Последний реанорец. Том V

Радовало лишь то, что дела моего корпуса, точнее фирмы, медленно, но верно набирали ход, и открытие было уже не за горами. Да и к постройке квартала альвов всё готовилось ударными темпами, а основное строительство начнется лишь с весны. Но самое важное было в ином. Завтра Вадим и Лёня должны будут привести в Москву Кертайса и Калиру на встречу с императором. Так что деньки перед так называемым Новым годом выдадутся более чем насыщенные, а уже после этого я и Ростислав и еще неназванный круг лиц отправимся в Вену. А вот сам Юстан после того, как узнал о договоре между императорами, на следующий день укатил обратно в Пруссию. Так что этого кухаркиного сына я более не видел.

Так что прошедшие три недели в обществе Потёмкиной, Трубецкой, Ростислава и наставников были чем-то наподобие передышки и отдыха.

А разочаровывал покамест только один факт. Хельга так и не дала мне своего ответа и до сих пор молчала. Но был еще один момент, что вводил меня в ступор. Смущало поведение великой княжны. Слишком странно та вела себя в последнее две недели. Как-будто та над чем-то постоянно размышляла. Либо надвигающееся прибытие альвов её так напрягало, либо было что-то еще, о чем я был не в курсе. Лишь косые взгляды магини жизни меня изрядно нервировали. Вот тебе и интерес великой княжны, который медленно выползает боком.

— Ростислав, не маши руками как мельницей! — сухо прикрикнул на него Мирослав, приложив деревянным шестом племянника по спине и рукам, отчего тот невольно скривился. — Ты не представитель древнего клана и не тайный шинобы. Оставь эти лишние телодвижения для них. Тебе это ни к чему. Коснись силы напрямую и в то же время не дай духу заполонить всю свою суть своих каналов. Держи их в балансе. Чем выше будет контроль, тем концентрированней будет твоя сила.

Да. Сегодня была очередь Мирослава.

Данным медитативным упражнением внук императора занимался уже второй час кряду. Я же со скукой лежа на сугробе лишь наблюдал за происходящим.

— А почему Захар его не делает? — вдруг возмутился парень.

— Потому как ему это уже не нужно. У него с этим всё в порядке. У тебя же этот пункт хромает на обе ноги. За три недели ты даже царапины на нём не оставил.

— Так он архимаг! — кисло отозвался уникум.

— Протестую, — лениво заговорил я. — Мой ранг магистр. Максимум первая степень.

— И не стыдно тебе врать своему другу, да еще и будущему императору? — скривился вдруг деланно Романов.

— Ничуть. В этот раз, как и в прошлый, меня спасла гемомантия, — соврал тотчас я, не моргнув глазом.

— И как же вы ею воспользовались, граф? — подала голос до сих пор молчавшая Виктория, оторвавшись от чтения какого-то свитка, между делом изучая меня пристальным взглядом.

Чтоб тебя тавтонский жеребец лягнул! Неужели настолько необходимо было встревать? Знала бы Бездна, насколько она мне надоела. Эта въедливая магичка уже третью неделю приезжает в моё арендованное имение вместе с братом и постоянно умничает.

— Спонтанно, ваше высочество, — миролюбиво усмехнулся я великой княжне. — До конца я этот процесс не контролирую.

— Так может, потренируетесь? — хитро прищурилась девушка, откладывая в сторону свиток и резво поднимаясь на ноги.

— Виктория, держи себя в руках, у всех есть свои тайны. Мы ничуть не лучше остальных. Если это не угрожает империи, то априори дозволяется. За Захаром ничего подобного не обнаружили, так что успокойся… — вдруг подал голос Мирослав, ведь он и Ростислав уже некоторое время с интересом наблюдали за нашей пикировкой, отвлекшись от своих занятий.

— Всё в порядке, Мирослав Петрович, — благодарно кивнул я сыну канцлера. — На что вы намекаете, ваше высочество? — сухо осведомился я.

— Как насчет небольшого спарринга?

Стоило прозвучать знакомому слову, как улыбка Ростислава стал шире некуда и тот радостно закивал.

— Поддерживаю, не одному же мне получать по ше… Ай! Дядя! Я же ничего не сделал!

— Сделал и за это получил, — тихо отозвался изгой, приложив племянника по спине еще пару раз. — Для тебя я сейчас не дядя, а наставник, либо же Мирослав Петрович.

Всё же нравилась мне такая манера поведения этого столпа империи. Было заметно, что странствие по стигмам и пятнам оставили на нём свой отпечаток. Сейчас он более изгой, чем сын канцлера, а уж в последнюю очередь Романов.

— Так что скажете, граф? — лукаво отозвалась девушка, с улыбкой наблюдая за избиением брата. — Со мной вы и попытаетесь воспользоваться своей гемомантией.

Трепещи Ракуима! До чего же приставучая! Похоже, я смог найти девицу въедливей Тулаевой. Интересно, получится ли выдать постулат частично за технику гемомантии? Видимо, сейчас и узнаем.

— Если её высочество этого желает, то почему бы и нет, — поклонился я великой княжне, соскальзывая с насиженного сугроба и подхватывая со снега портупею с ножнами, в которых дожидались своего часа иглы и джады.

— Ха-ха! Вот это по-наше… Ай! Дядя!..

— Мирослав Петрович, поработаете судьей?

— Без проблем, — кивнул сухо мужик, а после всё же предупредил. — Но контролируй себя. Возможно, Ростислав в чем-то прав. Для Виктории это будет полезно.

— Всенепременно, — серьезно сообщил ему я.

Минуту спустя мы с Романовой уже стояли метрах в пяти друг напротив друга на тренировочной площадке, а защитный купол медленно стал сходиться над нашими головами.

Легкий обтягивающий тренировочный костюм. Туго заплетённая коса. Серьезное выражение лица и рапира в правой руке. Именно в таком боевом облачении предстала Виктория.

— Граф, прежде чем мы начнем, я хотела бы кое-что спросить. Вы позволите?

— Не вижу причин отказывать, ваше высочество, — расслабленно отозвался я.

— А откуда пошло такое прозвище, как «Зеантар»? — вдруг полюбопытствовала та.

Что за бред? Почему моё чутьё чувствует подвох?

— Его дали мне в приюте на третьем кольце.

— Но почему именно такое? — продолжала свой допрос Романова, медленно обходя меня по кругу, подобно бывалой хищнице.

— Дети. Кроме фантазии у нас ничего не было, — солгал я со слабой улыбкой на губах.

— Значит дети и фантазия, — задумчиво повторила за мной великая княжна, а в следующий миг секундная рассеянность сменилась волевой решительностью. — В таком случае защищайся… — а в следующий миг я услышал обращение, которое никогда уже не рассчитывал услышать. В душе невольно пробил предательский ритм, но вот на лице не дрогнул ни один мускул. — …Тар.

Что за дерьмо здесь творится?!. Откуда она знает?.. Не хочется этого признавать, но мне не нравится происходящее.

Аура Виктории мгновенно вспыхнула ярко-изумрудным блеском, и в тот же миг девушка ловко атаковала меня из нижней стойки. Движения были выверенными и отработанными до безупречности. Да и суть магов жизни давала о себе знать. У целителей нет боевых техник и заклинаний. Жизни претит смерть. Вот только порой проще встретиться со смертью, чем ощутить на своей шкуре магию исцеления враждебной целительницы.

Да, у них нет боевых атакующих техник, но их сила такова, что может влиять на собственное тело. Именно этим Романова и воспользовалась. Девушка постоянно усиляла саму себя.

А манера боя была ей под стать. Резкая, стремительная и молниеносная. Она умела пользоваться рапирой. И навыки её были на весьма хорошем уровне. Хоть и не на таком, как у Прасковьи.

Правда, для меня наш спарринг были сродни схватки с ребенком. Реанорский взгляд спокойно отслеживал все движения и акробатические выверты, а джады действовали согласно приказам хозяина и в самые последние мгновения отводили в сторону любые выпады рапиры. С начала нашей дуэли я так и не шелохнулся с места, а в мыслях продолжали витать последние слова Романовой.

Нежели эта… жизнючка что-то знает?! Я где-то просчитался? Она что-то смогла откопать? Нет. Она не могла. Слишком слаба. Здесь что-то другое. Или всё-таки не слаба? Я ослабил бдительность? Бездна, вот же дрянь!

— Сестра, поднажми! У тебя почти получилось! — вдруг заголосил до безумия довольный Ростислав, наблюдая за тщетными потугами девушки пробить мою защиту. — Того гляди Захар сделает еще пару лишних шаг… Ай! Дядя! Я ведь её подбадриваю! — тотчас возмутился цесаревич на удар шеста Мирослава, но под взглядом дядьки моментально заткнулся и притих.

