Хищный клан

— То есть я могу выйти на улицу и прокричать, что меня притащили из другого мира и попросить о помощи? — съехидничал я.

— Можешь, — усмехнулся Томас. — Из этого здания и не такие выбегают, правда, магический барьер их дальше забора не пускает. Вон вчера ночью один утверждал, что он сам император Кречет. Грозился на нас праведный гнев наслать, если мы не доставим его в столицу.

— Чего? — я уставился на мужика с выпученными глазами. — Я что в психушке?

— В госпитале для душевно больных.

— Фига! — выпалил я, подкрепляя образ удивлённого простофили.

Не, ну оказаться в теле душевнобольного — это слишком. Вот уж таинственный бог удружил.

— Слушай дальше, — продолжил Бернар. — Скоро твои родственники узнают, что ты очнулся, и заберут тебя. У тебя будет три месяца, чтобы отыскать родовой артефакт Акулиных и украсть. Если не справишься, умрёшь.

Ага, как же. Меня не так-то просто поймать. Об этом я, конечно, промолчал.

Но словно в доказательство своих намерений Бернар достал из кармана камень, переливающийся голубыми искрами.

— Этот артефакт связан с твоей душой. Твоё проклятье, если простыми словами. Стоит мне его разбить, как смертельное заклятье вернётся к тебе. И всё, — объяснил он.

О, а вот это уже моё направление. Правда, пришлось приложить усилия, чтобы улыбка не расплылась на пол лица.

— Я должен тебе на слово поверить? — добавляя в тон скептицизма, спросил я.

— Да, — ответил Томас. — Разбить его можно только один раз. а вот снова избавить тебя от проклятья уже не выйдет. Для этого нужны специальные кристаллы, которые добывают на восьмом уровне изнанки. Таких всего несколько штук во всём мире.

— Какая ещё изнанка?

У меня в голове всё перемешалось. В моём мире не было никакой изнанки. Да и от проклятий избавлялись куда проще.

— Потом узнаёшь, — отмахнулся Томас. — Мы тут не лекции пришли рассказывать. Так ты согласен на сделку?

— Артефакт Акулиных в обмен на этот кристалл?

— Именно.

Мысленно я уже всё решил, но мне было необходимо потянуть время. В теле юного графа теплилась свежая манна, которой, судя по всему, никогда не пользовались. Но она располагалась в магических каналах, что протекали по телу параллельно кровеносной системе.

И чтобы суметь ей воспользоваться, необходимо было пройти инициацию. А был только один способ сделать это, не привлекая внимания. И я готовился.

— А где гарантии, что вы меня потом не прикончите? Я же больше не буду вам нужен, — с задумчивым видом интересовался я.

— Тебе придётся поверить нам на слово. Не в твоём положении торговаться, иномирец, — хмыкнул Томас.

Ага, поверить на слово. Я разве похож на идиота?

Ну, если меня не заставят принести какую-нибудь магическую клятву, то вполне можно схитрить. А за три месяца вполне реально разрулить ситуацию в свою пользу, если не получится сделать это прямо сейчас.

Ведь новое тело в новом мире будет вести себя непредсказуемо, здесь работают совершенно иные законы.

— Ну ладно, — я развёл руками, так просто, словно соглашался с ценой на рынке.

Ещё где-то час Бернар и Томас объясняли как должен выглядеть артефакт и через кого из рода Акулиных я смогу его найти. И этого времени мне хватило, чтобы подготовить магические каналы к инициации.

— А можно мне поближе этот кристалл посмотреть? Интересно же, — спросил я у мужчин, делая максимально глупое выражение лица.

Они переглянулись. И Бернар достал из кармана кристалл с проклятьями. Вложил его в мою руку.

— Ток не разбей, а то сразу сдохнешь.

— Ага, — со злобной ухмылкой ответил я и швырнул кристалл о стену.

— Ты что творишь⁈

Двое с выпученными глазами стояли и смотрели на меня, а я запустил инициацию.

Из кристалла вырвалась голубая, серая и фиолетовая дымка. Сплеталась в три потока, и точно змея поползла ко мне по полу.

Всё тело начало жечь, будто я падал в жерло вулкана. Лицо искривилось от боли. Но всего за пару мгновений она сменилась эйфорией. И я начал улыбаться, словно в самом деле был душевнобольным.

