Девятнадцать сорок восемь. Том IV

Девятнадцать сорок восемь том IV

Глава 1

Евгений Михайлович, с довольным видом отхлебнул кофе их чашки и кивнул.

— Нет, все же кофе от Ореховых даже рядом не стояло с кофем от Шолоховых.

— Ну, а что ты ожидал? — хмыкнул супруга, сидевшая рядом с ним. — Говорят они тащат товар из Индонезии.

— Да, слышал, но думал, что раз уж они решили тягаться с Шолоховыми, то привезут что-то более менее приличное, а не ту бурду, что они предлагают.

— Насколько я слышала, они бьют ценой, — пожала плечами женщина. — Сам понимаешь, достойные сорта создавались столетиями. С наскока такое не провернешь. А раз хорошего кофе у них нет, то надо продавать его дешево.

— М-м-мда, — протянул Вешкин. — Как, кстати, там Кирилл?

— Надо же, — хмыкнула супруга. — Тебе стала интересна его жизнь?

— Не накручивай, — недовольно зыркнул на супругу глава рода. — Я слежу за ним. Просто… ты делаешь это более тщательно.

— Все как всегда. Развлекается с Мариной, пишет стихи и… ежедневно ездит в кофейню к простолюдину мыть полы, — с показным равнодушием произнесла Мария Алексеевна и взглянула на отца. — Ты ведь в курсе последнего, не правда ли?

— В курсе, — недовольно буркнул Евгений Михайлович. — Уже донесли.

— Что-то собираешься с этим делать? — взглянула на него женщина и пригубила из чашки кофе.

— А зачем? — хмыкнул супруг. — Все и так записали Кирилла в белые вороны. Чтобы все не как у всех. То, что он перестанет этим заниматься уже ничего не изменит.

— То есть хочешь все оставить как есть, — кивнула Мария Алексеевна.

— Нет. Предупреждать подобные поступки надо. Поговорить с ним не помешает.

— Ты наконец решил с ним поговорить?

Вешкин тяжело вздохнул и взглянул на супругу.

— Да. У меня нет другого наследника. Как бы мне не хотелось, придется работать с тем, что есть. Он все таки будущий глава рода.

— Давай только без криков и ругани, как в прошлый раз, ладно? — взглянула на него женщина.

— Я не буду ничего обещать, — взглянул на нее супруг, смутился от прожигающего взгляда и добавил: — Но я буду стараться.

В этот момент дверь в гостинную без стука открылась и в нее вошел улыбающийся до ушей Кирилл.

— Маман, папан! Прогнулись небеса! Сегодня я застал вас вместе! Благоволят мне небеса! — продекламировал он пройдя к ним.

— Рифма не плохая, но стиль так себе, — хмыкнула Мария Алексеевна. — И что за вульгарности? «Маман» и «Папан»?

— На французский манер, — пожал плечами Кирилл, схватил увесистый резной стул у стены и потащил его к столику.

— Если используешь заимствованные слова, то лучше выражайся на том языке откуда их заимствовал.

— На французском? — удивился Кирилл. — Ну уж нет! Эти поедатели лягушек слишком сильно картавят.

— Не так уж они и картавят, — хмыкнула мать.

— Сын, нам нужно серьезно поговорить, — осторожно начал отец. — Твои последние выходки… крайне неуместны и выставляют наш род в плохом свете.

— Эм-м-м… какие именно? — спросил Кирилл и тут же принялся оправдываться: — Если вы про то, что мы с Мариной использовали охотничье ружье и костюм медведя в… интимных забавах, то это… наше личное предпочтение. И, на всякий случай, в костюме был я.

Евгений Семенович, представивший как его сын занимается сексом с своей невестой в костюме медведя открыл было рот, но завис. В голове вертелся вопрос, как они использовали ружье, но язык отказался повиноваться и спрашивать подобные пошлости.

— Отец имел в виду твою волонтерскую деятельность в одном небезызвестном кафе.

— Вообще-то мне за это платят! — возразил Вешкин. — Почти тысячу рублей в месяц! Правда я еще их не разу не получил. Все спускаю на кофе в счет зарплаты.

— Дело не в том, платят тебе или нет, — кашлянув взял себя в руки Евгений Михайлович. — Дело в том, что ты будущий глава рода. А занимаешься мытьем полов в кофейне.

— Смею возразить, — выпрямился Вешкин. — Будановы, своих детей заставляют работать. Они проходят весь путь в их компаниях, с работника склада, вплоть до директоров.

— Да, но полы они не моют, — возразил Вешкин. — К тому же, мы не Будановы. У них вообще каждый мужчина обязан пройти военную службу. традиции рода, на секундочку.

— А почему у нас не может быть такой традиции? Я, между прочим, многое почерпнул, занимаясь мытьем полов.

— Например? — хмыкнул отец.

— Например то, что вне зависимости от происхождения и дороговизны обуви, грязь с улицы несут все. И грязь на дорогих ботинках аристократа ничуть не чище грязи с кроссовок бедного студента. А еще, я для себя понял, насколько я ненавижу людей, жующих жвачки.

— А это тут причем? — смутилась мать.

— При том, то засохшая жвачка, не хуже шпаклевки и отдирать с пола ее крайне тяжело, — авторитетно заявил Кирилл. — А люди, вне зависимости от происхождения, по одному вполне сносные особи. Вот только толпа — это жуткое грязное и бескультурное стадо.

Евгений Михайлович от такого вывода усмехнулся и покосился на мать.

— Послушай, — спрятал улыбку отец. — Я не хочу ругать тебя за твой выбор, тем более у тебя есть аргументы в свое оправдание. Да и не имеет это смысла. Однако, впредь я бы попросил тебя хотя бы советоваться со мной или матерью, прежде чем решаться на подобное.

— Вы всегда против моих затей или…

— Мы не против твоих затей, но мы могли бы придать им… более эстетичную форму, которая будет не так бить по репутации рода.

— Например? — спросил Кирилл.

Отец взглянул на супругу, затем на сына и кивнул:

— Хорошо. К примеру, мы могли бы выкупить тебе небольшое кафе, в котором бы ты сам мыл полы, учился готовить или… управлял им. Понимаешь?

Кирилл поджал губы и нехотя кивнул.

— Правда я бы не работал, а по сути бы просто играл, но… да. Я согласен с тобой. Эту мою прихоть можно было бы провести в более… приличный вид.

Евгений Михайлович взглянул на супругу. Та с довольной улыбкой кивнула ему, одобряя его небольшую победу.

— Хорошо. Я надеюсь, впредь ты будешь более благоразумен в выборе развлечений.

— Я бы назвал это поиском новых ощущений и… учебой, — возразил Вешкин младший. — Кстати, по поводу учебы!

Тут парень подался вперед, выпрямился и объявил:

— Мама, папа, я хочу поступить в высшее учебное заведение и получить профессию!

Мария Алексеевна удивленно уставилась на сына приоткрыв рот. Отец замер с недонесееной до рта чашкой кофе и вылупился на сына.

— Что? — спросил Кирилл. — У вас вид, словно я объявил, что переспал с бродячей собакой.

Мать беззвучно открыла рот, затем закрыла и взглянула на супруга.

— Кхэм, — произнес отец и поставил чашку на стол, так и не пригубив кофе. — Признаться мы удивлены. Ты ведь… несколько лет принципиально и со скандалами отказывался от какого-либо учебного заведения.

— Да, есть такое, — кивнул Кирилл. — Однако, работа с тряпкой и мытье полов навело меня на мысль, что не все так просто. Мне нужно найти свое дело, с которым я буду идти по жизни.

Заметив как мать нахмурилась, парень тут же добавил:

— Нет, мам. Швабра и блестящие полы — это не мое призвание.

— И где же ты хочешь учиться? — осторожно спросила Мария Алексеевна, взяв чашку с кофе, что слегка подрагивала в ее руках.

— Мама, папа, — Вешкин постарался придать себе торжественную позу, слегка довернув корпус и уперев руки в бока. — Я хочу быть магом!

— Ч… что? — замерла женщина.

— Магом? — замер с перекошенным лицом отец.

Видя ступор родителей, парень хлопнул глазами и, решил разрядит обстановку, взяв в рукий кофейник и отхлебнув из носика пару глотков кофе.

— Да. Я взвесил все за и против, хорошо все обдумал и решил, что я буду магом. Мне нравится магия. У меня есть сила и я хочу быть настоящим магом, что будет приносить пользу нашему роду!

Женщина, полностью проигнорировав неприличное поведение сына, взглянула на супруга.

— Может все же экономический? Или юридический? — осторожно спросил отец.

— Нет. Магия. Это то, что мне интересно и то с чем я хочу связать свою жизнь! — уверенно заявил Кирилл.

— Но как бы… — растерялась женщина. — Набор уже закончен и он дополнительным. Когда будет следующий — большой вопрос…

— Да, и поэтому я подал документы в департаменте, — кивнул парень и с улыбкой до ушей взглянул на родителей.

Отец растерянно взглянул на супругу. Та пустым взором уставилась на сына.

— Он поступил… Он поступил, иначе бы не пришел к нам, — растерянно произнесла она.

— Ну, на самом деле я еще не смотрел списки, — признался Кирилл. — Но я думаю, что поступлю. Показатели у меня неплохие.

— Хорошо… — тихо пробормотал Вешкин. — Допустим… магический университет… Ла-а-а-адно…

— Отлично! — хлопнул в ладоши Кирилл и поднялся. — Я тогда узнаю что там и как, и сразу дам вам знать.

— Договорились… — растерянно пробормотал глава рода.

Кирилл сияющий, как начищенный самовар, с довольной улыбкой и грудью колесом покинул гостиную, оставив родителей в глубочайшем ступоре.

Евгений Михайлович тупо пялился на супругу, не понимая как реагировать на решение сына. Мать так же пялилась на главу рода, не зная, что делать с подобным заявлением.

— Что это было? — первым нарушил полную тишину Вешкин.

Женщина растерянно пожала плечами, открыла рот, но затем закрыла. Секунд десять она молчала, но затем спросила:

— Мне показалось или он пил из кофейника?

* * *

Орлов просидел в своем кабинете примерно половину дня. Тяжелые мысли, которые раз за разом крутились в его голове, удалось бы облегчить дорогим коньяком. Но дела рода и объявление расторжения помолвки, не давали такой возможности. Голова должны была быть чистой.

Спустя несколько часов в его кабинет вошла Алиса. Чтобы вызвать её, Семену Дмитриевичу пришлось выйти на её охранников. Сама девушка предпочитала либо сидеть в своей комнате, либо очень редко выходить на прогулки, которые как правило длились не более часа.

— Ты хотел меня видеть? — Произнесла Алиса глядя сквозь отца. Она смотрела на него безэмоциональным взглядом, пытаясь скрыть за этим безразличием свою боль.

— Да. Хотел. — Проговорил глава рода, продолжая крутить долговое кольцо на своем пальце. Спустя несколько секунд он снял его с руки и положил на стол перед собой. — Свадьбы не будет. Не с Громовым.

— Эм. В смысле? То есть… как? — Лишь спустя несколько секунд, когда её мысли смогли упорядочиться, взгляд Алисы остановился на долговом кольце, и она всё поняла. — Фирс? Это кольцо Фирс вернул?

— Да. — Максимально емко ответил её отец.

— Пап… — Алиса сглотнула, пытаясь перевести дыхание. — А что он сказал?

— Он просил меня дать тебе выбор. Чтобы ты сама смогла решить за кого выходить замуж… — Семен Дмитриевич сцепил пальцы и поднес руки к губам. — Это значит, что наша проблема решена.

— Но… — Алиса продолжала стоять, пытаясь переварить всю информацию. — Получается… гнев Громова перейдет на Фирса.

На этот раз Орлов просто молча кивнул. Он посчитал, что слова тут не уместны.

— Пап… — повторила Алиса. — Что теперь будет с Фирсом?

— Вот этого я не могу сказать. — Ответил он. — Но Фирс сам принял это решение. А ещё… я знаю одно, такие поступки не делаются просто так. Понимаю что он твой друг, причем с самого детства. Но признаюсь, что я впечатлен. Он мог попросить практически что угодно. Но попросил только одно… чтобы ты сама сделала свой выбор.

Алиса стояла и не верила в происходящее. Буквально пару минут назад она готовилась к худшему решению в своей жизни. А сейчас… всё полностью перевернулось с ног на голову. Буквально только что она думала, что на этом её жизнь будет закончена. По крайней мере, её нормальная и свободная жизнь. А теперь… она снова может вздохнуть полной грудью. И всё благодаря Фирсу. Пока девушка стояла погрузившись в собственные мысли, её отец продолжил говорить.

— Алис, понимаю, что это вопрос может тебе показаться неуместным, но всё же… вы с Фирсом были просто друзьями? Или…

— Пап! — Резко перебила она его. — О чем вообще разговор? Конечно, просто друзья и ничего более! Об этом и речи быть не могло.