Помоги проекту - поделись книгой:
В начале марта 1794 г. Эбер и некоторые его сторонники заявили в Клубе кордельеров о необходимости восстания для проведения новой чистки Конвента. И хотя этот призыв не имел практического продолжения, Комитет общественного спасения использовал его как повод для разгрома ультралевых. Их лидеров арестовали в ночь с 13 на 14 марта, предали суду Революционного трибунала и спустя несколько дней казнили. Состав коммуны был радикально обновлен: ее возглавили сторонники Робеспьера.
После этого настала очередь «снисходительных». 30 марта были арестованы Дантон, Демулен и еще ряд депутатов Конвента. В начале апреля над ними состоялся суд. Чтобы добиться обвинительного приговора для людей, имевших среди революционеров огромный авторитет, робеспьеристам пришлось грубо нарушить процессуальные нормы. Приговор был вынесен, обвиняемые казнены.
Важным шагом на пути к «царству добродетели», по мнению Робеспьера, должно было стать введение гражданского культа Верховного существа, которой бы обеспечил сакрализацию республиканских добродетелей. 7 мая Конвент после доклада Робеспьера принял декрет, где сформулировал принципы новой религии и установил соответствующие праздники. Первый из них состоялся уже на следующий день. Однако насаждаемый сверху искусственный культ не нашел отклика в народе.
Другой мерой по реализации робеспьеристского идеала стало ужесточение террора. 10 июня 1794 г. (по революционному календарю – 22 прериаля II года Республики) по докладу Кутона, активно поддержанного Робеспьером, Конвент принял декрет, лишавший обвиняемых права на защиту и предусматривавший для «врагов народа» единственное наказание – смертную казнь. Само понятие «враг народа» было крайне расплывчатым. Таковыми, например, признавались те, кто «пытается вводить народ в заблуждение и препятствовать его просвещению, портить нравы и развращать общественное сознание». Закон 22 прериаля открыл дорогу Великому террору. Только в Париже с 11 июня по 27 июля было казнено 1376 человек.
Среди депутатов Конвента росло недовольство диктаторской властью Робеспьера и его сподвижников. Те, зная о зреющей оппозиции, готовились нанести по ней удар. Однако она опередила их. 27 июля (9 термидора), когда Сен-Жюст собирался выступить в Конвенте с обвинениями против ряда депутатов, часть монтаньяров, в том числе членов Комитета общественного спасения, открыто обвинила Робеспьера и его окружение в «тирании» и при поддержке «болота» провела декрет об их аресте. На следующий день Робеспьер, Сен-Жюст, Кутон и их сторонники (всего 22 человека) были казнены. Якобинская диктатура пала.
Свержение Робеспьера положило конец системе террора. Хотя некоторые из термидорианцев (так называли участников «революции 9 термидора») и хотели бы сохранить ее в прежнем виде, большинство членов Конвента, где тон теперь задавали депутаты «болота» (Сийес, Тибодо, Буасси д'Англа, Камбасерес и др.), сочло необходимым ее демонтировать. Уже в августе 1794 г. полномочия Комитетов общественного спасения и общей безопасности были существенно сокращены, Революционный трибунал реорганизован, коммуна упразднена. На свободу вышли все, кто находился в тюрьмах по закону о подозрительных и против кого не было выдвинуто никакого обвинения. Осенью власти закрыли Якобинский клуб. Состоялись процессы над наиболее одиозными «террористами» – организатором утоплений в Нанте Каррье, «палачом Арраса» Лебоном, обвинителем Революционного трибунала Фукье-Тен-вилем. Все они были осуждены и казнены. Весной 1795 г. Конвент постановил выслать в Гвиану ряд бывших монтаньяров, которые играли видную роль в период революционного правления, в том числе членов Комитета общественного спасения Колло д'Эрбуа, Бийо-Варенна и Барера, хотя они тоже принимали участие в свержении Робеспьера. Одновременно в Конвент вернулись оставшиеся в живых жирондисты.
Но если в Париже разрушение системы террора носило в целом правовой характер, то в провинции оно нередко принимало форму стихийных расправ населения с бывшими функционерами революционных органов власти. Особенно широкий размах подобное насилие приобрело в тех областях, где революционный террор ранее был особенно жесток (Лионе, Ниме, Авиньоне).
Якобинская политика государственной регламентации экономики также подверглась пересмотру. В декабре 1794 г. был отменен «максимум», вызывавший острое недовольство производителей, особенно крестьян. Однако этот, в принципе необходимый для восстановления экономики шаг имел своим прямым следствием стремительный рост цен и падение стоимости ассигнатов. Крестьяне, утратив доверие к бумажным деньгам, ограничили поставки продовольствия в города. К тому же, урожай 1794 г. оказался не слишком обильным. В Париже возникли перебои с продуктами, что вынуждало торговцев еще выше поднимать цены.
В марте 1795 г. в столице имели место голодные волнения. 1 апреля (12 жерминаля) толпа плебса вторглась в Конвент, требуя хлеба и введения в действие Конституции 1793 г. Движение носило мирный характер и закончилось без кровопролития. Зато 20 мая (1 прериаля), когда предместья Парижа вновь восстали, вооруженные повстанцы, заняв Конвент, убили одного из депутатов. Воспользовавшись моментом, последние из монтаньяров заставили Конвент принять декреты, по сути означавшие возврат к чрезвычайным методам правления. Когда к ночи толпа разошлась, эти декреты были отменены, а их инициаторы арестованы. Власти стянули в столицу войска и 24–25 мая разоружили жителей предместий. Зачинщики и наиболее активные участники беспорядков предстали перед судом. Шести депутатам-монтаньярам военная комиссия вынесла смертный приговор.
Роялисты, воодушевленные междоусобной борьбой в революционном лагере, предприняли в июне 1795 г. вторжение в Бретань, высадившись с английских кораблей на полуострове Киберон. Они рассчитывали получить помощь от шуанов, но были блокированы республиканскими войсками и разгромлены. А 4–5 октября (12–13 вандемьера) роялисты подняли мятеж в самом Париже и уже приближались к Конвенту, когда артиллерия генерала Бонапарта рассеяла их залпами картечи.
22 августа Конвент принял новую Конституцию. Согласно ей, законодательную власть в Республике осуществлял двухпалатный парламент – Законодательный корпус, избираемый на двухстепенных выборах. Имущественный ценз ограничивал число избирателей 30 тыс. Нижняя палата – Совет пятисот – законы разрабатывала, верхняя – Совет старейшин – принимала. Ежегодно обе палаты обновлялись на 1/3. Исполнительной властью наделялась Директория из 5 человек, выбираемых верхней палатой из списка кандидатов, предложенного нижней. Число местных властей было сокращено, а сами они поставлены под контроль представителей центрального правительства. Зная о крайней непопулярности Конвента в стране и не надеясь победить на свободных выборах, депутаты под предлогом сохранения преемственности приняли закон, по которому они же и составили 2/3 Законодательного корпуса. 25 октября Конвент прекратил свою работу.