— Что он делает? — озадаченно спросил Томас у своего подельника.

— А какая разница? Всё равно сдохнет за пару минут. Только время потеряли.

Бернар презрительно сплюнул на пол. И плевок прошёл сквозь дымку, не задев её.

Проклятый туман обволакивал мои ноги. А мужчины с интересом наблюдали, ничего не предпринимая. Ну и хорошо, ведь теперь меня ничто не сможет остановить.

Я нашёл в этом теле частичку своего дара из прошлой жизни, которая перенеслась вместе с душой. Направил жизненную энергию, чтобы расширить этот одинокий канал. Этим я убавил себе лет десять жизни, но это легко решить потом.

Используя частицу особого дара своей души, я направил дымные потоки, которые заключали в себе смертоносные проклятья в этот самый канал. И стал преобразовывать их, используя для расширения.

Так проклятье и испарилось. Только раньше я загонял проклятья в магический источник в форме кристалла возле сердца. А сейчас в каналы. Суть осталась та же, изменилась лишь форма.

— Как ты это сделал? — опешил Томас, и у него чуть не отвалилась челюсть от удивления.

Ведь от проклятого дыма и следа не осталось, а я — жив. И самое приятное, после инициации во мне пульсировала манна, которую я мог использовать.

— Да он нас дурил! — сообразил Бернар.

— А вы повелись, — ухмыльнулся я, а мысленно уже заготавливал убойное заклятие.

Томас развёл руки, и в его ладонях загорелись огненные шары. Но я оказался быстрее.

Скастовал заклинание молнии, но что-то пошло не так.

И вместо серии электрических ударов из моих рук хлынул поток воды прямо в огненного мага. Ну, это возымело толк, и огонь погас.

А вот Бернард набросился на меня с кулаками. Я увернулся и задел стол. С него упал поднос с едой.

Наклонился и поднял вилку. И одним рывком воткнул её в глаз громилы.

Пока Томас кастовал что-то новое, а Бернард вытаскивая вилку, вспоминая все местные ругательства, я обратился к той своей силе, что должна наверняка сработать.

Начертил в воздухе пальцем руну смерти и вложил в неё манну из преобразованного магического канала. Она загорелась голубым пламенем. И стоило мне на него подуть, как синий огонь перекинулся на мага-огневика.

Он завопил от боли. Такое пламя потушить невозможно.

Осталось разобраться со вторым. И снова — руна смерти.

И теперь в моей палате на полу красуются два обугленных трупа. М-да, надо бы с ними что-то сделать.

Да и удивительно, что на крики и шум битвы никто из персонала не прибежал. Подошёл к двери и понял в чём дело. Здесь был наклеен листок с руной тишины.

Отлично. Как раз успею убрать тела. Но ведь убитые не просто так пришли. Да я с уверенностью могу сказать, что они работают на кого-то значимого в этом мире.

И тут мне придётся каким-то образом узнать, что за кадры занимаются переселением душ и обезопасить себя от них. И про артефакт надо узнать. Что в нём такого ценного, раз ради его получения в это тело пытались подселить добрую сотню душ?

Я осмотрел палату в поисках чего-нибудь, чем можно начертить руны на полу, но не нашёл ничего, кроме странного вида одежды. Мужской костюм в стиле двадцатого века. Неужто здесь все такое носят? В моём мире давно перешли на джинсы и футболки, правда, на войне с некромантами пришлось форму потаскать. Генеральскую, между прочим.

Для использования невидимой руны, как я это делал двадцать минут, не осталось маны в крошечном, но слегка расширенном канале. Такими темпами мне придётся не одну сотню подобных мощных проклятий впитать и преобразовать, чтобы вернуться к прежнему уровню дара.

В общем, вместо письменных принадлежностей я воспользовался разбросанной по полу едой. И вскоре картофельное пюре с каким-то странным гуляшом из мяса то ли говядины, то ли курицы, очертило вокруг сложенных рядом покойников труп. И ещё на руны испепеления немного осталось.

И уже через пять минут на месте безобразия красовался чистый пол. Даже чересчур чистый. Граница круга выбивалась в свете магических светильников. Ну, это уже не страшно, тут только умелый рунный маг докопается.

Решил отдохнуть, пока ко мне ещё кто-то не пришёл. В голову полезли разные мысли.

Жаль, что в своём мире я погиб, и туда уже не вернутся.

Да и не к кому мне возвращаться после последней битвы. Прямиком из детского дома меня забрали в гимназию для одарённых, где и вырастили идеального ведьмака. А из-за постоянных войн с некромантами под предводительством лича долгие отношения я так и не построил.

От скуки я просто уснул. А проснулся от скрипа открываемой двери. Поднял голову и увидел грудастую медсестру. Улыбнулся ей, а она посмотрела на меня так, словно перед ней мертвец поднялся из могилы, и убежала. А я-то думал, что не так плохо выгляжу.

Следующие часы меня посетил целый десяток докторов, которых тут называли целителями. Они меня осматривали, опрашивали. Но я в основном отвечал, что ничего не помню, и никого это не смущало.

Ближе к вечеру ко мне в палату, словно ураган ворвалась девушка с длинными голубыми волосами. Она кинулась мне на шею и крепко обняла. Да так, что я чуть не задохнулся.

— Братик! Ты живой! — ликовала она.

За ней вошёл парень в строгом чёрном костюме и злобно посмотрел на меня. Черты его лица напоминали мне собственное отражение в зеркале. Видимо, это брат.

— Живой! — ответил я девушке. — Только вот не помню ничего.

— Ничего страшного. Мы тебя домой заберём, и там память быстро вернётся!

— Ага. И завтра снова отшибёт, — с усмешкой сказал парень.

Я злобно на него покосился, но парень лишь отвёл взгляд к окну.

— А ты кто? — спросил я у него, помня, что мои странности никого не должны смутить.

— Это же Алексей. Твой двоюродный брат, — смущённо ответила девушка.

— А…?

— А я Виктория, — перебила она меня. — Ты совсем-совсем ничего не помнишь?

— Помню, что меня Сергей зовут. Эм-м, на этом всё, пожалуй, — ответил я, изображая задумчивость.

— Почему я не удивлён? — ехидно спросил Алексей.

— Может, потому что твой брат чуть не умер? — ответил я в таком же тоне.

— Мой брат — придурок, каких поискать.

— Алексей! — насупилась Вика. — Он же только пришёл в себя. Забудь о своей ненависти хотя бы на день.

— Не могу, сестрёнка. Сергей позорит весь наш клан. Мало того что мы в изгнании на этом треклятом острове, так он ещё и умудрился убить княжича Черепахова и обратить весь их род против нас! А потом чуть не утонул и получил от предсмертное проклятие. Понимаешь? Акулин и чуть не утонул?

— М-да, странно, — спокойно ответил я, поражаясь похождениям прошлого хозяина этого тела. — А почему я не мог утонуть?

Я снова вернулся к лучшей стратегии расспросов в моём положении. И делал вид, что ничего не понимаю. Хотя по большей части так и было.

— Да потому что ты Акулин! — злобно прокричал Алексей. — Видишь, сестра, даже наш покровитель от него отвернулся.

— Дело не в великой Акуле, а в проклятье. Целители не смогли мне толком объяснить, куда оно делось, — сказала Вика.

— Чудесный дар Акулы? — предположил я.

Догадывался, что ребята говорят именно о той акуле, что изображена на моём перстне.

— Да какая разница? — отмахнулся брат. — Может, свяжемся с твоим отцом и скажем, что целители советуют Сергею остаться здесь на более длительное лечение? А вдруг они и голову ему смогут починить.

— Да что не так с моей головой? — выпалил я.

— Сергей, понимаешь, — начала Вика и запнулась.

Девушка, видимо, рассуждала, как бы помягче мне сказать.

— Ты просто идиот, — вместо неё ответил брат.

— Ты тоже идиот, раз так общаешься. Но что-то мне подсказывает, наш идиотизм сильно отличается, — парировал я.

— Да как ты смеешь? — разозлился Алексей и приблизился к моей кровати.

— Больного бить собрался? Ещё вопрос кто из нас больше род Акулиных позорит.

— Алексей! — остановила его Вика. — Перестань, пожалуйста.