Хрономаг на каникулах

Хрономаг на каникулах (книга 1)

Глава 1

Попадалово

Предисловие

Что вы знаете о расе архонтов? Правильно, либо ничего, либо, ну очень мало. А все почему? Потому что мы, маги времени, рождаемся очень редко. А живем вечность, так как не умираем окончательно. А вообще мы те, кто спасает Вселенные, в которых происходит катаклизм. Но пока мы восстанавливаем армагедец вселенного масштаба в одной галактике, в это время в другой может произойти тотальный звиздец.

Вот и сейчас, пока я спасал расу разумных арахнидов в галактике Омега Центавра, сотворивших мегатонную бомбу, воздействующую на синхронность мегаполярных частиц, в другой галактике млечного пути произошел не менее серьезный дисбаланс. Кто-то запаралеллил несколько несвязанных между собой вселенных, связав их межмировыми порталами, что привело к уничтожению многих миров. Теперь мне, магу времени, необходимо это распутать и найти виновника.

Пришлось отправиться в галактику Млечного пути, солнечную систему на планету Земля, прыгнув на сто лет назад, дабы расследовать и предотвратить межмировую катастрофу. Сейчас собираюсь расстаться с собственной внешностью, многолапового сверхразумного паукообразного мутанта и переселиться в тело местного аборигена, человека. Да, архонты не рождаются в собственном теле. Мы паразиты, которые растут в чужих телах со способностью перемещаться во времени.

Мой разум скользит в поисках подходящего индивидуума, прежде чем окончательно расстаться с нынешнем. Критерием для выбора нового тела является целостность оболочки и отсутствие в нем прежней души. Прыгаем в сам момент смерти, чтобы никто не заметил подмены.

Мой взгляд зацепился за молодого юношу, который при помощи ментальной магии создавал перед собой на стене иллюзии различных монстров. При этом был он отпрыском довольно состоятельного рода, живущего в большом дворце. И в-третьих, ел ягоды, сплевывая косточки, и вот-вот должен был одной из них подавиться, что приводило к летальному исходу.

— Здоровый, сильный, умный абориген, знатного происхождения, с легкой подменой сознания. Что может пойти не так? — утвердил свой собственный выбор. С легкостью остановил оба сердца, освобождаясь от предыдущей бренной оболочки, погрузился в темноту…

* * *

Очнулся на полу, когда меня сильно хлопала по спине какая-то дородная тетка, от чего легкие готовы были оторваться. Косточка от вишни от такого насилия выскочила и покатилась по полу. Сделал первый свой вдох в новом теле и закашлялся. Горло нещадно болело, а на спине наливался большой синяк. Переселение души всегда происходит болезненно, но я к этому привык. Огляделся по сторонам, дабы понять точно ли я оказался в нужном теле в нужное время. Да, все верно. На белой стене продолжали двигались какие-то странные монстры. Окружающая мебель выглядела дорогой и роскошной. Лежал на пушистом ковре в довольно просторной комнате с высокими потолками.

— Илларион Илларионович, как вы так умудрились неосторожно откушать? А если бы померли, то меня ваша матушка придушила бы собственноручно. Я же на несколько минут вас оставила одного, а вы чуть не отдали концы, — надо мной причитала изрядно испугавшаяся служанка.

При переселении в новое тело, хрономаги стараются попасть в тот момент, когда мозговая деятельность еще функционирует, тем самым перенимая память старого носителя. Поэтому мы прекрасно понимаем язык, получаем навыки и знания прежнего владельца. Это позволяет быстро адаптироваться в новых, непривычных условиях.

— Я в порядке, тетушка Эльза, — отодвинул тарелку с ягодами в сторону. — Больше не буду есть вишню. Только матушке ничего не рассказывайте, а то она сильно расстроится.

Служанка успокоилась, услышав, что я в порядке, начала прибираться в комнате, складывая игрушки в большую коробку.

Я с облегчением выдохнул. Подмены сознания никто не заметил. Осталось просто воспользоваться памятью этого парня, исследовать новый мир, а уж потом приступить к выполнению своей миссии. Начать решил с изучения самого дома. Необходимо знать, где что находится. Вышел в коридор и стал заглядывать во все двери. Справа от комнаты находился туалет и ванная, а также какое-то техническое помещение. А еще там висело большое зеркало. На меня смотрел парень лет семнадцати, эта информация была в базовых настройках памяти, и окружающие считали его милашкой.

