Гнев Империи I

Я трясущейся рукой взял чайник.

— Прошу, — протянул я его слуге. — Если с чаем все в порядке, и мне просто стало плохо, то ничего же не случится.

Внезапно слуга отступил, выхватил из-за пола ливреи револьвер и наставил его на меня.

— Ох! — шокированно ахнула Даша. — Август, вы же были нам…

— Заткнись! — рыкнул слуга. — Все должно было быть не так. Вы должны были уснуть, и тогда я бы доставил вас в нужное место.

— Куда? — спросил я, смещаясь чуть в сторону, чтобы закрыть собой Дашу.

— Я сказал заткнуться. Вы поедете со мной, так или иначе, а затем ответите на несколько вопросов. Если ответы устроят моего господина, то возможно, вы проживете следующие сутки.

— Твой господин, кто он? — продолжал я задавать вопросы.

Но тут нас всех кое-что отвлекло — идущий снаружи звук моторов. Прямо сейчас к дому кто-то подъезжал.

— Нет-нет, слишком рано! — испугался слуга. Выходит, это не его друзья. Но и вряд ли наши. Скорее уж «конкуренты». Получается, есть как минимум две стороны помимо нашей. Одна хочет нашей смерти, другая — вначале что-то выяснить, а затем избавиться от последних Старцевых.

Интересно…

— Быстро за… — начал было говорить Август, но осекся на полуслове.

Я сделал шаг вперед. Уловив мои намерения, слуга запаниковал и выстрелил. Пуля пробила бедро, а я взвыл от боли.

Но боль — это хорошо, боль порождает гнев.

В один прыжок я оказался рядом со слугой, перехватил руку с оружием и сдавил её с такой силой, что кости не выдержали. Август взвизгнул фальцетом, попытался вырваться, но ничего не получилось.

— Больно, да? Мне вот тоже, — мягко, почти доверительно сказал я, все ещё удерживая то, что осталось от его руки, после чего швырнул мужчину в стену. Больше он не поднялся.

Все ещё немного прихрамывая несмотря на то, что рана на ноге уже начала затягиваться, я подошел к Августу и проверил пульс. Живой, но в отключке.

— Даша!

— Д-Да! — откликнулась девушка, испуганно уставившись на меня.

— Свяжи его и перевяжи рану, чтоб не сдох. Нам ещё предстоит выбить из него некоторые ответы, — хмыкнул я. — А затем прячься, но желательно не слишком далеко.

— Х-хорошо… А вы… ты?..

— А я… Я пойду поздороваюсь с нашими дорогими гостями.

Глава 2

Я вышел в холл нашего небольшого домика и выглянул в окно. Пять машин, одна из которых грузовая. И больше двух десятков человек, все при оружии. Да уж… Кто-то явно невзлюбил род Старцевых, раз послал такое количество солдат, чтобы убить двух человек. А в том, что прибыли именно солдаты, я не сомневался.

Хмыкнув, я отошел от окна и уселся на лестницу прямо напротив главного входа, ведущую на второй этаж. Даша как раз закончила со связыванием нашего слуги и прошмыгнула наверх. Там ей будет безопаснее.

Интересно, меня сразу прикончат или вначале схватят и буду пытать? Как бы то ни было, до Даши они не доберутся раньше, чем прикончат меня.

Дверь с грохотом распахнулась, и в помещение влетело двое мужчин с винтовками наперевес. Они взяли меня на мушку, одновременно расходясь в стороны и пропуская ещё двоих. Новая пара разошлась по комнате с двух сторон, и примерно в то же время кто-то выбил заднюю дверь.

Только бы эти солдафоны не прикончили моего слугу…

В конце концов в дом вошла женщина с длинными светлыми волосами, одетая в алый военный китель с золотым орнаментом на рукавах и воротнике.

Она смерила меня хмурым взглядом и спросила.

— Ты Дмитрий Старцев?

— Так меня раньше звали, но нынче я ГНЕВ.

Услышав это, на её лице возникла гримаса раздражения, а взгляд буквально лучился презрением. Несмотря на это выражение, мордашка у неё была вполне себе ничего. Не сногсшибательная красотка конечно, но весьма приятная внешне дама. В моем вкусе.

— Где твоя сестра?

— Сестра? — картинно удивился я. — Понятия не имею. Да и зачем она нам? Я конечно испорченный малый, но не настолько же.

На её лице мелькнуло недоумение.

— Ты ведь элитная эскортница, да? Я заказывал самую лучшую. У меня не было женщины уже… очень давно. Пару тысячелетий точно. Только я что-то не понимаю, зачем эскортнице такое сопровождение?

— Эскортница?! Я?! — блондинка чуть было не задохнулась от возмущения. От неё пахнуло злостью, и я не без удовольствия вдохнул её. — Ты поплатишься за эти слова!

— Прошу, баронесса, не стоит так злиться, — рядом с ней возник пожилой мужчина в зеленом кителе. — Как я слышал, старший сын Старцевых немного… болен умом. Говорят, что он слышал голоса, был необщителен и странен.

— Вот как? — она перестала злиться.

— Именно, — подтвердил говоривший. — По этой причине делами семьи занималась дочь, а не он. Не стоит принимать близко к сердцу слова юродивого.

— И тем не менее, родителям стоило бы поучить этого выродка манерам, — исходившая от женщины злость прошла, зато закипала во мне.

Юродивый? Выродок? Я? Серьезно?!

— Юродивый, значит, — хмыкнул я и поднялся со ступенек. — Вы заявляетесь в мой дом, целитесь в меня оружием и оскорбляете меня, и после этого ждете гостеприимства? Да вы, господа, малость так охренели!

Никто не отреагировал на мою вспышку гнева, разве что светловолосая девица прищурила свои голубые глазки, а её губы превратились в тонкую линию.

— И вообще, вы не рановато? — уточнил я, кивнув на часы. — Красная карточка Императора, двести кольев ему в зад, начинает действовать через полчаса.

При упоминании императора, а вернее после слов, что я сказал после его упоминания, лица всех присутствующих без исключения дрогнули. Кто-то из простых солдат испугался, втянув голову в плечи, другие едва сдерживали нахлынувшую злость.

Да-а-а-а… Злитесь сильнее. Раненая нога практически прошла.

— Хоть ты и дурак, но советую очень тщательно подбирать слова, когда речь заходит о Императоре, да будет править он вечно.

— А не то что? Убьете меня? — рассмеялся я. — Так вы за этим, кажется, и пришли!

Пока я это говорил, со стороны кухни показалось двое солдат, тащивших раненого слугу. Август все ещё находился в бессознательном состоянии, а может притворялся. Женщина, видимо руководящая людьми, лишь бегло взглянула на него, сосредоточив все внимание на мне.

Подозреваю, что она медлит по двум причинам. Первая — время ещё не пришло. Лишь через полчаса часы отобьют полночь, и мы официально будем считаться мечеными. Вторая — это похоже на ловушку. Уж слишком странно, что я вот так спокойно сижу и насмехаюсь над вооруженными людьми. Скорее всего, она ожидала найти двух перепуганных юнцов, не способных дать отпор. А нашла меня.

— Предлагаю вам сделку, — торжественно объявил я. — Вы говорите мне, по чьему приказу явились на мою усадьбу, сдаете своего покровителя, или кто он там у вас, после чего разворачиваетесь и уходите.

Блондинка громко фыркнула и усмехнулась.

— А если нет?

— Тогда вы умрете, — широко улыбнулся я и оперся о перила лестницы. — И это будет больно и грязно. Стоит мне войти в раж, как происходит бойня.

Я ожидал, что женщина засмеется, но вместо этого она бросила короткий взгляд на своего сопровождающего — пожилого мужчину в зеленом камзоле.

— Дмитрий Старцев одарен?

— Сильно сомневаюсь, — покачал головой тот, придерживая круглые очки с цепочкой. — В роде Старцевых вот уже пять поколений не рождалось хоть кого-то, кто мог пройти ледяное пробуждение. Были попытки, но неудачные. Искра была слишком слаба, а император, да будет править он вечно, не «обновлял кровь» их рода уже очень давно. Ходят слухи, что Лизаветта была предназначена Дмитрию Старцеву, но когда вскрылся его недуг, помолвку отменили. Это одна из причин, почему он помог организовать покушение.

Старик говорил не торопясь, потому что им это не нужно, зато я получил одну крайне любопытную информацию. Выходит, дочь императора первоначально должна была стать моей женой?

— Но знаете, я уже начинаю думать о том, что перед нами вовсе не Дмитрий Старцев, — старик прищурился, внимательно меня разглядывая. — Когда я видел его последний раз, мальчик был замкнут, не смотрел в глаза и почти не говорил. А этот человек… Внешне он схож, но Дмитрия Старцева не видели в свете уже лет пять.

— То есть, это может быть даже не он? — поняла женщина.

— Верно. Возможно, нас просто отвлекают. Но могу с уверенностью сказать, что тот человек, — старик указал на слугу. — Август Виссарионович Бурлаков, слуга Алексея Старцева.

— Быстро! — приказала женщина солдатам. — Свяжите этого, а затем обыскать дом. Старцевы не должны сбежать!

— Да я и не пытался… — буркнул я. — Эй, вы что забыли про время?!

Но ни женщина, ни старик уже не обращали на меня внимания. Сочли, что я приманка, которая тянет время, пока настоящие Старцевы сбегают.

В два прыжка ко мне подлетел солдат и без всяких церемоний врезал мне прикладом в челюсть. Для любого нормального человека этого удара должно было быть достаточно, чтобы свалиться на пол, но я лишь слегка качнул головой и ухмыльнулся окровавленной улыбкой.

Опешивший от такого солдат удивленно воззрился на меня, а я сплюнул кровь ему под ноги.

— Спасибо. Теперь я очень и очень зол…

Я играючи вырвал у него из рук винтовку, это было так же просто, как отобрать игрушку у младенца, а затем ударил солдата прикладом с такой силой, что пробил грудную клетку. Тот даже вскрикнуть не успел.

Стоит отдать этим ребятам должное. Отреагировали они на мои действия мгновенно. Первая жертва ещё не успела рухнуть на колени, как загрохотали винтовки. Пуля одна за другой пронзали мое тело. Кишечник, легкое, селезенка, почка, вновь кишечник. Ой… А вот эта чуть было не отстрелила нечто важное…

Глаза словно застелила красная пелена.

Рывок, и вот я уже перед другим солдатом. Он с ужасом уставился на меня, но ничего не успел предпринять. Я ударил его ладонью по лицу и кости черепа не выдержали, позволив мозгам растечься по стене.

Тут же в бок вонзился штык-нож, но подобные раны лишь подстегивали мою злость. Отобрав оружие, я нанес им удар словно дубиной, сверху вниз. Послышался треск ломающихся костей и хруст древесины. Винтовка после моего удара пришла в негодность, да и солдата «смяло».

Я повернулся и получил пулю прямо в лицо, мгновенно лишившись одного глаза.

А вот это хреново… Восстанавливать глаза во время боя — то ещё удовольствие.

Я вырвал стрелку руку и забил его ей же, после чего вырвал сердце солдату, стоящему рядом.

Наконец я перевел взгляд на женщину и тут же ощутил что-то вроде угрозы. Она изобразила руками несколько странных жестов, а в её взгляде вспыхнул настоящий огонь.

Надо ей помешать, что бы она не задумала!

Я почти смог до неё добраться. Ещё немного и…

Но когда до блондинки оставалось меньше полуметра, с её рук прямо в меня ударил поток пламени с такой силой, что меня вышвырнуло через окно над лестницей на улицу. Все ещё полыхая, я рухнул на землю, покатился по грязи, но почти сразу поднялся.

Солдаты высыпали на улицу, вновь загрохотали ружья. Вместе с ними появилась и блондинка в красной одежке. Она была испугана, но не собиралась отступать.

Выставив перед собой руки, она снова стала делать странные жесты. Похоже, эта дамочка — какая-то колдунья, и это уже становится опасно.

Рыча подобно дикому зверю, я бросился к ближайшему солдату, одновременно вызывая настоящую панику у всех оказавшихся поблизости. Стрелять в меня не переставали, но чтобы меня остановить, свинцовых шариков маловато.

Я схватил человека за ногу и, крутанувшись, швырнул его прямо в красную ведьму. Она вскрикнула и отскочила в сторону, упав на землю и запачкав свой красивый наряд. Магия была прервана, и я временно переключился на оказавшихся на пути бойцов, разрывая их на куски голыми руками.

И все же я слишком увлекся. В таком состоянии, когда собственная ярость бьет в голову, контролировать мысли очень тяжело. На какое-то время я забыл о колдунье, просто бездумно нападая на все, что оказывалось рядом.

Вся лужайка перед домом была залита кровью, завалена внутренностями и оторванными конечностями. Пламя вокруг меня почти погасло, и скорее всего видок у меня был поистине жуткий, потому что оставшиеся в живых солдаты, увидев, что я направляюсь в их сторону, с криками бросились прочь.

Но не женщина. В отличие от остальных, она пыталась смело встретить направляющуюся к ней угрозу.

— Да что ты такое?! — в её голосе звучал страх.

— То, что тебя прикончит, — голос звучал чуждо. Чудо, что я вообще смог что-то сказать, так как по ощущениям несколько пуль пробили горло чуть ранее.

Она все ещё держала руки перед собой и сделала завершающее действие. В тот же миг прямо у меня под ногами вспыхнул огонь. Она создала огненный столб, в самом центре которого я и оказался.

Кожа, кости, все это начало обращаться в пепел.

— НЕЕЕЕТ! — зарычал я, черпая силу из собственной ярости. Это пламя, этот огонь… Он как то, что кипит во мне, а значит он тоже часть меня. Меня нельзя убить огнем! Верно! Чем угодно, но точно не огнем!

И я втянул его в себя, вдохнул, словно он был воздухом, и этот адский, невыносимый жар стал расходиться по телу, выжигая его изнутри.

— Невозможно… — произнесла блондинка одними губами, не веря в происходящее. Она отшатнулась, и я тут же нанес удар, выплескивая все, что только что поглотил: все то пламя, всю ту ярость, что кипела во мне.

Но парой секунд спустя я с удивлением обнаружил, что женщина все ещё стоит на прежнем месте. Её ноги подкашивались, кожа была бледной как мел, а перед нами было словно какое-то едва заметное марево, которое через секунду исчезло. Зато обугленная земля все ещё дымилась начиная от того места, где стоял я, и заканчиваясь в двух десятках метров позади колдуньи.

— Стой… давай поговорим… — забормотала она в ужасе, осознав, что лишь каким-то чудом избежала смерти. Скорее всего, создала какой-то магический щит, но это, по-видимому, лишило её большей части силы.

— Никаких разговоров… — равнодушно сказал я, сделал два шага в сторону, поднял винтовку одного из мертвых солдат и метнул её штык-ножом вперед словно копье.

Женщина тут же рухнула на землю, истекая кровью.

— Нет… — шептала она. — Не так… Нет… Я их слышу… Они… Слышу… Я не хочу… Не хочу!