– Сейчас или никогда, – прошептала она и распахнула дверь. Как мысленно ни приказывала она себе оставаться спокойной и твердой, внутри у нее все сжалось от волнения.

– Что вы здесь делаете?

– Я еще не все рассказал о своем предложении.

– Но я же ответила вам, что оно меня не интересует.

– Знаю, знаю. Но я подумал, что вы уже успели немного поостыть. – Он пригладил черные вьющиеся волосы. – Я не хотел вас обидеть.

– Не хотели? – усмехнулась она, подумав, что ей сейчас необходимо взять себя в руки, забыть о его привлекательной внешности и просто дать ему выговориться: пусть, в самом деле, выложит все, что намеревался ей сказать.

– Вы не дослушали меня.

– Честно говоря, мне вполне хватило и того, что я услышала.

Улыбка Хейла заставила ее сердце забиться сильнее.

– Полагаю, вы нашли мое поведение чересчур активным.

– Более чем.

– Дайте мне несколько минут, и я постараюсь вам все объяснить, – предложил он. – Что вы теряете, в конце концов?

Все, – подумала Валери с неожиданной злостью. Этот человек притягивал ее к себе, заражал своей энергией и отнимал в итоге слишком много времени. А его пронзительный взгляд, будто упорно искал что-то в ее глазах. Она снова глубоко вздохнула, широко открыла дверь и отошла в сторону.

– Вы напрасно потратите время.

– За этим я и пришел.

– Ладно. Но только пять минут. – Посмотрев на часы, она засекла время, притворила дверь и, сложив руки на груди и прислонившись к стене, стала ждать, что будет дальше.

Оглядев бессистемно собранные картины, украшавшие стены, антикварный столик и не сочетающиеся друг с другом предметы мебели, Хейл сказал:

– Я хочу предложить вам работу на самых, что ни есть законных основаниях. – Она хотела, было возразить, но он поднял руку, призывая ее к молчанию. – Выслушайте меня. Должность будет называться «личный помощник», но, конечно ваши обязанности будут довольно своеобразными. Вам нужно будет изображать мою невесту. Только две недели. А потом все закончится. Представьте себе, что это съемки и вам нужно сыграть роль.

– Это обман.

Он согласно кивнул головой:

– Да, но для пользы дела.

– Если я правильно поняла, вы хотите, чтобы некая Реджина Стоуэлл потеряла к вам всякий интерес. Но это сугубо ваша проблема, а не моя.

– Вы могли бы стать ее наилучшим решением.

– Я уже объясняла вам, что мне не нужна такая работа. Так что решайте сами ваши проблемы с Реджиной Стоуэлл.

Хейл засунул руки в карманы, сжал пальцы в кулаки.

– Реджине двадцать лет, – пробормотал он, – она крайне избалованна и упряма.

– И конечно, не хочется обижать ее отца. – Валери откинула волосы за спину. – Вот вам и пришла в голову столь нелепая идея, а теперь вы надеетесь, будто я соглашусь принимать участие в подобном же спектакле!

– Я ведь сказал: временно.

– Мне этого не нужно.

Хейл пристально взглянул на Валери Прайс. Пленительная женщина, что и говорить! Волнистые, слегка растрепанные светлые волосы обрамляли изящно очерченное лицо с почти совершенными чертами. Брови над зеленовато-серыми глазами были сердито сдвинуты. Валери взволновала его так, как давно уже не волновала ни одна женщина. Подобное обстоятельство даже немного обеспокоило Хейла, но все же не настолько, чтобы он засомневался в правильности сделанного выбора.

– Я заплачу вам десять тысяч долларов.

У Валери перехватило дыхание. Она посмотрела на него широко открытыми глазами, будто видела перед собой сумасшедшего.

– Десять тысяч? – переспросила она.

– Не считая прочих расходов.

Девушка гордо подняла подбородок, но он почувствовал, что ее бьет мелкая дрожь.

– Я не продаюсь, мистер Донован.

– Тогда представьте, что я беру вас напрокат.

– Напрокат? – насупилась она. – Этого еще не хватало!

Но в ее голосе послышались нотки сомнения – и стало понятно: она обдумывает его предложение. Хейл почувствовал разочарование. Значит, все-таки и у нее есть своя цена.

– Послушайте, вам нужна работа, а мне нужны вы.

– Не я, а любая женщина. Он покачал головой.

– Не любая, а лишь та, которая сможет убедительно доказать, что она является моей невестой. Ни Стоуэлл, ни его дочь, ни за что не поверят, будто я способен связать свою жизнь с первой попавшейся женщиной.

– Вы, кажется, пытаетесь льстить мне...

– Да, это так. И, надо вам сказать, вы этого вполне заслуживаете. Я пересмотрел множество кандидаток из различных агентств, но ни одна из них не отвечала моим требованиям. Чтобы претендовать на роль моей невесты, женщина должна обладать теми качествами, которые мне хотелось бы видеть в моей будущей жене. То есть она должна быть умной, сообразительной и обладать чувством юмора.

– Но ведь вы совсем меня не знаете!

– Десять тысяч – неплохие деньги за две недели работы. И какой! Мы будем просто плыть на север вдоль Тихоокеанского побережья на частной яхте, останавливаясь в Портленде, Сиэтле, Виктории... да где захотим! Единственное, что от вас потребуется, так это притвориться, что я вам немного нравлюсь.

Подобная откровенность поразила Валери.

– Это невозможно, – бросила она в ответ. – Чтобы справиться с такой ролью, мне сперва, нужно позаниматься года три в какой-нибудь театральной студии при Голливуде.

Хейл улыбнулся.

– Я облегчу вам задачу. Сделаю все, чтобы выглядеть неотразимым.

– Знаете, мне кажется, вам пора остановиться.

– Я сам знаю, что мне делать.

Валери по-прежнему чувствовала, как ее пронизывал взгляд его прищуренных глаз. У нее пересохло в горле.

– Вы, верно, полагаете, что можно все купить, преодолеть с помощью денег любые преграды.

– А разве не так?

И тут ее натянутые до предела нервы сдали. Три больших, порывистых шага – и она оказалась прямо перед Хейлом.

– Я пришла в компанию «Донован Энтерпрайзиз» в надежде получить работу, настоящую работу! Я могу проверять состояние ваших документов, следить за отчетностью, составлять компьютерные программы, заниматься адвокатской деятельностью. Я готовила своему прежнему боссу кофе, когда работала секретаршей. Но никогда, слышите, никогда я не соглашалась быть чьей-либо любовницей!

Девушка стояла к нему настолько близко, что он чувствовал исходящий от ее тела жар, видел ее горящие глаза.

– Я не просил вас быть моей любовницей, – коротко отрезал он.

– И все-таки...

– И впредь не собираюсь.

– Искренне на это надеюсь, мистер Донован, – строго проговорила Валери, поджав губы. – То, что я не подала жалобу на своего босса в компании «Лидделл», совсем не означает, что я соглашусь на что-нибудь дешевое, подобно...

Он схватил ее за руку.

– Десять тысяч. Не так уж и дешево. – Ноздри его раздувались, глаза сверкали. – Я хочу, чтобы у вас сложилось обо мне правильное впечатление. Если бы я поставил цель переспать с вами, то поступил бы иначе.

Ей захотелось ударить Хейла, но он настолько крепко сжал ей руку, что у нее даже дыхание перехватило. Но она все же продолжала его дразнить:

– Неужели? Любопытно узнать: каким же образом вы бы совратили меня?

– Вам показать? – Рот его искривился, глаза засверкали, словно на них упал серебряный свет луны. Свирепым взглядом он впился ей в глаза, а потом в губы.

У Валери комок застрял в горле. Она испуганно следила за движением его кадыка. И в какое-то мгновение даже уверилась, что Хейл сейчас поцелует ее. При мысли, что ситуация может зайти слишком далеко, Валери почувствовала внезапную слабость в ногах.

– Пожалуй, такой показ был бы не совсем уместен, – пробормотала она.

– Я тоже так считаю, – процедил он сквозь зубы охрипшим голосом. Отпустив ее руку, он сделал несколько шагов назад и отступил к противоположной стене, засунув руки в карманы джинсов. – Мисс Прайс, я предоставляю вам возможность в течение двух недель пожить жизнью принцессы. И за это я вам еще очень хорошо заплачу. Большинство женщин...

– Я не из их числа.

Он поднял голову и вновь посмотрел на нее своим острым, пронзительным взглядом.

– Знаю. Вот поэтому и выбрал вас.

Сердце Валерии, так сильно забилось, что Хейл, подумалось ей, должен был услышать его стук.

– Ну что, договорились?

Будь у нее хоть капелька гордости, ругала себя Валери, она бы давно уже попросила его убраться отсюда, а сама и думать бы забыла о его чертовом предложении. Но разве не глупо, поступить таким образом, когда ей, к сожалению, позарез нужны деньги? А тут целых десять тысяч долларов. Будет чем и долг в колледже отдать, и счета матери оплатить, да еще останется вполне достаточная сумма, чтобы безбедно прожить несколько недель, пока не подвернется другая работа.

Но что стоит за этим предложением? Она ведь совершенно не знает этого человека. И не может позволить себе доверять ему. Почему у нее такое чувство, будто он держит камень за пазухой?

Уголком глаза она заметила, как Шамус проскользнул к шторам.

– Мне нужно обсудить ваше предложение с приятелем, – обрадовалась она.

– С приятелем? – Он оглядел комнату. Валери поняла, что он пытается обнаружить какие-нибудь признаки присутствия мужчины.

Шамус присел позади стола.

– Да, я и он всегда все обсуждаем вместе.

– С приятелем, говорите... – повторил Хейл, обернувшись. Их глаза встретились. – Но я думал...

– О, что вы, ничего подобного, – торопливо сказала она. Шутка явно удалась. – У нас с ним чисто платоническая любовь.

Хейл многозначительно посмотрел на кушетку.

– Платоническая... – пробормотал он, почти не разжимая зубов.

В этот самый момент Шамус появился из-за стола и лениво направился к Валери, та наклонилась, чтобы взять его на руки.

– Познакомьтесь: Шамус, – сказала она, просияв. – Мой приятель.

Хейл совсем не удивился. Глаза его потемнели. Внимательно взглянув на часы, он проговорил:

– Пять минут истекли. Итак, что вы скажете, мисс Прайс?

Валери опустила кота на кушетку и тяжело вздохнула. У нее было такое ощущение, будто она не способна и двух слов связать.

– Хорошо, – наконец выдавила она, пытаясь рассуждать здраво, но мысли постоянно выходили из-под контроля. Если она согласится на эту сумасшедшую затею, то ей нужны некоторые уступки... причем большие уступки. – Я согласна. При одном... нет, двух условиях.

– Назовите их.

– Первое: я не буду с вами спать.

Его губы расплылись в ленивой обезоруживающей улыбке, тотчас усыпившей ее бдительность.

– Согласен.

– Второе: мне нужен контракт, в котором бы оговаривались условия моей работы. И я хочу работать у вас не две недели, а шесть месяцев.

Он заскрежетал зубами.

– Нет...

– Да, – настаивала она. – Я хочу доказать вам, что смогу работать в вашей компании. И не только, в качестве красотки в бикини, хлопающей ресницами и не сводящей с вас влюбленных глаз во время путешествия по морям и океанам!