Однако Мерсер обнял Эйвери за плечи и склонил голову, чтобы доказать ее не правоту поцелуем, от которого у нее задрожали колени. Он посмотрел на нее, а затем поцеловал вновь.

— Я буду здесь ровно в семь. Спокойной ночи, Эйвери Кроуфорд.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Когда Эйвери решила продолжать дело своей матери, она дала в газету объявление о том, что ей требуется опытная портниха. Так в ее жизнь вошла Фрэнсис Уайт — сначала в качестве служащей, затем как лучшая подруга. Благодаря вложениям Фрэнсис, бизнес Эйвери расширился настолько, что ей потребовалось помещение в городе. Две школьные подруга согласились помогать ей неполный рабочий день.

Это позволило Эйвери сосредоточиться на финансовых и рекламных вопросах, а также на визитах к клиентам. У нее появилась возможность развить свой исключительный талант в вышивании и искусном шитье вручную, благодаря которому ателье «Искусница Эйвери» скоро стало широко известно.

Она была совершенно спокойна, когда на следующий день устроилась в маленькой комнатке, чтобы потрудиться над старомодным свадебным платьем Пэнси Кейт-Дэвидсон. Распарывание швов на тонкой ткани было утомительным занятием, отнимающим много времени, и, как правило, Эйвери работала с включенным радио. Однако сегодня она думала исключительно о Джонасе Мерсере. Всего лишь парой поцелуев он воскресил давно забытые ощущения.

Неожиданно Эйвери обнаружила, что ее руки не двигаются, а сама она тупо смотрит на атлас цвета слоновой кости. Она встряхнулась, включила радио и сосредоточилась на работе.

Поздним вечером, когда она собралась принять душ, раздался телефонный звонок:

— Добрый вечер, мисс Кроуфорд. Так вы ворчливы и страшно устали?

— Потихонечку прихожу в себя.

— Это хорошо. А ты не разгадала сегодняшний кроссворд? Четыре по горизонтали: «Создатель лабиринта царя Миноса на Крите».

— Делал, которому к тому же выпало несчастье оказаться отцом Икара, — самодовольно ответила Эйвери. — Смею заметить, некоторые люди слишком много работают и не тратят время на кроссворды, мистер Мерсер.

— Согласен. Я заказал столик в «Валнет Три».

Одобряешь?

— Конечно.

— Это довольно далеко, нам нужно выехать пораньше. Я заеду за тобой в семь, — напомнил он.

— Постараюсь попасть домой вовремя.

— Запиши номер моего сотового телефона, если вдруг понадобится со мной связаться.

— Подожди, я возьму ручку. — Эйвери записала цифры. — Есть!

— Прекрасно. Спасибо за то, что вчера сжалилась над одиноким незнакомцем.

— Мне очень понравился вчерашний ужин, — заверила она Джонаса.

— Так же, как и мне. Повторим завтра. Спокойной ночи.

Настроение Эйвери заметно улучшилось. Его не испортила даже ревизия гардероба, которая показала, что у нее нет ничего кокетливого и нарядного. Не имея возможности что-то быстренько сшить, она остановила свой выбор на обычном черном платье.

Немного позже позвонила Фрэнсис с отчетом:

— Поступили новые заказы, но ничего интересного — рутина. Мы можем сосредоточиться на свадебном наряде.

— Спасибо, Фрэнсис. Я закончила первую фазу работы. Завтра платье перейдет в твои руки.

— Великолепно. Но только не почивай на лаврах, босс. Миссис Кейт-Дэвидсон интересовалась, не могла бы ты завтра днем снять мерки с подружек невесты.

Эйвери застонала:

— Ну и везет же мне! Я сейчас ей позвоню.

Теперь, немного отдохнув, она пожалела, что не договорилась поужинать с Джонасом сегодня. Он ей нравился необычайно сильно, несмотря на весьма короткое знакомство.

Конечно, в прошлом у нее были романы, однако внезапную тягу к Джонасу Мерсеру нельзя сравнить ни с чем.

У Эйвери вырвался вздох, когда она включала компьютер, собираясь заняться расчетами. Они явно были плохой заменой вечера с необыкновенно привлекательным мужчиной.

Придя на следующий день в ателье, Эйвери вручила Фрэнсис коробку с платьем, просмотрела почту и нашла письмо, которое чрезвычайно ее расстроило. «Моррел пропертиз» не продлила договор об аренде. Помещение нужно освободить к концу следующего месяца.

— В чем дело? — спросила Фрэнсис, увидев лицо подруги.

Эйвери показала ей письмо.

— Нас выгоняют. Нам никогда не продлевали аренду больше чем на полгода, так что, думаю, это всегда было у них на уме.