Если она что-то знает, либо подозревает, то эта девка опасна для меня. По-хорошему от неё проще избавиться. Но в моей ситуации это попросту невозможно. Даже устроить несчастный случай не получится. Весьма невыгодная позиция. Хотя ничего непоправимого пока не произошло. Что ж, ладно. Значит, выберем иную стратегию. Самую простую, но действенную.

И на губах самопроизвольно заиграла злорадная ухмылка.

Я ведь вроде как гемомант, так ведь?

Джад в очередной раз ловко соскользнул по рапире великой княжны и промчался в сантиметре от её лица, но страха в глазах у Виктории не было, лишь очевидное удивление и… довольство?!

Она мазохистка? Нашла коса на камень, твою мать!

Постулат реанорского берсерка…

Вот вам и подобие гемомантии.

Аура резко всколыхнулась волной силы, а в воздухе явственно запахло железом. И сейчас все выпады девушки более напоминали танец сонной мухи. Настолько она казалась мне медленной.

Пора заканчивать эти игры. Сделаю ей небольшой подарок.

Рапира уже на всей скорости неслось мне в горло, но хватило одного рывка и шага навстречу, чтобы Виктория приложилась на всей скорости своей головой о мою грудь, а кромка лезвия её рапиры чиркнула меня вскользь по шее. Правда, джад уже в это время был у неё сзади и аккуратно постукивал спиральным клинком по тонкому стану великой княжны.

Но в следующий миг Виктория сделала нечто странное, выпустила из рук рапиру, и плотно прижавшись ко мне, прошептала мне на ухо лишь одно слово. Точнее имя. Имя, которое тяжелым грузом лежит на моей душе много лет спустя наравне с именами моих близких.

— Вэйриса…

Что за?..

— О чем вы, ваше высочество? — нахмурился наиграно я, пока в душе в это время уже бесчинствовала буря.

— Мне сняться сны. Очень часто сняться сны, — вдруг зашептала девушка, и в её эмоциях я не уследил ни капли лжи. — Поэтому нам нужно о многом поговорить с вами, граф. Но сделаем мы это уже после вашей поездки в Вену. Мне нужно многое обдумать. Договорились?

— Не понимаю, о чем вы, ваше высочество, но если вы желаете, я совсем не прочь побеседовать, — кивнул утвердительно я, мгновенно отстраняясь от девушки и быстро беря свои эмоции под контроль.

Она что-то знает. И что еще за сраные сны? И как много она видела? Надеюсь, это не то, о чем я думаю.

— Как и предполагалось, победил Захар, — злорадно потирая ладони и весело скалясь, изрёк Ростислав, медленно направляясь к нам навстречу, когда купол испарился.

— Нет, вовсе нет, — отрицательно покачал я головой и медленно мазнул пальцами по шее, а после с улыбкой указал парню пару капель крови, на лице же Мирослава в это время уже блуждала понимающая ухмылка. — Я проиграл.

Причем дважды. Разрази меня Бездна!

— Ты издеваешься?! — нахохлился моментально цесаревич, завидев кровь. — Ты поддался моей сестре? Что за подстава?!

— В отличие от тебя, братик, у графа есть чувство достоинства и уважения к дамам, — пожурила Виктория парня, а после с улыбкой повернулась ко мне. — Спасибо тебе, Захар. Мне понравилась наша схватка. Как-нибудь повторим.

Это странно. Очень странно. Ведь я не могу понять, будет от неё вред или же нет.

Но от нужной мысли меня вдруг отвлёк голос Терентия, который пожаловал прямо на тренировочную площадку.

— Я прошу прощения за свою дерзость, ваши высочества, — как можно ниже поклонился дворецкий трём Романовым, а после скосил на меня взор. — Ваше сиятельство, к вам пожаловали гости.

Трепещи Ракуима! Кого там нелёгкая принесла? Терентий бы не стал отвлекать меня от дел, а Алиша и Прасковья здесь чувствуют себя как дома. Даже не спрашивают моего разрешения.

— Что за гости? — полюбопытствовал я, забрасывая джады в ножны.

— Графиня Острожская в обществе некой дамы, что представилась… вашей матерью.

Чтоб я сдох! Вот же суккубья кровь, чего она-то забыла вдали от Царицина? И какая еще мать?! Ох, Бездна, да что за день-то сегодня такой?..

Глава 3. «Семейные» посиделки с подвохом…

Настроение было ни к черту, но как бы то ни было приходилось себя сдерживать перед троицей отбывающих восвояси Романовых. Конечно, ничего непоправимого еще не произошло, но намечается весьма дерьмовая тенденция.

В целом на Острожскую и мою якобы мамашу было плевать, подождут. А вот осведомлённость Виктории изрядно напрягала, но она сама проговорилась о том, что видит подобное во снах. Само собой, это упрощало и в тоже время усложняло данную ситуацию. Вариантов было несколько.

Первое, происходит нечто за гранью моего понимания, то, что невозможно объяснить, а за годы, прожитые в Мерраввине, я повидал всякое.

Второе, и самое правдоподобное это дел рук самой Романовой. Она честно призналась, что заинтересована во мне. Именно эта зацикленность могла сыграть с ней и мной злую шутку. Ведь она магиня жизни с редким на Земле даром менталиста. И, похоже, не слабым даром. Её дар магии разума помог увидеть то, что скрыто во мне и моей личности. Вот только действует подобная методика иным образом, а не через сны, но есть шанс того, что девушка пошла дальше и видит гораздо больше.

Третий вариант самый… невероятный. Вэйриса. Вэйриса Нор-Ата тоже была магиней разума. Причем весьма могущественной, хоть и погибла она в довольно молодом возрасте. А те, кто был повинен в её смерти, были беспощадно уничтожены моими руками в далёком прошлом. Вот только до самой моей кончины была та, кто ненавидел меня более остальных. Точнее меня ненавидели все. Но Хаарса была в первом эшелоне. Склочная и до безумия мстительная тварь. Ведь во времена реанорской охоты я под корень попытался вырезать её насквозь прогнившее племя. Зуб за зуб. Жизнь за жизнь. Кровь за кровь. Именно её последователи уничтожили дом Ар-Ир и Нор-Ата.

Всё очень странно и очень запутанно. Радует лишь то, что Виктория считает это снами и не настроена враждебно. В её эмоциях я лишь успел уловить непонимание, удивление и просто запредельное количество интереса. Но слава Бездне, что сновидения можно интерпретировать по-разному и главное есть время. На этом и сыграю. Её любопытство будет мне на руку.

Правда, если к вечеру сегодняшнего дня произойдет еще какая-либо неожиданность или неприятность, то я за себя не ручаюсь. Терпение никогда не было моей сильной стороной.

Кортеж Романовых только-только успел скрыться на заснеженном горизонте, как я без каких-либо раздумий, прямо в тренировочных одеяниях уже направился в гостиную имения. Плевать на этикет и всё сопутствующее.

— Сейчас поглядим, что это еще за «мать» так называемая, и что задумала Царицынская жизнючка ублажающая безутешных вдов по всей империи, и каким это попутным ветром её занесло именно ко мне, — шепотом пробормотал я себе под нос, держа путь в необходимом направлении.

Бездна, а ведь только недавно разобрался с одними родственными связями, как объявились еще одни.

— Ваше преблагородие, купальня готова, — тихо обронил дворецкий, стоило мне пожаловать внутрь усадьбы.

Исполнительный он всё-таки мужик. Нравится мне это. Не зря я запросил именно его и всю прошлую прислугу со сгоревшего имения Ефанова.

— Не в этот раз, Терентий. Гостьи незваные и в таком случае потерпят, — отмахнулся я.

— Тогда они ожидают вас в гостиной, — учтиво отозвался слуга. — Изволите чего?

— Всё, как и всегда.

— Травяной чай на малиново-яблочной настойке, — вновь кивнул с явным довольством дворецкий. — Будет исполнено.

Говорю же, умный мужик. Чем-то напоминает Савелия. Может они родственники?

Несколько секунд спустя рука моя легонько легла на гладкую поверхность двустворчатых дверей гостиной, и уже своей излюбленной ленивой походкой пришлось прошествовать внутрь.

Первое, что бросилось в глаза это невероятно нервная женщина лет тридцати-пяти с весьма приятными чертами лица, и которая с заметной паникой не находила себе места и вышагивала из угла в угол. И либо я совсем выжил из ума, либо это было на самом деле так, но мой реанорский взор почти сразу уловил явное сходство с прошлым образом Захара. Завидев же меня та, словно оторопела и испуганно сглотнув, перевела свои затравленные глаза на вполне расслабленную Острожскую, которая наблюдала за всем со слабой, но удовлетворенной улыбкой на губах.

Вот уж кто не изменилась и осталась всё той же.

Суккубья кровь. Зуб даю, её родичами были вьеры с кровью суккуб. Причем самые отпетые её представительницы. Портовые.