Крапленые карты

— Естественно, нет… Нет никаких денег.

— Ну так и сам не задавай идиотских вопросов. И делать вид, что вы все вне системы, тоже не стоит. Хочешь, четыре неприметных банка разорятся, перейдя под управление государства, которое возглавляет мой отец? Это не шантаж, а просто показываю уровень возможностей. Мне всё равно, на кого ставить — на вас или нелегалов, но вы более… свои, что ли. С проверенной временем организацией лучше сотрудничать, чем воевать.

— Борзый ты, княжич. Если решишься шантажировать, то на тебя тоже много компромата наберём.

— Так не тяните. Смело выкладывайте в сеть! А потом герой Сувальской битвы расскажет всем, что давно внедрился в преступную организацию и… Аресты главарей последуют незамедлительно в подтверждение моих слов. Начну даже не с вас, а с ближайших родственников. У тебя, Тихон, две дочери в очень приличных заведениях обучаются, искренне считая, что папочка денежку делает, имея рудники на юге. Интересно, будут ли они рады оказаться разнорабочими на этих самых рудниках? По остальным информация тоже полная лежит в засекреченных файлах. Копили давно, долго и с удовольствием, ожидая правильного момента. Если посчитаете нужным взъерепениться, то умными людьми разработано несколько шикарных планов, как привести вас на виселицу под общие аплодисменты окраин.

— Не бери на понт. Не получится, — совсем неинтеллигентно сплюнул главарь на пол.

— Получится. Дураков здесь нет, поэтому риски просчитывать умеете… И выгоду тоже! Даю три дня на согласование позиции, а после: либо война по всем направлениям, либо договариваемся, как деловые люди. Всего хорошего! Наслаждайтесь последними спокойными деньками!

Вышел, мысленно утирая пот со лба. Впервые побывал на бандитской сходке. Ощущения странные. С одной стороны, расстрелять их длинной очередью хочется, но с другой… Там такая сильная аура у мужиков! Если они примут мою сторону, то позиции Рода Тулиных усилятся в несколько раз. Преступники? Однозначно! Но в них не чувствуется маньячной кровожадности — лишь прагматичный интерес к прибыли.

Они создали организацию, которая хоть и вне закона, но пользуется теми же методами, что и официальные политики. Про их главаря Тихона ”Миногу” нарыто реально много. Мне Малюта устал о его “подвигах” рассказывать. Причём начальник СБ делал это с некоторым восхищением в голосе, под конец признавшись, что такого мастера с удовольствием вместо себя поставил — Род бы только выиграл.

Осталось выяснить, насколько я сам приглянулся Тихону. Это только с виду “братва” свободна в своём волеизъявлении, но на самом деле вякнуть против Миноги никто не посмеет. Будем ждать…

Ровно через три дня в указанное место прибыл на очередную бандитскую сходку.

— Смелый. Без охраны, — достаточно добродушно сказал один из главарей. — Думал, что дальше сортира один не появляешься.

— В сортир тоже с охраной, бывает, хожу, — проинформировал я с лёгкой улыбкой. — Но тут у нас не срач, а более интимное дело намечается. Нам лишние людишки не нужны… Так чего порешали?

— А где гарантии, что ты, княжич, на большее не позаришься? Слухи о тебе недобрые ходят, — спросил Тихон.

— Вот, — положил я на стол стопку бумаг. — Там и про гарантии, и про ответственность сторон. Договор подписывать не надо. Ознакомитесь прямо здесь, позадаёте мне вопросы, а потом сожжём писульки — в таких вещах достаточно честного слова.

Главарь взял договор и уже после первого пункта поднял на меня удивлённые глаза:

— Жалованное дворянство Рода нашим детям?!

Вас решили не облагораживать — пробы на бандитских харях ставить негде. А вот потомство почти у всех учится или выучилось на серьёзных финансистов, юристов или медийщиков. Причины присвоения им дворянства найдём и к делу приспособим. Естественно, это поводок, чтобы вы не рыпались, но поводок золочёный. Как думаешь, достаточно ли серьёзное намерение на долгосрочное сотрудничество?

— Вполне.

Дальше начался разбор договора по пунктам. В каждом из них прожжённые теневые дельцы видели подвох, но я был готов к подобному, иногда соглашаясь на уступки в скользких моментах, которые изначально были заложены Тёмой, Малютой и Борисом Тулиным, разбирающимися в подобном лучше меня.

Ночь пролетела незаметно и даже интересно. Умные люди собрались на этой “малине”. Признаться, в разговоре с ними пришлось перейти на ускоренное восприятие, чтобы не ударить в грязь лицом. Как бы то ни было, на рассвете, согласовав последний пункт, все устало откинулись на спинки кресел с чувством хорошо выполненной работы.

— Ох, и дела предстоят! — признался Тихон. — А ты мне раньше напыщенным идиотом казался. Давно так в людях не ошибался.

— Так ты тоже добропорядочным гражданином по улицам ходишь. С манерными соседями тортики жрёшь на званых ужинах и щедро меценатствуешь на благие дела после тёмных делишек. Должен понимать, что маски иногда приносят определённые выгоды. В Роду Тулиных тоже не дураки сидят и многоходовочки готовить умеют — потому мой отец и Великий Князь.

— Но он в наших проектах как бы ни при чём?

— Да. Все завязки только на меня, и ответ перед вами или им тоже буду держать лично. Честно скажу, чувствую себя как на войне… Сложно всё, поэтому прислушаюсь к умному совету, если он появится от любой из сторон.

— Тогда сразу и дам! — по-дружески улыбнулся Минога. — Не лезь лучше к нелегалам. Перепоручи это дело кому-нибудь другому. Кого не жалко.

— Мне вас не жалко: вот и припёрся договариваться. А перепоручить… В этой комнате сидят серьёзные люди. Хоть кто-то из вас поднялся бы до таких вершин, если бы тихонечко в углу отсиживался? Думаю, что нет. Наследником Рода стать легко — достаточно родиться от правильных родителей. А я хочу намного большего. Власти! Реальной власти!

— А если не получится? Все, кто рядом, полягут.

— Значит, я дурак, выбравший неправильное окружение, раз оно не смогло меня возвысить. Всё справедливо, и гореть будем на одном погребальном костре.

— Правильно мыслишь, Ратибор. И последний совет: приготовь дровишки для костра заранее — могут в любой момент пригодиться.

— Для меня или врагов?

— Как повезёт… Когда начинаем операцию, партнёр?

Глава 5

В кабинете князь был не один. Обе его жены с планшетами в руках расположились на кожаном диване и внимательно смотрели на вошедшего меня.

— Твои помощницы на это задание, — кивнул Борис в их сторону. — Рада создаёт правильную информационную шумиху, а Иляна занимается скупкой нужных земель и отслеживает все финансовые потоки, которые будут задействованы в этом деле. Я же сам остаюсь в стороне… Но учти, внимательно отслеживаю каждый твой шаг! Честно говоря, очень неохотно иду на подобную авантюру. Если бы не были нужны голоса простолюдинов на выборах Великого Князя, то ни за что не подписался на неё.

— Что? Так всё плохо в боярской Думе? — правильно понял я его настрой.

— Не совсем хорошо. Мой третий княжеский срок не всем нужен, поэтому большая часть Глав Родов попытается протолкнуть Славуту Луганского. Надежда лишь на голоса внеродовых окраин больших городов. Если у тебя получится их завоевать, то Славута “умоется”.

— А если нет?

— Потеряем часть влияния и много денег, но выстоим. Мы, Тулины, столько раз уже ходили по краю, что давно не привыкать, так что не думай об этом, полностью сконцентрируйся на задаче.

— Готов начать хоть завтра.

— Завтра не надо, — возразила Рада. — Мне нужен месяц на то, чтобы поднять до космической высоты среди новгородцев и так высокий негатив по отношению к нелегальным поселениям.

— И сделки подобного рода за один день не подготавливаются тоже, — вторила ей Иляна. — Нужно бизнес-планы по освоению земель предоставить. Ещё обязательный тендер выиграть, заранее отсекая от него игроков, которые покупать не собираются, но явятся для завышения цен. Как только Рода со стороны узнают о наших намерениях, то сразу же нос сунут, пытаясь выведать подробности и осложнить нам жизнь.

— Понял… Тогда начинаю работать с легальными окраинами. Заодно и с Крысами немного притрёмся, открывая филиалы “Народного княжича”. Тихон “Минога” к вечеру должен предоставить файл с проблемными участками, на которые я могу влезть, не сильно ущемляя его интересы.

Рада, нужно каждый мой успех на этом поприще красочно описать в новостных порталах. Не сухими официальными строчками, а художественно. Привлечь якобы независимых репортёров, и пусть они расстараются так, чтобы у последнего циника слеза умиления на морде выступила после прочтения.

— Учить меня не надо, мальчик, — снисходительно улыбнулась старшая жена. — Я у Бори две предвыборных кампании провела. Как видишь, успешно.

— Извини. Волнуюсь немного, словно перед боем. У меня ж такое впервые.

— Я первый раз психовала откровенно. Борис не даст соврать, слёзно умоляла избавить меня от этой обязанности. А потом втянулась и получаю удовольствие.

— Хоть кто-то получает его… — непритворно вздохнул князь. — Всё. Я вам больше не нужен. Работайте! Отчёты ежедневно мне на стол.

Ну, и завертелось! Не знаю, что там творила Иляна, но работа Рады была у всех на слуху. Статьи о кошмарах нелегальных поселений и светлых деяниях “Народного княжича” вылетали словно из пулемёта. Причём все факты в статьях были не выдуманы, а с видеодоказательствами. Даже я, зная всю подоплёку этого дела, почувствовал внутри массу противоречивых чувств: от негодования на пришлых “оккупантов” до гордости за собственное детище. Чего уж про других говорить? Новгород кипел, потихонечку распространяя свои эмоции и на другие крупные города, имеющие с ним схожие проблемы.

“Народный княжич” за несколько недель открыл больше десяти новых филиалов по столице. Народ вначале сторонился и близко подходить к ним, но растиражированные успехи и, главное, целые и невредимые счастливые клиенты “Княжича” быстро поменяли отношение простолюдинов. Были, конечно, мелкие стычки и наезды на жалобщиков, только в дело вмешивались Крысы, тихо, по почкам, объясняя непонятливым, что не по понятиям живут и не стоит лезть в дела Рода Тулиных: такое плохо может аукнуться для всего бизнеса окраин.

Также они пустили слушок, что Ратибор — пацан правильный, хоть и из “золотых”. Вскоре я с удивлением понял, что нужно набирать штат ещё на десяток-другой филиалов, так как старые уже начинают задыхаться от поваливших толп желающих найти работу или справедливость. К тому же стали приходить челобитные из других городов открыть и у них “Народного княжича”. Я бы с радостью и за пределами ничейного Новгорода развил свою деятельность, но, кроме Тулы, нигде не имею права — не наши родовые территории. Нужно будет эту тему перетереть с Борисом, но вряд ли он поможет, так как большие города принадлежат серьёзным Родам, которым любое усиление Тулиных на фиг не надо.

— Зря так думаешь, — возразил мне отец, после того как я всё-таки робко озвучил свои мысли. — Если твои дела с новгородскими окраинами выгорят, то я тоже, как князь, обращу внимание на “ценный опыт” и внесу на голосование в Думу вопрос о создании “Народного княжича” по всей территории Славянского княжества. Уже будет не твоя частная инициатива, а государственная.

— Провалят такой проект бояре сразу.

— Конечно! Но… — хитро улыбнулся Борис. — Внеродовые простолюдины городов-миллионников узнают, что им хозяева жизни отказали в поддержке. Получается, что только Род Тулиных заботится о людях! Всех на свою сторону не перетянем, но минимум по одному голосу от каждого мегаполиса получим. Что останется другим Главам Родов, отлично понимающим всю подоплёку? Используя наши наработки, срочно исправлять положение. Это огромные финансы при отсутствии времени. К тому же получится не у всех — мы свои связи с Крысами не афишируем, а без них провал гарантирован. Если где-то всё-таки справятся, то… Ты понимаешь, Рат, что все смотрят на первых и ассоциируют последователей с ними? Как грибы после дождя появившиеся “Народные боярышни” или “Народные барчуки” для всех будут казаться твоими филиалами. Вот такая ловушка для Думы перед выборами! Учись!

— Учусь… — вздохнул я. — Добрые дела власть творит лишь тогда, когда ей это выгодно.

— Именно. Это система управления в любом мире, основывающаяся на людях и деньгах. Чтобы были люди, нужны деньги, чтобы были деньги — зазывай людей. Замкнутый круг, из которого не выбраться ни верхушке, ни низам.

Если к власти придут полные идеалисты-альтруисты, то они быстро раздадут все богатства и через несколько лет останутся с голой задницей. А народ уже привык иметь всё и сразу. Потребует продолжение пира, но денег на него нет. Тут же обозлятся, разочаруются, и готовься к бунтам.

Придёт новая власть и сможет удержаться на плаву лишь быстро набивая государственную казну. А где возьмёт монетки? С простолюдинов и стрясёт! Причём в несколько раз больше, чем до идеалистов “жадные воротилы” брали. Так что, сын, безвозмездные добрые дела вершатся в единичных экземплярах, а под остальными красивыми жестами стоит чётко выверенное экономическое обоснование. Твой “Народный княжич” не является исключением.

— Это понятно! Но дорогие машины и особняки у нас, а не у простого народа!

— Они всё равно у кого-то будут, и на всех их не хватит… Мы-то хоть научились этим всем пользоваться, не теряя головы. Бывают, конечно, исключения… ты знаешь, о ком я, но таких выкашиваем из своих рядов без жалости. Даже в первобытном племени, где всё богатство — костерок и пара шкур, было кастовое разграничение. Сейчас мир стал настолько сложен, что оно просто необходимо. Не могут все всем управлять: передерутся и назначат самого сильного или умного руководить собой. Я ж говорю, замкнутый круг.

Это природа людская. Наша же с тобой задача — найти верный баланс между ответственностью перед людьми и выгодой. Дать что-то для всех слоёв общества. Цепочка проста: Семья — Род — Государство. Выбрось одно звено, и цепочка порвётся на горе всем: богатые станут бедными, бедные станут нищими, а нищие тихо вымрут от голода и холода. Так что не надо мне тут “розовые сопли” про всеобщее благоденствие распускать. Твоя зачистка нелегальных районов тоже не самое чистое начинание.

— Так-то оно так… Цель иногда оправдывает средства… Но я ещё только учусь понимать, где та грань, за которую переходить нельзя. Один умный человек сказал, что счастье всего мира не стоит слезинки ребёнка.

— Нет, сын, — грустно покачал головой Борис. — Это был очень добрый, но не совсем умный человек. Мировое счастье состоит из миллионов улыбающихся детей. Иногда стоит сложный выбор, где и сколько должно пролиться слёз, чтобы у остального большинства они не появились. Знаешь… Я очень рад, что ты со мной заговорил на эту тему. Значит, в тебе есть Человек! Здесь, на вершине власти, придётся принимать много не только добрых, но и ужасных решений. Будь жёсток, если надо, но никогда не впускай в себя кровожадного зверя. Запомни сегодняшние свои сомнения — они тебе ещё не раз пригодятся, чтобы не шагнуть в пропасть. На этом задушевную беседу и закончим. Работы много — сделай её качественно!

— Завтра можно начинать, — сказала Иляна через несколько недель после того разговора с князем. — Немного задержались с покупкой земель, но они теперь твои. С утра поставишь все подписи, и я оформлю по всем правилам за пару часов. Дальше уже не моя забота… Но не завидую тебе, Рат.

— Сам уже сто раз пожалел, что ввязался, только бросать начатое ещё хуже. Спасибо тебе! Князь что-нибудь надумал о втором наследнике?

— Сам у него спрашивай. Это вопрос личного характера, и отвечать на него не буду.

— Тогда поздравляю!

— С чего ты решил, что есть с чем?

— При отказе скрывать бы не стала. Но я помню: это ваше личное дело, и я совсем не в курсах. Ты уж там сделай всё в лучшем виде, а то наследничек из меня не очень долгоиграющий получиться может. Всего ничего у власти, но уже с завтрашнего дня вляпаюсь в войну с отморозками.

— Тогда МЫ, — выделила она голосом, — желаем тебе долгих лет жизни и удачи!

— Ого! — удивился я, правильно поняв намёк.

— Боря, как узнал твой план с нелегалами, так быстро подсуетился, — чмокнув в щёку, прошептала мне Иляна на ухо. — Спасибо. Буду надеяться, что его предсказания о твоей недолгой жизни не оправдаются.

Ещё неделю отсиживался тихо, вместе с обоими начальниками СБ Рода, Гнатом и Малютой, а также при поддержке Тёмы и бравого гранд-лейтенанта Адама, составляя коварный план захвата территории. Точнее, уже не захвата, так как по бумагам она моя, а освобождения. Минога тоже присылал донесения о делах Крыс, которые накалили обстановку на границах территорий до предела, но ещё не перешли к активным действиям. Кажется, время пришло…

Новостные порталы пару дней захлёбывались от восторгов, разглагольствуя о том, что “Народный княжич” выходит на новый уровень, открывая свой филиал и в нелегальных поселениях. Я же с большой кавалькадой журналистов и охранников прибыл на место будущего филиала и торжественно разрезал ленточку на одном полуразвалившемся домишке, клятвенно пообещав привести его в божеский вид за короткие сроки. Пока никто не выпендривается из местных, но вокруг наблюдается нездоровое шевеление из крепко сбитых людишек с оттопыренными пиджаками. Уверен, будь здесь народу поменьше, то уже попытались бы осторожно турнуть меня, только под камерами делать это опасаются.

Ночью, как и предполагалось, дом сгорел дотла.

Спозаранку снова прибыл в поселение. Уже без журналистов, хоть и с замаскированными в джипах камерами. Походил, поохал, потом дал приказ Гнату так, чтобы слышали все:

— Завтра сюда бульдозеры и комиссию по изучению причин пожара. Забор, оцепление. Ты сам знаешь, как действовать в таких случаях.

— Эй, князиц! Не нада тут ницего, — выступил из толпы зевак мужик в одежде то ли курдитского, то ли мандаринского покроя. — Мы не хоцим. Понял?

— Нет. Почему ты распоряжаешься на моей земле и осмеливаешься давать наследнику Рода Тулиных указания?

— Это не твой — мой земля.

— Ошибаешься. У меня на руках все документы, что являюсь её собственником, а твоя земля за тысячи километров отсюда.

— Ты её не купил. Я тебе не продал. Уходи совсем. Потом не приходи, а то плохо будет.

— Угрожаешь?

— Сказал. Нет тут тебя. Всё!

Развернувшись, он попытался уйти, но я остановил его.

— Ты кто?

— Хазяин.

— Слушай, “хозяин”, внимательно. Даю двое суток, и чтобы никого здесь не было.

— Тебя не будет — ты нас трогать не будес.

— Понятно… По машинам, парни! Тут нашего языка не понимают!

Приехав в представительство Тулиных, связался с Миногой.

— Тихон, можно начинать. Больше воплей и меньше крови, как договаривались.

— Уже начинается, — хмыкнул он. — Я ещё команды дать не успел, а особо одарённые кинулись отношения выяснять с неместными. Наваляли активистам знатно, но это даже и хорошо — весть о беспределе по окраинам со скоростью пожара разносится.

— Ящики с оружием в филиалы “Княжича” завезены. Проконтролируй со стороны, чтобы бардака не случилось.

— Он всё равно будет. Ты, главное, со своими бойцами сильно не затягивай. Больше трёх часов вряд ли продержимся — запала толпы не хватит.

— Больше и не надо. Два часа и уводи людей — я сюрприз “братьям” нашим приготовил, как бы вы сами под него не попали.

— Ты мне не говорил про это… — недовольно проговорил главарь.

— На то и сюрприз. Не обижайся: сам не знал, насколько получится его сотворить.

Тут я нисколечко не покривил душой. Идея была не моя, а Маруши, которая подошла к проблеме со своей колокольни.

— Что для тебя самое неприятное, Рат? — спросила она несколько дней назад.

— Мирные жители. Сволочей единицы, но они спрячутся за спины безоружных, чтобы мы не смогли вести ответный огонь.