— Значит, я довольно привлекателен, это плюс, — подметил, запоминая свою новую внешность. — Мышцы слабоваты, словно он ничем физическим совершенно не занимался, это минус. Темные каштановые волосы, большие карие глаза, прямой нос, утонченное лицо, немного похожее… — тут я задумался, припоминая новое для себя, — на кукольное. Интересное сравнение, что имели в виду те, кто так о нем говорил?

Слева в комнате, куда заглянул, находилась девушка, обернувшая на звук открываемой двери. Она полулежала на кровати и покачивала обнаженной ножкой. Одета была в черный топик, обтягивающий упругую грудь и такие же черные шортики. Каштановые волосы распущены по плечам.

— Ларик, ты уже все мультики посмотрел? Тогда поиграй во что-нибудь другое. Брысь из моей комнаты, — я же не подумал уходить. Хотелось осмотреться и понять, почему эта… сестра… Машка пытается меня прогнать. Зашел и стал рассматривать вещи, находящиеся в ее комнате. В своей уже все проверил, ничего интересного. А здесь много нового, одних только пузыречков на небольшом столике, к которому сразу потянулись мои руки.

— Мелкий, не смей брать мою косметику, даже не прикасайся к ней, а то прибью, — она аж подскочила со своей кровати, где валялась до этого, пялясь в книгу.

— Я только посмотрю, зачем все это, — произнес ломающимся голосом. Машка подлетела, как ужаленная, и дала мне затрещину по затылку. Стало обидно, и на глаза навернулись слезы. А вот сейчас мне совсем не понравилось, нет, не поведение сестры, а то, что из глаз потекла зачем-то влага. Вспомнилось, как отец этого парня часто говорил фразу: «Мужчины не должны плакать». Не должны, значит не буду, вытер слезы и быстро вышел из комнаты. Любопытство мое никуда не делось, я дальше продолжил исследовать новое пространство в доме. В другой стороне находились еще две комнаты, открытые, хозяев там не было. Здесь я с удовольствием все осмотрел. Внимание мое привлекли не книги, источники знаний, а почему-то оружие, висевшее на стенах. Вот тут я потрогал все и даже выполнил несколько пассажей с мечом и глефой. Оружие, по прошлым жизням, мне хорошо знакомо. Только металл был так себе, да и заточен не идеально.

Спустился на первый этаж по широкой лестнице и пошел на запах, распространяющийся по всему дому. Он привел на кухню, где готовилась еда. В животе заурчало, началось слюноотделение. На столе лежали пирожки, горячие, пахнущие сдобой. Бочком, дабы никто не заметил, протиснулся между разделочными столами и ухватил один с тарелки, после чего весело засмеялся и припустил с кухни.

— Опять Ларик стырил пирожок, и думает, что мы не видели, как маленький, ей богу, — повернулась кухарка к выходу, куда только что умчался великовозрастный ребенок. — Очень жаль Ирину Васильевну, намучается она с ним.

А вот последние слова женщин мне не очень понравились. Интересно, что со мной не так? И почему придется мучиться матери? В памяти возник образ приятной женщины. Отойдя от кухни, последовал дальше исследовать просторные залы. Выбежал через большие двери на террасу и застыл, как вкопанный. Внизу расстилался огромный зеленый парк из деревьев и цветов. А за ним, до самого горизонта, простиралось голубое море, сверкающее на солнце. От такой красоты захватило дух. Много миров повидал, но этот был слишком хорош. Чистый воздух, которым дышалось полной грудью, теплый ветерок, щекочущий кожу, пышная зелень, изумительной красоты цветы и бескрайняя водная гладь.

— Эту планету нельзя разрушать, таких красивых миров во Вселенных по пальцам пересчитать можно, — захотелось сохранить красоту планеты во чтобы-то ни стало.

Решил спуститься по белоснежным ступеням до самого низа и пробежаться по дорожкам в парке.

— А еще внизу должны быть лебеди и красивое озеро, — вытащил картину из памяти, и тут же захотел посмотреть на это собственными глазами. Ноги привели на озеро, по которому величественно плавали парами белые и черные лебеди. Начал раздеваться, чтобы поплавать с этими безобидными созданиями.

— Илларион Илларионович, что же вы удумали? Вы утонете, плавать вас никто не учил. Без разрешения матушки даже не пробуйте, — бежала по тропинке служанка, которая выбила из меня вишневую косточку.