Теперь стала понятна причина визита Пола. Владельцем «Моррел пропертиз» был его отец.

— Ну и что делать? — спросила Фрэнсис.

— У нас есть месяц с небольшим на поиск нового помещения. В крайнем случае придется работать у меня дома, пока я не найду что-нибудь подходящее, бодро ответила Эйвери, хотя никакого оптимизма не испытывала. — Сообщи новость Луизе и Хелен, когда они приедут, но скажи, что волноваться не стоит.

Эйвери закрылась в маленькой комнате для переодевания, набрала номер и впервые в жизни попросила соединить ее с Полом Моррелом.

— Моррел, — твердо произнес он. Его голос совсем не походил на тот, что принадлежал человеку, которого она отшила два дня назад.

— Эйвери Кроуфорд, — не менее твердо представилась она.

— Эйвери? — изумленно переспросил Пол. — Боже, какое совпадение! Я как раз собирался позвонить тебе, чтобы извиниться за то, что пришел в таком состоянии…

— Ты не должен был появляться в любом состоянии, но оставим извинения. Это не личный, а деловой звонок. Ты хотел сообщить о предстоящем выселении, так?

— Если тебе нужно облекать все именно в такую форму, то — да. Но, Эйвери, условия аренды были ясны с самого начала. Я собирался подготовить тебя, прежде чем ты получишь письмо. — Он сделал паузу. — Я пытался отговорить отца, но он продает эту землю, включая и все постройки.

Эйвери выждала мгновение, а затем задала главный вопрос, ради которого, собственно, и звонила Моррелу.

— Кто покупатель?

— «Мерком груп». Детище Мерсеров. Я поспрашивал знакомых, но никто ничего толком о них не знает. И тем не менее это довольно солидная фирма.

Их дело процветало еще до войны. Перевозка грузов, аренда складов и так далее… Эйвери, я должен идти. Мне нужно быть на собрании. — Его голос стал низким. — Я так рад, что ты позвонила, дорогая. Это значит?..

— Ничего это не значит, — отрезала Эйвери. — Все, что мне было нужно, — информация.

После длительной паузы она услышала, как Моррел вздохнул.

— Я молю Бога, чтобы он позволил мне повернуть время вспять. Я был дураком, — горько произнес он.

— Нет, Пол. Это я была дурой.

Эйвери положила трубку и сидела, уставившись в пространство, проклиная себя за то, что опять ошиблась в человеке. Джонас Мерсер был первым мужчиной за многие годы, который ей понравился.

К сожалению, именно его компания, возможно, снесет ее ателье. Но дело заключалось в другом; Джонас знал, как сильно это повлияет на ее бизнес, и не удосужился ничего сказать.

Из соседнего кафе прибежала Луиза.

— Представь себе, — начала она, задыхаясь, — ни один из наших соседей не получил уведомления о выселении.

— Неужели? — Глаза Эйвери угрожающе сузились. Как интересно.

Фрэнсис обменялась понимающим взглядом с остальными служащими и немедленно потребовала помощи подруги в работе над платьем Нэнси. Поток посетителей не прекращался ни на минуту, и Эйвери постоянно была занята. Фрэнсис посоветовала ей после снятия мерок с подружек невесты сразу же идти домой.

— Тебе нет смысла возвращаться. Я запру ателье.

Эйвери поблагодарила ее и ободряюще улыбнулась своей маленькой команде:

— Не волнуйтесь. Скоро я найду другое помещение.

Встреча с шестью взволнованными девушками и их обеспокоенными мамашами отняла много времени и сил. Несколько раз Эйвери собиралась позвонить Джонасу, но в конце концов решила не отказывать себе в удовольствии личного противостояния.

Она приехала домой и обнаружила, что Джонас стоит на крыльце.

— Привет, Эйвери, ты опоздала, — произнес он, быстро подходя к ее автомобилю. — Столик заказан на восемь часов.

Она вышла из машины, проигнорировав его протянутую руку.

— Отмени все. Я не голодна.

Джонас отступил, нахмурившись.

— Что случилось?

— Сейчас узнаешь. Входи, прошу.

Она провела Джонаса в угнетающе официальную гостиную, где картины и мебель сохранились со времен ее бабушки и дедушки. Единственными современными деталями являлись два радиатора центрального отопления, которые включались так редко, что атмосфера в комнате была ледяной — так же, как и поведение Эйвери.

— Присаживайся, — вежливо произнесла она, но Джонас помотал головой и выпрямился, стараясь не задеть венецианскую люстру из цветного стекла.

— Я постою.

— Тогда перейдем прямо к делу. — Эйвери холодно взглянула на него. — Я выяснила, что именно твоя фирма приобрела землю, на которой располагаются магазины Стоу-стрит.

Его губы сжались.

— Значит, вот в чем дело. И кто, черт возьми, это разболтал? Официального объявления не было.

— Сегодня я получила письмо от «Моррел пропертиз», в котором говорится, что срок аренды не может быть продлен, поэтому я предприняла собственное расследование. — Ее глаза буравили его. — Почему ты мне ничего не сказал? Ты же знаешь, как это важно для меня.

Его взгляд стал суровым.

— Мне нужно переговорить с Джорджем Моррелом. Я предупреждал его, что хотел бы сообщить новость всем арендаторам лично.

Она слабо улыбнулась.

— Никто больше не получил подобного письма. Только я. Наверняка к этому приложил руку его сынок. У нас был роман, но я порвала с ним.

— Эйвери… — Зазвонил его телефон, и, пробормотав ругательство, Джонас ответил. Его лицо было мрачным, когда он забрасывал вопросами своего собеседника. — Прости, я должен идти. Произошла автокатастрофа.

— Кто-нибудь пострадал?

— Да. Я поеду прямо в больницу. — Когда они подошли к двери, Джонас вынул из кармана конверт. Я намеревался отдать тебе это сегодня как подарок.

Прочти его, когда я уйду. — Он заколебался, и она размечталась, что сейчас получит поцелуй. Но Мерсер лишь посмотрел на нее и отвернулся. — До свидания, Эйвери.

Заперев дверь и закрыв ее на задвижку, она прочитала письмо. Компания «Мерком», похоже, не имела намерения сносить что-либо на Стоу-стрит.

Всем предлагался выбор: или приобрести строения, или заключить договор об аренде с новым землевладельцем. Были планы начать строительство на пустыре сзади, но эти работы не повредят торговле.

Эйвери металась по кухне, как разъяренная тигрица, призывая проклятия на голову Джорджа Моррела. Одним ударом он разрушил в самом начале ее прекрасную дружбу с Джонасом Мерсером. У Эйвери вырвался короткий, невеселый смешок. Кого она обманывает? В первый раз за много лет ей хотелось большего, чем просто дружба. Однако великолепный шанс исчез вместе с Джонасом, который уезжает домой. Звонок по мобильному телефону — единственная возможность связаться с ним, но как решиться на это?

— Никаких проблем, — объявила Эйвери на следующее утро. — Я просто буду платить за аренду другому хозяину. — Она рассказала о своей встрече с представителем компании «Мерком», но только позже, за ланчем с Фрэнсис, назвала имя нового землевладельца. — Я сразу же перешла на личности, поскольку разозлилась на Джонаса. А он вручил мне письмо.

— Итак, мы все-таки не оказались на улице, дорогой босс! Я думаю, после этого ты извинилась перед Мерсером?

— Не было возможности. Ему пришлось срочно уехать. — Эйвери вздохнула. — Сомневаюсь, что увижу его когда-нибудь.

Вышивание Эйвери считала лекарством, но в тот день оно не могло заставить ее забыть Джонаса. К тому же вскоре она поняла, что в ее работе нет никакой необходимости. Фрэнсис была настолько опытной и умелой портнихой, что вставки не нуждались в маскирующей их вышивке.

Луиза и Хелен уже начали кроить тафту нежно-розового цвета, которую доставили сегодня для платьев подружек невесты. Фрэнсис заканчивала подгонку мужского костюма. Словом, работа кипела.

Слабая надежда получить весточку от Джонаса Мерсера постепенно угасала. Прошло уже десять дней, в течение которых приходили только официальные письма от агента компании, касающиеся аренды помещения на Стоу-стрит.

Подвенечное платье Пэнси было готово к сроку, и Эйвери получила весьма щедрый гонорар от восхищенных клиенток.

В субботу вечером четыре женщины отправились в новый бар на другом конце города, чтобы отпраздновать успех. Всех угощала Эйвери — в знак признательности за сверхурочную работу со свадебными нарядами.

— Я удивлена, что сегодня ты свободна, Фрэнсис, поддразнила Эйвери подругу.

— Я сказала Филипу, что ему придется подождать до завтра, — ответила та и довольно улыбнулась. Мы будем обедать у него дома, и он сам все приготовит.

— Этот мужчина еще и готовит? — с завистью уточнила Хелен. — Можно мне послать к нему Тома на пару уроков?

Эйвери присоединилась к всеобщему смеху, но позже, неторопливо идя домой, не смогла удержаться от чувства зависти при мысли о том, что Фрэнсис проведет воскресенье со своим Филипом. Она же проведет этот день как и всегда — занимаясь стиркой и прочими домашними делами.