял в брезгливости, но сейчас мне стало противно до тошноты. Сжал зубы, опустил руку. Мои действия сопровождались общим вздохом облегчения. Мне не стоило тут задерживаться дольше, тем более что я уже узнал всё, что было необходимо, продолжать разговор было бессмысленно, да и вряд ли бы он сложился хорошо, учитывая обстоятельства. Скривившись, прошёл мимо столиков, заставляя редких гостей шарахнуться от меня в разные стороны. Кто-то запнулся об стул, тот с грохотом полетел на пол, на этот звук отреагировали громилы, обратив всё своё внимание туда, а про меня как будто забыли.

Я стремительно вышел из здания. Огляделся, чувствуя неприятную потерю чувствительности в правой руке, через которую недавно пропустил молнии. Что-то было не так, раньше такого эффекта не было, на дирижабле всё прошло лучше.

Неподалёку карета только освободилась от пассажиров и стартовала в поиске новых.

— Господин… — раздалось за спиной.

Но я только отмахнулся, почти на ходу запрыгивая в подъехавшую карету.

— Всё потом, Асил, — проговорил сквозь зубы.

Девушка назвала извозчику адрес гостиницы, я добавил мелкую монетку за скорость. Свистнул кнут, и карета понеслась по улице, гремя колёсами по брусчатке — извозчик честно отрабатывал увеличенную плату.

Я вжался в стенку, сжимая в руках полы плаща: старался не касаться Асил, потому что в теле бродила странная сила, как будто потрескивая разрядами под кожей. Выпустил плащ, сжал руки в замок до побеления пальцев, как будто замыкая и кольцуя движущуюся энергию, не давая ей вырваться наружу.

Асил понятливо молчала, не трогая меня и не пытаясь заговорить, за что я был ей благодарен.

Я не следил за дорогой, мелькающие за окном дома слились для меня в одно цветастое пятно, все мысли были направлены вглубь себя на удержание пугающей дрожи тела. Хотелось как можно скорее оказаться подальше от людей, чтобы суметь обуздать тот хаос, что творился внутри.

Выбрался из кареты и дошёл до нашей комнаты, одним волевым усилием не дав энергии вырваться и разнести что-нибудь поблизости. Почему-то мне казалось, что последствия будут довольно разрушительными. Поторопился пройти в свою комнату, повернул замок, закрывая дверь. К тому моменту вся энергия как будто решила скопиться в правой руке, уже полностью потерявшей чувствительность.

Я принялся её растирать, но это вызывало лишь боль, при этом не принося облегчения. Кровь как будто застыла.

Сбросил плащ прямо на пол, опустился на кровать. Морщась от неприятных ощущений, расстегнул пуговицы на манжете, закатал рукав рубашки, осмотрел руку: кожа побледнела, резко выделились набухшие синие вены. Пальцы разгибались с трудом, их всё время как будто что-то скрючивало и стягивало к ладони. Видимо, не стоило мне так бездумно задействовать силу. Да, тогда в дирижабле у меня всё получилось провернуть довольно аккуратно, без последствий и лишнего шума, а сейчас более сильные эмоции наложились на угрозу для жизни или, как минимум, здоровья, и получилось то, что получилось.

По-хорошему, мне не стоило давать магии выход, но на тот момент я об этом задуматься не успел. И сейчас мысли метались в черепной коробке, сталкиваясь друг с другом и создавая путаницу, не давая мне сосредоточиться на чём-то одном. Но во всей это неразберихе на первый план выходило лишь одно: после того, что я узнал о третьем сынке рода Жаронд, мне было банально страшно за Катрин.

Я лёг на кровать, закрыл глаза локтём, пытаясь выровнять всё ещё рваное дыхание. Рациональная часть сознания приводила аргументы в пользу того, что этот умалишенный не нанесёт сестре значительного вреда по тем же причинам, о которых упоминал пьянчуга: она при титуле и при статусе ученицы академии. Папаша Жаронд не захочет иметь дел одновременно пусть далеко не с самым именитым, но всё-таки аристократическим родом, и при этом отвечать на вопросы дознавателей, которых наймёт академия при нанесении серьёзного вреда здоровью её студентки.

Однако с другой стороны, кто даст гарантию, что этого психа не перемкнёт где-нибудь в путешествии, и он не навредит Катрин, просто выйдя из себя? И никакая гувернантка, наличие которой предполагала Асил, не поможет, никто из прислуги никогда не пойдёт против хозяина, что бы ни происходило. Катрин, конечно, может сама попробовать защититься магией, только вот я понятия не имел, какой силы у неё дар и как он управляется. Да и сестра при всём этом должна понимать, что за нанесение вреда пусть и ненаследному, но сыну высокопоставленного рода, ей тоже придётся несладко… Ещё побоится использовать магию, думая, что это семейство может навредить мне…

Я зарычал, утыкаясь лицом подушку. Как ни крути, не было никакой уверенности в том, что моё ожидание будет вознаграждено. Что-то внутри так и призывало действовать, а не сидеть на месте и покорно дожидаться приезда сестры. Только вот что я мог?

Граф не будет со мной разговаривать, имел право вышвырнуть меня вон, как собаку, положение позволяло. А если он ещё после моего визита решит связаться с Кларенсом, то дядюшка по-любому надумает какой-нибудь способ, как меня подставить. Сейчас, после моего хода с Хантером, Кларенс явно в ярости. В итоге станет только хуже…

Я не смог лежать на одном месте, поднялся, стал наворачивать нервные круги по комнате, продолжая разминать руку, к которой, казалось, начала возвращаться чувствительность. Но создавалось ощущение, что маленькие заряды со всего тела решили перейти и обосноваться где-то в груди, за рёбрами противно пощипывало. Сердце ускорило свой бег настолько, что рефлекторно прижал руку к груди со стремлением простым физическим давлением притормозить его. Но лишь почувствовал отдачу биения в ладонь.

— Надо успокоиться, — проговорил я сам себе, прислушиваясь к сиплому голосу.

Попытался дышать размеренно, считая шаги вслух и сосредотачиваясь на звуке. Вдох — шаг, выдох — шаг. Вместе с моим бегом по комнате постепенно замедлилось и разогнавшееся было сердце. Шаровая молния в груди вроде бы поутихла.

Тут раздался стук в дверь.

— Господин, можно, я войду? — голос Асил был размеренным, беспокойства в нём не чувствовалось.

Что ж, меня где-то даже радовало, что, несмотря на моё состояние, девушка не испытывала ко мне страха. Хотя по мнению того же Никса, она моей магией на завтрак закусить могла и не поморщиться. Во что лично мне, правда, всё ещё верилось с трудом.