Дракончик Пыхалка

Зайцы послушно закивали, и даже кукла Оля, раскрывшая было рот, чтобы возразить Куклаване, почему-то промолчала.

Прокравшись по коридору, храбрые путешественники подошли к кладовке. Оттуда не доносилось ни звука.

— Будем исследовать! — прошептал Куклаваня и прильнул к двери ухом. Родственница небось притаилась… А потом она — АМ! — и набросится!

И Куклаваня показал, как именно бросаются дикие необузданные родственницы. Это выглядело так многообещающе, что зайцы тихонько вздохнули и задрожали, вцепившись друг в дружку.

— Что-то я ничего не слышу! — пожаловался пупс. — Она, должно быть, так тихо притаилась, что и не дышит! Знаем мы эти фокусы! Какая хитрюга! Давайте её вспугнем!

Все по знаку Куклавани завопили, кто как мог. «У!» — завыла Оля. «Ого-го-го!» — тихонечко закричали зайцы, которым в глубине души хотелось надеяться, что никакой родственницы в кладовке и нет вовсе. «Гу-гу-гу!» устрашающе забасил пупс. — «Гу-гу-гу!»

Ничего не произошло, только пыль заметалась по углам. Куклаваня встал на цыпочки и дотянулся до задвижки. Дверь скрипнула. Игрушки зашли внутрь. Зайцы крепко ухватились за платье куклы Оли и тянули изо всех сил, так им было страшно.

— Не путайтесь под ногами, трусишки! Здесь совершенно нечего бояться, одёрнула их Оля.

В маленькой комнатке было темно. Пахло старыми вещами и нафталином. Где-то на верхних полках тускло поблескивали стеклянные банки с вареньем.

Куклаваня предусмотрительно взял с собой фонарик и теперь зажёг его. Луч осветил испуганных зайцев и белый фартук Оли, такой чистый и крахмальный, что просто ого-го!

Синеус сделал шаг в сторону и больно стукнулся лапкой.

— Мама! — ойкнул он. — Тут что-то есть.

Пупс нашарил фонариком большой деревянный сундук. Он выглядел очень древним. Было совершенно непонятно, как такой сундук мог очутиться в современой городской квартире на девятом этаже.

— Ишь ты, — восхитился Куклаваня. — Ну и сундучище! Как только ему удавалось столько времени от меня скрываться?

Оля осторожно провела по обитой медью крышке сундука.

— Это, наверное, тот самый, что достался от прапрабабушки. Мне Маша рассказывала. Его из деревни привезли и даже не открывали, потому что ключ затерялся.

— Интересно, интересно! — воскликнул Куклаваня. — У меня было предчувствие, что сегодня нас ждут приключения! Где моя любимая открывашка? Спорим, я мигом взломаю этот таинственный сундучок.

— Вечно ты всё хочешь сломать! — всплеснула руками Оля.

Но Куклаваню невозможно было остановить. Он разбежался, поднял открывашку и вознамерился с размаху шарахнуть по замку сундука. Зайцы спрятались за куклу Олю и выглядывали из-за её юбки.

В тот момент, когда Куклаваня почти ударил открывашкой по замку, в сундуке кто-то чихнул да так мощно, что крышка даже подскочила. Пупс замер на месте с занесенной над головой открывашкой. Оля и зайцы от неожиданности сели на пол.

— В сундуке к-кто-то есть! Д-давайте убежим! — прошептали зайцы.

— Эт-то, наверное, м-моль чихнула от нафталина, — пробормотал Куклаваня.

Опять послышался чих. Друзья замерли.

— Я же говорил, что там родственница! Давайте выкурим её оттуда, — зашептал пупс.

— Не надо! Лучше пойдём домой! — Синеус и Трувор уцепились за рукав Куклавани.

— Всё же лучше, наверное, её найти, — решила Оля. — А то как-то неловко. Живём в одной квартире и до сих пор не знакомы.

Оля подошла к сундуку и тихонько постучала:

— Простите, пожалуйста, мы знаем, что вы там. Не могли бы вы выглянуть на минуточку?

В сундуке что-то заворочалось.

— Она стесняется, — предположила Оля. — Наверное, очень застенчивая родственница из глубокой провинции. Послушайте, нельзя же все время проводить в кладовке. Хотите жить с нами в комнате?

— Ты что? — зашипел Куклаваня. — У нас и так тесно. Для своих места не хватает, а ты приглашаешь! А ну как она согласится?

Крышка сундука скрипнула и медленно начала подниматься. В щёлке заблестели большие жёлтые глаза. Зайцы задрожали и попытались удрать, но споткнулись и растянулись на полу.

Куклаваня и Оля немного испугались, но любопытство было сильнее.

— Привет! — прогудели из сундука басом. — Как поживаете? Кто вы и откуда взялись?

— А вы кто? — спросили Куклаваня и Оля.

— Я Пыхалка. Я здесь живу.

— Я пупс Куклаваня… А я Оля… А это Синеус и Трувор, они зайцы и большие трусишки…

— Понятно, понятно… Все зайцы большие трусишки… — новый знакомый вылез из сундука.

Куклаваня осветил его фонариком и — ойкнул от неожиданности. Зелёная чешуйчатая голова на короткой шее, неуклюжие расползающиеся лапы, небольшие крылышки на спине и гибкий хвост с помпончиком на конце, как на вязаных детских шапочках. Ростом он был со средних размеров собаку.

— Дракон! — воскликнула Оля. — Настоящий!

Дракончик Пыхалка

— Дракон, дракон… — ворчливо подтвердил Пыхалка и прищурился. — Не надо меня освещать, глаза режет.

— А мы не знали, что драконы на самом деле существуют! Мы думали, они выдумка, — удивилась Оля.

— Сами вы выдумка! Так про каждого можно сказать, что он выдумка. И про вас в первую очередь.

Куклаваня с извиняющейся улыбкой дотронулся пальцем до блестящей чешуи дракончика:

— Надо же. Не подделка! Я думал: вы чучело. Хорошо все-таки, что мы вас нашли.

Пыхалка раздраженно хлестнул себя по боку хвостом:

— Ничего вы меня не находили, потому что я и не терялся. Я спал в сундуке.

— И долго? — спросила Оля. — Долго вы тут спали?

— Совсем недолго. Лет так девяносто или сто. Точнее не помню: у меня не было с собой календаря.

— Ого-го! — удивились зайцы. — Это очень-преочень давно. Наверное, вы старый?

— Совсем я не старый. Я ещё маленький. Я потерял маму. Поплакал немножко, потом устал и залез спать в сундук. Вы мою маму случайно не видели?

— А какая она, твоя мама?

— Такая красивая-красивая! Похожа на меня, но только больше…

— Нет, мы её не встречали. Мы драконов только на картинках видели, как их Илья Муромец побеждал, — заявил пупс.

— Неправда все это. Никогда он их не побеждал. Мне про это дедушка рассказывал. Илья Муромец приехал, увидел дракона, почесал в затылке, извинился и уехал.

— А куда тогда все драконы подевались? Почему их теперь нигде не встретишь? — допытывался Куклаваня. Он стоял к Пыхалке ближе всех и недоверчиво разглядывал его.

— Попрятались. Мы и сто лет назад прятались. Драконы могут делаться невидимыми или превращаться в разные предметы, но только когда они уже взрослые.

— А ты не можешь?

— А я не могу, — вздохнул дракончик. — Я ещё маленький. Мы драконы ужасно долго растём… Что-то я проголодался. Я уже лет сто ничего не ел и теперь могу съесть всё, что угодно.

— В-все, что угодно? Ой, мамочки! — Синеус и Трувор задрожали.

— Мы принесли бутерброды, — сказала Оля. — Ты хочешь бутерброд, Пыхалка?

— Хочу. А что это такое?

Оля рассмеялась. Ей показалось невероятным, что на свете может существовать кто-то, не знающий, что такое бутерброды. Она достала из рюкзака пакет с бутербродами и протянула его Пыхалке. Дракончик мигом проглотил бутерброды вместе с пакетом. Мордочка у него приняла озадаченное выражение:

— Кажется, мы этого не едим!

Голодного дракончика решено было отвести на кухню к холодильнику. Пыхалка вначале немного морщился от дневного света, но потом привык и стал с интересом оглядываться.

— Где это мы? Чья это нора?

— Это коридор, — объяснили зайцы. — Он начинается входной дверью и заканчивается кухней.

— Здорово придумано! — обрадовался дракончик. — Не заблудишься. Иди себе по коридору и рано или поздно попадёшь на кухню.

Дракончик разбежался, зажужжал крылышками, с трудом взлетел и открыл головой дверь кухни.

— Смотри: это холодильник, — объяснили зайцы. — Мы открываем его и кушаем морковку.

Дракончик вытянул шею, ухватился зубами за ручку и щёлкнул дверцей. Мама вместе с Машей ходила в магазин и они накупили продуктов на целую неделю. Тут были картонные пакеты с молоком, сырки, ветчина, кастрюля с диетическим супом для мамы и бутылка вишневой настойки, которую принимал перед сном «для пищеварения» папа Маши. В морозильнике лежали сосиски и котлеты, а в овощном ящике морковка, огурцы и апельсины.

Дракончик некоторое время изучал все это, а потом спросил:

— И где здесь еда? Тут только какие-то коробочки и баночки.

— Еда внутри коробочек, — объяснила Оля. — Только сначала вымой руки.

— Руки? — удивился дракончик. — У меня нет рук! У меня только ноги, но зато целых четыре.

Оля задумалась.

— Ну хорошо, тогда вымой ноги, — сказала она.

— Чепуха-чепуховина! — возмутился Куклаваня. — Где это видано, чтобы перед едой мыли ноги. Может, ты ещё скажешь: уши?

— Уши тебе, между прочим, вымыть не помешало бы, — съязвила Оля.

Куклаваня показал ей язык.

— Кушать хочу! — забасил Пыхалка. — Я кушать хочу!

Оля заглянула в холодильник:

— Здесь кастрюля супу. Будешь?

Пыхалка острожно лизнул суп и помотал головой.

— Тогда котлету? Котлета должна тебе понравиться.

Дракончик откусил кусочек и поморщился:

— Нет, не хочу котлеты.

В ближайшие три минуты обнаружилось, что Пыхалка не ест ни хлеба, ни картошки, ни колбасы, ни сосисок. Но пупсу больше всего понравилось, что дракончик не ест варенья.

— Подожди, я посмотрю, что ещё можно найти. — Кукла Оля подошла к кухонному шкафчику. Куклаваня воспользовался её отсутствием и решил напроказничать:

— Я знаю, что нравится драконам. Попробуй горчицу! Она очень вкусная. Только нужно её есть большими ложками.

— Не надо, не надо! — начали было зайцы, но не успели ничего сделать. Голодный дракончик мигом слизнул всю горчицу из баночки.

Но вместо того, чтобы подскочить под самый потолок, как ожидал Куклаваня, Пыхалка довольно облизнулся и выпустил из носа струю огня:

— Ого! Раньше у меня так не получалось. Вкуснятина! Пожалуй, я бы смог съесть ещё одну баночку.

— Почему палёным пахнет? — строго спросила кукла Оля у зайцев. — Опять зажигали спички? Разве вам не объясняли, что этого нельзя делать?

— Это не мы! Это Пыхалка! Куклаваня накормил дракончика горчицей, и он как задышит огнем! Пыхалка и сам не знал, что так умеет.

— Ага! Это я! Правда, у меня здорово получилось?

Оля увидела пустую банку с горчицей и всё поняла. Она стала грозно надвигаться на Куклаваню. Пупс мигом спрятался за дракончика, скрываясь от разъяренной куклы.

— Ты не поняла, Оля, — крикнул он ей. — Дракончику понравилось. Все драконы питаются горчицей.

— Правда-правда! — подтвердил Пыхалка. — И ещё красным перцем в стручках. Потому мы и дышим огнем.