Уникум 2. Книга Трех

— Интересно, в какую сумму ты можешь оценить свою безопасность? Нет, мне не нужны от тебя деньги. Работа? Да, конечно, заманчиво, чтобы ты работал на меня, а еще лучше, вошел в состав фамилии Уваровых. Но вскоре ты поймешь, что это невозможно по определенным обстоятельствам.

— Тогда зачем?

— Скажем так, мне больше, чем кому бы то ни было невыгодно сейчас усиление некоторых высокородных семей. И даже такая маленькая шестеренка, как уникум, может привести к глобальным изменениям. Потому что это пока ты послушник, но кем способен стать через несколько лет? Вопрос открытый.

— Кем могу стать? — пожал я плечами. — Этого никто не знает.

— Ты не прав. Умение собирать нужную информацию и возможность ее анализировать почти всегда способны дать правильный ответ. То, что ты не можешь сделать это в силу возраста и, прости, буду откровенным, умственных способностей, дело другое. Ну как, стоил наш разговор немного твоего времени?

Только теперь я заметил, что мы пришли к тому самому месту, где и начали беседу. Вот висит крестик на ветке, чуть поодаль стоит «машина» Байковых. Тут же были и они сами. Димон активно жестикулировал и ругался с дядей. Пусть ничего и не слышно. Звук оказался приглушен, словно мы находились под водой.

— Наверное, да. Только мне все равно многое непонятно.

— Понимание приходит со временем и с чередой определенных обстоятельств, — ответил Уваров, — с этим я ничем помочь не могу. Главное, начать думать.

Высокородный протянул мне руку, которую я, чуть поколебавшись, пожал. После чего Уваров жестом предложил присоединиться к Байковым. Стоило сделать пару шагов и забрать свой пространственный артефакт, как лес вдруг проснулся, наполнился шумом. В том числе руганью дяди и племянника.

— Не приведи сила с ним что-нибудь случиться.

— Я с этим Инкогнито много работал. Он никогда не подводил, — отвечал Олег, ероша свои волосы еще больше.

— И как его зовут? Кто он такой?

— Я… не знаю.

Мне хотелось ответить на этот вопрос, но сила предупредительно подкатила к горлу, словно готовясь выплеснуться наружу. Уваров был прав. Одно дело дать обещание, которое можно нарушить, и совсем другое провести ритуал. Я обернулся — собеседника не было. Ушел.

— Байковы, хватит ругаться, поехали.

Увидев меня Олег обрадовался. Довольно искренне. Впервые он выглядел настоящим, не прячущимся за маску наглеца и циника. Димка же вообще бросился ко мне и схватил за плечи, словно пытаясь рассмотреть, все ли со мной в порядке.

— Да нормально все, нормально.

— Что там было?

— Поговорили просто.

— С кем?

— А ты разве не видел?

— Нет. Просто какая-то тень, словно скрытая заклинанием. Вы немножко постояли, а потом вы будто исчезли.

Вот, значит, как оно выглядело. Хотя, чего я удивляюсь? Учитывая личность Уварова, мощные заклинания сокрытия для него плевое дело. Я же пошел к машине, размышляя над услышанным. Значит, держаться подальше от высокородных? Ну, эту простую мысль я уже давно усвоил. А «приглашение» на беседу к Терлецкому лишь усилило желание не общаться с Охранителем аристократов. Как и с остальными высокородными. Тот, кто хочет говорить, приходит сам, а не присылает головорезов.

И все-таки меня не отпускало ощущение, что затевается нечто невероятно сложное, запутанное, опасное. А мне в подобной игре отведена какая-то роль. Осталось только понять, какая именно? И этот Уваров, с одной стороны — приятнейший человек. Старался говорить правду, даже если она мне могла не понравиться. Вопрос, все ли открыл? Или лишь заставил смотреть в определенную сторону? С другой — он убийца. Хладнокровно уничтожил группу Терлецкого, потому что они ему мешали. Может ли он быть союзником? Хотя, это не совсем правильное определение. Скорее защитником. Пока его интересы совпадают с моей безопасностью.

Голова гудела от множества мыслей. И хуже всего, что я ни с кем не мог поделиться своими соображениями. Уваров все предусмотрел.

Машина набрала ход. Мы пронеслись по дороге, которую обступил лес и выскочили на федеральную трассу. Олег ловко маневрировал среди фур и обгоняющих их легковушек, желая если не превысить скорость звука, то приблизиться к ней. Проносились размытыми пятнами поля, леса, речушки, деревни. Оставалось лишь догадываться, как сам Байков-средний ориентируется? У него, наверное, есть свой магический навигатор.

Я запоздало вспомнил об Уварове и его житейских артефактах. А ведь это действительно необъятное поле для заработка. Да, защитные и боевые артефакты более востребованы, но именно бытовые используются наиболее часто. Значит, что я знал о новом знакомце? Силен, богат, влиятелен. И очень не хочет, чтобы усиливались другие семьи.

Оставшуюся часть пути мы в буквальном смысле пролетели. Мне даже удалось подремать, несмотря на сильный ветер, шум и приземляющихся в лицо насекомых. Прав был Байков, привыкнуть можно ко всему. Но когда ровная гладь трассы сменилась мелким камнем и сухой землей, я проснулся. Мы подъезжали к Терново.

Олег не обманул (хоть в чем-то). Солнце стояло в зените, значит, домой он действительно успеет к вечеру. Теперь же мы слезали с кабриолета. Организм из-за жутких перегрузок на трассе посылал меня на несколько веселых букв, но все же я смог сфокусировать взгляд на гоблинах.

— У нас разрешение на досрочное прибытие в школу, — помахал бумажкой Байков.

Самый рослый и старый из зеленокожих осмотрел письмо и на какое-то время ушел. Впрочем, вернулся он довольно быстро, ведя с собой Козловича. Тот совсем не изменился, разве что бородка стала болеей длинной и пушистой. Ну, еще и морщины возле глаз разгладились. Сила вернулась к куратору и подлатала весь организм.

— С прибытием, — улыбнулся учитель.

— Здравствуйте.

— Здрастье.

— Олег, как брат?

— Без изменений, Викентий Павлович. Ладно, Дмитрий, до зимы. Доберешься на школьном транспорте.

На меня Олег посмотрел вскользь, будто не хотел надолго задерживать взгляд. Да и я не горел желанием его больше видеть. Что ж, на одного недоброжелателя у меня стало больше.

— Пойдемте, — сказал нам Козлович. — В этом году вы будете жить в другом крыле. Также изменения коснулись и распределения учеников в комнате.

— Это как? — не понял я.

— Волшебники будут жить с волшебниками, ведьмы с ведьмами.

Признаться, новость оказалась не совсем приятной. Как-то свыклись мы уже друг с другом, срослись. Но это была лишь крохотная ложка дегтя в огромной бочке меда. Главное — я вернулся. Туда, где мне было самое место. Где я не чувствовал себя лишним. И, казалось, повидавшие многих учеников камни, весело журчащий фонтан перед входом, и тихо переговаривающиеся на ветру подстриженные кусты приветствовали меня.

— Вам повезло, раз уж приехали так рано, выбирайте любые комнаты, — сказал Козлович. — Обед и ужин по-прежнему расписанию. Как стипендиатам, вам разрешено покидать территорию школы, но к отбою вы должны возвращаться. Уже сейчас каждый может входить в свою башню. В те двери, которые открыты, разумеется, — хитро посмотрел на нас Козлович. — Ну, вроде все.

Он жестом указал нам на флигель и отправился во двор. Я, недолго думая, зашел в ближайшую к выходу комнату.

— Третьим-то у нас кто будет? — материализовался Потапыч. Он несколько раз подпрыгнул на полу, проверяя его прочность. — Вторым, понятно дело, татарчонка возьмем. Балбес, да уж свой. А вот насчет третьего надо думать.

— Ты где вообще был?

— Как где? В баньке. Нечто потерял меня? Я принял немножко, чтобы дорогу лучше перенести, да и задремал. Самый действенный способ путешествовать, как я думаю. Стакан, другой, вот тебе и Рязань. Худо, правда, ежели собирался в Самару, но во всем есть свои недостатки.

— Серьезно? И ты ничего не видел, не слышал, не хотел меня защитить?

— А чего тебя защищать? В порядке же все. Руки целы, ноги тоже. Характер с дороги только хуже стал. Чего ругаешься?

— Ну, Потапыч… — я даже не нашел, что сказать. То ли правда все, так как он говорит, то ли попросту дурака включил.

— Макс, расскажи, что там произошло-то? — подал голос Димон, стоявший в дверях со своим чемоданом.

— В том-то и дело, что не могу. Ритуал молчания. На силе.

— Ничего себе, — присвистнул Байков.

— Это что, мне одна знакомица хотела ритуал трезвости провести. Мол, если обещание нарушу, то мужской силы лишусь.

— И что? — не вытерпел я и спросил.

— Вот он я тут, полностью. Исключительно в работоспособном состоянии и слегка пьяный. Сбежал я от нее, вот чего.

— Веселитесь? — прозвучал голос за спиной Байкова.

Димон чуть ли не отпрыгнул в сторону, давая возможность Якуту войти внутрь.

— Я слышал, что ученики разных Башен живут по отдельности, — зыркнул учитель на Байкова.

Тот намек понял и ретировался в коридор. Под взглядом Якута заволновался и Потапыч. Пусть и был он здесь на законных правах, но решил, что теперь самое время немного прогуляться по территории.

— Пойду погляжу, как там мои друзья заклятые, — сказал он мне и умчался с такой скоростью, словно вспомнил о долге, который Петр или еще кто из домовых ему не отдал.

— Хорошо, что ты приехал раньше, чем остальные, — чуть улыбнулся Якут.

— Почему?

— Завтра мы начнем тренировки по умению проходить между мирами. С самого утра. Скажем, часов в семь.

— В семь? А чего так «поздно»? — хмыкнул я, думая, смогу ли встать в такую рань.

— Хорошо, в шесть. Чтобы не опаздывал.

С этими словами он вышел прочь. Я рухнул на разложенный матрас. Школа оказалась прежней. А главный ее недостаток — прежним был и Якут.

Интерлюдия

Ветви деревьев скребли по старому замызганному стеклу, словно пытаясь заглянуть внутрь крохотного заброшенного домика на самой опушке. Сколько лет он стоял, никому не нужный? Забытый даже охотниками, хоть когда-то забредавшими в эти края. Домик выцвел, осел, покосился и грозил вот-вот развалиться окончательно. А тут вдруг его облюбовал странный мужчина.

Он пришел на закате. Не зажигал свет, не собирался переждать ночь, да и вовсе не двигался. Лишь нашел опрокинутый табурет и сел у дальней стены. И все. За это время в домике не раздалось ни одного звука, словно и не было там никого.

Случайно забредший в эти края немощный обошел бы домик стороной. Сам не зная почему. А опытный маг тем более не стал бы приближаться. Почувствовал бы неладное, хоть незнакомец и тщательно пытался скрыть свою силу. Но слишком могущественен был.

Причина, по которой мужчина здесь сидел была очень простой. Он ждал. И уже в полутьме раздались шаги трех черновых, отправленных по одному щекотливому вопросу.

— Господин, — поклонился один из них, коренастый мужичонка, как только вошел. — Все сделано. Мальчишка поступил так, как вы и предполагали. Попытался сбежать.

— Попытался? — поднял бровь незнакомец.

— Ушел он, — клацнул челюстью маг огня, совсем, как собака.

— Господин, только как вы поняли, что он будет сопротивляться, а не поедет с нами?

— Вы, мои друзья, недооцениваете информацию. Если собрать все ее крупицы, вплоть до малейших деталей, то можно с большой долей вероятностью понять, как поступит тот или иной человек.

— А татуировки на руках обязательно надо было делать?

— Иначе бы он не поверил. Все должно быть натурально.

— Что теперь? — спросил крепыш.

— Он уверен, что всему виной Терлецкий. Максим и так не любил семью Охранителя, однако теперь станет держаться от них подальше. А это как раз то, что мне нужно.

Троица стояла, освещаемая лунным светом через замызганное окно. Они устали, были грязны и голодны, однако внимательно слушали своего господина. Тот ходил взад-вперед, теребя на лацкане золотой значок с гербом своей фамилии — магическим верстаком и рукой, зависшей над ним.

— Магический мир нашей страны в застое, этого не видит только глупец. Именно сейчас хватит крохотной песчинки, которая попадет внутрь громадного механизма и разрушит его. Достаточно правильно направить одного единственного уникума. И последствия будут грандиозными. Вплоть до переделов сфер влияния и смены самого Охранителя.

— Господин, зачем вы нам это все рассказываете? — встревоженно спросил третий, прежде молчавший

— Правильный вопрос, — улыбнулся высокородный. Причем, весьма искренне. — У немощных есть такая забавная профессия. Психолог. Специально обученный человек слушает тебя и вроде как становится легче. Я сначала не верил. Думал, ересь полная. А потом попробовал. И знаете что? Действительно работает. Еще этот психолог посоветовал проговаривать свои мысли, планы. Только перед зеркалом или наедине с собой эффекта никакого. Да и выглядит глупо. А вы довольно неплохая публика.

Аристократ остановился, с интересом глядя за реакцией троицы. Те находились в некотором оцепенении. Лишь маг огня чуть заметно обнажил зубы и его конечности стали вытягиваться.

— Безродные волшебники, которые скитаются от семьи к семье. Сегодня здесь, завтра там. Никто за ними уже не следит, а их пропажи никто не хватится. Вот, Филя догадался к чему все идет, — указал высокородный на огненную гончую. — Чтобы вам было не так обидно, психолога я тоже убил. Не может же уважаемый господин Уваров ходить к мозгоправу. Еще узнает кто.

Гигантский пес бросился на аристократа, а крепыш, напротив, метнулся к выходу. Но вся троица в одно мгновение застыла. Нет, время не остановилось, ветви на ветру все так же скребли по стеклу, в лесу кричала сова. Просто сила, вырвавшаяся из мага, обладала такой плотностью, что моментально заполнила все пространство в хижине. Она окутала магов и не давала им возможности шевельнуться.

Уваров наклонил голову и три тела разлетелись на куски, словно замороженная глыба льда под ударом молотка. Высокородный лишь поднял лапу, оставшуюся от перевертыша, убрал ее в пространственный карман и вышел. Он не оглядывался, хотя знал, что хижина на опушке складывается подобно карточному домику за его спиной. Еще секунда и строение провалилась под землю, точно и не существовало никогда. А успокоившийся и выговорившийся Уваров шагал по лесной тропинке.

Глава 5

Что может быть лучше прохладного летнего леса в самые ранние часы? Когда птицы только начинают свои перепевы, солнечные лучи осторожно пробираются сквозь листву, а повсюду царит спокойствие и безмятежность. Ответ простой — подушка и одеяло.

Мне даже подумалось, что оказаться в лапах высокородных не так уж и плохо. Зато не пришлось бы вставать в такую рань и плестись собирать росу своими кроссовками. Школьную одежду нам пока не выдали.

Якут появился ровно в шесть, точно пришел заранее, стоял за углом и ждал нужного момента. Байков тоже обладал такой способностью. Но только, если дело касалось еды. Димон появлялся, как смерч, стоило тебе откусить пирог и смотрел с видом обиженного кота. Приходилось делиться. Зато с Байковым хотя бы можно было пообщаться на разные темы. Мой нынешний собеседник не особо любил поболтать. Он лишь махнул рукой, мол, следуй за мной.

Вообще, интересно, есть ли личная жизнь у Якута? Он тут и зимой, и летом, так сказать, одним цветом. И швец, и жнец, и на дуде игрец. Я даже анекдот придумал. Заходят как-то в бар учитель, тренер и суровый наставник, а бармен говорит: «Якут, тебе чего?». Надо рассказать, наверное.

Между тем мы выбрались на полянку, укрытую со всех сторон пышной листвой. Я ее, кстати, узнал. Когда-то тут занимались медитацией второкурсники. Неужели и меня сейчас заставят входить в нирвану? Тогда можно было бы поступить проще и воспользоваться услугами Потапыча. У него всегда в кармане имелось чем расширить сознание.

— Садись.

— Как садиться? Ноги под себя?

— Как удобно, — отозвался Якут. — Ты должен быть максимально расслаблен.

— Ну, наверное, так.

Я сначала просто упал на задницу, вытянув ноги. Потом подогнул их и встал на колени, а скоре все-таки устроился по-турецки.

— Теперь мне надо дождаться просветления?