Самоубийца, который решил жить долго

После отбоя, ближе к полуночи Суицид растолкал Губернатора и отвел в курилку. Протянув педофилу пачку сигарет, он тихо пропел:

 Закури, ты друг мой, закури

А потом чифирку завари.

Мне сегодня бежать до зари.

Так давай же мой друг закури.

Тыквенная голова непонимающе потер лысину, откашлялся и спросил:

 Заварить чаю?

 Я уже заварил, - ответил Су. - Пусть запарится.

Он указал на обвернутую полотенцем алюминиевую кружку.

 Хлопнем по пару глотков на прощанье и расход по мастям и областям.

 Как расход? - встревожился педофил. - Тебя на другую зону переводят?

 У них дождешься, - усмехнулся Су. - Я сам себя перевожу. Только мне пора не на другую зону, а на свободу. Надоела жизнь собачья. А впереди еще пятнадцать. Лучше рискнуть и быть вольным, чем среди этих курей чалиться. Ну, а застрелят, значит не судьба.

 А как же я? - забеспокоился Тыквенная голова. - Я же тут пропаду.

 Я тебя за тем и разбудил. Если свободу любишь, цепляйся мне на хвост. У меня уже все на мази. К утру будем далеко. На наш фарт метель и снег нам в подмогу.

Су сделал два больших глотка, затянулся сигаретой и спросил:

 У тебя на воле как с деньгами? Есть в тайничке что-нибудь на черный день? Или ты такой же пусто порожний как и я?

Губернатор радостно улыбнулся.

 Имеется столько, что тебе и не снилось. И не только в электронном варианте, но и наличкой зеленой. Вытащи меня из этого ада, не то удавлюсь. В долгу не останусь.

 Самоубийство - это тоже побег. Но, в этом случае, мера преждевременная. Но ты правильно мыслишь, тут тебе не место. Они тебя рано или поздно продырявят.

Су протянул педофилу кружку.

 На, хапни горячего и выполняй все что я скажу беспрекословно.

Губернатор согласно кивнул головой и большими глотками осушил кружку до дна.

 Возьмешь в раздевалке четыре телогрейки, - продолжил Суицид. - Уложишь по две на наши нары и укутаешь одеялом. Как управишься, мигом во двор. Я буду ждать тебя в углу локального сектора, на спортплощадке. И прихвати из тумбочки пакет с халвой, так нам будет веселей в дороге. Когда будем бежать, повторяй про себя: «Это сладкое слово — халва» и уже завтра мы ковырнем твой тайник и будем стоять выше Яшки Косого.

Снегопад усиливался, видимость была минимальной и только два прожектора с угловой вышки, бившие вдоль заваленного снегом предзонника, слегка разгоняли темноту и давали возможность ориентироваться в пространстве.

Су откопал из сугроба вещмешок, быстро переоделся в белый комбинезон с капюшоном и жестом приказал сделать тоже самое напарнику, выросшему из темноты. Тыквенная Голова согласно кивнул, подошел в плотную и протянул Суициду пакет с халвой.

 Молодец, - похвалил Су. - Натягивай комбинезон, одевай рюкзак и ползи за мной.

Су упал в снег и пополз вдоль контрольно-следовой полосы, отделенной от зоны несколькими рядами колючей проволоки.

Сзади натужно сопел Губернатор.

Он дернул Су за ногу и поравнявшись, прошептал:

 Кажеться мы ползем не в тут сторону. Впереди, за забором промзона.

 Все нормально, - ответил Су. - Пойдем через промзону. Это самый длинный и трудный путь и нас там никто не ждет. По ночам промзона пустует и охраняется слабее.

 Это все равно, что чесать левое ухо правой рукой. Так нам придётся дважды миновать ограждение и часовой с вышки может застукать. Я возвращаюсь, - прошипел Губернатор.

Су обхватил его за шею и кольнул заточкой в грудь.

 Ползи рядом, псятина. Тебе назад дороги нет.

Уткнувшись головой в колючую проволоку, Су достал кусачки и перекусив несколько звеньев, сделал в заборе узкий проход.

 Лезь первым, - подтолкнул он напарника. - Я за тобой. И попробую поставить проволоку на место.

Промзона встретила беглецов неприветливо. Слепые окна пустующих цехов смотрели враждебно и подозрительно, а цеха напоминали заброшенные склепы.

 Сворачивай к тарному цеху, - скомандовал Су. - Прихватим по паре ящиков.

Поравнявшись с бетонным забором Су прислонил ящики к ограждению, подтянулся и, обдирая руки в кровь, перекусил нижний ряд колючки и спрыгнул обратно.

 Вперед, - скомандовал он педофилу. - За забором воля или смерть, что почти одно и тоже.

Когда беглецы оказались в трех километрах от лагеря, Су достал пакет с халвой, откусил большой кусок, прожевал вместе со снегом и протянул напарнику.

 Это сладкое слово — свобода, - выдохнул он.

Эпилог

Полтора года после побега все складывалось удачно. Получив от Губернатора обещанный гонорар, Суицид сделал полный набор документов, осел в заштатном городке и больше года занимался плаванием. Хотелось понять, что почувствовал Мартин Иден в свои последние минуты. Почти ежедневные тренировки дали неожиданный и противоположный результат. Су и думать забыл о самоубийстве. Тело стало сильным, упругим, гибким, как в молодости и пропала седина. Казалось, что таймер в его организме включил обратный отсчет. Он с удовольствием заметил, что когда проплывал пятикилометровую дистанцию, ему вслед с интересом смотрели молодые пловчихи. Су со средней скоростью проплывал пять километров в день, добавляя дистанцию и не чувствуя усталости.

«Если так пойдет, я через пол года смогу переплыть ла Манш, - подумал он. - А на обратном пути можно будет ограбить банк в Германии. Надо подтянуть немецкий».

Открывающиеся возможности радовали душу и мысли о самоубийстве уходили куда-то далеко в будущее.

«Думаю, что самомокруху нужно перенести на сто первый год жизни. И ни на день раньше», - сказал он сам себе.

Когда стопка губернаторской зелени пошла на убыль, Су зашевелился и начал искать работу. И тут, как из под земли, вынырнул Витька Лепешка и сделал заманчивое предложение, от которого нельзя было отказаться.

На следующий день они отправились в загородный дом к заказчику. С этого момента все и закрутилось не в ту сторону. Вместо заказчика их встретила оперативная группа и небо им показалось с овчинку. Через сутки старший группы отвел Суицида и Лепешку в подвал и вручил каждому по листу бумаги.

 Двое мне не нужны. В город я повезу только одного. Того, кто больше напишет о своих делах за один час. Второго зачистим при попытке к бегству. Вас разведут по отдельным комнатам и время пошло.

За свою беспокойную и не совсем праведную жизнь Суицид побывал во многих передрягах, но ни разу не попадался на такую мякину и ему уже давно так не доставалось. Разбитая голова ныла тупой саднящей болью и казалось, что этому не будет конца. Распухшими пальцами левой руки он пошатал зубы и подумал: «Если буду жить и останусь без зубов, возьму себе кличку «Щербатый». Старая мне что-то на на фарт.

С трудом удерживая разбитыми пальцами ручку, он нарисовал на белом листе рисунок, который не решился бы напечатать самый откровенный порножурнал.

«Будем считать что это одна из форм суицида», - подумал Су.

Через час оперативник забрал рисунок и, не проронив ни слова, ушел.

«Зря я занимался плаваньем. Видать, не плыть мне через ла Манш», - подумал Су и задремал.

Минут через десять он пришёл в себя от звука открывающейся двери и воспринял происходящее как продолжение сна. На пороге стоял тыквоголовый губернатор.

 Рад видеть тебя без петли на шее, - ухмыльнулся он и протянул Суициду руку. - Пошли потолкуем. Ты к нам в разработку попал случайно, но назад тебе дороги нет. Такие нам нужны. Мы тебя выведем на такую цель, что предыдущий гонорар покажется тебе дорожной пылью. Работа предстоит сложная и очень опасная. Почти самоубийство. Но я уверен, что ты потянешь.

Теперь Суицид до конца понял,что произошла ошибка и, тогда на зоне его приняли за кого-то другого. Понял, что ему уготовили роль пешки в длительной многоходовой комбинации и встреча с Витькой Лепешко, Чичиковым и Губернатором — это звенья одной цепи. Все стало на свои места. Его технично вывели из лагеря, снабдили деньгами на первое время и держали под колпаком. А теперь, по их плану, настал его час.

«Мягко стелешь, - улыбнулся про себя Су. - Ну, ничего. Я от бабушки ушел и от дедушки ушел. И от тебя, сука комитетская, тоже уйду. И тогда посмотрим, чей козырь старше. При самом неудачном раскладе, у меня есть шанс, которым воспользовался Мартин Иден. Махну рукой и уйду в свой последний побег. Но предварительно напишу рассказ под названием «Самоубийца, который мечтал прожить долго.»

P.S. Упражняясь в изучении немецкого языка, в газете «Die Zeit», автор на ткнулся на интервью немецкого летчика, сбившего в последние дни войны самолет, которым управлял Антуан де Сент Экзюпери.

«Если создатель «Меленького принца» не был самоубийцей, - подумал автор, - то необходимо признать, что первоначальная концепция этого рассказа была неверной. Жизнь прекрасна во всех ее проявлениях.»

С пожеланием волчьего аппетита и бесконечно долгой жизни.

Всегда Ваш граф Ал. Войнов.