— Почему не умею, это же просто, надо лишь двигать руками и ногами, — на других планетах я много плавал и прекрасно знаю, как держаться на водной глади. И здесь тоже хотел попробовать плотность воды, тем более я весил мало, так что не видел проблем с удержанием худого тельца на поверхности. — Заходить глубоко не буду, только по пояс, жарко ведь, надо освежиться, — служанка только всплеснула руками, когда я в одних трусах, помнил, что их снимать не стоило, рванул в прозрачное озеро. Вода была теплой и ласкала мое тело. Приноровился и через минуту поплыл на середину, от чего служанка лишь сильнее заверещала с берега.

— Кажется, такими темпами я женщину до сердечного приступа доведу, — подумал, что несколько сильных потрясений за один день чреваты для здоровья. Наплававшись и немного обсохнув, снова оделся и пошел за своей наседкой, которая всю дорогу продолжала меня распекать, как маленького ребенка. Повела она меня в трапезную залу, где уже все члены семьи собрались за обеденным столом.

Когда вошел в столовую, все взгляды скрестились на мне, словно я был виновником того, что они еще не приступили к трапезе. Уселся на свободный стул и тяжело вздохнул. Сейчас мне предстояло сдать экзамен на то, чтобы не спалиться какой-либо глупостью. Поэтому решил копировать все движения окружающих. Помнил, что меня отдельно учили этикету, но, кажется, так и не научили.

— Ларик, а какого лешего, ты заходил в наши с братом комнаты и трогал, что тебе брать не разрешено? — поинтересовался Михаил, заметив, что оружие стало висеть не так. Внешне мы чем-то походили друг на друга, так как были родными братьями. Только стрижка у него была короче, да и лицо более мужественное, но при этом совсем не доброе.

— А почему у меня такого оружия нет? — у братьев было, а вот в своей комнате арсенала что-то не заметил. Хотя они на вид, не выглядели намного старше. В целом тоже были молодыми парнями.

— Зачем оно тебе, порежешься еще ненароком. У тебя есть оружие, только игрушечное, оно безопасное, — второй брат, Александр, посмотрел на меня сочувствующе. Он отличался темным цветом волос, был брюнетом с голубыми глазами. В отличии от брата, казался рассудительным и спокойным.

— Илларион, ты сегодня слишком много шалишь, служанка на тебя жаловалась. Поэтому ты наказан и лишен десерта, — это сейчас произнесла матушка, отчего-то недовольная моим поведение. Интересно, что уже я сделал не так? Подумаешь потрогал железки и поплавал немного.

Еда, кстати за столом, была новой для моих рецепторов, но довольно вкусной. Ел я аккуратно, копируя своих братьев, беря те же приборы и в таком же порядке.

— Мам, смотри, кажется, Ларик, научился этикету, — широко раскрытыми глазами сестра Машка в чем-то уличила меня, что до этого не делал. Я аж поперхнулся и перестал есть. Все одновременно уставились в мою сторону, словно увидели впервые.

— Вот, видите, скоро Илларион научится вести себя аккуратно за столом и перестанет отбивать у вас аппетит, — улыбнулась матушка. А я с ужасом начал подозревать худшее. Ко мне все относились, как к маленькому несмышлёному ребенку, который даже есть за столом не умеет, оружием может порезаться, плавать не пробовал, да и подавился косточкой от вишни, убившись на смерть. По моей спине пробежал холодок ужаса, предчувствие серьезного попадалого засосало под ложечкой. Надо было срочно узнать, что со мной не так. А еще проверить свои способности, как хрономага. Не выходя из-за стола попробовал откатить время назад.

— Вот, видите, скоро Илларион научится вести себя аккуратно за столом и перестанет отбивать у вас аппетит, — снова прозвучала эта фраза, а я посмотрел на окружающих, расширенными от ужаса глазами. Ведь время откатывал на тридцать минут назад, чтобы так сильно не палиться за столом и снова попробовать довольно вкусные блюда. А смог это сделать лишь на несколько секунд.

— У меня что, поврежден мозг? — все с удивлением уставились на меня, не ожидая такого вопроса. Мне уже было пофиг на то, как сейчас меня станут воспринимать. Хотел получить прямой ответ на свой вопрос. — И магии ментальной нет?

— Сыночек, кто тебе такое сказал? И что за магию ты имеешь в виду? — серьезно перепугалась мать.

— Так да или нет? Что с моим мозгом? Я идиот? — спросил прямо у братьев и сестры. — Мне надо это точно знать.

— Да, ты отстаешь в развитии, поэтому относимся к тебе, как пятилетнему ребенку, — Александр ответил мне прямо, а мама с ужасом посмотрела на среднего сына. Я ударил себя ладонью по лицу и откатил время назад, вернув все как было, до своего вопроса про мозг.

Аппетит тут же пропал. Встал из-за стола и медленно побрел в свою комнату, стараясь осмыслить происходящее. Сейчас внимательно осмотрел устройство, которое испускало луч на белую стену, выдавая те самые мультики для детей. И это не было ментальной магией, ну вот ни разу.

— Выбрал себе новое тело, идиот. Мага иллюзиониста, мать его. Из богатого рода. Вот только кто будет помогать и давать денег полоумному юнцу? — ходил по комнате из угла в угол, распинывая игрушки, которые опрокинул из неудачно подвернувшегося ящика.

— Надо срочно искать новое, здоровое тело поблизости, пусть и не молодое, и не из знатного рода, да хоть женского пола, лишь бы мозг функционировал нормально, — для мага времени мозговые волны играли важную роль ретранслятора пси энергии в пространстве. Если этот долбанный ретранслятор поврежден, то вернуться назад за несколько часов, чтобы снова выбрать другое тело уже не получится.

— Гребанные несколько секунд. Что я смогу теперь изменить в этой жизни? Как выполнить задание и спасти планету? Все арахниду под хвост, — в этот момент решил не мучатся и пойти прирезать самого себя, в надежде, что смогу найти где-нибудь поблизости умирающее тело, дабы переселиться. На густо заселенной планете каждые несколько секунд кто-нибудь да умирает.

Рванул в комнаты братьев, чтобы спереть у них что-то смертоубийственное, вот только они уже успели вернуться назад.

— Кто тебе разрешал без спроса заходить ко мне? Хочешь огрести за то, что брал мое оружие? — Михаил сейчас сбросил маску приличия, которую пытался держать за столом. — Мало мы тебя недавно учили уму разуму? Если забыл, то можем напомнить, — он начал расстегивать ремень с брюк, а я от такого приветствия попятился назад. Мишка рванул и успел запереть дверь на щеколду, дабы я уже не смог вырваться. — А если мамочки пожалуешься, как в прошлый раз, то мы придем ночью, разденем до гола и выставим на балкон, светить голой жопой. Может и в душевую закинем голышом к моющимся служанкам, пусть посмотрят на твое бесполезное хозяйство.

— И что я такого сделал, что ты меня ненавидишь? — спросил прямо, смотря в глаза, и совершенно не боясь разозленного брата.

— Вырос в детину великовозрастную, а мозгов, увы, не доложили тебе при рождении. Ларик-дурачок, был им и помрешь таким же. Только наш род Воронцовых позоришь своей дебильностью. Мать стыдится тебя и никого не приглашает в гости, да и балы давно не устраивает, боясь, что узнают о недоразвитом сыне. А нам уже пора невест искать, связи налаживать, а ты все портишь. Хочется придушить, как котенка, чтобы под ногами не путался, да мать с сестрой не расстраивал.

— А если я вдруг стану нормальным, то проблем у тебя не будет? — интересно, что он на это ответит.

— В чудо поверил? Тебя кто только в детстве не смотрел, и лекари придворные, и бабки целительницы, все без столку. Жаль денег спустили на бездаря, — пороть меня он почему-то передумал. — Сгинь уже куда-нибудь, пропади без следа, мать поплачет и успокоится, а нам всем легче будет.

Вот сейчас стало очень обидно. Я к нему пришел, чтобы прикончить себя, а теперь передумал. Зачем делать этому уроду одолжение? Подумаешь десять секунд? Они же есть? Есть. А это очень многое в мире, где вообще, как оказалось, нет магии. Я это увидел по удивленным глазам матери, задав вопрос про ментальную магию.

Я хрономаг и сдаваться не намерен. Просто если вдруг мне попадется умирающее тело в более-менее хорошем состоянии, то перемещусь в него, а пока продолжим знакомиться с миром и сыпать соль на раны своим родным.

Наверное, я мазохист, поэтому решил зайти и ко второму брату. По факту мне фиолетово, любят меня родные или нет, но проверить должен.

Александр недоуменно посмотрел на меня, когда вошел без стука, дабы спровоцировать на конфликт. Осмотрелся по сторонам, увидев странную вещь, лежащую на столе. Бесцеремонно подошел и взял в руки, начав ее крутить и нажимать на кнопки.

— Тебе заняться больше нечем? Положи трубку на стол, не дорос до телефона, — вот и этот проявляет ко мне нетерпение, явно тоже не рад меня видеть. Но в его взгляде больше досады, чем ненависти. Я его просто раздражаю своим присутствием.

— Почему не дорос? Я тоже хочу этот, как его, телефон, где ты его достал? — в памяти прошлого Иллариончика не было информации об этом устройстве. Видно, его вообще мало что интересовало.

— И зачем тебе с кем-то связываться, когда ты всегда дома? — с усмешкой спросил меня Александр. — Со своей служанкой?

— Нет. С вами, например, если вы вдруг покинете дом, а я останусь, — догадался, что сейчас говорим о средстве связи. В других мирах тоже есть разные способы для передачи информации на расстоянии, поэтому не удивился.

— И чего ты нам собрался звонить? Только отвлекать от учебы будешь, когда вернемся в академию по осени, — согласен, если любви нет в семье, то о чем можно говорить с ущербным на голову братишкой.

— Я все равно хочу такой же. Где его мне взять? — не стал сдаваться и усилил давление.

— Иди к матушке или отцу. Они своему глупому ребенку точно отказать не смогут, потому что носятся с тобой всю жизнь. Что бы ни захотел Илларионушка, то расшибутся, но достанут, — а вот эта новость меня обрадовала. Все-таки кто-то любил это несчастное создание, и этим позже можно будет воспользоваться.

У меня есть около двух лет до начала апокалипсиса, так что успею не один раз доказать, как сильно они ошибались на мой счет. Что это за родные братья, которые готовы даже убить младшего, лишь бы не мешался под ногами? Да и тело рано или поздно подходящее подвернется, так что паниковать не буду раньше времени. А вот поумнеть не мешало бы, но для этого нужен какой-либо неожиданный случай, после которого начнет возвращаться разум. Надо становиться умным, но, чтобы сразу не палиться, иногда по-прежнему косить под идиота…

Глава 2

Прогулка на шхуне

Всю ночь ворочался из-за мыслей, которые не давали заснуть. Искал способы, как спровоцировать братьев и не сдохнуть. Умереть, естественно не боялся, но пока это в планы не входило.

— Гребанные несколько секунд. И как вообще с этим жить? Ни утонуть по-человечески, ни свалиться неудачно со ступеней, — ворчал, понимая, что за десять секунд меня спасти ни у кого не получится. А план был простым. Хотел создать какое-либо событие, являющееся большой угрозой для моей жизни. Побыть на глазах у всех на грани смерти, но так чтобы однозначно успели спасти и, по возможности, исцелить. После этого начать понемногу умнеть. Вот только десять секунд отмотки времени назад совсем не давали надежды, на то, что смогу все вернуть как прежде. Если упаду не удачно при братьях, то, конечно, успею вернуться в исходную точку, но вторую попытку смогу предпринять не сразу. Утонуть на глазах тоже не выйдет. Пока заметят, доплывут, спасут, это вообще уйма времени займет, а не несколько секунд. Мне необходимо лишь создать ситуацию угрозы жизни, а не помереть и, не дай бог, покалечиться. А ведь раньше мог поворачивать время впять на двести лет назад, меняя историю. Представляете разницу, двести лет и десять секунд.

— Как же мне сделать так, чтобы не сильно рисковать?- в очередной раз задал себе этот вопрос, обращаясь к собственной памяти. И тут где-то на задворках сознания мелькнула интересная мысль.

— А как начинающие маги времени справляются с этой проблемой? — вообще способность, прыгать из любой точки назад, образуется не сразу. Для этого хрономаг должен, как минимум, повзрослеть, а для этого прожить каким-то лет сто и не сдохнуть. Смерть ему не страшна, но не рекомендуется в первое столетие, чтобы не ломать детскую психику.

— Должны же быть какие-то костыли. Все мы чем-то пользовались в свое время, — напряг память чуть сильнее. Сейчас надо было вернуться в детство на три тысячи лет назад. Родился я в иной галактике, населенной биоморфными особями, умеющими менять свой облик в связи с ситуацией. Это была сильная раса, из которой получались прекрасные шпионы и разведчики. Я мог быть и женской особью, и мужской, надевая, словно платье новый образ, меняя форму и голос. Это было веселое время, когда развлекался в свое удовольствие, соблазняя всех, кто мне был хоть чем-то интересен. Единая мать архонтов, решившая дать продолжение своему роду, поступила очень мудро, подселив ребенка в расу метаморфов. Именно там приобрел навыки перевоплощения, что позже сильно пригодились. Непроизвольно улыбнулся, вспоминая себя на заре зарождения.

— Мать, моя жрица! Как же я смог забыть! Петля времени! — хлопнул себя рукой по лицу. — Все мы пользуемся по началу петлей времени, запуская пробную версию развития событий, когда не уверены в результате. Потом, по мере взросления, она становится не нужна, в связи с тем, что вернуться назад можем в любой момент, практически на любое время, просто по желанию.

От этого озарения аж спрыгнул с кровати и решил немедленно проверить эту первоначальную способность.

— Экскременты арахнойда! Всего лишь десять минут! — мой эксперимент меня сильно не обрадовал. Петлю можно развить до нескольких часов, а у меня опять снова какая-то ущербная возможность управлять временем. — Но десять минут, это не десять секунд. Так, что прорвемся! — попробовал себя уговорить, чтобы не расстраиваться.

Чем отличается «петля» от того, чтобы просто прыгнуть назад во времени? Все просто. В первом случае моделируется новая реальность, подобие временной петли. Если развитие событий не устраивает, петля схлопывается, откатывая время на исходную позицию, запуская ее по новой. Если моделируемые события удовлетворяют, то они добавляются в настоящую реальность, занимая свое место в цепочке времени. По итогу эксперимента, моя «петля времени» моделируется лишь десять минут, после наступает откат, время, когда способность не работает. И время отката у меня сейчас ровно тридцать минут.

Во-втором случае, ничего моделировать не нужно. Если вдруг случается какая-то неэпическая задница, армагедец вселенского масштаба, то просто выбирается нужная точка во времени, с чего все началось, и я перемещаюсь назад, исправляя ненужные последствия. Но, в этом случае, возникает в пространстве временная петля, которая должна исчезнуть из мироздания. И все, кто родился, влюбился, вообще чего-то достиг в этот промежуток времени, должны исчезнуть. Пропадают на глазах города, производства, памятники культуры и сама память об этом.

Своей способностью перекраивать время, мы убиваем многих, их жизни, надежды и мечты. Но и это еще не все. Когда время отматывается назад, не для всех это происходит незаметно. Многие помнят последние моменты прежней жизни и не могут согласиться с происходящем, теряя тех, кто появился в эту петлю, жен, мужей, детей, друзей. Одни едут крышей, тогда их помещают в соответствующие заведения. А вот другие, с более крепкой психикой, начинают выяснять и копать серьезно, создавая целые новые религии, устраивая протесты. Мутят воду, одним словом. Мало того, что приходится превентивно устранять тех, то учинил мировой армагедец, так еще с несогласными приходится разбираться. А вот они вполне себе достойные личности, просто им не повезло, и память у них отменная.

Почему такая хрень происходит с памятью? Да арахнид ее знает. Есть у нашей души одно свойство, она помнит пережитый опыт на бессознательном уровне. Вот жил человек в любви и гармонии с близкими, а потом, бац, остался один. А душа помнит ту любовь, которая его согревала, они начинают искать причину потери. Иногда умные и находчивые вспоминают, если поднатужатся. А мне потом их надо устранять, дабы не нарушать хрупкость континуума, и не запустить временной коллапс, который может разрушить само мироздание.

Что-то меня не туда занесло, повеяло ностальгией и рефлексией. Вообще психика у архонтов со временем становится титановой. Иначе бы мы не смогли выдержать такие нагрузки от колоссальной ответственности за чужие миры, в которые временно интегрируемся. Но если все же маг времени едет крышей по ряду происходящих с ним причин, например, прожитые тысячелетия, что влияют на адекватное восприятие реальности, потеря смысла жизни, или просто потеря любимого человека, то ему пора на перерождение. Что может сотворить маг времени, поехавший рассудком, даже сложно представить. Он может сдвинуть запросто временной континуум, распараллелить несколько Вселенных, создать коллапс в некоторых галактиках и на многих планетах запустить апокалипсис.

Вот поэтому хрономаги учатся держать свои чувства под контролем, стараясь ни к кому не привязываться и не влюбляться ни в коем случае. Потому что, когда они находят причину возникновения проблемы на планете, то прыгают назад, устраняя ее на начальном этапе. А все, что происходит с ними во временной петле, просто исчезает в пространстве. Но боль от потери всегда остается, даже если маг держал чувства под контролем. А если приходится оставлять любимого человека, бррр, даже думать об этом не хочу. Зарекался не влюбляться, и до сих пор держу свое слово. Именно поэтому смог долго прожить без глобального перерождения в новом теле, что стирает до девяносто процентов памяти, оставляя лишь самое необходимое…

С утра решил играть в провокацию своих кровных родственничков. Раз меня воспринимают великовозрастным ребенком, то придется этому соответствовать.

Завтрак в имении Воронцовых проходил в узком семейном кругу. Ирина Васильевна со своими четырьмя детьми старалась придерживаться старых традиций, есть за одним большим столом, чтобы как можно больше проводить времени с уже повзрослевшими детьми. Глава семьи Илларион Илларионович уже месяц, как был на Кавказе и вел дела рода, обеспечивая семье выгоду и защиту. Сейчас времена стояли относительно мирные, а вот его отец с дедом успели повоевать, заслужив почести от государя и награды. Дети давно учились в Санкт-Петербурге, в самой престижной академии, и только на лето возвращались к матери, в родное имение, к морю. Здесь они могли собраться все вместе, хорошо отдохнуть и набраться сил.

— Как спалось, ничто вас не беспокоило ночью? — Ирина Васильевна обратилась к детям, дабы начать разговор.

— Нет, спалось крепко, — ответила Мария за всех, — здесь же тишина и свежий воздух, они целительны для наших организмов, — дочь знала, как для матери важно здоровье ее детей.

— Какие у вас планы на день? Илларион, перестань нюхать кашу, съешь уже ее, в конце концов, — сделала замечание матушка. Разговор, как обычно не особо клеился. Дети, за время учебы, сильно отвыкали от родного дома и сейчас старались быстрее позавтракать и разбежаться по своим делам.

— Пожалуй, мы с братом возьмем шхуну с матросами и прокатимся вдоль побережья, — поделился намерениями Михаил.

— Хочу покататься с братьями, — решил не упускать столь прекрасный шанс и напроситься на неприятности.

— Тебе с нами будет не интересно, — попытался вежливо отговорить меня Александр, но только чисто для матери.

— Я хочу вместе с вами поплавать на шхуне, мы же братья, — чуть капризным голосом продолжал настаивать на своем. В это время играл с кашей в тарелке. Вчера понял свою оплошность, и теперь себя вел, как ребенок.

— Да, возьмите его хоть разок с собой, вы же родные братья, — неожиданно встала на мою сторону сестра. — Иначе он опять не даст мне никакого покоя, весь день будет ныть, чтобы с ним поиграли, — не на мою, а на свою сторону встала Машка. Ей, по всей видимости, жутко надоело присматривать за глупым братом.

— Присмотрите за Илларионом, ему с вами будет полезно пообщаться, — Ирина Васильевна улыбнулась так, что старшие сыновья не смогли отказать своей матушке. — Вот и ладненько. Малыш вырос, а в поместье одни женщины, ему не от кого перенимать мужской опыт.

Братья недовольные направились к морю. Я не спеша семенил за ними, потихоньку раздражая их своими вопросами.

— А куда мы поплывем? Будем искать клад, спрятанный пиратами? — это я сейчас вспомнил историю, которую читала матушка недавно.

— Какой еще клад? Отвезем тебя на необитаемый остров, там и оставим, — рассмеялся Михаил.

— А потом приплывете за мной? — продолжал свою стратегию.

— Приплывем, но очень нескоро, — усмехнулся Михаил. А я догадался, что меня там, скорее всего, забудут навсегда. Поэтому ни на какие острова даже не буду пытаться высаживаться.

На причале покачивалось парусное судно. Матросы натягивали белоснежные паруса и возились с оснасткой. Мы спустились на корабль, где нас уже ждали. Капитан подошел к братьям и отвесил поклон, я же залип на корме с открытым ртом, любуясь красотой этого парусника.

— Господа, куда вас сегодня доставить? Какими будут основные точки круиза? — по всей видимости, братья на каникулах часто выходили в море развлекаться.