Правление Директории началось в благоприятной для Франции внешнеполитической обстановке. Еще в апреле 1795 г. был подписан мир с Пруссией, в мае – с Голландией, в июле – с Испанией. Франция присоединила к себе Бельгию и оккупировала правый берег Рейна. Следующие годы принесли новые военные успехи. В 1796 г. Бонапарт разгромил в Северной Италии австрийские и сардинские войска. Сардиния вышла из войны, уступив Франции Савойю и Ниццу. После еще одной победоносной кампании Бонапарта в 1797 г. Австрия 17 октября подписала мир в Кампо-Формио, признав французские права на Бельгию, Ионические острова и левый берег Рейна. Кроме того, Франция существенно укрепила свои позиции на континенте, создавая зависимые от себя дочерние республики Батавскую (Голландия), Гельветическую (Швейцария), Цизальпийскую (Ломбардия), Лигурийскую (Генуя), Римскую, Партенопейскую (Неаполь). Единственным противником Французской Республики оставалась Англия.
Огромные контрибуции с оккупированных земель дали Директории необходимые средства для проведения финансовой реформы. В феврале 1796 г. прекратился выпуск ассигнат и началось постепенное возвращение к использованию звонкой монеты. В сентябре – декабре 1797 г. правительство осуществило частичное банкротство, значительно сократив государственный долг, а оставшуюся его часть переоформило на более выгодных для себя условиях.
Главной слабостью режима была узость его социальной базы. Властям приходилось постоянно считаться и с «левой» угрозой – якобинцами, и с «правой» сторонникам реставрации монархии. Директория проводила «политику качелей»: борясь с «правыми», искала поддержки у «левых» и наоборот.
После роялистского мятежа в вандемьере, правительство освободило из тюрем многих бывших «террористов». Однако вскоре они составили заговор, возглавлявшийся журналистом Г. Бабефом. Позднее это движение получило название «заговора равных». Сторонники Бабефа – бабувисты – планировали захватить власть и, установив режим революционной диктатуры, построить коммунистическое общество с жесткой регламентацией государством всех без исключения сторон жизни. В мае 1796 г. заговор был раскрыт, двое его руководителей, в том числе Бабеф, осуждены на смертную казнь, остальные – на тюремное заключение.
Репрессии против «левых» способствовали тому, что весной 1797 г. на очередных выборах 1/3 депутатов Законодательного корпуса победу одержали сторонники монархии. В течение лета роялистское большинство отменило законы против эмигрантов и неприсягнувших священников. Оно готовилось сместить и Директорию, но та успела нанести удар первой. 4 сентября (18 фрюктидора) она при поддержке республиканских генералов, включая Бонапарта, произвела государственный переворот. Результаты выборов были аннулированы, депутаты-роялисты арестованы и высланы из страны, десятки монархических газет закрыты, репрессивные законы против неприсягнувшего духовенства и эмигрантов восстановлены.
Однако крен «влево» привел на апрельских выборах 1798 г. к победе якобинцев. Директории, чтобы сохранить необходимое ей соотношение голосов в Законодательном корпусе, пришлось организовать проверку полномочий вновь избранных депутатов и таким образом отсеять «левых».
Внутренняя нестабильность усугубилась в 1798 г. осложнениями во внешней политике. Стремясь подорвать экономическую мощь своего последнего противника – Англии, Директория направила в Египет армию под командованием Бонапарта, чтобы перерезать английские коммуникации с Индией и Левантом. Но после успешного начала экспедиции и захвата Египта, французские войска понесли большие потери в Сирии, а британский адмирал Нельсон уничтожил французский флот в сражении при Абукире. Одновременно в Европе образовалась вторая анти-французская коалиция, куда, кроме Англии, вошли Австрия, Россия, Швеция, Турция и неаполитанский король. В 1799 г. русско-австрийские войска под командованием А.В. Суворова разбили французов в Италии. «Дочерние» республики на Апеннинском полуострове пали. Англо-русский корпус высадился в Голландии.
Военные неудачи еще больше пошатнули авторитет Директории. Выборы весной 1799 г. вновь завершились успехом «левых». Подобные «качели» вызывали растущее недовольство новых элит французского общества – тех людей, кто был обязан революции своим состоянием и высоким социальным статусом. Они хотели иметь более стабильную власть, которая гарантировала бы их как от возврата к революционной диктатуре, так и от реставрации Старого порядка.
Заговор, направленный на изменение формы правления, возник в самих правящих кругах. Его инициатором стал Сийес, член Директории. Для осуществления плана ему нужна была «шпага» – один из влиятельных генералов Республики. В октябре 1799 г. в Париж вернулся Бонапарт. Именно его заговорщики и решили использовать для осуществления переворота.
9 ноября 1799 г. (18 брюмера) Законодательный корпус под предлогом «якобинского заговора» был переведен в Сен-Клу. Бонапарт, назначенный командующим столичным гарнизоном, принял на себя всю власть в городе. Двое членов Директории – Сиейс и Р. Дюко добровольно сложили свои полномочия, еще троих это заставили сделать. 10 ноября Бонапарт во главе отряда гренадеров прибыл в Сен-Клу и, когда депутаты отказались подтвердить его полномочия, просто разогнал их. Вечером те члены Законодательного корпуса, что поддержали переворот, были снова собраны в Сен-Клу и проголосовали за передачу исполнительной власти трем временным консулам – Бонапарту, Сийесу и Дюко. На смену республике пришла военная диктатура. Французская революция закончилась.
§ 3
Франция в XIX в.
Консульство и Империя
Переворот 18 брюмера открыл череду постреволюционных режимов. Шел поиск новой модели общества и государства на место традиционного устройства Франции, разрушенного в революционное десятилетие. Политический режим, установившийся во Франции в 1799–1814 гг., получил название бонапартизма. Несмотря на разные формы правления, сопутствовавшие ему, власть была сосредоточена в руках одного человека. Наполеон Бонапарт (1769–1821), выходец из обедневшей корсиканской семьи, француз по воспитанию, был выдающимся государственным деятелем и гениальным полководцем. Французская нация, уставшая от гражданских войн и политической нестабильности, сопровождавшей революцию, но не желавшая реставрации Старого порядка, с готовностью подчинилась диктатуре победоносного вождя.
Ко времени прихода к власти Наполеон имел вполне сложившуюся систему взглядов. Он был противником революции как политического процесса, сопровождавшегося борьбой внутри гражданского общества. Своей заслугой Наполеон считал окончательное подавление «анархии» во Франции. Вместе с тем, он был наследником революции в смысле приверженности многим ее принципам и учреждениям. Наполеон принадлежал к числу людей, обязанных своими успехами лишь себе, а потому всемерно поддерживал утвержденный революцией принцип гражданского равенства, отмену системы привилегий сословного общества Старого порядка. Бонапарт не желал реставрации традиционной династии Бурбонов. Он был приверженцем принципа народного суверенитета, толкуя его своеобразно: народ сам не может управлять, но вождь, олицетворяющий нацию, должен действовать в интересах большинства.
Наполеон был убежден в том, что обществом можно управлять только на основе принципа единоначалия. Он враждебно относился к доктринам парламентского правления и политического плюрализма, утверждал, что в ассоциациях преобладают частные, корпоративные, а не общенациональные интересы. Философии индивидуализма Наполеон противопоставлял идею приоритета государственных интересов над личными. В начале XIX в. во Франции подавляющее большинство населения составляло крестьянство, а потому обеспечение свободы не было столь востребовано обществом, как гарантии гражданского равенства и частной собственности. Наполеон имел основания утверждать: «Свобода может быть потребностью весьма малочисленного класса людей, от природы одаренного более высокими способностями, чем масса, но потому она и может быть подавляема безнаказанно, тогда как равенство, наоборот, нравится именно массе». Ориентация на ценности демократических слоев традиционного, аграрного общества, сочетание идей гражданского равенства и авторитаризма, объединение нации славой военных побед и завоеваний, – эти характерные черты сближают политический режим бонапартизма с цезаризмом эпохи античного Рима.
13 декабря 1799 г. был обнародован проект Конституции, составленный специально для этой цели сформированными двумя законодательными комиссиями. Важнейшие положения документа были продиктованы Бонапартом, который отверг первоначальный проект Сийеса, пытавшегося не допустить установления во Франции личной военно-административной власти. Действуя с позиции силы, Бонапарт не допустил обсуждения своего проекта в законодательных комиссиях, а вынес его на плебисцит, апеллируя к принципу народного суверенитета. Популярность генерала обеспечила полный успех его предприятию: Конституция была принята подавляющим большинством голосов (3 млн «за», 1562 «против»).
Конституция 1799 г. установила республиканское правление, которое, однако, сочеталось с единоличной властью Бонапарта. Особенностями политического режима, а также названиями учреждений – Трибунат, Сенат, консулы – эта республика скорее напоминала Respublica Цезаря и Октавиана, нежели государственный строй эпохи Конвента.
Восстанавливалось всеобщее избирательное право – для мужчин с 21 года. Имущественный ценз Конституцией не предусматривался, оговаривался лишь независимый статус избирателя и ценз оседлости. Однако, рядовые избиратели участвовали лишь в составлении списков кандидатов на государственные должности. Избиратели коммун делегировали 1/10 своего числа в коммунальные списки, 1/10 от числа попавших в эти списки попадали в департаментские списки, а 1/10 последних – в национальный. В национальный список автоматически попадали лица, хотя бы однажды занимавшие высокие государственные должности (так называемые, наполеоновские нотабли). Правительство заполняло вакансии на основании этих списков. Так был реализован основополагающий принцип бонапартистского режима: доверие идет «снизу», а власть – «сверху».
В Конституции формально сохранялся принцип разделения властей, но реальные полномочия передавались правительству, которое одно, по мнению Наполеона, способно выражать общенациональные интересы. Правительство возглавляли три консула, избиравшиеся на 10 лет одной из законодательных палат – Сенатом. Однако, первый состав консулов был определен в тексте Конституции. Всей полнотой правительственной власти обладал первый консул – Наполеон Бонапарт. В его компетенцию входило назначение на высшие военные и государственные должности, командование армией, подписание и обнародование законов. Важнейшие распоряжения первого консула приобретали силу закона. Его коллеги, консулы Комбасерес и Лебрен, обладали только совещательным голосом и не могли составить конституционного противовеса диктатуре Бонапарта.
Управление страной Бонапарт осуществлял при помощи хорошо отлаженного, эффективного и централизованного бюрократического аппарата. Министерства работали под непосредственным контролем первого консула, который лично проводил заседания, давал поручения должностным лицам и осуществлял контроль за их исполнением. В департаментах согласно закону 17 февраля 1800 главами администраций стали префекты, в округах – супрефекты, в муниципалитетах – мэры. Вакансии на эти должности заполнялись лично первым консулом (мэров небольших общин, в которых было менее 5 тыс. жителей, назначал префект). Главам администраций помогали провинциальные советы, в которые входили назначенные Наполеоном лица из числа избранных в муниципальные или департаментские списки. Париж внушал первому консулу опасения революционными традициями и огромным влиянием на страну. С этой целью столица была лишена административного единства и самоуправления. Город с окрестностями получил статус департамента, делился на 11 округов во главе с назначенными Бонапартом мэрами, центральное управление находилось в руках префекта, а охрана общественного порядка передавалась префекту полиции, которому подчинялись полицейские комиссары в округах.
С целью обеспечить безраздельное господство правительства над законодательной властью, последняя была раздроблена на 4 палаты. Проекты законов готовились в Государственном совете, члены которого назначались первым консулом. Обсуждение законопроектов осуществлялось Трибунатом, а утверждение или отклонение – Законодательным корпусом, который не имел права их обсуждать. Состав Трибуната и Законодательного корпуса формировался на основании «национальных списков» членами четвертой палаты – Сенатом, которая осуществляла проверку конституционности принятых законов. Консулы назначили 80 сенаторов, которые впоследствии пополняли состав своей палаты путем кооптации из кандидатов, представленных разными государственными органами.
Судебная власть оказалась в зависимости от первого консула, поскольку он производил назначения всех судей, за исключением ведавших незначительными делами мировых, а также судей коммерческих трибуналов. Большая часть судей назначалась пожизненно, что не исключало административного контроля их действий, который осуществлялся аппаратом канцлера.
В целях укрепления личной власти Бонапарт использовал желание нации обрести политическую стабильность после десятилетия революционных потрясений. Первый консул объявил себя национальным арбитром, стоявшим вне партийных пристрастий. Амнистия была обещана всем, кто прекращал борьбу против правительства. Эмигранты получили право вернуться во Францию при условии признания режима и отказа от национализированного и проданного новым собственникам имущества. Организованное восстание в Вандее было прекращено, лидеры шуанов получили от правительства гарантии прощения и личной безопасности. Непримиримая оппозиция, как роялистская, так и якобинская, подверглась массовым репрессиям после неудачного покушения роялистов на жизнь Бонапарта 24 декабря 1800 г.
Политические деятели разных партийных направлений были привлечены на службу режиму. Возможность участвовать в управлении страной, в проведении судьбоносных для французской нации реформ, казалась гораздо привлекательнее бесплодной политической борьбы. При назначении на должности Бонапарт принимал во внимание только административные таланты кандидатов и личную лояльность. Консул Лебрен служил чиновником еще при Старом порядке. Консул Комбасерес был депутатом Национального Конвента, голосовал за казнь Людовика XVI. «Террорист» Фуше занял пост министра полиции, а бывший епископ и депутат Учредительного собрания Талейран возглавил министерство иностранных дел. Известные ученые, деятели искусства становились сенаторами, придавая блеск режиму своими именами.
Бонапарту удалось преодолеть и церковную рознь, возникшую в годы революции. Проводившаяся в годы правления Директории политика отделения церкви от государства привела к столкновениям между священниками, признававшими законодательство о гражданском устройстве духовенства, и священниками, отказавшимися от гражданской присяги. Наполеон предпочел восстановить союз государства и церкви. В последней он видел «священную жандармерию», призванную служить правительственным целям. В 1801 г. с папой Пием VII был подписан конкордат, согласно которому «правительство Французской Республики признавало, что католическая, апостольская и римская религия есть религия огромного большинства французских граждан». Влияние идей Просвещения, получивших распространение в годы революции, сказалось в том, что католицизм не был объявлен государственной религией. Однако, согласно статьям конкордата и в особенности приложенным к нему «органическим статьям» правительство получало полный контроль над церковью во Франции. Первый консул наделялся правом назначать архиепископов и епископов, Папа лишь утверждал назначения. Правительство определяло число лиц, которых епископы могли посвящать в духовный сан. Распоряжения Папы и постановления церковных соборов не имели силы во Франции без санкции государственной власти. Все духовные лица перед вступлением в должность обязывались приносить присягу верности республике и консулам и молиться за них в церквях. Государственный контроль был установлен за отправлением не только католического, но также протестантского и иудейского культов.
В Конституции 1799 г. законодатель давал гарантии, что не допустит передела собственности, который произошел за годы революции. В этих гарантиях были кровно заинтересованы не только нувориши, но и большая часть крестьянства, а также другие мелкие приобретатели имуществ, которые до революции составляли собственность церкви, дворянства и короны. Подробно отношения собственности, а также другие личные и имущественные права были рассмотрены в гражданском кодексе 1804 г. Первый консул отдавал отчет в огромной важности этого документа для создания правового поля постреволюционной Франции, он принимал участие в обсуждении важнейших положений этого документа и в процедуре его прохождения в законодательных палатах. Свод гражданского права получил название Наполеоновский кодекс.
Структура гражданского кодекса, а также многие его учреждения заимствованы (рецепированы) из римского частного права, как наиболее развитого и регулировавшего отношения между равными гражданами. Вместе с тем, составители этого документа творчески соединили в нем традиции исторического права Франции (кутюмов), принципы революционного законодательства и собственно бонапартистские идеи.
Кодексом устанавливалось единое французское гражданство. Это означало равенство граждан в частноправовой сфере, гарантировало от реставрации привилегий Старого порядка.
В кодексе 1804 г. провозглашен абсолютный характер права собственности, его неприкосновенность и неотчуждаемость. Особое внимание законодатель уделил регулированию отношений частной собственности на недвижимость, в частности на землю, поскольку в этой сфере лежали основополагающие интересы нации. Помимо частной собственности в кодексе закреплялись государственная и муниципальная формы собственности, а также другие права на вещи: владение, пользование и т. д.
Доктрина договорного права предусматривала равенство участников соглашения, свободу их воли, а также обязательную силу заключенных сделок.
Брак провозглашался светским учреждением, регистрировался не в церкви, а государственными административными органами. Предусматривалась возможность заключения брачных контрактов, а также развода. В соответствии с патриархальным строем аграрной Франции, а также со взглядами Бонапарта, на которые наложило отпечаток клановое общество Корсики, статьи кодекса предусматривали полное преобладание главы семейства над женой и детьми. Члены семьи обязаны были ему послушанием в обмен на «покровительство». Отец был вправе распоряжаться имуществом несовершеннолетних детей и жены, определять род их занятий и даже назначать им административные наказания, включая заключение в тюрьму или исправительное учреждение.
Несмотря на некоторый консерватизм кодекса в сравнении с законодательством революции, значение его трудно переоценить. Вместе с кодексами эпохи империи (коммерческим, уголовным, процессуальными) он создал юридические основания для модернизации французского общества. Наполеоновский кодекс был заимствован во многих европейских странах, а во Франции он действует до сих пор, разумеется, подвергаясь редакциям и изменениям, продиктованными временем.
Политическая стабилизация и правовая определенность содействовали подъему экономики Франции в начале XIX в. Устойчивый экономический рост напрямую связан с оздоровлением финансовой системы. Наполеон закрепил победу над инфляцией, обузданием которой начало заниматься еще правительство Директории. Монополия на эмиссию бумажных денег осуществлялась через Французский банк, частное учреждение, действовавшее под контролем государства. В 1803 г. в обращение был введен серебряный франк, свободно обменивавшийся на бумажные деньги. Французский банк обеспечил также стабильность рынка ценных бумаг. Налоговая реформа, в результате которой центр тяжести был перенесен со сбора прямых налогов на косвенные (акцизы на алкоголь, табак), позволила увеличить доходную часть бюджета. Возобновилась выплата процентов по долговым обязательствам государства, что повысило доверие населения и инвесторов к экономической политике правительства.
Финансовая стабилизация стала важной предпосылкой промышленной революции, которая началась во Франции в правление Бонапарта. Наиболее быстро этот процесс проходил в хлопкопрядильной отрасли. Количество механических веретен, исчисляемых к началу XIX в. тысячами, в последние годы в империи приблизилось к миллиону.
Внутриполитические успехи в период консульства подкреплялись внешнеполитическими достижениями. Обеспечив нейтралитет Пруссии и России, Наполеон в 1801 г. нанес военное поражение Австрии, заставив эту державу, а годом позже и Великобританию, заключить мирные договоры с Францией. Враждебной коалиции европейских держав более не существовало.
Используя свою необычайную популярность среди населения, Наполеон инициировал конституционные изменения, укреплявшие его единоличную власть. В мае 1802 г. состоялся плебисцит, в ходе которого французы высказались за пожизненный характер власти первого консула. Результаты голосования отразили рост общественной поддержки режима: Наполеона поддержали 3,6 млн избирателей и только 8,3 тыс. отказали ему в доверии.
По итогам плебисцита Сенат внес изменения в Конституцию. Наполеон получал право назначать себе преемника, ратифицировать мирные договоры, отменять смертные приговоры. Расширились возможности первого консула оказывать влияние на высшие органы власти. Бонапарт представлял отныне кандидатов для назначения своих коллег-консулов, лично участвовал в заполнении вакансий в Сенат, созывал эту палату для заседаний, обладал правом роспуска Трибуната и Законодательного корпуса. Столь важные изменения в системе государственной власти дали основания называть их новой Конституцией Франции.
Процесс перерастания власти первого консула в монархическую был завершен в 1804 г. Возобновившаяся годом раньше война с Великобританией потребовала концентрации гражданской и военной власти в одних руках. Между тем, французская полиция раскрыла заговор против жизни первого консула, который готовили роялисты при живейшей поддержке английского правительства. По подозрению в руководстве заговором был расстрелян представитель знатнейшего во Франции рода Конде – герцог Энгиенский – похищенный с целью расправы из германского государства Баден. Правительственная пропаганда сумела убедить население в необходимости конституционных гарантий неотвратимости перемен, которые произошли во Франции. Путем плебисцита была основана империя с наследственной властью Наполеона.
Новая редакция Конституции была утверждена постановлением Сената (сенатус-консультом) 18 мая 1804 г. В этом конституционном акте Франция еще называлась республикой, управление которой вверялось императору. Надпись «Французская Республика» оставалась на монетах, чеканившихся до 1807 г. Тогда же был отменен революционный календарь. Конституция 1804 г. включала в себя положения об императорской семье, о престолонаследии, регентстве; создавалась иерархия высших чинов империи, звания маршалов. 2 декабря 1804 г. в соборе Парижской богоматери состоялась церемония коронации. В ней участвовал папа Пий VII, который должен был увенчать Наполеона короной подобно тому как Лев III короновал Карла Великого императором Запада. Неожиданно для первосвященника Наполеон нарушил обряд: он взял корону из рук Пия VII и сам возложил на свою голову.
Вместе с титулом Наполеон восстановил и другие атрибуты монархического правления. Пышный двор располагался в бывших королевских дворцах Тюильри, Фонтенбло. В 1811 г. Наполеон развелся с первой женой Жозефиной и сочетался браком с австрийской принцессой Марией Луизой, породнившись тем самым с одной из самых знатных династий в Европе. Члены семьи Бонапартов получали королевские титулы правителей завоеванных территорий. Сложилось новое дворянство империи, поскольку старая аристократия неохотно шла на службу к узурпатору престола. Прообразом новой знати стал учрежденный в мае 1802 г. Почетный легион – личная гвардия Наполеона, первоначально состоявшая из 15 когорт по 400 воинов. Орден Почетного легиона стал знаком высшего отличия, принадлежности к аристократии нового режима. После провозглашения Империи были возвращены традиционные титулы князей, баронов, графов, шевалье и т. д., которые получали выдвиженцы Наполеона. Но формирование элиты империи не сопровождалось реставрацией системы сословных привилегий, присущих Старому порядку.
Укрепление личной власти Наполеона сопровождалось подавлением учреждений, через которые проявляется общественная свобода. Представительные учреждения, поставленные в зависимость от правительства уже Конституцией 1799 г., постепенно превращались в советы при Наполеоне. Особенную неприязнь глава государства испытывал к Трибунату, в котором обсуждались предложенные правительством законопроекты. Критика депутатами некоторых консервативных положений проекта гражданского кодекса побудила первого консула резко сократить численность этого учреждения, «очистив» его от либералов, а также сделать заседания закрытыми и тайными, чтобы не вызывать дискуссии в обществе. А в 1807 г. Трибунат был упразднен. Законодательный корпус созывался по усмотрению Наполеона, и перерывы между сессиями порой длились по несколько лет. Государственный совет окончательно превратился в административное учреждение, а Сенат, чьи полномочия расширились согласно Конституции 1804 г., оказался в полной зависимости от Наполеона, формировавшего большую часть его состава и назначавшего председателя. Высшим политическим учреждением стал Тайный совет, состоявший из узкого круга назначенных Наполеоном особо доверенных лиц.
Жесткий контроль режим установил за периодической прессой как самым массовым средством информации, влияющим общественное мнение. Наполеон не признавал свободы слова, он утверждал, что права собственности на газеты есть лишь концессия, предоставляемая правительством, которое может эту концессию отозвать обратно. Уже в январе 1800 г. были закрыты 60 из 73 парижских газет. Издатели оставшихся газет были обязаны представиться в министерстве полиции, заявить о верности политическому режиму и согласовывать с правительством кандидатуры редакторов своих изданий. В 1810–1811 гг. была восстановлена цензура, а число газет в столице было сокращено до 4. В департаментах осталось по одному печатному периодическому изданию, которое находилось под контролем префектов.
Издатели и владельцы типографий должны были обязательно извещать префектов и министерство полиции о печатающихся книгах и брошюрах, чтобы властные органы при желании могли распорядиться о предварительной цензуре и не допустить распространения опасной для режима литературы. Писатели, осмеливавшиеся критиковать власть (г-жа Сталь, Шатобриан) были высланы из страны.
Под угрозой тюремного заключения запрещались как политические собрания и ассоциации, так и профессиональные стачки. Для лиц наемного труда были введены рабочие книжки без обладания которыми они квалифицировались как бродяги и подлежали полицейскому задержанию.
Роль министерства полиции в политической системе бонапартизма трудно переоценить. Ежедневно Наполеон получал сводку сообщений о происшествиях в империи, о настроениях подданных, о высказываниях и поведении лиц из политической элиты. Большую роль в организации и деятельности этого министерства сыграл бывший революционер, талантливый, хотя и беспринципный администратор Ж. Фуше. Произвольные аресты, с размахом организованная слежка за лицами, заподозренными в нелояльности режиму, изготовление компромата и провокации против политических противников сводили на нет конституционные гарантии индивидуальной свободы.
Наполеон стремился к установлению правительственного контроля за сферой образования. С этой целью была создана преподавательская корпорация – Университет – которая получила монополию обучения в высшей и средней школе. В состав Университета входили факультеты, лицеи и колледжи. Во главе этого учреждения был поставлен великий магистр, который назначал руководителей учебных округов, инспекторов и других администраторов. Начальное образование оказалось под контролем церкви, префектов и мэров. Целью этой централизации было формирование граждан, отвечавших потребностям государства. Этой цели служила в течение ряда лет и церковь, прославлявшая власть императора. В 1808 г. для школ был составлен новый катехизис, в котором служба императору приравнивалась служению Богу, а непослушание объявлялось смертным грехом.
Государственный надзор распространялся и на другие области духовной жизни. Поощряя развитие естествознания, математики, Наполеон упразднил академии моральных и политических наук, в которых видел рассадник ненавистной ему «идеологии» – суждений, свободных от задачи служения государству.
По этой причине Наполеон с недоверием относился к литературе и театру, рекомендовал министру полиции установить контроль за сферой художественной критики, посредством которой рекомендовать публике лишь авторов «достойных внимания».
Искусство, по мнению императора, должно было прославлять его достижения. Наполеон поощрял грандиозные архитектурные проекты и живопись, которыми проводились параллели его державы и Римской империи. Триумфальная арка в Париже, полотна художника Давида, которому поручалось запечатлеть важнейшие государственные события, дают представление о стиле ампир – торжественном, пышном, основанном на строгой симметрии форм и объемов.
Войны практически не прекращались все время правления Наполеона. Амьенский мир с Великобританией, заключенный в 1802 г., был нарушен 9 месяцев спустя, после чего Франция не выходила из состояния войны с европейскими державами до самого крушения империи в 1814 г. Субъективной причиной этих войн было честолюбие Наполеона, мечтавшего о создании европейской империи подобной античному Риму или державе Карла Великого. Объективные обстоятельства столь длительного и масштабного вооруженного конфликта состояли в противоборстве ведущих стран Запада за первенство на континенте и в колониях, а также в противостоянии Франции, пережившей революционную модернизацию, феодально-абсолютистским режимам Европы.
Война стала частью политического режима бонапартизма. Необходимость оперативного управления в условиях чрезвычайной ситуации, которой является война, вела к постоянному ослаблению представительных учреждений. Они утратили контроль за бюджетом, оказались оттеснены от решения задач, стоявших перед страной. Война сделала политическую деятельность бесполезной и упрочила торжество эффективной администрации.
Потребностями успешного ведения войны объяснялись ограничения общественных и индивидуальных свобод, нараставший деспотизм правления.
Война содействовала сплочению нации. В глазах большинства французов она продолжала традицию революционных войн против феодальной и абсолютистской Европы. Военные успехи и завоевания льстили национальному тщеславию, подтверждали мнение о выдающейся миссии французов, завоевавших свои права и желавших освободить другие народы от ига их собственных «коронованных тиранов». Действительно, в странах, на которые распространилась власть Наполеона, проводились общественные и политические реформы, глубина и последовательность которых зависела от конкретных обстоятельств. Успешные войны имели результатом приток во Францию колоссальных финансовых средств, что позволяло в течение долгого времени избегать роста налогообложения. Военная и политическая гегемония в Европе обеспечивала преимущественные условия для французской торговли.
Успехи французского оружия в первые 10 лет правления Наполеона привели к созданию европейской империи. К исконно французским землям были присоединены территории Бельгии, Голландии, часть северной Германии, Пьемонт, Лигурия, Тоскана, Папская область. Количество департаментов империи возросло до 130, столицами новых департаментов стали Гамбург, Амстердам, Флоренция, Рим. Численность населения «Великой империи» удвоилась за 10 лет и достигла 44 млн. Наполеон стал государем ряда стран, которые не вошли в состав империи: королем Италии, правителем провинций Иллирии, протектором Рейнского союза германских государств, «покровителем» Швейцарской конфедерации и Великого герцогства Варшавского. Европейскими монархами стали члены семьи Бонапартов.
Наполеону таким образом удалось на короткое время восстановить политическое единство Запада, создать объединенный рынок европейских стран, упрочить основы культурной общности путем распространения принципов и учреждений революции и насильственного внедрения французского языка в качестве государственного в подвластных странах. Однако возможности «личного» правления большей частью Европы, как и ресурсы Франции – человеческие и материальные – затраченные на создание и сохранение «Великой империи», были небеспредельны. В конце десятилетнего правления Наполеона проявились признаки кризиса, который привел империю к гибели.
Деспотичность режима личного правления возрастала, по мере того как военные успехи и отсутствие оппозиции в стране убеждали Наполеона в собственной непогрешимости. Независимо мыслившие государственные деятели, которых было немало в окружении первого консула в начале правления, заменялись лишенными собственного мнения и исполнительными чиновниками. В управлении окончательно возобладали авторитаризм, злоупотребление политикой силы. Это множило число врагов империи.
В 1808 г. произошел разрыв отношений с папой Пием VII. С целью не допустить ввоза товаров из Англии французские войска заняли порты Папского государства. Возражения Пия VII привели к тому, что французы вступили в Рим. В 1809 г. Наполеон объявил о прекращении светской власти Папы и включил его владения в состав империи. Первосвященник отлучил императора от церкви, за что был немедленно арестован и содержался в крепости. Наполеон стал назначать епископов без согласия Папы, это вызвало протесты во многих епархиях. Власть прибегала к насилию над непокорными клириками, а это уничтожало результаты конкордата и лишало империю поддержки верующих.
Произвольное вмешательство французского правительства в сферу хозяйственных отношений спровоцировало экономический кризис 1811 г. Еще в 1806 г., с целью разорить экономику Великобритании, Наполеон запретил торговлю с этой державой и рядом колоний. Вслед за Францией к режиму континентальной блокады вынуждены были присоединиться другие европейские державы. Экономика континентальной Европы столкнулась с дефицитом ряда товаров и получаемого из колоний сырья (в частности, хлопка), необходимого для промышленного производства. Наполеон был вынужден предоставлять лицензии на ввоз запрещенных товаров, обкладывая эту узаконенную контрабанду высокими (до 50 % от стоимости товаров) пошлинами. Лицензии получали только французские купцы. Создавая им преимущественные условия, Наполеон вводил запреты на свободную торговлю конкурирующими товарами других стран континентальной Европы. Результатом этой политики в условиях непрекращающихся войн стало разорение многих торговых домов и мануфактур, падение покупательного спроса при росте цен на товары из-за высоких пошлин. Разрушительный кризис перепроизводства 1811 г. больно ударил по экономике Франции. Наполеон пытался выправить положение предоставлением ссуд товаропроизводителям, занятием работников военными заказами, однако популярность режима, основанная на экономическом процветании периода Консульства, была существенно подорвана.
Важным фактором нестабильности европейской империи Наполеона стал рост национального движения в подвластных и зависимых странах. Французские завоевания сопровождались контрибуциями, ростом налогов для населения, прямыми грабежами и военной повинностью на службу в «Великой армии» императора. Унижение национального самосознания приводило к анти-французским выступлениям. Самым значительным стало испанское восстание 1808 г., спровоцированное низложением законного короля Карла IV и возведением на испанский престол брата Наполеона Жерома Бонапарта. Двухсоттысячная армия во главе с императором подавила организованное сопротивление участников восстания, которое, тем не менее, продолжалось в последующие годы, приняв форму партизанской войны – герильи. Антифранцузские выступления проходили на территориях бывшего Папского государства, в Неаполитанском королевстве, в котором правил зять Наполеона маршал Мюрат, в Тироле. Центром национального самосознания Германии стала разгромленная в ходе войн 1806–1807 гг., униженная огромными территориальными потерями и угрозой потери самостоятельной государственности Пруссия.
Начало крушению наполеоновской империи положил поход в Россию в 1812 г. «Великая армия», которая насчитывала почти 700 тыс. человек, причем на 2/3 состояла из вооруженных сил союзников Франции или зависимых от нее стран, перестала существовать в результате этой кампании. Столь полный разгром прежде непобедимой армии Наполеона стал сигналом к созданию очередной анти-французской коалиции ведущих европейских держав (России, Великобритании, Пруссии, Швеции, Австрии). Ожесточенные войны 1813–1814 гг. показали, что деспотический режим бонапартизма не пользуется поддержкой подданных ни в завоеванных странах, ни в самой Франции, человеческие и материальные ресурсы которой были подорваны бесконечными войнами.
После русского похода были резко повышены налоги, жалование служащих сокращено на 25 %. Конскрипция – военная обязанность по жребию с правом замены наемником – была заменена призывом всех мужчин определенного возраста («классов). При этом в 1813 г. мобилизации подлежали не только 20-летние, как следовало по закону, а все мужчины с 18 до 30 лет, не служившие в армии. Обеспеченные слои населения могли откупаться от военной службы, но массовый призыв трудоспособных мужчин пагубно сказывался на хозяйстве, в особенности в деревнях. Несмотря на суровые меры, которые правительство принимало против уклоняющихся от службы и их семей, дезертирство приняло массовый характер.
Оживилась и политическая оппозиция режиму. Еще во время отступления «Великой армии» из России попытку государственного переворота в Париже предпринял генерал-республиканец Моле, распространивший слух о гибели императора. При этом подложный акт Сената об упразднении империи и лишении наследственных прав сына Наполеона не вызвал возражений даже среди части администрации. Хотя заговор был быстро пресечен, Наполеон имел настолько веские основания для беспокойства за свою власть, что покинул армию и прибыл в столицу.
В 1813–1814 гг. либеральная оппозиция режиму складывалась вокруг известных писателей Ф. Шатобриана, Ж. Сталь, Б. Констана, а также в парижских салонах. В декабре 1813 г. законодательный корпус осмелился принять адрес, в котором содержалась критика политики, проводившейся императором. Наполеон распустил палату и лишился поддержки национального представительства в то время, когда военные действия переносились на территорию Франции. Вторжение войск коалиции не вызвало национального подъема подобного тому, что спас Французскую Республику в 1792–1793 гг. 30 марта 1814 г. союзники вступили в Париж. Сенат объявил о низложении императора и создании временного правительства. 6 апреля Наполеон под давлением собственных маршалов отрекся от престола. Лидеры победившей коалиции приняли решение о ссылке императора на остров Эльбу, передававшийся ему в пожизненное владение.
Авторитарный режим после своего крушения не оставил учреждений, которые способны были обеспечить преемственность государственной власти. Лидеры анти-наполеоновской коалиции в согласии с политическим деятелями Франции, мнение которых выражал Ш. – М. Талейран, решили восстановить дореволюционную государственно-правовую традицию. Произошла реставрация монархии Бурбонов во главе с Людовиком XVIII, братом казненного в 1793 г. Людовика XVI.
Новый король был вынужден обнародовать умеренно-либеральную конституционную Хартию (подробнее о ней в следующем разделе). Однако реставрация Бурбонов на практике выглядела реваншем непримиримых сторонников Старого порядка, которые вернулись из четвертьвековой эмиграции и пытались навязать свою волю нации, сформировавшейся под воздействием принципов, изложенных в Декларации прав человека и гражданина. Королевский двор сделался средоточием ультрароялистов, которые занимали должности в правительстве и господствовали в высшем обществе, вытеснив имперских сановников. В родовые поместья возвращались дворяне-эмигранты, и это вызывало живые опасения передела собственности у всех приобретателей национальных имуществ. Среди крестьян распространялись слухи о восстановлении дореволюционных порядков, сеньориальных повинностей и десятины.
Недовольство реставрацией Бурбонов выказывала армия в связи с резким сокращением офицерского корпуса и переводом 20 тыс. офицеров на половинный оклад. Эти меры объяснялись условиями мирного времени, но одновременно формировалась высокооплачиваемая королевская гвардия из дворян-эмигрантов. Трехцветные знамена и кокарды были заменены на белые, которые наполеоновские солдаты и офицеры привыкли видеть на полях сражений среди вражеской символики. С Бурбонами связывалась горечь национального унижения: король и эмигранты прибыли в обозе иностранных армий – победителей.
Недоверие значительной части населения и армии режиму Реставрации проявилось в возрождении культа Наполеона. Распространялись слухи о его возвращении, появились в продаже медали, статуэтки, плакаты с изображением императора.
Эти настроения использовал Наполеон. Бывший властелин Европы был унижен ничтожным владением – островом Эльба, который одновременно являлся его тюрьмой. Причем были основания опасаться ухудшения положения, еще большего удаления императора от Европы. 26 февраля 1815 г. Наполеон, сопровождаемый 1000 гвардейцев, тайно покинул Эльбу, 1 марта высадился на юге Франции в бухте Жуан и двинулся к Парижу. Он обратился с прокламацией к армии, утверждая, что поражение стало следствием измены и обещая вернуть национальную славу. В прокламациях, обращенных к гражданскому населению, Наполеон заявлял о желании восстановить власть, опирающуюся на волю нации, и подтверждал верность принципам свободы и равенства.
Армия и народные массы действительно поддержали Наполеона. Королевские войска во главе с прославленными маршалами империи переходили на его сторону. Крестьянство и городская беднота восторженно встречали появление отряда Наполеона и зачастую сопровождали его. 20 марта вечером император триумфально вступил в Париж, из которого утром того же дня бежал во вторую эмиграцию Людовик XVIII.
Вернувшись к власти, Наполеон оказался перед непростым социально-политическим выбором. В демократических слоях населения, восторженно встретивших его возвращение, усиливались революционные настроения. Вызванный эмигрантами призрак Старого порядка возродил якобинско-санкюлотские лозунги эпохи Конвента. Создавались федерации и клубы «защитников свободы», звучали угрозы лишить жизни дворян и католических священников. Наполеон, однако, подтвердил свое негативное отношение к революционной «анархии». Он решил опираться на собственнические слои, включая крупных предпринимателей, контролировавших местную администрацию. Между тем, эта часть французского общества с беспокойством встретила реставрацию империи. С целью преодолеть ее недоверие Наполеон пригласил составить текст новой Конституции признанного либерала Б. Констана. Попытка создать «либеральную империю» объяснялась и тем, что Наполеон не мог предложить нации меньше конституционных гарантий свободы, чем провозглашено было в Хартии Людовика XVIII. Не случайно, одним из первых актов после восстановления империи была отмена цензуры – мера, которой либералы тщетно добивались от королевского правительства.
По настоянию Наполеона документ, подготовленный Констаном, назывался «дополнительным актом» к Конституциям консульства и Империи, но своим либеральным характером резко отличался от них. Существенно выросло значение законодательной власти, которая состояла из двух палат – наследственной палаты пэров и выборной палаты депутатов. Это представительное учреждение приобретало контроль над исполнительной властью вследствие принципа ответственного министерства. Только законодательный корпус обладал правом ввести чрезвычайное положение, ущемляющее общественную и индивидуальную свободы. Отдельные статьи Конституции специально гарантировали неприкосновенность личности, свободу культов, печати и петиций. От Хартии Людовика XVIII Конституцию 1815 г. отличало утверждение, что источником власти является воля нации.
Проект Конституции был опубликован в печати и после живого обсуждения вынесен на плебисцит. 1532527 избирателей поддержали этот документ, 4802 проголосовали «против». Как никогда велико было число лиц политически не определившихся, если учесть, что правом голосовать обладали 5 млн французов.
Еще менее благоприятными для Наполеона были результаты выборов в палату представителей. Они были двустепенными, и решающее влияние на результаты получили собственнические слои, которые с настороженностью встретили реставрацию империи. Из 629 представителей лишь 80 безгранично доверяли Бонапарту, 500 человек были либералами разных направлений, полагавших, что власть императора следовало существенно ограничить. С самого начала своей деятельности законодательные палаты принимали подчеркнуто независимые решения, что вызывало нескрываемое раздражение императора.
Главные испытания для Наполеона лежали, однако, в сфере внешней политики. Попытки договориться о мире с императорами России и Австрии не увенчалась успехом. Сложилась новая коалиция европейских держав целью которой было низложение Наполеона. Решающее сражение произошло в Бельгии, при Ватерлоо. 18 июня 1815 г. французская армия, ведомая императором, была наголову разбита англо-прусско-голландскими войсками. В Париже 22 июня палата представителей потребовала от Наполеона отречения от престола в пользу своего сына. Эта последняя попытка спасти либеральную империю не удалась. Союзные войска вновь восстановили во Франции монархию Бурбонов. Наполеон был сослан на остров Св. Елены, расположенный в южной части Атлантического океана. Охрану его, вплоть до кончины, наступившей в 1821 г., осуществляла военная администрация Великобритании.
События, сопутствовавшие вторичному приходу Наполеона к власти («100 дней») существенно изменили историческое видение его фигуры. В 1814 г. император казался деспотом, свержение которого французы встретили с равнодушием или облегчением. В 1815 г. Наполеон вольно или невольно вдохновлял радикально-якобинские и либеральные идеи. Магически притягательная личность Наполеона, сопровождающая ее слава, идеи, которые связывались с его именем, породили наполеоновскую легенду, которая включала в себя представление о бонапартизме как о левой форме национализма, соединившей традиции Революции и Империи. Это объясняет влияние бонапартизма на политическую историю Франции XIX в.
Реставрация Бурбонов (1814–1830)
Особенности политического режима во Франции после восстановления на троне династии Бурбонов были обусловлены глубоким идейным расколом в обществе. Численно преобладала «нация народного суверенитета», воспитанная на либеральных и демократических идеях революции. Однако, сравнительно немногочисленные эмигранты, как правило из среды дворян и духовенства, стремились реставрировать старый порядок. Людовик XVIII ко времени восшествия на престол своих предков был пожилым и больным человеком, согласным на политические и социальные компромиссы во имя гражданского мира. Такая позиция находила поддержку не только в либеральных кругах Франции, но и среди лидеров держав-победительниц, заинтересованных в политической стабильности страны, от которой в течение 20 лет исходили угрозы безопасности европейским монархиям.
Государственно-правовой формой указанного компромисса стала конституционная Хартия 1814 г. Людовик XVIII отверг как излишне радикальный проект Конституции, представленный ему от имени наполеоновского Сената. Авторы проекта, исходя из признания принципа народного суверенитета, полагали, что король призывался свободной нацией занять престол, а потому он должен был присягнуть на верность Конституции, одобренной «французами». Король предпочёл октроировать (пожаловать) основной закон для своих подданных. Тем самым, он отказался признать революционный принцип народного суверенитета, однако, сам факт принятия писаной Конституции свидетельствовал о необратимых переменах, которые произошли во Франции.
Содержание Хартии 1814 г. отвечало задачам установления компромисса между «нацией революции» и эмигрантами. Сочувствие последних должна была вызвать Преамбула, в которой закреплялся легитимный принцип власти: источником прерогатив короля признавалось божественное провидение, личность монарха объявлялась священной и неприкосновенной. Однако первый же раздел Хартии, названый «Публичные права французов», заставлял скорее вспомнить о документах революционной эпохи. В нем провозглашались принципы гражданского равенства всех французов (в частности, равенства перед законом, в налогообложении и профессиональной деятельности), предоставлялись гарантии личных свобод, свободы печати, мнения, вероисповедания. Правда, католическая церковь сохранила за собой статус государственной. В Хартии подтверждались права собственников, включая приобретателей национальных имуществ. Прежние владельцы могли получить лишь то имущество, которое не было продано.
В Хартии 1814 г. содержались гарантии амнистии участникам революции, политическим деятелям эпохи Консульства и Империи. Старое и новое имперское дворянство сохранили свои титулы, однако, система сословных привилегий дореволюционной Франции не была восстановлена.
Система государственной власти, закрепленная Хартией, содержала черты заимствования политического строя Англии, основанного на исторически сложившемся компромиссе между «короной» и «народом», представленным парламентом. Законодательный корпус Франции был двухпалатным. В верхней палате заседали лица, получившие от монарха титул пэра пожизненно или с правом передачи титула по наследству. С согласия короля в заседаниях палаты пэров могли принимать участие принцы крови. Эта палата обладала и функциями высшего суда: ею рассматривались самые тяжелые государственные преступления.
Палата депутатов избиралась населением сроком на 5 лет с ежегодным переизбранием 1/5 ее состава. Предусматривались высокие имущественный и возрастной цензы как для избирателей (300 франков ежегодной уплаты налогов, 30-летний возраст), так, в особенности, для депутатов (1000 франков, 40 лет). Эта мера, призванная не допустить влияния на законодательную власть демократических слоев общества, крайне сужала число лиц, обладавших правом участия в политической жизни страны. Количество избирателей 30-миллионной Франции в эпоху Реставрации не превышало 110 тыс. (и даже снизилось до 89 тыс. к 1827 г.), а депутатами могли стать лишь немногим более 17 тыс. французов. Парламент не обладал правом законодательной инициативы, он лишь обращался королю с просьбой представить законопроект, который после обсуждения принимался или отвергался палатами.
Король, согласно Хартии, признавался главой государства. От его имени осуществлялось правосудие. Кодексы империи были сохранены. Король назначал судей, которые сохраняли должности пожизненно. Глава государства собирал и распускал парламент, обладал законодательной инициативой, издавал и обнародовал законы. Он был главнокомандующим армией, осуществлял внешнюю политику, обладал правом амнистии.
Король возглавлял систему исполнительной власти в стране, назначал министров и принимал их отставку. Следуя английскому примеру тесного взаимодействия исполнительной власти с законодательной, министрам было позволено участвовать в деятельности парламента. Хартией предусматривалась ответственность министров перед парламентом, но форма этой ответственности не была четко определена. Фактически судьба министерства зависела от воли монарха. Режим Реставрации сохранил административную систему и территориальное управление наполеоновской империи.
Внутренняя двойственность Хартии, объяснявшаяся поиском компромисса между сторонниками Старого порядка и новой Франции, делала неизбежным различное толкование конституционного закона противоборствовавшими политическими силами. В 1814–1816 гг. политическая инициатива оказалась в руках бывших эмигрантов, признанным лидером которых являлся брат короля – граф д'Артуа. К этому принцу, а также герцогине Ангулемской, дочери казненного Людовика XVI, в полной мере относится характеристика, данная Талейраном Бурбонам: «Они ничего не забыли и ничему не научились».
Крайней степени непримиримости агитация ультрароялистов достигла после их повторного возвращения из эмиграции, вызванной эпопеей «100 дней» Наполеона. Начались массовые расправы над участниками революции и бонапартистами. Чрезвычайные трибуналы вынесли более 10 тыс. обвинительных приговоров за политическую деятельность. В департаментах, в особенности на юге Франции, происходили массовые погромы и убийства противников Бурбонов и протестантов. Католицизм становился идеологией реставрации старого порядка. В страну вернулись члены ордена иезуитов. Велась тщательная «чистка» администрации, кадрового состава армии и преподавательского корпуса от инакомыслящих.
Подавленность и растерянность общества после нового военного поражения Франции и в условиях наступления реакции сказалась на результатах выборов в палату депутатов в 1815 г. На 2/3 нижняя палата парламента оказалась составленной из ультрароялистов, главным образом из среды провинциального дворянства, настроенного наиболее реакционно.
Реакционно настроенные депутаты настаивали на продолжении политических репрессий, на предоставлении высших должностей преимущественно выходцам из «старого» дворянства, на обеспечении ведущего положения в государстве католической церкви. Они предлагали монарху позволить церкви во Франции владеть недвижимостью, вернуть духовенству функцию регистрации актов гражданского состояния и контроль над просвещением. Настроения депутатов казались излишне реакционными даже королю и назначенным им министрам. Ультрароялисты требовали отставки кабинета умеренного роялиста герцога Ришелье, который во время своей эмиграции занимал должности градоначальника Одессы, Новороссийского генерал-губернатора и зарекомендовал себя как прекрасный администратор, опиравшийся на здравый смысл, чуждый политиканству. Людовик XVIII назвал палату этого созыва «бесподобной» и распустил ее.
В результате выборов, состоявшихся осенью 1816 г., ультрароялисты утратили большинство в палате депутатов, где наряду с ними сформировались либеральные фракции конституционалистов и «независимых». Конституционалисты, ведомые философом П. – П. Руайе-Колларом и историком Ф. Гизо, были приверженцами политической системы, созданной Хартией 1814 г. Они полагали, что в этом конституционном документе содержатся необходимые гарантии свободы и порядка, а задачу либералов видели в том, чтобы поддерживать Людовика XVIII и его министров в борьбе против реакционных притязаний ультрароялистов. Лидеры «независимых» – политический писатель Б. Констан, видный участник Войны за независимость в США и французской революции Ж. – М. Де Лафайет, банкир Лаффит, генерал Фуа – настаивали на более решительных мерах с целью обеспечения свободы и других естественных прав, провозглашенных в Декларации человека и гражданина 1789 г. «Независимые» полагали возможным заменить на троне династию Бурбонов младшей ветвью правящего дома Франции во главе с герцогом Орлеанским.
Поделиться книгой: