Помоги проекту - поделись книгой:
— Мы, Рат, не отрицаем своей вины и несём очень суровое наказание, вырывая из Рода сорняк, самими же и посаженный!
— Рада, — довольно сказал Борис, внимательно слушавший перепалку. — Ты его Ратом обозвала.
— Немудрено, — заступилась за неё Иляна. — Те же манеры, интонации, лицо… Уверена, что и гниль в нём такая же. Уже жалею, что согласилась на подмену. Плохая идея.
— А ты что скажешь, Ратибор? Хочешь назад отыграть? — с лёгкой хитринкой в глазах посмотрел на меня отец.
— Зачем? Им же мучиться, не мне. Но есть отличное предложение… А давай твоим жёнам двойников подготовим? Заменим на более вменяемых, да и твоя интимная жизнь тоже новыми красками заиграет.
— Ага. А потом и меня втроём “замените”?
— Вряд ли получится. Ты ж, недоверчивый, меня клятвой связал… Может, отменишь? Я скажу, когда. Всего на пару деньков — мне будет этого времени достаточно.
— Достаточно ему! — рассмеялся князь. — Настоящий Тулин — за словом в карман не полезет!
Потом, резко прекратив смех, Борис серьёзно, по-деловому обратился к жёнам.
— Ваши выводы от первого реального свидания?
— Жутко видеть подобную во всём схожесть… — со вздохом призналась Рада. — Но должны сработаться. Эмоционально стабилен. Хотя и правильно копирует сжимание кулака левой руки, когда Ратибор начинает психовать, но мы-то знаем, что Минус подобный жест заучил. Не выходит из образа…
— И не марионетка, — добавила Иляна. — Сложный разговор с матерями того, кого собирается заменить, провёл без извиняющихся ноток, а с наездом. Всё в стиле Рата. Доверюсь твоему чутью, муж… Хотя и нелегко внутренне пускать чужого человека в Род.
От сердца отлегло. Это была проверка, и войны с женской половиной пока не намечается. Вот и славненько! Как часто бывает у меня во время отходняка, в голове молнией вспыхнула идея, от которой сам оторопел вначале. Быстро ушёл в ускоренное восприятие и дал себе немного времени на её обдумывание. Надо доносить до публики — не факт, что потом осмелюсь.
— Князь… Тут такое дело… Мне б наедине…
— Спрашиваешь разрешения? — удивлённо поднял он брови. — На тебя не похоже. Видать, совсем поганую вещь задумал. И лишних в этой комнате нет. Жёны со мной клятвой перед богами похлеще Кровавой связаны, так что привыкай доверять им полностью.
— Ладно. Сам напросился, папа. Вот только что говорили шутя, что могу тебя заменить на двойника… А если и вправду? Точнее, не во всём — лишь в одном. В результате магического покушения больше наследников делать не можешь, но в других обитаемых мирах бродит твоя полная генетическая копия с нормальным набором репродуктивных способностей. Иляна для искусственного оплодотворения подходит по очерёдности рождения. Выйдет, конечно, “полукровкой” ребёночек, но…
— Ты идиот ТАКОЕ мне предлагать?! — вскочил Борис и схватил меня за грудки.
— Одного сына на совершенно чужого мужика уже почти заменил, — спокойно стал объяснять ему, несмотря на ярость князя. — Здесь же получишь полную копию Тулиных от любимой жены. Я ведь тоже могу с помощью врагов в любой момент “к Моране зимовать” отправиться, и Род прервётся. Воспитаешь как родного младшего наследника или наследницу и будешь уверенным в завтрашнем дне человеком.
— Угомонись, Боря! — твёрдо сказала старшая жена. — Идея с виду нелепая, но обсудим её потом в спокойной обстановке.
— Я б обсудила, — поддержала Иляна. — Не вижу ничего нелепого, чтобы стать матерью не только по должности. Неожиданно, Ратибор! Ты мне начинаешь потихонечку нравиться.
— Кажется, я проектом “Зеркало” открыл клетку с демонами… — отлепившись от меня, пробурчал князь, снова усаживаясь в кресло. — Обсудим… Но уже без этого гадёныша! Сейчас же не для этого собрались. Слушай, Ратибор, внимательно. Завтра после церемонии награждения ты возвращаешься домой. Мы с тобой тут же тайно вылетаем в Тулу, где уже соберутся все кровные родичи для чествования героя. В это время с полностью промытыми мозгами от прошедших недель, истинный Рат является на второстепенное предвыборное собрание. После него состоится покушение… Зомби, исполняющая роль поклонницы, приблизится, и оба взлетят на воздух. Эта печальная новость застанет нас на ужине в родовом поместье. Тут же выходим в прямой эфир, успокаиваем людей, объясняя, что погиб двойник, и клянём подлых убийц. Прерываем праздник, возвращаемся в Новгород, где устраиваем серьёзную шумиху.
— План ясен, князь. От себя бы добавил пару моментов. Если Рат будет считаться двойником, то есть смысл, чтобы на собрании парочка журналистов спросили его о мелких деталях “сувальской мясорубки”. Обязательно поплывёт, уходя от ответов или выдав ложную информацию. Наш тайный перелёт должен “случайно” кто-то увидеть и слить задорого неподконтрольной Тулиным прессе, которая однозначно будет выискивать “жареные” подробности. Нужно исключить любого рода спекуляции, ненавязчиво подтолкнуть всех к единому мнению, что погиб именно двойник.
— Уже делается. Малюта там многое приплёл, так что не волнуйся: никто ничего не заподозрит.
— Последний вопрос. При взрыве пострадают люди? Не хотелось бы невинных жертв…
— Всё рассчитано. Только ты погибнешь. Без раненых не обойдётся, но их Род Тулиных бесплатно вылечит и выдаст приличную компенсацию. Ещё вопросы?
— Разберёмся с ними по ходу дела. Всё равно экспромта будет выше крыши.
— Ну, тогда отсыпайся, и чтобы с утра при всём параде!
Напоследок обе женщины обняли меня, явно прислушиваясь к своим ощущениям при прикосновении к самозванцу. Судя по их мимике и напряжению в теле, отторжения это действо не вызвало, впрочем, как и у меня самого. Вполне возможно, что их можно будет со временем включить в свою команду доверенных людей. Хоть и с оговорками, конечно: верность Борису для жён ничем не переплюнуть, но единомышленницы такого уровня никогда лишними не будут. Особенно внимательно стоит присмотреться к Иляне. Младшая жена однозначно загорелась идеей материнства, на котором уже давно поставила жирный крест. Если князь решится на очередную авантюру, то Иляна не забудет, кто её придумал.
Как и было оговорено, утром следующего дня вместе с витязями Гнатом и Адамом прибыл в Новгородскую крепость на представительском лимузине Тулиных. Под яркими вспышками фотоаппаратов прошли в церемониальный зал, где народу уже хватало и без нас. С радостным удивлением увидел группу военных, состоящую из моих бывших однополчан. Сам гранд-полковник Николаш стоял рядом с витязем Викторией Гладковой, сверкающей новыми капитанскими звёздочками на погонах. Недолго думая, мы подошли к ним и тепло обнялись… Хм… У Вики с Адамом что-то объятия затянулись.
— Вам постельку здесь расстелить или до дома дотерпите? — ехидненько поинтересовался у них.
— Дотерпим, — ничуть не стушевалась новоявленная гранд-капитанша. — Ты-то как сам, Ратибор?
— Лучше всех! Надолго в Новгород?
— Неделя отпуска, — пояснил за неё Николаш. — Поэтому, как твой бывший командир, приказываю присутствовать на грандиозной попойке в честь моего повышения. Сегодня меня произведут в знание воеводы — не упускай случая посидеть за одним столом с такой важной персоной… Хотя, княжич, ты и так чуть ли не каждый день завтракаешь с высшими мира сего.
— Не откажусь! Надо будет на два дня отлучиться, а потом загуляем!
— Отлично. Раньше вряд ли и у меня получится. Утрясу все официальные делишки на трезвую голову, и жди приглашения.
— Извините, — раздался за спиной знакомый голос. — Гранд-лейтенант боярышня Злата Луганская.
Поворачиваюсь и вижу свою давнюю знакомую. Лицо загорелое, слегка похудевшее. Значит, отбывала практику на южной границе. Видимо, тоже повоевала славно, раз оказалась в церемониальном зале.
— Ещё раз прошу прощения за вторжение, — продолжила она, — но, увидев героев Сувальни, просто не могла не подойти, чтобы выразить восхищение. Вся страна следила за вашим подвигом! Для меня большая честь находиться в одном зале с вами!
— Ну да! — хмыкнул я. — А вот в прошлом зале, помниться, послала одного из “хероев”.
— Тебя, что ль, Рат? — поинтересовалась Виктория. — Хорошо, что в морду не двинула: у меня при первой встрече кулаки сильно чесались.
— Его, — подтвердила Злата. — Удивительно, что Ратибор умудрился аж две медали заслужить, и никто ему шею не свернул. Даже друзей завёл! Раньше к нему ближе чем на пять метров ни один приличный человек подходить не желал.
— Ничего удивительного, боярышня, — пояснил Николаш. — Поверьте опытному человеку: война, да ещё такая, вытаскивает на свет человека истинное нутро, заставляет сбросить все маски. Жизнь свою спасая, под другим ракурсом на неё смотреть начинаешь. Думаю, что ты сама это поняла, раз представлена к медали.
— А вот меня удивляет другое, — не унималась Вика. — Несправедливость! Нам всем звания, по ордену дают, а Рату всего две медальки, хотя он заслужил больше других ”золотую ленту”!
— Папочка сказал, что слишком жирно практиканта с опытными витязями ровнять, — развёл я руками. — Честно говоря, не в обиде. Главную награду получил уже: целую задницу и всех вас живыми. Прав Николаш, под пулями переоценка ценностей серьёзная происходит. В какой-то момент что-то щёлкнуло в голове и обратно отщёлкиваться не хочет. Столичные загулы теперь детскими шалостями кажутся — нет в них смысла и чувства боевого братства. Надо в политику входить, а то без адреналина скучно.
— Неужели сам Ратибор Тулин взрослеет? — улыбнулась Злата.
— Ну не всем же сразу старыми рождаться, бабуля Луганская!
— Неисправим… — нахмурилась она. — Ладно. Мне пора к своим.
Замечательная встреча в нужном месте и с нужными людьми! Теперь слух о том, что Ратибор Тулин сильно изменился после войны, найдёт подтверждение не только с моих слов, но и однополчан. Сразу белым и пушистым становиться не буду — так не бывает, но начало трансформации наследника в приличного человека запущено.
Само награждение прошло по всем правилам. Великий Князь Борис прочёл внушительную речь, а потом стал вызывать отличившихся, не забывая упомянуть про их заслуги. Злата получила медаль “Воинская честь”.Когда же дошла моя очередь, то внезапно ощутил сильный эмоциональный подъём. Строевым шагом подошёл к отцу, и тот, сияя от гордости, прикрепил две медали на китель. Сколько до этого было различных спортивных наград — от простых грамот до кубков, но ни одна из них не может сравниться с маленькими кружочками, состоящими, по ощущениям, не из металла, а из тех страшных дней боёв. Почему-то в голове всплыли бессмертные слова Василия Тёркина: ”
Сразу после награждения был банкет, с которого меня увезли задолго до окончания. Приехав в наше представительство, в последний раз в своей жизни столкнулся с истинным Ратибором, бывшем в похожем мундире и с… наградами! Захотелось сорвать их с него, но сдержался.
— О! Собачка навыгуливалась! — презрительно скривив губы, поздоровался он, основательно подзабыв с помощью волхвов о своём позорном заточении. — Хорошо обученный пёс! Продолжай в том же духе, и чтобы в следующий раз без ордена на глаза мне не показывался!
— Как скажешь, княжич. Не показываться, так не показываться, — успокоившись, пообещал я, мысленно пожелав гореть в аду, где все черти давно раскочегаривают для него котёл.
Уже в Туле мы небольшой группой посвящённых внимательно следили на мониторе, как Ратибор с гордым видом победителя поднялся на сцену и толкнул пламенную предвыборную речь в поддержку отца. Потом неожиданно для него началась незапланированная пресс-конференция, где посыпались вопросы о его вкладе в Сувальскую битву.
Небольшая заминка, после которой понеслись обтекаемые ответы.
— Вот и прокололся, — сделал свои выводы Борис. — Ни один нормальный боец, недавно побывавший на войне, так отвечать не станет: слишком много неуместного пафоса.
Я с ним был полностью согласен, мысленно ответив на все эти вопросы по-своему.
Дальше камеры показали выход княжича на улицу. Около лимузина к нему подбежала ярко накрашенная девушка и протянула букет цветов… Взрыв огненным столбом взвился вверх! Камеры заметались, как и толпа людей. Трансляция прервалась.
За моей спиной кто-то горестно взвыл, но тут же резко замолчал. Рада… Не надо было ей такое смотреть, но она не согласилась развлекать родичей в банкетном зале вместе с Иляной. Перечить в такой момент Борис ей не посмел.
— Всё! — подвёл черту Глава Рода, обняв старшую жену. — Былого не воротить! Напяливаем улыбки и возвращаемся к гостям в ожидании первых известий о покушении. Прощай, Рат…
Глава 3
— Ну что? Пока всё идёт по плану, — заявил Борис Тулин на борту самолёта, после того, как мы экстренно вылетели в Новгород.
— Не совсем, — возразил я. — Моей речи и твоего заверения, что погиб двойник, не было.
— Переиграл немного. Смотри, Рат! В ближайшие сутки ты мёртв для всех, и должна подняться приличная пена из недругов, которые в других обстоятельствах не осмелились бы вякнуть против нашего Рода. Аналитики во главе с Тёмой внимательно отслеживают происходящее. Всего одни сутки до твоего “воскрешения” дадут больше, чем месяцы оперативной работы СБ.
— Понятно. Логично. Но это усложняет мою задачу. Хотя… Отбрешусь тем, что участвовал в оперативном расследовании по теракту. Кто, кроме меня, может пролить свет на происходящее? Но затягивать не стал бы. Максимум с утра — пресс-конференция. Потом тяжело будет отмыться.
— Рассчитывал днём, но можно и утром. Так даже лучше — охват аудитории намного больше. Обычно люди читают новости по пути на работу. Наложим тебе грим не спавшего всю ночь человека и промывай мозги аудитории.
— Не один должен быть.
— Обе матери рядом сядут. Могу и сам подключиться.
— Желательно только Раду. Не нужно собираться толпой, словно на семейную фотографию.
— Нет. Я буду. Иляна же пусть покажется в разных местах вместе с Малютой, выискивая злоумышленников. Это даст всем понять, что Род хоть и обеспокоен покушением, но считает его рядовым.
— Пусть так. Речь мне написана?
— Держи краткие тезисы. Дословно не заучивай — экспромт должен идти от души, типа мы совсем не готовились.
По приземлению, под усиленной охраной тайно прибыли в представительство, где я сразу же погрузился в новостные порталы.
“Конец эры Тулиных!”, “Герой не пережил мирное время!”, “Что ждёт Славянское Княжество после гибели наследника Тулиных? Мнение эксперта”…
Все заголовки крикливы, и главная их цель — больше привлечь внимание публики, чем серьёзно подумать над происходящим. Знакомо, но нам такое только на руку. Чем больше паника, тем интереснее будет выход из неё. Ближе к утру градус истерии поднялся до критической отметки, обозначив главную идею: мы все умрём! Разбавленную, кстати, между строчек рекламой выгодных банковских вкладов и турами на различные курорты. По всей видимости, умирать будем долго, пока все кредиты не погасим и винные запасы отелей не допьём.
— А не пора ли нам? — поинтересовался я через правительственную связь у отца. — Электорат уже подгузники в штанах меняет, не успевая распаковывать.
— Через пятнадцать минут в конференц-зале, — прозвучал краткий ответ.
— Может, лучше у меня? В домашней обстановке? Даже лёгкий бардак убирать не буду, чтобы совсем человеком казаться? Всё, как у людёв! А?
— Рада говорит, что мысль светлая. Жди нас.
Новые родственники не подвели, явившись вместе с гримёрами. Мне тут же нарисовали синяки от недосыпа под глазами, князю привели в лёгкий беспорядок стильный пиджак, убрав из-под него галстук. А вот Раду не тронули. Делать её более несчастной — это превращать в зомби. Она переживает и без бутафорских накладок. Искренне жаль её, но… Жена Бориса знала, на что шла с самого начала.
— Включайте камеры! — приказал Глава Рода.
— Подожди, — остановил я его. — Что, если ты один вначале заявишь о моём возрождении? Потом подождём ещё с часик, и в эфир выйду я. Не просто так, а с обратной связью для подписчиков Тулиных? Уверен, что все вопросы от них прогнозируемы — достаточно будет почитать жаркие заголовки. Я уже раз использовал общение с толпой после боя с Педрилло, и оно дало больший эффект, чем официальные хроники.
— Мы рассматривали подобный вариант, но он был признан рискованным.
— Дай ему шанс, — бесцветным голосом тихо проговорила Рада. — Считай это женским чутьём.
— Так! Стоп! Переигрываем! — сразу же изменил задачу операторам князь. — Быстро приводим меня в надлежащий вид, а потом уже слушайте, что говорит мой сын!
Десять минут, и князь выходит в эфир, стоя у безликой стены в туалете.
— Друзья! Родичи и сородичи Славянского Княжества! Всех вас потрясло известие о гибели наследника Рода Тулиных Ратибора. Спешу успокоить: он жив! Под подлое нападение врагов попал его двойник, с честью выполнявший свой долг до последнего вздоха.
В это время Ратибор Тулин был со мной в родовом поместье, где и узнал со скорбью в сердце о гибели своего соратника и, не побоюсь этого слова, друга. Я подготовил длинную, объясняющую всё речь, но Ратибор считает нужным лично поговорить с вами о происшествии. Я не согласен, только сына иногда не переубедить… Тулины упрямы по своей природе! Сейчас он, как и многие родичи, занят расследованием убийства, но где-то через час должен освободиться. У меня много слов к вам, но пусть отвечает мой сын — герой Сувальской битвы, не привыкший прятаться за широкими спинами. Через час ждите его и не паникуйте раньше времени. С вами был Великий Князь Борис! И… отец!
После того как софиты погасли, Борис отлип от стены и сразу же спросил нас.
— Ну, как?
— Хорошая затравка, — благосклонно кивнула Рада. — Как глава пресс-службы Рода, рекомендую твоё выступление пустить в эфир несколько раз с пятиминутным перерывом. А вот в интервью Ратибора обойдёмся без тебя. Только мать и сын. По возможности буду корректировать речь Рата, чтобы не сболтнул чего лишнего. Но далеко не уходи: возможно и твоё незапланированное появление, что привнесёт нотки достоверности в происходящее действо. Сейчас же начинаем отсматривать первые отклики, отбирая наиболее часто появляющийся негатив. Именно на него стоит сделать упор.
Заголовки “жёлтой прессы” в сети не заставили себя долго ждать. “Тулины прикрываются живым щитом!”, “Мясо для княжича!”, “Плата за смерть”, “Двуличие власти. Мнение эксперта.” Искреннее уважение к профессионализму писак, умудрившихся запустить свои статейки уже на третьем повторе речи Бориса. Мы стали конспектировать наиболее часто повторяющиеся перлы, проговаривая вслух варианты ответов на них. Обозначенный час пролетел в азартном творческом угаре. А Рада реально крута! Моя “мама” умудрялась с ходу выдавать такие ответочки, что и на ум мне прийти не могли без ускоренного режима восприятия мира. Не зря Борис поставил её для связи с общественностью.
— Пора! — заявила она, глядя на часы. — Боря, в сторону и жди сигнала. Уверена, что пригодишься ещё — слишком рьяно за нас взялись. Уже не с грязью, а с дерьмом смешивают.
Сделав как можно более взвинченный вид, уселся в кресло, слегка наклонив голову вперёд и злобно зыркая в камеру. Рядом стоит Рада, положив руку мне на плечо в успокаивающем жесте. “Три… два… один” — показал пальцами оператор, и я начал.
— Представляться не буду — все и без этого знают. Только слепой не видел моей фотографии за прошедшие сутки. Рассказывать о трагедии тоже нет никакого смысла — Глава Рода Тулиных подробно поведал основные её моменты. Скажу просто: я — Ратибор Тулин. Очень злой Ратибор! Не потому, что на меня совершили покушение, а из-за смерти двойника и невинных жертв. Кажется, вернувшись с войны, должен был расслабиться, но тут своя война… Ещё страшнее! Врага в лицо не видно, и нельзя его размозжить пулей или заклинанием! Бьют подло! Исподтишка! Оставаясь в тени, вершат свои грязные дела, надеясь, что их не вычислят! Хрен им! Всех найду! Лично шкуру спущу!
Поделиться книгой: