Помоги проекту - поделись книгой:
*Ты ведь нивелировал и разорвал связь большей части маны в заклинании с магом. Он стал по меньшей мере на шестьдесят процентов слабее по моим наблюдениям.*
— ГХРООООООХ! — загрохотала тварь, с ненавистью смотря на меня и в следующую секунду полетела вперёд.
Или я привык к скорости, или тварь стала медленнее, получив урон, но я даже успел заметить тот момент, когда голова твари нагнулась и молниеносно двинулась ко мне.
Не успел перевести дух, как получил сокрушительный удар, заставляющий сердце замереть, кожу обуглиться, волосы сгореть. Нервная система оказалась под колоссальной нагрузкой, и я забыл, как дышать.
Но я не забыл, что значит магия. И никто не мешал мне направить всю накопленную ману из источника к ядру хаоса. Что я и сделал.
Толпа шайтранов под защитой щита наблюдала за казнью и не могла поверить своим глазам. Абсолютное оружие императора — палач Рынх, верховный глава магического совета, чья мощь и сила вызывала абсолютный трепет у каждого шайтрана, создал легендарное заклинание, о котором они слышали лишь в виде таверных баек.
Величественный и непобедимый Эркхнарион пришёл в мир жалких людишек, чтобы уничтожить их мага, вызвавшего длительные и ожесточённые дискуссии на имперском совете.
Запретная магия, что исчезла из Шаи, оказалась в руках мелкого и худого человека, что лишь недавно узнал о самом существовании магических искусств. Сам факт его существования — клеймо и позор для шайтранов. Убить его и вернуть благосклонность первородных, изгнав проклятую Создателем магию хаоса из этого и другого мира — величайшая радость и цель каждого, кто зовёт себя магом.
Радостные возгласы накрыли многотысячную армию, что с имперскими тотемами и знаками отличия стояли у главного портала, наблюдая за схваткой. Удивительно, но Экхнарион раз за разом обрушивал свою мощь и ярость на презренного человека, будто намеренно растягивая удовольствие казни.
И лишь передние ряды с удивлением смотрели на замершего в нелепой боевой стойке человека, так и не пошевелившегося с момента начала «прожжения». Великий дух молний, владыка скорости, света и огня величественно взревел и в сокрушительной атаке бросился на это низкорослое ничтожество, начиная свой танец десяти тысяч прожжений.
*БАБАХ*
Перекрывающий гром святого зверя шум раздался над зелёным ковром ещё одного королевства шайтранов, что появятся здесь во множестве после окончания Великой Охоты.
— ЧТО? КАК? — передние ряды зашумели, вызывая непонимание у стоящих позади воинов и магов.
Если бы они могли увидеть картину растерзанного на множество частей священного зверя, многим бы из них стало не по себе. Некоторых бы даже охватила паника. Особо впечатлительные, фанатично верующие в непобедимость Эркхнариона, и вовсе бы познали столь редкое и пугающее чувство животного страха.
Истинные охотники, дети погони, хищники, ставшие на верхушку пищевой цепи Шаи, не привыкли видеть перед собой того, кого можно назвать более опасным хищником. Но жизнь полна удивительных сюрпризов. Особенно на Земле.
— Слава Первородным! Он восстанавливается!
— Естественно! Эркхнарион непобедим! — злобно посмотрел на рядового воина имперский страж.
— ГХРООООООХ! — священный дух молнии вновь обратился к своему первородному облику и взревел, вселяя ужас в сердца всех вокруг.
В следующую секунду он бросился на тяжело дышащего человека и, подобно легендарному змею, обвил его, похоронив с головой в своём великолепном сиянии.
— СЛАВА ЭРКХНАРИОНУ! СЛАВА ПАЛАЧУ РЫНХУ!
— УНИЧТОЖИМ ЛЮДИШЕК!
— СОЖЖЁМ ИХ ГОРОДА!
— НАПОЛНИМ ЗЕМЛИ ПЛОДОРОДНОЙ КРОВЬЮ ВО СЛАВУ ИМПЕРАТОРА! — кричали наперебой ликующие шайтраны, наблюдавшие за последними секундами ничтожного слизняка, что бросил вызов настоящему магу.
— ГРООХ!? ГРОООООООООООООХ! ГООООООХ! — странным криком, непохожим на ликование, прозвучал голос Эркхнариона, после чего он ещё плотнее сжал свои кольца.
Ещё спустя секунду его тело разорвало на куски и отбросило вокруг тысячами небольших искорок, часть из которых тут же потухла.
Те из шайтранов, что были более глазастыми, могли бы заметить, как покалеченный, обугленный человек голыми руками, покрытыми переливающейся дымкой, схватил за шею обвившего его зверя с Шаи и просто разорвал его на две части. Оторванная голова отброшена в сторону, а тело из молний тут же потеряло связь и оказалось разрушено ужасающей и разрушительной силой хаоса.
Человек упал на одно колено и замер, словно статуя, тяжело опустив голову. Если бы его видели другие люди, они бы не признали в нём своего сородича. Скорее уж демона из самых глубин ада. Покрытое запёкшейся коркой тело превратилось в одну сплошную рану. Кожа, превратившаяся в воняющий панцирь трескались, и из ран на ирландскую землю падали капля за каплей, превращаясь в настоящие крохотные ручейки из крови, последние жизненные силы в теле несломлённого человека.
Оставшиеся молнии лениво очнулись и устремились к основанию, являющейся центром всего заклятия. Совсем небольшой, всего лишь в пять метров, священный зверь медленно обрёл форму, с такой же яростью, как и прежде, смотря на своего обидчика.
— ГРОООООООООХ! — взревел он и поднялся над человеком, готовясь поставить точку в этом сражении.
Никто не заметил, как из ладоней человека просыпалась магическая пыль. Никто не видел, что за омертвевшей коркой наполнялось силой стремительно регенерирующее тело. Каркас мышц вновь налился силой, кровь вновь бежала по кровеносным сосудам, а связки вновь готовы были отправить в бой своего владельца, что скрылся от всего мира за ширмой смерти в виде его собственного ставшего на колено тела.
Никто.
Священный зверь, словно топор палача, рухнул вниз, стремясь испепелить упёртого человеческого недомага, что получил запретную силу.
*Критическое повреждение! Вывожу картинку! Повреждена аорта...
...
... Левая почка больше не функционирует...
... Критическое кровопотеря...
... Мышечный каркас уничтожен на 74%... *
Я упал на колено и замер, не в силах больше контролировать своё тело. Обугленный слой усиленной кожи стал каркасом, в котором бьющееся в агонии тело безвольно застыло и больше не могло шевелиться.
Спустя мгновение боль исчезла. В потоке ощущений сама боль стала шестым чувством, не позволяя больше отличать её оттенки. Я пытался почувствовать хоть что-то ещё, но ни слуха, ни зрения, ни запаха, ни осязания у меня не осталось. Не сойти с ума в этом лишённом цветов и красок мире тьмы помогли лишь проецируемые прямо в моём мозгу сообщения Куратора.
*Мана 8/1646*
*Мана 1/1646*
*Мана 12/1646*
*Мана 1/1646*
*Мана 9/1646*
Всю ману, что я успевал втягивать в себя где-то на уровне инстинктов из двух зажатых в кулаках кристаллов, я тратил на восстановление тела, что получило огромный урон за те мгновения, что понадобились источнику для извержения моего покрова хаоса.
Шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком, клетка за клеткой я обменивал ману на здоровье, возвращая себе жизнь и надежду.
Мышцы, внутренние органы, потерянная кровь... Волшебным образом клетки вновь создавались, дублировались, появлялись на своих местах, как заложено в генетической памяти. Я вновь обрёл ясность мысли. Я вновь обрёл чувства. Среди моря боли стали появляться её оттенки. Тысячи, десятки тысяч из них убедили меня в том, что я всё ещё жив. Но кризис всё ещё не миновал. Я не знал, жив ли враг. Я не знал, цел ли зверь... в любой момент враг мог атаковать меня. И я не мог противопоставить ему ничего. Мои запасы манны иссякли. Моё здоровье на грани отправки в иной мир.
Где-то вдалеке, в безпросветной тьме мелькнул злобный оскал слуги смерти, что не сумел дотянуться до меня, дабы отправить мою душу в её владения.
Куратор, инстинкты, расчёт и хладнокровие позволили выжать максимум из складывающейся ситуации. Любое неверное движение было равносильно смерти. Я знал на что иду. И я верил в своего соратника и свои силы. Это кровавые шахматы, в которых побеждает тот, кто может быть гибким и подстроиться под своего противника. Отразить его удар и дать сдачи. Я всё ещё жив — и это доказательство моей правоты.
А ещё где-то на грани сознания витает безумная мысль. Жестокая, сумасшедшая, навязчивая мысль, что не может быть сформирована разумным существом. Но вместе с тем и я, и Куратор практически синхронно одобрили её. Возможно, потому, что это последний шанс... а, возможно, потому, что мои инстинкты и расчёты самого умного существа в этой части Вселенной говорят мне: «Это должно сработать». И других вариантов, что способны исправить ситуацию, ни я, ни Куратор, не видим.
«Эй, Куратор, знаешь, какая поговорка на Земле, моя любимая?»
*Какая?*
«Против лома — нет приёма...»
*Если нет другого лома... Да, хорошо отражает твою ситуацию. Они загнали нас в угол. Но у нас остался один козырь, который тебя не раз выручал*
«В моей душе сейчас растекается жажда и голод, говорящая, что добыча уже рядом. Осталось лишь пожрать её и не подавиться. Это чувство, оно не похоже на другие. Словно древний дракон проснулся от вечного сна, когда к нему в пещеру забрела самоуверенная добыча. И она идёт вперёд, тыкая дракона своим оружием, не понимая, что станет сегодня ужином...»
— ГРООООООООХ! — вернулся слух, и восстановленное тело напряглось, пытаясь вырваться из окружающей его защитной обугленной «коробки».
Осыпались пылью кристаллы, отдав всех себя без остатка. Я вновь был готов бросить вызов судьбе и укротить зверя, подчинив его сущность своей воле. Я впитаю его, как когда-то впитал разрушительный Огонь, обманчивую Воду, искрящуюся энергией Жизнь, мифическую Трансформацию и непостижимый Хаос.
Дракон Шаи, священный зверь, повелитель молний, обрушился на меня, ломая мой кокон, а я весь, без остатка, отдался его власти, приглашая в гости.
Мои веки раскрылись, и посмотрели на ослепительный свет. Отголосок лишь недавно исчезнувшей боли вновь вернулся ко мне, и злая харя клыкастого зверя с жёлтыми зрачками появилась передо мной.
— ГРОХОХОХОХ? — словно насмехался оно надо мной, вновь пытаясь сжечь и испепелить меня.
Я улыбнулся зверю в ответ, шокировав его.
К боли сложно привыкнуть... Но порой её можно проигнорировать.
Я активировал Кёрхер, наблюдая за изменяющейся мордой зверя. Молнии перестали испепелять кожу. Вместо этого они начали, словно мороженное, таять и проникать внутрь меня, устремляясь к источнику.
Зверь взвыл, попытался вырваться, но я не позволил ему это сделать.
— Думаешь, ты здесь король? Думаешь, ты здесь хищник? Я пожру тебя, и тебе некуда скрыться! — моя рука схватила уменьшившегося до размера рядового шайтрана зверя за шею.
Я раскрыл челюсть и притянул жертву, вонзая зубы в магическую тварь. Один из каналов вёл к моей гортани... Это позволит ускорить поглощение и снизить период боли и нагрузки на тело.
Впереди замаячили шайтраны. С диким ужасом на их лицах они кричали, махали руками и толкались, устраивая хаос под щитом. Офицеры и маги гоняли рядовых воинов, шум и крик я слышал даже отсюда, сквозь треск и грохот умирающего зверя.
Впитав всего его без остатка, огромный поток энергии, что и близко не вмещался в источник, отправился в сторону ядер и, нанося чудовищную боль, принялся белой вспышкой прогрызать дорогу в сторону. Очередной шаг сделан. Очередному ядру требуется время для формирования.
Моё по прежнему окровавленное тело стояло неподвижно, игнорируя шайтранов. А те устроили суматоху, начав сражаться друг с другом. Большая группа под руководство одного из магов отделилась от основного потока и двинулась в сторону портала.
Я раскрыл глаза, что сияли переполняющей меня энергией молнии. Ни зрачка, ни радужки глаза не было в них. Лишь бушующие белые змейки устраивали свой бесконечный бег.
— Никуда вы не уйдёте. Пришли к нам со священным зверем — от него и помрёте! ГРООООООООООООООООХ! — взвыл я, выпуская наружу тысячи небольших молний, что окутали моё тело, словно доспехи.
Глава 3. Хитрость шайтранов
Мои ноги утопали в расплавленной земле по щиколотку. Энергия наполняла моё тело, и дикое желание мчаться куда-то, сперва в небеса, а затем обратно к земле, молнией пронеслось в моих мыслях. Я ощущал энергию, что скапливалась внутри, требуя выпустить наружу всю эту мощь. И как не пытался я сдерживать её, а в один момент напряжение достигло пика, и новые молнии вырвались из моего тела, отделились от переплетённых между собой молний, что окутывали меня с ног до головы, словно доспех.
Я заорал, и крик мой был подобен грому, что, как и заклинание мага, изображающего священного зверя, раскатом пронеслось по полю боя.
Больше я не мог сдерживаться, успокаивая моё тело, что подчиняло и подавляло чужую силу, направляя её в мой магический источник.
Мой взгляд сосредоточился на теле верховного мага под куполом, что схватился за грудь.
Секунда — и я оказался перед ним. Разорванная связь с магическим заклинанием тяжело далась «палачу Рынху». Он плевался синей кровью после полученных повреждений, пытаясь выпрямиться перед своим воинством. Одна из его рук заискрилась, пытаясь активировать родное и привычное заклинание.
— Это бесполезно. Ты проиграл. — шепнул я ему, но голос мой, словно рёв небес, прозвучал под этим гигантским куполом.
Меч, сотканный из молнии, прервал его мучения, сперва пронзив сердце, а затем и разделив надвое тело верховного мага.
Следом пришла очередь его воинства. Пока во мне бушевала разрушительная энергия, поражая мои внутренние органы и каналы, я выпустил наружу ману, чтобы освободить место для клокочущей в моём теле энергии.
Удар огромной, длинной молнии, словно хлыстом, уничтожил рядом стоящих врагов, и я оттолкнулся от земли, взлетая под самую вершину купола, смотря на войско противника сверху вниз.
Сила и мощь стихии позволили мне оттолкнуться от земли, отправившись ввысь. Хоть это и нельзя было назвать полётом, но в какой степени я теперь не был ограничен перемещением лишь по земле.
Среди суматохи и хаоса я развёл в сторону руки, и, словно какой-то древний языческий Бог, обрушил ярость стихии на врагов моих, отрезая их от портала.
Следом моё тело окутали длинные, словно змеи, молнии и, как дитя набирается силы от матери, так и они стали подпитываться моей маной. Достигая нужного уровня заряда, они вспышкой отправлялись на землю, убивая случайно попавших под удар воинов противника.
Я стал самым настоящим генератором молний, зависнув в воздухе на некоторое время.
Но всё же физика взяла своё, и земля стала звать обратно своего сына. Попытка оттолкнуться от воздуха оказалась бесполезной. Лишь в своём воображении я стал свободным от земных оков.
В меня ударили заклинания, рядом пронеслись болты. Враги не стояли на месте, они пытались сражаться. Просто я был слишком быстр, и лишь сейчас они смогли дать мне сдачи.
*Ты не можешь активировать форму хаоса, пока вся чужеродная мана не исчезнет из твоего организма,* — напомнил Куратор то, что я и так знал.
Поделиться книгой: