Помоги проекту - поделись книгой:
С Каной на руках он вышел из кабинета, чтобы по воздушному пути спуститься к гостевым комнатам и мечтал только о том, чтобы никого не встретить.
- Магистр Силивен! Ой, а кто это? А что с ней? А давайте я её понесу, Вам наверно тяжело! Эээ... я не это хотел сказать. Вам не положено! - Иногда Силивен начинал жалеть, что подобрал одного любопытного мальчишку и сделал своим учеником, а потом ещё и правой рукой. Обычно юный дроу довольно умный малый, но иногда его разум уходит в отпуск. Вот и сейчас его голова оказалась покинутой таким необходимым элементом как мозг.
- Горлан, это - девушка. Она спит. Я сам её отнесу, куда нужно. А ты жди меня в моём кабинете и никому ни слово о том, что видел. А теперь брысь! - Команды начальства мальчишка ещё понимал и исполнял, это давало надежду на то, что хоть инстинкт самосохранения остался при нем.
***
Горлана ректор университета нашёл в Пустоши, когда очередной раз отправился за острыми ощущениями. Как там оказался, мальчик не знал. Впрочем, он даже не помнил своего имени и прошлого. Силивен заинтересовался тем, как этот малыш дроу выжил в Пустоши, если там пропадали целые отряды. Исследовал его способности несколько лет, но так и не смог разобраться в природе магии Горлана. Силивен чувствовал силу, но её блокировало заблокированное сознание. Не зная своего имени и рода, маг не может пользоваться своими способностями в полном объёме.
Мальчишка привязался к своему спасителю как банный лист, но правитель знал, что ему можно доверять. Не всё, конечно, но многое. Такого расположения, как этот малец заслужил за год, не смогли заработать советники за века его правления. Горлану ещё даже первое столетие не исполнилось, совсем ребёнок, но в сложных ситуациях выдаёт такие предложения, которые заставляют уважать его. Силивен считал, что из его юного помощника получится хороший правитель для дроу. И уже всерьёз задумывался над тем, как устроить тёмным смену власти. Но об этом думать ещё рано, вот лет через сто, когда его юношеская глупость пройдёт... А то вроде умный, а как ляпнет что-нибудь.
Воспоминания Силивена прервал легкий толчок, ознаменовавший прибытие на нужный этаж. Он толкнул первую попавшуюся дверь в гостевую комнату и внес в туда спящую девушку. Глубокий сон без сновидений позволил ей расслабиться. Лицо утратило своё вечно настороженное выражение. Чистокровные эльфийки в её возрасте кажутся намного взрослее, а надменное выражение лица не пропадает даже во сне. Правитель знал это не понаслышке. А девочка, которую он аккуратно положил на кровать, ещё совсем ребёнок, хоть и играет во взрослые игры. "Чем бы это дитя ни тешилось, главное чтобы от меня не ускользнуло", - ухмыльнулся Силивен и осторожно убрал прядь красных волос, упавшую на лицо Каны. Находясь в объятиях сна, девушка неосознанно потерлась о руку Силивена, свернулась клубочком и тихо засопела. Правитель невольно вспомнил о фарисах[1], таких же милых во сне и опасных в бою. Силивен ощутил давно забытое чувство умиления. Последний раз подобное он испытывал лет в двадцать, когда мать первый раз выпустила его из Летающего города погостить к отцу. Не одного, конечно, но сопровождающие не могли помешать юному наследнику, наслаждаться таким интересным и незнакомым миром.
- Отдыхай, принцесса.
***
Кана проснулась отдохнувшей и с легкостью во всем теле. Ей было так хорошо, что она милостиво решила простить мерзкого вампира за то, что он использовал свою силу против неё. Хотя факт того, что он применил к ней боевое заклинание, нервировал. Тут даже броня не смогла бы помочь, скорее наоборот. Защитная оболочка хоть и родная, а вес имеет приличный, встать в ней наёмница была не в силах. Говоря откровенно, прошлым вечером она и в эльфийском облике не смогла бы подняться самостоятельно, поэтому посчитала бессмысленным злиться на Силивена. Он уложил её спать, и при этом гордость ничуть не пострадала.
"Меня же насильно усыпили!"
Желудок довольно громко напомнил о том, что кроме сна организму необходима ещё и пища. Радость отдохнувшей девушки поубавилась: осознание того, что она находится в незнакомом помещении, не прибавило оптимизма. Первым делом она подскочила с кровати и побежала проверять, не заперта ли дверь.
«С правителя станется посадить опасного гостя под замок и забыть о своих опрометчивых обещаниях. Ему нужно было получить ценного заложника, и он добился своей цели, а методы у всех разные. Теперь он может забыть о Демоне до тех пор, пока Аэрон не приведёт ему пропавших детишек". - Вопреки пессимистичным прогнозам дверь оказалась открыта, даже охраны с оружием наперевес не наблюдалось у порога. Но Кана и этому не очень обрадовалась. За дверью открывалась небольшая площадка, от которой вверх и вниз расходились ступени и где они кончаются, девушка не знала, а инструкции по использованию воздушного пути Силивен не догадался оставить. Умирать от голода после того, как пережила вчерашний приём, было глупо и обидно. Поэтому она быстро умылась и отправилась на поиски ректора этой пыточной башни, как про себя окрестила Кана дворец правителя Морграна
Из окна ей не удалось разглядеть этаж своей комнаты, но она знала, что апартаменты Силивена находятся на самом последнем этаже. Подниматься пришлось долго. Лестница закручивалась по спирали и усложняла путь, но упорство было вознаграждено: она вышла на небольшую открытую площадку, откуда взору открылась головокружительная картина. С высоты белой башни весь город был как на ладони. Нежный летний ветер гулял в её волосах. Он дразнил, играл и приглашал полетать вместе с ним. Кана в очередной раз пожалела, что не умеет летать. Ей так хотелось закрыть глаза и полететь камнем вниз, чтобы потом распахнуть крылья и мощными рывками снова набрать высоту.
- Вы Демон? – послышался мальчишеский голос.
- Гоблин! - Кана так и не поняла, в какой момент её белая кожа скрылась за красной оболочкой, но сейчас она была именно Демоном. Кана притворно вздохнула: - Малыш, ты так не вовремя подкрался. Мне ж теперь придётся тебя убить.
- За что? - удивленно посмотрел на неё неожиданный собеседник. В его взгляде отсутствовал даже намек на испуг.
Кана редко видела маленьких дроу и ещё реже обращала на них внимание. Взрослые дроу мужского пола её интересовали гораздо больше. Аэрон был не так уж неправ, говоря о слабости своей подруги к мужчинам этой расы. Такие красивые, эмоциональные, загадочные. Никогда не знаешь, чего от них ждать. Рядом с тёмными эльфами Кана чувствовала себя сидящей на пороховой бочке. Не угадаешь, когда она взорвётся, и выживешь ли ты после этого. Но ни с кем больше она не испытывала таких сумасшедших чувств, как с дроу. Конечно, наёмница не собиралась убивать мальчишку, только припугнуть, чтобы не болтал лишнего.
- За слишком длинный нос! Какой гоблин тебя заставил сюда притащиться?
- Почему гоблин? Мне ректор приказал убедиться, что Демон умеет летать, перед тем как Вы прыгнете вниз. - Теперь уже Кана смотрела на собеседника удивленными глазами.
- Значит, Силивен уже всем разболтал, кто скрывается за именем Канары Элиос?
- Не всем. Только мне, это не считается. Я умею хранить тайны! – ухмыльнулся эльф.
"Ещё один красивый и гордый растёт", - невольно подумала Кана. Этот мальчишка ей пока не интересен, но она надеялась больше дроу тут не встречать, или хотя бы не очень много. В противном случае, она небезосновательно опасалась закончить своё обучение, так и не начав. Девушка ничего не могла с собой поделать, тёмные эльфы действуют на неё как валериана на представительницу семейства кошачьих.
- Ладно, если отведёшь меня туда, где умеют вкусно готовить и быстро обслуживать, я сохраню тебе жизнь. - Юный дроу только обворожительно улыбнулся, отчего у Каны возникло чувство, будто свои повадки инкубов они впитывают с молоком матери.
- Прекрасная леди могла просто попросить меня, не прибегая к угрозам. Тем более, я всё равно не боюсь.
- Это почему ещё? - огорчилась наёмница.
- Я тоже эмпат, и мне льстит Ваше внимание. Магистр говорит, что примерно через два года исполнится моё первое столетие. Я буду горд, если Вы проведёте меня во взрослую жизнь.
Забавное зрелище: Демон растеряно стоит перед юнцом и хлопает глазами, не в силах произнести достойный ответ. Самой наёмнице показалось, что её челюсть пробила пол и свалилась к подножию башни. У неё возникло неприятное чувство, будто на лбу крупными буквами написано "падшая женщина".
"Сначала Аэрон, теперь этот сопляк! Хорошо ещё Силивен не воспользовался моим бессознательным состоянием. Хотя... я ж не помню ничего", - подумала Кана, а вслух произнесла:
- Послушай, дитя, есть менее изощрённые способы самоубийства.
- А Вы убиваете всех своих мужчин после проведённой с ним ночи? Прям как тортулла! Хотя, вы ведь обе - дети Изнанки. Может, у вас корни общие?
Кану поразило то, что маленький дроу и сам верит в тот бред, который несёт. Она даже не нашлась, что ответить, но пылающие зрачки всегда говорили окружающим лучше всяких слов. Как выяснилось бывают исключения:
- Ой, а здорово у Вас глаза горят. Я даже вижу, как пламя колышется! Это у Вас расовая особенность или заклинание?
- Малыш, шёл бы ты... дальше, - Кана подавила в себе желание схватить паршивца за ухо и потрясти над пропастью.
- Но я же обещал проводить Вас в таверну. Я знаю отличное место, где можно перекусить. Тётушка Лоса готовит лучше всех на этом острове. А пирожные у неё просто пальчики оближешь!
- Если ты не заткнёшься, я съем тебя. Хотя нет... отравлюсь ещё или несварение случится. Придётся просто убить и прикопать где-нибудь, чтоб тело не нашли.
- Лучше оставить на видном месте, чтоб меня магистр Риззэл побыстрее нашёл. Он меня тогда поднимет, и я буду жить вечно.
- Вот уж нет! Уговорил, убивать тебя не буду, но я тебя очень прошу, помолчи. У меня от твоей болтовни голова болит.
- Я постараюсь, - ухмыльнулся юный дроу.
- И на том спасибо. Пойдём, покажешь мне свой замечательный кабак.
Таверна оказалась очень милым заведением. Внутри всё сверкало чистотой. Столики покрывали белоснежные скатерти, скамейки оббиты шкурками домашних животных, а в большом камине жарился дикий кабан на вертеле, распространяя такой аромат, что истосковавшийся по еде желудок Каны уже не просто урчал, а вопил о необходимости его покормить.
Горлан отказался оставлять гостью правителя в одиночестве и сел напротив, решив просветить её относительно каждого яства в его любимой таверне. Как только он начал расписывать прелести каждого подаваемого здесь блюда, Кана предоставила ему возможность самому сделать заказ. Мальчик переключился на подошедшую официантку и продиктовал ей список того, чего изволят откушать гости дорогие. У Каны появились сомнения, что они вдвоём справятся с этим заказом. Когда через полчаса их стол был заставлен разными тарелками, так что едва хватило места, её сомнения переросли в твердую уверенность. Такого количества еды наёмнице хватило бы на месяц, но растущий организм юного дроу требовал всего и побольше. Несмотря на первоначальное недовольство, Кана оценила плюсы общества навязавшегося компаньона. Он может рассказать много интересного об острове, университете и возможно ректоре этого альма-матер. Но главное, он умеет пользоваться воздушными потоками в башнях, а это значит, что ей не придётся пересчитывать ступеньки с полным желудком.
- Горлан, а ты давно здесь живёшь? – немного утолив чувство голода, будущая студентка пустилась в расспросы.
- Сколько себя помню, - нехотя отозвался дроу.
- Ты родился здесь, на острове?
- Нет. Я не знаю, где я родился и жил до того, как меня нашёл магистр Силивен.
- А когда это произошло?
- Года три назад. Он подобрал меня в Пустоши. Как там оказался, я не помню. Всё, что связано с той жизнью, за глухим ментальным забором. Магистр пытался выяснить, как я попал в Пустошь и умудрился выжить, но даже ему это оказалось не под силу.
- Значит, Горлан не твоё имя? - В ответ он только отрицательно покачал головой, а у Каны появилась одна идея, как помочь мальчику: - Послушай. Имя, данное при рождении, обладает огромной силой. Если вспомнишь имя, память тоже начнет возвращаться. И мне кажется то, что ты смог выжить в Пустоши, только твоя заслуга. Не Горлана, а Твоя. Осталось узнать кто ты.
- Я же сказал, даже магистру не удалось это сделать! - Горлан поднял на собеседницу грустные глаза, в глубине которых уже зародилась надежда.
Кана надеялась на успех, иначе мальчик совсем скиснет.
- Что мне твой магистр, забыл, с кем говоришь? - она подмигнула ему и выложила свой план.
Идея была довольно проста. Необходимо найти свиток с именами Дроу. Дальше вслух зачитывается каждое имя и, услышав своё, он должен как-то отреагировать. В одной из книг своей библиотеки графиня вычитала, что существо, отказавшееся от своего имени или по каким-то причинам забывшее его, теряет почти всю силу. Когда она отказалась от имени Канаэлин, то не ощутила никакой потери, но это связано с очень юным возрастом, и тем, что имя это было не полным, магией она тогда практически не обладала. Её круговой щит остался, потому что имя было сокращено, а не изменено полностью.
ГЛАВА 5
До официального зачисления в университет вход в "цветные" башни запрещён. Демону, как высокому гостю, позволено перемещаться только в пределах белой башни, а для воплощения в жизнь их плана, необходимо было попасть в библиотеку чёрного здания. По словам мальчика, он видел такой свиток именно там. Чем несказанно удивил Кану, ведь свитки хранятся у правящего рода, и Кана уже прикидывала, как можно стащить свиток из Дроувэла.
Из объяснений Горлана она узнала, что цвет каждой башни соответствует направлению магии. Красная башня отведена магам огня, а именно - красным драконам. Башня небесно-голубого цвета принадлежит магам воздуха, тут можно встретить представителей всех магических рас и их полукровок. Коричневая - символизирует магию земли, а синяя башня для магов воды. Последние две стихии подвластны всем магическим расам кроме драконов красного клана. И различаются только тем, что драконы, обучающиеся в синей башне, принадлежат клану водных, а в коричневой - золотых. Эти четыре башни символизируют магию стихий, в отличие от оставшихся трёх. Зелёная - направление магии Жизнь. Здесь имеется в виду всё живое, что существует на Террелле: от травинки до разумных рас. Чёрная башня - её вечный оппонент, направление магии Смерти. И последняя башня – серая. Здесь обучают ментальной магии и магии предсказания. Эта способность есть только у вампиров. В отличие от стихий, в магии Жизни и Смерти нет чёткого расового разделения. Но всё же магия Смерти лучше всех давалась дроу, а магия жизни светлым эльфам и вампирам. В любом существе, обладающем магией, может проявиться одно или, в случае если речь идёт о вампирах, сразу два направления. Но ещё не было такого, чтобы кто-то владел и магией Жизни и магией Смерти.
Студенты живут в башнях своего направления. Если у кого-то выявляется несколько способностей, у них определяют основную и второстепенную. Тогда они селятся в башне того направления магии, которая является главной и посещают занятия в дополнительной.
- А что означает белый цвет центральной башни? – поинтересовалась Кана.
- Нейтральность и гостеприимство. Ведь белая башня, это не только главный корпус университета, но и дворец правителя. Являясь ректором, магистр Силивен одинаково ценит всех студентов. У нас часто бывают стычки между факультетами, магистр же никогда не занимает ничью сторону, вернее выступает против спорщиков. Чтобы выжить, им приходится объединять усилия, - хихикнул Горлан. - А когда приезжают посольства их встречает белая башня. Она светлая и заранее располагает к себе.
- Отлично придумано! – уважительно присвистнула Канна, но вернулась к более насущной теме: - Только вот проблема наша никуда не делась. Я не смогу пройти в чёрную башню до зачисления.
- Не хочу ждать. Я попрошу магистра позволить Вам посещать библиотеку. К тому же до вступительного бала студентов там нет. Никто не узнает о небольшом нарушении правил.
- Что ещё за бал?
- После вступительных экзаменов, за день до начала семестра, проходит ежегодный осенний вступительный бал. Его организуют для новичков, но там всегда присутствуют все студенты и преподаватели. Для знакомства, так сказать. Я уверен, Вы произведёте фурор. Только щит держите наготове, а то женщины очень завистливы. Вам не простят такой красоты, прекраснейшая Канара.
- Горлан, хватит выкать. И можешь звать меня просто Кана.
- Хорошо, Канна. Пойдем в библиотеку?
- А как же получить разрешение?
- А я уже его получил, - самодовольно улыбнулся Горлан. - Я умею очень громко мысленно кричать, так что магистр слышит меня даже в своих комнатах.
- Ну пойдем, тиран! – покачала головой Кана.
Весело хихикая, Горлан потащил её к чёрной башне, да так что ей пришлось перейти на бег. Они влетели в обитель некромантов, чуть не сорвав входную дверь. Библиотека находилась на одном из верхних этажей, и искатели истины прошли в уже знакомую маленькую дверку. Поднявшись по воздушному пути, они оказались перед входом в хранилище книг. Горлан несколькими пасами дезактивировал защитное заклинание на двери и шагнул в просторное помещение, заставленное стеллажами с фолиантами.
- Есть идеи, откуда начинать поиски?
- Полагаю, лучше начать с пробуждения хранителя библиотеки. На каникулах он всегда спит. Надеюсь, он не сильно разозлиться, что мы разбудили его раньше времени, иначе придётся плохо.
- Ты о чём? – удивилась Канн.
Вместо ответа Горлан взял одну из книг и надорвал на ней лист. Тут же раздался вой и утробное рычание. В силу специфики своей работы, наёмнице часто приходилось общаться с нечистью. Только поэтому она не сбежала, не дожидаясь загадочного хранителя библиотеки. Кинжалы, которые девушка всегда носит в сапогах, сами легли в руки, а тело покрылось прочной бронёй.
- Сейчас увидишь, только кинжалы убери. Если убьёшь хранителя, магистр Риззэл сделает из тебя замену испорченному зверьку.
- Хороший расклад. Или станешь обедом монстра, или займёшь его место. А третьего варианта нет?
- Есть...
- И? - поторопила Кана.
- Бежа-а-ать - подтверждая свои слова, Горлан рванул к выходу, но в дверном проёме налетел на Силивена. В этот момент было не понятно, кого больше он испугался: вампира, стоящего перед ним или хранителя, который, наконец, показал свою оскалившуюся морду.
Симпатичная, надо сказать, мордашка. Вытянутая, с провалом вместо носа, красными бусинками глаз и рядом острых, как иглы, зубов.
Дальше это творение пьяного некроманта решило продемонстрировать нарушителям покоя всё своё тело: здоровую тушу, размером с лошадку на шести лапах, с шипастым хвостом. Кана подивилась, как такая массивная нечисть умудряется не снести все стеллажи? Монстр в очередной раз зарычал, но тут увидела Силивена и, как любящая псина, кинулась к нему, виляя хвостиком и поскуливая от удовольствия.
- Я так и знал, что вы разбудите хранителя. Горлан, ты последних мозгов лишился, или предыдущий урок успел забыть?
***
Их первое знакомство произошло сразу после прибытия на остров, когда правитель вытащил испуганного дроу из Пустоши. Тогда любопытному мальчишке что-то приспичило найти в библиотеке. Он нашёл и попытался выйти вместе с книгой. В тот день Силивен с трудом уговорил хранителя выплюнуть невкусного костлявого эльфёнка. Лекари долго штопали Горлана, но скорее только для очистки совести. Никто не сомневался в том, что он не задержится на этом свете. Но малец не оправдал их прогнозов и назло всем лекарям пришёл в себя, даже страха перед хранителем не испытывает.
- Но, магистр, если бы мы сами искали нужную информацию, мы бы тут скончались от старости.
- А ты решил умереть молодым и красивым в пасти нежити? Кана, как ты уже поняла - это хранитель библиотеки. Надеюсь, ты запомнишь, что будить его раньше времени нельзя. Это касается всех хранителей в каждой башне.
- Да уж, запомню, - протянула девушка и многозначительно посмотрела на неприкосновенного монстра.
- А теперь расскажите подробнее, что вам тут понадобилось, - хмуро поинтересовался Силивен.
- Свиток имен дроу. Я думаю, если Горлан услышит своё настоящее имя он как-то отреагирует на него, - ответила Кана.
Лицо и волосы Силивена скрывал густой туман, но глаза, словно два ярких маяка в белой дымке притягивали взор. И в его взгляде промелькнуло уважении и досада. Он столько времени потратил на сложнейшие заклинания, перечитал огромное количество книг, а самый верный способ вернуть память найдёнышу лежал на поверхности.
У каждой расы, кроме человеческой, есть свой магический свиток имен. Вернее, их по два экземпляра у каждой расы. Хранятся они у правящей семьи, так они могут знать количество своих подданных. При рождении ребёнка его нарекают именем, которое тут же появляется в списке рода. Полукровки человеческой и магических рас тоже попадают в список, но имя человеческого родителя нигде не указывается. После смерти стирается. В тех случаях, когда кто-либо отказывается от имени данного ему при рождении, чернила блекнут, но не исчезают до тех пор, пока нареченный этим именем жив. А вот если кто-то забыл своё имя, оно ничем не выделяется среди остальных.
Поделиться книгой: