Когда лодка обогнула островок, мальчик от удивления широко открыл глаза.
В большом корыте, мирно колыхавшемся на водах озера, сидела девочка. Увидев Камо, она взяла со дна корыта убитого селезня и, высоко подняв его над головой, сказала, смеясь:
- Вот она, твоя утка. Из воды вытащила!
- А другая?
- Другую собака выловила. Вон погляди…
И в самом деле, с уткой в зубах на берег выбирался Чамбар. С собаки ручьями стекала вода, и она шумно отряхивалась.
Камо узнал девочку:
- Это ты, Асмик? А ну, гони-ка сюда твой пароход!
Вместо весел у Асмик БЫЛА одна только деревянная лопата. Ловко действуя ею, девочка подвела свое корыто к островку и выскочила на берег.
Прикрыв ладонью глаза от солнца, она с любопытством смотрела на мальчика.
- Ты что кричала? - спросил Камо, выбираясь из лодки на островок.
- Испугалась… После твоего выстрела две утки ка-ак шлепнутся около меня в воду! Показалось - прямо с неба… Одна чуть мне на голову не свалилась… А теперь мне уже не
страшно. - И девочка весело засмеялась, сверкнув мелкими жемчужинками зубов. В ее глазах вспыхнули веселые искорки. - А где же твое ружье? - спросила она, но, не ожидая ответа, обернулась к озеру и восхищенно всплеснула руками: - Какое чудесное наше Гилли, какой свежий здесь воздух! Я тут с самой зари…
Вручив утку хозяину, деду Асатуру, Чамбар вернулся на островок и, став перед Асмик, тревожно повизгивал, всем своди видом показывая, что ему что-то от нее нужно.
- Просит, чтобы ты ему отдала утку, - объяснил Камо.
- Утку?… Нет, Чамбар, не отдам, это моя добыча! - засмеялась Асмик, прижимая к себе птицу. - Ну на, на, так и быть, возьми… Не обижайся.
Схватив утку, Чамбар, как и с первой, поплыл к деду.
- Ну, теперь едем на берег, а то дедушка подумает, что я к белому буйволу угодил…
Когда они вышли из лодки, старый охотник изумленно посмотрел на Асмик:
- Как тебя сюда занесло, дочка? Что ты тут делала?
- Яйца собирала.
- Какие яйца?
- Гусиные, утиные, черных курочек… все, какие попадутся!
Дед и мальчики смотрели на нее с любопытством: «Вот так странная девочка! Ни буйвола, ни дэва, ни вишапа не боится».
- Я собираю, а Сэто швыряет камнями и разбивает… - с обидой в голосе добавила Асмик.
- Где он?… Вот я ему сейчас задам! - встрепенулся старик и схватился за покрытую серебром рукоять кинжала.
- Вон там, в камышах, прячется, - указала девочка в сторону узкой протоки.
Дед Асатур погрозил кулаком и крикнул:
- Эй, отстань от этого ребенка, а не то, клянусь своей бородой, мокрое место от тебя оставлю!
Из камышовых зарослей выскочил подросток и пустился наутек.
- Ишь ты какой! - не мог успокоиться дед. - Весь в свою мамашу: яблоко от яблони недалеко падает.
- До каких пор он злиться будет, отворачиваться, избегать нас? - хмуро сказал Камо. - Ну, а что ты делаешь с этими яйцами? - обратился он к девочке. - Яичницу, что ли, готовишь охотничью?
- Дикую яичницу, - поправил его Грикор. - Вот, должно быть, вкусно!
- Нет, мы яичницу не делаем, - простодушно ответила девочка. - Мы подкладываем яйца под наседок. Выходят птенцы - такие хорошенькие, пестренькие… В прошлом году их двадцать штук у нас было.
Немного помолчав, девочка добавила:
- Когда отец был на фронте, нам с мамой трудно жилось. Вот тогда мы и начали в Гилли яйца собирать, птенцов выводить. Нам это очень помогло.
- Как не помочь! - подтвердил Грикор. - Конечно, должно было помочь: жареная утка всегда поможет.
Асмик засмеялась.
- А разве, вырастая, птицы не улетают? - спросил Армен.
- Куда же они улетят, если им крылья подрезать! - И Асмик посмотрела на мальчиков с таким видом, точно хотела сказать: «Как вы все плохо понимаете!»
- Да, правда, крылья подрезать надо, - сказал старый охотник, - а не то как ни ходи за ними, как ни угождай - только весну и лето тебе верны. И на поля летать станут да назад домой возвращаться, а пришла осень - прощай! Собрались - и в дорогу, в теплые края…
- Ну, a если стаи уже улетели? - спросил Камо.
- Все равно улетят.
- А как же они дорогу найдут?
- Чутьем. Если ты даже одно яйцо возьмешь, птенца выведешь и никуда выпускать не будешь, запрешь, все равно: дай ему волю осенью - один-одинешенек в Иран полетит, а оттуда на берега Индийского океана. Так-то! В крови это у них, от предков, - сказал старик и гордо мотнул бородой. - А ну, позовите-ка своего Дарвина. Пускай объяснит, в чем тут дело.
Мальчики засмеялись.
- Ну, все это можно изменить, - заметил серьезно Армен. - Пусть дикие птицы несколько лет проживут у нас во дворе да смешаются с домашними, вот у них и новые привычки появятся.
Но Камо уже думал о другом. Он считался большим выдумщиком. В его беспокойном мозгу всегда рождались самые неожиданные и смелые мысли. Так и сейчас у него вдруг появилась интересная идея,
- А почему бы нам, - предложил он, - не устроить ферму диких птиц?
- Ферму диких птиц?… Как?
- Очень просто: соберем в камышах яйца и выведем птенцов.
- Какой ты, Камо, молодец! - обрадовался Армен. - Мысль замечательная, только надо сначала спросить совета у Арама Михайловича. Представляю, как все обрадуются в школе - наш кружок юных натуралистов и сам Арам Михайлович!
Предложение Камо очень понравилось и Асмик.
- Я таких красивых птенцов вам выращу!… - горячо сказала она.
- А где яйца, что ты собирала? - спросил Грикор.
- Там, в камышах.
Камо снова вскочил в лодку и вскоре привез корзину, полную разноцветных, пестрых яиц. Корзину вытащили из лодки.
- Дедушка, ты только погляди, сколько яиц набрала Асмик! Да какие яйца!…
Асмик счастливо улыбалась, а Чамбар весело вилял хвостом и тоже с любопытством заглядывал в корзину.
- Ох-хо-хо, вот так яйцо! - воскликнул Грикор, пробуя на зубах крепкое гусиное яйцо.
Дед Асатур внимательно перебирал яйца.
- Это яйца чайки, из них вылупятся красивые белые птицы, - говорил он, показывая на яйца величиной с куриные. - Но чайки едят рыбу. Одна птица съедает в год два-три пуда рыбной молоди, а ведь из этой молоди вышло бы сто пудов крупной рыбы!… Чайки губят рыбу в нашем Севане.
- А это чьи, дедушка?
- Из этих вылупятся серые цапли. Их надо положить обратно в гнездо - нельзя было трогать. Другое дело яйца бакланов, эти надо отобрать и передать рыбному тресту, так же как и яйца чаек. Вам за них дадут награду.
- А это что за яйцо - словно на нем застыла кровь, а на крови - мелкие темные точки? - удивленно спросил Армен, указывая на приплюснутое длинное красно-коричневое яйцо.
- Их тоже не едят. Это яйца гагары. Мясо этой птицы пахнет рыбой. Их тоже отберите… Удивительное дело, - пробормотал дед, - ведь гагары у нас появляются только случайно, да и то зимой, а эта вдруг вздумала гнездо устроить на Гилли!…
Когда указанные дедом яйца были отобраны, в корзине осталось больше всего серовато-белых остроконечных яиц самой вкусной утки - кряквы. Были также яйца шилохвостки, серой утки, чирков.
Дед знал не только, какие яйца несут птицы, но и еще кое-что, о чем заговорил со свойственным ему шутливым хвастовством:
- А почему почти все эти яйца желтовато-зеленые, цвета камыша? Вот куриные яйца всегда белые. Почему это? Скажите-ка, а?
Асмик украдкой посмотрела на Армена и нерешительно ответила:
- Домашним птицам незачем прятать свои яйца, а яйца диких птиц должны быть такого цвета, как листья вокруг или земля, чтобы враги не заметили.
- Молодец, дочка! - обрадовался старик и поцеловал Асмик в голову.
- А это, наверно, яйца красной утки, такие крупные, - ведь красная утка самая большая? - высказал было свое мнение Грикор, но сейчас же пожалел об этом.
- Если бы мне городские школьники так сказали, не было бы стыдно, а вы столько времени проводите среди природы! Как же вы не знаете, что красная утка в болотах не гнездится?
- А где же? - спросил Камо. - Ведь все утки устраивают свои гнезда в камышах и болотах.
- Вот в том-то и дело, что все устраивают, а красная утка не устраивает.
- Но где же?
- Вон там, в утесах Дали-дага.
- В утесах? Утка - в утесах, вдалеке от воды? - изумился Армен.
Не меньше были удивлены и остальные ребята.
- Почему же не у воды? Ведь у воды удобнее: вылупятся утята - и прямо в воду. И корм тут же, - сказал Камо.
- Откуда я знаю! - явно набивая себе цену, ответил дед. - Книг я не читаю. Где мне ума набираться, неученому!
- Ученые говорят, что красная утка иногда строит гнезда среди камней, вот только не помню почему… Не знаешь ли ты, дедушка? - подмигнув товарищам, спросил Камо.
- Откуда им знать, ученым? - обрадовался дед возможности изложить свои взгляды (он не замечал, что, слушая его с интересом, ребята все же многому в его рассказах не верят) - О таких делах им нужно у нас, охотников, узнавать, а потом писать… Как же иначе? Шутка, что ли, - шестьдесят лет поля и горы топчем, ноги сбили… Вы ведь все эту утку видели и знаете, что она рыже-красная с головы до ног и боязливее других. Эта птица знает, чего боится. Цвета своего. Знает, что лиса, дикий кот, выдра ее сразу заметят… Вот я и спрошу у вас теперь: может ли красная утка высидеть на яйцах в камышах более двадцати дней?
- Враги ее сейчас же увидят! - поспешила ответить Асмик.
- Молодец! - похвалил ее дед. - Если бы она не несла яиц в утесах, то на свете давно бы не было красной утки… А если вы хотите, чтобы на вашей ферме были красные утки, вам надо на Дали-даг взобраться, на утесы, - добавил он.
- Ну что же, устроим ферму? - нетерпеливо спросил Камо.
- Я отдаю все, что собрала, - застенчиво сказала Асмик.
- Спасибо, но этого мало. Мы должны открыть настоящую, большую ферму, по крайней мере на несколько сот птиц.
- Да это будет курам на смех! Кто же видел ферму диких птиц? - вмешался Грикор.
- Не видели - увидят! - решительно сказал Камо. - Мы весь свет удивим нашими птицами! Мы, дедушка…
Камо не договорил. «Болт… бо-олт… болт!…» - зловеще взревел «вишап» на озере.
Ребят точно холодной водой окатило. Они посерьезнели и задумались.
- Ну что ж, мы так и не узнаем, что это за рев? - с досадой пробормотал Камо. - Нет, узнаем!… - И, обернувшись к товарищам, он сказал решительно: - Во что бы то ни стало мы должны раскрыть эту тайну. Плывем прямо туда, где этот черт орет!… Едем!
Старика восхищала отвага внука. «Небось кровь охотника Асатура течет в его жилах!» - думал он, глядя на Камо. Но предрассудки, унаследованные от предков, ставили его в тупик перед необъяснимыми явлениями природы, и он сказал:
- Ну его, это дьявольское озеро! Не связывайтесь с ним, ребятишки, не ваше это дело.
Однако Армен и Камо уже направились к лодке.
Поделиться книгой: