Чернобуров #2 - Таежные войны

— Я сказал, поговорим позже. Когда все кончится.

— Ублюдок! — бросила девушка и резко развернулась, хлестнув меня волосами по лицу.

Как она прекрасна в гневе. Да и в целом… Правда, если мне не изменяет память, у Юлии есть жених.

Почему я об этом думаю? Мне в любом случае вряд ли что-то светит после того, что случилось здесь сегодня.

— Ваше сиятельство! — подошел один из моих офицеров. — Как вы? О, великая Лисица… Барон Иволгин…

— Среди вас есть целитель? — спросил я.

— Никак нет. Сейчас вызовем.

Хорошо, что мой отец, Петр Чернобуров, не поскупился в свое время и обеспечил всех офицеров гвардии служебными мобилетами. Без хорошей связи между подразделениями на поле боя делать нечего.

Скоро прибыл целитель, а вместе с ним — человек, который представился исполняющим обязанности командира. Он был высок, широк в плечах и бородат. Одновременно обладая мощным телом, добродушным лицом и ослепительной улыбкой, мужчина был похож на былинного богатыря. Голос у него был под стать, низкий и глубокий, как у медведя:

— Здравия желаю, ваше сиятельство, — козырнув, прогудел здоровяк. — Владислав Молчанов меня зовут.

— Помню тебя, Владислав, — кивнул я. — Ты командуешь стрелковым взводом, не так ли?

— Так точно. Разрешите докладывать?

Немногословный. Это мне даже нравится. Сейчас не время болтать.

Пока целитель занимался моими ребрами, Владислав рассказал, как сложилась обстановка на поле боя.

Стрелковый взвод прибыл на место первым, вскоре после того, как гвардия была поднята по тревоге. Они столкнулись с бойцами Шершневых, которые успели окопаться, и ждали прибытия врага. Завязался бой, в начале которого наш взвод понес потери, но затем сумел перехватить инициативу. Они стали постепенно выдавливать Шершневских, а когда пришло подкрепление, то решили, что теперь-то уже все, победа близка.

Но оказалось, что все это время резерв противника прятался неподалеку. Подходящие силы нашей гвардии обстреляли из пушек, применили какой-то мощный артефакт, а затем под прикрытием магов ударили во фланг. Битва разгорелась с новой силой. Богдан выбыл из строя, и командование принял Влад. Следуя его приказам, бойцы сумели избежать окружения, а потом и вовсе разбить противника. Сначала рассеяли резерв, затем выбили основные силы с укрепленных позиций.

Большую помощь оказала бронемашина. Она выдержала прямое попадание из гаубицы и с десяток заклинаний. Стрельба ее сверхмощного орудия вносила панику в ряды неприятеля. Машина потратила весь боезапас, но сумела ликвидировать сильных вражеских магов и пушки.

— Какие у нас потери? — спросил я.

— Пока трудно сказать, — Владислав качнул большой головой. — Человек сорок-пятьдесят убитыми. Покалеченных и тяжело раненных, кого целители не смогли поднять — еще столько же.

Итого — половина гвардии. А также уничтоженные при обстреле грузовики и орудия.

— Офицеры?

— Богдан Богданович ранен, как вы уже знаете. Командир артиллеристов погиб.

— Готово, ваше сиятельство, — сказал целитель. Его руки, до этого окутанные мягким серебристым светом, погасли. — Как себя чувствуете?

Я встал со стула, глубоко вздохнул и кивнул:

— Спасибо, любезный. Все замечательно.

— Тогда займусь солдатами.

Я снова попытался дозвониться до Олега, с тем же результатом. Его аппарат не работал. Что же там случилось?

И как дела у Мокрухи?

* * *

Иван до сих пор не мог привыкнуть, что он теперь Причернобуров. Наверное, дело в том, что хоть по документам фамилия новая — все вокруг называли Ивана по старой. Уж очень звучная досталась.

И под стать выбранному ремеслу.

Когда Мокруха начал служить в императорской армии, он не думал, что будет разведчиком. Мечтал попасть в кавалерию, хотя знал, что и ростом не вышел, да и кавалерия уже не та, что прежде. На конях только передвигались, а сражались обычно пешими. Все отличие от пехоты — короткие карабины вместо длинных винтовок и мундиры другого цвета.

В итоге Ивана в кавалерию не взяли и определили в разведку. Когда на Кавказе вспыхнул конфликт, Мокруха излазил все тамошние горы, от Черного моря до Каспийского и обратно. Орудовать приходилось ножом и взрывчаткой — исподтишка резать глотки, взрывать склады с боеприпасами и провизией.

Так себе работенка.

Поэтому когда очередная кавказская война закончилась, Иван нашел способ уйти из армии. Правда, он уже не представлял, чем можно заняться, кроме ратного дела. Помотался по стране и неожиданно для себя осел в Сибири, где поступил на службу в гвардию графа Чернобурова.

После гибели главы рода хотел уйти, но Богдан Богданович, верный Чернобуровым до мозга костей, убедил его остаться. Мокрухе нравился Богдан, и он поддался на уговоры. А когда юный Георгий Петрович очнулся и принялся за дело, Иван ни капли не пожалел, что остался.

Оказалось, что все это время Мокруха скучал по тихим скрытным операциям. Ведь он умел это лучше всего в жизни! Когда Георгий предложил создать диверсионный отряд, Иван с восторгом ухватился за эту идею. Хотя внешне никак не показал своей радости.

А теперь, когда началась война и ему велели захватить живыми членов вражеского рода, Иван был почти что счастлив. Он мечтал выполнить задание идеально и проявить себя, чтобы потом сказали: если б не отряд Мокрухи, то война бы закончилась совсем иначе.

Тщеславно? Да. Ну а что в этом плохого?

Да дело и не только в тщеславии. Иван никак не ожидал, что юный граф примет его в официальные слуги рода и дарует новую фамилию, а вместе с ней, значится, и покровительство Чернобурой Лисицы. Большая честь, которую Причернобуров-Мокруха стремился оправдать.

Поместье Шершневых охранялось превосходно. И располагалось, сука, на холме, окруженное высокими стенами. В радиусе полутора километров — ни одного дерева, подкрасться не выйдет. Охранники в боевой готовности, тут и там стоят охранные артефакты. Летают туда-сюда призрачные шары. Если попадешь в поле чувствительности, маг в поместье мигом узнает, что рядом чужак.

Сложная задачка. И поэтому Иван вдвойне сильнее хотел расправиться с ней так, чтобы все ахнули.

— Ну что? — спросил он у Харитона.

Харитон, маг иллюзий, который получал самое большое жалованье в отряде, недовольно сморщил нос:

— Работаю. Тут столько всего понатыкано, хрен спрячешь ауры. А ты еще и зеркало сверху хочешь.

«Зеркалом» на сленге иллюзионистов называлась магическая оболочка, покрывающая тело. Как следует из названия, она отражала все вокруг и позволяла оставаться незамеченным. Не полноценная невидимость, но маскировка отличная. А чтобы создать невидимость на весь отряд, у Харитона не хватило бы сил.

— Ща, немного осталось, — пробурчал тот, продолжая сосредоточенно хмуриться.

— Командир, шарики по определенному маршруту летают. Он не меняется, — шепотом сказал другой боец и передал Мокрухе бинокль. — Видите стену с западной стороны, где вьюнок? Если в нужный момент выдвинемся, за семь минут до того места доберемся и проникнем внутрь, ни с одним шаром не столкнемся.

— Охренительно было бы, — пробормотал Харитон. — С охранными артами проще разобраться, чем с этими плевками летучими.

— Только непонятно, что нас ждет за стеной, — сказал Иван и поскреб щетину на шее. — Ладно, будем действовать по обстановке. Ты, ты и ты со мной, — он поочередно ткнул пальцем в выбранных подчиненных. — Пойдем вчетвером. Остальные — через пять минут после нашего выхода начинайте отвлекающую атаку. Со всей мощи палите, чтоб решили, будто это полноценный штурм.

— Так нас восемь человек останется, командир. Какой штурм?

— Я вас что, зря учил? Разбейтесь на пары, стреляйте с разных сторон. Больше шума и огня. Да и Харитон с вами остается, напустит страху на врага.

— Угу, — недовольно промычал тот. — Могу даже пушку сотворить. Только быстро поймут, что это пустышка.

— Не важно. Нам только отвлечь…

Через пять минут группа проникновения, накрытая несколькими слоями иллюзии, побежала к забору. Они не издавали звуков и запахов, не излучали никаких магических волн и были почти невидимы благодаря зеркальной оболочке. Как только группа приблизилась к забору, оставшиеся члены отряда устроили фейерверк.

Зазвучала канонада выстрелов — вслед за россыпью винтовочных бахнула пушка. Какое-то заклятие ударило в купол, заставив его сверкнуть. Перелезая через забор, Мокруха бросил взгляд и увидел, что в километре от поместья стоит фантомная пушка, а с разных сторон якобы занимают позиции такие же фантомные солдаты.

Иван знал, что это грубые иллюзии, даже без лиц. Но издалека разве разберешься?

Диверсанты оказались в западной части главного двора. Пропустили мимо себя группу бегущих солдат, которые даже не взглянули в их сторону. Мокруха жестами показал — заходим.

Внутри дома они поймали спешащего в подвал дворецкого. Когда невидимые руки схватили его, зажали рот и запихнули в темную кладовку, бедолага лишился чувств. Но от запаха нашатырного спирта пришел в себя. Мокруха сдвинул часть иллюзии, как Харитон его научил — не развеял, ведь он не смог бы создать заклятие заново. Просто убрал часть зеркала в сторону, открывая лицо. И руку с ножом.

— Слушай внимательно, повторю один раз. Мне проще взять другого, чем тебя уговаривать, — прижимая клинок к горлу дворецкого, быстро проговорил Иван. — Граф Шершнев в поместье?

Мужчина отрицательно помотал головой.

— Его семья в поместье?

Согласные кивки.

— Отведи меня к ним.

— Они в бункере. Туда не попасть.

Мокруха ненадолго задумался, постукивая кончиком ножа по носу дворецкого.

— Веди. Повторишь то, что я скажу, слово в слово.

Скоро они оказались возле тяжелой металлической двери, покрытой защитными магическими печатями. Дворецкий постучался и громко объявил:

— Ваше сиятельство, все кончено! Граф передает, что мы победили!

На самом деле снаружи продолжалась фантомная битва — интересно, как долго люди Шершневых смогут воевать с иллюзорным противником? Грохот выстрелов долетал и сюда, но Мокруха активировал артефакт, гасящий звуки, поэтому казалось, что снаружи стоит спокойная тишина.

Громко загремели тяжелые замки, и дверь бункера не спеша открылась. На пороге показался юноша лет пятнадцати. За его спиной в комнате сидели взрослая дама и две помоложе — одна беременная, лет двадцати двух, и другая помладше, лет четырнадцати.

Диверсанты кинулись вперед. Юношу оглушили, распахнули дверь и ворвались в бункер. Дворецкий тоже получил рукояткой ножа по затылку и обмяк.

Взрослая женщина — графиня Шершнева, надо полагать — попыталась создать какое-то заклинание. Иван был вынужден сотворить камень и оглушить ее тоже. Заклятие развеялось, но Мокруха почувствовал, как отреагировали на боевую магию охранные артефакты.

— Арты сработали, — сквозь девчачьи визги процедил Мокруха. — Держите коридоры. Э! Тихо! — он сдвинул иллюзию, показывая Шершневым свое лицо. — Слушайте внимательно. Меня зовут Иван Причернобуров, вы захвачены в плен. Можете не орать, я активировал артефакт тишины, вас никто не слышит. Пойдете с нами, ясно? Клянусь Чернобурой Лисицей, что вам не причинят вреда и будут обращаться как положено.

— Вы не имеете права! — возмутилась беременная.

— Лучше заткнись. Идет война, мы имеем право перебить вас всех, — Мокруха ни за что бы не тронул беременную, но припугнуть никто не мешает. — Встали и пошли!

Выбраться из поместья оказалось гораздо сложнее, чем войти. В пылу ненастоящего сражения на слабый сигнал охранных артефактов никто не обратил внимания. Но все равно, пришлось потрудиться, чтобы незамеченными выскользнуть из дома. Очень помогло, что заранее посланный боец устроил пожар в противоположной, восточной части подвала.

Диверсанты, которые устраивали иллюзорное нападение, отступили. Как будто почувствовали, что сейчас самое время.

Одним словом, вскоре Иван и его люди добрались назначенного места. Там был замаскирован автомобиль, в который сунули связанных пленников. Подошли остальные во главе с Харитоном. Никто из них не пострадал, не считая мелких ранений.

Мокруха кивнул и достал мобилет.

— Поздравляю, бойцы, мы справились на отлично. Алло? Ваше сиятельство, это Иван.

— Рад тебя слышать, — раздался усталый, но по-прежнему твердый голос юного графа.

— Задание выполнено. Жена и дети графа Шершнева у нас. Правда, есть одна проблема…

3

— Все равно, одна из лучших новостей за весь день, — сказал я. — Что за проблема?

— Здесь беременная. И она, млять, рожает!.. — на фоне, как подтверждение, раздался женский возглас.

— Вот как, — хмыкнул я. — Ну, среди вас же есть целитель? Справитесь как-нибудь.

— Придется, — буркнул Иван.

— Кто-нибудь пострадал?

— Никак нет. Наши тоже все в порядке.

— Вас засекли?

— Обижаете, Георгий Петрович! Снаружи провели отвлекающий маневр, но внутри сработали тихо. Возможно, враг считает, что семья Шершневых до сих пор в бункере.

— Прекрасно. Спрячьте заложников и охраняйте. Обращайтесь с ними вежливо. Выходить на связь только со мной.

— Так точно, ваше сиятельство.

— Ты молодец, Иван. Увидимся, когда все кончится.

— Спасибо, граф!

Я положил трубку. Близился вечер. На сегодня боевые действия были окончены, но предстояло подготовиться к завтрашнему дню. Моя гвардия, спешно зализав раны, отправилась к поместью Сплюшкиных. Хотя двое мужчин из рода, включая главу, погибли, оставались еще старший сын, жена барона и младшие дети. Я не собирался убивать их всех, но намеревался взять поместье штурмом. А для этого — осадить и начать артиллерийский обстрел, чтобы врагам не сладко спалось.

Судя по данным разведки, вся гвардия Сплюшкиных за исключением охраны дома сражалась у поместья Иволгиных. То есть — была полностью уничтожена.

У Шершневых еще оставались силы. Вполне возможно, что у них было даже больше людей, чем у нас. Но после поражения под поместьем Иволгиных они предпочли отступить в свою казарму и занять оборону. Граф и его старшие сыновья, насколько я понял, были там же.

Дозвониться до Олега я так и не смог. Отправил людей проверить, что случилось на месте предполагаемой засады. Никаких новостей пока не получил. Несколько раз думал позвонить Косте, но не стал. Если он по-прежнему в плену и его мобилет у врагов, не стоит провоцировать. Впрочем, теперь, когда у нас тоже были заложники, я не так сильно беспокоился за его судьбу. А вот как там Аллочка, меня тревожило…